РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
31 августа 2026 года пгт. Каа-Хем
Кызылский районный суд Республики Тыва в составе председательствующего Кара-Сал В.Д., при секретаре ФИО7, с участием истца ФИО2 и его представителя – адвоката ФИО6, представителя ответчика – адвоката ФИО3, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и взыскании судебных расходов, установил:
ФИО2 обратился в суд с иском к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, и взыскании судебных расходов, указав, что ДД.ММ.ГГГГ ответчик управляя автомобилем Киа Селтос без государственного регистрационного знака, совершила дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП), в результате которого автомобиль Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком №, принадлежащий ему на праве собственности, получил механические повреждения. Данный факт подтверждается административным материалом, а именно постановлением по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ врио заместителя командира ОР ДПС ГИБДД МВД по РТ ФИО4 о признании ответчика виновной в совершении административного правонарушения по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ «невыполнение требования ПДД РФ уступить дорогу транспортному средству, пользующемуся преимущественным правом проезда перекрестков», приложением и схемой ДТП. Страхового полиса ОСАГО у ответчика не имелось. С целью установления размера, причиненного ему ущерба, ДД.ММ.ГГГГ он обратился в оценочную организацию ООО «Аудит», заключив договор на организацию и проведение независимой экспертизы, оплатив 10000 рублей. Согласно акту экспертного исследования от ДД.ММ.ГГГГ №, стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Тойота Марк 2 составила 489687 рублей. В адрес ответчика направлялась досудебная претензия, которая осталась без ответа, все его попытки урегулировать спор в досудебном порядке не увенчались успехом. Полагает, что имеются все необходимые доказательства виновности ответчика в совершении указанного правонарушения, размере причиненного ему ущерб, наличия причинно-следственной связи между действиями ответчика и причиненным ущербом. Просит взыскать с ФИО1 в его пользу сумму в размере 489687 рублей в счет материального ущерба, 14742 рублей в счет расходов по уплате государственной пошлины, 30000 рублей в счет расходов по оплате услуг адвоката, 10000 рублей в счет расходов по уплате услуг эксперта.
В судебном заседании истец ФИО2 и его представитель – адвокат ФИО6 поддержали исковые требования.
Ответчик ФИО1 в судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте его проведения, не явился, при этом, обеспечил участие своего представителя.
Представитель ответчика – адвокат ФИО3 в судебном заседании с иском не согласился.
Представитель третьего лица ООО "Дорожно-Технический сервис" в судебное заседание, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте его проведения, также не явился, ходатайств об отложении не заявлял, причины неявки суду неизвестны.
Выслушав пояснения сторон, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
В пунктах 11 и 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причинённый личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Пунктом 3 этой же статьи предусмотрено, что вред, причинённый в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из приведённых выше положений закона следует, что по общему правилу ответственность за причинение вреда наступает при наличии в совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения причинителя вреда, вины причинителя вреда, наличия причинно-следственной связи между противоправными действиями и наступившими неблагоприятными последствиями.
В отступление от этого правила граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, отвечают за причинённый вред независимо от вины.
В отношениях между собой владельцы источников повышенной опасности отвечают за причинённый вред на общих основаниях.
Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причинённый вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В соответствии с правовой позицией, изложенной в п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", если гражданская ответственность причинителя вреда не застрахована по договору обязательного страхования, осуществление страхового возмещения в порядке прямого возмещения ущерба не производится. В этом случае вред, причиненный имуществу потерпевших, возмещается владельцами транспортных средств в соответствии с гражданским законодательством.
Как следует из материалов дела, ФИО2 является собственником транспортного средства Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № (свидетельство о регистрации ТС серии № №).
Согласно карточке учета на транспортное средство Киа Селтос с VIN №, оно поставлено на учет ДД.ММ.ГГГГ, собственник – ФИО1
Постановлением врио заместителя командира ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике Тыва ФИО4 № от ДД.ММ.ГГГГ, водитель ФИО1 подвергнута к административному наказанию в виде штрафа в размере 1000 рублей за совершение правонарушения по ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ, по факту того, что ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 00 минут по адресу: <адрес>, управляя автомобилем Киа Селтос без государственных регистрационных знаков, в нарушение п. 13.8 ПДД РФ, а именно: управляя транспортным средством при повороте налево на регулируемом перекрестке не уступила дорогу транспортному средству Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком №, движущемуся на данном перекрестке со встречного направления прямо.
Данным постановлением ФИО1 признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.13 КоАП РФ и ей назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1000 рублей.
Решением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 29 января 2026 года, оставленным без изменения решением судьи Верховного Суда Республики Тыва от 16 марта 2026 года, вышеуказанное постановление от 17 сентября 2025 года отменено, производство по делу прекращено за недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.
Между тем, в силу ст. 61 ГПК РФ доказыванию не подлежат лишь обстоятельства: признанные судом общеизвестными; установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, в котором участвуют те же лица.
Согласно абз. 4 п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», в соответствии с ч. 4 ст. 1 ГПК РФ, по аналогии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ, вступившее в законную силу постановление и (или) решение судьи по делу об административном правонарушении при рассмотрении и разрешении судом дела о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление, обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий данного лица, лишь по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они указанным лицом.
Пределы преюдиции в данном случае ограничены кругом обстоятельств, установленных при рассмотрении именно судом административного дела. Эти обстоятельства, установленные вступившим в законную силу непосредственно судебным постановлением в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обязательны для суда, не подлежат доказыванию вновь и оспариванию при рассмотрении гражданского дела.
Таким образом, наличие вступившего в законную силу решения судьи Кызылского городского суда Республики Тыва, не предопределяет отсутствие вины Чамзрын Ш.В. в причинении вреда имуществу истца, и его обязанность по возмещению вреда, то есть в данном случае на истце лежит обязанность по доказыванию наличия вины ответчика в причинении вреда его имуществу и его обязанность по возмещению причиненного вреда.
Так, правила проезда перекрестков установлены в разделе 13 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 N 1090 (далее – ПДД РФ).
Согласно п. 13.4 ПДД РФ при повороте налево или развороте по зеленому сигналу светофора водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся со встречного направления прямо или направо.
В соответствии с п. 13.7 ПДД РФ водитель, въехавший на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка. Однако, если на перекрестке перед светофорами, расположенными на пути следования водителя, имеются стоп-линии (знаки 6.16), водитель обязан руководствоваться сигналами каждого светофора.
Из схемы дорожно-транспортного происшествия, имеющегося в материалах дела установлено, что ФИО1, двигаясь на транспортном средстве Киа Селтос без государственных регистрационных знаков, въехала на перекресток улиц Магистральная и Полигонная г. Кызыл Республики Тыва на разрешающий для нее сигнал светофора, и намеревалась повернуть налево, на улицу Коммунальная г. Кызыл.
В это время, по улице Магистральная г. Кызыл, на встречном направлении движения относительно ФИО1, по правой полосе, на разрешающий для него сигнал светофора, двигался автомобиль Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2
Судом установлено, что ФИО1, управляя вышеуказанным своим транспортным средством, в нарушение п. 13.4 ПДД РФ при повороте налево по зеленому сигналу светофора, не пропустила автомобиль Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2, движущийся со встречного направления прямо, продолжила движение в намеченном направлении и допустила с ним столкновение на перекрестке улиц Магистральная и Полигонная г. Кызыл Республики Тыва.
При этом факт того, что по направлению движения ФИО2 «горел» разрешающий сигнал светофора, судом установлен на основании совокупности следующих доказательств.
Так, согласно имеющемуся в материалах дела уведомлению генерального директора ООО «Дортехсервис» от 11 мая 2023 года на имя начальника ОГИБДД УМВД РТ по г. Кызылу, на светофорном объекте Магистральная Полигонная установлен трехфазный режим регулирования поочередного пропуска машин.
Из режима работы светофорного объекта по адресу: пересечение ул. Магистральная – ул. Полигонная, составленной инженером ООО «Дортехсервис» ФИО5 в западном направлении по ул. Магистральная (то есть в направлении движения ФИО2) зеленый сигнал светофора горит 41 секунду; мигающий сигнал светофора – 3 секунды; желтый сигнал – 3 секунды; красный сигнал – 44 секунды.
В восточном направлении по ул. Магистральная (в направлении движения ФИО1) зеленый сигнал светофора горит 30 секунд; мигающий сигнал светофора – 3 секунды; желтый сигнал – 3 секунды; красный сигнал – 44 секунды.
Данное обстоятельство подтверждено в судебном заседании инженером ООО «Дортехсервис» ФИО5 в ходе рассмотрения жалобы ФИО1 на постановление врио заместителя командира ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике Тыва ФИО4 № от ДД.ММ.ГГГГ, в Кызылском городском суде Республики Тыва, что подтверждается протоколом судебного заседания от 29 января 2026 года указанного суда.
Таким образом, установленные выше обстоятельства дорожно-транспортного происшествия установлены судом на основании совокупности имеющихся в материалах дела доказательств.
В данной ситуации не имеет значение вопрос, с какой скоростью двигалась автомашина Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № под управлением ФИО2, поскольку согласно п. 10.1 ПДД РФ скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил, а при соблюдении условий проезда на разрешающий сигнал светофора при одновременном несоблюдении ФИО1 п. 13.4 ПДД РФ оно в причинно-следственной связи с нарушением ответчиком тех правил не состоит.
Кроме того, установленные судом при настоящем рассмотрении иска обстоятельства и обстановка до момента дорожно-транспортного происшествия согласуются с установленными при производстве по делу об административном правонарушении в Кызылском городском суде Республики Тыва.
Поскольку в настоящем деле вред причинён в результате взаимодействия двух источников повышенной опасности – транспортные средства под управлением истца ФИО2 и ответчика ФИО1, возмещение вреда осуществляется на общих основаниях (пункт 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть с учётом вины каждого из владельцев. При таких обстоятельствах суд обязан исследовать вопрос о наличии или отсутствии грубой неосторожности самого потерпевшего, поскольку в соответствии со статьёй 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации грубая неосторожность потерпевшего может содействовать возникновению или увеличению вреда и являться основанием для уменьшения размера возмещения.
Данная правовая позиция согласуется с разъяснениями, изложенными в пункте 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», согласно которым при причинении вреда в результате взаимодействия источников повышенной опасности судам необходимо учитывать, что владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, несут перед потерпевшим солидарную ответственность, а при встречных требованиях — ответственность в пропорциях, соответствующих степени вины каждого из них, а при невозможности установления степени вины — в равных долях.
Для разрешения вопроса о наличии или отсутствии грубой неосторожности потерпевшего суд считает необходимым установить обстоятельства, предшествовавшие дорожно-транспортному происшествию, в частности скорость движения транспортного средства истца.
Из материалов дела усматривается следующее.
Согласно схеме дорожно-транспортного происшествия, составленной сотрудником ДПС ГИБДД на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ, столкновение произошло на регулируемом перекрёстке улиц Магистральная и Полигонная в г. Кызыле Республики Тыва. Автомобиль Тойота Марк 2 под управлением истца ФИО2 двигался в западном направлении по ул. Магистральная по правой полосе на разрешающий сигнал светофора. Автомобиль Киа Селтос под управлением ответчика ФИО1 двигался в восточном направлении по ул. Магистральная и намеревался повернуть налево на ул. Коммунальная.
Из объяснения водителя ФИО2, данного ДД.ММ.ГГГГ сотруднику ДПС ГИБДД на месте ДТП, следует, что он двигался по ул. Магистральная на разрешающий сигнал светофора со скоростью 50 км/ч, не успел затормозить и въехал ей в правый бок.
Указанная истцом скорость соответствует требованиям пункта 10.2 Правил дорожного движения, то есть разрешённая скорость в населённом пункте — не более 60 км/ч.
Из объяснения водителя ФИО1, данного в тот же день, следует, что она, когда загорелся красный свет, выехала в левую сторону, видела, как со второй полосы выехал автомобиль Тойота Марк 2, в заднюю часть которой она врезалась, данная машина двигалась со скоростью свыше 60 км/ч.
Данных о том, что транспортное средство истца двигалось с превышением установленного скоростного режима, в материалах административного производства не имеется, сторонами не представлено.
Пунктом 10.1 ПДД РФ установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, а также с учётом интенсивности движения, особенностей и состояния транспортного средства и груза, дорожных и метеорологических условий, в частности видимости в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
Из материалов дела об административном правонарушении следует, что истец двигался на разрешающий сигнал светофора по прямой, не совершая манёвра. В данной дорожной ситуации истец имел преимущественное право проезда перекрёстка. Обязанность уступить дорогу лежала на ответчике, совершавшей поворот налево (п. 13.4 ПДД РФ). Движение на разрешающий сигнал светофора по своей полосе не является противоправным поведением и не может квалифицироваться как нарушение Правил дорожного движения.
Опасность для движения возникла в момент, когда ответчик совершала манёвр поворота налево, не уступив дорогу транспортному средству истца. Именно этот момент является моментом возникновения опасности, при обнаружении которой пункт 10.1 ПДД РФ обязывает водителя принять меры к снижению скорости.
Из схемы и обстоятельств ДТП следует, что момент начала манёвра ответчика и момент столкновения разделяли секунды. Ответчик, выехав на перекрёсток для поворота налево, продолжила движение, окончательно не убедившись в отсутствии транспортных средств. Истец, двигавшийся на зелёный сигнал светофора, не имел оснований ожидать, что транспортное средство, находящееся на встречной полосе, начнёт поворот, не уступив ему дорогу. Дорожная ситуация, в которой истец находился до начала манёвра ответчика, не содержала объективных признаков опасности, требующих от истца значительного снижения скорости или остановки.
Вопрос о технической возможности предотвращения ДТП путём торможения истцом не был предметом административного расследования. Соответственно, в материалах дела отсутствуют объективные данные о времени реакции истца, тормозном пути и остановочном пути транспортного средства, необходимых для категорического вывода о наличии или отсутствии технической возможности предотвращения столкновения.
Вместе с тем, суд учитывает, что бремя доказывания грубой неосторожности потерпевшего лежит на причинителе вреда. Ответчик ФИО1 и её представитель в судебном заседании ссылались на возможное превышение скорости истцом, однако конкретных доказательств превышения скорости или иного нарушения Правил дорожного движения со стороны истца суду не представили. Ходатайств о назначении автотехнической экспертизы по вопросу технической возможности предотвращения ДТП со стороны истца не заявлялось.
С учётом изложенного, суд приходит к следующим выводам.
Истец ФИО2 двигался на разрешающий сигнал светофора, в пределах установленного скоростного режима, по своей полосе, не совершая манёвра. Правила дорожного движения им не нарушались. Опасность для движения возникла исключительно в результате действий ответчика.
Бремя доказывания грубой неосторожности потерпевшего, которая содействовала возникновению или увеличению вреда, лежит на причинителе вреда. Ответчиком в порядке статьи 56 ГПК РФ не представлено доказательств, подтверждающих, что истец двигался с превышением скорости, что истец имел техническую возможность предотвратить столкновение при принятии мер к снижению скорости, либо истец действовал с грубой неосторожностью, содействовавшей возникновению вреда.
Движение потерпевшего на разрешающий сигнал светофора с соблюдением скоростного режима и по своей полосе не может быть квалифицировано как грубая неосторожность по смыслу пункта 2 и пункта 3 статьи 1083 ГПК РФ, поскольку такое поведение является правомерным и соответствует требованиям Правил дорожного движения.
Отсутствие у истца возможности предвидеть, что ответчик, имеющая обязанность уступить дорогу, не выполнит это требование и начнёт манёвр поворота, исключает вывод о том, что истец не принял возможных мер к снижению скорости при возникновении опасности. Опасность возникла внезапно в результате действий ответчика, и временной интервал между началом манёвра ответчика и столкновением был недостаточным для того, чтобы возлагать на истца обязанность предотвращения ДТП.
На основании изложенного, суд приходит к выводу об отсутствии грубой неосторожности потерпевшего ФИО2, содействовавшей возникновению или увеличению вреда.
Как уже установлено судом, постановлением врио заместителя командира ОР ДПС ГИБДД МВД по Республике Тыва ФИО4 № от ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО1 была признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 12.13 КоАП РФ, и ей было назначено административное наказание в виде штрафа в размере 1 000 рублей.
Решением судьи Кызылского городского суда Республики Тыва от 29 января 2026 года, оставленным без изменения решением судьи Верховного Суда Республики Тыва от 16 марта 2026 года, указанное постановление отменено, производство по делу об административном правонарушении прекращено за недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление.
В связи с изложенным суд признаёт необходимым определить правовое значение данного обстоятельства для разрешения настоящего гражданского спора.
Производство по делу об административном правонарушении и гражданское судопроизводство по иску о возмещении вреда являются самостоятельными видами судопроизводства, имеющие различные предметы доказывания.
По делу об административном правонарушении предметом рассмотрения является вопрос о наличии в действиях лица состава административного правонарушения, то есть совокупности объекта, объективной стороны, субъекта и субъективной стороны. Для назначения административного наказания необходимо установить не только факт нарушения Правил дорожного движения, но и вину лица в совершении конкретного административного правонарушения. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.
По гражданскому делу о возмещении вреда предметом рассмотрения является вопрос о наличии оснований для гражданско-правовой ответственности причинителя вреда, то есть совокупности факта причинения вреда, противоправности поведения, вины и причинно-следственной связи между поведением и наступившим вредом. При этом гражданско-правовая ответственность за вред, причинённый источником повышенной опасности, строится на ином правовом фундаменте, нежели административная ответственность.
Ответственность владельца источника повышенной опасности не зависит от привлечения к административной ответственности.
Из содержания пункта 1 статьи 1079 ГПК РФ следует, что обязанность возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, не ставится законом в зависимость от привлечения владельца к административной ответственности. Основанием для возмещения вреда является сам факт причинения вреда источником повышенной опасности, принадлежащим данному лицу, при отсутствии обстоятельств, освобождающих от ответственности (непреодолимая сила, умысел потерпевшего).
Как разъяснено в пункте 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», владелец источника повышенной опасности несёт ответственность независимо от того, имелась ли у него вина в причинении вреда. Ответственность наступает за сам факт причинения вреда источником повышенной опасности.
В настоящем деле вред имуществу истца причинён в результате столкновения транспортных средств — источников повышенной опасности, одним из которых управлял истец, другим — ответчик. Факт причинения вреда имуществу истца механических повреждений автомобиля Тойота Марк 2 сторонами не оспаривается и подтверждён материалами дела. Обстоятельств, освобождающих ответчика от ответственности, не установлено.
Прекращение административного производства не освобождает от гражданско-правовой ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины.
Согласно абзацу 4 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», вступившее в законную силу постановление и (или) решение судьи по делу об административном правонарушении обязательно для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесено это постановление, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Из приведённых разъяснений следует, что преюдициальное значение вступившего в законную силу судебного постановления по делу об административном правонарушении для гражданского дела ограничено. Оно распространяется только на установление факта совершения определённых действий конкретным лицом. Однако выводы по делу об административном правонарушении о наличии или отсутствии состава административного правонарушения, о доказанности или недоказанности вины в административно-правовом смысле не предопределяют выводы суда по гражданскому делу о наличии или отсутствии оснований для гражданско-правовой ответственности.
Прекращение производства по делу об административном правонарушении за недоказанностью обстоятельств означает лишь то, что суд не нашёл достаточных доказательств для безусловного вывода о совершении лицом административного правонарушения с соблюдением всех требований административного процесса и стандарта доказывания, установленного КоАП РФ. Это не равнозначно установлению факта невиновности лица в причинении вреда в гражданско-правовом смысле и не означает отсутствие противоправности действий лица в контексте гражданских правоотношений.
Как неоднократно указывал Верховный Суд Российской Федерации, прекращение производства по делу об административном правонарушении за недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, не препятствует суду при рассмотрении гражданского дела о возмещении вреда дать самостоятельную оценку обстоятельствам ДТП, установить причины и участников происшествия, определить наличие или отсутствие противоправности в действиях каждого из участников и разрешить вопрос о возмещении вреда на основе совокупности всех имеющихся доказательств.
Вступившее в законную силу решение по делу об административном правонарушении не предопределяет отсутствие вины ответчика в гражданско-правовом смысле.
Как установлено судом на основании схемы ДТП, объяснений участников, а также иных материалов дела, ответчик ФИО1, управляя автомобилем Киа Селтос, при повороте налево по разрешающему сигналу светофора на регулируемом перекрёстке не уступила дорогу транспортному средству Тойота Марк 2 под управлением истца ФИО2, движущемуся со встречного направления прямо, чем нарушила пункт 13.4 Правил дорожного движения Российской Федерации.
Указанное поведение ответчика, находится в прямой причинно-следственной связи с наступившим вредом — механическими повреждениями транспортного средства истца. Если бы ответчик, приступая к манёвру поворота налево, уступила дорогу встречному транспортному средству, как того требует пункт 13.4 ПДД РФ, дорожно-транспортное происшествие не произошло бы. Таким образом, именно действия ответчика являются причиной возникновения вреда.
Грубая неосторожность потерпевшего, которая могла бы содействовать возникновению или увеличению вреда, судом не установлена, о чём мотивированно изложено выше.
На основании изложенного суд приходит к выводу, что прекращение производства по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 за недоказанностью обстоятельств, на основании которых было вынесено постановление, не освобождает её от обязанности возместить вред, причинённый имуществу истца в результате дорожно-транспортного происшествия.
Гражданская ответственность ФИО1 при использовании транспортного средства Киа Селтос в установленном законом порядке застрахована не была.
Вышеуказанным дорожно-транспортным происшествием имуществу истца – Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № причинены механические повреждения.
Так, из акта экспертного исследования от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного ООО «Аудит» следует, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля Тойота Марк 2 с государственным регистрационным знаком № составляет 489687 рублей.
Ответчик, оспаривая данное экспертное заключение, ходатайствовала о проведении повторной экспертизы, которое судом удовлетворено и проведена в ООО «Башня».
В соответствии с частью 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.
В силу части 2 статьи 80 ГПК РФ в определении суда о назначении экспертизы также указывается, что за дачу заведомо ложного заключения эксперт предупреждается судом или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения, об ответственности, предусмотренной Уголовным кодексом Российской Федерации.
Согласно статье 86 ГПК РФ эксперт дает заключение в письменной форме (часть 1).
Заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. В случае, если эксперт при проведении экспертизы установит имеющие значение для рассмотрения и разрешения дела обстоятельства, по поводу которых ему не были поставлены вопросы, он вправе включить выводы об этих обстоятельствах в свое заключение (часть 2).
Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 ГПК РФ. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда (часть 3).
В соответствии с частью 2 статьи 187 ГПК РФ заключение эксперта исследуется в судебном заседании, оценивается судом наряду с другими доказательствами и не имеет для суда заранее установленной силы. Несогласие суда с заключением эксперта должно быть мотивировано в решении суда по делу либо в определении суда о назначении дополнительной или повторной экспертизы, проводимой в случаях и в порядке, которые предусмотрены статьей 87 данного кодекса.
Оценивая акт экспертного исследования от ДД.ММ.ГГГГ №, составленного ООО «Аудит» суд установил, что в указанном экспертном заключении калькуляция по определению стоимости восстановительного ремонта указанного транспортного средства не соответствует итоговым суммам, а потому не может быть принята судом. При этом, суд учитывает, что в ходе судебного разбирательства данные обстоятельства устранить не представилось возможным. На основании изложенного, суд не принимает данное доказательство.
Из экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что транспортное средство Тойота Марк 2 производилось исключительно для внутреннего рынка Японии. По состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, выпуск транспортного средства, в том числе запасных частей, снят с производства.
Как установлено судом, гражданская ответственность ответчика ФИО1 при использовании транспортного средства Киа Селтос не была застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств (ОСАГО). Данное обстоятельство сторонами не оспаривается.
В соответствии с пунктом 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» при предъявлении требований о возмещении вреда за пределами договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств положения Закона об ОСАГО, в том числе Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт, утверждённая Положением Центрального банка Российской Федерации от 4 марта 2021 года № 755-П, не применяются.
Поскольку вред возмещается непосредственно причинителем вреда в соответствии с гражданским законодательством (статьи 15, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации), а не в рамках договора ОСАГО, оснований для применения Единой методики Банка России не имеется. Расчёт стоимости восстановительного ремонта в данном случае должен производиться с применением Методических рекомендаций для судебных экспертов по определению стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, утверждённых ФБУ РФЦСЭ при Министерстве юстиции Российской Федерации в 2018 году (далее — Методические рекомендации Минюста 2018 года).
Данный вывод основан на том, что Методические рекомендации Минюста 2018 года разработаны специально для проведения судебных автотехнических экспертиз и исследований, назначаемых судом по делам о возмещении вреда, причинённого в результате ДТП, вне рамок обязательного страхования. В отличие от Единой методики ЦБ РФ, ориентированной на расчёт страхового возмещения по ОСАГО с использованием усреднённых справочников и обязательным учётом износа, Методические рекомендации Минюста предусматривают определение стоимости ремонта исходя из реальных рыночных цен на запасные части и ремонтные работы в конкретном регионе, с учётом фактической ситуации на товарном рынке.
Из экспертного заключения № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что оно составлено экспертом ООО «Башня», предупреждённым об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чём в заключении имеется соответствующая подписка эксперта. Заключение содержит все обязательные реквизиты, предусмотренные статьёй 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации: вводная часть с указанием времени и места проведения исследования, основание назначения экспертизы, сведения об эксперте, перечень объектов исследования, описание проведённого исследования, выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение содержит развёрнутые ответы на все поставленные вопросы, выводы изложены последовательно и мотивированно.
Согласно экспертному заключению №, транспортное средство Тойота Марк 2 производилось исключительно для внутреннего рынка Японии. По состоянию на 13 сентября 2025 года выпуск данного транспортного средства, в том числе запасных частей к нему, снят с производства. В соответствии с пунктом 7.14 части II Методических рекомендаций Минюста 2018 года расчёт стоимости восстановительного ремонта с применением оригинальных запасных частей невозможен в связи с отсутствием на российском рынке официальных поставщиков изготовителя.
Пунктом 7.14 части II Методических рекомендаций Минюста 2018 года предусмотрено, что в случае отсутствия на рынке новых запасных частей для снятых с производства транспортных средств допускается использование контрактных (бывших в употреблении) запасных частей, поставляемых из-за пределов Российской Федерации, при условии подтверждения их пригодности для установки на транспортное средство.
Суд находит данный подход эксперта обоснованным по следующим основаниям.
Использование контрактных запчастей обусловлено объективной невозможностью приобретения новых оригинальных деталей. Автомобиль Тойота Марк 2, 1997 года выпуска, снят с производства; выпуск запасных частей для данной модели также прекращён. На территории Российской Федерации отсутствуют официальные поставщики (дилеры) изготовителя, через которых могла бы быть осуществлена поставка новых оригинальных деталей. Данные обстоятельства экспертом установлены, в заключении приведены ссылки на результаты поиска запасных частей на российском рынке.
Методические рекомендации Минюста 2018 года, в отличие от Единой методики ЦБ РФ, не содержат запрета на использование бывших в употреблении запасных частей. Напротив, пункт 7.14 части II прямо допускает такую возможность при соблюдении условия о пригодности деталей для установки.
Истцом в порядке статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств того, что на российском рынке имеются в наличии новые аналоговые запасные части для данной модели транспортного средства, либо что использование контрактных запчастей повлечёт ухудшение безопасности транспортного средства.
Стоимость контрактных запчастей, использованная экспертом при расчёте, определена на основании реальных рыночных цен с использованием данных открытых источников — интернет-площадок, специализирующихся на продаже автомобильных запчастей. Данный подход соответствует положениям Методических рекомендаций Минюста 2018 года, предусматривающим определение стоимости запасных частей исходя из фактических цен на товарном рынке, а не по усреднённым справочникам.
При таких обстоятельствах указание экспертом в заключении об использовании контрактных (бывших в употреблении) запасных частей является вынужденной и обоснованной мерой, не противоречащей Методическим рекомендациям Минюста 2018 года, и не может служить основанием для сомнений в достоверности экспертного заключения.
Из экспертного заключения № следует, что среднерыночная стоимость транспортного средства Тойота Марк 2, 1997 года выпуска, на дату ДТП составила 718 000 рублей, а стоимость восстановительного ремонта с использованием контрактных запчастей — 166 900 рублей.
Поскольку стоимость восстановительного ремонта (166 900 рублей) составляет 23,2% от среднерыночной стоимости транспортного средства на дату ДТП (718 000 рублей). Следовательно, стоимость ремонта не превышает стоимость транспортного средства, не приближается к ней и не достигает критерия полной гибели, установленного пунктом 8.4 части II Методических рекомендаций Минюста 2018 года.
При таких обстоятельствах оснований для признания полной гибели транспортного средства не имеется. Восстановительный ремонт экономически целесообразен, и размер подлежащего взысканию ущерба определяется исходя из стоимости восстановительного ремонта — 166 900 рублей.
Оценивая экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.
Заключение получено по результатам экспертизы, назначенной судом в порядке статьи 79 ГПК РФ, проведено лицом, обладающим специальными познаниями, имеющим соответствующее образование и квалификацию. Эксперт предупреждён об уголовной ответственности по статье 307 УК РФ. Процессуальный порядок назначения и проведения экспертизы не нарушен. Выводы заключения непосредственно относятся к обстоятельствам дела, характеру и объёму повреждений транспортного средства истца, стоимости его восстановительного ремонта и среднерыночной стоимости на дату ДТП. Выводы эксперта последовательны и мотивированы. Заключение не содержит внутренних противоречий. Калькуляция стоимости ремонта соответствует итоговым суммам. Расчёты проверяемы и воспроизводимы.
На основании изложенного, суд признаёт экспертное заключение № от ДД.ММ.ГГГГ, составленное ООО «Башня», допустимым, относимым и достоверным доказательством размера подлежащего взысканию ущерба, а сумму 166 900 рублей обоснованной и подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца в счёт возмещения материального ущерба, причинённого в результате дорожно-транспортного происшествия.
Таким образом, исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, подлежит удовлетворению частично, взысканию подлежат денежные средства в размере 166900 рублей.
Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев предусмотренных частью второй ст.96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Судом установлено, что в результате ДТП, истец понес расходы для оплаты услуг по оплате государственной пошлины в размере 14742 рублей, что подтверждается чеком по операции от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 5).
Кроме того, между адвокатом ФИО6 (адвокат) и ФИО2 (доверитель) заключено соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому юридическая помощь заключается в защите его интересов по гражданскому делу в Кызылском районном суде по факту ДТП.
Размер вознаграждения адвоката за выполнение данного поручения определен сторонами в размере 30000 рублей (п.3.1.).
Данный договор ФИО2 оплачен в размере 30000 рублей, что подтверждается квитанцией к приходному кассовому ордеру №.
С учетом принципа пропорционального возмещения судебных расходов и частичного удовлетворения заявленных требований, суд приходит к выводу о необходимости взыскания указанных судебных расходов с ответчика в пользу истца пропорционально удовлетворенным требованиям.
Исходя из того что истец просил взыскать с ответчика 489 687 рублей в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, удовлетворённая судом сумма составила 166 900 рублей, что составило 34,1%, то возмещению подлежат судебные расходы истца пропорционально удовлетворенной части.
Так, расходы на оплату государственной пошлины подлежат взысканию пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 5027 рублей, а расходы на оплату услуг представителя в размере 10230 рублей.
Вместе с тем, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении требований во взыскании расходов на услугу эксперта в размере 10000 рублей, поскольку судом акт экспертного исследования ООО «Аудит» от ДД.ММ.ГГГГ №, не принят при вынесении решения и не положен в его основу.
При таких обстоятельствах, исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и взыскании судебных расходов, подлежит удовлетворению частично.
На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, решил:
Исковое заявление ФИО2 к ФИО1 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия и взыскании судебных расходов удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО1 (паспорт № №) в пользу ФИО2 (паспорт № №) материальный ущерб в результате дорожно-транспортного происшествия в размере 166 900 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 10230 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 5027 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Тыва в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения через Кызылский районный суд Республики Тыва.
Мотивированное решении будет изготовлено в течение десяти дней.
Председательствующий В.Д. Кара-Сал
Мотивированное решение изготовлено 17 сентября 2026 года.