РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 мая 2026 года с. Онгудай
Онгудайский районный суд Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи Тогочоевой К.А., при секретаре Тойляшевой О.П.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ, судебных расходов;
по встречному исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании недействительными соглашение о разделе общего имущества между супругами, договора купли-продажи земельного участка, восстановлении записи права собственности на земельный участок,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с исковым заявлением, позже с уточненным исковым заявлением к ФИО3 о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ, судебных расходов.
В обоснование заявленных требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ответчиком заключено соглашение о разделе общего имущества супругов, удостоверенное нотариусом нотариального округа «<адрес>» Республики Алтай, согласно которому ответчик обязался выплатить ей денежную компенсацию в размере <данные изъяты> не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Ответчик не исполнил принятые на себя обязательства по передаче денежных средств в установленный срок. ДД.ММ.ГГГГ ответчику направлена досудебная претензия с требованием о добровольном погашении задолженности, однако в установленный срок ответчик не произвел выплату.Поскольку ответчик добровольно не возвращает ей сумму задолженности, пользуется ее денежными средствами, то с него подлежат начислению и взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами. Ссылаясь на 395 ГК РФ просит взыскать денежные средства на просроченную сумму долга за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (день обращения с уточненным исковым заявлением), которые составляют <данные изъяты>. Просит взыскать в ответчика сумму задолженности в общей сумме <данные изъяты>, которая состоит суммы основного долга - <данные изъяты>, суммы процентов за пользование денежными средствами за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – <данные изъяты>, а также судебные расходы в сумме <данные изъяты>.
Возражая против иска ФИО2, ФИО3 в лице представителя по доверенности ФИО14 обратился с встречным исковым заявлением, позже представитель истца уточнил встречные исковые требования, указав, в качестве истца также ФИО4 В обоснование встречного иска истцы указали, что договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ был заключен под влиянием обмана. ФИО2 по версии истцов, ввела ФИО4 в заблуждение относительно оформления документов через МФЦ. О том, что земельный участок находится в единоличной собственности ФИО2, ФИО4 узнала от сына ФИО3 только ДД.ММ.ГГГГ. ФИО17 Т.С. о существовании сделки узнал также случайно ДД.ММ.ГГГГ в период развода с ФИО2 Из-за того, что ФИО2 путем обмана ФИО4, оформила на себя земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>, между ФИО3 и ФИО2 произошел конфликт. ФИО2 пояснила ФИО3, что вернет объект недвижимости только в том случае, если ФИО3 заключит с ней нотариальное соглашение о разделе имущества и выплатит денежную компенсацию, то есть решила извлечь преимущество из своего незаконного и недобросовестного поведения. Не желая серьезных проблем для ФИО2, с целью вернуть земельный участок матери, он решил заключить соглашение о разделе общего имущества супругов. Однако ФИО3 не собирался ей платить денежную компенсацию, так как земельный участок всегда принадлежал его матери ФИО4 Кроме того, сумма денежной компенсации была определена ФИО2 самостоятельно, без соответствующего отчета об оценке имущества. Незаконный переход права собственности на объект недвижимости на ФИО2 нарушил права ФИО4, как собственника, права ФИО3, как лица, проживающего по адресу: <адрес>, как с детства, так и по настоящее время. Также, истцы считают, что срок исковой давности не пропущен, так как в ДД.ММ.ГГГГ они узнали, что ФИО2, несмотря на свои недобросовестные действия по отношению к ФИО11 и ФИО3, намерена с ФИО8 взыскать денежных средства по соглашению, то есть появились иные обстоятельства являющиеся основанием для признания сделки недействительной. Ссылаясь на ст.ст.166, 167,179 ГК РФ истцы просят отказать в удовлетворении исковых требований ФИО2, а соглашение о разделе общего имущества между супругами, заключенное между ФИО3 и ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, договор купли-продажи земельного участка, заключенный между ФИО4 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ признать недействительными.
Истец (ответчик по встречному иску) ФИО2, ответчики (истцы по встречному иску) ФИО3, ФИО4, не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, стороны направили своих представителей.
Третье лицо нотариус нотариального округа «<адрес>» ФИО9 не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом.
В соответствии со ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело при указанной явке.
В судебном заседании представитель истца (по первоначальному иску) ФИО2 – ФИО15 исковые требования поддержала в полном объеме, в удовлетворении встречных исковых требований ФИО3, ФИО11 просила отказать. Пояснила, что спорный земельный участок был приобретён в период брака ФИО2 и ФИО3, на участке сторонами совместно осуществлялось строительство жилого дома для проживания семьи. Строительство велось длительное время за счет совместных денежных средств супругов, в том числе доходов ФИО3, денежных средств ФИО2, средств материнского капитала, кредитных денежных средств. На момент прекращения брачных отношений жилой дом, находящийся на спорном участке, являлся объектом незавершенного строительства. Соглашение о разделе общего имущества супругов от ДД.ММ.ГГГГ заключено сторонами добровольно, удостоверено нотариусом, сторонам были разъяснены правовые последствия его заключения. По условиям соглашения спорное имущество передано в собственность ФИО3, который обязался выплатить ФИО2 денежную компенсацию в размере <данные изъяты> рублей. ФИО2 свои обязательства исполнила, право собственности на объекты недвижимости зарегистрировано за ФИО3, однако денежные средства ответчиком выплачены не были. Также пояснила, что после регистрации права собственности ФИО3 распорядился спорным имуществом, заключив договор дарения земельного участка в пользу своей матери ФИО4, что, по мнению стороны истца, свидетельствует о признании ответчиком правовых последствий заключенного соглашения. Считает доводы встречного иска несостоятельными, поскольку доказательств мнимости соглашения о разделе имущества, равно как и доказательств обмана при заключении договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, стороной ответчиком не представлено. Также представитель просит применить к заявленным встречным требованиям срок исковой давности, который является самостоятельным основанием для удовлетворения требований.
Представитель ответчика (истцов по встречному иску) ФИО3, ФИО4 – ФИО14 исковые требования ФИО2 не признала, встречные исковые требования ФИО3, ФИО4 просила удовлетворить. При этом пояснила, что спорный земельный участок и строительство жилого дома фактически осуществлялось за счет денежных средств ФИО4, в том числе кредитных средств и социальных выплат. ФИО3 не намеревался исполнять соглашение о разделе имущества, поскольку считал спорное имущество принадлежащим его матери. Полагала, что договор купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ заключен под влиянием обмана, а соглашение о разделе имущества является недействительным. Также просила применить положения ст.333 ГК РФ и снизить размер взыскиваемых процентов ссылаясь на их несоразмерность последствиям нарушения обязательств.
Ранее в судебном заседании истец по встречному иску ФИО4 поясняла, что в ДД.ММ.ГГГГ выехала из старого жилого домика по <адрес>, проживала по <адрес>, затем родственницы, после построила дом в <адрес>, где проживает в нем по настоящее время. Утверждает, что ДД.ММ.ГГГГ ездила совместно с ФИО2 в МФЦ <адрес>, где подписала договор купли-продажи, однако подписывая, думала, что подписывает договор дарения на землю, где также указан ее сын ФИО3, это было ее условие, так как на тот момент ее сын был на вахте, не присутствовал в МФЦ. Поскольку у нее было на тот момент высокое давление, она поставила подпись и вышла. Сыну на тот момент об этом ни чего не сказала.
Истец ФИО3 ранее пояснял, что подписывая соглашение, он понимал, что денежную компенсацию он выплачивать не будет, поскольку считает, что ФИО2 не вкладывала денежных средств в строительство дома, все спорное имущество принадлежит его матери ФИО11
Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав материалы дела, оценив доказательства в совокупности, приходит к следующему.
В соответствии с п. 1 ст. 256 ГК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.
Согласно п. 1 ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации (далее - СК РФ) законным режимом имущества супругов является режим их совместной собственности.
В соответствии с положениями ст. 34 СК РФ определено, что имущество, нажитое супругами в период брака, является их совместной собственностью.
Граждане по своему усмотрению распоряжаются принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено настоящим Кодексом (п. 1 ст. 7 СК РФ).
В соответствии с нормами семейного законодательства изменение правового режима общего имущества супругов возможно на основании заключенного между ними брачного договора (ст. ст. 41, 42 СК РФ), соглашения о разделе имущества (п. 2 ст. 38 СК РФ), соглашения о признании имущества одного из супругов общей совместной или общей долевой собственностью (ст. 37 СК РФ).
В силу п. 2 ст. 38 СК РФ общее имущество супругов может быть разделено между супругами по их соглашению. Соглашение о разделе общего имущества, нажитого супругами в период брака, должно быть нотариально удостоверено.
Следовательно, соглашение о разделе имущества супругов является основанием для возникновения, изменения и прекращения прав и обязанностей супругов в отношении их совместной собственности.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО19 и ФИО3 заключено нотариальное соглашение о разделе общего имущества между супругами. Соглашение удостоверено нотариусом нотариального округа «<адрес>» Республики Алтай, сторонами не оспаривается факт его подписания.
Стороны пришли к соглашению произвести раздел данного имущества следующим образом: в личную собственность ФИО3 остается земельный участок, площадью <данные изъяты> с кадастровым номером №, категория земель – земли населенных пунктов, виды разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, приобретенный по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, с расположенным на земельном участке объектом незавершенного строительства, находящегося по адресу: <адрес>. Жилой дом, находящийся по адресу: <адрес>, после завершения строительства и ввода в эксплуатацию, также переходит в собственность ФИО3(п.2 Соглашения)
Согласно п. 3 Соглашения, ФИО3 в возмещение полученного имущества обязался выплатить ФИО18 <данные изъяты> рублей, не позднее ДД.ММ.ГГГГ. Оплата денежных средств может быть выплачена ранее установленного срока. В случае неисполнения обязательств по уплате денежных средств ФИО17 Т.С. вправе в судебном порядке обязать ФИО3 исполнить взятые обязательства.
Содержание статей 38 и 39 СК РФ нотариусом сторонам разъяснено (п. 10 Соглашения).
Также в тексте соглашения имеется указание на то, что участники сделки понимают разъяснения нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, условия сделки соответствуют действительным намерениям участников.
Из свидетельства о расторжении № № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что брак межу ФИО3 и ФИО20. на основании решения мирового судьи судебного участка Онгудайского района Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ прекращен ДД.ММ.ГГГГ. После расторжения брака ФИО21 присвоена фамилия – ФИО17.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 и ФИО22 заключили брак. После заключения брака ФИО23 присвоена фамилия – ФИО16 (свидетельство о заключении № № от ДД.ММ.ГГГГ).
Как следует из материалов дела спорный земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, был приобретен ФИО24 по договору-купли продажи от ДД.ММ.ГГГГ, залеченный между ней и ФИО11.
В последующем ДД.ММ.ГГГГ право собственности на спорный земельный участок перешло к ФИО3 на основании Соглашения о разделе общего имущества между супругами, что подтверждается выпиской из ЕГРН о переходе прав на объект недвижимости по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.
Из договора дарения земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 и ФИО4 следует, что ФИО3 ( даритель) безвозмездно передает ФИО11 (одаряемой) в собственность земельный участок по адресу: <адрес>, а ФИО11 принимает в качестве дара.
Согласно п.1.2 Договора дарения, земельный участок площадью <данные изъяты> с кадастровым номером №, категория земель –земли населенных пунктов, вид разрешенного использования – для ведения личного подсобного хозяйства, принадлежит дарителю на праве собственности на основании соглашения о разделе общего имущества между супругами, составленного и заверенного нотариусом нотариального округа <адрес> Республики Алтай ФИО12, зарегистрированного в реестре № о чем в ЕГР ДД.ММ.ГГГГ сделана запись.
Из пункта 1.3 Договора дарения следует, что на участке расположен объект незавершенного строительства, жилой дом, который после завершения строительства и ввода в эксплуатацию, также переходит в дар в собственность одаряемой.
Из выписки из ЕГРН № по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ следует, что собственником жилого дома, с кадастровым номером №, общей площадью <данные изъяты>., расположенный на земельном участке с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, является ФИО4 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ.
Разрешая встречные исковые требования о признании соглашения о разделе общего имущества между супругами недействительным по основанию мнимости (притворности) сделки, суд исходит из следующего.
В обоснование заявленных встречных исковых требований истцы указали, что ФИО2 заставила путем обмана мать истца ФИО11 заключить ДД.ММ.ГГГГ с ней договор купли-продажи земельного участка по <адрес>, о чем они узнали только ДД.ММ.ГГГГ году. По требованию вернуть спорный земельный участок, ФИО2 поставила перед ним условие, что вернет имущество только в случае заключения соглашения о разделе общего имущества между супругами, на что он согласился, однако намерений выплачивать ей денежную компенсацию у него ни когда не было.
На основании ст. 4 Семейного кодекса российской Федерации к имущественным и личным неимущественным отношениям между членами семьи, не урегулированным семейным законодательством, применяется гражданское законодательство постольку, поскольку это не противоречит существу семейных отношений. Следовательно, для признания недействительным соглашения о разделе имущества супругов необходимо руководствоваться нормами гражданского законодательства о недействительности сделок.
В соответствии с п.1 ст.170 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.
Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила ( ч.2 ст.170 ГК РФ).
Мнимые и притворные сделки, как правило, относят к сделкам с пороком воли. Основным условием для признания их недействительными является установление отличия истинной воли сторон от выраженной формально в сделке (Определения Верховного Суда РФ от 13.07.2018 N 308-ЭС18-2197, от 01.12.2015 N 22-КГ15-9, п. 87 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25).
По смыслу указанной нормы юридически значимым обстоятельством является отсутствие у обеих сторон сделки намерения создать соответствующие правовые последствия.
Между тем из установленных судом обстоятельств следует, что спорное соглашение сторонами фактически исполнялось.
Так, в результате заключения соглашения право собственности на спорное имущество было зарегистрировано за ФИО3, который в последствие распорядился указанным имуществом, заключив договор дарения земельного участка в пользу своей матери ФИО4
Указанные обстоятельства свидетельствуют о реальном наступлении предусмотренных соглашением правовых последствий, направленности воли сторон на изменение принадлежности имущества и фактическом исполнении соглашения.
Само по себе последующее оспаривание ответчиком соглашения после предъявления требований о взыскании денежной компенсации не свидетельствует о мнимом характере сделки.
Доводы ФИО3 о том, что соглашение было заключено исключительно с целью возврата имущества его матери ФИО4, правового значения для разрешения требований о признании соглашения мнимой сделкой не имеют, поскольку наличие мотивов заключения сделки не свидетельствует об отсутствии намерения сторон создать соответствующие ей правовые последствия.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии предусмотренных ст.170 ГК РФ оснований для признания соглашения о разделе общего имущества между супругами от ДД.ММ.ГГГГ недействительным как мнимой сделкой.
Оснований полагать спорное соглашение притворной сделкой, совершенной с целью прикрыть иную сделку, суд также не усматривает, поскольку предусмотренные соглашениям правовые последствия фактически наступили: имущество передано ответчику, право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке, ответчик распорядился спорным имуществом как собственник.
Согласно пункту 1 статьи 170 названного кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.
Из разъяснений пункта 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ).
На основании пункта 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Учитывая, что ФИО3 спорный земельный участок зарегистрировал ДД.ММ.ГГГГ, на что также указывала ФИО4 и следует из содержания искового заявления, а в суд обратились ДД.ММ.ГГГГ, то суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности.
Разрешая встречные исковые требования ФИО3 и ФИО4 о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО1 под влиянием обмана, суд приходит к следующему.
В соответствии с пунктом 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане (абзац третий данного пункта).
Согласно п.7 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 3 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27 ноября 2019 г., в п. 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Оспаривая сделку купли-продажи земельного участка, истцы указывали на то, что ФИО4 договор не читала, не понимала, что она подписывает, денежные средства за имущество не получала, обман истец усматривала в том, что имущество было зарегистрировано за ФИО2, а не в долевой собственности между ее сыном ФИО3 и ФИО2.
Между тем достаточных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих совершение ФИО2 действий, направленных на умышленное введение ФИО4 в заблуждение при заключении договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, суду не представлено.
Наоборот, ФИО4 пояснила суду, что в день заключения сделки она прибыла в МФЦ вместе с ФИО2 для заключения договора купли-продажи земельного участка, при этом сама подписала договор.
Подписывая договор купли-продажи, истица подтвердила согласованность условий соглашения.
Таким образом, фактические обстоятельства дела и совокупность представленных доказательств не дают правовых оснований для вывода о наличии порока воли у истца при заключении оспариваемого договора.
Суд исходит из того, что при заключении оспариваемой сделки воля сторон была выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора купли-продажи участка. Сделка совершена в установленной для данного вида сделок форме, содержит все существенные условия договора купли-продажи, подписана сторонами.
Из материалов дела следует, что после заключения договора переход права собственности был зарегистрирован в установленном законом порядке, сделка сторонами длительное время не оспаривалась, требования о признании договора недействительным заявлены спустя значительный период времени после его заключения.
При этом объективных доказательств того, что волеизъявление продавца при заключении договора было сформировано под влиянием умышленных недобросовестных действий со стороны покупателя, суду не представлено.
Более того, суд полагает необходимым отметить, что оспариваемая сделка была совершена ФИО2 в период брака с ФИО3 и в силу положений СК РФ, спорный земельный участок являлся совместно нажитым имуществом супругов, доли супругов в имуществе являлись равными.
Пояснения свидетелей, допрошенных в ходе судебного разбирательства, также не опровергают установленные обстоятельства.
Представленные сторонами кредитные договора, заключенные ФИО4, ФИО2, сведения о доходах ФИО2, а также документы, подтверждающие получение единовременной денежной выплаты, предоставленной в соответствии с Федеральным законом от 24.11.1995 года № 81-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» ФИО1, свидетельствуют о наличии нескольких источников финансирования строительства спорного объекта недвижимости по <адрес>.
Документы о распоряжении средствами материнского капитала ФИО1, свидетельствуют о том, что средства материнского капитала были направлены на приобретение иного имущества, расположенного по адресу: <адрес>.
Указанные доказательства в совокупности подтверждают, что строительство жилого дома осуществлялось в период брака сторон при участии как ФИО3 и ФИО2, так и ФИО4, однако сами по себе не свидетельствуют о наличии обмана при заключении договора купли-продажи земельного участка ДД.ММ.ГГГГ и не подтверждают мнимый характер соглашения о разделе имущества супругов.
При таких обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения встречных исковых требований.
Требования о восстановлении записи о праве собственности ФИО4 на спорный земельный участок являются производными от требований о признании недействительными договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ и соглашения о разделе общего имущества супругов.
Поскольку правовых оснований для удовлетворения указанных требований судом не установлено, требования о восстановлении записи о праве собственности удовлетворению не подлежат.
Кроме того, на момент разрешения спора ФИО4 является правообладателем спорного земельного участка на основании договора дарения.
Кроме того, стороной ответчика по встречному иску заявлено о применении срока исковой давности.
В соответствии с п.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.
Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка, либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно пункту 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Как установлено судом, оспариваемый договор купли-продажи земельного участка заключен ДД.ММ.ГГГГ, переход права собственности зарегистрирован в установленном законом порядке. С настоящим требованиям истцы обратились в суд лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть по истечении установленного законом срока исковой давности.
ФИО3 пояснил, что о совершенной сделке им стало известно ДД.ММ.ГГГГ, при оформлении бракоразводных документов.
Таким образом, истцами пропущен срок исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований.
С учетом вышеприведенных обстоятельств, ФИО2 со своей стороны обязательства по соглашению о разделе общего имущества между супругами от ДД.ММ.ГГГГ исполнила в полном объеме, тогда как ответчик предусмотренную соглашением денежную компенсацию в установленный срок не выполнил.
Доказательств исполнения обязательств исполнения обязательства по выплате денежных средств ответчиком в нарушение требований ст.56 ГПК РФ суду не представлено.
В силу ст.309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.
Согласно ст.310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.
Поскольку обязательство по выплате денежной компенсации ответчиком не исполнено, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных средств в размере 610 000 рублей.
Разрешая требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суд исходит из следующего.
В соответствии с пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В соответствии с пунктом 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов.
Из материалов дела следует, что срок исполнения обязательства по выплате денежной компенсации был установлен сторонами до ДД.ММ.ГГГГ.
Поскольку в предусмотренный в соглашении срок денежные средства ответчиком выплачены не были, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.
Судом произведен перерасчет процентов.
В связи с чем с ответчика в пользу истца подлежат взысканию проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные на сумму задолженности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты> копейки.
Также суд находит обоснованными требования истца о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами с даты вынесения решения суда до момента фактического исполнения решения, поскольку проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии с положениями ч.3 ст. 395 ГК РФ взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.
Доводы стороны ответчика о необходимости снижения размера процентов за пользование чужими денежными средствами на основании ст.333 ГК РФ суд находит несостоятельными.
В пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что к размеру процентов, взыскиваемых по пункту 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, по общему правилу, положения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации не применяются (пункт 6 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).
При таких обстоятельствах оснований для применении ст.333 ГК РФ не имеется.
При этом размер процентов определен исходя из ключевой ставки Банка России, предусмотренной законом, период просрочки является длительным, обязательство ответчиком добровольно не исполнено.
Доказательств явной несоразмерности начисленных процентов последствиям нарушения обязательства и снижении размера процентов суду стороной ответчика не представлено.
При подаче искового заявления истцом ФИО2 уплачена государственная пошлина в размере <данные изъяты>. Поскольку исковые требования удовлетворены, с ответчика ФИО3 в порядке ст.98 ГПК РФ в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в полном объеме.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 к ФИО3 о взыскании денежных средств, процентов за пользование чужими денежными средствами в порядке ст.395 ГК РФ, судебных расходов удовлетворить.
Взыскать с ФИО3 (<данные изъяты>) в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) денежные средства в размере <данные изъяты> рублей в возмещение полученного имущества, по соглашению о разделе общего имущества супругов от ДД.ММ.ГГГГ.
Взыскать с ФИО3 (<данные изъяты>) в пользу ФИО2 (<данные изъяты>) проценты за пользование чужими денежными средствами начисленные на сумму задолженности за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере <данные изъяты>, а также проценты за пользование чужими денежными средствами, начисляемые на сумму задолженности <данные изъяты> рублей исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, начиная с ДД.ММ.ГГГГ по день фактического погашения задолженности, расходы по уплате государственной пошлины в сумме <данные изъяты> копеек.
В удовлетворении встречных исковых требований ФИО3 к ФИО1 о признании недействительными соглашение о разделе общего имущества между супругами от ДД.ММ.ГГГГ, выданного нотариусом нотариального округа <адрес> Республики Алтай, договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером №, по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, а также о восстановлении записи права собственности на указанный земельный участок с кадастровым номером №, отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения путем подачи жалобы через Онгудайский районный суд Республики Алтай.
Судья К.А.Тогочоева
Мотивированное решение изготовлено 19 мая 2026 года