РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
07 августа 2026 года город Омск
Центральный районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Бредгауэр В.В., при секретаре судебного заседания Еремеевой Я.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Панфилова Владимира Степановича к АО «ОТП Банк» о взыскании денежных средств, процентов, компенсации морального вреда, штрафа,
УСТАНОВИЛ:
Истец Панфилов В.С. обратился в суд с иском к АО «ОТП Банк» о взыскании денежных средств, процентов, компенсации морального вреда, штрафа. В обоснование иска указал, что истец является клиентом АО «ОТП БАНК» с 2012 года, за это время он тринадцать раз заключал договоры срочных вкладов денежных средств, срок договоров составлял от 181 до 1 095 дней. Денежные средства на основании заключенных договоров срочных вкладов помещались на вклад под проценты, по истечению срока действия договора, денежные средства с процентами, выплачивались истцу, как вкладчику, после чего договор вклада перезаключался, деньги вновь на определенное время размещались на счете. 29.06.2021 года истец обратился в банк для размещения на вкладе денежных средств в сумме 1 000 000 рублей. Менеджер банка убедила истца разместить все причитающиеся к выплате денежные средства на, как объяснили истцу, вкладе, но под более высокий процент, составляющий 10 % годовых. Срок размещения составил три года, сумма, предлагаемая для размещения - 1 000 000 рублей. Учитывая, что ранее Панфилов В.С. тринадцать раз перезаключал договоры банковских вкладов, он не предполагал, что его могут ввести в заблуждение и вместо договора срочного банковского вклада с помещением денежных средств под более высокую процентную ставку, путем обмана и введения в заблуждение, используя его доверие к кредитной организации, предоставят ему для заключения договор накопительного счета физического лица №, согласно которому банк открывает на имя истца текущий счет в рублях и осуществляет его расчетно-кассовое обслуживание.
В соответствии с п. 1.2 названного договора, банк осуществляет следующие операции: зачисление на расчетный счет клиента денежных средств, списание с расчетного счета денежных средств, иные операции, предусмотренные действующим законодательством. При этом, договор не содержит условий и отсылок, связанных с договором доверительного управления денежными средствами, в связи с чем, Панфилов В.С., действуя как добросовестный клиент банка, передал для размещения на вкладе под проценты денежные средства в сумме 1 000 000 рублей.
По истечении трех лет, 29.06.2024 истец обратился в ОТП БАНК для получения денежных средств, однако в полной выдаче денег ему было отказано по причине размещения денежных средств в АО УК «Брокеркредитсервис» и, как ему было пояснено в устной форме, приобретения на внесенные деньги ценных бумаг, реализация которых в настоящее время заморожена в связи с санкциями, введенными в отношении РФ.
Панфилов В.С., размещая денежные средства в банке, не имел намерения заключать договор доверительного управления его денежными средствами с АО УК «Брокеркредитсервис», он не имел намерения инвестировать денежные средства в активы, расположенные за пределами РФ, он полагал, что помещает свои деньги на более длительный период в банк, но под более высокий процент.
Внимательно ознакомившись с документами, переданными ему 29.06.2021, истец обнаружил заявление о присоединении к регламенту доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и финансовые документы, с отсылкой к условиям акцепта Регламента, изготовленное мелким шрифтом которое не может подменять собой договор доверительного управления, поскольку из п.2.12 этого заявления прямо следует, что факт принятия Банком настоящего заявления не означает заключение между Панфиловым В.С. и АО УК «Брокеркредитсервис» договора доверительного управления.
Кроме того, зрение истца не позволяет читать документы, выполненные меньше, чем 14 шрифтом, что подтверждается справкой врача-офтальмолога.
Из заявления не следует, что сам договор доверительного управления и приложения к нему, включающие условия выбранного продукта (описание инвестиционного профиля стандартной инвестиционной стратегии), регламент доверительного управления, декларация о рисках были вручены Панфилову В.С., заявление содержат лишь указание на ознакомление с данными документами, размещенными на сайте.
Таким образом, новые взаимоотношения предлагались в отсутствии возможности наглядно ознакомиться с условиями обращения с денежными средствами и с информацией о том, каким образом будет обеспечиваться возвратность вложений и какова будет процентная ставка за пользование его денежными средствами. Кроме того, сам договор доверительного управления между истцом и АО УК «БКС» не заключался, ибо от имени АО УК «БКС» действовал менеджер банка.
В тоже время, 29.06.2021 Панфилов В.С. обратился в банк не для заключения договора доверительного управления, а для размещения денежных средств под более высокий процент на вкладе.
Следовательно, его волеизъявление на размещение денежных средств на накопительном счете и оформление заявления на присоединение к регламенту договора доверительного управления от 29.06.2021 не соответствовало его действительной воле. Осуществляя указанные сделки, он был уверен, что оформляет документы по оформлению договора вклада и размещению денежных средств на основании нового договора под более высокий процент. Кроме того, возраст истца - 75 лет, у него сильная дальнозоркость и как указано выше, прочитать заявление об открытии счета и заявление о присоединении к регламенту доверительного управления, выполненные мелким шрифтом, он физической возможности не имел. По этим же причинам он не пользуется Интернет сайтами и не мог ознакомиться с информацией, размещенной на них. Таким образом, сотрудник банка воспользовался состоянием истца, умышленно ввел его в заблуждение и вместо оформления документов по закрытию размещению денежных средств на срочном вкладе, оформил заявление о присоединении к регламенту доверительного управления и средствами инвестирования в ценные бумаги, чего истец делать не собирался. Когда истец через три года обратился в банк за получением денежных средств, ему разъяснили, что был оформлен договор на ведение накопительного банковского счета и денежные средства, размещенные на вкладе, переведены на иной счет в виде инвестирования. В добровольном порядке Панфилову В.С. возвращено 550 900 рублей, состоящие из процентов за пользование денежными средствами - 153 900 рублей, 346 522 рублей - возврат денежных средств, 49 766 рублей - возврат из УК «БКС» по заявлению, в выплате остальных денежных средств было отказано по причине их размещения в АО УК «Брокеркредитсервис» на условиях доверительного управления. Таким образом, сумма возвращенных денежных средств, внесенных истцом в банк, составила 396 288 рублей (346 522+49 766), остаток денежных средств, подлежащих возврату, равен 603 712 рублей. Полагаю, что такими действиями грубо нарушены права потребителя, предусмотренные законодательством.
Рекомендации Банка России в данном конкретном случае сотрудниками АО «ОТП Банк» были грубо проигнорированы и пожилому человеку, относящемуся к группе риска, навязана услуга по заключению договора доверительного управления, подменяющая собой услугу по открытию нового банковского вклада.
Истец, при обращении в банк, был намерен заключить договор банковского вклада с целью размещения денежных средств под более высокую процентную ставку, при этом намерений передавать денежные средства в доверительно управление АО УК «БКС» истец не имел, в силу преклонного возраста (76 лет), состояния здоровья (дальнозоркость, чтение шрифта не менее 14 размера), отсутствия специального финансового образования, а также в условиях непредоставления информации, был введен в заблуждение сотрудником банка.
При заключении с истцом договора доверительного управления от имени АО «УК БКС» выступал сотрудник АО «ОТП Банк», что безусловно повлияло на волеизъявление истца при заключении договора доверительного управления ценными бумагами, т.к. ранее он неоднократно являлся вкладчиком банка, в данном случае также обратился в офис исключительно с намерением заключить договор банковского вклада, контактировал исключительно с работником финансовой организации.
Полная и достоверная информация о том, что предлагаемый финансовый продукт не является договором банковского вклада и не гарантирует получение дохода, а также не предусматривает возможность возврата вложенных денежных средств в полном объеме и относится к рисковым вложениям, до истца доведена не была.
Об отсутствии у истца необходимой полной и достоверной информации также свидетельствует факт того, что в течение трех лет истец в банк за получением ежеквартальных процентов, начисляемых ему АО «УК БКС» не обращался, полагая, что вклад и причитающиеся по нему проценты можно получить только после истечения срока действия договора, т.е. трех лет. АО «ОТП Банк», на счету которого находились перечисленные истцу денежные средства в виде процентов, не принимал мер для извещения истца о возможности их получения.
Кроме того, очевидно, что истцу, не обладающему специальными познаниями в области финансов, в силу возраста и состояния здоровья, не были понятны содержание конкретных условий договора доверительного управления, выплаты по которому, в соответствии с его условиями, зависят от значения финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов.
Исходя из изложенного, формальное соблюдение исполнителем процедуры заключения сделки (подписание заявления, памятки и т.д.) свидетельствуют лишь о создании видимости обеспечения потребителя нужным объемом информации, а не о его действительном волеизъявлении на заключение именно договора доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты.
Поскольку в добровольном порядке требования истца о взыскании денежных средств не удовлетворены, он вынужден обращаться в суд с иском о защите нарушенного права.
В исковом заявлении произведен расчет взыскиваемых сумм:
- 603 712 рублей - остаток денежных средств, размещенных на текущем банковском счете (переданных впоследствии в доверительное управление),
- 380 338 рублей - проценты за пользование чужими денежными средства за три календарных года (в порядке ст.395 ГК РФ: 603 712x21:365:100x1 095), итого общая сумма составляет 984 050 рублей.
Соответственно, с АО ОТП Банка в пользу Панфилова В.С. подлежат взысканию 984 050 рублей.
На основании изложенного просил признать договор текущего банковского счета (доверительного управления), заключенный 22.04.2021 недействительным; взыскать с ответчиков в свою пользу 984 050 рублей (остаток денежных средств и проценты за пользование чужими денежными средствами); компенсацию морального вреда в сумме 50 000; штраф в рамках п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей» судебные издержки, связанные с рассмотрением настоящего иска
Впоследствии стороной истца в порядке ст. 39 ГПК РФ были уточнены исковые требования, истец просил взыскать с ответчика АО «ОТП БАНК» в свою пользу 984 050 рублей (остаток денежных средств и проценты за пользование чужими денежными средствами); компенсацию морального вреда в сумме 50 000 рублей; штраф в рамках п.6 ст.13 Закона «О защите прав потребителей»; судебные издержки, связанные с рассмотрением настоящего иска.
Истец Панфилов В.С., надлежащим образом уведомленный о месте и времени судебного заседания, участия в судебном заседании не принимал, участвуя ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, подтвердив все заявленные в исковом заявлении фактические обстоятельства дела.
Представитель истца Дубровская Ж.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме с учетом их уточнения. На вопрос суда уточнила, что просит взыскать проценты по ст. 395 ГК РФ за период с 29.06.2023 по 29.06.2026.
Ответчик АО «ОТП Банк», надлежащим образом уведомленный о месте и времени судебного заседания, участия в судебном заседании не принимал, просил рассмотреть дело в его отсутствие. В материалы дела направлен письменный отзыв, из которого следует, что иск не подлежит удовлетворению. Просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме.
Представитель третьего лица АО УК «БКС» в судебном заседании участия не принимал, извещен надлежащим образом. В материалы дела представлены возражения относительно исковых требований (л.д. 39-44). С истцом был заключен договор доверительного управления от 29.06.2021 года путем подписания им в банке ответчика заявления о присоединении к Регламенту. Ответчик в соответствии с агентским договором осуществлял поиск потенциальных клиентов, консультировал их, работал как почта, направлял документ. Клиент предоставляет в банк заявление, его заполняют и к ним направляют, направляет документы ОТП Банк. В настоящее время договор по обращению истца расторгнут, вернули денежные средства, которые возможно вывести и вернуть. Считает, что с их стороны не допущено нарушений прав истца ни при заключении договора, ни при его расторжении.
Заслушав лиц, участвующих в судебном заседании, оценив доводы сторон, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу ч. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно ч. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела В силу ч. 1 ст. 8 ГК РФ, гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
Согласно ч. 2 ст. 1 ГК РФ, граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Как установлено судом и подтверждается материалами дела 30.04.2020 между АО УК «БКС» (управляющий) и АО «ОТП Банк» заключен агентский договор №, по условиям которого управляющий поручает, а банк за вознаграждение принимает на себя обязательства по оказанию информационных и консультационных услуг, направленных на поиск и привлечение клиентов с целью заключения договоров доверительного управления; проведение упрощенной идентификации клиентов, намеренных заключить договор доверительного управления.
29.06.2021 Панфилов В.С. обратился в АО «ОТП Банк» с целью вложения денежных средств под проценты. При этом им было подано и собственноручно подписано заявление № о присоединении к Регламенту доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производственные финансовые инструменты.
В силу п. п. 2.1, 2.2 заявления заявитель выразил намерение передать денежные средства, предназначенные для инвестирования в ценные бумаги и заключения договора, являющихся производными инструментами, в доверительное управление АО УК «Управляющая компания «Брокеркредитсервис» (далее по тексту - АО УК «БКС»), в рамках стратегии - «Стратегия Универсальный выбор - 3 года», в его интересах в течение срока действия договора доверительного управления в соответствии с регламентом доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты, являющимся неотъемлемой частью договора и опубликованным на сайте www.bcs.ru/am.
Из п. 2.3 заявления следует, что заявитель подтвердил факт ознакомления с внутренней документацией АО УК «БКС» о порядке доверительного управления и инвестиционного профилирования.
В памятке об условиях инвестирования в стандартную стратегию доверительного управления «Универсальный выбор - 3 года» Панфилов В.С. также подтвердил, что она соответствует его ожиданиям доходности, что он ознакомлен с условиями стратегии, с рисками, присущими инвестированию в ценные бумаги, подтвердил способность с учетом его возраста нести заявленный уровень риска.
В тот же день (29.06.2021) между АО «ОТП Банк» и Панфиловым В.С. был заключен договор № текущего банковского счета физического лица, согласно которому банк открывает клиенту текущий счет в рублях РФ № и осуществляет расчетно-кассовое обслуживание счета в соответствии с действующим законодательством и условиями настоящего договора.
Согласно условиям договора доверительного управления № максимальная сумма инвестирования составляет от 100 000 руб., дополнительный взнос не предусмотрен. Вознаграждение АО УК «БКС» состоит из комиссии за управление, которая составляет 2 % годовых (взимается поквартально) и в размере 4,5 %, которая взимается за управление авансом и рассчитывается от стоимости зачисленных в доверительное управление денежных средств инвестирования и в течение срока действия договора доверительного управления, а также комиссии за успех в размере 15 % годовых.
Договором доверительного управления предусмотрены регулярные выплаты Панфилову В.С. по ставке 5 % годовых от стоимости активов, переданных в доверительное управление. Выплаты производятся независимо от финансового результата в течение первых трех лет действия договора доверительного управления. Срок договора доверительного управления составляет 3 года с возможностью продления на очередной срок, если не позднее 20 рабочих дней до даты окончания срока действия договора доверительного управления (или ранее) ни одна из сторон не уведомит другую об отсутствии намерения продлить действие договора доверительного управления.
29.06.2021 со счета истца № произведен перевод в пользу АО УК «БКС» денежных средств в сумме 1 000 000 рублей, о чем свидетельствует приходно кассовый ордер №.
В рамках исполнения договора АО УК «БКС» Панфилову В.С. производились регулярные выплаты на его счет, открытый в АО «ОТП Банк»: 16.09.2021 – 8630 рублей 14 копеек; 16.12.2021 – 12 465 рублей 75 копеек; 25.03.2022 – 12 328 рублей 77 копеек; 22.06.2022 – 12 602 рубля 74 копеек; 21.09.2022 – 12 602 рубля 74 копеек; 21.12.2022 – 12 465 рублей 75 копеек; 16.03.2023 – 12 328 рублей 77 копеек; 20.06.2023 – 12 602 рубля 74 копеек; 26.09.2023 – 12 602 рубля 74 копеек; 14.12.2023 – 12 465 рублей 75 копеек; 14.03.2024 – 12 443 рубля 30 копеек; 11.06.2024 – 12 568 рублей 31 копейка.
30.07.2024 в АО УК «БКС» поступило поручение истца на вывод денежных средств № от 22.07.2024 в размере 85% от денежных средств, находящихся в доверительном управлении на момент исполнения поручения о частичном выводе.
30.07.2024 АО УК «БКС» на счет истца переведены денежные средства в размере 346 522 рубля 69 копеек, составляющие активы Панфилова В.С. в валюте рубль РФ по договору доверительного управления, что подтверждается платежным поручением № от 30.07.2024.
02.03.2026 Панфилов В.С. обратился в АО «ОТП Банк», а также в АО УК «БКС» с претензией, содержащей требования о возврате денежных средств в размере 450 100 рублей, перечисленных им в рамках договора ДУ в АО УК «БКС», неустойки в порядке Закона о защите прав потребителей, а также о предоставлении заверенных копий документов по договору ДУ. В обоснование заявленных требований указал, что при заключении договора ДУ был введен в заблуждение, поскольку полагал, что заключает с финансовой организацией договор банковского вклада.
Согласно ответу АО УК «БКС» от 10.03.2026 № в удовлетворении требований истца отказано (л.д. 29-30)
Согласно ответу АО «ОТП Банк» от 16.03.2026 № в удовлетворении требований истца отказано (л.д. 31)
Не согласившись с данными отказами, Панфилов В.С. направил обращение Финансовому уполномоченному, в котором просил взыскать с АО «ОТП Банк» денежные средства в размере 603 712 рублей, внесенные им по договору доверительного управления, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 271 670 рублей.
06.05.2026 Финансовым уполномоченным направлено истцу уведомление об отказе в принятии обращения к рассмотрению.
Указанное явилось основанием для обращения истца за судебной защитой своих прав с соответствующим иском к АО «ОТП Банк».
Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей (п. 1).
К договорам применяются правила о двух- и многосторонних сделках, предусмотренные гл. 9 данного кодекса, если иное не установлено этим же кодексом (п. 2).
Согласно статье 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.
Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии с п. 1 ст. 168 данного кодекса сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Положения статьи 178 ГК РФ устанавливают, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в том числе если: сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; сторона заблуждается в отношении природы сделки; сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума N 25) разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст. 178, п. 2 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Кроме того, если сделка нарушает установленный п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст. 10 и п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п. п. 7 и 8 постановления Пленума № 25).
В соответствии с п. 3 ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию.
В п. 1 постановления Пленума № 25 разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
В ст. 8 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-I «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) предусмотрено право потребителя на информацию об изготовителе (исполнителе, продавце) и о товарах (работах, услугах).
В соответствии с п. 1 ст. 10 данного закона изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора.
Согласно п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.
В силу требований п. 4 ст. 13, п. 5 ст. 14 и п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательств, лежит на изготовителе (исполнителе, продавце).
Как отметил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 3 апреля 2023 г. № 14-П, предприниматель, профессионально занимающийся продажами, регулярно, на постоянной основе взаимодействует с разными контрагентами (включая потребителей) и потому потенциально обладает навыками ведения переговоров, оказания влияния на покупателя с целью реализации товара на наиболее выгодных для себя условиях. Он также не лишен возможности создать видимость обеспечения покупателя нужным объемом информации, а даже действительно обеспечив его таковой - манипулировать ею так, чтобы покупатель обошел вниманием проблемные элементы в ее содержании. В связи с этим, предлагая условия договора, предприниматель не может не осознавать свое превосходство (экономическую силу) над потребителем. У покупателя же, возможно, не будет оснований в ходе, например, судебного разбирательства отрицать, что продавец его информировал. При таких условиях даже выравнивание процессуального положения сторон посредством деятельности суда по перераспределению бремени доказывания от покупателя к продавцу может и не дать полезного эффекта.
Как следует из пояснений истца Панфилова В.С., при обращении в банк истец был намерен заключить договор банковского вклада с целью размещения денежных средств под более высокую процентную ставку, при этом намерений передать денежные средства в доверительное управление АО УК "БКС" истец не имел; в силу преклонного возраста, состояния здоровья, отсутствия специального финансового образования, а также в условиях непредставления надлежащей информации был введен в заблуждение сотрудником банка.
Позиция истца о том, что он заблуждался относительно природы подписываемых им документов, полагая, что заключает с АО "ОТП Банк" договор банковского вклада, а не договор доверительного управления, являлась последовательной, при этом на протяжении всего судебного разбирательства Панфилов В.С. утверждал, что он был лишен возможности осознавать правовую природу сделки и последствия ее заключения, полагая, что вносит денежные средства на банковский вклад, а не передает в доверительное управление АО УК "БКС", учитывая, в том числе, визуальное совпадение первого листа заявления об открытии банковского вклада и договора об открытии банковского счета, выполненных таким же мелким шрифтом, и, учитывая, что ранее он три раза перезаключал договор банковского вклада, в связи с чем у него не возникло сомнений относительно предмета договора.
При этом истец ссылался на снижение остроты зрения (дальнозоркость), подтвержденное медицинскими документами, и преклонный пенсионный возраст.
Данные объяснения согласуются с имеющимися в деле доказательствами, а именно, что истец является человеком преклонного возраста (1945 г.р.), т.е. на момент оспариваемого договора ему было 75 лет. Кроме того, в подтверждение указанных доводов представлены медицинские документы истца.
Доводы истца о визуальном совпадение первого листа заявления об открытии банковского вклада и договора об открытии банковского счета, выполненных мелким шрифтом, также обоснованы, подтверждаются материалами дела.
Кроме того, как следует из материалов дела и не оспаривалось участниками процесса, при заключении с истцом оспариваемого договора доверительного управления от имени АО «УК «БКС» выступал сотрудник АО «ОТП Банк». Данное обстоятельство, безусловно, повлияло на волеизъявление Панфилова В.С. при заключении договора доверительного управления ценными бумагами, т.к. ранее он неоднократно являлся вкладчиком банка, в данном случае также обратился в офис банка исключительно с намерением заключить договор банковского вклада, контактировал исключительно с работником кредитной организации.
При этом, ответчиком - АО «ОТП Банк» - не представлено доказательств того, что сотрудником банка во исполнение условий агентского договора с АО УК «БКС» при заключении договора доверительного управления с Панфиловым В.С. была предоставлена полная и достоверная информация о том, что предлагаемый финансовый продукт не является договором банковского вклада и не гарантирует получение дохода, а также не предусматривает возможность возврата вложенных денежных средств в полном объеме, относится к рисковым вложениям.
Также не доказано, как именно до Панфилова В.С. была доведена информация о возможности получения внесенных по спорному договору денежных средств или их части.
Об отсутствии у истца необходимой, полной и достоверной информации об этом также свидетельствует тот факт, что в течение трех лет после заключения договора Панфилов В.С. за получением денежных средств, в том числе и за гарантированными регулярными выплатами (ежеквартально) не обращался, полагая, что вклад и причитающиеся по нему проценты за весь период возможно получить только после истечения срока действия договора банковского вклада. АО «ОТП Банк», на счете которого находились перечисленные истцу денежные средства в виде процентов, не принял мер для извещения истца о возможности их получения.
Кроме того, очевидно, что истцу, не обладающему специальными знаниями в области финансов, в силу возраста и состояния здоровья, не были понятны содержание конкретных условий договора доверительного управления, выплаты, по которому в соответствии с его условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов.
Исходя из изложенного, формальное соблюдение исполнителем процедуры заключения сделки (подписание заявления, Памятки и т.д.) свидетельствует лишь о создании видимости обеспечения потребителя нужным объемом информации, а не о действительном его волеизъявлении на заключение именно договора доверительного управления ценными бумагами и средствами инвестирования в ценные бумаги и производные финансовые инструменты.
По основаниям, изложенным выше, договор, заключенный с Панфиловым В.С., является недействительным.
В силу пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п.2).
Панфиловым В.С. предъявлены требования о взыскании в его пользу денежных средств в общей сумме 984 050 рублей, складывающейся из остатка невозвращенных денежных средств и процентов за пользование чужими денежными средствами за три года; также истец просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
При этом, под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).
В соответствии со ст.395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором (пункт 1).
Определяя размер подлежащих взысканию с АО «ОТП Банк» денежных средств в пользу истца, коллегия судей учитывает, что Панфиловым В.С. внес денежные средства в размере 1 000 000 рублей, из них 30.07.2024 ему возвращено 346 522 рубля 69 копеек, а также дополнительно возвращено 23.06.2025 - 49 766 рублей 47 копеек. Таким образом, остаток невозвращенных денежных средств составил 603 710 рублей 84 копейки, который и подлежит взысканию в пользу Панфилова В.С.
Также истец просил взыскать с ответчика в свою пользу проценты по ст. 395 ГК РФ за 3 календарных года за период с 29.06.2023 по 29.06.2026.
Размер этих процентов с 29.06.2021 по 29.06.2024 исходя из действовавшей в соответствующие периоды ключевой ставки Банка РФ, составляет 375 053 рубля 81 копейку, а именно:
Сумма долга 1000000 рублей.
Период заявленный истцом: с 29.06.2023 по 29.06.2026
Частичная оплата долга: 30.07.2024 на сумму 346 522 рубля 69 копеек и 23.06.2025 – 49 766,47 рублей.
Период дн. Дней в году ставка, %
Проценты, Р задолженость, Р
29.06.2023 - 23.07.2023
25
365
7,5
5 136,99
1 000 000,00
24.07.2023- 14.08.2023
22
365
8,5
5 123,29
1 000 000,00
15.08.2023- 17.09.2023
34
365
12
11 178,08
1 000 000,00
18.09.2023-29.10.2023
42
365
13
14 958,90
1 000 000,00
30.10.2023- 17.12.2023
49
365
15
20 136,99
1 000 000,00
18.12.2023-31.12.2023
14
365
16
6 136,99
1 000 000,00
01.01.2024-28.07.2024
210
366
16
91 803,28
1 000 000,00
29.07.2024 - 30.07.2024
2
366
18
983,61
1 000 000,00
30.07.2024
653 477,31
Частичная оплата долга
346 522,69 Р.
Частичная оплата долга #1
31.07.2024-15.09.2024
47
366
18
15 104,97
653 477,31
16.09.2024-27.10.2024
42
366
19
14 247,95
653 477,31
28.10.2024-31.12.2024
65
366
21
24 371,49
653 477,31
01.01.2025-08.06.2025
159
365
21
59 779,75
653 477,31
09.06.2025 - 23.06.2025
15
365
20
5 371,05
653 477,31
23.06.2025
603 710,84
Частичная оплата долга
49766,47Р
Частичная оплата долга #2
24.06.2025-27.07.2025
34
365
20
11 247,22
603 710,84
28.07.2025- 14.09.2025
49
365
18
14 588,30
603 710,84
15.09.2025-26.10.2025
42
365
17
11 809,58
603 710,84
27.10.2025-21.12.2025
56
365
16,5
15 282,98
603 710,84
22.12.2025- 15.02.2026
56
365
16
14 819,86
603 710,84
16.02.2026-22.03.2026
35
365
15,5
8 972,96
603 710,84
23.03.2026-26.04.2026
35
365
15
8 683,51
603 710,84
27.04.2026-21.06.2026
56
365
14,5
13 430,50
603 710,84
22.06.2026 - 29.06.2026
8
365
14,25
1 885,56
603 710,84
Вместе с тем, как следует из материалов дела и не оспаривалось участниками процесса, истцу начислялись регулярные выплаты, которые за период действия договора составили 146 107 рублей 50 копеек, по окончанию срока договора были получены Панфиловым В.С.
В такой ситуации, в целях недопущения неосновательного обогащения на стороне истца, размер процентов подлежит уменьшению на сумму регулярных выплат и составит 228 946 рублей 31 копейку (375 053,81 руб. – 146 107,50 рублей). Данная сумма процентов подлежит взысканию в пользу истца.
Также истцом заявлены требования о компенсации морального вреда за нарушение его прав как потребителя.
Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в постановлении Пленума от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», если отдельные виды отношений с участием потребителей регулируются и специальными законами Российской Федерации, содержащими нормы гражданского права (например, договор участия в долевом строительстве, договор страхования, как личного, так и имущественного, договор банковского вклада, договор перевозки, договор энергоснабжения), то к отношениям, возникающим из таких договоров, Закон о защите прав потребителей применяется в части, не урегулированной специальными законами.
Статьей 15 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины.
Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
В силу разъяснений, содержащихся в п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.
При рассмотрении настоящего спора безусловно установлено нарушение прав Панфилова В.С. как потребителя со стороны АО «ОТП Банк», в связи с чем истец имеет право на взыскание с ответчика в его пользу денежной компенсации морального вреда. Определяя размер этой компенсации в сумме 30 000 руб., суд полагает, что исходя из фактических обстоятельств спора, личности истца, его возраста и состояния здоровья, длительности нарушения его прав, данная сумма в рассматриваемом случае будет являться справедливой компенсацией причиненных истцу как потребителю финансовой услуги страданий.
По правилам пункта 6 статьи 13 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей», а также пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.
С учетом установленного судом факта нарушения прав истца неправомерными действиями ответчика, которые не были восстановлены в досудебном порядке, суд приходит к выводу о взыскании с АО «ОТП Банк» в пользу Панфилова В.С. штрафа.
Исходя из определенных судом апелляционной инстанции к взысканию сумм основного долга, процентов, компенсации морального вреда размер штрафа составит 431 328 рублей 58 копеек исходя из расчета: (603 710,84 + 228 946,31 + 30 000) * 50 %.
На основании ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
В связи с чем, в доход бюджета с ответчика подлежит взысканию госпошлина в размере 24 653 рубля: (3 000 рублей – взыскание компенсации морального вреда + 21 653 рубля от суммы имущественных требований).
На основании изложенного и руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Панфилова Владимира Степановича к АО «ОТП Банк» удовлетворить частично.
Взыскать с АО «ОТП Банк» (ИНН 7708001614, ОГРН 1027739176563) в пользу Панфилова Владимира Степановича (паспорт гражданина РФ №) убытки в размере 603 710 рублей 84 копейки, проценты за пользование чужими денежными средствами в сумме 228 946 рублей 31 копейку, компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей, штраф в размере 431 328,58 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с АО «ОТП Банк» в бюджет государственную пошлину в размере 24 653 рубля.
Решение суда может быть обжаловано в Омский областной суд посредством подачи апелляционной жалобы через Центральный районный суд города Омска в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья В.В. Бредгауэр
Решение в полной мотивированной форме изготовлено 18 августа 2026