РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
24 августа 2026 года с.Онгудай
Онгудайский районный суд Республики Алтай в составе:
председательствующего судьи Тогочоевой К.А., при секретаре Тойляшевой О.П., с участием помощника прокурора Тюхтеневой Т.Э.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3, ФИО4 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением в размере <данные изъяты> каждому.
В обоснование иска указали, что приговором Онгудайского районного суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу № года ФИО1 признан виновным в совершении в отношении истцов преступлений, <данные изъяты>. Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. Размер компенсации морального вреда оценили в сумме <данные изъяты> каждому, при этом указали, что истцы испытывали моральные и нравственные страдания из-за действий ответчика: страх перед смертью, страх за свою жизнь и осознание своей полной неспособности сопротивляться, длительные моральные мучения, <данные изъяты> заявленные ко взысканию размер компенсации морального вреда разумным и справедливым.
В возражениях на исковое заявление ответчик ФИО1 указал, что он не согласен с суммой компенсации морального вреда, считает ее завышенной, необоснованной и не соответствующей принципу разумности. Ответчик считает, что сторона истцов, при предъявлении ему требований компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления обязана обосновать сумму заявленного иска с учетом характера физических и нравственных страданий, применяя принцип разумности и справедливости, учесть степень вины причинителя вреда, то есть его в результате которой наступили вредные последствия для сторон истцов, сослаться на обстоятельства, которые бы могли указать на нарушение личных неимущественных прав либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага. Указать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, в данной судебной ситуации истцов. При требовании компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления, сторона истцов должна была учесть и свой умысел, который явился причиной для совершения им противоправного деяния. Судом первой инстанции при вынесении обвинительного приговора в отношении его было установлено, а сторона истцов данного обстоятельства не отрицает, что конфликтная ситуация возникла в ходе ссоры, на почве личных неприязненных отношений. Если бы конфликтной ситуации между ним и истцами не было, а она длится в течение достаточно длительного времени, инициаторами которой выступают истцы, то и не было бы совершения противоправных действий с его стороны в их адрес, но об этом они умалчивают. В силу ст.1038 ГК РФ, вред если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
В судебном заседании ФИО1, ФИО4 и их представитель ФИО7 исковые требования поддержали в полном объеме.
При этом ФИО1 пояснил, что они с ответчиком родные братья, на протяжении более трех лет состоят в конфликтных отношений, связанных с разногласиями относительно земельных территорий <данные изъяты>
ФИО4 пояснила, что в ходе конфликта ответчик <данные изъяты>
Ответчик ФИО1 согласился с предъявленным иском, при этом просил учесть поведение самих потерпевших.
Выслушав истцов и их представителя, ответчика, изучив представленные доказательства, материалы уголовного дела №, заключение помощника прокурора, полагавшего необходимым удовлетворить иск в части, суд приходит к следующим выводам.
Судом установлено и материалами дела подтверждается, что приговором Онгудайского районного суда Республики Алтай от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан виновным в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 119, частью 1 статьи 222 УК РФ.
Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ.
Потерпевшими по уголовному делу были признаны ФИО1, ФИО4
Как установлено указанным приговором, ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 08 часов 00 минут до 10 часов 00 минут ответчик, находясь на открытом участке местности, из личных неприязненных отношений к ФИО1 и ФИО4, взял огнестрельное оружие и патроны к нему, после чего, выйдя на указанный участок местности, с целью запугать ФИО1 и ФИО4, вызвать у них чувство тревоги и страха за свою жизнь, удерживая огнестрельное оружие, направил его в сторону ФИО1 и ФИО4 и произвел из оружия четыре выстрела.
При этом в приговоре указано, что действия ответчика ФИО1 и ФИО4 восприняли как угрозу убийством и опасались ее осуществления, поскольку ответчик был агрессивно настроен по отношению к ним и использовал огнестрельное оружие, применение которого представляет опасность для жизни и здоровья человека.
Также из указанного приговора следует, что ФИО1 в судебном заседании вину в предъявленном ему обвинении по ч.1 ст.119, ст.222 УК РФ признал в полном объеме.
В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Таким образом, факт совершения ФИО1 указанных противоправных действий и обстоятельства их совершения при рассмотрении настоящего гражданского дела повторному доказыванию не подлежат.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии с частями 1 и 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33) разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).
Согласно разъяснениям, данным в пункте 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» указано, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г.№ 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Оценивая требования истцов о компенсации морального вреда, суд исходит из того, что действия ответчика ФИО1 непосредственно затронули принадлежащие истцам от рождения нематериальные блага – жизнь и здоровье. Ответчик умышленно использовал огнестрельное оружие, направил его в сторону обоих истцов и произвел четыре выстрела. Действия ответчика были непосредственно восприняты истцами и создали реальную угрозу их жизни и здоровью. Как установлено приговором, истцы восприняли указанные действия как угрозу убийством и опасались ее осуществления.
Таким образом, нравственные страдания истцов обусловлены не только субъективными утверждениями последних, но и непосредственно установленными вступившим в законную силу приговором обстоятельствами совершения преступления, характером и способом действий ответчика.
При определении размера компенсации суд учитывает характер и степень нравственных страданий истцов, интенсивность и способ воздействия на них, длительность негативного воздействия, индивидуальные особенности каждого потерпевшего, характер взаимоотношений сторон, а также требования разумности и справедливости. Такие критерии соответствуют разъяснениям пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33.
Определяя размер компенсации морального вреда ФИО1, суд учитывает, что на момент совершения преступления он находился на костылях, что подтверждается его последовательными пояснениями, данными как в ходе проверки сообщения о преступлении, так и в судебном заседании, и медицинскими обстоятельствами, предшествовавшими произошедшему.
Указанное физическое состояние истца имело значение для его восприятия происходящего, поскольку ограничивало возможность свободного передвижения и оказания сопротивления и объективно могло усиливать чувство беспомощности и страха при восприятии направленного на него огнестрельного оружия и производстве ответчиком четырех выстрелов.
Доводы ФИО1 о том, что в результате произошедшего ДД.ММ.ГГГГ произошло ухудшение состояния ранее поврежденной нижней конечности и впоследствии развился остеомиелит, суд оценивает критически в части наличия причинно-следственной связи с действиями ответчика.
Из представленных медицинских документов БУЗ РА «Онгудайская РБ», в том числе выписного эпикриза КГБУЗ «ККБСМП <данные изъяты> следует, что ДД.ММ.ГГГГ, то есть до рассматриваемого события, истец получил травму <данные изъяты> и последующим развитием заболевания, суду не представлены.
При таких обстоятельствах суд не находит достаточных доказательств того, что ухудшение состояния нижней конечности и развитие хронического посттравматического остеомиелита являются последствиями действий ответчика, в связи с чем данные обстоятельства не учитываются судом как доказанный вред здоровью, причиненный ответчиком.
Вместе с тем ранее имевшееся повреждение нижней конечности и нахождение истца на костылях непосредственно в момент совершения преступления учитываются судом как индивидуальные особенности потерпевшего при определении степени его нравственных страданий.
С учетом характера и способа совершения ответчиком преступления, непосредственного восприятия ФИО1 угрозы убийством, применения огнестрельного оружия, производства четырех выстрелов, физического состояния истца на момент произошедшего, а также требований разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда в пользу ФИО1 в размере <данные изъяты>.
При определении размера компенсации морального вреда ФИО4 суд учитывает, что она непосредственно воспринимала действия ответчика, направившего в ее сторону огнестрельное оружие и произведшего четыре выстрела, и, как установлено приговором, восприняла данные действия как реальную угрозу убийством.
ФИО4 в ходе проверки сообщения о преступлении и в судебном заседании также последовательно указывала, что до применения огнестрельного оружия ответчик нанес ей удар по лицу, вследствие которого она упала, и у нее возник отек лица.
Данное обстоятельство не установлено приговором суда и поэтому подлежит самостоятельной оценке в настоящем гражданском деле.
При этом медицинских документов, подтверждающих наличие у ФИО4 телесного повреждения, полученного ДД.ММ.ГГГГ, также расстройства здоровья (<данные изъяты>
Вместе с тем отсутствие медицинского обращения само по себе не исключает наличия нравственных страданий. При определении их характера и степени суд принимает во внимание последовательные пояснения истца о пережитом страхе, физическом воздействии, падении, нарушении сна и душевного спокойствия.
С учетом характера совершенного ответчиком преступления, непосредственного восприятия ФИО4 угрозы убийством, применения огнестрельного оружия и производства четырех выстрелов, ее пояснений о пережитом страхе, нарушении сна и душевного спокойствия, а также с учетом отсутствия доказанных телесных повреждений и объективно установленного расстройства здоровья, суд определяет размер компенсации морального вреда в пользу ФИО4 в размере <данные изъяты>.
Определяя различный размер компенсации морального вреда каждому из истцов, суд учитывает индивидуальные обстоятельства, характеризующие степень перенесенных ими нравственных страданий. При этом в отношении ФИО1 суд принимает во внимание его физическое состояние непосредственно в момент совершения преступления — <данные изъяты>, что могло объективно усиливать чувство беспомощности и опасности при восприятии вооруженного ответчика.
В отношении ФИО4 суд учитывает непосредственное восприятие угрозы убийством, установленное приговором, <данные изъяты>
При этом суд также принимает во внимание длительные конфликтные отношения <данные изъяты>.
Суд полагает, что определенные размеры компенсации - <данные изъяты> в пользу ФИО1 и <данные изъяты> в пользу ФИО4 - соответствуют характеру и степени причиненных им нравственных страданий, фактическим обстоятельствам совершенного ответчиком преступления, индивидуальным особенностям потерпевших, а также отвечают требованиям разумности и справедливости.
При таких обстоятельствах исковые требования подлежат частичному удовлетворению: с ответчика в пользу ФИО1 подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере <данные изъяты>, в пользу ФИО4 - в размере <данные изъяты>.
Ответчиком в материалы дела представлена справка филиала Казенного учреждения Республики Алтай <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не состоял на учете в службе занятости населения в качестве безработного либо ищущего работу, пособие по безработице за указанный период не получал.
Вместе с тем, в целях снижения суммы компенсации морального вреда, имущественное положение ответчика не может являться основанием для применения части 3 ст.1083 ГК РФ, поскольку вред причинен действиями, совершенными ФИО1 умышленно.
Кроме того ответчик, возражая против заявленных требований и размера компенсации морального вреда, ссылался на положения статьи 1083 ГК РФ, указывая на наличие между сторонами длительного конфликта, <данные изъяты> действия истцов способствовали возникновению конфликтной ситуации.
Доказательств того, что поведение истцов непосредственно перед совершением ответчиком преступления являлось противоправным, провоцирующим либо иным образом способствовало причинению им вреда, ответчиком не представлено.
При этом суд учитывает, что в соответствии с пунктом 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 при определении размера компенсации морального вреда может учитываться поведение самого потерпевшего при причинении вреда, в том числе в случае причинения вреда вследствие его провокации. Однако в рассматриваемом случае обстоятельства, свидетельствующие о таком поведении истцов, не установлены.
Поскольку судом удовлетворены исковые требования ФИО1,, ФИО4, суд считает необходимым, в порядке ст.98 ГПК РФ, взыскать с ответчика в доход бюджета МО «<адрес>» государственную пошлину в сумме <данные изъяты> копеек.
Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, в пользу ФИО4 в размере <данные изъяты>.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3, ФИО4 отказать.
Взыскать ФИО2 в бюджет МО «<адрес>» государственную пошлину в размере <данные изъяты>.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Алтай в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения через Онгудайский районный суд.
Судья К.А. Тогочоева
Мотивированное решение изготовлено 07.09.2026 года