РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«18» сентября 2026 года г. Омск
Советский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Ляшенко Ю.С., при секретаре судебного заседания Гатаулиной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске гражданское дело по исковому заявлению М.П.В. к ООО «Совкомбанк страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования жизни ничтожным и применения последствий недействительности сделки,
УСТАНОВИЛ:
М.П.В. обратился в суд с иском к ООО «Совкомбанк страхование жизни» о защите прав потребителей (о признании договора инвестиционного страхования жизни ничтожным и применения последствий недействительности сделки). В обоснование требований указал, что .... его отец М.В.И. обратился в ПАО «Банк Уралсиб» (теперь ООО «Совкомбанк страхование жизни») для открытия вклада под проценты. В последующем ему стало известно, что он фактически заключил договор добровольного инвестиционного страхования жизни № от .... с АО СК «УралСиб Жизнь», страховая премия составила 1 300 000 руб.
.... М.В.И. умер. Истец является его единственным наследником.
Обратившись к ответчику с заявлением о расторжении договора, ответчик выплатил ему лишь часть страховой премии: в соответствии с таблицей выкупных сумм в размере 1 066 000 руб.
Ссылаясь на заключение М.В.И., .... года рождения, договора добровольного инвестиционного страхования жизни под влиянием существенного заблуждения, в отсутствие знаний в области инвестиционной деятельности, на кабальность сделки, просил суд признать договор добровольного инвестиционного страхования жизни № от ...., заключенный между М.В.И. и АО СК «УралСиб Жизнь» недействительным (ничтожным) с момента его заключения; взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» денежные средства в размере 234 000 руб., штраф, почтовые расходы в размере 242,78 руб., моральный вред в размере 60 000 руб., расходы за юридичские услуги в размере 65 000 руб.
В судебном заседании истец М.П.В. требования поддержал, указал, что его отец всегда заключал договор вклада под проценты в Банках, и его отец в 83 года не разбирался в получении дивидендов через ценные бумаги, просил взыскать денежные средства с ответчика. Произошедшая ситуация подорвала здоровье его отца, он очень сильно переживал.
Представитель истца О.Е.И. (по доверенности) суду пояснил, что сотрудник Банка открыл вклад на имя М.В.И., отец доверителя в преклонном возрасте, не владея информацией, подписал документы в Банке по переводу денежных средств в адрес ответчика под более большие проценты.
Представитель ООО Совкомбанк страхование жизни в судебном заседании заявленные требования не признал, в удовлетворении требований просил отказать. Направил письменные возражения.
Представитель АНО СОДФУ, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.
Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что .... М.В.И. обратился в ПАО «Банк Уралсиб» с целью вложения денежных средств под проценты, где им было подписано заявление на перевод валюты РФ со счета /л.д.100, оборот листа/, в соответствии с которым он выразил намерение передать денежные средства, предназначенные для инвестирования в ценные бумаги и заключения договора, являющихся производными инструментами, в доверительное управление «Медицина будущего 2.0), подразумевает инвестирование в иностранные ценные бумаги, обслуживающиеся в компании Euroclear.
Из Декларации страхователя на соответствие специальными знаниями в области финансов следует, что заявитель подтверждает факт ознакомления с порядком доверительного управления и инвестиционного профилирования, ознакомлен с рисками, связанными с осуществлением операций на рынке ценных бумаг, известно, что договор страхования не является банковским вкладом; что имеет опыт работы с финансовыми инструментами /л.д.101/, которой он подтвердил доведение до него отмеченной «галочками» информации о заключении договора доверительного управления ценными бумагами, ознакомлении с условиями стратегии, с рисками, присущими инвестированию в ценные бумаги, способность с учетом его возраста нести заявленный уровень риска.
В тот же день .... денежные средства со счета М.В.И. в сумме 1 300 000 руб. переведены ПАО «Банк Уралсиб» в АО СК «УралСиб Жизнь». Срок договора составляет 5 лет.
После смерти отца, истец обратился в ПАО «Банк Уралсиб» .... с заявлением о досрочном расторжении договора. После получения страховой компанией копии свидетельства о праве на наследство, .... ООО «Совкомбанк страхование жизни» выплатило истцу выкупную сумму в размере 1 066 000 руб./л.д.106/.
Решением финансового уполномоченного в удовлетворении требований истца было отказано.
Обращаясь в суд с настоящим иском, М.П.В. и его представитель ссылались на введение отца истца сотрудником ПАО «Банк Уралсиб» в заблуждение относительно природы заключаемой сделки, не предоставление ему на момент подписания заявления о присоединении, в доступной форме, как лицу, не обладающему специальными познаниями, полной информации о характере услуги, ее исполнителе, возможных рисках передачи денежных средств в доверительное управление. Совершая указанные действия, он полагал, что вносит денежные средства на банковский вклад на более выгодных условиях, волеизъявления на передачу их в доверительное управление в целях инвестирования не имел.
Разрешая заявленные исковые требования по существу, суд отмечает, что в силу положений ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.
В силу п. 1 ст. 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.
Аналогичные правила содержатся и в ст. 421 ГК РФ, согласно которой граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.
По смыслу п. п. 1, 2 ст. 433 ГК РФ договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта. Если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (ст. 224).
В соответствии со ст. 434 ГК РФ договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа (в том числе электронного), подписанного сторонами, или обмена письмами, телеграммами, электронными документами либо иными данными в соответствии с правилами абзаца второго п. 1 ст. 160 настоящего Кодекса.
Письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном п. 3 ст. 438 настоящего Кодекса.
Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте (п. 3 ст. 438 ГК РФ).
Согласно п. 4 ст. 421 ГК РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).
Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).
В силу п. 1 ст. 1005 ГК РФ по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.
По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от своего имени и за счет принципала, приобретает права и становится обязанным агент, хотя бы принципал и был назван в сделке или вступил с третьим лицом в непосредственные отношения по исполнению сделки.
По сделке, совершенной агентом с третьим лицом от имени и за счет принципала, права и обязанности возникают непосредственно у принципала.
В силу ст. 1012 ГК РФ по договору доверительного управления имуществом одна сторона (учредитель управления) передает другой стороне (доверительному управляющему) на определенный срок имущество в доверительное управление, а другая сторона обязуется осуществлять управление этим имуществом в интересах учредителя управления или указанного им лица (выгодоприобретателя) (п. 1).
Осуществляя доверительное управление имуществом, доверительный управляющий вправе совершать в отношении этого имущества в соответствии с договором доверительного управления любые юридические и фактические действия в интересах выгодоприобретателя (п. 2).
Положениями п. 1 ст. 1013 ГК РФ установлено, что объектами доверительного управления могут быть предприятия и другие имущественные комплексы, отдельные объекты, относящиеся к недвижимому имуществу, ценные бумаги, права, удостоверенные бездокументарными ценными бумагами, исключительные права и другое имущество.
Не могут быть самостоятельным объектом доверительного управления деньги, за исключением случаев, предусмотренных законом (п. 2).
На основании положений ст. 5 Федерального закона от 22.04.1996 № 39-ФЗ «О рынке ценных бумаг» деятельностью по управлению ценными бумагами признается деятельность по доверительному управлению ценными бумагами, денежными средствами, предназначенными для совершения сделок с ценными бумагами и (или) заключения договоров, являющихся производными финансовыми инструментами.
Согласно п. 1 ст. 1016 ГК РФ существенными условиями договора доверительного управления являются: состав имущества, передаваемого в доверительное управление, наименование юридического лица или имя гражданина, в интересах которых осуществляется управление имуществом (учредителя управления или выгодоприобретателя), размер и форма вознаграждения управляющему, если выплата вознаграждения предусмотрена договором, срок действия договора.
Согласно п. 1 ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.
В силу п. 2 ст. 453 ГК РФ при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.
В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ).
С учетом характера спорных правоотношений, в которых одной из сторон договора выступает гражданин, фактических обстоятельств, при которых данный договор был заключен, суд полагает заслуживающими внимания доводы истца о вступлении его отца в договорные отношения с АО СК «УралСиб Жизнь» под влиянием сотрудников ПАО «Банк Уралсиб», навязавших ему соответствующий финансовый продукт, при отсутствии у него самого специальных познаний в области финансов, не доведения до него в доступной форме полной и достоверной информации о соответствующей финансовой услуге, которым судом первой инстанции не дано должной правовой оценки.
Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенным в п. 1 постановления от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при рассмотрении гражданских дел судам следует учитывать, что отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой – организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми ГК РФ, Законом о защите прав потребителей, другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Из пп. «д» п. 3 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).
В соответствии со ст. 10 Закона о защите прав потребителей на продавца возлагается обязанность доводить до потребителей необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора: о цене в рублях и об условиях приобретения товаров (работ, услуг), в том числе при их оплате через определенное время после их передачи (выполнения, оказания) потребителю, о полной сумме, подлежащей выплате потребителем, о графике ее погашения; указание на конкретное лицо, которое будет выполнять работу (оказывать услугу), и информацию о нем, если это имеет значение, исходя из характера работы (услуги) и т.д.
Если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре (работе, услуге), он вправе потребовать от продавца (исполнителя) возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков (п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей).
При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), необходимо исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках товара (работы, услуги) (п. 4 ст. 12 Закона о защите прав потребителей).
В п. 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 также дано разъяснение о том, что при рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, причиненных ему недостоверной или недостаточно полной информацией о товаре (работе, услуге), суду следует исходить из предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о его свойствах и характеристиках, имея в виду, что в силу Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность компетентного выбора (ст. 12). При этом необходимо учитывать, что по отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации (п. 1 ст. 10). Информация о товарах (работах, услугах) в соответствии с п. 2 ст. 8 Закона должна доводиться до сведения потребителя в наглядной и доступной форме в объеме, указанном в п. 2 ст. 10 Закона.
На основании приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации само по себе согласие потребителя с условиями предлагаемой исполнителем сделки в момент заключения договора, а также исполнение обязательств по договору не лишают потребителя права в последующем заявить о своем заблуждении относительно совершенной сделки и потребовать возмещения причиненных убытков.
Согласно ст. 2 ГПК РФ задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел.
Правильное рассмотрение и разрешение дела означает как установление с достоверностью фактов, обосновывающих требования и возражения сторон, а также других обстоятельств, имеющих значение для дела, так и точное применение норм материального права к установленным фактическим обстоятельствам.
Как следует из текста искового заявления, а также последовательных пояснений истца в ходе судебного разбирательства, его отец заблуждался относительно природы подписываемого им заявления на перевод валюты РФ со счета и договора добровольного инвестиционного страхования жизни № от ...., полагал, что, находясь в офисе банка, переоформляет банковский вклад на более выгодных условиях, не понимая истинных последствий его заключения.
Суд считает, что при взаимодействии с отцом истца при заключении договора ПАО «Банк Уралсиб» действовало в рамках заключенного между ним и АО СК «УралСиб Жизнь» агентского договора, по условиям которого управляющий поручил, а банк за вознаграждение принял на себя обязательства по оказанию информационных и консультационных услуг, направленных на поиск и привлечение клиентов с целью заключения договоров доверительного управления; проведению упрощенной идентификации клиентов, намеренных заключить договор доверительного управления.
В данном случае в целях оформления договорных отношений с АО СК «УралСиб Жизнь» сотрудником ПАО «Банк Уралсиб» клиенту банка М.В.И. одномоментно был представлен пакет документов (заявление, декларация, Приложение № 2 к полису, договор добровольного инвестиционного страхования жизни № от ...., Памятка страхователя), детально ознакомиться с которыми, находясь в офисе банка и не обладая специальными познаниями в области финансовых услуг, М.В.И., очевидно, возможности не имел.
Также следует отметить, что само заявление, договор добровольного инвестиционного страхования жизни № от .... были оформлены на заранее изготовленных исполнителем бланках, в которых сплошным текстом, мелким шрифтом оговорена вся значимая информация для заключения договора, включающая в себя пункты о намерении истца передать денежные средства для инвестирования в ценные бумаги, ознакомлении до заключения договора с внутренней документацией.
С учетом объема включенной в заявление информации, способа ее изложения, затруднительного для восприятия, а также ссылок на объемные документы, с которыми истец должен был ознакомиться, до его подписания, факт надлежащего доведения банком как агентом до потребителя всей необходимой и полной информации о предлагаемой ему финансовой услуге в доступной форме, при отсутствии доказательств иного доведения такой информации, необходимой для правильного выбора сложного финансового продукта, представляется сомнительным.
Само по себе проставление М.В.И. своей подписи под таким заявлением, заверенной сотрудником ПАО «Банк Уралсиб», с учетом специфики спорных правоотношений, предположения об отсутствии у потребителя специальных познаний о свойствах и характеристиках услуги, не может быть признано достаточным для выводов о том, что истец осознано выбрал предложенный ему финансовый продукт и оценил все связанные с ним финансовые риски.
Подпись клиента в Декларации под графами отмеченными галочками, также с достоверностью не подтверждает понимание предложенного им банком сложного финансового продукта, при котором его денежные средства остаются не в банке, а передаются в пользование другой организации.
При этом, суд отмечает, что во исполнение договора добровольного инвестиционного страхования жизни .... ПАО «Банк Уралсиб» на основании заявления М.В.И. перечислило АО СК «УралСиб Жизнь» со счета М.В.И. денежную сумму в размере 1 300 000 рублей с назначением платежа: «УралСиб Жизнь верное решение ИСЖ в рублях М.В.И., номер договора 377…(нечитаемая информация), дата договора ....».
Вместе с тем, перевод данной денежной суммы был произведен ПАО «Банк Уралсиб» в отсутствие специального распоряжения клиента, унифицированная форма которого утверждена и необходимость получения которого предусмотрена Положением Банка России от 29.06.2021 № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств».
Таким образом, правомерность совершения банковской операции по перечислению денежных средств АО СК «УралСиб Жизнь» в отсутствие специального распоряжения клиента ПАО «Банк Уралсиб» не подтверждена.
В п. 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что по смыслу абзаца второго ст. 431 ГК РФ при неясности условий договора и невозможности установить действительную общую волю сторон иным образом толкование условий договора осуществляется в пользу контрагента стороны, которая подготовила проект договора либо предложила формулировку соответствующего условия. Пока не доказано иное, предполагается, что такой стороной было лицо, профессионально осуществляющее деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний (например, банк по договору кредита, лизингодатель по договору лизинга, страховщик по договору страхования и т.п.).
В силу редакции, действующей на момент оформления договора части 1 статьи 16 Закона о защите прав потребителей, условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, признаются недействительными.
Как разъяснено в пункте 76 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", ничтожными являются условия сделки, заключенной с потребителем, не соответствующие актам, содержащим нормы гражданского права, обязательные для сторон при заключении и исполнении публичных договоров (статья 3, подпункты 4 и 5 статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также условия сделки, при совершении которой был нарушен явно выраженный законодательный запрет ограничения прав потребителей.
В Информационном письме Банка России от 13 января 2021 года N ИН-01-59/2 "Об отдельных вопросах, связанных с реализацией страховых продуктов с инвестиционной составляющей" разъяснено, что в связи с тем, что договоры страхования жизни с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика, предусматривающие условие о единовременной уплате страховой премии либо выплаты по которым в соответствии с их условиями зависят от значений финансовых активов, предназначенных для квалифицированных инвесторов (далее - страховой продукт с инвестиционной составляющей), содержат высокие инвестиционные риски и являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов, Банк России в целях обеспечения защиты прав и законных интересов страхователей - физических лиц рекомендует страховым организациям воздерживаться от прямого и опосредованного (через посредников) предложения таким физическим лицам страховых продуктов с инвестиционной составляющей.
Доказательств, подтверждающих, что М.В.И. были понятны условия договора страхования, касающихся расчета инвестиционного дохода и его размера, что общий размер выплат по договору составит сумму меньше, чем уплаченная им страховая премия, а также понятно, что договор добровольного страхования может привести к финансовым потерям, в материалы дела ответчиком не представлено.
Подписание М.В.И. договора страхования не является безусловным свидетельством осознания им природы сделки, поскольку договоры страхования с участием страхователя в инвестиционном доходе страховщика являются сложными для понимания широкого круга физических лиц, не обладающих специальными знаниями в области финансов.
С учетом приведенных разъяснений и установленных по делу обстоятельств совершения сделки, при которых М.В.И., полагая, что заключает договор банковского вклада с ПАО «Банк Уралсиб» на более выгодных условиях, при том, что оформление договора происходило в офисе банка, лицом, не предъявившим истцу документов, указывающих на то, что в данном случае он действует как агент АО СК «УралСиб Жизнь», формально подписал все представленные ему сотрудником банка типовые документы, не осознавая в полной мере связанных с этим правовых последствий, в результате которых его денежные средства поступили в доверительное управление АО СК «УралСиб Жизнь».
Позиция истца о том, что его отец заблуждался относительно природы подписываемых им документов, полагая, что в такой форме заключает с ПАО «Банк Уралсиб» договор банковского вклада, а не договор доверительного управления являлась последовательной.
При этом убедительных доказательства обратного, а именно, что М.В.И., как лицу, не обладающему специальными знаниями в области финансов, было понятно содержание всех условий предложенного ему ПАО «Банк Уралсиб» договора, при этом до него была доведена информация о том, что предлагаемый финансовый продукт не гарантирует получения всего заявленного повышенного дохода и полного возврата внесенных денежных средств, суду не представлено.
В отношениях с потребителем-гражданином обязанность доказать надлежащее представление информации об услуге возложена именно на исполнителя, которым в данном случае являлся Банк.
Вместе с тем, ООО «Совкомбанк страхование жизни» в ходе судебного разбирательства не представлено доказательств того, что М.В.И. в соответствии с п. 1 ст. 10 Закона о защите прав потребителей при заключении договора добровольного инвестиционного страхования жизни № от .... была предоставлена полная, достоверная и доступная для понимания информация о том, что предлагаемый сотрудником банка финансовый продукт не гарантирует получение заявленного повышенного дохода, а также предполагает риски, в том числе связанные с возможностью блокировки активов.
Принимая во внимание приведенные выше обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что действуя в рамках агентского договора ПАО «Банк Уралсиб», заключив договор добровольного инвестиционного страхования жизни с физическим лицом, не обладающим специальными познаниями и не имеющего опыта в инвестиционной сфере, не предоставил ему полную информацию о предлагаемом финансовом продукте, что привело к возникновению не нужных гражданину-потребителю финансовых правоотношений, что характерно для навязанности финансовой услуги.
Таким образом, М.В.И. не имел возможности осознавать правовую природу сделки и последствий ее заключения в виде причиненных ему убытков вследствие невозможности возврата всех переданных в доверительное управление денежных средств.
Из материалов дела следует и сторонами не оспаривалось, что в период действия договора добровольного инвестиционного страхования жизни № от .... и в связи с его досрочным расторжением ООО «Совкомбанк страхование жизни» перечислило истцу денежные средства в общей сумме 1 066 000 руб.
С учетом изложенного, учитывая, что ООО «Совкомбанк страхование жизни» не предоставил М.В.И. полную и достоверную информацию о финансовой услуге повлекли для истца убытки в сумме 234 000 руб., соответственно, данная денежная сумма подлежит взысканию в пользу наследника М.В.И. – М.П.В. с ответчика ООО «Совкомбанк страхование жизни».
Относительно требований о взыскании штрафа, суд приходит к следующему.
Согласно п. 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом установленных законом требований потребителя суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 разъяснено, что при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф независимо от того, заявлялось ли такое требование суду (п. 6 ст. 13 Закона).
С учетом положений статьи 39 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" к отношениям, возникающим из договоров об оказании отдельных видов услуг с участием гражданина, последствия нарушения условий которых не подпадают под действие главы III Закона, должны применяться общие положения Закона о защите прав потребителей, в частности о праве граждан на предоставление информации (статьи 8 - 12), об ответственности за нарушение прав потребителей (статья 13), о возмещении вреда (статья 14), о компенсации морального вреда (статья 15), об альтернативной подсудности (пункт 2 статьи 17), а также об освобождении от уплаты государственной пошлины (пункт 3 статьи 17) в соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (пункт 2 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 17 от 28 июня 2012 года).
Закон о защите прав потребителей применяется к любым правоотношениям, возникающим между продавцом, изготовителем, импортером, исполнителем и гражданином, заказывающим, приобретающим, использующим товары, работы, услуги или только имеющим намерение их заказать либо приобрести.
Такие отношения могут возникать до заключения договора, например, при предоставлении информации о товарах, работах, услугах потребителю, намеревающемуся их приобрести или заказать, либо при причинении вреда жизни, здоровью или имуществу потребителя в связи с приобретением или заказом товаров, работ, услуг, до заключения договора, а также могут продолжаться после прекращения договора, например, при применении последствий расторжения договора или отказа от него.
Таким образом, гражданин, действующий с намерением заключить, либо заключивший для личных, семейных, домашних и иных нужд, договор личного страхования, включающий условия об инвестиционном доходе страхователю или иному лицу, в пользу которого заключен договор, с организацией, оказывающей соответствующие услуги потребителям по возмездному договору, является потребителем услуги, подпадающей как под действие норм Гражданского кодекса Российской Федерации, так и под действие Закона о защите прав потребителей.
Суд не усмотрел оснований для применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации к штрафу, поскольку ответчик не представил конкретных и убедительных доводов, свидетельствующих о явной несоразмерности штрафа последствиям нарушения обязательства и наличии исключительных оснований для его уменьшения.
Принимая во внимание, что требование истца о возврате денежных средств не было удовлетворено в добровольном порядке, факт нарушения прав истца как потребителя нашел свое подтверждение, с ответчика ООО «Совкомбанк страхование жизни» в пользу М.П.В. подлежит взысканию штраф в размере 117 000 руб. (234 000 руб. / 2).
Относительно доводов ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, суд отмечает, что согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Согласно статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 г. N 9 "О судебной практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 ГК РФ, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.
Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела.
Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 г. N 600-О-О и от 29 мая 2012 г. N 894-О).
В соответствии с положениями статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Юридически значимым обстоятельством по иску о признании недействительной сделки при наличии ходатайства стороны ответчика о применения срока исковой давности, является определение даты начала течения срока исковой давности, а в случае его пропуска наличие ходатайства стороны и уважительных причин для восстановления срока.
Исчисление срока исковой давности с момента заключения договора, как указывает ответчик нельзя признать верным, поскольку с настоящим иском обратился наследник, при этом судом было установлено заблуждение относительно природы подписываемого договора.
Установив, что о нарушении своего права, истец (наследник М.В.И.) узнал только после получения частичной выплаты по договору инвестиционного страхования жизни № от .... - ...., при этом обратился в суд с иском ...., суд пришел к выводу о том, что истцом не пропущен годичный срок исковой давности.
По правилам ст. 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 60 000 руб.
Исходя из требований разумности и справедливости, суд по правилам приведенных материальных норм считает разумным и обоснованным взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 30 000 рублей в пользу истца, находя указанную сумму отвечающей принципам соразмерности и характеру причиненных истцу нравственных страданий.
Кроме того, истец просит взыскать с ответчика в свою пользу в счет возмещения судебных расходов, расходы на оплату юридических услуг в размере 65 000 руб., что подтверждается квитанцией от ...., договором № от .... /л.д.67-72, 3/.
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со статьей 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.
На основании ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. При этом закон прямо не содержит указаний на необходимость руководствоваться рыночными ценами на услуги судебных представителей при определении пределов из вознаграждения, а равно учитывать характер спора (материальный, нематериальный), либо цену иска, вместе с тем принятие во внимание указанных критериев не исключается.
Безусловно, что конкретный размер гонорара, в каждом случае определяется соглашением между представителем и его доверителем с учетом квалификации и опыта представителя, сложности работы, срочности ее выполнения и других обстоятельств, которые устанавливаются сторонами при заключении соглашения. В то же время, расходы на оплату услуг представителя присуждаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда, в разумных пределах, исходя из указанных выше обстоятельств, при этом никакие существующие расценки для суда обязательными не являются.
Учитывая вышеизложенные обстоятельства, суд, с учетом размера ущерба, объема оказанных услуг, а также требований разумности и справедливости, подготовки искового заявления, участие представителя в судебных заседаниях, считает, необходимым взыскать с ответчика в пользу истца понесенные судебные расходы по оплате юридических услуг в размере 65 000 руб.
Кроме того, учитывая, что в силу п.п. 4 п. 2 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины по настоящему делу, то государственная пошлина подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ.
Положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не применяется в связи с частичным удовлетворением компенсации морального вреда, в соответствии с постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).
Таким образом, с ответчика ООО «Совкомбанк страхование жизни» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 11 020 руб. (8 020 руб. требования имущественного характера + 3 000 руб. требование неимущественного характера – моральный вред)
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Признать недействительным договора инвестиционного страхования жизни № от ...., заключенный с М.В.И..
Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» (ИНН №) в пользу М.П.В., .... года рождения (СНИЛС №) денежные средства в размере 234 000 руб., моральный вред в размере 30 000 руб., штраф в размере 132 000 руб., почтовые расходы в размере 242,78 руб., расходы на оказание юридических услуг в размере 65 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 11 020 руб.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд города Омска в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.
Судья Ляшенко Ю.С.
Мотивированное решение в окончательной форме составлено «02» октября 2026 года.
Дело № 2-2868/2026
УИД № 55RS0006-01-2026-003962-66
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
(резолютивная часть)
«18» сентября 2026 года г. Омск
Советский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Ляшенко Ю.С., при секретаре судебного заседания Гатаулиной А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Омске гражданское дело по исковому заявлению М.П.В. к ООО «Совкомбанк страхование жизни» о признании договора инвестиционного страхования жизни ничтожным и применения последствий недействительности сделки, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Признать недействительным договора инвестиционного страхования жизни № от ...., заключенный с М.В.И..
Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» (ИНН №) в пользу М.П.В., .... года рождения (СНИЛС №) денежные средства в размере 234 000 руб., моральный вред в размере 30 000 руб., штраф в размере 132 000 руб., почтовые расходы в размере 242,78 руб., расходы на оказание юридических услуг в размере 65 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Взыскать с ООО «Совкомбанк страхование жизни» (ИНН № в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 11 020 руб.
Решение может быть обжаловано в Омский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Советский районный суд города Омска в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.
Судья Ляшенко Ю.С.
Мотивированное решение в окончательной форме будет составлено «02» октября 2026 года.