РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 августа 2026 года Октябрьский районный суд г. Томска в составе:
председательствующего судьи Степановой А.В., при секретаре Гомбожаповой М.И.
с участием представителя истца Коновалова М.В.
прокурора Беляковой Д.А., рассмотрев в открытом судебном заседании в г.Томске гражданское дело по иску Чернобаева Алексея Анатольевича к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, установил:
Чернобаев А.А. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (далее – ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск»), в котором просит признать срочный трудовой договор ... от..., заключенный между истцом и ответчиком, заключенным на неопределенный срок; признать незаконным приказ ответчика от ... ...-лс об увольнении истца по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации; восстановить истца на работе у ответчика в должности ведущего инженера службы строительного контроля инженерно-технического центра; взыскать с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула за период с ... по дату вынесения решения суда; взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.
В обоснование иска указал, что между истцом и ответчиком заключен срочный трудовой договор ... от ..., по условиям которого истец был принят на должность ведущего инженера службы строительного контроля инженерно-технического центра. Трудовой договор заключен на период действия договора на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля за качеством выполнения работ на объектах в составе стройки «Обустройство Киринского ГКМ» от ... № ..., дата начала работы – .... В период действия трудового договора между сторонами неоднократно заключались дополнительные соглашения, в том числе дополнительное соглашение ... от ..., которым был изменен размер должностного оклада. Трудовые отношения носили длящийся характер, Чернобаев А.А. работал в ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» на протяжении более 6 лет. ... ответчик вручил истцу уведомление о передаче функции строительного контроля в ООО «Газпром Газданзор» и расторжении срочного трудового договора в связи с истечением срока его действия .... Одновременно в уведомлении содержалось предложение о расторжении трудового договора по пункту 5 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с переводом в ООО «Газпром Газнадзор». Согласно приказу от ... ... истец был уволен ... по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Истец Чернобаев А.А., ответчик ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск», надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела в судебное заседание не явились.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон.
Представитель истца Коновалов М.В. в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске.
Представитель ответчика в письменном отзыве полагал заявленные требования неподлежащими удовлетворению, поскольку срочный трудовой договор с Чернобаевым А.А. заключен на период выполнения обществом работ по организации и осуществлению строительного контроля на объектах стройки «Обустройство Киринского ГКМ». Срок действия договора на оказание услуг неоднократно продлевался, а впоследствии функции строительного контроля переданы ООО «Газпром Газнадзор». Соглашением от ... ООО«Газпром Газнадзор» приняло права и обязанности исполнителя, в связи с чем ответчик уведомил истца о прекращении ... срочного трудового договора и предложил перевод к новому исполнителю; от перевода истец отказался. Согласно приказу от ... ... истец уволен ... по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Ответчик считает увольнение законным, поскольку срок договора был обусловлен характером выполняемой работы и зависел от срока оказания соответствующих услуг. Также ответчик заявил о пропуске истцом срока обращения в суд, предусмотренного статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, и указал на производный характер требований о восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда. Также ответчик считает неверным представленный истцом расчет среднего заработка, ссылаясь на положения Постановления Правительства Российской Федерации от24.04.2025 № 540 и необходимость применения при суммированном учете рабочего времени среднего часового заработка.
Заслушав представителя истца, ознакомившись с доводами ответчика, изучив материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
Согласно части первой статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Сторонами трудовых отношений являются работник и работодатель (часть 1 статьи20 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с частью 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Часть первая статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Требования к содержанию трудового договора определены статьей 57 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.
Обязательными для включения в трудовой договор является, в том числе, дата начала работы, а в случае, когда заключается срочный трудовой договор, - также срок его действия и обстоятельства (причины), послужившие основанием для заключения срочного трудового договора в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом (абзацы третий, четвертый части второй статьи 57 Трудового кодекса Российской Федерации).
Положениями статей 58, 59 Трудового кодекса Российской Федерации закреплены правила заключения срочных трудовых договоров.
Согласно части первой статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые договоры могут заключаться как на неопределенный срок, так и на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Срочный трудовой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, а именно в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации. В случаях, предусмотренных частью второй статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор может заключаться по соглашению сторон трудового договора без учета характера предстоящей работы и условий ее выполнения (часть вторая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
Трудовой договор, заключенный на определенный срок при отсутствии достаточных к тому оснований, установленных судом, считается заключенным на неопределенный срок (часть пятая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
Запрещается заключение срочных трудовых договоров в целях уклонения от предоставления прав и гарантий, предусмотренных для работников, с которыми заключается трудовой договор на неопределенный срок (часть шестая статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации).
В статье 59 Трудового кодекса Российской Федерации приведены основания для заключения срочного трудового договора.
Согласно абзацу шестому части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, срочный трудовой договор заключается для проведения работ, выходящих за рамки обычной деятельности работодателя (реконструкция, монтажные, пусконаладочные и другие работы), а также работ, связанных с заведомо временным (до одного года) расширением производства или объема оказываемых услуг.
В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от17марта 2004 г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2) разъяснено, что, решая вопрос об обоснованности заключения с работником срочного трудового договора, следует учитывать, что такой договор заключается, когда трудовые отношения не могут быть установлены на неопределенный срок с учетом характера предстоящей работы или условий ее выполнения, в частности в случаях, предусмотренных частью первой статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в других случаях, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами (часть вторая статьи 58, часть первая статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации). Если судом при разрешении спора о правомерности заключения срочного трудового договора будет установлено, что он заключен работником вынужденно, суд применяет правила договора, заключенного на неопределенный срок.
При установлении в ходе судебного разбирательства факта многократности заключения срочных трудовых договоров на непродолжительный срок для выполнения одной и той же трудовой функции суд вправе с учетом обстоятельств каждого дела признать трудовой договор заключенным на неопределенный срок (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. №2).
Согласно правовой позиции, изложенной в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П «По делу о проверке конституционности абзаца восьмого части 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина Сысоева И.А.» (далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П), законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров фактически направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что не только отвечает целям и задачам трудового законодательства, социальное предназначение которого заключается в преимущественной защите интересов работника, включая его конституционно значимый интерес в стабильной занятости, но и согласуется с вытекающим из Конституции Российской Федерации (статья 17, часть 3) требованием соблюдения баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац шестой пункта 3 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Действуя в качестве самостоятельного хозяйствующего субъекта и участника гражданского оборота, к сфере ответственности которого относится заключение гражданско-правовых договоров и их пролонгация, выбор контрагентов и их замена и т.п., работодатель самостоятельно несет и все риски, сопутствующие осуществляемому им виду экономической деятельности. Так, вступая в договорные отношения с иными участниками гражданского оборота, именно он несет риски, связанные с исполнением им самим и его контрагентами своих договорных обязательств, сокращением общего объема заказов, расторжением соответствующих договоров и т.п. Работник же, выполняя за гарантированное законом вознаграждение (заработную плату) лишь определенную трудовым договором трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, не является субъектом осуществляемой работодателем экономической деятельности, а потому не может и не должен нести каких бы то ни было сопутствующих ей рисков и не обязан разделять с работодателем бремя такого рода рисков. В противном случае искажалось бы само существо трудовых отношений и нарушался бы баланс конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац второй пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Если в качестве работодателя выступает организация, уставная деятельность которой предполагает оказание каких-либо услуг третьим лицам, то предметом трудовых договоров, заключаемых с работниками, привлекаемыми для исполнения обязательств работодателя перед заказчиками услуг, является выполнение работы по обусловленной характером соответствующих услуг трудовой функции. При этом надлежащее исполнение таким работодателем обязанности по предоставлению своим работникам работы, предусмотренной заключенными с ними трудовыми договорами, предполагает в числе прочего своевременное заключение им с иными участниками гражданского оборота договоров возмездного оказания услуг (абзац второй пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Ограниченный срок действия гражданско-правовых договоров возмездного оказания услуг, заключенных работодателем с заказчиками соответствующих услуг, при продолжении осуществления им уставной деятельности сам по себе не предопределяет срочного характера работы, подлежащей выполнению работниками, обеспечивающими исполнение обязательств работодателя по таким гражданско-правовым договорам, не свидетельствует о невозможности установления трудовых отношений на неопределенный срок, а значит, и не может служить достаточным основанием для заключения срочных трудовых договоров с работниками, трудовая функция которых связана с исполнением соответствующих договорных обязательств, и их последующего увольнения в связи с истечением срока указанных трудовых договоров (абзац четвертый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Иное обессмысливало бы законодательное ограничение случаев заключения срочных трудовых договоров, приводило бы к недопустимому игнорированию лежащего в основе трудовых правоотношений конституционно значимого интереса работника в стабильной занятости и при отсутствии обстоятельств, объективно препятствующих продолжению осуществления им работы по обусловленной заключенным с ним трудовым договором трудовой функции, влекло бы за собой необоснованное прекращение трудовых отношений и увольнение работника в упрощенном порядке без предоставления ему гарантий и компенсаций, направленных на смягчение негативных последствий, наступающих для гражданина в результате потери работы, а значит - и выходящее за рамки конституционно допустимых ограничений прав и свобод ущемление конституционного права каждого на свободное распоряжение своими способностями к труду, выбор рода деятельности и профессии (статья 37, часть 1; статья 55, часть 3 Конституции Российской Федерации) (абзац пятый пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Кроме того, увязывание срока заключенного с работником трудового договора со сроком действия заключенного работодателем с третьим лицом гражданско-правового договора возмездного оказания услуг фактически приводило бы к тому, что занятость работника ставилась бы в зависимость исключительно от результата согласованного волеизъявления работодателя и заказчика соответствующих услуг в отношении самого факта заключения между ними договора возмездного оказания услуг, срока его действия и пролонгации на новый срок. Тем самым работник был бы вынужден разделить с работодателем риски, сопутствующие осуществляемой работодателем экономической деятельности в сфере соответствующих услуг (в том числе связанные с колебанием спроса на эти услуги), что приводило бы к искажению существа трудовых отношений и нарушению баланса конституционных прав и свобод работника и работодателя (абзац шестой пункта 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2020 г. №25-П).
Из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что Трудовой кодекс Российской Федерации, предусмотрев возможность заключения срочных трудовых договоров, существенно ограничил их применение. Законодательное ограничение случаев применения срочных трудовых договоров направлено на предоставление работнику как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении защиты от произвольного определения работодателем срока действия трудового договора, что отвечает целям и задачам трудового законодательства - защите интересов работников, обеспечению их стабильной занятости.
Судом установлено и следует из материалов дела, что ... между ООО «Газпром инвест» (заказчик) и ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (исполнитель) заключен договор № ... на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля заказчика на объектах, входящих в состав стройки «Обустройство Киринского ГКМ», в целях проверки соответствия выполняемых работ требованиям проектной и подготовленной на ее основе рабочей документации, результатам инженерных изысканий, требованиям градостроительного плана земельного участка и требованиям технических регламентов.
Согласно условиям договора первоначальный срок оказания услуг установлен с ... по ....
Впоследствии срок оказания услуг неоднократно изменялся. Так, дополнительным соглашением ... от ... срок оказания услуг продлен до ...; дополнительным соглашением ... от ... – до ...; дополнительным соглашением ... от... – до ...; дополнительным соглашением ... от ... – до ...; дополнительным соглашением ... от ... – до ....
... Чернобаев А.А. обратился в ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» с заявлением о приеме на работу в службу строительного контроля инженерно-технического центра на должность ведущего инженера по срочному трудовому договору, заключаемому на период действия договора на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля за качеством выполнения работ на объектах в составе стройки «Обустройство Киринского ГКМ» от ... № ..., вахтовым методом с пунктом сбора в г.Москве, с ....
... между Чернобаевым А.А. и ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» заключен срочный трудовой договор ..., на основании которого истец принят на работу на должность ведущего инженера службы строительного контроля инженерно-технического центра.
Согласно пункту 1.5 трудового договора он заключен на период действия договора на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля за качеством выполнения работ на объектах в составе стройки «Обустройство Киринского ГКМ» от... № .... Датой вступления трудового договора в силу и датой начала работы определено ....
На основании приказа ... от ... Чернобаев А.А. принят на работу в службу строительного контроля инженерно-технического центра на должность ведущего инженера.
... между ООО «Газпром инвест» (заказчик), ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» (первоначальный исполнитель) и ООО «Газпром Газнадзор» (новый исполнитель) заключено соглашение о перемене стороны к договору на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля ... от ....
В соответствии с указанным соглашением с ... ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» передало, а ООО «Газпром Газнадзор» приняло в полном объеме права и обязанности исполнителя, возникшие из отношений с ООО «Газпром инвест» по указанному договору, за исключением прав и обязанностей первоначального исполнителя в отношении услуг, подлежащих оказанию по ... включительно, а также права на оплату фактически оказанных первоначальным исполнителем и принятых заказчиком услуг.
Дополнительным соглашением к соглашению ... срок окончания оказания услуг первоначальным исполнителем определен ....
... Чернобаеву А.А. вручено уведомление о прекращении ... срока действия срочного трудового договора в связи с прекращением обязанностей ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» по организации и осуществлению строительного контроля на объектах, входящих в состав стройки «Обустройство Киринского ГКМ».
Одновременно истцу предложено трудоустройство в ООО «Газпром Газнадзор» в порядке перевода, а до окончания срока действия срочного трудового договора – расторгнуть трудовой договор с ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» по пункту 5 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Приказом ... от ... срочный трудовой договор от ... ... прекращен, Чернобаев А.А. уволен ... в связи с истечением срока трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Из установленных судом обстоятельств следует, что оказание услуг по строительному контролю являлось продолжающейся деятельностью ответчика. Первоначально установленный срок действия договора от ... неоднократно продлевался дополнительными соглашениями: до ..., ..., ..., ... и .... В дальнейшем произошло изменение исполнителя соответствующих услуг, при этом сама деятельность по осуществлению строительного контроля не прекратилась.
Следовательно, окончание срока действия договора между ООО «Газпром инвест» и ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» не свидетельствовало об объективном завершении той работы, для выполнения которой Чернобаев А.А. был принят на должность ведущего инженера, а было обусловлено изменением договорных отношений между юридическими лицами и передачей соответствующих функций иному исполнителю – ООО«Газпром Газнадзор».
Данные обстоятельства имеют существенное значение, поскольку, как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 19.05.2020 № 25-П, ограниченный срок действия гражданско-правового договора, заключенного работодателем с заказчиком услуг, сам по себе не предопределяет срочного характера работы, выполняемой работником, и не свидетельствует о невозможности установления с ним трудовых отношений на неопределенный срок.
Работодатель, являясь самостоятельным хозяйствующим субъектом, самостоятельно принимает решения о заключении, продлении, изменении и прекращении гражданско-правовых договоров с контрагентами и несет связанные с этим предпринимательские риски. Работник же, выполняя определенную трудовым договором трудовую функцию под управлением и контролем работодателя, субъектом данной экономической деятельности не является и недолжен нести связанные с ней риски.
Иное означало бы фактическое возложение на работника риска прекращения либо изменения договорных отношений между работодателем и третьими лицами и поставило бы стабильность его занятости в зависимость от обстоятельств, на которые работник влиять не может.
Кроме того, суд учитывает, что Чернобаев А.А. фактически выполнял одну и ту же трудовую функцию ведущего инженера службы строительного контроля на протяжении более шести лет. При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не допускает заключение срочного трудового договора на срок более пяти лет (статья 58).
Проанализировав содержание заключенного Чернобаевым А.А. трудового договора, суд принимает во внимание и то, что указанная работодателем формулировка – «на период действия договора на оказание услуг по организации и осуществлению строительного контроля за качеством выполнения работ на объектах в составе стройки «Обустройство Киринского ГКМ», - не позволяет сделать вывод о заключении трудового договора на определенный срок, а, напротив, свидетельствует о неопределенности срока действия трудового договора и, как следствие, означает, что работник, осуществляя трудовую функцию, на протяжении шести лет находился в состоянии неопределенности относительно своего трудоустройства.
Осведомленность истца о заключении им срочного трудового договора несвидетельствует о наличии предусмотренных законом объективных оснований для ограничения срока трудовых отношений. Согласие работника с условием трудового договора о его срочности не освобождает работодателя от обязанности доказать наличие предусмотренного законом основания для заключения именно срочного трудового договора.
Не свидетельствует об обоснованности срочности трудовых отношений и последующее изменение исполнителя по договору строительного контроля. Передача соответствующих функций от ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» к ООО «Газпром Газнадзор» свидетельствует об изменении субъекта, исполняющего договорные обязательства перед заказчиком, но сама по себе не подтверждает завершение работы по трудовой функции Чернобаева А.А. и не свидетельствует об объективном прекращении потребности в выполнении такой работы.
Таким образом, суд приходит к выводу, что предусмотренных частью 1 статьи 59 Трудового кодекса Российской Федерации оснований для заключения с Чернобаевым А.А. срочного трудового договора на период действия договора между ответчиком и ООО «Газпром инвест» не имелось. Срок действия указанного гражданско-правового договора не определял объективный срок существования трудовой функции истца и не исключал возможности установления трудовых отношений на неопределенный срок.
При таких обстоятельствах в силу части 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор от ... ... подлежит признанию заключенным на неопределенный срок.
Поскольку срочный характер трудового договора являлся единственным основанием для его прекращения ..., истечение срока, который не был установлен законно, не могло повлечь прекращение трудовых отношений по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
В связи с этим приказ ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» ... от... о прекращении с Чернобаевым А.А. трудового договора в связи с истечением его срока является незаконным и подлежит отмене.
Согласно статье 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения незаконным работник подлежит восстановлению на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении требований Чернобаева А.А. о признании срочного трудового договора от ... ... заключенным на неопределенный срок, признании незаконным приказа ... от ... о прекращении трудового договора и восстановлении истца на работе в должности ведущего инженера службы строительного контроля инженерно-технического центра.
Оценив довод ответчика о пропуске Чернобаевым А.А. срока обращения в суд, суд исходит из следующего.
Частью 1 статьи 392Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
При пропуске по уважительным причинам сроков, установленныхчастями 1,2и3 статьи 392Трудового кодекса Российской Федерации, они могут быть восстановлены судом (часть 4 статьи 392Трудового кодекса Российской Федерации).
Вабзаце пятом пункта 5постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской ФедерацииТрудового кодексаРоссийской Федерации» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Разъяснения по вопросам пропуска работником срока на обращение в суд содержатся впункте 16Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, по вопросам пропуска работником срока обращения в суд.
В абзаце первом приведенного выше пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 указано, что судам необходимо учитывать, что при пропуске работником срока, установленногостатьей 392Трудового кодекса Российской Федерации, о применении которого заявлено ответчиком, такой срок может быть восстановлен судом при наличии уважительных причин (часть четвертая статьи 392Трудового кодекса Российской Федерации). В качестве уважительных причин пропуска срока для обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимости осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.
В абзаце третьем пункта 16 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов на необходимость тщательного исследования всех обстоятельств, послуживших причиной пропуска работником установленного срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока, суд не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших работнику своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора (абзац четвертый пункта 16Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 г. № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям»).
Исходя из приведенных нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, лицам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен судом.
Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.
Соответственно, с учетом положенийстатьи 392Трудового кодекса Российской Федерации в системной взаимосвязи с требованиями статей 2, 56, 67, 71Гражданского процессуального кодексаРоссийской Федерации суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
При этом суд учитывает, что течение срока обращения в суд по требованию о восстановлении на работе связано с моментом, установленным частью 1 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, а не с датой заключения трудового договора либо с моментом, когда работнику стало известно о наличии в нем условия о срочном характере трудовых отношений.
Довод ответчика о том, что срок обращения в суд следует исчислять с ... – даты заключения срочного трудового договора, поскольку уже в этот момент Чернобаеву А.А. было известно об ограничении срока трудовых отношений, основан на неправильном определении момента возникновения нарушения права, за защитой которого обратился истец.
Как следует из материалов дела, приказом ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» ... от ... Чернобаев А.А. уволен ... в связи с истечением срока трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. С указанным приказом истец ознакомлен ....
С учетом выходных дней ..., ..., последним днем обращения в суд являлось ....
Исковое заявление Чернобаевым А.А. подано в суд ..., то есть с пропуском установленного законом срока на 2 дня.
При разрешении ходатайства о восстановлении срока суд учитывает, что истец работал вахтовым методом в Сахалинской области, место его работы находилось на значительном удалении от места его жительства (г.Томск). С приказом об увольнении Чернобаев А.А. ознакомлен по месту работы, согласно приказу об увольнении последним днем работы истца являлось ....
По мнению суда, нахождение работника на вахте в удалённой местности, значительно отдалённой от места его постоянного жительства, объективно затрудняло своевременную подготовку и подачу искового заявления, поскольку работник был лишён возможности в обычном порядке обращаться в суд по месту своего жительства в период нахождения на работе вахтовым методом до ....
Суд не усматривает в действиях истца признаков злоупотребления правом либо намеренного затягивания срока на обращение. По мнению суда, истец действовал добросовестно, реализовал своё право на судебную защиту, обратившись в суд с исковым заявлением в разумный срок.
Кроме того суд учитывает, что в трудовых правоотношениях работник является экономически более слабой стороной, что предполагает особый подход к оценке причин пропуска процессуальных сроков и недопустимость формального подхода, ущемляющего право работника на судебную защиту.
Истцом заявлено требование о восстановлении на работе, то есть о защите конституционного права на труд. Отказ в восстановлении срока по формальным основаниям при незначительности пропуска и наличии объективных препятствий лишил бы истца права на судебную защиту и означал бы приоритет формальных требований перед существом спора, что не соответствовало бы задачам гражданского судопроизводства.
Также суд учитывает, что срок пропущен истцом незначительно – на два дня.
Принимая во внимание изложенное, суд признаёт причины пропуска срока уважительными и считает возможным восстановить Чернобаеву А.А. срок обращения в суд для подачи искового заявления к ООО «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» о восстановлении на работе.
Согласно статье 211 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации немедленному исполнению подлежит судебный приказ или решение суда о восстановлении на работе.
Принимая во внимание выводы о восстановлении Чернобаева А.А. на работе, решение суда в указанной части подлежит немедленному исполнению.
Разрешая требования Чернобаева А.А. о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, суд исходит из следующего.
В связи с признанием увольнения Чернобаева А.А. незаконным подлежит разрешению вопрос о взыскании в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула.
В соответствии с частью 1 статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться, в том числе в случае незаконного увольнения.
Согласно части 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.
В силу статьи 139 Трудового кодекса Российской Федерации для всех случаев определения размера средней заработной платы устанавливается единый порядок ее исчисления. При этом для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, а расчет производится исходя из фактически начисленной работнику заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата.
Особенности порядка исчисления средней заработной платы определены постановлением Правительства Российской Федерации от 24.04.2025 № 540 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», вступившим в силу с 01.09.2025.
Согласно пункту 13 указанного Положения при определении среднего заработка работника, которому установлен суммированный учет рабочего времени, используется средний часовой заработок, за исключением случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсации за неиспользованный отпуск.
Средний часовой заработок определяется путем деления суммы фактически начисленной за расчетный период заработной платы за отработанные рабочие часы, включая учитываемые при расчете премии, денежные поощрения и вознаграждения, на количество фактически отработанных рабочих часов. Средний заработок такого работника определяется путем умножения среднего часового заработка на количество рабочих часов по его графику в периоде, подлежащем оплате.
Суд не может согласиться с представленным истцом расчетом среднего заработка, поскольку он произведен с применением постановления Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922, утратившего силу с 01.09.2025 в связи с вступлением в силу постановления Правительства Российской Федерации от 24.04.2025 № 540.
Кроме того, расчет истца не учитывает установленный для него суммированный учет рабочего времени и, соответственно, необходимость определения среднего заработка исходя из среднего часового заработка и количества рабочих часов по графику в периоде вынужденного прогула.
Ответчиком представлен расчет среднего часового заработка Чернобаева А.А., согласно которому его размер составляет 2705,03 рубля. Оснований не согласиться с указанным расчетом суд не усматривает, поскольку он произведен с учетом требований пункта 13 Положения, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от24.04.2025 № 540.
Согласно представленному ответчиком графику работы Чернобаева А.А. на вахте на 2026 год в период с июля по август 2026 года количество рабочих часов, приходящихся на период вынужденного прогула, составляет 506 часов.
Таким образом, размер среднего заработка за время вынужденного прогула подлежит определению исходя из среднего часового заработка в размере 2 705,03 рубля и 506 рабочих часов по графику истца:
2 705,03 руб. ? 506 часов = 1 368 745,18 руб.
При таких обстоятельствах с ответчика в пользу Чернобаева А.А. подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 1 368 745,18 руб.
В силу части 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения суд вправе по требованию работника вынести решение о возмещении ему денежной компенсации морального вреда, причиненного указанными действиями. Размер такой компенсации определяется судом.
Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размер его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе при нарушении его имущественных прав. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Как установлено судом, увольнение Чернобаева А.А. произведено без законных оснований, поскольку срочный характер трудового договора не имел предусмотренного законом объективного основания, в связи с чем истечение установленного в нем срока не могло повлечь прекращение трудовых отношений по пункту 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Указанные неправомерные действия работодателя повлекли нарушение трудовых прав истца, лишили его возможности продолжать трудовую деятельность у ответчика и получать заработную плату, что с учетом характера допущенного нарушения является основанием для компенсации причиненного морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер допущенного работодателем нарушения трудовых прав истца, продолжительность трудовых отношений, обстоятельства незаконного увольнения, степень вины работодателя, а также руководствуется требованиями разумности и справедливости.
Принимая во внимание совокупность установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что требование Чернобаева А.А. о компенсации морального вреда подлежит частичному удовлетворению. С учетом требований разумности и справедливости суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, в сумме 5 000 рублей.
В соответствии с подпунктом 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации истец освобожден от уплаты государственной пошлины при обращении в суд.
Согласно части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
С учетом размера удовлетворенных судом требований и положений подпунктов 1 и 3 пункта 1 статьи 333.19, подпункта 1 пункта 1 статьи 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета муниципального образования «Город Томск» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 40 717 рублей, за требования неимущественного характера признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, а также за требование имущественного характера о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования Чернобаева Алексея Анатольевича к обществу с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» о признании срочного трудового договора заключенным на неопределенный срок, признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда удовлетворить.
Признать срочный трудовой договор от ..., заключенный между Чернобаевым Алексеем Анатольевичем и обществом с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск», заключенным на неопределенный срок;
признать незаконным приказ общества с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» от ... ... об увольнении Чернобаева Алексея Анатольевича;
восстановить Чернобаева Алексея Анатольевича на работе в обществе с ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в должности ведущего инженера Службы строительного контроля Инженерно-технического центра;
взыскать с общества ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в пользу Чернобаева Алексея Анатольевича средний заработок за время вынужденного прогула за период с ... по ... в размере 1368745,18рублей;
взыскать с общества ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в пользу Чернобаева Алексея Анатольевича компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.
Решение суда о восстановлении Чернобаева Алексея Анатольевича на работе и о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с ... по ... в размере 1368745,18рублей подлежит немедленному исполнению.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью общества ограниченной ответственностью «Газпром добыча шельф Южно-Сахалинск» в бюджет муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в размере 40717 рублей.
Решение может быть обжаловано в Томский областной суд в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Томска.
Председательствующий Степанова А.В.
Мотивированный текст решения изготовлен 11.09.2026.
...