РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
1 апреля 2026 года г. Алейск
Алейский городской суд Алтайского края в составе председательствующего судьи Коробовой Ю.Е., при секретаре Шмаль Е.В., с участием помощника Алейского межрайонного прокурора Иванищева А.А.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Гельдт Ирины Юрьевны к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Алейская Центральная районная больница», Министерству здравоохранения Алтайского края о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Гельдт И.Ю. обратилась с исковым заявлением к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Алейская Центральная районная больница» (далее КГБУЗ «Алейская ЦРБ», ответчик), Министерству здравоохранения Алтайского края просила взыскать с КГБУЗ «Алейская ЦРБ» в качестве компенсации морального вреда денежную сумму в размере 300 000 рублей, а при недостаточности денежных средств у КГБУЗ «Алейская ЦРБ» взыскание произвести с собственника имущества указанного бюджетного учреждения Министерства здравоохранения Алтайского края.
В обоснование заявленных требований истец указала, что ДД.ММ.ГГГГ года Алейским межрайонным следственным отделом следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту смерти супруга истца <данные изъяты> в КГБУЗ «Алейская ЦРБ». Основанием для возбуждения уголовного дела послужили сведения о том, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО18 обратился за медицинской помощью в приемное отделение КГБУЗ «Алейская ЦРБ». В связи с тяжелым состоянием здоровья ФИО19 был в этот же день направлен в отделение реанимации лечебного учреждения. Истец считает, что персоналом КГБУЗ «Алейская ЦРБ» ненадлежащим образом оказана медицинская помощь ФИО20 ввиду чего последний ДД.ММ.ГГГГ скончался в реанимационном отделении КГБУЗ «Алейская ЦРБ». При расследовании уголовного дела экспертной комиссией ФГКУ «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации» проведена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, согласно заключению которой при изучении медицинских документов были выявлены недостатки <данные изъяты>. С учетом изложенного, истец полагает, что помощь, оказанную ФИО21 на этапе стационарного лечения, следует считать ненадлежащей. Вина медицинского персонала КГБУЗ «Алейская ЦРБ» подтверждается указанным заключением, которая выразилась в ненадлежащем качестве оказанных услуг супругу ФИО22 В результате некачественного оказания услуг с ДД.ММ.ГГГГ года медицинской помощи (услуги) ФИО23 истец была лишена состояния полного физического и душевного спокойствия, в связи с нравственными переживаниями, вызванными прогрессирующем ухудшением состояния здоровья ФИО24. и его последующей смертью.
В судебном заседании истец Гельдт И.Ю. поддержала заявленные требования по доводам, изложенным в исковом заявлении, настаивала на удовлетворении заявленных требований.
Представитель ответчика КГБУЗ «Алейская ЦРБ» Болотина Р.Р. возражала против удовлетворения заявленных требований, указывая на то, врачами был поставлен верный диагноз ТЭЛА в медицинском учреждении, назначено правильное лечение, что подтверждается заключением экспертов, а также проведенными проверками.
Представитель ответчика Министерства здравоохранения Алтайского края представил отзыв на исковое заявление, в котором просил в удовлетворении заявленных требований отказать. Указывая на то, что имеющиеся у ФИО25 хронические заболевания изначально обусловили риск <данные изъяты>
Заслушав пояснения истца Гельдт И.Ю., представителя ответчика КГБУЗ «Алейская ЦРБ» Болотиной Р.Р., заключение помощника Алейского межрайонного прокурора Иванищева А.А., исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
Как следует из свидетельства о заключении брака Гельдт И.Ю. состояла в зарегистрированном браке с <данные изъяты>.
Согласно Выписки из амбулаторной карты <данные изъяты> регулярно наблюдался в КГБУЗ «Алейская ЦРБ», со следующими диагнозами, в том числе: <данные изъяты>
ДД.ММ.ГГГГ самостоятельно обратился в приемное отделение КГБУЗ «Алейская ЦРБ» с жалобами <данные изъяты>. Учитывая тяжелое состояние пациента в приемном отделении проконсультирован врачом <данные изъяты> В связи с отсутствием специалистов проведение дообследования (ЭхоКГ, ангиопульмонография) в условии ЦРБ невозможно, информация доведена до сосудистого хирурга.
Проведена консультация с заместителем по медицинской части <данные изъяты>), рекомендована консультация <данные изъяты>
Проведена консультация с <данные изъяты> Диагноз: <данные изъяты>
Учитывая стабильную <данные изъяты> пациента, проведение <данные изъяты> с момента поступления в стационар и отсутствие вероятности изменения тактики лечения по результатам <данные изъяты>, коллегиально принято решение о не проведении <данные изъяты>, продолжено лечение, диагноз <данные изъяты>.
В дальнейшем <данные изъяты> осмотрен реаниматологом в <данные изъяты>
<данные изъяты> года у пациента констатирована клиническая смерть. В соответствии с протоколом СЛР биологическая смерть констатирована в <данные изъяты>
Согласно посмертного эпикриза из медицинской карты стационарного больного № ФИО9, установлен заключительный клинический диагноз: <данные изъяты>
По заявлению ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о неправомерных действиях медицинских работников КГБУЗ «Алейская ЦРБ», повлекших смерть ФИО9, ДД.ММ.ГГГГ следователем Алейского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю ФИО15, рассмотрев материалы проверки № от ДД.ММ.ГГГГ, вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Постановлением следователя Алейского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю ФИО15 назначена комиссионная медицинская судебная экспертиза, проведение которой поручено экспертам Сибирского филиала (с дислокацией в <адрес>) федерального государственного казенного учреждения судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации.
В соответствии с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что смерть ФИО13 наступила от <данные изъяты> ФИО13 медицинскими сотрудниками КГБУЗ «Алейская ЦРБ» был установлен правильно и своевременно (Приказ МЗ РФ от 10 мая 2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»), что подтверждается данными медицинских документов (медицинская карта стацио-нарного больного КГБУЗ «Алейская ЦРБ» №) и протокола патологоанатомического исследования трупа № от ДД.ММ.ГГГГ).
Лечение пациента ФИО13 в КГБУЗ «Алейская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проводилось правильно, своевременно в соответствии с существующими порядками и стандартами оказания медицинской помощи, критериями качества оказания медицинской помощи. При изучении медицинских документов были выявлены недостатки ведения медицинской документации и диагностики. При анализе медицинской карты пациента, получающего помощь в амбулаторных условиях КГБУЗ «Алейская ЦРБ» № выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи, начата ДД.ММ.ГГГГ, последняя запись ДД.ММ.ГГГГ:
- <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Все выше перечисленные недостатки оказания медицинской помощи являются нарушениями следующих нормативно-правовых документов: приказ №323-ФЗ от 21.11.2011г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказ МЗ РФ от 10 мая 2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; Приказ Министерства здравоохранения РФ от 05.08.2022г. №530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения»; Приказ Министерства здравоохранения РФ от 27.04.2021г. №404н «Об утверждении порядка проведения профилактического медицинского осмотра и диспансеризации определенных групп взрослого населения»; Приказ Министерства здравоохранения РФ от 15.03.2022 № 168н «Об утверждении порядка проведения диспансерного наблюдения за взрослыми»; Клинические рекомендации Министерства здравоохранения РФ «Сахарный диабет 2 типа у взрослых», кодирование по Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем: E11.2, E11.3, E11.4, E11.5, E11.6, E11.7, E11.8, E11.9; R73.0; R73,9. Год утверждения (частота пересмотра):2022. Возрастная категория: взрослые. Пересмотр не позднее:2024. Разработчик клинической рекомендации Российская ассоциация эндокринологов, одобрено Научно-практическим Советом Минздрава РФ; Клинические рекомендации Министерства здравоохранения РФ «Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов», кодирование по Международной статистической классификации болезней и проблем, связанных со здоровьем: I80.0, I80.8, I82.1, O22.2, O87.0. Год утверждения (частота пересмотра):2021. Возрастная категория: взрослые. Пересмотр не позднее:2023. Разработчик клинической рекомендации Ассоциация флебологов России, Ассоциация сердечно-сосудистых хирургов России, Общероссийская общественная организация "Российское общество хирургов", России?ское общество ангиологов и сосудистых хирургов, одобрено Научно-практическим Советом Минздрава РФ.
Эксперт в заключении указывает, что пациенту при лечении в амбулаторных условиях не была назначена <данные изъяты>. Согласно клинических рекомендаций Министерства здравоохранения РФ «<данные изъяты> год утверждения 2022, рекомендуется назначение <данные изъяты> (Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи: методические рекомендации / ФИО14. - М.: ФГБУ «РЦСМЭ», 2017 г.).
Согласно заключения эксперта при анализе медицинской карты стационарного больного КГБУЗ «Алейская ЦРБ» № выявлены следующие недостатки оказания медицинской помощи:
- <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
Эксперт приходит к выводу, что все выше перечисленные недостатки оказания медицинской помощи являются нарушениями следующих нормативно-правовых документов: приказ №323-ФЗ от 21.11.2011г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Приказ МЗ РФ от 10 мая 2017 г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»; клинические рекомендации Министерства здравоохранения РФ «Флебит и тромбофлебит поверхностных сосудов», год утверждения (частота пересмотра):2021, Приказ Минздрава России от 09.11.2012 N873н "Об утверждении стандарта специализированной медицинской помощи при тромбоэмболии легочных артерий" (зарегистрировано в Минюсте России 13.02.2013 N 27059), Национальный стандарт российской федерации «Клинические рекомендации (протоколы лечения) Профилактика тромбоэмболических синдромов», дата введения 2016-03-01, утвержден и введен в действие Приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 31 марта 2015 г. N 201-ст; Российские клинические рекомендации по диагностике, лечению и профилактике венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭО), (Флебология, 4, 2015, выпуск 2), «Диагностика и лечение тромбоэмболии легочной артерии» клинические рекомендации для практических врачей Евразийской ассоциации кардиологов 2021 (.Евразийский кардиологический журнал.2021).
- в дневниковых записях нет интерпретации данных лабораторных и инструментальных методов обследования и не отображается коррекция плана ведения больного. (нарушение приказа Министерства здравоохранения РФ от 05.08.2022г. №530н «Об утверждении унифицированных форм медицинской документации, используемых в медицинских организациях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара и порядков их ведения», п.2.2 приказа Минздрава России от 10.05.2017г. №203н «Об утверждении критериев оценки качества медицинской помощи»)
<данные изъяты>
<данные изъяты>
- не оценивается соответствие оказываемой медицинской помощи критериям оценки качества медицинской помощи уполномоченным по внутреннему контролю КГБУЗ «Алейская ЦРБ» (нарушение п. 17 приказа Министерства здравоохранения РФ от 31.07.2020г. № 785и «Об утверждении Требований к организации и проведению внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности»)
- врачебной комиссией не проводится оценка соблюдения в медицинской организации установленного порядка ведения медицинской документации, не выявлены дефекты наблюдения организации диспансерного наблюдения, не организован внутренний контроль качества, не приняты меры по устранению выявленных нарушений ( нарушение п. 4.9, 4.10, 4.22 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 05.05.2012г. №502н «Об утверждении Порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации»).
Принимая во внимание наличие недостатков (нарушений) оказания медицинской помощи, руководствуясь положениями ст. ст. 10, 37 Федерального закона и порядком проведения судебно-медицинской экспертизы, эксперт приходит к выводу, что медицинскую помощь, оказанную <данные изъяты> на этапе стационарного лечения в КГБУЗ «Алейская ЦРБ», следует считать ненадлежащей. (Федеральный закон от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Порядок проведения судебно-медицинской экспертизы и установления причинно-следственных связей по факту неоказания или ненадлежащего оказания медицинской помощи: методические рекомендации / А.В. Ковалев. - М.: ФГБУ «РЦСМЭ», 2017 г.).
Отвечая на вопрос о том имеется ли прямая причинно-следственная связь между поставленным в КГБУЗ «Алейская ЦРБ» ФИО13 диагнозом, назначенным, проведенным лечением и наступлением его смерти, эксперт указывает, что основываясь на анализе представленных медицинских документов и материалов уголовного дела и принимая во внимание причину смерти ФИО13, указанную в п.1 настоящих «Выводов», экспертная комиссия считает, что в данном случае, неблагоприятный исход (смерть ФИО13) обусловлен характером и тяжестью основного заболевания – <данные изъяты>. Ненадлежащее оказание медицинской помощи ФИО13 не состоит в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом (последствиями), не рассматривается как дефект оказания медицинской помощи и не подлежит судебной медицинской оценке по степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека.
Постановлением следователя Алейского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Алтайскому краю ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 УК РФ, в отношении: ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО4-угли, ДД.ММ.ГГГГ рождения; ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, по основаниям, предусмотренным п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ прекращено, в связи с отсутствием в деянии состава преступления.
Согласно заключения по результатам качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ, составленному по результатам проведенной проведённой <данные изъяты> РЕСО-Мед» <данные изъяты> с целью выявления нарушения прав застрахованного лица в связи с летальным исходом в КГБУЗ «Алейская ЦРБ» сбор информации произведен в полном объеме, диагноз сформулирован правильно, своевременно. Оказание медицинской помощи, в том числе назначение лекарственных препаратов и (или) медицинских изделий: <данные изъяты>.
Из акта № о проверки качества и безопасности медицинской деятельности при проведении ведомственного контроля ДД.ММ.ГГГГ в отношении КГБУЗ «Алейская ЦРБ» по оказанию медицинской помощи ФИО9, выявлены нарушения, так в нарушение Приказа Министерства здравоохранения РФ от 505 августа 2022 года № 530Н, п.2.2 приказа Минздрава России от 10 мая 2017 года № 203-Н в дневниковых записях нет интерпретации данных лабораторных и инструментальных методов обследования и не отображается коррекция плана ведения больного. В нарушение ч.7 ст.46 Федерального закона № 323-ФЗ от 21 ноября 2011 года «Об основах охраны здоровья граждан и Российской Федерации», Приказа Министерства здравоохранения РФ от 27 апреля 2021 года № 404Н, приказа Министерства здравоохранения от 15 марта 2022 года № 168 Н данных о проведении профилактических осмотров, диспансеризации взрослого населения и диспансерного наблюдения, в установленном порядке в амбулаторной карте не представлены. Кроме того, уполномоченным по внутреннему контролю КГБУЗ «Алейская ЦРБ» не оценивается соответствие оказываемой медицинской помощи критерием оценки качества медицинской помощи. В заключении указано, что медицинская помощь была оказана в соответствии с установленным диагнозом и консультациями профильных специалистов в полном объеме, с учетом <данные изъяты>. Рекомендованное обследование <данные изъяты> не проведено по независящим от медицинской организации причинам. Рекомендованное исследование <данные изъяты> не проведено ввиду наличия противопоказания, определенного краевым профильным специалистом, консультировавшего пациента с применением телемедицинских технологий. Выявленные в ходе проверки дефекты ведения медицинской документации не повлияли на течение, прогноз, исход заболевания. Случай <данные изъяты> признан диагностически сложным, а смерть непредотвратимой ресурсами здравоохранения.
Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу, что в действиях КГБУЗ «Алейская ЦРБ» установлено наличие дефектов при оказании медицинской помощи ФИО9, которые выразились в непроведении необходимых диагностических и лечебных процедур (<данные изъяты>), что является доказательством вины ответчика в недобросовестном выполнении их медицинскими работниками своих профессиональных обязанностей при лечении ФИО9, стоит отметить, пациент, обратившись за медицинской помощью, был вправе рассчитывать на качественное оказание медицинской помощи на всех этапах лечения, допущенные нарушения на этапе лечения и при ведении медицинской документации, причинили вред как самому пациенту, так и его супруге, и являются достаточным основанием для взыскания компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).
Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).
Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (пункт 1 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункт 9 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (пункт 21 статьи 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
В статье 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5, 6, 7 статьи 4 названного закона).
Согласно части 2 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.
Пунктом 9 части 5 статьи 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.
Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (абзац первый статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Пунктом 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства. Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно пункту 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абзац второй статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
В соответствии с пунктом 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации").
Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.
При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.
На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи
Из содержания искового заявления Гельдт И.Ю. усматривается, что основанием их обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось ненадлежащее оказание ее супругу ФИО9 медицинской помощи в КГБУЗ «Алейская ЦРБ», приведшее, по мнению истца, к его смерти.
Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием медицинские организации – КГБУЗ «Алейская ЦРБ», Министерства здравоохранения Алтайского края - должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1 в связи со смертью ФИО9 (ее супруга), медицинская помощь которому была оказана, как утверждает истец, ненадлежащим образом.
Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, и установив в действиях КГБУЗ «Алейская ЦРБ» наличие дефектов при оказании медицинской помощи ФИО9, в отсутствие бесспорных доказательств, исключающих вину медицинских учреждений в причинении вреда здоровью ФИО9, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с указанного учреждения в пользу ФИО1 компенсации морального вреда.
При определении размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с КГБУЗ «Алейская ЦРБ», суд принимает во внимание период нахождения ФИО9 на лечении в указанном учреждении (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), в непроведении <данные изъяты> допущенных дефектов при ведении медицинской документации, которые сами по себе не привели к причинению вреда здоровью ФИО9, но не освобождают ответчика от обязанности по надлежащему ее оформлению и проведению медицинских мероприятий, при точном соответствии с установленными нормами и правилами и медицинскими показаниям, с учетом разумности и справедливости, считает необходимым взыскать с КГБУЗ «Алейская ЦРБ» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Доводы КГБУЗ «Алейская ЦРБ», Министерства здравоохранения Алтайского края об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, поскольку качество оказанной ФИО9 помощи соответствовало критериям качества медицинской помощи, что подтверждается заключениями экспертов, допущенные дефекты не являлись причиной ухудшения состояния здоровья и причиной смерти ФИО9, отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными дефектами оказания медицинской помощи и смертью ФИО9, не могут служить основанием для отказа удовлетворения заявленного требования, поскольку представленными в материалы дела доказательствами с достаточной степенью достоверности подтверждается наличие со стороны ГКБУЗ «Алейская ЦРБ» дефектов при оказании ФИО9 медицинской помощи. В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации ответчиком не представлено доказательств того, что их сотрудниками были предприняты все необходимые и возможные меры для оказания ФИО9 медицинской помощи надлежащего качества, бесспорных доказательств, которые не вызывали бы сомнений в качестве оказанной ФИО9 медицинской помощи, в материалах дела не имеется.
Пунктом 1.3 Устава КГБУЗ «Алейская ЦРБ», утвержденного приказом Министерства здравоохранения Алтайского края №268 от 11 июня 2024 года, установлено, что собственником имущества и Учредителем Учреждения является Алтайский край. Министерство здравоохранения Алтайского края осуществляет функции и полномочия Учредителя Учреждения и Главного распорядителя бюджетных средств в отношении подведомственного Учреждения, в том числе по вопросам сохранности, содержания, и использования по назначению государственного имущества. Учреждение является юридическим лицом, имеет самостоятельный баланс, обособленное имущество, лицевые счета в казначействе, бланки, штампы, круглую печать со своим наименованием и наименованием учредителя на русском языке (пункт 1.4).
В силу пункта 1.5 Устава Учреждение для достижения целей своей деятельности вправе приобретать и осуществлять имущественные и неимущественные права, нести обязанности, быть истцом и ответчиком в арбитражном, третейском судах, судах общей юрисдикции в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации. Учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного
Учреждением за счет средств, выделенных Собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление Учреждения и за счет каких средств оно приобретено (пункт 1.7 Устава).
В пункте 1.8 Устава закреплено, что по обязательствам Учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества Учреждения, на которое в соответствии с пунктом 1.6 может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет Собственник имущества Учреждения.
С учетом с пунктом 1.5, 1.7, 1.8 положений Устава, а также пояснений представителя ответчика КГБУЗ «Алейская ЦРБ», о том, что Учреждение несет процессуальные издержки, как юридическое лицо, суд полагает возможным взыскать компенсацию морального вреда с ответчика КГБУЗ «Алейска ЦРБ».
Согласно части 1 статьи 103 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче иска о взыскании компенсации морального вреда, в связи с чем с КГБУЗ «Алейская ЦРБ» подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 3 000 рублей.
Руководствуясь статьями 193-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Гельдт Ирины Юрьевны к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Алейская Центральная районная больница», удовлетворить частично.
Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Алейская Центральная районная больница» (<данные изъяты>) в пользу Гельдт Ирины Юрьевны (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
Взыскать с Краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Алейская Центральная районная больница» (<данные изъяты>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Алтайского краевого суда путем подачи апелляционной жалобы через Алейский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме.
Председательствующий судья Ю.Е. Коробова