РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 апреля 2026 года г.Алейск
Алейский городской суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Иноземцевой И.С., при секретаре Митяевой Т.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Яхъяева Вахи Салмановича к Бороздину Ивану Михайловичу о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами,
УСТАНОВИЛ:
Яхъяев В.С. обратился в суд с иском к Бороздину И.М. о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, указывая на то, что 11 октября 2014 года между истцом и ответчиком был заключен договор займа, согласно которому истец передал ответчику денежные средства в размере 80 000 рублей. В соответствии с условиями договора ответчик обязался вернуть указанную сумму долга путем перечисления на карту истца в срок до 01 марта 2015 года. Однако в установленный срок сумма займа ответчиком не возвращена. После истечения указанного срока Яхъяев В.С. часто звонил Бороздину И.М. с просьбой вернуть долг, он каждый раз обещал вернуть в ближайшее время, а после не стал отвечать на звонки. В сентябре 2023 года по просьбе истца к ответчику обратились Берсанов Р.У., Шевердин С.А. и Вацадзе Д.М., с вопросом о возврате суммы займа. Ответчик Бороздин И.М. в присутствии последних долг признал и обещал вернуть через две недели. После наступления указанного срока ответчик перестал выходить на связь и отвечать на звонки. Долг ответчиком не возвращен. Несмотря на то, что обязательство возникло с 01 марта 2015 года срок давности по основному долгу и начисленным процентам в силу ст.203 ГК РФ был прерван в сентябре 2023 года. Ответчик совершил действия, свидетельствующие о признании всей суммы долга (представил письменные пояснения), что согласно позиции Верховного суда РФ, влечет течение срока исковой давности заново. В связи с чем, считает правомерным начисление процентов по ст.395 ГК РФ за весь период пользования денежными средствами, так как обязательство не исполнялось ответчиком непрерывно с 01 марта 2015 года.
Просит взыскать с Бороздина И.М. в пользу Яхъяева В.С. сумму основного долга по договору займа от 11 октября 2014 года в размере 80 000 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 01 марта 2015 года по 11 марта 2026 года в размере 89 211,92 рублей, с 11 марта 2026 года по день фактического исполнения решения суда; расходы по оплате государственной пошлины в размере 6 886 рублей.
Истец Яхъяев В.С. в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.
Ответчик Бороздин И.М. в судебном заседании исковые требования не признал, просил в иске отказать, ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности. Кроме того пояснил, денежные средства ему не передавались, договор займа составлен в одном экземпляре, у него отсутствует, прошло 12 лет, полагает, что он его и не подписывал. Также не давал расписку в получении денежных средств. В сентябре-октябре 2014 года перед отъездом Яхъяев В.С. продал дом, и его нужно было освободить от имущества для нового собственника. Он обратился к нему за помощью, чтобы вывезти имущество, а потом отправить на родину. Ответчик предоставил ему два прицепа и работников для погрузки. После отъезда Яхъяева В.С. прицепы долгое время стояли загруженными вещами Яхъяева В.С., и когда они ему понадобились, он позвонил истцу, который сказал, что отправлять имущество контейнерами дорого, всё заберет Вацадзе Давид. Через некоторое время ответчик встретил Давида, который пояснил, что забирать имущество не будет, так как Яхъяев В.С. хочет его продать за высокую стоимость, либо отдать в долг за 60 000 рублей, передал ему перечень. Он позвонил Яхъяеву В.С. и сказал, что ему ничего не нужно, он предложил оставить, вдруг что-то пригодится. Что именно находилось в прицепах, он не знал. Один прицеп он разгрузил, так как он нужен был для работы. Там находились бытовые холодильники - около 6 шт., производственные электропечи, всё сгрузили в склад. Второй прицеп стоял до следующего года, потом затащили его на склад. Каким путем это имущество оказалось у Яхъяева В.С. ему не известно, он попросил у Яхъяева В.С. документы на это имущество, чтобы его купить. Без документов брать не хотел, так как на тот момент были кражи. Второй прицеп простоял на протяжении 10 лет и в прошлом годы его разгрузили. Там была мебель и стройматериалы. Яхъяеву В.С. он говорил, что всё это ему не нужно, тем более без документов. Истец указывает, что в 2023 году к Бороздину И.М. приезжали на поле, но с 2022 года он фермерской деятельностью не занимается, поля не обрабатывает. Примерно в 2020-2021 году приезжал товарищ от Яхъяева В.С., и Давид Вацадзе. Он им сказал, что имущество стоит, пусть забирают, оно ему не нужно без документов. В тот период он не нуждался в денежных средствах, чтобы у кого-то занимать, брать кредиты, так как уборка на полях уже прошла, зерно на сдачу было.
Информация о месте и времени рассмотрения гражданского дела размещена на официальном сайте Алейского городского суда Алтайского края, в связи с чем, учитывая мнение ответчика Бороздина И.М., на основании ст.167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть гражданское дело в отсутствие неявившегося истца.
Выслушав ответчика Бороздина И.М., допросив свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.
Согласно п.1 ст.160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, или должным образом уполномоченными ими лицами.
Согласно ст. 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.
В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.
Из положений ст.ст. 309, 310 ГПК РФ следует, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается.
Истцом Яхъяевым В.С. в материалы дела представлен договор займа от 11 октября 2014 года, по условиям которого Яхъяев В.С. передал в долг Бороздину В.М. денежные средства в размере 80 000 рублей, со сроком возврата 01 марта 2015 года.
Из приложенных к иску письменных пояснений Свидетель №2, Свидетель №1, ФИО4 следует, что в сентябре 2023 года Бороздин И.М. обещал вернуть долг Яхъяеву В.С. в размере 80 000 рублей.
Допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №1 пояснил, что на протяжении длительного времени знаком с Яхъяевым В.С. и Бороздиным И.М. Обстоятельства заключения договора займа между Яхъяевым В.С. и Бороздиным И.М. ему не известны. В сентябре 2023 году Яхъяев В.С. попросил его найти Бороздина И.М. в поле. Приехали два человека, он им показал, где находится Бороздин. При разговоре указанных лиц с Бороздиным И.М. он не присутствовал, находился около машины и слышал лишь часть разговора, когда Бороздин И.М. сказал, что закончит уборку и в течение двух недель отдаст долг. Какой долг и за что, ему не известно. Со слов Бороздина И.М. ему известно, что у Бороздина И.М. хранится какое-то имущество, принадлежащее Яхъяеву В.С., но что именно и на каких условиях он не знает.
В связи с неоплатой суммы долга, истцом Яхъяевым В.С. направлены требования Бороздину И.М. о возврате суммы долга в размере 80 000 рублей в течение 30 календарных дней с момента получения требований. Указанные требования Бороздиным И.М. оставлены без удовлетворения.
На основании статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.
Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.
В силу пункта 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.
Согласно пункту 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224).
Частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из приведенных норм права в их взаимосвязи следует, что договор займа рассматривается как документ, удостоверяющий передачу заемщику заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей, при этом текст договора должен быть составлен таким образом, чтобы не возникало сомнений не только по поводу самого факта заключения договора займа, но и по существенным условиям этого договора. Риск несоблюдения надлежащей формы договора займа, повлекшего недоказанность факта его заключения, лежит на заимодавце.
Указанный вывод следует из правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25 ноября 2015 года, согласно которой в случае спора на кредиторе лежит обязанность доказать факт передачи должнику предмета займа и то, что между сторонами возникли отношения, регулируемые главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации («Заем и кредит»), а на заемщике - факт надлежащего исполнения обязательств по возврату займа либо безденежность займа, поскольку для возникновения обязательства по договору займа требуется фактическая передача кредитором должнику денежных средств (или других вещей, определенных родовыми признаками) именно на условиях договора займа. При наличии возражений со стороны ответчика относительно природы возникшего обязательства следует исходить из того, что заимодавец заинтересован в обеспечении надлежащих доказательств, подтверждающих заключение договора займа, и в случае возникновения спора на нем лежит риск недоказанности соответствующего факта.
Обращаясь с иском в суд сторона истца в качестве правового обоснования своих требований ссылался на положения статей 807 - 810 Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующих отношения по договору займа, утверждая, что 11 октября 2014 года Яхъяев В.С. с Бороздиным И.В. заключил договор займа, по которому Бороздин И.В. получил от него денежную сумму в размере 80 000 рублей, обязавшись вернуть долг до 01 марта 2015 года. Указанную сумму Бороздин И.М. не вернул.
Вместе с тем, из пояснений ответчика Бороздина И.М., данных в судебном заседании 20 апреля 2026 года, которые в силу ст.68 ГПК РФ являются одним из средств доказывания, следует, что денежные средства по договору займа от истца фактически не передавались. Яхъяев В.С. после своего отъезда оставил имущество, которое он помог ему вывезти из дома, предлагая ему приобрести это имущество в долг, согласно описи имущества на сумму 60 000 рублей. Согласия на приобретение данного имущества он не давал, денежные средства истцу не передавал, поскольку истцом не представлены документы, подтверждающие его право собственности на имущество, поэтому какие-либо денежные обязательства у него перед истцом отсутствуют.
В подтверждении указанных пояснений ответчиком представлен письменный перечень имущества (стройматериалы, сантехника) с указанием стоимости каждого наименования на общую сумму 60 000 рублей, содержащий рукописную надпись «Михалычу за 60 000 рублей в долг».
Из письменных пояснений ФИО7 следует, что в сентябре 2014 года он работал в КФХ Бороздина И.М. К Бороздину И.М. обратился Яхъяев В.С. с просьбой оказать помощь в вывозе принадлежащего ему имущества, в связи с продажей дома. Бороздин И.М. предоставил ему трактор и два прицепа. Он и ФИО12 помогали Яхъяеву В.С. осуществлять погрузку имущества (стройматериалы, сантехнику, мебель, бытовую технику) в прицепы. Указанные прицепы привезли на хранение на территорию КФХ Бороздина И.М., так как Яхъяев В.С. собирался отправлять указанное имущество к себе на родину в Чечню контейнером, но не сделал этого, в связи с чем имущество длительное время хранилось на территории КФХ. Впоследующем это имущество должен был забрать кто-то из знакомых Яхъяева В.С., но также не сделал этого. Со слов Бороздина И.М. ему известно, что Яхъяев В.С. предлагал Бороздину И.М. купить данное имущество, но Бороздин И.М. отказался.
Данные обстоятельства подтвердил допрошенный в судебном заседании свидетель Свидетель №2 пояснивший, что на протяжении длительного времени знаком с Яхъяевым В.С. и Бороздиным И.М. Договор займа между Яхъяевым В.С. и Бороздиным И.М. был заключен в связи с тем, что Яхъяев В.С. уезжал из <адрес> на родину и всё распродавал. Бороздину И.М. продал запчасти на трактор и автомобиль, а также стройматериалы на общую сумму 80 000 рублей. Бороздин И.М. обещал рассчитаться примерно через месяц, но прошло столько лет, денег нет. Фактически денежные средства в размере 80 000 рублей Яхъяев В.С. Бороздину И.М. по договору займа не передавал. Договор займа был написан Бороздиным И.М. При составлении договора он не присутствовал, но у него имеется копия этого договора, которую передал ему Яхъяев В.С. Подлинник договора находится у Яхъяева В.С. Здесь подлинник не нужен, человек ему должен. Он очевидец, что Бороздин взял у Яхъяева имущество, сказав, что выкупает его. При передаче имущества и достижении указанной договоренности он не присутствовал, данные обстоятельства ему известны со слов Яхъяева В.С. В сентябре 2023 года он по просьбе Яхъяева В.С. совместно с ФИО14 и Вацадзе приезжал на поле к Бороздину, где последний обещал отдать деньги через неделю, перечислив их на счет Яхъяева В.С.
В соответствии с частью 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.
Доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда (часть 2 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Оценивая имеющиеся в деле доказательства предоставления Бороздину И.М. денежных средств в размере 80 000 рублей, суд приходит к выводу о недоказанности заключения между сторонами договора займа и фактической передачи денежных средств по указанному договору.
Фактически, материалами дела подтверждается, что договором займа от 11 октября 2014 года было оформлено не обязательство по возврату средств полученных по договору займа, а соглашение о денежном обязательстве Бороздина И.М. перед Яхъяевым В.С. в связи с отчуждением последним имущества.
Вместе с тем, в ходе рассмотрения дела, истцу Яхъяеву В.С. не удалось подтвердить наличие у него в собственности спорного имущества, которое им было продано Бороздину И.М.. Как и не представлен сам договор купли-продажи указанного имущества, согласие Бороздина И.М. на приобретение данного имущества.
Оценивая фактическую основу исковых требований Яхъяева В.С., проанализировав процессуальные позиции сторон, представленные в обоснование утверждений и возражений доказательства, показания свидетелей, суд приходит к выводу о том, что в правоотношении, подтвержденном договором займа, имеется иное правовое участие сторон Яхъяева В.С. и Бороздина И.М.
Таким образом, как следует из пояснений ответчика Бороздина И.М., свидетеля Берсанова Р.У. данных ими в судебном заседании в рамках рассмотрения настоящего гражданского дела, наличные денежные средства в сумме 80 000 рублей по договору займа от 11 октября 2014 года Яхъяевым В.С. Бороздину И.М. переданы не были, последнему по указанному договору передано в пользование имущество, за которое Бороздин И.М., обозначенный в договоре в качестве заемщика, обязался уплатить денежные средства в размере 80 000 рублей.
В связи с чем, проверяя правомерность имущественных притязаний Яхъяева В.С., руководствуясь правилами ст. ст. 807, 808, 810 ГК РФ, суд исходит из анализа правовой природы договора займа и требований закона, предъявляемых к данной договорной форме и приходит к выводу, что между сторонами имели место иные правоотношения, вытекающие из договора купли-продажи имущества, заявленное обязательство может быть признано возникшим исключительно в случае доказательного подтверждения исковой стороной реальности и правомерности возникновения заемного денежного обязательства. Таким образом, действительный характер правовых последствий (в том числе имущественных санкций), возникших на основе денежного обязательства, производен от действительности такого обязательства.
Вместе с тем, спор инициирован Яхъяевым В.С. со ссылкой на неисполнение Бороздиным И.М. заемных обязательств и уклонением от возврата денежных средств в размере 80 000 рублей, полученных ответчиком по договору займа от 11 октября 2014 года.
На основании статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации право выбора способа защиты гражданских прав принадлежит истцу, однако этот выбор является правомерным и может быть поддержан судом только в том случае, если он соответствует характеру нарушенного права и действительно приведет к реальной защите законного интереса. К тому же способ защиты не должен нарушать права и законные интересы иных лиц.
В силу статей 131, 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основания и предмет иска определяет истец.
Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. Однако суд может выйти за пределы заявленных требований в случаях, предусмотренных федеральным законом.
Как разъяснено в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 23 от 19 декабря 2003 года «О судебном решении», заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Таким образом, определение подлежащего при разрешении спора закона производится судом на основании изложенных сторонами обстоятельств дела, соответствие действительности которых устанавливается судом исходя из представленных сторонами спора доказательств.
Учитывая, что истец ссылается на наличие между сторонами спора заемных отношений, что опровергается стороной ответчика, позиция которого подтверждена пояснениями свидетеля Свидетель №2, оснований для удовлетворения иска у суда не имеется.
При этом, пояснения свидетеля ФИО8 в бесспорном порядке не подтверждают наличие между сторонами правоотношений вытекающих из договора займа, поскольку он не являлся очевидцем заключения договора займа от 11 октября 2014 года, передачи истцом ответчику заемных денежных средств, подтвердив лишь намерение ответчика отдать долг истцу, без указания в исполнение какого обязательства будет осуществлен возврат долга.
Исходя из того, что истцом не представлено отвечающих требованиям относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательств в подтверждение его утверждения о заключении с Бороздиным И.М. договора займа, заявленные им исковые требования о взыскании суммы долга, удовлетворению не подлежат.
Действительно, из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке дел к судебному разбирательству» следует, что поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела.
В абз. 3 п. 3 Постановления от 21 апреля 2003 года № 6-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что из ст. 120 (часть 2) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее ст. 76 (части 3, 5 и 6), 118, 125, 126 и 127 следует, что суды общей юрисдикции и арбитражные суды самостоятельно решают, какие нормы подлежат применению в конкретном деле.
Согласно ст. 818 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту ГК РФ) по соглашению сторон долг, возникший из купли-продажи, аренды или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. Замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (статья 414) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа (статья 808).
В соответствии с п. 1 ст. 414 ГК РФ обязательство прекращается соглашением сторон о замене первоначального обязательства, существовавшего между ними, другим обязательством между теми же лицами (новация), если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений.
В соответствии с п.22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 июня 2020 года №6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», обязательство прекращается новацией, если воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством (ст. 414 ГК РФ). Новация имеет место, если стороны согласовали новый предмет и (или) основание обязательства. Соглашение о замене первоначального обязательства другим может быть сформулировано, в частности, путем указания на обязанность должника предоставить только новое исполнение и (или) право кредитора потребовать только такое исполнение. Обязательство может быть прекращено соглашением о новации, если иное не установлено законом или не вытекает из существа отношений (п. 1 ст. 414 ГК РФ).
Помимо указания на первоначальное обязательство в соглашении о новации должны быть согласованы предмет нового обязательства и иные условия, необходимые для договора соответствующего вида (п. 1 ст. 432 ГК РФ).
Юридически значимыми и подлежащими установлению по делу являются обстоятельства, касающиеся достижения между сторонами соглашения о новации.
При этом при наличии спора относительно того, имела ли место новация, бремя доказывания наличия между сторонами нового обязательства, лежит на стороне, ссылающейся на новацию.
Намерения сторон совершить новацию должны быть определенно выражены в соглашении, из которого должно следовать, что стороны имели в виду замену первоначального обязательства другим обязательством. Указанные обстоятельства являются юридически значимыми.
Для того чтобы новация считалась состоявшейся, необходимо наличие ряда условий, а именно: существование первоначального обязательства, соглашение сторон о замене этого обязательства другим, новое обязательство, намерение обновить отношения, допустимость замены первоначального обязательства новым.
Существенными условиями являются сведения о первоначальном обязательстве, прекращаемом новацией, и о новом обязательстве, возникающем между сторонами. Из соглашения должно определенно следовать, что стороны имели в виду замену первоначального обязательства другим обязательством.
При отсутствии каких-либо признаков новации, указанные нормы закона применению при разрешении спора не подлежат.
Соглашение о новации должно быть составлено с соблюдением требований к форме договора и его существенным условиям, наличие такого соглашения должно быть доказано и не может презюмироваться.
В соответствии с п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2005 года № 103 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 414 Гражданского кодекса РФ» обязательство прекращается новацией тогда, когда воля сторон определенно направлена на замену существовавшего между ними первоначального обязательства другим обязательством.
На основании вышеизложенного следует, что новация возможна только по соглашению сторон и должна содержать ссылку на первоначальное обязательство.
При этом бремя доказывания оснований иска лежало в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации на истце.
Вместе с тем, материалы дела не содержат достаточных доказательств в подтверждение наличия, фактического состава и размера обязательств, имевшихся у Бороздина И.М. перед истцом на момент заключения договора займа, в то время как сам договор займа не содержит указания на первоначальные обязательства (договор купли-продажи имущества), а потому не может быть признан доказательством существования денежного обязательства Бороздина И.М. перед истцом.
Учитывая фактические обстоятельства дела, руководствуясь вышеприведенными положениями закона и разъяснениями по их применению, суд приходит к выводу о том, что соглашения по всем существенным условиям нового обязательства сторонами не достигнуто, сведений о наличии первоначального обязательства договор не содержит, воля сторон на прекращение одного обязательства и возникновение другого обязательства не согласована.
Кроме того, ответчиком заявлено о применении срока исковой давности по требованию истца о взыскании задолженности по договору займа.
В соответствии со ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
Правила определения момента начала течения исковой давности установлены статьей 200 ГК Российской Федерации, согласно пункту 1 которой течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.
В силу абзаца первого пункта 2 названной статьи по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения; в абзаце втором закреплено, что по обязательствам, срок исполнения которых не определен либо определен моментом востребования, течение исковой давности начинается с момента, когда у кредитора возникает право предъявить требование об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется льготный срок для исполнения такого требования, исчисление исковой давности начинается по окончании указанного срока.
Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.
Согласно п. 3 «Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22 мая 2013 года), которым определено, что при исчислении сроков исковой давности по требованиям о взыскании просроченной задолженности по кредитному обязательству, предусматривающему исполнение в виде периодических платежей, суды применяют общий срок исковой давности (статья 196 ГК РФ), который подлежит исчислению отдельно по каждому платежу со дня, когда кредитор узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Кроме того, как следует из Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса РФ» по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части.
Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в пунктах 17, 18 Постановления № 43 от 29 сентября 2015 года «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» в силу п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству. По смыслу статьи 204 ГК РФ начавшееся до предъявления иска течение срока исковой давности продолжается лишь в случаях оставления заявления без рассмотрения либо прекращения производства по делу по основаниям, предусмотренным абзацем вторым статьи 220 ГПК РФ, пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, с момента вступления в силу соответствующего определения суда либо отмены судебного приказа. В случае отмены судебного приказа, если неистекшая часть срока исковой давности составляет менее шести месяцев, она удлиняется до шести месяцев (п. 1 ст. 6, п. 3 ст. 204 ГК РФ).
Согласно условиям договора займа Бороздин И.М. должен был вернуть займ до 01 марта 2015 года однократным единовременным платежом, однако данное обязательство им исполнено не было, соответственно с 02 марта 2015 года кредитору стало известно о ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязательств в отношении платежа, предусмотренного для исполнения обязательств по возвращению долга. В связи с чем, срок исковой давности в данном случае подлежит исчислению применительно к дате соответствующего платежа, который истек 02 марта 2018 года.
Настоящее исковое заявление направлено в суд 11 марта 2025 года, согласно почтовому штемпелю.
Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.
Из разъяснений пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» к действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. Ответ на претензию, не содержащий указания на признание долга, сам по себе не свидетельствует о признании долга.
Признание части долга, в том числе путем уплаты его части, не свидетельствует о признании долга в целом, если иное не оговорено должником.
В тех случаях, когда обязательство предусматривало исполнение по частям или в виде периодических платежей и должник совершил действия, свидетельствующие о признании лишь части долга (периодического платежа), такие действия не могут являться основанием для перерыва течения срока исковой давности по другим частям (платежам).
Кроме того в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 сентября 2015 года №43 разъяснено, что перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий, свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока давности, а не после его истечения. Вместе с тем по истечении срока исковой давности течение исковой давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 ГК РФ).
С учетом этого, указание истца, на обращение к ответчику через посредников в сентябре 2023 года юридического значение не имеет, никаких правовых последствий не влечет и на течение срока исковой давности, начавшегося с 02 марта 2015 года не влияет, поскольку обращение к должнику с претензией, показания свидетелей о признании долга ответчиком в сентябре 2023 года, то есть за пределами срока исковой давности, само по себе, в отсутствие других доказательств, не свидетельствует о том, что долговые обязательства в размере 80 000 рублей признавались ответчиком, соглашение о признании долга ответчиком в письменной форме между сторонами не заключалось.
В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №3 (2023), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 15 ноября 2023 года, также указано, что при определении начала течения срока исковой давности следует исходить из того, что действия ответчика по признанию долга, которые прерывают течение срока исковой давности, должны быть ясными и недвусмысленными.
Ввиду чего ссылки истца на совершенное ответчиком Бороздиным И.М. признание долга в ходе общения с Свидетель №2, Свидетель №1 и ФИО4, являются необоснованными, поскольку признание долга, которое бы являлось ясным и недвусмысленным не усматривается из данных ими письменных пояснений и показаний в ходе судебного заседания, а потому не является надлежащим доказательством обоснованности требований иска.
И поскольку на иные обстоятельства признания долга ответчиком Яхъяев В.С. не ссылался и доказательств в нарушении статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации тому не приводил, то суд приходит к выводу, что начавшийся 02 марта 2015 года срок исковой давности истек 02 марта 2018 года.
Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.
Поскольку истцом был пропущен срок исковой давности по заявленным требованиям, как о взыскании задолженности по договору займа, так и процентов за пользование чужими денежными средствами, данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Руководствуясь ст. 193-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Яхъяева Вахи Салмановича (паспорт гражданина РФ №) к Бороздину Ивану Михайловичу (паспорт гражданина РФ №) о взыскании задолженности по договору займа, процентов за пользование чужими денежными средствами, отказать в полном объеме.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Алейский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня его составления в окончательной форме.
Судья Алейского городского суда И.С.Иноземцева