РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Дело №
<адрес> 14 сентября 2026 г.
Саяногорский городской суд Республики Хакасия в составе:
председательствующего Шустиковой О.А.
при секретаре ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» об оспаривании решения финансового уполномоченного ФИО3 от ДАТА № №,
УСТАНОВИЛ:
Акционерное общество «Страховое общество газовой промышленности» (далее – АО «СОГАЗ», Страховая компания) обратилось в суд с заявлением об оспаривании решения финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО3 (далее – Финансовый уполномоченный) от ДАТА № У-26-29888/5010-004, которым удовлетворены требования ФИО1 о взыскании с АО «СОГАЗ» страховой премии в размере 256 350 руб. С указанным решением заявитель не согласен, считает его незаконным и необоснованным на основании следующего. ДАТА между ФИО1 (заемщик) и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор № V625/0006-0118132, по условиям которого процентная ставка составляла 21,40% годовых, а при осуществлении заемщиком страхования жизни и здоровья к указанной процентной ставке применялся дисконт, и тогда процентная ставка на период с ДАТА по дату фактического возврата кредита составляла 11,40% годовых. С целью получения указанного дисконта к процентной ставке ФИО1 выразила желание заключить договор страхования. В связи с чем ДАТА между ФИО1 и АО «СОГАЗ» был заключен договор добровольного страхования от несчастных случаев и болезней «Финансовый резерв» (версия 4.0) № FRVTB350-V62500060118132 по программе «Оптима» на срок страхования с ДАТА по ДАТА; страховыми случаями по договору являются: смерть в результате несчастного случая и болезни, инвалидность I или II группы в результате несчастного случая и болезни, травма, госпитализация в результате несчастного случая и болезни; размер страховой премии составил 256 350 руб., которая была оплачена ФИО1 ДАТА. ФИО1 добровольно подписала и кредитный договор, и договор страхования, с условиями которых была согласна и их в дальнейшем не обжаловала. Уплатив страховую премию по договору страхования, ФИО1 подтвердила свое добровольное согласие на заключение договора страхования на указанных в нем условиях. ДАТА АО «СОГАЗ» получено заявление от ФИО1 о расторжении договора страхования в связи с досрочным погашением кредита и возврате страховой премии, в чем ей письмом от ДАТА № СГр-00151851 было отказано. ДАТА ФИО1 снова обратилась в АО «СОГАЗ» с заявлением о возврате страховой премии, в чем ей письмом от ДАТА № СГп-00043729 также было отказано. Не согласившись с решениями Страховой компании, ФИО1 обратилась к финансовому уполномоченному. Решением финансового уполномоченного ФИО3 от ДАТА № У-26-29888/5010-004 требования ФИО1 удовлетворены, с АО «СОГАЗ» в ее пользу взыскана страховая премия в размере 256 350 руб. По мнению заявителя, данное решение финансового уполномоченного не отвечает требования Федерального закона № 123-ФЗ и подлежит отмене как незаконное и необоснованное. Так финансовый уполномоченный, установив факт ничтожности договора страхования в соответствии со ст. 16 Закона о защите прав потребителей, применил реституцию в виде возврата страховой премии в полном объеме, однако, ее применение возможно только в рамах иска о применении последствий ничтожности недействительной сделки. Таким образом, финансовый уполномоченный вышел за пределы полномочий, так как применение последствий недействительности ничтожной сделки находится в исключительной компетенции суда. Более того, обращаясь к финансовому уполномоченному, ФИО1 просила вернуть ей лишь часть уплаченной страховой премии в размере 123 902,50 руб. пропорционально неиспользованному сроку страхования. Однако финансовый уполномоченный вновь вышел за пределы своих полномочий и взыскал в ее пользу страховую премию в полном объеме, т.е. в размере 256 350 руб. Доводы ФИО1 о том, что действия АО «СОГАЗ» по установлению срока страхования, не соответствующего сроку кредитного договора, нарушают требования п. 6.3 Указаний Банка России №-У и права потребителя, несостоятельны, поскольку кредитным договором предусмотрено заключение договора страхования на срок не менее 18 месяцев, при этом дисконт к процентной ставке продолжает применяться весь срок действия кредитного договора. В силу п. 6.3 Указаний Банка России №-У срок страхования не может превышать срок действия кредитного договора, ограничений на срок страхования меньше, чем срок действия кредитного договора, закон не содержит. На момент полного досрочного погашения ФИО1 кредитного договора (ДАТА) срок действия договора страхования уже был прекращен (ДАТА), соответственно, он не может быть расторгнут с возвратом части страховой премии. В связи с чем заявитель просит решение финансового уполномоченного от ДАТА № У-26-29888/5010-004 признать незаконным и отменить.
Определением судьи от ДАТА (том 3 л/<адрес>) к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечен Банк ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО), Банк).
Представитель заявителя АО «СОГАЗ», финансовый уполномоченный, заинтересованное лицо ФИО1, представитель заинтересованного лица Банка ВТБ (ПАО) в судебное заседание не явились, будучи извещенными о времени и месте его проведения надлежащим образом, что подтверждается почтовыми уведомлениями. Представитель АО «СОГАЗ» ФИО4 ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие, остальные лица, участвующие в деле, о причинах неявки не сообщили. Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд определил о рассмотрении дела в отсутствие неявившихся участников процесса.
Представитель финансового уполномоченного по доверенности (том 2 л/<адрес>) ФИО5 в письменных возражениях (том 2 л/<адрес>) просил в случае пропуска обжалования решения оставить заявление финансовой организации без рассмотрения, в случае отказа в удовлетворении ходатайства об оставлении заявления без рассмотрения в удовлетворении требований отказать. Указал на несостоятельность доводов заявителя о незаконности обжалуемого решения финансового уполномоченного. Так довод о том, что финансовый уполномоченный вышел за пределы заявленных потребителем требований, основан не неверном толковании закона, поскольку в отличие от положений ГПК РФ, Закон о финансовом уполномоченном не содержит запрета на выход за пределы заявленных требований. При обращении потребитель не может точно определить, как правильно сформулировать предмет требований или точную сумму задолженности, поскольку он не обладает и не должен обладать квалификацией юриста. При этом, если при рассмотрении обращения потребителя финансовый уполномоченный установит, что в пользу потребителя подлежит взысканию сумма в большем размере, или потребителем неправильно определен предмет требований, то уполномоченный не просто вправе, но и обязан рассмотреть требования в соответствии с надлежащим предметом, и/или взыскать сумму, соответствующую надлежащему размеру требований потребителя. Спорный договор страхования подпадает под регулирование Указания Банка России от ДАТА №-У, которым предусмотрена обязанность страховщика до заключения договора страхования довести до потребителя информацию о договоре страхования в виде ключевого информационного документа определенной формы и содержания. Вместе с тем, сведения о вручении потребителю ключевого информационного документа отсутствуют, соответственно, финансовая организация не представила потребителю необходимую информацию об услуге, что влечет для потребителя предусмотренное п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей право требовать возмещения убытков. В силу ст. ст. 166, 168 ГК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 17 Постановления Пленума ВС РФ от 25.06.2024 № 19, недопустимые условия договора страхования, ущемляющие права потребителя, являются ничтожными независимо от заявления потребителя. В связи с изложенным, финансовый уполномоченный пришел к верному выводу о возврате потребителю страховой премии в полном объеме. Не основан на нормах права и довод страховщика о том, что в рамках настоящего спора требование потребителя о возврате уплаченной суммы представляет собой требование о применении последствий недействительности сделки, что является требованием неимущественного характера. Финансовый уполномоченный в рамках настоящего спора не рассматривал вопросы оспоримости сделки. При рассмотрении таких споров финансовый уполномоченный принимает во внимание ничтожность недопустимых условий договора и удовлетворяет требования потребителей в целях восстановления нарушенного права. Отсутствие у финансового уполномоченного компетенции по рассмотрению требований, вытекающих из недействительности ничтожной сделки (ее части), означало бы невозможность рассмотрения им споров, связанных, в том числе, с применением положений ст. 16 Закона о защите пав потребителей, что не соответствует цели создания института финансового уполномоченного, кроме того, приводит к ограничению потребителя в способах защиты нарушенного права. Решение финансового уполномоченного может быть отменено исключительно в случае необоснованности требований потребителя финансовых услуг. В случае предоставления заявителем суду в обоснование своих требований новых доказательств, которые не были представлены им финансовому уполномоченному при рассмотрении обращения, решение финансового уполномоченного в силу положений Федерального закона № 123-ФЗ не подлежит отмене. Установление судом того факта, что после вынесения решения финансовым уполномоченным заявитель представил доказательства, в соответствии с которыми требования потребителя не подлежали удовлетворению, не свидетельствует о незаконности решения финансового уполномоченного и не может служить основанием для его отмены. Данное обстоятельство может служить основанием для указания судом о том, что решение финансового уполномоченного в этой части не подлежит исполнению.
Заинтересованное лицо ФИО1 в письменных возражениях на заявление (том 2 л/<адрес>) просила учесть, что она является потребителем финансовой услуги, т.е. экономически и информационно более слабой стороной в правоотношениях с профессиональным участником финансового рынка – АО «СОГАЗ». Финансовым уполномоченным установлено, что АО «СОГАЗ» не представлен ей ключевой информационный документ – обязательный по закону документ об условиях страхования, в связи с чем на основании ст. ст. 12, 15, 16 Закона о защите прав потребителей взыскал в ее пользу убытки в виде уплаченной страховой премии. Доводы страховщика об истечении срока действия договора страхования и о реституции ничтожной сделки к действительному основанию принятого финансовым уполномоченным решения отношения не имеют. До заключения договора страхования информация об услуге страхования в установленной Указанием Банка России от 17.05.2022 № 6139-У форме ей предоставлена не была. Факт представления страховщиком в качестве источника информирования потребителя правил (условий) страхования и информации для страхователя по внесению изменений в договор страхования/расторжению договора страхования в материалы настоящего дела, т.е. спустя более двух лет после заключения договора страхования, не может расцениваться как исполнение обязанности по своевременному информированию потребителя, поскольку данная обязанность по своей правовой природе не может быть исполнена постфактум, тем более путём представления документов уже в ходе судебного разбирательства. Порядок возврата страховой премии, включая право на возврат премии в полном объёме в течение четырнадцати дней с даты заключения договора («период охлаждения»), также не был доведён до нее в установленной законом форме. То обстоятельство, что аналогичные по содержанию сведения приведены в Памятке к полису, не устраняет данное нарушение. Памятка, как бы полно она ни излагала отдельные сведения, юридически не является и не может быть приравнена к ключевому информационному документу, а потому не восполняет отсутствие последнего применительно к любым сведениям, которые он должен был содержать, включая сведения о периоде охлаждения. Заявление АО «СОГАЗ» не содержит ни единого довода, опровергающего действительное правовое основание решения финансового уполномоченного (непредоставление КИД), и полностью посвящено опровержению правовой конструкции (реституция ничтожной сделки), которую финансовый уполномоченный не применял. При таких обстоятельствах исковые требования не могут быть удовлетворены, поскольку предмет доказывания истца не соответствует предмету и основанию оспариваемого решения. В связи с изложенным представленные истцом доказательства и приведённые им доводы (о сроке действия договора страхования, о дате досрочного погашения кредита, о правовой природе возврата премии как реституции по правилам статьи 958 ГК РФ) не отвечают требованиям относимости доказательств, установленным статьёй 59 ГПК РФ. Согласно данной норме суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела. Поскольку действительным основанием оспариваемого решения финансового уполномоченного является установленный факт непредоставления ключевого информационного документа, а не вопрос о сроке действия договора страхования или об основаниях его прекращения, приведённые истцом доказательства и доводы не относятся к обстоятельствам, имеющим значение для настоящего дела, и не подлежат оценке судом в качестве опровергающих решение финансового уполномоченного. Построение искового заявления на правовой конструкции, которую финансовый уполномоченный не применял и прямо не устанавливал, при полном умолчании о действительном основании принятого решения объективно создаёт у суда искажённое представление о содержании обжалуемого решения и о действительном предмете спора. Такое процессуальное поведение не отвечает требованию добросовестности, и подлежит учёту судом при оценке заявленных исковых требований и представленных доказательств в их совокупности. Довод страховщика о том, что финансовый уполномоченный вышел за пределы заявленных требований, взыскав сумму больше, чем было заявлено потребителем в обращении, подлежит отклонению, поскольку предметом ее (ФИО1) обращения к финансовому уполномоченному являлся не конкретный правовой механизм возврата денежных средств, а факт неправомерного удержания АО «СОГАЗ» уплаченной страховой премии по договору страхования. Допущенное АО «СОГАЗ» нарушение является не единичным, а двойным: оно одновременно составляет нарушение специального отраслевого регулирования (Указание № 6139-У) и нарушение общей нормы законодательства о защите прав потребителей (ст. 10 Закона №), при этом обе нормы предусматривают тождественное требование о предварительном, а не последующем характере информирования. Именно в силу того, что нарушение носит длящийся и системный характер по двум самостоятельным правовым основаниям одновременно, а не является формальной недоработкой по одному из них, законом предусмотрено право потребителя на возмещение убытков в полном объёме уплаченной суммы (п. 1 ст. 12, п. 2 ст. 16 Закона № 2300-1), а не на частичную компенсацию. Обстоятельство непредоставления КИД подтверждено не только финансовым уполномоченным, но и Службой по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг Банка России в ответе от 01.06.2026. Довод о том, что содержавшаяся в тексте страхового полиса информация могла восполнить непредоставление ключевого информационного документа, не может быть принят по следующим основаниям. Во-первых, обязанность по предоставлению ключевого информационного документа установлена Указанием Банка России от 17.05.2022 № 6139-У как самостоятельное, формально определённое требование, исполнение которого не поставлено в зависимость от содержания иных документов, передаваемых потребителю. Нарушение данной обязанности является оконченным нарушением вне зависимости от того, содержались ли аналогичные по существу сведения где-либо в ином документе. Во-вторых, сама цель введения ключевого информационного документа как отдельного, стандартизированного по форме документа состояла именно в преодолении сложности и труднодоступности для рядового потребителя полных условий договора страхования. Ключевой информационный документ призван предоставить потребителю необходимую информацию о страховании в доступной форме до заключения договора. В-третьих, довод о достаточности содержания полиса не соответствует фактическим обстоятельствам настоящего дела. Единственными документами, полученными и подписанными ею (ФИО1) в электронной форме при заключении договора страхования через сервис «ВТБ-Онлайн» ДАТА, являлись полис и Памятка по полису «Финансовый резерв». Ключевой информационный документ, правила (условия) страхования и информация для страхователя по внесению изменений/расторжению договора ей ни при заключении договора, ни впоследствии не вручались и не направлялись. При этом полис, оформленный по типовой форме, содержит исключительно технические и расчётные сведения, но не содержит какого-либо разъяснения потребителю о соотношении срока страхования со сроком действия кредитного договора, о правовых и финансовых последствиях отказа от страхования для условий кредитования либо о порядке возврата премии, то есть именно тех сведений, раскрытие которых в доступной и понятной форме до заключения договора прямо предусмотрено Указанием Банка России № 6139-У применительно к ключевому информационному документу. Указание даты окончания срока действия полиса (ДАТА) в соответствующей строке типовой формы, без какого-либо сопоставления этой даты со сроком кредитного договора (60 месяцев) или разъяснения возникающих из этого несоответствия последствий, не может быть признано надлежащим и достаточным информированием потребителя по смыслу ст. 10 Закона № 2300-1 и Указания № 6139-У. Таким образом, ссылка на содержание полиса не опровергает, а напротив, подтверждает обоснованность решения финансового уполномоченного о нарушении АО «СОГАЗ» обязанности по предоставлению информации в установленной законом форме. Приложенный истцом к исковому заявлению документ — «Информация для страхователя по внесению изменений в договор страхования/расторжению договора страхования» ей никогда не вручался и не направлялся ни на стадии заключения договора страхования, ни впоследствии. Сам по себе факт приобщения указанного документа к материалам искового заявления не подтверждает и не может подтверждать его фактическое вручение ей. По аналогичным основаниям не может быть принято в качестве доказательства надлежащего информирования и представленные истцом Правила (условия) страхования по страховому продукту «Финансовый резерв». Формальное «подтверждение» получения Условий страхования, включённое в текст полиса на данных условиях, не может считаться достоверным доказательством фактического ознакомления с соответствующим документом или его вручения, поскольку оно неотделимо от самого платежа и не предполагает какого-либо самостоятельного действия страхователя по подтверждению именно данного факта. Тем более такое формальное указание не может опровергнуть выше установленное обстоятельство фактического отсутствия вручения ей Условий страхования. Обоснование отказа АО «СОГАЗ» в возврате страховой премии в связи с тем, что срок действия договора страхования (до ДАТА) истёк ранее момента полного досрочного погашения ФИО1 кредитных обязательств (ДАТА), является юридически несостоятельным уже потому, что относится к правовой конструкции, которая финансовым уполномоченным не применялась, дата прекращения срока действия договора страхования (ДАТА) и дата погашения кредита (ДАТА) не имеют правового значения для установленного финансовым уполномоченным нарушения и не могут служить основанием для отказа во взыскании убытков. Страховщик, будучи осведомлённым о содержании применимого нормативного акта и, соответственно, о собственном нарушении, дважды уклонился от раскрытия ей данного обстоятельства при рассмотрении ее претензий, ограничившись доводами, не относящимися к действительной причине, по которой впоследствии финансовым уполномоченным было принято решение в ее пользу, что говорит о злоупотреблении правом с его стороны. В связи с чем в силу п. 2 ст. 10 ГК РФ и п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 в защите права, основанного на статье 958 ГК РФ и условиях договора страхования о сроке его действия, АО «СОГАЗ» необходимо отказать, поскольку соответствующее право возникло из ненадлежащим образом сформированного вследствие недобросовестного поведения самого страховщика договорного правоотношения. Заключая договор страхования, она исходила из его экономического назначения – защиты от риска неисполнения кредитных обязательств вследствие смерти или причинения вреда здоровью на протяжении всего срока действия кредита, что являлось разумным и добросовестным предположением, соответствующим самому смыслу подобного страхования. Сведения о сроке действия страхования и о его соотношении со сроком кредитного договора до нее в какой-либо форме доведены не были. Формальное совершение действий по заключению договора при таких обстоятельствах не может расцениваться как выражение осознанной воли на принятие условия о сокращённом сроке страхования, поскольку данное условие не было доведено до нее истцом либо его агентом до момента заключения договора, вопреки прямой обязанности, установленной Указанием Банка России № 6139-У. Более того, обращаясь в суд с настоящим иском истец дважды указал в просительной части лицо, не имеющее отношения к настоящему делу, - ФИО6, не приложил копию оспариваемого решения финансовогоуполномоченного № № от ДАТА, в различных процессуальных документах указывал разный ИНН истца, обратился к финансовому уполномоченному с ходатайством о приостановлении исполнения его решения. Указанные обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о систематическом характере процессуальных нарушений со стороны истца, что даёт основания для применения ст. 99 и ст. 226 ГПК РФ. В связи с изложенным ФИО1 просила у удовлетворении требований АО «СОГАЗ» об отмене решения финансового уполномоченного ФИО3 № № от ДАТА отказать, данное решение финансового уполномоченного оставить в силе, взыскать с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 компенсацию за фактическую потерю времени на основании статьи 99 ГПК РФ, вынести частное определение в адрес руководства АО «СОГАЗ» и представителя ФИО4 на основании ст. 226 ГПК РФ.
Огласив заявление, письменные возражения заинтересованных лиц на него, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в порядке ст. 56, 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 26 Федерального закона от 04.06.2018 года № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг» (далее – Федеральный закон № 123-ФЗ») в случае несогласия с решением финансового уполномоченного финансовая организация в течение десяти рабочих дней после дня вступления в силу решения финансового уполномоченного вправе обратиться в суд в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, с заявлением об оспаривании решения финансового уполномоченного полностью либо в части.
Как следует из материалов дела, ФИО1 обратилась к финансовому уполномоченному с требованиями о признании действий АО «СОГАЗ» по установлению срока страхования, не соответствующего сроку кредитного договора, нарушающими требования п. 6.3 Указания Банка России № 6139-У и права потребителя, взыскании с АО «СОГАЗ» страховой премии по договору добровольного страхования № № от ДАТА в связи с досрочным прекращением договора в размере 123 902,50 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами за период с даты получения заявления (ДАТА) по дату фактического исполнения решения (том 2 л/<адрес>).
Решением финансового уполномоченного от ДАТА № У№ (том 1 л/<адрес>), вступившим в законную силу ДАТА, требования ФИО1 удовлетворены частично, с АО «СОГАЗ» в ее пользу взыскана страховая премия в размере 256 350 руб.
Не согласившись с вышеприведенным решением финансового уполномоченного, ДАТА АО «СОГАЗ» обратилось с настоящим иском в суд (том 1 л/<адрес>).
Судом установлено, что порядок и сроки обжалования решения финансового уполномоченного от ДАТА № У№ соблюдены АО «СОГАЗ», в связи с чем оснований для оставления данного иска без рассмотрения не имеется.
Из установленных финансовым уполномоченным обстоятельств следует, что ДАТА между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор № № (том 2 л/<адрес>).
В тот же день (ДАТА) между ФИО1 и АО «СОГАЗ» заключен договор добровольного страхования от несчастных случаев и болезней «Финансовый резерв» (версия 4.0) № № по программе «Оптима» на срок страхования с ДАТА по ДАТА, в подтверждение чего выдан полис (том 2 л/<адрес>).
Договор страхования заключен в соответствии с Условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» (версия 4.0) в редакции от ДАТА.
Размер страховой премии по договору страхования составляет 256 350 руб.
ДАТА АО «СОГАЗ» получено заявление ФИО1 о расторжении договора страхования в связи с досрочным погашением кредита и возврате страховой премии (том 2 л/<адрес> (оборотная сторона) – 191).
ДАТА финансовая организация письмом № СГр-00151851 уведомила ФИО1 об отказе в удовлетворении требований (том 2 л/<адрес> (оборотная сторона)).
ДАТА ФИО1 обратилась в АО «СОГАЗ» с заявлением о возврате страховой премии по договору страхования (том 2 л/<адрес> (оборотная сторона) – 206).
ДАТА страховая компания письмом № СГр-00043729 снова уведомила ФИО1 об отказе в удовлетворении требований (том 2 л/<адрес>).
Рассмотрев представленные заявителем и АО «СОГАЗ» документы, финансовый уполномоченный пришел к выводу о частичном удовлетворении требований и взыскал со Страховой компании в пользу ФИО1 страховую премию в размере 256 350 руб.; требование о взыскании с АО «СОГАЗ» процентов за пользование чужими денежными средствами оставил без рассмотрения, поскольку до обращения к финансовому уполномоченному с таким требованием к финансовой организации ФИО1 не обращалась (том 2 л/<адрес>).
Основанием для взыскания финансовым уполномоченным с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО1 страховой премии в размере 256 350 руб. послужило то, что до заключения в целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору договора страхования № № от ДАТА ключевой информационный документ, установленный Указанием Банка России №-У, не был вручен ФИО1, а поскольку в нарушение ст. 10 Закона о защите прав потребителей информация об услуге страхования не была своевременно доведена до потребителя, последняя не имела возможности оценить необходимость приобретения данной услуги и сделать правильный выбор, в связи с чем понесла убытки в размере стоимости услуги, которые согласно п. 1 ст. 12, п.п. 1, 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, п. 1 ст. 15 ГК РФ подлежат взысканию с финансовой организации в полном объеме.
Обращаясь в суд с настоящим заявлением, представитель АО «СОГАЗ» указывает на то, что финансовый уполномоченный вышел за пределы заявленных ФИО1 требований, поскольку применил последствия недействительности ничтожной сделки, и взыскал в пользу потребителя сумму в большем размере, чем она просила.
Данный довод заявителя суд находит несостоятельным, на основании следующего.
Согласно ч. 5 ст. 16 Федерального закона № 123-ФЗ, обращение направляется потребителем финансовых услуг лично за исключением случаев законного представительства.
То есть потребитель не может обратиться к финансовому уполномоченному посредством профессионального представителя (юрист или адвокат). В этой связи потребитель не может и не должен точно определить, как правильно сформулировать предмет требований или их нормативные основания, поскольку он не обладает (и не должен обладать) квалификацией юриста, а значит и соответствующими правовыми познаниями.
Статьей 1 Федерального закона № 123-ФЗ установлено, что порядок досудебного урегулирования финансовым уполномоченным споров между потребителями и финансовыми организациями принят в целях защиты прав и законных интересов потребителей финансовых услуг.
Таким образом, закон устанавливает обязанность финансового уполномоченного при рассмотрении обращения не просто принимать законное и обоснованное решение по существу спора, но и осуществлять правозащитную деятельность, направленную на бесплатную защиту прав и законных интересов потребителя.
В силу ч. 1 ст. 22 Федерального закона № 123-ФЗ решение финансового уполномоченного должно быть обоснованным и соответствовать требованиям Конституции Российской Федерации, федеральных законов иных нормативных правовых актов Российской Федерации, нормативных актов Банка России, принципам российского права, в том числе добросовестности, разумности и справедливости.
Приведенное обуславливает и то обстоятельство, что в отличии от положений ГПК РФ, Закон о финансовом уполномоченном не содержит в отношении финансового уполномоченного запрета на выход за пределы заявленных требований.
В этой связи финансовый уполномоченный не просто вправе самостоятельно верно определить надлежащий предмет требований потребителя и/или их размер, но и обязан это сделать за потребителя при принятии решения, если установит, что право последнего нарушено финансовой организацией.
Следует обратить особое внимание на то обстоятельство, что в силу положений п. 4 ч. 1 ст. 17 Федерального закона № 123-ФЗ потребитель в обращении должен указать сведения о существе спора и предполагаемый размер требования, а не основание, предмет и его цену.
Таким образом, если при рассмотрении обращения потребителя финансовый уполномоченный установит, что в пользу потребителя подлежит взысканию сумма в большем размере, по сравнению с заявленными требованиями в обращении, и/или потребителем не сформулирован (неправильно) не полно определен предмет требований, то финансовый уполномоченный не просто вправе, но не обязан рассмотреть требования в соответствии с надлежащим предметом и/или взыскать сумму, соответствующую надлежащему размеру требований потребителя; финансовый уполномоченный при рассмотрении требований, вытекающих из нарушения страховщиком своих обязательств, не связан требованиями, предъявляемыми потребителем финансовых услуг.
Вместе с тем, проверяя законность решения финансового уполномоченного по существу, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 1 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
Согласно п. 3 ст. 434 ГК РФ письменная форма договора считается соблюденной, если письменное предложение заключить договор принято в порядке, предусмотренном пунктом 3 статьи 438 настоящего Кодекса.
В соответствии с п. 3 ст. 438 ГК РФ совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора (отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п.) считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, и иными правовыми актами или не указано в оферте.
В силу п. 1 ст. 819 ГК РФ по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты за пользование ею, а также предусмотренные кредитным договором иные платежи, в том числе связанные с предоставлением кредита.
В случае предоставления кредита гражданину в целях, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности (в том числе кредита, обязательства заемщика по которому обеспечены ипотекой), ограничения, случаи и особенности взимания иных платежей, указанных в абзаце первом настоящего пункта, определяются законом о потребительском кредите (займе).
Согласно п. 14 ст. 7 Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ «О потребительском кредите (займе)» (далее – Федеральный закон № 353-ФЗ) документы, необходимые для заключения договора потребительского кредита (займа) в соответствии с настоящей статьей, включая индивидуальные условия договора потребительского кредита (займа) и заявление о предоставлении потребительского кредита (займа), могут быть подписаны сторонами с использованием аналога собственноручной подписи способом, подтверждающим ее принадлежность сторонам в соответствии с требованиями федеральных законов, и направлены с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в том числе сети «Интернет».
Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи» электронная подпись – информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.
Простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом (п. 2 ст. 5 Федерального закона № 63-ФЗ).
В силу ч. 2 ст. 6 Федерального закона № 63-ФЗ информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью.
В соответствии с ч. 2 ст. 7 Федерального закона № 353-ФЗ (в редакции, действовавшей на момент заключения спорного договора), если при предоставлении потребительского кредита (займа) заемщику за отдельную плату предлагаются дополнительные услуги, оказываемые кредитором и (или) третьими лицами, включая страхование жизни и (или) здоровья заемщика в пользу кредитора, а также иного страхового интереса заемщика, должно быть оформлено заявление о предоставлении потребительского кредита (займа) по установленной кредитором форме, содержащее согласие заемщика на оказание ему таких услуг, в том числе на заключение иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа). Кредитор в таком заявлении о предоставлении потребительского кредита (займа) обязан указать стоимость предлагаемой за отдельную плату дополнительной услуги кредитора и должен обеспечить возможность заемщику согласиться или отказаться от оказания ему за отдельную плату такой дополнительной услуги, в том числе посредством заключения иных договоров, которые заемщик обязан заключить в связи с договором потребительского кредита (займа).
Если федеральным законом не предусмотрено обязательное заключение заемщиком договора личного страхования, кредитор обязан предоставить заемщику возможность получения потребительского кредита (займа) без предоставления услуги или совокупности услуг, в результате оказания которых заемщик становится застрахованным лицом по договору личного страхования, или без заключения заемщиком самостоятельно договора личного страхования в соответствии с частью 10 настоящей статьи с учетом возможного увеличения размера процентной ставки по такому договору потребительского кредита (займа) относительно размера процентной ставки по договору потребительского кредита (займа), заключенному с предоставлением заемщику данных услуг (ч. 2.2 ст. 7 Федерального закона № 353-ФЗ).
В соответствии с ч. 2.4 ст. 7 Федерального закона № 353-ФЗ договор страхования считается заключенным в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), если в зависимости от заключения заемщиком такого договора страхования кредитором предлагаются разные условия договора потребительского кредита (займа), в том числе в части срока возврата потребительского кредита (займа) и (или) полной стоимости потребительского кредита (займа), в части процентной ставки и иных платежей, включаемых в расчет полной стоимости потребительского кредита (займа), либо если выгодоприобретателем по договору страхования является кредитор, получающий страховую выплату в случае невозможности исполнения заемщиком обязательств по договору потребительского кредита (займа), и страховая сумма по договору страхования подлежит пересчету соразмерно задолженности по договору потребительского кредита (займа).
Как следует из материалов дела, ДАТА между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 (Заемщик) электронно в афертно-акцептной форме был заключен кредитный договор № № (том 2 л/<адрес>), согласно п.п. 1, 2, 4 индивидуальных условий которого: сумма кредита – 1 356 350 руб., срок действия договора – 60 месяцев, дата предоставления кредита – ДАТА, дата возврата кредита – ДАТА, процентная ставка на период с даты заключения договора по ДАТА включительно – 0% годовых, с ДАТА по дату фактического возврата кредита – 11,40% годовых (определена как разница между базовой процентной ставкой (21,40% годовых) и дисконтом в размере 10% годовых, который применяется при осуществлении заемщиком страхования жизни и здоровья в течение не менее 18 месяцев с даты предоставления кредита; если заемщиком осуществлялось страхование жизни и здоровья в течение указанного срока, применение дисконта по истечении указанного срока продолжается до исполнения обязательств заемщика по договору).
Согласно п. 23 индивидуальный условий кредитного договора для получения вышеуказанного дисконта (в случае добровольно выбора заемщиком приобретения страхования жизни и здоровья) заемщик осуществляет страхование в соответствии с требованиями Банка, действующими на дату заключения договора страхования, на страховую сумму не менее суммы задолженности по кредиту на дату страхования в страховых компаниях, соответствующих требованиям Банка, что не является обязательным, но является основанием для получения заемщиком дисконта.
При этом в анкете-заявлении на получение кредита в Банке ВТБ (ПАО) (том 2 л/<адрес>) ФИО1 указала, что настоящим она добровольно и в своем интересе выражает согласие на приобретение дополнительных услуг по страхованию жизни и здоровья; до нее доведена информация, что приобретение / отказ от приобретения дополнительных услуг по страхованию жизни и здоровья не влияет на решение Банка о предоставлении кредита, однако, влияет на размер процентной ставки по кредитному договору; с условиями предоставления дополнительных услуг, указанными в полисе страхования, она ознакомлена и согласна; страховая компания, предоставляющая услугу по страхованию жизни и здоровья, - АО «СОГАЗ»; страховая премия – 256 350 руб.
Согласно п. 1 ст. 934 ГК РФ по договору личного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию, уплачиваемую другой стороной (страхователем), выплатить единовременно или выплачивать периодически обусловленную договором сумму (страховую сумму) в случае причинения вреда жизни или здоровью самого страхователя или другого названного в договоре гражданина (застрахованного лица), достижения им определенного возраста или наступления в его жизни иного предусмотренного договором события (страхового случая). Право на получение страховой суммы принадлежит лицу, в пользу которого заключен договор.
В соответствии с п.п. 2, 3 ст. 940 ГК РФ договор страхования может быть заключен путем составления одного документа либо вручения страховщиком страхователю на основании его письменного или устного заявления страхового полиса (свидетельства, сертификата, квитанции), подписанного страховщиком.
В последнем случае согласие страхователя заключить договор на предложенных страховщиком условиях подтверждается принятием от страховщика указанных в абзаце первом настоящего пункта документов.
Страховщик при заключении договора страхования вправе применять разработанные им или объединением страховщиков стандартные формы договора (страхового полиса) по отдельным видам страхования.
Как следует из материалов дела, и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, ДАТА страховщиком АО «СОГАЗ» страхователю ФИО1 вручен полис «Финансовый резерв» (версия 4.0) № № по программе «Оптима», а также памятка по полису «Финансовый резерв» (версия 4.0) (том 2 л/<адрес> (оборотная сторона), 65).
В выданном ФИО1 полисе указано, что он выдан на основании устного заявления страхователя в соответствии с Условиями страхования по страховому продукту «Финансовый резерв» (версия 4.0) в редакции от ДАТА (далее – Условия страхования), являющимися неотъемлемой частью настоящего Полиса, и Правилами общего добровольного страхования от несчастных случаев и болезней, в редакции от ДАТА, размещенными на сайте страховщика; страховщик – АО «СОГАЗ», страхователь и застрахованное лицо – ФИО1; выгодоприобретатель – застрахованное лицо, а в случае смерти застрахованного лица – его наследники; номер кредитного договора - №; страховые риски: основной страховой риск – смерть в результате несчастного случая или болезни, дополнительные страховые риски – инвалидность I или II группы в результате несчастного случая или болезни, травма, госпитализация в результате несчастного случая или болезни; страховая сумма на все страховые риски – 1 356 350 руб., страховая премия – 256 350 руб. (156 251,52 руб. – по основным страховым рискам, 100 098,48 руб. – по дополнительным страховым рискам); срок действия полиса – вступает в силу с момента уплаты страховой премии и действует по 24 час. 00 мин. ДАТА; срок действия страхования – страхование, обусловленное настоящим полисом, распространяется на страховые случаи, произошедшие с 00 час. 00 мин. ДАТА, но не ранее дня, следующего за днем уплаты страховой премии, и действует до окончания срока действия полиса; порядок уплаты страховой премии – единовременно, не позднее даты выдачи полиса. Настоящий полис заключается путем акцепта страхователем настоящего полиса, подписанного страховщиком; акцептом полиса в соответствии со ст. 438 ГК РФ является уплата страхователем страховой премии в размере и срок, установленный настоящим полисом. Уплачивая страховую премию (акцепт полиса), страхователь (застрахованное лицо) выражает свое безоговорочное согласие заключить полис на предложенных страховщиком условиях страхования, изложенных в настоящем полисе, подтверждает, что ознакомлен с Условиями страхования, получил их и обязуется выполнять, а также получил и ознакомлен с памяткой страхователю/заинтересованному лицу, являющейся неотъемлемой частью настоящего полиса.
Памятка по полису «Финансовый резерв» содержит информацию о сроках и условиях расторжения договора, в том числе при отказе страхователя от договора страхования с возвратом страховой премии или ее части.
Выпиской по счету (том 2 л/<адрес>) подтверждается и не оспаривалось лицами, участвующими в деле, что ДАТА ФИО1 оплатила АО «СОГАЗ» по вышеуказанному полису страховую премию в сумме 256 350 руб.
Таким образом, ДАТА между АО «СОГАЗ» и ФИО1 заключен договор личного страхования № №. При этом, из вышеприведенных документов следует, что ФИО1 добровольно изъявила желание быть застрахованной в АО «СОГАЗ» с целью получения дисконта к процентной ставке при заключении кредитного договора в размере 10% годовых, который применяется при осуществлении заемщиком страхования жизни и здоровья в течение не менее 18 месяцев с даты предоставления кредита, при этом, если заемщиком осуществлялось страхование жизни и здоровья в течение указанного срока, применение дисконта по истечении указанного срока продолжается до исполнения обязательств заемщика по договору.
ФИО1 не была лишена возможности отказаться от заключения вышеуказанных договоров, выбрать другую кредитную организацию, предлагающую иные условия кредитования, или другого страховщика.
При этом, согласно ч.ч. 11, 12 ст. 11 Федерального закона № 353-ФЗ (в редакции, действовавшей в момент заключения договора) в случае отказа заемщика, являющегося страхователем по договору добровольного страхования, заключенному в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), от такого договора добровольного страхования в течение четырнадцати календарных дней со дня его заключения страховщик обязан возвратить заемщику уплаченную страховую премию в полном объеме в срок, не превышающий семи рабочих дней со дня получения письменного заявления заемщика об отказе от договора добровольного страхования. Положения настоящей части применяются только при отсутствии событий, имеющих признаки страхового случая.
В случае полного досрочного исполнения заемщиком, являющимся страхователем по договору добровольного страхования, заключенному в целях обеспечения исполнения обязательств заемщика по договору потребительского кредита (займа), обязательств по такому договору потребительского кредита (займа) страховщик на основании заявления заемщика обязан возвратить заемщику страховую премию за вычетом части страховой премии, исчисляемой пропорционально времени, в течение которого действовало страхование, в срок, не превышающий семи рабочих дней со дня получения заявления заемщика. Положения настоящей части применяются только при отсутствии событий, имеющих признаки страхового случая.
Обращаясь к финансовому уполномоченному, ФИО1 указала, что она досрочно погасила кредит, что подтверждается справкой Банка ВТБ (ПАО), в связи с чем страховая компания по ее заявлению обязана вернуть ей часть страховой премии за вычетом части страховой премии, исчисляемой пропорционально времени, в течение которого действовало страхование. О том, что договор страхования заключен на 18 месяцев, что значительно меньше срока, на который был заключен кредитный договор (60 месяцев), она не знала, поскольку такая информация ей не была предоставлена до заключения договора. Более того, такое условие в договоре страхования (в части срока его действия) нарушает требования п. 6.3 Указания Банка России № 6139-У и права потребителя.
В соответствии с п. 1 ст. 10 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации.
Минимальные (стандартные) требования к объему и содержанию предоставляемой страховщиком, кредитной организацией, микрофинансовой организацией информации о договоре добровольного страхования жизни и здоровья заемщика по договору потребительского кредита (займа), включая договор потребительского кредита (займа), обязательства по которому обеспечены ипотекой, о его условиях и рисках, связанных с его исполнением, а также форма, способы и порядок предоставления указанной информации на основании части третьей статьи 6 Федерального закона от 02 декабря 1990 года № 395-1 «О банках и банковской деятельности» установлены Указанием Банка России от 17.05.2022 № 6139-У «О минимальных (стандартных) требованиях к условиям и порядку осуществления добровольного страхования жизни и здоровья заемщика по договору потребительского кредита (займа), к объему и содержанию предоставляемой информации о договоре добровольного страхования жизни и здоровья заемщика по договору потребительского кредита (займа), а также о форме, способах и порядке предоставления указанной информации», вступившим в силу ДАТА.
Учитывая, что договор страхования между АО «СОГАЗ» и ФИО1 был заключен ДАТА, на правоотношения возникшие между сторонами договора распространяются положения вышеуказанного Указания Банка России от 17.05.2022 № 6139-У.
Пунктом 3 Указаний Банка России от 17.05.2022 № 6139-У установлено, что информация о договоре добровольного страхования заемщика при предоставлении потребительского кредита (займа), предусмотренная пунктами 1 и 2 настоящего Указания, предоставляется в виде ключевого информационного документа по форме, установленной приложениями 1 и 2 к настоящему Указанию соответственно и оформленной в соответствии с требованиями раздела 3 национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 7.0.97-2016 "Система стандартов по информации, библиотечному и издательскому делу. Организационно-распорядительная документация. Требования к оформлению документов", в объеме, не превышающем трех печатных страниц формата A4.
Исходя из положений вышеприведенных нормативно-правовых актов в их совокупном толковании, следует, что в случае, если физическое лицо имеет намерение заключить договор добровольного страхования жизни и здоровья заемщика при предоставлении потребительского кредита (займа), то информация о таком договоре страхования должна быть предоставлена страховщиком в виде ключевого информационного документа определенной формы и содержания.
Таким образом, действующее законодательство обязывает продавца предоставить потребителю своевременно (до заключения соответствующего договора) такую информацию о товаре, которая обеспечивала бы возможность свободного и правильного выбора товара покупателем, исключающего возникновение у последнего какого-либо сомнения не только относительно потребительских свойств и характеристик товара, правил и условий его эффективного использования, но и относительно юридически значимых фактов о товаре, о которых продавец знал или не мог не знать и о которых он не сообщил покупателю (пункт 1 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19 октября 2022 года).
Как установлено финансовым уполномоченным при вынесении оспариваемого решения, до заключения в целях обеспечения исполнения обязательств по кредитному договору договора страхования № FRVTB350-V62500060118132 от ДАТА ключевой информационный документ, установленный Указанием Банка России № 6139-У, не был вручен ФИО1
Данное обстоятельство также подтверждается письмом Службы по защите прав потребителей и обеспечению доступности финансовых услуг Банка России от 01.06.2026 (том 3 л/<адрес>). Доказательств обратного в нарушение ст. 56 ГПК РФ в материалы дела не представлено.
В связи с чем финансовый уполномоченный пришел к правильному выводу о том, что до заключения договора страхования страховщиком не предоставлена ФИО1 надлежащая информация об услуге страхования, чем нарушены положения ст. 10 Закона о защите прав потребителей и права потребителя.
Однако финансовый уполномоченный, разрешая возникший между финансовой организацией и потребителем спор, неправильно применил положения п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей об ответственности ответчика за ненадлежащую информацию об услуге.
В соответствии с п. 1 ст. 12 Закона о защите прав потребителей, если потребителю не предоставлена возможность незамедлительно получить при заключении договора информацию о товаре, он вправе потребовать от продавца возмещения убытков, причиненных необоснованным уклонением от заключения договора, а если договор заключен, в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков.
По смыслу закона отказ от исполнения договора, по тому основанию, что он был заключен без предоставления необходимой информации, позволявшей истцу оценить все условия и принять правильное решение о том, готов ли он заключить договор страхования с данным страховщиком, либо желает обратиться к другой страховой компании, либо вообще не желает страховать риски, возможно в разумный срок (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 01.08.2017 № 89-КГ17-10).
Как разъяснено в п. 36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при определении разумного срока, предусмотренного пунктом 1 статьи 12 Закона, в течение которого потребитель вправе отказаться от исполнения договора и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков, необходимо принимать во внимание срок годности товара, сезонность его использования, потребительские свойства и т.п.
Как следует из материалов дела, договор страхования № № заключен между АО «СОГАЗ» и ФИО1 ДАТА на срок до ДАТА, данными страховыми услугами ФИО1 пользовалась на протяжении 18 месяцев (весь срок действия договора страхования), а требования об отказе от исполнения договора страхования и возврате страховой премии ею заявлены только ДАТА.
Получив ДАТА полис страхования и памятку по полису, что ею не оспаривалось, ФИО1 не была лишена возможности ознакомится со всеми условиями договора страхования и в разумный срок отказаться от его исполнения и потребовать возврата уплаченной за товар суммы и возмещения других убытков, при том, что в памятке к полису подробно изложены условия о расторжении договора страхования, однако, ею этого сделано не было до тех пор, пока она в полном объеме не погасила кредит, пользуясь при этом дисконтом к процентной ставке.
При таких обстоятельствах требования ФИО1 о взыскании с АО «СОГАЗ» страховой премии, как и обжалуемое решение финансового уполномоченного, нельзя признать законными и обоснованными.
Довод ФИО1 о том, что условие о сроке страхования, который составляет 18 месяцев, что значительно меньше срока, на который был заключен кредитный договор (60 месяцев), нарушает требования п. 6.3 Указания Банка России № 6139-У и права потребителя, суд находит несостоятельным, поскольку, как указано в п. 6.3 Указания Банка России № 6139-У, срок страхования не может превышать срок действия договора потребительского кредита (займа); пресекательного срока в обратную сторону данным Указанием Банка не установлено.
В соответствии с абзацем 10 вопроса № Разъяснений по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 04.06.2018 № 123-ФЗ «Об уполномоченном по правам потребителей финансовых услуг», утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДАТА, в том случае, если суд придет к выводу о необоснованности удовлетворенных финансовым уполномоченным требований потребителя финансовых услуг, суд указывает на это в мотивировочной части решения и отменяет решение финансового уполномоченного.
При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу об удовлетворении заявления АО «СОГАЗ» и отмене решения финансового уполномоченного ФИО3 от ДАТА № №
Указанные ФИО1 в письменном возражении на заявление процессуальные нарушения со стороны заявителя не могут повлиять на решение суда, в связи с чем не принимаются судом во внимание.
Поскольку недобросовестности со стороны заявителя, воспользовавшегося своим правом на обжалование решения финансового уполномоченного, при рассмотрении настоящего дела суд не усмотрел, принимая во внимание, что решение суда состоялось не в пользу потребителя, оснований для взыскания в пользу ФИО1 компенсации за фактическую потерю времени, в соответствии со ст. 99 ГПК РФ, не имеется.
Также суд не усматривает оснований для вынесения в адрес руководства АО «СОГАЗ» и представителя ФИО4 на основании ст. 226 ГПК РФ частного определения.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Заявление Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» об оспаривании решения финансового уполномоченного ФИО3 от ДАТА № № удовлетворить.
Решение финансового уполномоченного по правам потребителей финансовых услуг в сферах кредитной кооперации, страхования, деятельности кредитных организаций, ломбардов и негосударственных пенсионных фондов ФИО3 от ДАТА № № которым удовлетворены требования ФИО1 о взыскании с Акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» страховой премии в размере 256 350 рублей, отменить.
В удовлетворении ходатайств ФИО1 о взыскании компенсации за фактическую потерю времени и вынесении в адрес руководства АО «СОГАЗ», его представителя ФИО4 частного определения отказать.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Хакасия в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Саяногорский городской суд.
Председательствующий О.А. Шустикова
Мотивированное решение изготовлено ДАТА