РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 апреля 2026 года с. Алтайское
Алтайский районный суд Алтайского края в составе:
председательствующего судьи Кунтуева Д.Б., при секретаре Кочтыговой С.Г., с участием помощника прокурора Алтайского района Алтайского края Дементьевой В.К., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИМА» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного преступлением,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратился в суд с указанным иском ФИО2, в котором просил взыскать с ФИО2 в свою пользу: компенсацию морального вреда в размере 2000000 рублей; судебные расходы по составлению искового заявления в сумме 10 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истец ФИО1, ссылаясь на положения ст.ст. 151, 1064, 1066, 1083, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает, что в производстве Алтайского районного суда <адрес> находится уголовное дело в отношении ФИО2 по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.216 УК РФ.
Согласно обвинительному заключению в результате нарушений требований охраны труда и правил безопасности при ведении строительных и иных работ, допущенных ФИО2, ФИО7 получил телесные повреждения.
Последствия в виде причинения по неосторожности смерти двух лиц находятся в прямой причинной связи с нарушением требований охраны труда и правил безопасности при ведении строительных и иных работ ФИО2, который проявил преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий в виде смерти двух лиц ФИО8 и ФИО7, хотя необходимой внимательности и предусмотрительности должен был предвидеть эти последствия, а также предотвратить их наступление.
Своими действиями ФИО2 совершил преступление, преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 216 УК РФ - нарушение правил безопасности при ведении строительных и иных работ, если это повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, повлекшее по неосторожности смерть двух лиц.
Погибший ФИО7 является его родным братом, имел теплые близкие отношения с ним, после случившегося ему сообщили, он сразу приехал в больницу, был рядом с погибшим, разговаривал с ним. Он сам является действующим врачом, узнавал о состоянии брата, разговаривал с врачами, советовался. В рамках уголовного дела он был признан потерпевшим. У ФИО7 остались двое несовершеннолетних детей и жена, пожилые родители, которые проживают в Таджикистане.
Поскольку потерпевший, в связи с причинением вреда его здоровью, во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, то факт причинения ему морального вреда предполагается, в связи с чем, в данном случае подлежит установлению лишь размер компенсации морального вреда.
С учетом требований законодательства о разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям преступления, истец считает, что в данном случае для компенсации причиненного ему морального вреда достаточной денежной компенсацией будет является компенсация в размере 2 000 000 рублей. Такой размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (ст. ст. 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лиц, ответственных за возмещение вреда и соблюсти баланс интересов сторон.
Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве соответчика по делу привлечено ООО «ОПТИМА» (ОГРН №, ФИО3 №), которое на момент рассматриваемых событий являлось работодателем ответчика ФИО2 (л.д. 56).
Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО11, который на момент рассматриваемых событий являлся работодателем потерпевшего ФИО7 (л.д. 130).
Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, в иске просил рассмотреть дело в его отсутствие, в связи с отдаленностью его места жительства.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель ответчика ФИО2 – адвокат ФИО3, действующая на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования не признала, полагала, что ФИО2 является ненадлежащим ответчиком по делу ввиду того, что вред был причинен потерпевшему ФИО7 при исполнении ФИО2 трудовых обязанностей в ООО «ОПТИМА».
Представитель ответчика ООО «ОПТИМА» ФИО12, действующий на основании доверенности № № от ДД.ММ.ГГГГ, в судебном заседании исковые требования признал частично, полагал, что заявленная сумма компенсации морального вреда в размере 2000000 рублей является чрезмерно завышенной, просил учесть, что в действиях погибшего ФИО7 имелась грубая неосторожность, что подтверждено актом о расследовании группового несчастного случая на производстве, потерпевший ФИО7 нарушил требования охраны труда и безопасности. Ранее направленный письменный отзыв от ДД.ММ.ГГГГ поддерживает. Также полагал, что размер заявленных к взысканию судебных расходов является завышенным.
Третье лицо индивидуальный предприниматель ФИО11 судебное заседание не явился, дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
На основании ст. 167 ГПК РФ, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд находит возможным рассмотреть дело при данной явке.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, заслушав заключение помощника прокурора ФИО6, полагавшей, что, с учетом требований разумности и справедливости, исковые требования к ООО «ОПТИМА» подлежат частичному удовлетворению, а в удовлетворении исковых требований к ответчику ФИО2 следует отказать, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12 ГК РФ) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В силу пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Согласно пункту 2 данной статьи владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» под владельцем источника повышенной опасности следует понимать юридическое лицо или гражданина, которые используют его в силу принадлежащего им права собственности, права хозяйственного ведения, оперативного управления либо на других законных основаниях (например, по договору аренды, проката, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности).
Согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни, здоровью гражданина», ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
В пункте 19 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации разъяснено, что согласно статьям 1068 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности. На лицо, исполнявшее свои трудовые обязанности на основании трудового договора (служебного контракта) и причинившее вред жизни или здоровью в связи с использованием транспортного средства, принадлежавшего работодателю, ответственность за причинение вреда может быть возложена лишь при условии, если будет доказано, что оно завладело транспортным средством противоправно (пункт 2 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
Вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), в силу положений ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
В силу статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. При определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее по тексту – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33), под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).
Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 14-15 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта 1 статьи 1068 ГК РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, при определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором Алтайского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2026 г., вступившим в законную силу 11 марта 2026 г., ответчик Гуляренко С.Ю. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 Уголовного кодекса РФ, и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года 6 месяцев с применением ст. 73 УК РФ, условно с испытательном сроком на 3 года (л.д. 17-32). Указанным приговором суда установлены следующие обстоятельства.
ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 12 часов 00 минут до 17 часов 45 минут рабочие ФИО8 и ФИО7 находились на объекте строительных работ – земельных участках с кадастровыми номерами: №, №, где осуществляли работы по монтажу электрооборудования и освещения.
В вышеуказанный период времени и месте, в связи с имеющейся необходимостью осуществить работы по монтажу электрооборудования и освещения на высоте с применением грузоподъемных механизмов и устройств рабочие ФИО8 и ФИО7 обратились к машинисту телескопического погрузчика ФИО2 с просьбой поднять их на высоту на грузоподъемном механизме (в ковше) телескопического погрузчика.
ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 12 часов 00 минут до 17 часов 45 минут, находясь на объекте строительных работ – земельных участках с кадастровыми номерами: №, №, в том числе на участке местности, расположенном на расстоянии 540 метров северо-восточного направления от здания, расположенного по адресу: <адрес>, ОЭЗ ТРТ Бирюзовая Катунь территория, 1 г, машинист телескопического погрузчика ФИО2, проявив преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, в виде смерти двух лиц, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, а также предотвратить их наступление, осознавая, что он действует в нарушение п.п. 3.2.1, 3.2.4 трудового договора, п.п.1.2., 2.2., 2.3, 3.1., 3.8., 5.1., 5.2., 5.4., 5.5. должностной инструкции, п.п.1.2.1., 1.2.4., 1.2.8. инструкции №ИОТ-20, игнорируя руководство по эксплуатации погрузчика, подпункт «б» пункта 209 Правил и п. 3.37. инструкции №ИОТ-20, согласно которым машинисту запрещается поднимать, опускать и перевозить людей на грузоподъемном механизме (в ковше) телескопического погрузчика, поднял в грузоподъемном механизме (в ковше) телескопического погрузчика JCB № гос.№ № рабочих ФИО8 и ФИО7, которые стали осуществлять работы по монтажу электрооборудования и освещения, на высоте.
ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 12 часов 00 минут до 17 часов 45 минут, находясь на объекте строительных работ – земельных участках с кадастровыми номерами: №, №, в том числе на участке местности, расположенном на расстоянии 540 метров северо-восточного направления от здания, расположенного по адресу: <адрес>, ОЭЗ ТРТ Бирюзовая Катунь территория, 1 г, вследствие проседания грунта на месте установки ФИО2 телескопического погрузчика JCB № гос.№ РЕ 77, в грузоподъемном механизме (в ковше) которого находились рабочие ФИО8 и ФИО7, произошла потеря его устойчивости (погрузчика) и дальнейшее его опрокидывание (погрузчика).
В результате указанных выше нарушений требований охраны труда и правил безопасности при ведении строительных и иных работ, допущенных ФИО2, ФИО7 получил следующие телесные повреждения:
Закрытая травма грудной клетки: разгибательный перелом тела грудины, между присоединением 1 и 2 ребер; разрыв внутренних связок на уровне сочленения рукоятки и тела грудины, со смещением; неполный, разгибательный перелом 12 ребра слева, между лопаточной и околопозвоночной линиями; сквозной разрыв диафрагмы слева в области купола, с проникновением в левую плевральную полость селезенки и дна желудка; левое легкое на 1/4 выполняет плевральную полость; в плевральных полостях скопление жидкой крови (объемом справа 500мл, слева 1700мл.); кровоизлияния в корни обоих легких с растяжением и надрывами волокон легочной плевры; кровоизлияния под легочной плеврой - на диафрагмальной поверхности нижней доли левого легкого, ближе к задней поверхности, по задней поверхности нижней части верхней доли левого легкого, на диафрагмальной поверхности у заднего края нижней доли правого легкого; кровоизлияния в клетчатку грудного и брюшного отделов аорты; сквозной разрыв сердечной сорочки справа; кровоизлияние в переднюю стенку сердечной сорочки; кровоизлияние в месте вхождения нижней полой вены в полость сердечной сорочки, мышцу правого предсердия и ушко сердца. Ссадина (1) заднебоковой поверхности грудной клетки слева, по заднеподмышечной линии, в проекции 10-11 ребер.
Закрытая травма живота: обширное кровоизлияние в связки и клетчатку области дна желудка, сосудистой ножки селезенки, забрюшинной клетчатки с обеих сторон, больше слева, в клетчатку левого надпочечника, в клетчатку и ткань поджелудочной железы на уровне тела и хвоста, кровоизлияния в сосудистые ножки обеих почек; кровоизлияние в клетчатку по малой кривизне желудка; кровоизлияние по большой кривизне на уровне тела желудка; в брюшной полости скопление жидкой крови (объемом 500мл); множественные разрывы капсулы и ткани селезенки в области сосудистой ножки и по внутренней поверхности; разрыв капсулы и ткани левой почки, в области сосудистой ножки по внутренней поверхности и по наружной поверхности в верхней части; кровоизлияние в связку в области ворот печени, разрыв капсулы и ткани левой доли печени по диафрагмальной поверхности, на границе с правой долью, вдоль круглой связки. Внутрикожное кровоизлияние задней поверхности туловища, по позвоночной линии, в проекции от 10-го грудного позвонка до уровня 2-го поясничного позвонка в проекции остистых отростков. Внутрикожное кровоизлияние поясничной области и в проекции крестца с обеих сторон.
Закрытая травма таза: перелом левого подвздошно-лобкового возвышения; перелом тела седалищной кости слева с кровоизлиянием в мягкие ткани. Кровоподтек (1) области нижне-внутреннего квадрата левой ягодичной области.
Закрытый винтообразный перелом средней трети диафиза правой бедренной кости.
Ссадина (1) задней поверхности верхней трети левого предплечья. На тыльной поверхности левой кисти: в проекции 5-й пястной кости, на границе с лучезапястным суставом ссадина (1); по внутренней поверхности в средней части 5-й пястной кости ссадины (2). Ссадины (2) задней поверхности верхней трети правого предплечья.
Вышеуказанные телесные повреждения причинили тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека и вызвавшие развитие угрожающего жизни состояние опасного для жизни человека (обильная кровопотеря), и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти.
Смерть ФИО7 наступила ДД.ММ.ГГГГ в 17 часов 50 минут в медицинском учреждении от сочетанной травмы грудной клетки, живота, таза, правой нижней конечности, с переломом костей скелета, повреждением органов грудной и брюшной полостей, осложнившаяся обильной кровопотерей.
Последствия в виде причинения по неосторожности смерти двух лиц находятся в прямой причинной связи с нарушением требований охраны труда и правил безопасности при ведении строительных и иных работ ФИО2, который проявил преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, в виде смерти двух лиц ФИО8 и ФИО7, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, а также предотвратить их наступление.
Указанным приговором судам также установлено, что истец ФИО1 является родным братом погибшего ФИО7
В силу ч.4 ст.61 ГПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Поскольку факт совершения преступления ФИО2 в отношении потерпевшего ФИО7 подтвержден вступившим в законную силу приговором суда, рассматривая требования о взыскании компенсации морального вреда, причиненного данным преступлением, в силу приведенной процессуальной нормы по настоящему делу обстоятельства причинения вреда потерпевшему не подлежат доказыванию.
Кроме того, судом установлено и подтверждается материалами дела, что в момент указанного происшествия собственником телескопического погрузчика JCB № гос.№ РЕ 77 являлось ООО «ОПТИМА» (ОГРН №, ФИО3 №) (л.д. 51-54).
Судом также установлено и подтверждается материалами дела, что на момент вышеуказанного происшествия ответчик ФИО2 состоял в трудовых отношениях с ответчиком ООО «ОПТИМА», работая в должности машиниста телескопического погрузчика, по просьбе рабочих индивидуального предпринимателя ФИО11 - ФИО8 и ФИО7 поднял их на высоту на грузоподъемном механизме (в ковше) вышеуказанного телескопического погрузчика (л.д. 17-32, л.д.38-45).
Таким образом, машинист телескопического погрузчика JCB № гос.№ № ФИО2 не признается владельцем источника повышенной опасности, поскольку он управлял данным погрузчиком в силу исполнения своих трудовых обязанностей на основании трудового договора с собственником источника повышенной опасности (ООО «ОПТИМА»). Доказательств того, что ФИО2 завладел данным транспортным средством противоправно не представлено, таковых не имеется и в материалах дела.
В связи с этим, суд признает владельцем источника повышенной опасности, при использовании которого причинена смерть потерпевшему ФИО7 именно ответчика ООО «ОПТИМА».
Кроме того, судом установлено и подтверждается материалами дела, что приказом (распоряжением) руководителя организации – ИП «ФИО11» о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в основное подразделение ИП «ФИО11» на должность подсобного рабочего и с ним заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.99-102).
Согласно должностной инструкции подсобного рабочего №, утвержденной ИП «ФИО11» ДД.ММ.ГГГГ, с которой ФИО7 был лично ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ, подсобный рабочий обязан, в частности, соблюдать требования правил техники безопасности, иных нормативных документов по охране труда, пожарной безопасности, промышленной санитарии, трудовому законодательству, соблюдать производственную дисциплину, правила трудового распорядка (п.п. 2.5.-2.6 Инструкции, л.д.103-106).
Согласно инструкции по охране труда для подсобного рабочего, утвержденной ИП «ФИО11» ДД.ММ.ГГГГ, с которой ФИО7 был лично ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ, подсобный рабочий обязан, в том числе, применять в процессе работы средства защиты, инструмент и оборудование по назначению в соответствии с инструкциями заводов-изготовителей, знать методы выгрузки, погрузки, перемещения, размещения грузов, заботиться о личной безопасности и личном здоровье, а также о безопасности сотрудников в процессе выполнения работ, а также выполнять только ту работу, которая относится к должностным обязанностям и поручена ответственным лицом непосредственно на объекте, при создании условий безопасного ее выполнения, соблюдать должностную инструкцию подсобного рабочего (л.д. 107-117).
ДД.ММ.ГГГГ подсобный рабочий ФИО7 прошел инструктаж по технике безопасности, что подтверждается соответствующим журналом, утвержденным ИП «ФИО11» ДД.ММ.ГГГГ (л.д.119-121).
ДД.ММ.ГГГГ подсобный рабочий ФИО7 также прошел инструктаж по охране труда на рабочем месте и целевой инструктаж, что подтверждается соответствующим журналом, утвержденным ИП «ФИО11» ДД.ММ.ГГГГ (л.д.122-124).
Актом о расследовании группового несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ в 15 час. 40 мин. у индивидуального предпринимателя ФИО11, подтверждается, что подсобный рабочий ФИО7 нарушил трудовой распорядок и дисциплину - выполнял работы, не порученные непосредственным руководителем работ, выразившееся в нахождении пострадавшего в ковше погрузчика при установке прожекторов на высоте, чем нарушены требования ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса РФ, п. 4.1.2.5 Правил внутреннего трудового распорядка ИП ФИО11, п. 2.1 должностной инструкции № подсобного рабочего, п. 1.4 Инструкции по охране труда для подсобного рабочего (л.д. 79-86).
Кроме того, как следует из приговора Алтайского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ во второй половине, когда ФИО2 приехал на строительную площадку, к нему подошли два работника таджика, ранее он с ними знаком не был. Указанные таджики сказали ему, что им необходимо смонтировать освещение и сказали, чтобы он поднял их в ковше наверх к деревьям. Он возразил им, что это не безопасно и что он думал, что нужно расчистить участок местности для установки электрического оборудования или переместить материалы, а не поднимать кого-то на высоту. Но электрики-таджики, сказали, что это не опасно и это надо сделать срочно, так как они собираются выполнять ночные работы, и что они так уже делали, когда работали на других объектах за пределами <адрес> и Республики Алтай. В ходе расследования указанного несчастного случая установлено, что с водителем телескопического погрузчика ФИО2 был проведен инструктаж на рабочем месте, согласно п. 3.37 инструкции ИОТ-20 «По охране труда для машиниста телескопического погрузчика», водителю телескопического погрузчика запрещается поднимать, опускать, перевозить людей на грузоподъемном механизме (ковше) телескопического погрузчика, по данной инструкции ФИО2 последний инструктаж был проведен ДД.ММ.ГГГГ, кроме того, работники ФИО8 и ФИО7, находясь на объекте строительства, а именно в ковше телескопического погрузчика, выполняли не порученную им руководством работу, по своей инициативе, в связи с чем, в действиях ФИО2 усматривается нарушения инструкции по охране труда для машиниста телескопического погрузчика, что послужило причиной произошедшего несчастного случая. Кроме того, выявленные в ходе расследования нарушения со стороны руководства ООО «ОПТИМА» и ИП «ФИО11», выразились только в контроле за соблюдением работниками инструкции по охране труда, данные нарушения в прямой причинно-следственной связью с наступившими последствиями не состоят.
В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
Принцип состязательности, являясь одним из основных принципов гражданского судопроизводства, предполагает, в частности, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Именно это правило распределения бремени доказывания закреплено в части 1 ст. 56 ГПК РФ.
Разрешая заявленные исковые требования, учитывая положения вышеприведённых норм материального права, а также разъяснения Пленума Верховного суда Российской Федерации, суд приходит к выводу, что в результате указанного происшествия истцу ФИО1, который является родным братом погибшего ФИО7, причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях, связанных с нарушением его личных неимущественных прав и посягательством на принадлежащие ему другие нематериальные блага.
То обстоятельство, что близкие родственники, в частности, братья (сестры) испытывают нравственные страдания в связи с утратой своих родных братьев (сестер), по мнению суда, является общеизвестным и не требует доказывания. Гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, при этом утрата близкого человека (родственника) рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние субъективного эмоционального расстройства, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, Соответственно, не вызывает сомнения, что истец ФИО1 испытывает нравственные переживания в связи с преждевременной, трагической гибелью своего брата ФИО7
Какие-либо доказательства, подтверждающие отсутствие вины в причинении смерти ФИО7, ответчиками в судебном заседании не представлено, таковых не имеется и в материалах дела.
При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства причинения смерти ФИО7, характер и степень понесенных истцом ФИО1 нравственных страданий, обстоятельства, при которых произошла гибель его брата, форму вины непосредственного причинителя вреда – работника ООО «ОПТИМА» - ФИО2 (смерть потерпевшего наступила не в результате умысла, а от неосторожных действий), поведение самого потерпевшего ФИО7 при причинении вреда, в действиях которого суд усматривает грубую неосторожность, поскольку, работая у ИП ФИО11, будучи прошедшим инструктаж по технике безопасности и охране труда в качестве подсобного рабочего, нарушил трудовой распорядок и дисциплину, а именно выполнял работы, не порученные непосредственным руководителем работ, выразившееся в его нахождении в ковше погрузчика при установке прожекторов на высоте, а также принципы разумности и справедливости, исходя из того, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, защита которых является приоритетной.
Кроме того, разрешая заявленные требования и определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца, суд также учитывает имущественное положение ответчика ООО «ОПТИМА» - относится к субъектам малого и среднего предпринимательства (малое предприятие), за 2025 год выручка компании составила 233,8 млн. руб., а чистая прибыль за 2025 год – 49,4 млн. руб. Данные обстоятельства представителем ответчика ООО «ОПТИМА» в судебном заседании не оспаривались.
Оценив совокупность установленных обстоятельств причинения смерти близкого родственника истца, иные приведенные выше последствия, суд приходит к выводу, что соразмерной последствиям нарушения прав потерпевшего способной компенсировать потерпевшему перенесенные им нравственные страдания, сгладить их остроту, а также и отвечающей принципам разумности и справедливости будет компенсация морального вреда в размере 1 000 000 рублей.
Данный размер компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, а с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.
При этом, определяя ответчика, с которого подлежит взысканию в пользу истца компенсация морального вреда, суд приходит к выводу о необходимости ее взыскания с ООО «ОПТИМА», поскольку нравственные страдания истцу были причинены действиями работника данной организации ФИО2 при исполнении им трудовых обязанностей. Само привлечение к уголовной ответственности работника ФИО2 не освобождает его работодателя ООО «ОПТИМА» от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный им при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Таким образом, оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1, предъявленных к непосредственному причинителю вреда ФИО2, отсутствуют, а поэтому суд их оставляет без удовлетворения в полном объеме.
Определяя окончательный размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ООО «ОПТИМА» в пользу ФИО1, суд принимает во внимание следующее.
Так, в судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что на основании приказа генерального директора ООО «ОПТИМА» от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с рассмотрением уголовного дела по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 216 УК РФ, в целях добровольного заглаживания вреда, причиненного потерпевшим, ФИО1 и ФИО9 ответчиком ООО «ОПТИМА» ДД.ММ.ГГГГ были перечислены денежные средства в сумме по 250 000 рублей каждому (л.д.46-47).
Данное обстоятельство в приговоре Алтайского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ было также учтено в качестве смягчающего наказание подсудимого ФИО2, как иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшим.
С учетом обстоятельств дела, а также исходя из смысла текста приказа генерального директора ООО «ОПТИМА» от ДД.ММ.ГГГГ и пояснений представителя ООО «ОПТИМА» в судебном заседании, суд приходит к выводу, что ответчик ООО «ОПТИМА» перечислило истцу ФИО1 в качестве компенсации морального вреда, причиненного в результате действий работника ФИО2, денежные средства в размере 250 000 рублей.
В связи с чем, указанная денежная сумма в размере 250 000 рублей, полученная ФИО1 от ООО «Оптима», подлежит учету, а поэтому окончательный размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ООО «ОПТИМА», составляет 750 000 рублей, исходя из следующего расчета: 750000 = 1 000 000 – 250000.
В остальной части исковые требования ФИО1 к ООО «ОПТИМА» суд оставляет без удовлетворения.
Разрешая требования ФИО1 о взыскании судебных расходов по составлению искового заявления в сумме 10 000 рублей, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Нормами ч.ч. 1 и 2 ст. 98 ГПК РФ предусмотрено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Таким образом, в основу распределения судебных расходов между сторонами гражданским процессуальным законодательством положен принцип возмещения их с правой стороны за счёт неправой.
Взыскание расходов, предусмотренных ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, в разумных пределах означает, что при вынесении определения суд должен принимать во внимание сложность дела, объем выполненной представителем работы.
Лицо, заявляющее требование о возмещении издержек, должно доказать, что они были связаны с рассмотрением дела и являлись необходимыми, а также что они были реально понесены.
Как разъяснено в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 21 постановления Пленума Верховного суда Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда); иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).
Так, в целях получения компетентной юридической помощи между истцом ФИО1 (Заказчик) и ФИО10 (Исполнитель) был заключен договор об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого Исполнитель обязался оказать Заказчику следующие юридические услуги: составление искового заявления о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления (л.д. 5).
Согласно п. 3.1., п. 3.1.1. договора об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ стоимость услуг, оказываемых Исполнителем Заказчику по настоящему договору, составляет 10 000 рублей. Заказчик выплачивает Исполнителю стоимость услуг по настоящему договору до подписания договора.
Расходы ФИО1 на оплату услуг представителя ФИО10 составили 10000 рублей, что подтверждается распиской ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 6).
Суд находит, что представитель ФИО10 в полном объеме исполнила свои обязательства по оказанию истцу юридических услуг, предусмотренных вышеуказанным договором. Приложенная к иску расписка отвечает требованиям к составлению указанных документов. Суд признаёт указанные расходы, связанными с разрешением настоящего гражданского дела.
Заявленные ФИО1 требования о взыскании суммы расходов на оплату юридических услуг в размере 10000 рублей являются обоснованными и не превышающими разумные пределы, а поэтому подлежат взысканию с ответчика ООО «ОПТИМА» в пользу истца в полном объеме.
Вопреки доводам представителя ответчика ООО «ОПТИМА» указанная денежная сумма позволяет соблюсти необходимый баланс процессуальных прав и обязанностей участвующих в деле лиц.
Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счёт средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Согласно подпункту 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера госпошлина оплачивается физическими лицами в размере 3000 рублей.
В соответствии с пп. 4 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, освобождаются истцы по искам о возмещении имущественного и (или) морального вреда, причиненного преступлением.
Поскольку истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты госпошлины, в соответствии со ст. 103 ГПК РФ суд взыскивает с ответчика ООО «Оптима» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 100, 103, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИМА» удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ОПТИМА» (ОГРН №, ФИО3 №) в пользу ФИО1 (паспорт серии № №) компенсацию морального вреда в размере 750 000 рублей 00 копеек, в возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя 10 000 рублей 00 копеек, а всего взыскать 760000 рублей 00 копеек.
В остальной части исковые требования ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ОПТИМА» оставить без удовлетворения.
Исковые требования ФИО1 к ФИО2 (паспорт серии № №) оставить без удовлетворения.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ОПТИМА» (ОГРН №, ФИО3 №) в доход бюджета муниципального образования <адрес> государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Алтайский районный суд Алтайского края в течение месяца со дня составления мотивированного решения.
Председательствующий Д.Б. Кунтуев
Мотивированное решение составлено 05 мая 2026 года.