ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
15 мая 2026 года г. Биробиджан
Суд Еврейской автономной области в составе:
председательствующего - судьи Пышкиной Е.В., при секретаре К., с участием государственных обвинителей - начальника отдела прокуратуры ЕАО Вокуева Е.А., прокурора отдела прокуратуры ЕАО Волоховича Е.С., подсудимой Лопатиной И.Ю., защитника Филимонова А.Ю., представившего удостоверение № <...> от <...> и ордер № <...> от <...> коллегии адвокатов г. Биробиджан «Лига», потерпевших Т., Т., представителя потерпевшего Г., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
Лопатиной И. Ю., <...>, судимой:
<...> Биробиджанским районным судом ЕАО по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 3 года. Постановлением Биробиджанского районного суда ЕАО от <...> условное осуждение отменено, наказание по приговору обращено к исполнению в исправительной колони общего режима,
<...> Биробиджанским районным судом ЕАО по п. «в» ч. 2 ст. 231, 70 УК РФ (по совокупности с приговором от <...>) к 2 годам 9 месяцам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, освобождена <...> по отбытию срока наказания, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст.105 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Лопатина И.Ю., в период с 21 часа 00 минут <...> по 04 часа 00 минут <...>, находясь в состоянии алкогольного опьянения в <...> в <...> ЕАО, из личных неприязненных отношений, возникших на почве конфликта с Т. и Г. из-за их противоправных и аморальных действий по принуждению подсудимой к половому акту и удерживанию с этой целью в квартире, умышленнонанесла приисканным на месте ножом, используя его в качестве оружия, два удара в область нижних конечностей сидящему в кресле Т. и один удар в область левого бедра сидящему на полу Г., причинив Т. одно сквозное колото-резаное ранение передне-внутренней поверхности нижней трети левого бедра с повреждением бедренной артерии и одноимённой вены с интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала и одно слепое колото-резаное ранение передней поверхности нижней трети правого бедра с повреждением ветви латеральной огибающей артерии и интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала, а Г. одиночное слепое колото-резаное ранение левого бедра в нижней трети по передне-внутренней поверхности с полным пересечением бедренной вены и пересечением бедренной артерии на 25% диаметра, которые повлекли тяжкий вред здоровью потерпевших, опасный для жизни человека, и по неосторожности смерть Т. и Г. на месте преступления.
Данные повреждениясостоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Т. и Г. Смерть Т. наступила от острого малокровия внутренних органов, с системными расстройствами кровообращения вследствие двух колото-резаных ранений обеих нижних конечностей, а Г. от одиночного слепого колото-резаного ранения левого бедра в нижней трети по передне-внутренней поверхности с полным пересечением бедренной вены и пересечением бедренной артерии на 25% диаметра.
В судебном заседании Лопатина И.Ю. вину в предъявленном обвинении по п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ признала частично, указав, что действительно нанесла удары ножом Т. и Г., однако умысла на их убийство не имела.
Исследовав материалы дела, проверив как оправдывающие, так и уличающие подсудимую доказательства, суд пришёл к выводу, что вина Лопатной И.Ю. в совершении приведённого в приговоре преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.
Так, из собственных показаний Лопатиной И.Ю. в судебном заседании следует, что в ночь с 13 на <...> она употребляла алкогольные напитки с Г. и Т. в квартире, расположенной на 4 этаже по <...> в <...>. В ходе их распития у неё с Т. и Г. произошёл конфликт из-за того, что они выражались в её адрес нецензурной бранью и хотели изнасиловать. Т. предложил Г. вступить с ней в половую связь, но она отказывалась от этого и огрызалась, просила отпустить домой, обещала пойти в полицию, но они не отпускали. Как только она вставала следом вставал Т. и говорил: «Сядь по-хорошему, или вообще тебя придушу!». Г. С. кинул в неё стеклянную кружку и попал в лоб, а Т. толкнул, отчего она упала, ударившись затылком о журнальный столик. Т. также провожал её в туалет, чтобы она не убежала, и трогал там за ягодицы. Затем Т. стал её душить, положив на диван, но как именно, не помнит. Когда она почти начала задыхаться Г. С. сказал Т. отпустить её. Тот отпустил и они ещё примерно час продолжали выпивать, Т. с Г. в это время разговаривали между собой, а она сидела на диване и с ними не разговаривала. Все были уже пьяными, а она в сильном алкогольном опьянении, так как до прихода к Т. домой выпила с Б. вдвоём 0,7 литра, а затем ещё 0,5 литра водки, а у Т. она и Г. на двоих распили две полутора литровых бутылки пива. Как именно и сколько нанесла ударов ножом Т. и Г., не помнит, смутно припоминает, что по ногам, Г. сидел на полу. Нож взяла в квартире, а в какой последовательности ударила их и как при этом его держал, не помнит. Пришла в себя сидя на диване, Т. был в кресле бледный, а посередине между ней и Т. валялся нож. Она вложила этот нож в руку Г. и убежала из квартиры, взяв бутылку пива, стоявшую возле выхода из комнаты. Когда вкладывала нож Г. в руку он пытался встать, но она перешагнула через него. Кто-то из них двоих сказал ей вслед «Я тебя найду!». Вспоминает как затем ей открыла двери Б., которой она сказала, что «кажется я убила двух мужиков», но та не поверила, начала её рассматривать, спрашивала где следы крови. В квартире Т. она была в джинсах, белых кроссовках, тельняшке и сером пиджаке, которые у неё <...> изъяли сотрудники полиции. Умысла на причинение смерти потерпевшим не имела, сделала это, чтобы убежать от них из квартиры.
В явке с повинной, содержание которой Лопатина И.Ю. подтвердила в судебном заседании, она собственноручно указала, что в ночь с 13 на <...> нанесла колотые ранения Г. и Т., от которых они в последующем умерли (т.1, л.д.212-213).
Признательные показания Лопатиной И.Ю. в свою очередь согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, экспертов и письменными доказательствами.
Исходя из показаний потерпевшего Т. в судебном заседании, его брат Г. за месяц до смерти приехал из госпиталя с повреждённой правой рукой, на кисти которой стояли спицы, а затем стал проживать в <...>.
Из заключения ВКК, справки о тяжести увечья, копии выписного эпикриза и переводного эпикриза следует, что с <...> Г. был временно не годен к военной службе в связи с наличием закрытого перелома нижней трети лучевой кости, полного вывиха дистального метаэпифиза локтевой кости, правого предплечья от <...>, находился в отпуске по болезни (т.1, л.д.132 -134).
Потерпевший Т. показал суду, что его отец Т. и вернувшийся с <...> Г. проживали на момент преступления в <...> в <...>, расположенной на четвёртом этаже. У каждого из них была повреждена правая рука. В последний раз он видел Т. живым в этой квартире <...>, а <...> ему сообщили по телефону, что отца обнаружили мёртвым. Прибыв к нему в квартиру, где уже были сотрудники полиции, увидел тело отца в положении сидя на кресле, а Г. лежал лицом вверх на полу, головой по направлению к Т. Под телами каждого из них имелись лужи крови.
Согласно рапорта, <...> в 17 часов 19 минут в дежурную часть МОМВД России «Биробиджанский» поступило сообщение М. о том, что на 4 этаже 2 подъезда <...> стоит трупный запах (т.1, л.д.86).
При этом из показаний свидетеля М. следует, что он прибыл к <...> в <...> к Т. занять денег в период с 17 часов 30 минут по 18 часов <...>, но обнаружил неплотно закрытую входную дверь, а когда вошёл почувствовал трупный запах в помещении и увидел в зале два трупа - Т., который сидел на кресле со сложенными одна на другую ногами, а также неизвестного мужчины, слева от Т. в лежачем положении на подушках для диванов, как впоследствии узнал от сотрудников полиции, Г.. Голова Г. располагалась около кресла, на котором сидел Т., в его левой руке находился нож с не зажатой пальцами рукоятью, а правая рука была в гипсе. В области бедер у Г. и Т. имелись раны, кровь и сгустки запёкшейся крови. Также кровь была на ковре слева от Г. При этом обстановка в квартире не была нарушенной, но было видно, что в ней распивали алкогольные напитки, так как на полу валялись около двух «фунфыриков», на столе имелись окурки сигарет. Он позвонил по телефону 112, чтобы вызвать сотрудников полиции и скорой помощи, а также рассказал о происшествии своей сожительнице К., которая через некоторое время приехала к нему, но в квартиру не заходила. Затем прибыли сотрудники скорой помощи и полиции. После проведённых следственно-оперативных мероприятий он с сотрудниками полиции проехал в отдел для дачи объяснения по факту обнаружения трупов, а К. направилась домой. Когда у него отбирали объяснения, К. позвонила и рассказала, что сообщила о происшедшем Б., а та сказала, что её знакомая Л. работает с женщиной по имени И. и эта Л. рассказала Б., что <...> в ночное время И. пришла к Л. в состоянии сильного алкогольного опьянения и сказала, что убила двух мужчин. <...> не поверила И., они легли спать, а на утро Л. пыталась разбудить И., но та не хотела просыпаться и уходить, и Л. пришлось вызвать сотрудников полиции. Об этом он рассказал оперуполномоченному (т.1, л.д.140-144).
Свидетель К. указала, что примерно в 14 часов <...> её муж М. пошёл к знакомому по имени С. на 4 этаж по <...> занять денег и обнаружил его с ещё одним мужчиной в квартире убитыми, о чём сообщил ей по телефону. Она побежала по указанному адресу и вдвоём они ждали скорую помощь с сотрудниками полиции, которые по приезду задержали М. по подозрению в убийстве. По пути домой она позвонила своей подруге Б. и рассказала о случившемся. В ответ Б. сообщила, что от коллеги по работе Л. узнала как примерно в 4 часа <...> к Л. домой на <...> в состоянии алкогольного опьянения пришла работающая с ней <...> по <...> в <...> женщина и рассказала, что убила двух мужчин, но Л. не поверила, они легли спать, а на утро эта знакомая не захотела уходить из квартиры и Л. вызвала полицию, чтобы её забрали. Когда Л. пошла встречать сотрудников полиции, эта знакомая закрыла квартиру и никого не пускала, сотрудники полиции попали в неё через балкон и задержали знакомую Л.. Узнав это от Б., она пошла в полицию и сообщила, что её муж ни при чём, что убийство совершила знакомая Л. (т.1, л.д.145-148).
Исходя из показаний свидетеля Б. она вместе с женщиной по имени Л. работает в <...> на <...> в <...>. В один из дней на работу в пекарне не вышла <...> и она спросила у Л., почему той нет на рабочем месте, а Л. рассказала, что примерно в 4 часа <...> эта уборщица пришла к ней в квартиру по <...> состоянии алкогольного опьянения и рассказала, что убила двух мужчин, но Л. не поверила ей, они легли спать. Утром Л. начала будить свою знакомую, чтобы та ушла, но она агрессивно на это отреагировала и Л. вызвала полицию, чтобы её забрали. Пока Л. встречала сотрудников полиции эта знакомая закрыла квартиру изнутри и никого не пускала, сотрудники полиции через балкон вошли в квартиру, задержали её знакомую с ножом, который та взяла в кухне квартиры <...>, и доставили в отделение полиции. <...>, примерно в 18 часов, ей позвонила К. и сказала, что знакомых её мужа убили по <...> в <...>, а самого его задержали по подозрению в убийстве. Вспомнив то, что ей рассказала <...>, она сообщила об этом Л., предположив, что это знакомая <...> совершила убийство (т.1, л.д.149-157).
Согласно показаниям свидетеля Б., совместно работающая с ней в кондитерском цехе уборщицей Лопатина И. Ю. около 16 часов <...> пришла к ней домой и сказала, что заблокировала свой телефон, просила помочь. Они посидели, выпили немного водки и около 19 часов пошли в «Билайн» в ТЦ «<...>», но сотрудник ничего не смог поделать с телефоном, и они ушли снова к ней в гости. Примерно в 20 часов <...> Лопатина И.Ю. пошла к себе домой, а в ночь с 13 на <...> кто-то стал сильно стучаться в квартиру. В этот момент в квартире также находился сосед Л.. Он открыл дверь и зашла Лопатина И.Ю., которая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, с «бешеными» глазами и сразу же стала говорить ей: «Я убила мужиков - зарезала они хотели меня изнасиловать, один ещё лежит хрипит. Я была на <...>». Одета в этот момент Лопатина И.Ю. была в кроссовки, пиджак, джинсы и, может быть, тельняшку, а в руках держала бутылку пива «<...>» объёмом 1,5 литра. На её вопросы, где на <...>, Лопатина И.Ю. ответила, что сама не знает. На Лопатиной И.Ю. они с Г. крови не видели. Она решила, что Лопатина И.Ю. говорит несерьёзно, поскольку та была очень пьяна, и спросила почему на ней нет крови, а Лопатина И.Ю. сказала, что стёрла все отпечатки. Лопатина И.Ю. уснула на угловом диване, а <...> в утреннее время, когда она разбудила Лопатину И.Ю., та стала её отталкивать от себя руками, не понимала, где находится, требовала, чтобы она ушла из собственной квартиры. Позвонив в полицию, она вышла встречать сотрудников в подъезд, а Лопатина И.Ю. заперлась изнутри в квартире. Когда приехали двое сотрудников полиции, она рассказала им, что Лопатина И.Ю. сообщила об убийстве двух мужчин, и один из них кому-то позвонил, спросил не поступали ли сообщения об обнаружении трупов или убийстве, на что ответили отказом. На стук сотрудников полиции Лопатина И.Ю. не реагировала, поэтому один из них прошёл в квартиру через балконную дверь и открыл входную. Лопатину И.Ю. обнаружили спавшей на диване в зале, укрытой одеялом по голову с ножом в руках, который забрали и вернули на её кухню. Когда Лопатина И.Ю. проснулась сотрудники полиции стали расспрашивать убивала ли она кого-либо, но та по-прежнему находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения и не могла ответить на вопросы. У Лопатиной И.Ю. была невнятная речь, было непонятно, что она бубнит. После этого сотрудники полиции забрали Лопатину И.Ю. <...> на работе она рассказала Б. о том, что <...> ночью к ней пришла Лопатина И.Ю. и сказала, что убила двух мужчин. <...> на работе она спросила у Лопатиной И.Ю. почему она сказала, что убила мужчин и та сообщила, что они до сих пор «стоят у неё перед глазами», наверно она «словила белочку», то есть была в состоянии сильного алкогольного опьянения. Около 16 часов 35 минут она ушла домой, а Лопатина И.Ю. осталась на работе. В 21 час 22 минуты ей позвонили сотрудники полиции и сказали, что она должна дать свидетельские показания по факту убийства двух мужчин, после чего она поняла, что всё, что говорила Лопатина И.Ю. правда (т.1, л.д.153-157, 172-179).
Свидетель Г. показал, что проживает по соседству с Б. и в период с 3 по 4 часа <...> зашёл к ней в гости. Когда Б. уснула, он продолжал распивать на её кухне алкоголь и в это время кто-то стал сильно стучать. Б. проснулась. Он открыл дверь и вошла женщина с бутылкой пива в руках, как в дальнейшем узнал от Б., Лопатина И., которая находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, что было понятно по запаху алкоголя из её рта. Л стала разговаривать с Б., а он пошёл на кухню. Затем налив стакан воды, подошёл к ним в коридоре, и Б. сказала, что пока он был на кухне Лопатина И.Ю. призналась ей в убийстве двух мужиков на <...> в <...>. Он и Б. посмотрели одежду Лопатиной И.Ю., но визуально следов крови на ней не увидели и подумали, что Лопатина И.Ю. говорит несерьёзно. Б. спросила Лопатину И.Ю., почему на ней и её одежде нет следов крови, а Лопатина И.Ю. ответила, что стёрла все отпечатки. Не поверив словам Лопатиной И.Ю., они уложили её спать, а он пошёл домой. <...> ему позвонила Б. и рассказала, что Лопатина И.Ю. выгнала её из дома, в связи с чем пришлось вызвать сотрудников полиции (т.1, л.д.180-183).
Согласно показаний свидетеля Ч., она является матерью Лопатиной И.Ю. и около 8 лет совместно с ней они проживает по <...>. На учёте у врача нарколога и психиатра Лопатина И.Ю. не состояла и не состоит, но на протяжении всей жизни злоупотребляла алкоголем и в связи с этим была лишена родительских прав. После освобождения летом 2025 года Лопатина И.Ю. устроилась на работу уборщицей в ООО «<...>». <...> после работы Лопатина И.Ю. ушла в гости к Б., сказав, что ночевать будет у неё, и после этого она не видела её несколько дней. Когда Лопатина И.Ю. вернулась, сказала, что была задержана из-за того, что не впустила Б. домой, а через несколько дней дочь задержали по подозрению в совершении убийства двух мужчин. После этого задержания она позвонила Б. и та сообщила, что в ночь с 13 на <...> Лопатина И.Ю. пришла к ней домой, сильно плакала и сообщила, что убила двух мужчин, но как именно не рассказывала.
Каждый из сотрудников полиции - свидетели Б. и В. в своих показаниях указали, что по сообщению Б. прибыли на <...> днём <...>. Б. рассказала им, что Лопатина И.Ю. закрылась и не хочет уходить, а по приходу сообщала, что убила двух мужчин. О подробностях Б. не смогла им рассказать, поскольку сама не знала о них. На стук Лопатина И.Ю. не реагировала и Б. зашёл в квартиру через открытую балконную дверь, после чего открыл входную. Отодвинув плед, они увидели в руке у Лопатиной И.Ю. кухонный нож, прижатый к себе. Б. вытащил из руки нож, осмотрел его и убрал в сторону, каких-либо следов крови на нём обнаружено не было. Б. пояснила, что данный нож принадлежит ей и входит в комплект ножей на кухне. После этого они стали будить Лопатину И.Ю., но она долго не просыпалась. Спала Лопатина И.Ю. в кроссовках. Они спросили у Лопатиной И.Ю. про убийство мужчин, но она им ничего не могла пояснить, так как находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения, ввиду чего они даже не могли установить её анкетные данные. Сведения о личности Лопатиной И.Ю. сообщила Б. Вдвоём они осмотрели Лопатину И.Ю. и каких-либо следов крови не обнаружили, а в дежурной части сказали, что в тот день и ранее сообщений об обнаружении двух трупов мужчин к ним не поступало. Лопатину И.Ю. они поместили в камеру для административно-задержанных МОМВД России «Биробиджанский» за совершение правонарушения, предусмотренного ст. 20.1 КоАП РФ (т.1, л.д.184-188, 189-193).
Свидетель Б. показала, что в один из дней сентября 2025 года, просматривая на сайте новостную ленту, наткнулась на новость об убийстве двух мужчин по <...>, где фигурировала фамилия Г. и сообщила об этом по телефону Т. - брату своего бывшего мужа Г., который после получения травмы руки в зоне СВО вернулся в <...>, а через некоторое время Т. перезвонил и сообщил, что со слов сотрудников полиции, Г. действительно убит (т.1, л.д.198-201).
Из протокола осмотра места происшествия следует, что трупы Г. и Т. были обнаружены в жилой комнате <...> в <...> ЕАО, расположенной на четвёртом этаже, в период с 19 часов 57 минут до 23 часов 15 минут <...>. При этом на трупе Г. в нижней трети левого бедра по передней внутренней поверхности имелась рана веретенообразной формы, а на трупе Т. две раны: на правом бедре в нижней трети по передней поверхности веретенообразной формы и в области нижней трети левого бедра сквозную, веретенообразной формы.
Труп Г. (обозначенный № <...>) находился на полу под журнальным столом на спине, с разведёнными в сторону ногами, с согнутой в локте правой рукой и кистью, прижатой к телу, левая его рука была отведена в сторону, а голова под журнальным столом. На правом предплечье Г. имелась гипсовая лангета с металлоконструкцией, а в левой его руке между указательным и большим пальцем находилась рукоять ножа, которая упиралась нижней частью рукояти в ковёр, плашмя лежала на наружной поверхности верхней фаланги указательного пальца. Нож образовывал с поверхностью ковра угол 45 градусов, 2-й, 3-й, 4-й, 5-й пальцы (указательный, средний, безымянный и мизинец) в полусогнутом состоянии, к ковру лежали внутренней поверхностью, 3-й, 4-й, 5-й пальцы рукояти ножа не касались и хвата не образовывали. Общая длина ножа 277 мм, длина его клинка около 150 мм, ширина клинкового основания около 27 мм. На клинке ножа в верхней части имелось пятно вещества буро-красного цвета в форме мазка, направленного от кончика до основания рукоятки. На трупе Г. были надеты носки серого цвета, брюки спортивные, футболка зелёного цвета. Слева от его трупа, возле бедра, на ковре имелось засохшее во всех отделах пятно с неровной растекающейся поверхностью вещества буро-красного цвета, по краям в центре чёрного цвета, в виде лужи неопределённой формы, общими размерами 36 на 35 см. Это пятно переходило от левого бедра и соединялось с нижними двумя широкими подтёками, ведущими в область внутренней поверхности левой голени, на уровне верхней средней трети, где было расположено аналогичное пятно, по форме близкое к овальной, в виде лужи, с крупно-волнистыми краями размерами 24 см на 12. На брюках, надетых на труп Г., в проекции передней внутренней поверхности левого бедра, в нижней трети, имелось сквозное повреждение, размерами около 3 см, верхний конец которого ориентирован на 12 часов условного циферблата, также на брюках в окружности повреждения имелось сухое пятно буро-красного цвета, размерами 20 на 26 см. В обе стороны от повреждения на брюках были подтёки, направленные на заднюю поверхность бедра, плавно переходящие на ковёр. При снятии на всей задней поверхности левой половины брюк обнаружено сплошное буро-красное пятно в виде пропитывания. Также обнаружено большое количество свёртков вещества бурого цвета на задней поверхности тазовой области трупа.
Труп Т. (обозначенный № <...>) на момент осмотра находился в положении сидя в кресле, туловище отклонено назад, голова наклонена влево, щёчной и ушной областью касался плеча, его правая рука была отведена под острым углом, согнута в локтевом суставе и лежала боковой поверхностью в области живота, а левая была отведена в плечевом суставе, согнута под прямым углом, кисть сжата в кулак и лежала на верхней трети левого бедра. При этом левая нога была закинута на правую, правая стопа упиралась в пол, левая висела. Сиденье кресла под трупом повторяло контуры тела и было сплошь пропитано веществом буро-красного цвета. На трупе Т. были надеты футболка чёрного цвета, брюки из болоньевой ткани, на которых спереди от верхнего края и до уровня нижней трети бедра имелось пятно буро-красного цвета, похожего на кровь, размером примерно 26 на 20 см. В области внутренней поверхности бедер и промежности брюки были схвачены бурыми корочками, а трусы трупа сплошь пропитаны веществом буро-красного цвета. От правого края пятна имелся подтёк к задней поверхности бедра, справа в виде множества сухих корочек чёрного цвета, переходящий на передний край сиденья кресла и далее вниз до пола, образовывая тем самым лужу, общим размером 75 на 45 см, которая огибала правую стопу, а под самой стопой никаких наложений не имелось. Также на брюках Т. в нижней трети правого бедра по передней поверхности обнаружили повреждение длиной около 2,5 см с ровными краями, а в нижней трети левого бедра сквозное повреждение длиной около 2,5 см.
Принадлежность трупа № <...> Г., <...> года рождения, и № <...> Т., <...> года рождения, установлена на месте происшествия путём их сличения с фотографиями паспортов последних, обнаруженных здесь же наряду с двумя бутылками из-под медицинского спирта объёмом 100 мл каждая и двумя полимерными бутылками из-под пива марки «<...>» крепкое с объёмом 1,5 литра.
С места происшествия в ходе осмотра были изъяты нож, смывы с пятна у трупа Г. и ложа обоих трупов, брюки, снятые с трупов Г. и Т., 2 рюмки, окурок сигареты, следы папиллярных узоров (т.1, л.д.36-58).
Протоколом осмотра трупа Г. также зафиксировано наличие у него раны в нижней трети левого бедра и гипсовая лангета с металлоконструкцией на правой руке, а также факт изъятия у него образца крови, срезов ногтевых пластин отдельно с правой и левой руки, футболки, трусов, носков (т.2, л.д.108-116).
Согласно протоколу осмотра, <...> у Лопатиной И.Ю. изъяли джинсы, вязаную кофту, тельняшку, кроссовки бело-серого цвета, в которые, с её слов, она была одета в ночь с <...> на <...> в квартире Т. по <...> (т.1, л.д.69-73).
Из протокола осмотра предметов, изъятых с места происшествия и у подсудимой, видно, что при помощи источников криминалистического света «<...>» и «<...>», а также тест-плосок были обнаружены следы вещества бурого цвета, возможно крови, на внутренней части подошвы в районе союзки кроссовки на правую ногу, в носочной части кроссовки на левую ногу, на джинсах - передней левой половине в районе манжета и задней половине в районе правой манжеты в виде капель, изъятых у Лопатиной И.Ю., а также обильные наложения бурого вещества, возможно крови, на одежде с трупов потерпевших: спортивных брюках, футболке, паре носков, трусах Т.; спортивных брюках, футболке, трусах, носках Г.
Также в ходе этого осмотра на брюках потерпевших установлено наличие порезов ткани. У Т. на расстоянии 53,5 см от нижнего края левой передней половины брюк и 9,5 см от наружного шва линейной формы длиной около 2,5 см с аналогичным порезом в проекции указанного пореза на задней половине длиной около 2,3 см, а также на передней правой половине брюк на расстоянии 53,5 см от нижнего края и 8 см от наружного бокового шва линейной формы длиной 2,4 см. У Г. на левой передней половине брюк на расстоянии 49 см от нижнего края и 10,5 см от внутреннего шва длиной 5 см.
При осмотре изъяли смыв с кроссовки на правую ногу, вырезы с кроссовки на левую ногу и джинсов Лопатиной И.Ю. (т.2, л.д.67-97).
Как следует из протоколов получения образцов для сравнительного исследования и выемок у Лопатиной И.Ю. были получены образцы буккального эпителия, пальцев рук и ладоней, произведена выемка образцов крови Т. и Г., одного кожного лоскута от трупа Г. и трёх кожных лоскутов от трупа Т. (т.2, л.д.2-3, 152-155, 178-182).
Исходя из протоколов осмотра, изъятый с места происшествия в квартире Т. нож имел следующие размеры: длину около 29,0 см, клинок из металла серого цвета, рукоять из древесины тёмно-коричневого цвета с тремя заклёпками из металла белого цвета. При этом на клинке ножа установлены следы вещества бурого цвета в виде мазков. Также в ходе данного осмотра осмотрели изъятые с места преступления окурок на фильтре которого имеется надпись «<...>», смывы, образцы крови Т. и Г. на марлевых тампонах, буккальный эпителий Лопатиной И.Ю. (т.2, л.д.124-130, л.д.131-141).
Заключением судебно-медицинской экспертизы № <...> от <...> установлено, что на теле трупа Т. имелись два колото-резаных ранения обеих нижних конечностей: одно сквозное колото-резаное ранение (рана № <...>) передне-внутренней поверхности нижней трети левого бедра с повреждением бедренной артерии и одноимённой вены с интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала; одно слепое колото-резаное ранение (рана № <...>) передней поверхности нижней трети правого бедра с повреждением ветви латеральной огибающей артерии и интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала; кровоизлияния в мягкие ткани в стадии минимальных реактивных изменений (по гистологическим данным). Данные повреждениявызывают расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно (угрожающее жизни состояние) и квалифицируются как влекущее тяжкий вред здоровью человека и состоят в прямой причинной-следственной связи с наступлением смерти.
Непосредственной причиной смерти Т.явилось острое малокровие внутренних органов с системными расстройствами кровообращения вследствие двух колото-резаных ранений обеих нижних конечностей: одного сквозного колото-резаного ранения (рана № <...>) передне-внутренней поверхности нижней трети левого бедра с повреждением бедренной артерии и одноимённой вены с интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала; одного слепого колото-резаного ранения (рана № <...>) передней поверхности нижней трети правого бедра с повреждением ветви латеральной огибающей артерии и интенсивным пропитыванием кровью стенок по ходу раневого канала; кровоизлияния в мягкие ткани в стадии минимальных реактивных изменений (по гистологическим данным).
Вышеуказанные ранения были причинены от двух воздействий одного орудия обладающего колюще-режущими свойствами типа ножа, плоский клинок которого имеет одностороннюю заточку - лезвие и обушок, максимальная ширина погрузившейся части клинка была около 19-21 мм, ранения были причинены через одежду. С учётом характера травмы и данных осмотра активных действий Т. совершать не мог. Время наступления смерти Т. может соответствовать 13-<...>.
При судебно-химическом исследовании в крови от трупа Т. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,76 г/л, что применительно к живым лицам расценивается как состояние тяжёлого отравления этанолом (т.2, л.д.159-171).
Эксперт М. в судебном заседании подтвердил выводы экспертизы № <...> и указал, что у Т. всего имелось два повреждения - слепое ранение (рана № <...>), расположенное по передней поверхности нижней трети правого бедра, и сквозное ранение (состоящее из входной раны № <...> и выходной раны № <...>). Непосредственной причиной смерти Т. явилось острое малокровие внутренних органов вследствие этих двух ранений, приведших к обескровливанию внутренних органов. Указанные им в экспертном заключении кровоизлияния входят в комплекс сквозного колото-резаного ранения, обозначенного как рана № <...> и № <...> передней внутренней поверхности нижней трети левого бедра, самостоятельным повреждением они не являются. При этом сквозная колото-резаная рана, как с указанными кровоизлияниями, так и без них влечёт тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека. Потерпевший после ранения мог жить до 1,5 часов. С учётом характера травмы и данных осмотра места происшествия Т. активных действий совершать после ранений не мог, может предполагать, что он обескровился на том же месте. В его крови обнаружено 3,76 гр/л спирта, что соответствует тяжёлому отравлению. В приказе по классификации вреда не указано, что бедро является жизненно важным органом, а только отдельные сосуды, без указания частей тела.
По заключению судебно-медицинской экспертизы № <...> на теле трупа Г. обнаружено телесное повреждение - одиночное слепое колото-резаное ранение левого бедра в нижней трети по передне-внутренней поверхности с полным пересечением бедренной вены и пересечением бедренной артерии на 25% диаметра, которое образовалось прижизненно за несколько минут до наступления смерти от ударного воздействия предмета, обладающего колюще-режущими свойствами типа ножа, и влечёт за собой тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни применительно к живым лицам и состоит в причинно-следственной связи со смертью Г. Осложнением этого ранения явилась обильная острая кровопотеря, общее артериальное малокровие внутренних органов. Смерть Г. наступила от одиночного слепого колото-резаного ранения левого бедра в нижней трети по передне-внутренней поверхности с полным пересечением бедренной вены и пересечением бедренной артерии на 25% диаметра около 4-5 суток назад на момент осмотра трупа на месте происшествия. После причинения этого ранения Г. не мог передвигаться из-за обильной острой кровопотери, что подтверждается характером пятен крови на одежде, теле и месте происшествия вокруг трупа. Одиночное слепое ранение причинено воздействием орудия, обладающего колюще-режущими свойствами, типа ножа, плоский клинок которого имеет одностороннюю заточку - лезвие и обушок, обушок имеет толщину на уровне погружения около 1,9 мм, максимальная ширина погрузившейся части клинка около 19-21 мм. В крови и моче Г. обнаружен этиловый спирт в концентрации в крови 4,4 г/л, моче 5,2 г/л, то есть в момент смерти он находился в тяжёлом алкогольном опьянении в стадии элиминации (выведения) (т.2, л.д.208-220).
Эксперт З. показал суду, что бедро человека не является жизненно важным органом, жизненно важным органом в бедре являются бедренная артерия и бедренная вена. Повреждение магистральных сосудов влечёт за собой обильную, острую кровопотерю и без медицинской помощи заканчивается смертью. Основной причиной смерти Г. является одиночное слепое колото-резаное ранение, а непосредственной причиной смерти его осложнение - обильная острая кровопотеря, общее артериальное малокровие внутренних органов. Это логическая цепочка, они связаны между собой прямыми причинно-следственными связями, что позволяет установить причинно-следственную связь со смертью. Обильная кровопотеря мешала передвигаться Г. так как повреждение магистрального сосуда вызывает резкое падение кровяного давления и соответственно потерю сознания. К тому же Г. находился в состоянии тяжёлого алкогольного опьянения в стадии элиминации, при которой люди практически не в состоянии критически относиться к сложившейся ситуации и повреждениям. Обыватель не знает настолько анатомию тела, чтобы знать, где проходят артерия и вена, даже врачу очень тяжело прицелиться, чтобы попасть в неё. После нанесения повреждения потерпевший не перемещался, об этом говорят характер повреждений, следы крови на одежде и на месте происшествия.
Заключениями медико-криминалистических экспертиз № <...>-МК, № <...>-МК соответственно установлено, что колото-резаные повреждения № <...> в представленных препаратах кожного покрова из области нижней третьей правого и левого бедер от трупа Т. могли образоваться от двух воздействий представленного на экспертизу ножа, а колото-резаное повреждение на препарате кожного покрова от трупа Г. от однократного воздействия представленного на экспертизу ножа (т.2, л.д.187-203, 229-242).
Исходя из заключения молекулярной генетической экспертизы на клинке представленного на экспертизу ножа, изъятого с места происшествия, обнаружены следы крови человека, которые произошли от Т., а на его рукояти клетки эпителия, которые вероятно произошли за счёт смешения биологического материала троих лиц - Г., Т. и Лопатиной И.Ю. На окурке выявлены следы, содержащие слюну, которые произошли за счёт смешения биологического материала Г. и Лопатиной И.Ю. На фрагменте ткани с вырезом с левой кроссовки (объект № <...>), на фрагменте ткани с вырезом манжеты правой задней половины джинсов (объект № <...>) обнаружены следы крови человека, которые произошли от Г. На фрагменте ткани с вырезом с манжеты левой передней половины джинсов (объект № <...>) обнаружены следы крови человека, которые произошли от Т. (т.3, л.д.30-68).
По заключению биологической экспертизы в смыве № <...>, изъятого с места происшествия, обнаружена кровь человека с групповыми антигенами А, Н, N, что не исключает происхождение данной крови от потерпевшего Т. и Г. В смыве с ложа трупа Т. обнаружена кровь человека с групповыми антигенами А, Н, N, P+, свойственными Т., что не исключает её происхождение от Т. и Г. В смыве с ложа трупа Г. обнаружена кровь человека группы АВ с содержанием антигена Н, что не исключает её происхождение как от самого Г., так и от Т. Происхождение крови во всех трёх смывах от обвиняемой Лопатиной И.Ю. исключено (т.3, л.д.73-76).
Согласно протоколуосвидетельствования от <...> на теле Лопатиной И.Ю. обнаружены две ссадины на левой лобной области - одна слегла дугообразной формы выпуклая кверху и кнаружи, вторая линейная, на 1 см кверху и кнутри от внутреннего конца предыдущего повреждения, а также кровоподтёк округлой формы с наличием припухлости в теменной области, округлый кровоподтёк буро-зелёного цвета в левой позвоночной области на уровне 10 грудного позвонка, ссадина на левой голени в средней трети по передней поверхности овальной формы (т.1, л.д.75-82).
Заключением стационарной комплексной психолого-психиатрической судебной экспертизы № <...> от <...> установлено, что Лопатина И.Ю. хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдает и не страдала им в период инкриминируемого деяния, также у неё не было какого-либо временного психического расстройства, в том числе и патологического аффекта, она правильно ориентировалась в окружающей обстановке, действий её носили целенаправленный характер, она могла в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время она также может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания, клинических признаков хронического алкоголизма и наркомании не обнаруживает, в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.3, л.д.214-19).
Проанализировав все представленные доказательства, суд приходит к выводу о том, что вина Лопатиной И.Ю. в совершении изложенного в описании преступного деяния преступления установлена совокупностью вышеприведённых доказательств, которые суд полагает относимыми, допустимыми, достоверными и достаточными для разрешения уголовного дела.
Показания Лопатиной И.Ю. суд находит допустимыми и достоверными, поскольку они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в присутствии профессионального защитника, после разъяснения соответствующих статусу прав, в том числе не свидетельствовать против себя самой и положений закона о возможности использования данных показаний в числе доказательств по делу, даже при последующем отказе от них.
Оснований полагать, что Лопатина И.Ю. оговаривает себя, признавая факт нанесения на месте преступления ударов ножом потерпевшим, повлёкших тяжкий вред их здоровью, опасный для жизни, от которых они скончались на месте преступления, не имеется, так как они согласуются с иными доказательствами. Так, по описанию обстановки в квартире Т. при распитии алкоголя, расположению потерпевших и ножа в момент, когда она её покидала, они в целом соответствуют протоколу осмотра места происшествия и показаниям свидетеля М., а сообщённый подсудимой способ нанесения ударов Т. и Г. ножом совпадает с дислокацией телесных повреждений на их трупах, зафиксированной в протоколе осмотра места происшествия и заключениях судебно-медицинских экспертиз. Кроме того, по обстоятельствам нанесения ножевых ранений потерпевшим они согласуются и с заключениями криминалистических экспертиз о механизме образования имевшихся у Т. и Г. телесных повреждений - причинении им колото-резаных ранений воздействием изъятого на месте происшествия из руки Г. ножа. В свою очередь заключением молекулярной генетической экспертизы на клинке данного ножа установлено наличие следов крови человека, произошедшей от Т., а также клетки эпителия на его рукояти вероятно произошедшие за счёт смешения биологического материала Г., Т. и Лопатиной И.Ю., а на изъятых у Лопатиной И.Ю. кроссовках и джинсах следы крови, произошедшие как от Г., так и от Т. При этом совокупность судебно-медицинских и криминалистических экспертиз подтверждает, что смерть Т. и Г. являлась насильственной и наступила в результате тех ранений, которые образовались от воздействия ножа, обнаруженного на месте происшествия.
То, что свидетели Б., Г., Б. и В. не видели следов крови на Лопатиной И.Ю. не ставит под сомнение протоколы осмотров, в ходе которых на кроссовках и пиджаке таковые были выявлены, поскольку обнаружены они были при использовании специальных технических средств, которые в распоряжении свидетелей отсутствовали.
Правдивыми суд считает и показания Лопатиной И.Ю. о возникновении конфликта с Т. и Г. в период совместного распития спиртного из-за принуждения ими подсудимой к половому акту и удерживании с этой целью в квартире, поскольку непосредственно после преступления ночью <...> она сообщила Б., что убила двух мужчин из-за того, что они хотели её изнасиловать.
Само по себе мнение Т. о невозможности совершения таких действий со стороны отца иотсутствие на шее Л. следов от удушения в момент освидетельствования, как и повреждения правых рук потерпевших, не опровергают показаний подсудимой в этой части, так как осматривалась она через несколько дней после имевших место событий. При этом в ходе освидетельствования у Лопатиной И.Ю. были выявлены ссадины и кровоподтёки на тех участках тела, которые она обозначила как места попадания брошенной в неё Г. кружки и удара о стол после толчка Т., при их притязаниях.
Сомнений в объективности показаний потерпевших Т. и Г. об известных им обстоятельствах по делу, а также свидетелей на предварительном следствии, показания которых оглашены судом в порядке ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя, не имеется, поскольку они согласуются с показаниями Лопатиной И.Ю. и материалами дела, складывая истинную картину произошедшего.
Каких-либо оснований для оговора Лопатиной И.Ю. со стороны потерпевших и свидетелей суд не установил. О наличии неприязненных отношений с их стороны к подсудимой и какой-либо заинтересованности в исходе дела не заявлялось и судом такие обстоятельства не выявлены.
Поводов усомниться в выводах произведённых по делу экспертиз, выполненных экспертами - специалистами в соответствующих областях знаний по каждой из них, имеющих необходимое профильное специальное образование и значительный стаж работы по специальности, нет. Кроме того, эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения и в исходе дела они не заинтересованы. Выводы экспертиз обоснованы, научно аргументированы, оформлены в соответствии с требованиями ст. 204 УПК РФ, при их проведении соблюдены предъявляемые к ним уголовно-процессуальным законом требования.
Данные экспертами показания в судебном заседании суд также полагает достоверными. Они не противоречат их экспертным заключениям, а разъясняют и дополняют последние, что предусмотрено уголовно-процессуальным законом.
Все осмотры места происшествия и предметов, а также выемки производились с соблюдением предъявляемых к ним УПК РФ требований.
Исследованные судом заключение дактилоскопической экспертизы о принадлежности четырёх следов рук, изъятых с места преступления, Т. (т.3, л.д.85-93) и протокол осмотра квартиры Б., указывающий на расположение последней и её обстановку (т.1, л.д.158-171) не являются доказательствами, свидетельствующими о виновности либо невиновности Лопатиной И.Ю. в совершении преступления, поэтому не принимаются судом во внимание при установлении доказанности её вины.
Государственный обвинитель в судебном заседании просил переквалифицировать действия Лопатиной И.Ю. с п. «а» ч. 2 ст. 105 УК РФ на ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении двух лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевших.
Принимая обязательный для него отказ государственного обвинителя от обвинения в сторону его смягчения, а также соглашаясь с его доводами, суд квалифицирует действия Лопатиной И.Ю. по ч. 4 ст. 111 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершённое с применением предмета, используемого в качестве оружия, в отношении двух лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевших.
Давая такую правовую оценку действиям виновной, суд исходит из того, что целью нанесения ударов, согласно признанным достоверными, показаниям Лопатиной И.Ю. было обездвижить потерпевших, чтобы самой уйти из квартиры, а не причинить им смерть. При этом удары Лопатина И.Ю. потерпевшим нанесла только в область ног - Г. один удар в бедро, Т. два удара - по одному в правое и левое бедра. В судебном заседании эксперты пояснили, что бедро человека не рассматривается как жизненно важный орган, а находящиеся внутри бедренная артерия и бедренная вена располагаются таким образом, что обнаружить их затруднительно даже для медика. Иных повреждений, в том числе в жизненно важные органы, подсудимая потерпевшим не наносила.
Указанные обстоятельства не позволяют суду сделать вывод о направленности умысла подсудимой на умышленное причинение смерти двум лицам. Достаточной совокупности доказательств, подтверждающих умысел Лопатиной И.Ю. на убийство Т. и Г., не имеется.
Между тем, удары Лопатина И.Ю. наносила целенаправленно, а не случайно, и при этом использовался нож, обладающий повышенной поражающей и травмирующей способностью, что в совокупности указывает на то, что она имела умысел на причинение тяжкого вреда здоровью Т. и Г., а по отношению к смерти потерпевших её действия являются неосторожными, так как она не предвидела возможности наступления их смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть эти последствия.
Смерть Т. наступила от острого малокровия внутренних органов с системными расстройствами кровообращения вследствие двух колото-резаных ранений обеих нижних конечностей, а Г. от одиночного слепого колото-резаного ранения левого бедра в нижней трети по передне-внутренней поверхности с полным пересечением бедренной вены и пересечением бедренной артерии на 25% диаметра, что согласно заключения судебно-медицинской экспертизы и показаний эксперта З. привело к обильной острой кровопотере и общему артериальному малокровию внутренних органов, являющихся его осложнением.
Действия виновной, совершённые с одной целью, в одном месте и без разрыва во времени, повлекшие смерть двух потерпевших образуют единое преступление и подлежат квалификации по одной статье ч. 4 ст. 111 УК РФ.
Отсутствие в обвинительном заключении указания на значащиеся в экспертом заключении кровоизлияния в мягкие ткани в стадии минимальных реактивных изменений (по гистологическим данным) не ставит под сомнение выводы суда о виновности Лопатиной И.Ю., так как независимо от их наличия либо отсутствия два колото-резаных ранения нижних конечностей, в состав одного из которых по показаниям эксперта они входят, влекут тяжкий вред здоровью человека и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти Т. Их отсутствие либо наличие на тяжесть причинённого вреда и их последствия не влияет.
Оснований для квалификации действий Лопатиной И.Ю. по иным составам преступлений, в том числе ст. 107 УК РФ и ст. 114 УК РФ, о чём ходатайствовала сторона защиты, не имеется.
Исходя из заключения судебно-психиатрической экспертизы по делу Лопатина И.Ю. в период совершения преступления в каком-либо временном психическом расстройстве и патологическом аффекте не находилась. Тем самым сильным душевным волнением её действия обусловлены не были.
Также суд находит несостоятельными доводы о причинении тяжкого вреда здоровью потерпевших в условиях необходимой обороны. В соответствии со ст. 37 УК РФ необходимая оборона имеет место в тех случаях, когда лицо защищается от общественно опасного посягательства, которое сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Защита от посягательства, не сопряжённого с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено умышленных действий, явно несоответствующих характеру и опасности посягательства.
Доказательств, свидетельствующих о наличии со стороны потерпевших противоправного посягательства на жизнь и здоровье подсудимой в момент нанесения им ударов ножом, отвечающего критериям реальности, непосредственности, действительности, судом не установлено. Напротив, из их совокупности установлено, что подобного рода насилие или угроза его применения по отношению к Лопатиной И.Ю. в момент совершения преступления подсудимой отсутствовали. Как указала сама Лопатина И.Ю., с того момента как Т. повалил её и душил, склоняя к половой связи, и до нанесения ударов ножом потерпевшим, прошло около часа, в течение которого они втроём распивали спиртное, Т. с Г. разговаривали между собой, насилия к Лопатиной И.Ю. не применяли и угроз убийством либо причинением тяжкого вреда здоровью в её адрес не высказывали. Тем самым каких-либо противоправных или активных действий непосредственно перед нанесением им подсудимой ударов потерпевшими не совершалось.
На отсутствие каких-то активных противоправных действий по отношению к подсудимой в момент причинения им ножевых ранений указывает и то, что трупы Т. и Г. обнаружены там же, где по показаниям Лопатиной И.Ю. они располагались в ходе распития спиртного. То есть, когда Лопатина И.Ю. вооружилась ножом и нанесла удары Т. сидел в кресле, а Г. на полу на подушках, при этом по заключениям судебно-медицинских экспертиз они оба находились в состоянии тяжёлого алкогольного опьянения, что с учётом показаний эксперта снижает двигательные функции человека. Тем самым Лопатиной И.Ю. ничего не угрожало, она не находилась в состоянии необходимой обороны. Мотивом совершённого преступления явилась личная неприязнь подсудимой к потерпевшим, которая возникла на почве имевшего за значительный промежуток времени до момента преступления конфликта, вызванного действиями Т. с Г. по склонению к половому акту, сопровождающихся физическим воздействием. Версия о самообороне является ничем иным как избранным подсудимой способом защиты, направленным на смягчение своей ответственность за содеянное.
Подсудимая Лопатина И.Ю. совершила преступление с применением предмета, используемого в качестве оружия, поскольку наносила удары потерпевшим ножом, то есть предметом которым могли быть и фактически причинены телесные повреждения, опасные для жизни или здоровья.
Учитывая заключение психолого-психиатрической судебной экспертизы о психическом состоянии Лопатиной И.Ю., сведения из справки о том, что она не состоит и не состояла на учёте у врача психиатра-нарколога (т.3, л.д.131), а также её адекватное поведение в судебном заседании, суд признаёт её вменяемой в отношении совершённого преступления.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание Лопатиной И.Ю., суд в соответствии с п. «з», «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признаёт явку с повинной, а также противоправное и аморальное поведение потерпевших, явившееся поводом к совершению преступления.
Отягчающим наказание обстоятельством суд согласно п. «а» ч.1 ст. 63 УК РФ признаёт рецидив преступлений, вид которого является опасным, так как Лопатина И.Ю. совершила умышленное тяжкое преступление при наличии судимости за тяжкое преступление.
Судом совокупностью доказательств установлено, что Лопатина И.Ю. употребляет алкогольные напитки и в момент преступления находилась в состоянии опьянения, вызванном употреблением значительного количества алкоголя, её действия не соответствовали сложившейся обстановке и обычному поведению, что указывает на влияние опьянения на содеянное.
В такой ситуации, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и данные о личности Лопатиной И.Ю., суд приходит к выводу, что именно состояние алкогольного опьянения, в которое подсудимая привела себя сама, сняло внутренний контроль за её поведением и привело к совершению особо тяжкого преступления против личности, поэтому в соответствии с ч.1.1 ст. 63 УК РФ, признаёт отягчающим наказание обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.
Решая вопрос о виде и размере наказания, суд в соответствии со ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, относящегося к категории особо тяжких, обстоятельства его совершения, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, личность подсудимой, которая не имеет иждивенцев, ранее привлекалась к уголовной и административной ответственности, характеризуется УУП ОУУП и ПДН по месту жительства посредственно, как лицо, замеченное в злоупотреблении алкогольной продукции, с места работы, где трудится с <...> <...>, с положительной стороны.
Также суд принимает во внимание влияние наказания на исправление Лопатиной И.Ю. и условия жизни её семьи, недостаточное воздействие на неё предыдущего наказания, и приходит к выводу о том, что исправление подсудимой может быть достигнуто только в условиях изоляции от общества и назначает ей наказание в виде лишения свободы с применением ч. 2 ст. 68 УК РФ и дополнительным наказанием в виде ограничения свободы, которое будет способствовать её исправлению наряду с лишением свободы.
Оснований для назначения наказания по ч. 3 ст. 68 УК РФ и применения ст. 73 УК РФ не имеется.
Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновной, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и её личности, позволяющих применить ст. 64 УК РФ, назначив наказание ниже нижнего предела или более мягкий его вид, суд не находит.
Наличие по делу отягчающих наказание обстоятельств исключает возможность изменения категории преступления на менее тяжкую по правилам ч. 6 ст. 15 УК РФ и применение при назначении наказания положений ч. 1 ст. 62 УК РФ.
В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание Лопатина И.Ю. должна отбывать в исправительной колонии общего режима.
В целях обеспечения исполнения приговора до его вступления в законную силу мера пресечения Лопатиной И.Ю. в виде содержания под стражей изменению или отмене не подлежит.
Согласно ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания Лопатиной И.Ю. под стражей по настоящему делу в период с <...> до дня вступления приговора в законную силу подлежит зачёту в срок отбытия наказания из расчёта один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Заявленный гражданским истцом Т. гражданский иск к Лопатиной И.Ю. о компенсации морального вреда в размере <...> рублей в связи с нравственными страданиями, причинёнными убийством <...>, которого он помогал <...>, подлежит частичному удовлетворению.
Решая вопрос о подлежащей возмещению Г. в счёт компенсации морального вреда денежной сумме, суд принимает во внимание фактические обстоятельства, при которых был причинён моральный вред, степень вины подсудимой, которая по отношению к смерти Г. является неосторожной, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства - характер причинённых гражданскому истцу нравственных страданий, связанных с потерей родного младшего брата, степень их родственных связей и взаимоотношений между собой, материальное положение потерпевшего и его возраст, а также материальное положение подсудимой, которая на момент совершения преступления работала уборщицей, её возраст и семейное положение, отсутствие на иждивении лиц. Также суд учитывает факт противоправного и аморального поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, при определении размера компенсации.
На основании ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, исходя из всех этих обстоятельств, руководствуясь принципом соразмерности и справедливости, суд принимает решение о частичном удовлетворении иска о компенсации морального вреда, заявленного гражданским истцом, на сумму 800000 рублей.
Потерпевшим Т. гражданский иск по делу не заявлен.
По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, признанные таковыми и находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств СУ СК РФ по <...> и ЕАО: нож, смыв с пола около трупа Г., смыв с ложа трупа Г., смыв с ложа трупа Т., брюки Г., брюки Т., окурок от сигареты «<...>», образец слюны обвиняемой Лопатиной И.Ю., образцы крови Г. и Т., футболку, трусы и носки Т., футболку, трусы и носки Г., надлежит уничтожить как не представляющие ценности; джинсы и одну пару кроссовок, принадлежащие Лопатиной И.Ю., возвратить Лопатиной И.Ю.
Вопрос о выплате вознаграждения защитнику, осуществлявшего защиту подсудимой в уголовном судопроизводстве по назначению, разрешён судом отдельным постановлением.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Лопатину И. Ю. признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 12 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
В соответствии со ст. 53 УК РФ при отбывании дополнительного наказания установить Лопатиной И.Ю. ограничения: не изменять место жительства (пребывания) без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания; не выезжать за пределы территории муниципального образования, где осуждённая будет проживать после отбывания лишения свободы, без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы; не уходить из места постоянного проживания (пребывания) в период с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, а также возложить на осуждённую обязанность являться для регистрации один раз в месяц в специализированный государственный орган, осуществляющий надзор за отбыванием осуждёнными наказания в виде ограничения свободы.
Начало срока Лопатиной И.Ю. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
До вступления приговора в законную силу меру пресечения Лопатиной И.Ю. оставить без изменения в виде содержания под стражей.
Зачесть Лопатиной И.Ю. в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с <...> до дня вступления приговора в законную силу, из расчёта один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.
Гражданский иск Г. удовлетворить частично. В счёт компенсации морального вреда взыскать с Лопатиной И.Ю. в пользу Г. <...> (<...>) тысяч рублей.
По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, находящиеся на хранении в камере хранения вещественных доказательств СУ СК РФ по <...> и ЕАО: нож, смыв с пола около трупа Г., смыв с ложа трупа Г., смыв с ложа трупа Т., брюки Г., брюки Т., окурок от сигареты «<...>», образец слюны обвиняемой Лопатиной И.Ю., образцы крови Г. и Т., футболку, трусы и носки Т., футболку, трусы и носки Г., уничтожить; джинсы и одну пару кроссовок, принадлежащие Лопатиной И.Ю., возвратить Лопатиной И.Ю.
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Пятый апелляционный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Новосибирск, ул.Ломоносова, д. 57-а, через суд Еврейской автономной области в течение 15 суток со дня его провозглашения, а осуждённой Лопатиной И.Ю., содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.
В случае подачи апелляционной жалобы, а также в тот же срок со дня вручения осуждённой копии апелляционных представления или жалобы, затрагивающих её интересы, Лопатина И.Ю. вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручать осуществление своей защиты избранному защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.
Председательствующий Е.В. Пышкина