РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
28 августа 2026 года г. Анива Сахалинская область
Анивский районный суд Сахалинской области в составе председательствующего судьи Киекбаевой А.Г., при секретаре Хертек А.Ю.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ри Андрея Хандиновича к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Анивская центральная районная больница им. В.А. Сибиркина» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора, компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Ри А.Х. обратился в суд с исковым заявлением к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Анивская центральная районная больница имени В.А. Сибиркина» о признании незаконным и отмене приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора, взыскании компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований истец указал, что состоит с ответчиком в трудовых отношениях, работает в должности заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина».
Приказом исполняющего обязанности главного врача ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина» № 64-ОД от 25 мая 2026 года к нему применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности послужила жалоба матери несовершеннолетнего пациента ФИО2, изложенная главному врачу учреждения, по результатам рассмотрения которой была проведена служебная проверка.
Согласно выводам комиссии, истцу вменено нарушение требований должностной инструкции, выразившееся в ненадлежащем ведении медицинской документации, отсутствии консультации детского травматолога, ненаправлении несовершеннолетнего пациента в ГБУЗ «Детская областная больница», некорректном внесении антропометрических данных, а также несоответствии лечения клиническим рекомендациям.
С указанным приказом истец не согласен, полагая его незаконным и необоснованным.
Истец указал, что выводы комиссии не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Пояснил, что диагноз пациенту был установлен на основании проведенного обследования, необходимость направления в ГБУЗ «Областная детская больница» отсутствовала, консультации специалистов проводились, в том числе посредством телефонной связи, а назначенное лечение соответствовало состоянию пациента.
Также истец указал, что при проведении служебной проверки он не был надлежащим образом уведомлен о заседании комиссии, возможности дать объяснения непосредственно комиссии не имел, чем было нарушено его право на защиту.
Кроме того, истец ссылался на нарушение работодателем срока привлечения его к дисциплинарной ответственности, установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Считая применение дисциплинарного взыскания незаконным, истец просил с учетом уточнения признать незаконным и отменить приказ исполняющего обязанности главного врача ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина» № 64-ОД от 25 мая 2026 года о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей.
В судебном заседании истец Ри А.Х. исковые требования поддержал в полном объеме, настаивал на их удовлетворении по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика — ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина» Пацева В.В., действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования не признала, просила в их удовлетворении отказать, полагая приказ о применении дисциплинарного взыскания законным и обоснованным, представила письменные возражения на исковое заявление.
В возражениях указано, что Ри А.Х. состоит с ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина» в трудовых отношениях, работает в должности заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга.
В силу занимаемой должности истец обязан обеспечивать организацию работы отделения, контролировать качество оказания медицинской помощи, правильность ведения медицинской документации, осуществлять оценку состояния пациентов и клинических ситуаций, а также выполнять лечебно-диагностические мероприятия в соответствии с установленными требованиями.
Основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности явилась жалоба матери несовершеннолетнего пациента ФИО2, поступившая 08 апреля 2026 года на личном приеме у главного врача учреждения, по вопросу качества оказания медицинской помощи ее сыну в период нахождения на лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина».
По данному факту на основании распоряжения главного врача была проведена служебная проверка в рамках внутреннего контроля качества медицинской помощи.
Согласно выводам комиссии, изложенным в протоколе заседания комиссии по внутреннему контролю качества № 17 от 13 апреля 2026 года, заведующим хирургическим отделением — врачом-хирургом Ри А.Х. были допущены нарушения порядка оказания медицинской помощи несовершеннолетнему пациенту.
В частности, истцом не была проведена телемедицинская консультация с врачом-травматологом ГБУЗ «Детская областная больница». При наличии медицинских показаний после устранения угрожающих жизни состояний несовершеннолетний пациент подлежал переводу в специализированное учреждение для оказания медицинской помощи по профилю «травматология и ортопедия», однако такой перевод организован не был.
Ответчик не согласился с доводами истца о проведении телефонных консультаций с врачами ГБУЗ «Областная детская больница», указав, что такие консультации не подтверждают выполнение предусмотренного порядка оказания медицинской помощи и не заменяют непосредственное участие профильного специалиста.
Кроме того, в ходе проверки были выявлены недостатки ведения медицинской документации, в том числе некорректное внесение антропометрических данных пациента, а также ненадлежащее исполнение истцом обязанностей по контролю качества оказания медицинской помощи.
После проведения проверки у Ри А.Х. были затребованы письменные объяснения, которые не опровергли установленные комиссией обстоятельства.
Относительно довода истца о нарушении срока привлечения к дисциплинарной ответственности ответчик указал, что факт ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей был установлен не в момент обращения матери пациента к главному врачу, а после проведения проверки, изучения медицинской документации и получения заключения по результатам внутреннего контроля качества.
Также ответчик не согласился с доводами истца о несоразмерности примененного взыскания, указав, что при выборе меры дисциплинарной ответственности учитывались характер допущенных нарушений, должностное положение истца, являющегося заведующим структурным подразделением, ответственным за организацию и качество медицинской помощи, а также обстоятельства совершенного проступка.
Ответчик полагал, что применение дисциплинарного взыскания в виде выговора является обоснованным, поскольку допущенные нарушения могли повлиять на качество оказания медицинской помощи несовершеннолетнему пациенту.
В связи с изложенным, ответчик просил отказать Ри А.Х. в удовлетворении исковых требований о признании приказа о применении дисциплинарного взыскания незаконным и отмене, а также о взыскании компенсации морального вреда.
Представитель третьего лица — Межрегионального профессионального союза работников здравоохранения «Голос медицины» Маленко М.А. в судебном заседании с заявленными исковыми требованиями согласилась, поддержала позицию истца. Пояснила, что считает приказ о привлечении Ри А.Х. к дисциплинарной ответственности незаконным, поскольку работодателем не доказано наличие в действиях истца дисциплинарного проступка, а также соблюдение порядка привлечения к дисциплинарной ответственности. В ходе судебного разбирательства не нашли подтверждения выводы работодателя о нарушении истцом клинических рекомендаций и порядка оказания медицинской помощи несовершеннолетнему пациенту. Свидетель ФИО7, являющаяся матерью несовершеннолетнего пациента, не смогла указать конкретных нарушений в действиях врача, а выразила лишь несогласие с проведенным лечением. Заведующий отделением ГБУЗ «Детская областная больница» — главный внештатный специалист Минздрава Сахалинской области подтвердил отсутствие оснований для перевода пациента в ГБУЗ «Областная детская больница», указал на специфику оказания медицинской помощи в регионе и подтвердил факт консультации Ри А.Х. с врачами областного учреждения. Работодателем был нарушен срок привлечения истца к дисциплинарной ответственности, поскольку о жалобе матери несовершеннолетнего пациента главному врачу стало известно 08 апреля 2026 года, тогда как приказ о применении дисциплинарного взыскания издан только 25 мая 2026 года, то есть за пределами установленного статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации месячного срока. При выборе меры дисциплинарного взыскания работодателем не были учтены тяжесть проступка, обстоятельства его совершения, отсутствие ранее наложенных взысканий, наличие у истца поощрений и положительная характеристика. Полагала, что применение к истцу дисциплинарного взыскания в виде выговора является несоразмерным, а причиненный незаконными действиями работодателя моральный вред подлежит компенсации.
В письменных возражениях третьего лица отмечено, что в период нахождения ФИО2 на стационарном лечении с 16 января 2026 года по 28 января 2026 года ФИО8 ежедневно находилась в хирургическом отделении, присутствовала при проведении лечебных мероприятий, осуществляла контроль за оказанием медицинской помощи, проводила беседы с матерью пациента, однако в период лечения не высказывала замечаний относительно выбранной тактики лечения, необходимости перевода пациента в ГБУЗ «Сахалинская областная детская больница» либо иных нарушений.
Последующее привлечение лечащего врача к дисциплинарной ответственности после проведения внутреннего контроля качества свидетельствует о противоречивой позиции работодателя, поскольку непосредственный руководитель, осуществлявший контроль за деятельностью отделения в период лечения пациента, ранее не выявлял нарушений.
При анализе медицинской помощи, оказанной ФИО2, необходимо учитывать положения клинических рекомендаций.
По вопросу установленного диагноза третье лицо указало, что пациенту был установлен диагноз: «вывих левого надколенника. Гемартроз», который был подтверждён результатами рентгенологического исследования.
Действия Ри А.Х. соответствовали имеющимся клиническим данным: после поступления пациента было выполнено вправление вывиха надколенника, проведены пункции коленного сустава с целью эвакуации крови при гемартрозе, назначено консервативное лечение.
Вывод комиссии работодателя о неправильности первоначальной диагностики основан на неверном толковании обстоятельств дела, поскольку рентгенологическое исследование от 16 января 2026 года не подтвердило наличие перелома, а напротив, указало на отсутствие травматических изменений костных структур.
В связи с этим третье лицо указало, что требование работодателя о необходимости лечения пациента исходя из предварительного диагноза бригады скорой медицинской помощи — «перелом» — не соответствует принципам доказательной медицины, поскольку дальнейшая диагностика и лечение должны осуществляться исходя из подтверждённых объективных данных.
Относительно проведения пункций коленного сустава третье лицо указало, что выбранная истцом тактика лечения соответствовала клиническим рекомендациям.
Пункция сустава при гемартрозе является стандартной лечебной процедурой, направленной на эвакуацию крови из полости сустава, уменьшение болевого синдрома и предупреждение развития осложнений.
Назначение нестероидного противовоспалительного препарата кеторолака и физиотерапевтического лечения третье лицо также оценило как соответствующее клинической ситуации и не противоречащее действующим рекомендациям.
По вопросу необходимости перевода пациента в ГБУЗ «Сахалинская областная детская больница» третье лицо указало, что такой вывод работодателя является необоснованным.
Ри А.Х. проводил консультации с профильными специалистами, в том числе посредством телефонной связи, при этом специалисты вышестоящего уровня не установили необходимость экстренного перевода пациента.
Распоряжением Министерства здравоохранения Сахалинской области № 3.13-1065-р от 05 сентября 2025 года предусмотрено, что перевод детей из центральных районных больниц в областную детскую больницу осуществляется после устранения угрожающих жизни состояний по согласованию с профильными специалистами.
Отсутствие перевода пациента в областное учреждение не свидетельствует о нарушении порядка оказания медицинской помощи, поскольку решение о дальнейшем ведении пациента принималось с учётом состояния ребёнка, результатов обследования и консультаций специалистов.
Относительно назначения МРТ коленного сустава третье лицо указало, что данное исследование не являлось обязательным на этапе стационарного лечения.
Согласно клиническим рекомендациям при вывихе надколенника рентгенография является базовым и обязательным методом исследования для исключения костной патологии, тогда как магнитно-резонансная томография применяется преимущественно для оценки повреждений мягкотканных структур, в том числе при наличии соответствующих показаний.
Отсутствие немедленного проведения МРТ не может свидетельствовать о ненадлежащем исполнении истцом трудовых обязанностей.
Выводы комиссии внутреннего контроля качества о наличии нарушений основаны на оценке врачебной тактики лицами, не обладающими специальными познаниями в области детской травматологии.
В составе комиссии отсутствовали специалисты соответствующего профиля, поскольку в неё входили врач акушер-гинеколог, врач-инфекционист и юрисконсульт, в связи с чем объективность оценки действий врача-травматолога вызывает сомнения.
Дисциплинарная ответственность может наступать только при наличии совокупности условий: противоправности поведения работника, его вины и причинной связи между действиями работника и нарушением трудовых обязанностей.
Таких обстоятельств работодателем не доказано.
В связи с изложенным Межрегиональный профессиональный союз работников здравоохранения «Голос медицины» просит суд удовлетворить исковые требования Ри А.Х. в полном объёме, признать незаконным приказ ГБУЗ «Анивская ЦРБ имени В.А. Сибиркина» № 64-ОД от 25 мая 2026 года о применении дисциплинарного взыскания и приобщить представленные письменные возражения к материалам дела.
Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать трудовую дисциплину.
В силу ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Согласно ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
На основании ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.
Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.
За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.
Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.
Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.
Таким образом, в силу приведенных выше норм трудового законодательства, дисциплинарное взыскание может быть применено к работнику за нарушение им трудовой дисциплины, то есть за дисциплинарный проступок.
Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).
Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям.
Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.
Из разъяснений, содержащихся в абзацах 2 и 3 пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, что обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм; в этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что Ри А.Х. состоит с ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. В.А. Сибиркина» в трудовых отношениях, работает в должности заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга.
В соответствии с пунктом 2.1 трудового договора № 705 от 01 сентября 2017 года, заключенному между ГБУЗ «Анивская ЦРБ» и Ри А.Х., работник обязан добросовестно выполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором.
Из пункта 3.1 трудового договора следует, что работодатель вправе требовать от работника добросовестного исполнения обязанностей по трудовому договору, а работник несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение возложенных на него обязанностей.
Согласно пункту 1.3 должностной инструкции заведующий структурным подразделением должен знать Конституцию Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты Российской Федерации в сфере здравоохранения, защиты прав потребителей и санитарно-эпидемиологического благополучия населения; нормативные правовые акты, регулирующие вопросы оборота сильнодействующих, психотропных и наркотических средств; оснащение отделений; теоретические основы избранной специальности; общие вопросы организации хирургической помощи взрослому населению и детям; организацию работы скорой и неотложной медицинской помощи взрослому населению и детям; топографическую анатомию основных областей тела; анатомические особенности детского возраста; основные вопросы нормальной и патологической физиологии при хирургической патологии; взаимосвязь функциональных систем организма и уровни их регуляции; возможные типы их нарушений и принципы лечения в детском возрасте и у взрослых; основы рентгенологии и радиологии; клиническую симптоматику основных хирургических заболеваний у взрослых и детей, их профилактику, диагностику и лечение; принципы подготовки больных к операции и ведение послеоперационного периода; нормативные и методические документы по направлению профессиональной деятельности.
В соответствии с пунктом 3.9 должностной инструкции заведующий структурным подразделением осуществляет контроль за качеством ведения медицинской документации.
Согласно пункту 3.12 должностной инструкции заведующий структурным подразделением контролирует качество оказания медицинской помощи.
В силу пункта 3.14 должностной инструкции заведующий структурным подразделением выполняет перечень работ и услуг для диагностики заболевания, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартами медицинской помощи.
Согласно пункту 3.15 должностной инструкции заведующий структурным подразделением выполняет перечень работ и услуг для лечения заболеваний, состояний, клинических ситуаций в соответствии со стандартами медицинской помощи.
Согласно материалам дела, 08 апреля 2026 года главному врачу ГБУЗ «Анивская ЦРБ» поступило устное обращение матери несовершеннолетнего пациента ФИО2 по вопросу несогласия с качеством оказания медицинской помощи. Факт обращения к главному врачу подтверждён в судебном заседании показаниями допрошенной в качестве свидетеля матери несовершеннолетнего — ФИО7
В связи с указанным обращением главным врачом ГБУЗ «Анивская ЦРБ» издано распоряжение № 19 от 09 апреля 2026 года «О проведении служебной проверки».
В рамках проведенной проверки комиссией по внутреннему контролю качества и безопасности медицинской деятельности 13 апреля 2026 года составлен протокол заседания комиссии № 17.
Из содержания указанного протокола следует, что комиссией рассмотрены медицинская документация, история болезни ФИО2, находившегося на стационарном лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ» в период с 16 января 2026 года по 28 января 2026 года, амбулаторная карта пациента, объяснительная заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга Ри А.Х., а также иные материалы.
Комиссией установлено, что ФИО2, 2010 года рождения, 16 января 2026 года поступил в хирургическое отделение ГБУЗ «Анивская ЦРБ» с диагнозом: вывих надколенника, 20 января 2026 года выставлен диагноз: гемартроз левого коленного сустава.
Согласно протоколу комиссии, пациент был осмотрен медицинскими работниками, проведено рентгенологическое исследование левого коленного сустава, выполнено вправление вывиха надколенника, осуществлялось лечение в условиях хирургического отделения.
Вместе с тем комиссией сделан вывод о наличии нарушений качества оказания медицинской помощи, выразившихся, в том числе, в ненаправлении несовершеннолетнего пациента в специализированное медицинское учреждение - ГБУЗ «Сахалинская областная детская больница», в отсутствии телемедицинской консультации врача-травматолога, а также в недостатках ведения медицинской документации, а именно: в неинформативности записей и некорректном внесении антропометрических данных (рост, вес).
В протоколе комиссии № 17 от 13 апреля 2026 года указано, что в ГБУЗ «Анивская ЦРБ» отсутствуют детские травматологические койки, в связи с чем заведующий хирургическим отделением — врач-хирург Ри А.Х., по мнению комиссии, должен был направить несовершеннолетнего пациента в специализированное учреждение.
Кроме того, комиссией указано на отсутствие подтверждения проведения телемедицинской консультации с врачом-травматологом ГБУЗ «Сахалинская областная детская больница», поскольку сведения о телефонной консультации, изложенные Ри А.Х. в объяснении, документально подтверждены не были.
По результатам проверки комиссией сформулированы выводы о наличии нарушений качества оказания специализированной медико-санитарной помощи несовершеннолетнему пациенту ФИО2 на стационарном этапе в хирургическом отделении и приемном отделении.
В ходе проведения служебной проверки Ри А.Х. было предложено представить письменные объяснения по обстоятельствам, изложенным в протоколе заседания комиссии по внутреннему контролю качества № 17 от 13 апреля 2026 года.
Ри А.Х. представлена объяснительная от 30 апреля 2026 года, в которой он не согласился с выводами комиссии по внутреннему контролю качества.
В объяснении Ри А.Х. указал, что несовершеннолетний ФИО2 находился на лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ» в период с 16 января 2026 года по 28 января 2026 года с диагнозом: вывих левого надколенника, гемартроз левого коленного сустава. При поступлении 16 января 2026 года пациенту было выполнено вправление вывиха надколенника, в последующем диагностирован гемартроз, неоднократно выполнялись пункции коленного сустава, проводилось лечение, включающее кеторол, физиолечение. Пациент консультировался по телефону с детским травматологом, рекомендовано удаление гемартроза, проведение МРТ коленного сустава и консультация детского травматолога при необходимости. Относительно выводов комиссии о наличии нарушений при установлении диагноза Ри А.Х. указал, что диагноз вывиха надколенника был установлен на основании рентгенологического исследования от 16 января 2026 года. Ссылаясь на описание рентгенограммы, Ри А.Х. указал, что в заключении врача-рентгенолога были отражены признаки смещения надколенника книзу и кнаружи, что соответствовало установленному диагнозу.
Также в объяснении Ри А.Х. указал, что антропометрические данные пациента были внесены в медицинскую документацию автоматически из медицинской информационной системы и не имели отношения к правильности лечения пациента.
По поводу консультаций со специалистами Ри А.Х. пояснил, что консультации с врачами-травматологами проводились посредством телефонной связи, что, по его мнению, являлось допустимым способом взаимодействия.
Также Ри А.Х. указал, что показаний для перевода пациента в ГБУЗ «Сахалинская областная детская больница» на момент лечения не имелось, поскольку состояние пациента улучшалось, проводилось лечение, рекомендованное специалистами.
С выводами комиссии по внутреннему контролю качества № 17 от 13 апреля 2026 года Ри А.Х. не согласился, указав на отсутствие в составе комиссии специалистов в области детской травматологии, в связи с чем просил провести независимую оценку случая с привлечением детского травматолога.
14 мая 2026 года ведущим юрисконсультом ГБУЗ «Анивская ЦРБ» Пацевой В.В. подготовлена служебная записка на имя главного врача учреждения.
Из содержания служебной записки следует, что юрисконсультом были изучены распоряжение главного врача № 19 от 09 апреля 2026 года о проведении служебной проверки, протокол заседания комиссии по внутреннему контролю качества № 17 от 13 апреля 2026 года, жалоба матери несовершеннолетнего ФИО2, медицинская документация пациента, объяснительная заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга Ри А.Х., срочный трудовой договор № 705 от 01 сентября 2017 года и должностная инструкция заведующего хирургическим отделением.
В служебной записке указано, что в соответствии с трудовым договором Ри А.Х. обязан добросовестно выполнять возложенные на него трудовые обязанности, а должностной инструкцией предусмотрены обязанности по контролю качества оказания медицинской помощи и ведения медицинской документации.
В качестве нарушения трудовых обязанностей в служебной записке указано ненадлежащее исполнение Ри А.Х. обязанностей заведующего хирургическим отделением, выразившееся, по мнению работодателя, в нарушении порядка оказания медицинской помощи по профилю «травматология и ортопедия» детскому населению Сахалинской области, а также требований должностной инструкции.
Приказом ГБУЗ «Анивская центральная районная больница имени В.А. Сибиркина» от 25 мая 2026 года № 64-ОД «О применении дисциплинарного взыскания» заведующему хирургическим отделением — врачу-хирургу Ри А.Х. применено дисциплинарное взыскание в виде выговора.
Основанием для издания приказа послужили: жалоба матери несовершеннолетнего ФИО2 от 08 апреля 2026 года о несогласии с качеством оказания медицинской помощи несовершеннолетнему пациенту в хирургическом отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ» в период с 16 января 2026 года по 28 января 2026 года; распоряжение главного врача ГБУЗ «Анивская ЦРБ» № 19 от 09 апреля 2026 года о проведении служебной проверки; протокол заседания комиссии по внутреннему контролю качества медицинской деятельности № 17 от 13 апреля 2026 года; уведомление Ри А.Х. о предоставлении объяснений; объяснительная Ри А.Х. от 30 апреля 2026 года; распоряжение Министерства здравоохранения Сахалинской области № 3.13-1065-р от 05 сентября 2025 года; служебная записка ведущего юрисконсульта от 14 мая 2026 года.
В приказе указано, что комиссией по внутреннему контролю качества медицинской деятельности выявлены нарушения качества оказания специализированной медико-санитарной помощи несовершеннолетнему ФИО2 на стационарном этапе в хирургическом отделении и приемном отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ».
Ри А.Х. вменено ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении требований пунктов 3.9, 3.12, 3.14, 3.15 должностной инструкции заведующего хирургическим отделением — врача-хирурга, предусматривающих обязанность осуществлять контроль за качеством ведения медицинской документации, качеством оказания медицинской помощи, проводить мероприятия по диагностике заболеваний, оценке состояния пациента и его лечению в соответствии со стандартами медицинской помощи.
По мнению работодателя, нарушение выразилось в несоблюдении порядка оказания медицинской помощи по профилю «травматология и ортопедия» детскому населению Сахалинской области, утвержденного распоряжением Министерства здравоохранения Сахалинской области № 3.13-1065-р от 05 сентября 2025 года.
В частности, Ри А.Х. вменено, что при отсутствии в ГБУЗ «Анивская ЦРБ» детских травматологических коек он, являясь заведующим хирургическим отделением — врачом-хирургом, не направил несовершеннолетнего ФИО2 в ГБУЗ «Детская областная больница» для оказания специализированной медицинской помощи, чем, по мнению работодателя, нарушил установленный порядок маршрутизации пациента.
Кроме того, Ри А.Х. вменено непроведение телемедицинской консультации с врачом-травматологом ГБУЗ «Областная детская больница». Работодатель указал, что сведения, изложенные Ри А.Х. в объяснительной о консультации с врачом-травматологом посредством телефонной связи, документально не подтверждены.
На основании изложенного работодатель пришел к выводу о ненадлежащем исполнении Ри А.Х. трудовых обязанностей и применил к нему дисциплинарное взыскание в виде выговора.
С приказом № 64/ОД от 25 мая 2026 года Ри А.Х. был ознакомлен под подпись.
Судом исследованы положения Регионального порядка оказания медицинской помощи по профилю «травматология и ортопедия» детскому населению Сахалинской области, утверждённого распоряжением Министерства здравоохранения Сахалинской области от 05 сентября 2025 года № 3.13-1065-р.
Согласно пункту 1 указанного Порядка, он устанавливает правила оказания медицинской помощи детям в возрасте от 0 до 17 лет по профилю «травматология и ортопедия» в медицинских организациях Сахалинской области.
В соответствии с пунктом 2 Порядка медицинская помощь детям оказывается в виде первичной медико-санитарной помощи, скорой медицинской помощи, специализированной, в том числе высокотехнологичной, медицинской помощи.
Пунктом 3 Порядка предусмотрено, что медицинская помощь по профилю «травматология и ортопедия» оказывается в амбулаторных условиях, в условиях дневного стационара, стационарных условиях, а также с использованием телемедицинских технологий.
Согласно пункту 5 Порядка при наличии медицинских показаний к оказанию медицинской помощи, не требующей ее оказания в стационарных условиях, врач направляет пациента в кабинет травматологии и ортопедии медицинской организации для оказания первичной специализированной медико-санитарной помощи.
Первичная специализированная медико-санитарная помощь оказывается врачом-травматологом-ортопедом, а в случае его отсутствия - врачом детским хирургом или врачом-хирургом.
При отсутствии возможности оказания медицинской помощи в рамках первичной медико-санитарной помощи и наличии медицинских показаний пациент направляется в медицинскую организацию, оказывающую специализированную медицинскую помощь.
Пунктом 10 Порядка установлено, что при наличии медицинских показаний, после устранения угрожающих жизни состояний, больные из центральных районных больниц переводятся в отделение травматологии и ортопедии ГБУЗ «Областная детская больница» для оказания специализированной медицинской помощи по согласованию с заведующим отделением травматологии и ортопедии либо дежурным врачом-травматологом-ортопедом. Перевод пациентов без согласования не допускается.
Согласно п.11 Порядка специализированная медицинская помощь оказывается врачами-травматологами-ортопедами в стационарных условиях, а также в хирургических отделениях ЦРБ, имеющих в своем составе травматолого-ортопедические койки, и включает в себя профилактику, диагностику, лечение заболеваний и состояний у детей, требующих использования специальных методов и сложных медицинских технологий, а также медицинскую реабилитацию.
Согласно пункту 1 указанного раздела, якорным учреждением по оказанию медицинской помощи детям в возрасте от 0 до 17 лет по профилю «травматология и ортопедия» является ГБУЗ «Областная детская больница».
Медицинская специализированная, в том числе высокотехнологичная, помощь детям оказывается в следующих формах: плановый амбулаторный прием врача-травматолога-ортопеда консультативно-специализированного отделения, экстренная, неотложная и плановая амбулаторная помощь в кабинете неотложной помощи, экстренная, неотложная и плановая стационарная помощь в отделении травматологии и ортопедии, телемедицинские консультации, а также выезды специалистов в районы области для проведения профилактических осмотров и консультативного приема пациентов.
В соответствии с пунктом 2 указанного раздела при заболеваниях и состояниях, не сопровождающихся угрозой жизни, не требующих экстренной и неотложной медицинской помощи, пациенты с патологией костно-мышечной системы маршрутизируются к врачу травматологу-ортопеду консультативно-специализированного отделения ГБУЗ «Областная детская больница» по направлению врача-травматолога-ортопеда, а в случае его отсутствия — по направлению врача-педиатра, врача детского хирурга либо врача-хирурга других медицинских организаций.
Такое направление осуществляется, в том числе, при необходимости решения вопроса о стационарном лечении, для уточнения диагноза, получения рекомендаций по лечению, проведения диагностических исследований, при отсутствии эффекта от проводимого лечения, при наличии сложной и редкой патологии костно-мышечной системы, а также для решения вопроса о проведении консультации и лечения за пределами Сахалинской области в случае невозможности оказания необходимой специализированной и высокотехнологичной медицинской помощи в условиях региона.
Согласно пункту 7 раздела «Маршрутизация детского населения Сахалинской области по профилю «травматология и ортопедия», при наличии медицинских показаний к госпитализации пациентов из районных медицинских организаций в зависимости от характера и тяжести повреждений, а также особенностей организации помощи осуществляется направление в отделения травматологии и ортопедии, хирургические отделения либо реанимационно-анестезиологические отделения.
При наличии жизнеугрожающих состояний у детей, обратившихся в районные медицинские организации, показана госпитализация в реанимационно-анестезиологическое отделение с проведением экстренной консультации в реанимационно-консультативном центре и отделении травматологии и ортопедии ГБУЗ «Областная детская больница» для согласования тактики лечения, сроков и способа транспортировки пациента.
Специализированная неотложная стационарная помощь детскому населению с травмами костно-мышечной системы в центральных районных больницах должна включать своевременную диагностику и лечение повреждений опорно-двигательного аппарата на основе стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций, закрытые репозиции переломов, вправление вывихов, первичную хирургическую обработку ран, гипсовую и транспортную иммобилизацию, наложение системы скелетного вытяжения, аппаратов наружной фиксации (при наличии оснащения), остеосинтез (при наличии оснащения).
При отсутствии опыта, технического оснащения либо необходимости выполнения сложных вмешательств врачу детскому хирургу, врачу-хирургу, врачу-травматологу-ортопеду необходимо связаться с дежурным врачом травматологом-ортопедом ГБУЗ «Областная детская больница» для получения рекомендаций по тактике диагностики и лечения.
При этом перевод в отделение травматологии и ортопедии ГБУЗ «Областная детская больница» детей с травмами костно-мышечной системы проводится исключительно по договоренности с дежурным врачом травматологом-ортопедом либо с заведующим отделением травматологии и ортопедии.
Вопросы перевода пациентов в экстренном, неотложном и плановом порядке решаются по телефону 22-02-43. Маршрутизация больных в ГБУЗ «Областная детская больница» без согласования не допускается.
Таким образом, положения Регионального порядка предусматривают как возможность оказания специализированной помощи детям с травмами опорно-двигательной системы на уровне районных медицинских организаций, так и направление пациента в ГБУЗ «Областная детская больница» при наличии соответствующих медицинских показаний, необходимости получения специализированной помощи либо после согласования тактики лечения с профильными специалистами. Автоматический перевод каждого ребенка с травмой опорно-двигательного аппарата из центральной районной больницы в ГБУЗ «Областная детская больница» не предусмотрен. Направление пациента в специализированную медицинскую организацию осуществляется при наличии медицинских показаний и после соответствующего согласования со специалистами профильного учреждения.
Судом также исследованы положения клинических рекомендаций «Вывих надколенника» 2024 года, разработанных Ассоциацией травматологов-ортопедов России, согласно которым диагностика данного состояния основывается на данных жалоб пациента, анамнеза, физикального обследования и результатах инструментальных методов исследования.
При подозрении на вывих надколенника всем пациентам рекомендуется проведение рентгенографии коленного сустава в двух проекциях для исключения костно-травматической патологии. При проведении рентгенографии определяется наличие остеохондральных переломов, внутрисуставных тел и иных костных повреждений.
Магнитно-резонансная томография (МРТ) коленного сустава рекомендуется пациентам с подозрением на вывих надколенника для выявления повреждений мягкотканных структур, в том числе повреждения медиальной пателлофеморальной связки (MPFL), повреждений хряща надколенника и наружного мыщелка бедренной кости, а также повреждения внутренней головки четырёхглавой мышцы бедра.
Компьютерная томография (КТ) коленного сустава рекомендуется пациентам, которым планируется оперативное лечение, с целью определения объёма оперативного вмешательства.
Таким образом, клинические рекомендации не предусматривают обязательного выполнения МРТ и КТ коленного сустава каждому пациенту с вывихом надколенника. Необходимость проведения указанных исследований определяется конкретной клинической ситуацией, наличием подозрений на повреждение мягкотканных структур, костных повреждений либо необходимостью подготовки к оперативному лечению.
В части лечения клинические рекомендации предусматривают индивидуальный выбор тактики ведения пациента в зависимости от характера повреждения и наличия осложнений.
При консервативном лечении вывиха надколенника рекомендуется устранение вывиха, проведение иммобилизации нижней конечности от нижней трети голени до верхней трети бедра в положении разгибания коленного сустава, а также использование дополнительной опоры при ходьбе (костылей). Консервативное лечение после первого эпизода вывиха рекомендуется при отсутствии хондральных повреждений, внутрисуставных тел и массивных повреждений мягкотканных структур.
Оперативное лечение показано при наличии соответствующих медицинских показаний, в том числе при значительных остеохондральных повреждениях, наличии внутрисуставных тел, полном отрыве медиальной пателлофеморальной связки от места прикрепления к надколеннику, а также иных состояниях, требующих восстановления повреждённых структур.
При этом клиническими рекомендациями предусмотрено обязательное обеспечение адекватного обезболивания пациента. Для обезболивания при вывихе надколенника рекомендуется применение мультимодальной анальгезии, которая может включать нестероидные противовоспалительные препараты, парацетамол, габапентиноиды и опиоидные анальгетики немедленного высвобождения при наличии показаний. У детей с вывихом надколенника с целью обезболивания рекомендовано применение парацетамола и ибупрофена, а при выраженном болевом синдроме и отсутствии эффекта от указанных препаратов — применение иных анальгетиков при наличии соответствующих показаний.
Следовательно, клинические рекомендации предусматривают не проведение всех возможных диагностических исследований и методов лечения каждому пациенту, а выбор объёма обследования и лечения исходя из конкретной клинической ситуации, результатов осмотра, выявленных повреждений и показаний к определённому виду медицинской помощи.
Как следует из материалов дела, несовершеннолетний ФИО2 16 января 2026 года поступил в ГБУЗ «Анивская ЦРБ» после получения травмы левого коленного сустава во время тренировки.
При осмотре пациента выявлена деформация в области коленного сустава, проведено рентгенологическое исследование, после чего установлен диагноз «вывих левого надколенника». Пациенту выполнено вправление вывиха, проведена иммобилизация конечности.
По результатам рентгенологического исследования от 16 января 2026 года признаков травматических изменений костной структуры, перелома либо нарушения соотношения в суставе выявлено не было. В заключении указано на смещение надколенника книзу и кнаружи, вывих.
После вправления вывиха пациент находился на лечении в хирургическом отделении ГБУЗ «Анивская ЦРБ», осуществлялось наблюдение за состоянием пациента, проводились лечебные мероприятия, в том числе пункции коленного сустава в связи с гемартрозом, обезболивание.
При этом доказательств того, что в период нахождения ФИО2 в ГБУЗ «Анивская ЦРБ» имелись абсолютные медицинские показания к его обязательному переводу в ГБУЗ «Областная детская больница», необходимость проведения оперативного вмешательства либо иные обстоятельства, исключающие возможность оказания необходимой медицинской помощи в условиях районной медицинской организации, ответчиком суду не представлено.
Судом также проверен довод работодателя о неорганизации телемедицинской консультации с врачом-травматологом-ортопедом ГБУЗ «Областная детская больница».
Из содержания Регионального порядка следует, что использование телемедицинских технологий является одним из способов организации медицинской помощи и взаимодействия между медицинскими организациями.
Вместе с тем указанное положение не устанавливает безусловную обязанность медицинского работника организовывать телемедицинскую консультацию при каждом случае обращения пациента с травмой опорно-двигательной системы.
Необходимость проведения такой консультации определяется конкретной клинической ситуацией, состоянием пациента, необходимостью уточнения диагноза, определения дальнейшей тактики лечения либо решения вопроса о маршрутизации пациента.
Из объяснительной Ри А.Х. от 30 апреля 2026 года следует, что в период лечения ФИО2 им проводились консультации с врачами-травматологами ГБУЗ «Областная детская больница» посредством телефонной связи, обсуждалась тактика дальнейшего ведения пациента.
В судебном заседании был допрошен свидетель ФИО9, занимающий должность заведующего отделением травматологии и ортопедии ГБУЗ «Областная детская больница», который также является главным внештатным специалистом Министерства здравоохранения Сахалинской области по профилю «детская травматология и ортопедия».
Свидетель пояснил, что медицинские показания для перевода несовершеннолетнего ФИО2 на третий уровень оказания медицинской помощи в ГБУЗ «Областная детская больница» отсутствовали. По мнению свидетеля, врачом-хирургом ГБУЗ «Анивская ЦРБ» Ри А.Х. тактика ведения пациента была выбрана правильно. Особенностью организации медицинской помощи на территории Сахалинской области является отсутствие в районных медицинских организациях специализированных детских травматологических отделений, в связи с чем дети с травмами опорно-двигательной системы имеют возможность получать медицинскую помощь в условиях хирургических отделений центральных районных больниц в пределах их компетенции. Требование о безусловном переводе пациента из районной медицинской организации в ГБУЗ «Областная детская больница» при отсутствии соответствующих медицинских показаний не соответствует установленному порядку маршрутизации пациентов. Врач-хирург Ри А.Х. обращался в ГБУЗ «Областная детская больница» за консультацией посредством телефонной связи. В ходе консультации было установлено, что состояние несовершеннолетнего ФИО2 являлось стабильным, необходимость перевода в специализированное медицинское учреждение отсутствовала, и была обсуждена тактика дальнейшего ведения пациента. По результатам консультации пациент оставлен для дальнейшего лечения в ГБУЗ «Анивская ЦРБ», что соответствует требованиям Регионального порядка оказания медицинской помощи по профилю «травматология и ортопедия» детскому населению Сахалинской области.
Оценивая представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что в ходе судебного разбирательства не нашёл своего подтверждения факт совершения Ри А.Х. дисциплинарного проступка, то есть виновного, противоправного неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него трудовых обязанностей.
Так, вменяемые истцу нарушения (ненаправление несовершеннолетнего пациента в ГБУЗ «Областная детская больница», непроведение телемедицинской консультации) опровергаются совокупностью исследованных доказательств.
Судом установлено, что необходимость перевода пациента в специализированное учреждение отсутствовала, что подтверждено как письменными материалами дела, так и показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО9 — заведующего отделением травматологии и ортопедии ГБУЗ «Областная детская больница», главного внештатного специалиста Министерства здравоохранения Сахалинской области по профилю «детская травматология и ортопедия». Свидетель прямо указал, что медицинские показания для перевода ФИО2 на третий уровень оказания медицинской помощи отсутствовали, тактика ведения пациента врачом Ри А.Х. выбрана правильно, а консультация с профильным специалистом была проведена посредством телефонной связи, что соответствует Региональному порядку оказания медицинской помощи.
Довод работодателя о непроведении телемедицинской консультации не может быть признан состоятельным, поскольку ни Региональный порядок, ни клинические рекомендации не устанавливают безусловной обязанности организовывать телемедицинскую консультацию при каждом случае вывиха надколенника. Необходимость такой консультации определяется конкретной клинической ситуацией, и в данном случае она отсутствовала.
Кроме того, суд принимает во внимание, что в состав комиссии по внутреннему контролю качества, сделавшей выводы о нарушениях, не входили специалисты в области детской травматологии и ортопедии, а представленные работодателем доказательства не содержат объективных данных, бесспорно подтверждающих виновное неисполнение истцом своих обязанностей.
При таких обстоятельствах суд констатирует, что в судебном заседании факт совершения Ри А.Х. дисциплинарного правонарушения не подтвердился, в связи с чем привлечение его к дисциплинарной ответственности в виде выговора является незаконным.
Согласно части 3 статьи 193 ТК РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.
В подпункте «б» пункта 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий.
Время, предусмотренное частью 3 статьи 193 ТК РФ, должно быть использовано работодателем и на проведение служебной проверки для выявления обстоятельств проступка, обстоятельств, способствовавших его совершению и установлению вины работника. Указанный в части 3 статьи 193 ТК РФ месячный срок является пресекательным, его пропуск свидетельствует о нарушении порядка применения дисциплинарного взыскания.
Из материалов дела следует, что жалоба матери несовершеннолетнего пациента поступила на имя главного врача ГБУЗ «Анивская ЦРБ» 08 апреля 2026 года. Распоряжение о проведении служебной проверки издано 09 апреля 2026 года, заседание комиссии по внутреннему контролю качества проведено 13 апреля 2026 года. Приказ о применении дисциплинарного взыскания издан 25 мая 2026 года.
Таким образом, с момента, когда работодателю стало известно о предполагаемом проступке (08 апреля 2026 года), до момента издания приказа о применении дисциплинарного взыскания (25 мая 2026 года) прошло более одного месяца.
Довод ответчика о том, что факт ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей был установлен не в момент обращения матери пациента к главному врачу, а после проведения проверки, изучения медицинской документации и получения заключения по результатам внутреннего контроля качества, не может быть принят судом во внимание, поскольку в силу приведённых разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации месячный срок исчисляется со дня, когда работодателю стало известно о совершении проступка, а не со дня окончательного оформления результатов проверки.
Доказательств того, что в указанный период имели место обстоятельства, прерывающие течение месячного срока (болезнь работника, пребывание его в отпуске, время, необходимое на учёт мнения представительного органа работников), ответчиком не представлено.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о нарушении работодателем установленного ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации срока привлечения Ри А.Х. к дисциплинарной ответственности.
На основании изложенного, суд приходит к выводу, что приказ ГБУЗ «Анивская центральная районная больница имени В.А. Сибиркина» № 64-ОД от 25 мая 2026 года о применении дисциплинарного взыскания в отношении Ри А.Х. является незаконным и подлежит отмене.
Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, следует, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспеченном безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Поскольку факт нарушения ответчиком трудовых прав работника имел место, у истца имеется право на компенсацию морального вреда.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, тот факт, что моральный вред истцу причинен в результате незаконного привлечения к дисциплинарной ответственности в виде выговора, сведения о котором могли повлиять на его деловую репутацию как медицинского работника и заведующего структурным подразделением медицинской организации, в связи с чем истец переносил переживания, был вынужден обратиться за защитой нарушенных прав в суд, с учетом характера и объема причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, принимая во внимание, что дисциплинарное взыскание не повлекло прекращения трудовых отношений с истцом, иных неблагоприятных последствий, связанных с увольнением либо ограничением права на осуществление профессиональной деятельности, а также руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.
В удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере следует отказать.
Истец в силу пункта 1 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины.
В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. Сибиркина» в бюджет Анивского муниципального округа Сахалинской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6000 рублей, исходя из удовлетворенной части исковых требований неимущественного характера.
Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Ри Андрея Хандиновича к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Сахалинской области «Анивская центральная районная больница им. В.А. Сибиркина» о признании незаконным приказа о наложении дисциплинарного взыскания в виде выговора, компенсации морального вреда,– удовлетворить частично.
Признать незаконным и отменить приказ ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. Сибиркина» № 64-ОД от 25 мая 2026 года о применении к Ри Андрею Хандиновичу дисциплинарного взыскания в виде выговора.
Взыскать с ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. Сибиркина» (ИНН 6510003521) в пользу Ри Андрея Хандиновича (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Взыскать с ГБУЗ «Анивская ЦРБ им. Сибиркина» в бюджет Анивского муниципального округа Сахалинской области государственную пошлину в размере 6000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 11 сентября 2026 года.
Председательствующий судья А.Г. Киекбаева