РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
23 сентября 2026 года г. Анива
Анивский районный суд Сахалинской области в составе:
председательствующего судьи Киекбаевой А.Г., при секретаре судебного заседания Хертек А.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Куклиной Яны Олеговны к Государственному казенному учреждению дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании доплаты за выполнение обязанностей, не обусловленных трудовым договором,
УСТАНОВИЛ:
Куклина Я.О. обратилась в Анивский районный суд Сахалинской области с исковым заявлением к Государственному казенному учреждению дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании доплаты за выполнение обязанностей, не обусловленных трудовым договором, и судебных расходов.
В обоснование заявленных требований истец указала, что состояла с ответчиком в трудовых отношениях, занимала должность медицинской сестры.
В мае 2026 года ее дежурства приходились на 1, 5, 10, 13, 17 и 21 мая.
01 мая 2026 года в вечернее время с 19 часов 15 минут до 19 часов 25 минут она покинула медицинский кабинет на непродолжительное время для того, чтобы проводить своих детей до такси. К моменту ее ухода все воспитанники, кроме одного ребенка, приняли вечерние лекарственные препараты в ее присутствии. На столе оставалась только кассета с лекарственным препаратом «Сонапакс» в дозировке 1/4 таблетки, предназначенная для конкретного воспитанника. Остальные лекарственные препараты находились в запертых ящиках и шкафах.
В период отсутствия она поручила 14-летнему воспитаннику присмотреть за порядком в кабинете до ее возвращения, после чего вернулась и продолжила исполнение трудовых обязанностей.
05 мая 2026 года ею были представлены письменные объяснения по данному факту.
21 мая 2026 года ей было вручено уведомление о заседании комиссии по трудовым спорам, назначенном на 22 мая 2026 года.
С 22 мая 2026 года по 29 мая 2026 года она находилась на листке временной нетрудоспособности.
25 мая 2026 года ответчиком издан приказ № 180-л/с о применении к ней дисциплинарного взыскания в виде увольнения по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. В указанном приказе также содержалось указание подготовить приказ о расторжении трудового договора после выхода истца на работу после закрытия листка нетрудоспособности.
01 июня 2026 года ответчиком издан приказ № 183-л/с об увольнении истца по тому же основанию.
Истец полагает увольнение незаконным, поскольку работодатель принял решение о применении дисциплинарного взыскания в период ее временной нетрудоспособности, чем нарушил требования части 6 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Кроме того, отсутствовали предусмотренные законом основания для увольнения по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку ответчиком не доказано нарушение требований охраны труда, не установлена реальная угроза наступления тяжких последствий, отсутствует причинно-следственная связь между ее действиями и возможными последствиями.
Также истец ссылалась на нарушение порядка привлечения к дисциплинарной ответственности, указывая, что заседание комиссии по трудовым спорам проведено с нарушением требований законодательства, а решение об увольнении было принято работодателем заранее.
Кроме того, работодателем ей поручалось выполнение обязанностей, не входящих в должностные обязанности медицинской сестры, в том числе контроль за соблюдением воспитанниками режима дня, состоянием помещений, проведением прогулок и иные функции, относящиеся к обязанностям воспитателей.
Ссылаясь на изложенные обстоятельства, истец с учетом уточнения исковых требований просила:
- признать незаконными приказ № 180-л/с от 25 мая 2026 года о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения и приказ № 183-л/с от 01 июня 2026 года об увольнении;
- изменить формулировку основания увольнения на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с даты вынесения решения суда;
- взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с 02 июня 2026 года по день вынесения решения суда исходя из среднедневного заработка 4 033 рубля 22 копейки в размере 407 631, 83 руб.;
- взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей;
- взыскать доплату за выполнение обязанностей, не обусловленных трудовым договором, размер которой определить исходя из представленных ответчиком документов, но не менее 20 000 рублей;
- взыскать судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 120 000 рублей.
Истец Куклина Я.О., представитель истца Куклин А.А., допущенный к участию в судебном заседании на основании протокольного определения, в судебном заседании заявленные требования поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Представитель ответчика Се Н.Л., действующая на основании доверенности, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, просила отказать в их удовлетворении, указывая на законность увольнения и наличие оснований для применения дисциплинарного взыскания.
В обоснование письменных возражений изложено, что 27 ноября 2025 года между истцом и ответчиком заключен трудовой договор № 53 (эффективный контракт), согласно которому работодатель обязался предоставить истцу работу, а истец - выполнять трудовую функцию медицинской сестры с 01 декабря 2025 года.
Приказом директора учреждения от 27 ноября 2025 года № 530-л/с Куклина Я.О. принята на работу в детский дом на должность медицинской сестры по внешнему совместительству с 01 декабря 2025 года.
В дальнейшем по заявлению истца от 03 апреля 2026 года о переводе ее на полную ставку и полный рабочий день приказом учреждения от 30 апреля 2026 года № 142-л/с и дополнительным соглашением к трудовому договору от 30 апреля 2026 года № 172 Куклина Я.О. переведена на полную ставку с 01 мая 2026 года.
В соответствии с условиями трудового договора на истца возложено выполнение трудовой функции медицинской сестры, включающей обеспечение инфекционной безопасности, соблюдение санитарно-гигиенического и противоэпидемического режима, осуществление этапов сестринского процесса при уходе за пациентами, своевременное выполнение лечебно-диагностических процедур, оказание неотложной доврачебной помощи, введение лекарственных препаратов в установленном порядке, обеспечение правильного хранения, учета и списания лекарственных препаратов.
Кроме того, на истца возложена обязанность соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, требования охраны труда, правила обращения с лекарственными средствами и иные локальные нормативные акты учреждения. С трудовым договором, должностной инструкцией медицинской сестры, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка и инструкциями по охране труда Куклина Я.О. ознакомлена под роспись.
01 мая 2026 года Куклиной Я.О. допущено нарушение трудовых обязанностей, выразившееся в отсутствии на рабочем месте, оставлении медицинского блока открытым без присмотра, а также оставлении лекарственных препаратов в доступном для воспитанников месте.
В ходе служебной проверки установлено, что 01 мая 2026 года в 14 часов 00 минут дежурным администратором ФИО4 выявлено отсутствие медицинской сестры Куклиной Я.О. на рабочем месте. При этом медицинский блок находился без медицинского работника. Воспитанник пытался обратиться за медицинской помощью, однако медицинская сестра отсутствовала.
После принятия мер по установлению местонахождения медицинской сестры стало известно, что она покинула территорию учреждения. На рабочее место Куклина Я.О. прибыла в 15 часов 40 минут вместе с двумя детьми дошкольного возраста.
01 мая 2026 года после ужина в 19 часов 15 минут воспитанники направились в медицинский блок для приема лекарственных препаратов. Медицинский блок был открыт, однако медицинская сестра отсутствовала. В помещение вошли воспитанники Груздев Артур и Дербеткинa Ангелина, которая взяла находящиеся там лекарственные препараты и приняла их самостоятельно, не дождавшись медицинского работника.
В момент нахождения воспитанников в медицинском блоке Куклина Я.О. отсутствовала, находилась за калиткой учреждения и отправляла своих детей домой на такси. Факт приема воспитанницей лекарственного препарата без присутствия медицинского работника Куклиной Я.О. в ходе разбирательства не оспаривался.
По мнению ответчика, оставление медицинского блока открытым и лекарственных препаратов в доступном для воспитанников месте свидетельствует о нарушении требований нормативных актов, регулирующих обращение с лекарственными средствами, а также требований охраны труда.
Ответчик ссылается на проведение служебного расследования, по результатам которого составлен акт от 22 мая 2026 года, которым установлено наличие в действиях Куклиной Я.О. грубого нарушения трудовых обязанностей.
В связи с нахождением истца на листке временной нетрудоспособности применение дисциплинарного взыскания в виде увольнения произведено после окончания периода нетрудоспособности приказом от 01 июня 2026 № 183-л/с по подпункту «д» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Относительно доводов истца о превышении дежурным администратором ФИО4 должностных полномочий ответчик возражал, поскольку действия администратора соответствовали Положению о дежурном администраторе, предусматривающему контроль соблюдения режимных моментов и присутствия работников на рабочих местах.
Доводы истца о выполнении дополнительной работы ответчиком не признаны, поскольку дополнительное соглашение о выполнении дополнительной работы между сторонами не заключалось, заявление о поручении дополнительной работы истцом не подавалось, согласие работодателя на выполнение такой работы отсутствовало.
Представленные истцом скриншоты переписки, по мнению ответчика, подтверждают лишь наличие замечаний по вопросам исполнения медицинской сестрой должностных обязанностей и не свидетельствуют о поручении истцу дополнительной работы.
На основании изложенного ответчик просил отказать Куклиной Я.О. в удовлетворении исковых требований в полном объеме.
Выслушав стороны, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что 27 ноября 2025 года между Государственным казенным учреждением дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» и Куклиной Я.О. заключен трудовой договор № 53.
Согласно условиям трудового договора Куклина Я.О. принята на должность медицинской сестры. Работа у работодателя являлась для нее работой по совместительству.
Пунктом 1 трудового договора предусмотрено, что работник обязуется лично выполнять работу в соответствии с условиями настоящего трудового договора, а также должностными обязанностями медицинской сестры.
В соответствии с условиями трудового договора медицинская сестра осуществляет, в том числе, обеспечение инфекционной безопасности, выполнение этапов сестринского процесса, оказание доврачебной помощи, ведение медицинской документации, обеспечение правильного хранения, учета и списания лекарственных препаратов.
Согласно пункту 13 трудового договора за выполнение трудовых обязанностей работнику устанавливается заработная плата, состоящая из должностного оклада, повышающих коэффициентов, компенсационных и стимулирующих выплат.
Пунктом 16 трудового договора работнику установлена продолжительность рабочего времени 18 часов в неделю.
Приказом Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» от 27 ноября 2025 года № 530-л/с «О приеме на работу» Куклина Я.О. принята на должность медицинской сестры по внешнему совместительству с 01 декабря 2025 года с должностным окладом 8 377 рублей 00 копеек.
Указанным приказом предусмотрена выплата работнику коэффициента специфики работы за работу в учреждении для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в размере 20%, районного коэффициента и процентной надбавки за работу в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях.
03 апреля 2026 года Куклина Я.О. обратилась к директору ГКУ ДО СО «ЦССУ «Звездный» с заявлением о переводе ее с 01 мая 2026 года на полную ставку и полный рабочий день без изменения должности с установлением заработной платы в соответствии с новыми условиями.
30 апреля 2026 года между сторонами заключено дополнительное соглашение № 172 к трудовому договору № 53 от 27 ноября 2025 года.
Согласно указанному дополнительному соглашению сторонами внесены изменения в трудовой договор, в том числе в пункт 4 договора, согласно которому работа у работодателя является для работника основной.
Также изменен пункт 13 трудового договора в части оплаты труда: установлен должностной оклад в размере 17 705 рублей 00 копеек.
Пункт 16 трудового договора изложен в новой редакции, согласно которой работнику устанавливается продолжительность рабочего времени — 36 часов в неделю.
30 апреля 2026 года работодателем издан приказ № 142-л/с «О переводе на основную работу».
Согласно пункту 1 указанного приказа Куклина Я.О., занимающая должность медицинской сестры по совместительству, с 01 мая 2026 года считается переведенной на основную работу.
Основанием для издания приказа указаны заявление работника и дополнительное соглашение № 172 от 30 апреля 2026 года к трудовому договору № 53 от 27 ноября 2025 года.
В должностной инструкции медицинской сестры, утвержденной директором ГКУ ДО СО «Центр содействия семейному устройству «Звездный» приказом № 46 от 09 января 2024 года, предусмотрены следующие должностные обязанности медицинской сестры учреждения.
Медицинская сестра учреждения выполняет следующие должностные обязанности:
2.1. В рамках трудовой функции организации и работы по проведению медицинских осмотров:
2.1.1. Организовывает проведение профилактических медицинских осмотров воспитанников.
2.1.2. Организовывает проведение периодических медицинских осмотров работников учреждения, контролирует своевременное прохождение работниками периодических медицинских осмотров и диспансеризации.
2.2. В рамках трудовой функции проведения мероприятий по профилактике инфекционных и неинфекционных заболеваний и формированию здорового образа жизни:
2.1.3. Организовывает и проводит профилактические и оздоровительные мероприятия в условиях учреждения с привлечением медицинских работников центров здоровья, центров медицинской профилактики.
2.1.4. Разрабатывает и проводит совместно с воспитанниками, педагогическими работниками мероприятия по реализации программ профилактики хронических неинфекционных заболеваний.
2.1.5. Организовывает и проводит мероприятия по иммунопрофилактике инфекционных болезней в соответствии с национальным календарем профилактических прививок и календарем профилактических прививок по эпидемическим показаниям.
2.1.6. Организовывает утренний фильтр воспитанников с обязательной термометрией в случаях карантина.
2.1.7. Проводит гигиеническое воспитание и обучение, санитарно-гигиеническое просвещение воспитанников учреждения по наиболее распространенным заболеваниям и состояниям.
2.1.8. Проводит совместно с педагогом-психологом и воспитателем учреждения комплекс мероприятий, направленных на благоприятное течение периода адаптации воспитанников.
2.1.9. Организовывает и проводит противоэпидемические (профилактические) мероприятия по предупреждению распространения инфекционных и паразитарных заболеваний в учреждении при возникновении очага инфекции.
2.1.10. Контролирует качество доставляемых в учреждение продуктов питания (выборочно), их правильное хранение и соблюдение сроков реализации.
2.1.11. Отвечает за организацию питания детей в соответствии с возрастными физиологическими потребностями, согласно разработанному и утвержденному меню.
2.2. В рамках трудовой функции проведения анализа медико-статистической информации, ведения медицинской документации:
2.2.1. Ведет медицинскую документацию, в том числе в форме электронного документа.
2.2.2. Составляет план работы и отчеты о своей работе.
2.3. В рамках трудовой функции оказания первичной доврачебной медико-санитарной помощи воспитанникам в неотложной форме:
2.3.1. Распознает состояние здоровья воспитанника, требующего оказания ему медицинской помощи в неотложной форме.
2.3.2. Оказывает первичную доврачебную медико-санитарную помощь воспитанникам в неотложной форме в соответствии с действующими порядками оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями, с учетом стандартов медицинской помощи.
2.3.3. Применяет лекарственные препараты и медицинские изделия при оказании медицинской помощи в неотложной форме (по назначению врача).
2.3.4. Вызывает бригаду скорой медицинской помощи для медицинской эвакуации воспитанника, нуждающегося в оказании медицинской помощи в неотложной форме.
2.3.5. Находится совместно с детьми в медицинской организации при оказании им медицинской помощи в стационарных условиях в течение всего периода оказания медицинской помощи в соответствии с трудовым законодательством и законодательством в сфере охраны здоровья.
2.4. В рамках трудовой функции оказания медицинской помощи в экстренной форме:
2.4.1. Вызывает бригаду скорой медицинской помощи и оказывает медицинскую помощь в экстренной форме при состояниях, представляющих угрозу жизни, в том числе клинической смерти (остановка жизненно важных функций организма человека — кровообращения и (или) дыхания) до приезда бригады скорой медицинской помощи.
2.4.2. Проводит мероприятия базовой сердечно-легочной реанимации.
Кроме того, медицинская сестра обязана соблюдать профессиональную этику, сохранять медицинскую тайну, не допускать распространения сведений конфиденциального характера, своевременно информировать директора и воспитателей Центра о состоянии здоровья воспитанников, проходить предварительные и периодические медицинские осмотры, профессиональную гигиеническую подготовку и аттестацию, вакцинацию в соответствии с национальным календарем профилактических прививок, а также выполнять требования должностной инструкции, правил охраны труда, пожарной безопасности и антитеррористической защищенности в учреждении.
С должностной инструкцией медицинской сестры Куклина Я.О. ознакомлена 27 ноября 2025 года, что подтверждается ее подписью в листе ознакомления.
Согласно инструкции по охране труда для медицинской сестры № 11, утвержденной директором ГКУ ДО СО «ЦССУ «Звездный» 17 мая 2022 года, медицинская сестра при выполнении должностных обязанностей обязана соблюдать требования охраны труда.
Пунктом 1.6 инструкции установлено, что медицинская сестра обязана не допускать на рабочее место посторонних лиц.
В соответствии с пунктом 2.13 инструкции медицинской сестре запрещается оставлять воспитанников в медицинском кабинете и процедурном кабинете без присмотра, а также оставлять без присмотра лекарственные препараты, медицинские приборы и оборудование.
Согласно пункту 3.1 инструкции во время работы медицинская сестра должна быть внимательной, не отвлекаться посторонними делами и разговорами, не отвлекать других работников, выполнять должностные обязанности с соблюдением требований охраны труда.
Пунктом 3.2 инструкции предусмотрено, что во время работы медицинская сестра должна быть вежливой, вести себя спокойно и выдержанно, избегать конфликтных ситуаций, которые могут вызвать нервно-эмоциональное напряжение и отразиться на безопасности труда.
С инструкцией по охране труда медицинской сестры Куклина Я.О. ознакомлена 09 декабря 2025 года, что подтверждается ее подписью в листе выдачи инструкции.
Приказом ГКУ ДО СО «Центр содействия семейному устройству «Звездный» от 25 мая 2026 года № 180-л/с к медицинской сестре Куклиной Я.О. применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения в связи с оставлением лекарственных препаратов в месте, доступном для воспитанников и сотрудников учреждения, созданием реальной опасности причинения вреда их жизни и здоровью, что расценено работодателем как грубое нарушение трудовых обязанностей.
Приказом от 01 июня 2026 года № 183-л/с Куклина Яна Олеговна — медицинская сестра - уволена 01 июня 2026 года за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей - нарушение требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия либо заведомо создавало реальную угрозу таких последствий, в соответствии с подпунктом «д» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
В соответствии с пп. "д" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - установленного комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда нарушения работником требований охраны труда, если это нарушение повлекло за собой тяжкие последствия (несчастный случай на производстве, авария, катастрофа) либо заведомо создавало реальную угрозу наступления таких последствий.
Расторжение трудового договора по названному основанию правомерно в случае наличия одновременно двух обстоятельств: нарушение работником требований охраны труда, установленное комиссией по охране труда или уполномоченным по охране труда, и наличие тяжких последствий таких нарушений либо заведомое создание угрозы наступления подобных последствий и причинно-следственная связь между этими обстоятельствами.
Согласно п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
В силу п. 38 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит. Увольнение работника за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, а также за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей является мерой дисциплинарного взыскания, в связи с чем работодателем должен быть соблюден установленный ст. 193 ТК РФ порядок применения дисциплинарного взыскания (п. 52).
В качестве основания для издания приказа указаны: докладная записка заместителя директора по социально-реабилитационной работе и семейному устройству ФИО4 от 01 мая 2026 года, докладная записка воспитателя ФИО3 от 01 мая 2026 года, объяснительные Куклиной Я.О. от 05 мая 2026 года, акт служебного расследования от 22 мая 2026 года, приказ № 180-л/с от 25 мая 2026 года
Из докладной записки воспитателя 6 группы ФИО3 от 01 мая 2026 года следует, что 01 мая 2026 года в период ее отсутствия, когда она находилась с детьми на лестнице при следовании на мероприятие около 16 часов 00 минут, в группу зашел посторонний ребенок, который прошел через внутреннюю дверь из 3 группы.
После выяснения обстоятельств установлено, что ребенок в группу был направлен его матерью, после чего он был направлен воспитателем в медицинский блок.
В вечернее время, при возвращении с ужина, дети направлялись в медицинский блок для приема лекарственных препаратов. Медицинский блок был открыт, дети находились в нем одни и самостоятельно принимали лекарственные препараты. Воспитанница 6 группы Дербеткина Ангелина выпила лекарство из стаканчика самостоятельно.
В период времени ориентировочно с 19 часов 15 минут до 19 часов 25 минут медицинская сестра находилась за калиткой центра.
Согласно докладной записке заместителя директора по социально-реабилитационной работе и семейному устройству ФИО4 от 01 мая 2026 года, в указанный день она проводила обход групп с 14 часов с целью проверки нахождения воспитанников, их занятости и порядка в группах. В медицинском блоке медицинская сестра отсутствовала. В 14 часов 20 минут один из воспитанников пытался обратиться к медицинской сестре за помощью, однако его обращение осталось без ответа. ФИО4 была предпринята попытка выяснить местонахождение медицинской сестры по телефону, однако связь с ней была недоступна. В столовой центра медицинская сестра также отсутствовала, что подтвердила ФИО13 При звонке фельдшеру центра было установлено, что медицинская сестра Куклина Я.О. убыла за пределы центра. На рабочее место Куклина Я.О. прибыла в 15 часов 40 минут вместе с двумя детьми дошкольного возраста. ФИО4 как дежурный администратор попросила её представить объяснение по факту отсутствия на рабочем месте, на что Куклина Я.О. в грубой форме и повышенном тоне заявила, что имеет право на один час обеденного перерыва, а также что она является тем человеком, с которым ей неприятно работать, и что в понедельник она подаст на неё докладную записку.
4 мая 2026 года директором ГКУ ДО СО «Центр содействия семейному устройству «Звездный» Куклиной Я.О. вручены уведомления о предоставлении письменных объяснений по фактам выявленных нарушений при исполнении трудовых обязанностей 01 мая 2026 года, связанных с отсутствием на рабочем месте, нахождением посторонних лиц и воспитанников в медицинском блоке без присмотра медицинской сестры, самостоятельным приемом воспитанницей лекарственных препаратов, нахождением ребенка дошкольного возраста в 3 группе, а также несоблюдением правил этики и служебного поведения.
В уведомлениях отражено, что указанными действиями нарушены положения правил внутреннего трудового распорядка, коллективного договора и должностной инструкции медицинской сестры. Куклиной Я.О. предложено предоставить письменные объяснения в течение двух рабочих дней.
Куклина Я.О. в письменных объяснениях от 05 мая 2026 года указала, что с доводами, изложенными в уведомлении, не согласна. Подтвердила, что не имела права оставлять своё рабочее место, и обязалась впредь этого не допускать. Пояснила, что дома возникли семейные обстоятельства, в связи с чем она отъехала домой, однако в 15 часов 02 минуты уже находилась на рабочем месте. Указала, что дежурный администратор в присутствии воспитанников и других сотрудников начала кричать и разговаривать грубо. Обязалась в обеденный перерыв не покидать рабочее место и не приводить детей на работу. Пояснила, что в её отсутствие медицинский блок был закрыт; в указанный промежуток времени она вышла проводить своих детей до такси, поскольку они приезжие и их не с кем было оставить, поэтому взяла их с собой на работу. Обязалась впредь не брать своих детей на работу.
Приказом ГКУ ДО СО «Центр содействия семейному устройству «Звездный» от 18 мая 2026 года № 183/1 ошедшего 01 мая 2026 года в медицинском блоке учреждения.
Для проведения служебного расследования создана комиссия в составе: председателя комиссии - ФИО5, заведующей складом; секретаря комиссии - ФИО6, старшего воспитателя; членов комиссии - Се Н.Л., юрисконсульта, ФИО7, заместителя директора по безопасности, ФИО8, заместителя директора по ВР, ФИО9, специалиста по кадрам, ФИО10, секретаря руководителя.
Комиссии поручено провести расследование обстоятельств произошедшего инцидента и подготовить соответствующие материалы по результатам проверки. Контроль за исполнением приказа оставлен за директором учреждения.
В акте служебного расследования от 22 мая 2026 года указано, что на основании приказа о проведении служебного расследования от 18 мая 2026 года № 183/1 комиссией проведена проверка обстоятельств по факту отсутствия 01 мая 2026 года на рабочем месте медицинской сестры Куклиной Я.О., оставления медицинского блока без присмотра медицинским работником, а также приема лекарственных препаратов воспитанницей в отсутствие медицинской сестры.
При рассмотрении докладной записки воспитателя ФИО3 комиссией установлено, что 01 мая 2026 года после ужина, в 19 часов 15 минут, воспитанники направились в медицинский блок для приема лекарственных препаратов.
Медицинский блок в указанное время был открыт, однако медицинская сестра Куклина Я.О. в нем отсутствовала.
В медицинский блок вошли воспитанники Груздев Артур и Дербеткина Ангелина. Находившиеся в медицинском блоке лекарственные препараты были доступны для воспитанников. Дербеткина Ангелина взяла находившиеся там лекарственные препараты и самостоятельно их приняла, не дождавшись медицинской сестры.
В ходе проверки установлено, что в момент нахождения детей в медицинском блоке Куклина Я.О. отсутствовала на территории медицинского блока и находилась за калиткой Центра, куда вышла для отправления своих детей домой на такси.
О том, что Дербеткина Ангелина самостоятельно приняла таблетки, она сообщила воспитателю ФИО3 Данный факт медицинской сестрой Куклиной Я.О. в ходе разбирательства не оспаривался. Куклина Я.О. пояснила, что в медицинском блоке находились только препараты Дербеткиной Ангелины, а иных лекарственных средств, которые она могла бы принять, не было.
Комиссией также установлено, что несовершеннолетняя воспитанница Дербеткина Ангелина принимает препарат «Сонапакс», относящийся к препаратам антипсихотического (нейролептического) действия, прием которого должен осуществляться под наблюдением медицинского персонала.
В связи с отсутствием медицинской сестры в медицинском блоке и оставлением лекарственных препаратов в доступном для воспитанников месте комиссия пришла к выводу, что имелось неисполнение требований нормативных актов, регулирующих обращение с лекарственными средствами, а также требований охраны труда.
Комиссией отмечено, что оставление лекарственных препаратов без контроля медицинского работника создало реальную опасность причинения вреда жизни и здоровью воспитанников.
По результатам служебного расследования комиссия указала, что действия медицинской сестры Куклиной Я.О. могут свидетельствовать о грубом нарушении трудовых обязанностей, поскольку отсутствие контроля за лекарственными средствами и нахождение их в месте, доступном для воспитанников, могло повлечь тяжкие последствия.
По итогам проверки комиссия посчитала возможным применение к Куклиной Я.О. дисциплинарного взыскания в виде увольнения за грубое нарушение трудовой дисциплины.
Факт нарушения требований инструкции по охране труда медицинской сестры, а именно п. 1.6 инструкции, согласно которой медицинская сестра обязана не допускать на рабочее место посторонних лиц и п. 2.13 инструкции, согласно которой медицинской сестре запрещается оставлять воспитанников в медицинском кабинете и процедурном кабинете без присмотра, а также оставлять без присмотра лекарственные препараты, медицинские приборы и оборудование, Куклиной Я.О. в судебном заседании не оспаривался.
Вместе с тем наличие указанного нарушения само по себе не свидетельствует о наличии всех обязательных условий для увольнения по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку для применения данного основания необходимо установление тяжких последствий либо заведомого создания реальной угрозы их наступления.
Из материалов дела следует, что в момент нахождения воспитанников в медицинском блоке там находился лекарственный препарат «Сонапакс» в дозировке 1/4 таблетки, назначенный конкретной воспитаннице Дербетиной Ангелине. Доказательств нахождения в открытом доступе иных лекарственных препаратов, которые могли быть приняты воспитанниками самостоятельно и повлечь тяжкие последствия для их жизни или здоровья, ответчиком не представлено.
Напротив, из объяснений Куклиной Я.О. и иных материалов дела следует, что остальные лекарственные препараты находились в закрытых шкафах и ящиках, а на столе оставалась кассета с препаратом, предназначенным конкретному ребёнку.
При этом Дербетина Ангелина приняла назначенный ей лекарственный препарат в установленной дозировке. Доказательств того, что в результате его приёма наступили какие-либо неблагоприятные последствия для здоровья воспитанницы, потребовалось оказание медицинской помощи, госпитализация либо возникла иная ситуация, свидетельствующая о наступлении тяжких последствий, материалы дела не содержат.
Сам по себе факт нарушения порядка хранения и контроля за лекарственным препаратом, а также отсутствие медицинского работника в медицинском блоке в определённый период времени свидетельствуют о ненадлежащем исполнении Куклиной Я.О. трудовых обязанностей, однако не подтверждают наличие обстоятельств, необходимых для применения специального основания увольнения, предусмотренного подпунктом «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Материалами дела также не подтверждено, что Куклина Я.О., оставляя медицинский блок, осознавала возможность наступления тяжких последствий для воспитанников, предвидела их наступление и сознательно допускала такую возможность либо относилась к ним безразлично.
То обстоятельство, что работник допустил нарушение требований, связанных с обеспечением безопасности воспитанников и обращением с лекарственными препаратами, само по себе не означает заведомого создания реальной угрозы наступления тяжких последствий. Для признания действий работника подпадающими под подпункт «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо установить не только факт нарушения, но и наличие объективной опасности наступления тяжких последствий, а также осознанное отношение работника к возможности их наступления.
Таких обстоятельств по делу не установлено.
Вывод комиссии служебного расследования о том, что оставление лекарственных препаратов без контроля медицинского работника «создало реальную опасность причинения вреда жизни и здоровью воспитанников», основан на общей оценке допущенного нарушения и предположении о возможном наступлении неблагоприятных последствий, однако не подтверждён доказательствами, свидетельствующими о конкретной реальной угрозе наступления тяжких последствий именно в рассматриваемой ситуации.
Не установлено также причинно-следственной связи между действиями Куклиной Я.О. и наступлением каких-либо тяжких последствий. Самостоятельный приём воспитанницей назначенного ей препарата в предусмотренной дозировке не свидетельствует о причинении вреда её жизни или здоровью.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что ответчиком не доказана совокупность обстоятельств, необходимых для увольнения Куклиной Я.О. по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Отсутствие доказательств наступления тяжких последствий либо заведомого создания работником реальной угрозы их наступления исключает возможность применения указанного основания увольнения.
Вместе с тем допущенное Куклиной Я.О. нарушение трудовой дисциплины и требований, предъявляемых к медицинскому работнику, могло являться основанием для применения иного дисциплинарного взыскания, предусмотренного статьёй 192 Трудового кодекса Российской Федерации, однако не образует состава грубого нарушения трудовых обязанностей, влекущего увольнение по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Таким образом, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии у работодателя законных оснований для увольнения истца по указанному основанию.
Доводы истца о незаконности увольнения в связи с тем, что приказ о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения издан в период её временной нетрудоспособности, суд находит несостоятельными по следующим основаниям.
В силу ч. 6 ст. 81 ТК РФ не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.
Как следует из материалов дела, временная нетрудоспособность Куклиной Я.О. имела место в период с 22 мая 2026 года по 29 мая 2026 года.
Приказ Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» № 180-л/с от 25 мая 2026 года, на который ссылается истец, не является приказом об увольнении (прекращении трудового договора). Указанным приказом к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения, при этом этим же приказом предусмотрено подготовить приказ о расторжении трудового договора после выхода истца на работу после закрытия листка нетрудоспособности.
Фактическое прекращение трудовых отношений произведено работодателем приказом № 183-л/с от 01 июня 2026 года, то есть после окончания периода временной нетрудоспособности истца.
В соответствии с ч. 1 ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя. Днём прекращения трудового договора во всех случаях является последний день работы работника, за исключением случаев, когда работник фактически не работал, но за ним в соответствии с ТК РФ или иным федеральным законом сохранялось место работы (должность).
Таким образом, юридически значимым обстоятельством для применения запрета, установленного ч. 6 ст. 81 ТК РФ, является дата прекращения трудового договора, а не дата издания промежуточного акта о применении дисциплинарного взыскания.
На момент издания приказа об увольнении № 183-л/с от 01 июня 2026 года истец на листке временной нетрудоспособности не находилась, поскольку период нетрудоспособности был окончен 29 мая 2026 года. Доказательств того, что на 01 июня 2026 года истец продолжала находиться в состоянии временной нетрудоспособности, в материалах дела не имеется.
Само по себе принятие работодателем решения о применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения в период временной нетрудоспособности работника не тождественно увольнению работника в этот период и не свидетельствует о нарушении ч. 6 ст. 81 ТК РФ, поскольку данная норма запрещает именно увольнение — прекращение трудового договора по инициативе работодателя, а не оформление результатов служебного расследования или принятие решения о привлечении к дисциплинарной ответственности.
При таких обстоятельствах доводы истца о том, что увольнение произведено в период её временной нетрудоспособности, подлежат отклонению как не основанные на материалах дела и неправильном толковании норм трудового законодательства.
Вместе с тем, отклоняя указанный довод истца, суд признаёт оспариваемые приказы незаконными по иному основанию — в связи с отсутствием доказательств того, что допущенное истцом нарушение повлекло тяжкие последствия либо заведомо создавало реальную угрозу их наступления, что исключает увольнение по пп. «д» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Истцом не заявлено требование о восстановлении на работе.
В случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (часть четвертая статьи 394 Трудового кодекса РФ).
Если в случаях, предусмотренных статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя (часть седьмая статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
Из представленных ответчиком сведений о трудовой деятельности, предоставляемых из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации следует, что с 15 июня 2026 года Куклина Я.О. принята на работу в Федеральное государственное казенное учреждение «441 военный госпиталь» Министерства обороны Российской Федерации на должность медицинской сестры палатной (постовой) терапевтического отделения.
В судебном заседании истец факт трудоустройства не оспаривала.
С учетом установленных обстоятельств, а также того, что с 15 июня 2026 года Куклина Я.О. вступила в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения при изменении формулировки основания увольнения подлежит определению 14 июня 2026 года, то есть днем, предшествующим дню приема на новую работу.
Таким образом, формулировка основания увольнения Куклиной Я.О. подлежит изменению с увольнения по подпункту «д» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по собственному желанию по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации с датой увольнения 14 июня 2026 года.
На ответчика подлежит возложению обязанность внести в трудовую книжку Куклиной Я.О. запись об увольнении по собственному желанию в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с 14 июня 2026 года.
Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы (ч. 2 ст. 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
Поскольку изменено основание и дата увольнения, в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула с 02 июня 2026 года по 14 июня 2026 года.
В соответствии с п. 18 трудового договора № 53 от 27 ноября 2025, дополнительного соглашения к нему истцу установлен сменный график работы с продолжительностью рабочего времени 36 часов в неделю.
При указанном режиме работы применяется суммированный учёт рабочего времени, а оплата времени вынужденного прогула производится исходя из среднечасовой заработной платы.
Согласно справке ответчика от 18 сентября 2026 года среднечасовая заработная плата Куклиной Я.О. составляет 560 рублей 20 копеек.
За 01 июня 2026 года истцу выплачена заработная плата за 7,2 часа.
Исходя из условий трудового договора, установленного истцу сменного графика работы и нормы рабочего времени при 36-часовой рабочей неделе, судом произведён расчёт количества часов, подлежащих оплате за период вынужденного прогула с 02.06.2026 по 14.06.2026 включительно, согласно которому указанное количество составляет 64,8 часов (36+36-7,2)
Таким образом, средний заработок за время вынужденного прогула составляет: 64,8 часов ? 560,20 руб. = 36 300 рублей 96 копеек.
Указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.
В силу ст. 60 Трудового кодекса Российской Федерации, запрещается требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату (статья 151 настоящего Кодекса).
Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Поручаемая работнику дополнительная работа по такой же профессии (должности) может осуществляться путем расширения зон обслуживания, увеличения объема работ. Для исполнения обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику может быть поручена дополнительная работа как по другой, так и по такой же профессии (должности).
Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.
Работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три рабочих дня.
В соответствии со ст. 151 Трудового кодекса Российской Федерации, при совмещении профессий (должностей), расширении зон обслуживания, увеличении объема работы или исполнении обязанностей временно отсутствующего работника без освобождения от работы, определенной трудовым договором, работнику производится доплата.
Размер доплаты устанавливается по соглашению сторон трудового договора с учетом содержания и (или) объема дополнительной работы.
Таким образом, действующим законодательством предусмотрено, что для установления совмещения работник должен представить работодателю свое письменное согласие на совмещение, после чего стороны должны заключить соглашение, в котором будет установлен размер доплаты.
Истец в исковом заявлении ссылается на то, что работодателем на нее дополнительно возлагалось выполнение обязанностей, не предусмотренных должностной инструкцией медицинской сестры.
В подтверждение данного довода истцом представлены скриншоты переписки в рабочем чате, из которых, по ее мнению, следует, что директор учреждения требовала от медицинских работников, в том числе от нее, выполнения обязанностей, относящихся к деятельности воспитателей и младших воспитателей, а именно: осуществления контроля за мытьем рук детей в столовой, контроля уборки, состояния групп, вещей, шкафов, обуви, контроля за проведением банных процедур, состоянием белья, ногтей, волос детей, контроля прогулок, соблюдения режима дня и санитарных требований, а также организации контроля за работой воспитателей и младших воспитателей.
Вместе с тем из представленных доказательств не следует, что на истца возлагалось выполнение самостоятельной дополнительной трудовой функции, не предусмотренной условиями трудового договора и должностной инструкцией медицинской сестры.
Согласно должностной инструкции медицинской сестры, с которой Куклина Я.О. была ознакомлена при приеме на работу, в обязанности медицинского работника входили, в том числе, осуществление контроля за санитарно-эпидемиологическим состоянием учреждения, соблюдением санитарных требований, условий пребывания воспитанников, организацией профилактических мероприятий, состоянием здоровья детей, а также проведение санитарно-гигиенического воспитания и просветительной работы.
Кроме того, медицинская сестра учреждения несет ответственность за жизнь и здоровье воспитанников в период нахождения на рабочем месте, обязана соблюдать требования санитарных правил, контролировать соблюдение санитарно-гигиенических требований и принимать меры, направленные на предупреждение заболеваний и сохранение здоровья детей.
Таким образом, осуществление медицинской сестрой контроля за соблюдением санитарно-гигиенических требований, состоянием здоровья воспитанников, соблюдением правил личной гигиены детей и условий их пребывания в учреждении непосредственно связано с исполнением ее трудовых обязанностей и не свидетельствует о выполнении работы по иной должности.
Само по себе получение медицинским работником указания о необходимости обратить внимание на отдельные вопросы санитарного состояния, режима пребывания воспитанников либо организации профилактических мероприятий не свидетельствует о поручении ей дополнительной работы в порядке статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку доказательств возложения на Куклину Я.О. обязанностей воспитателя или младшего воспитателя, установления дополнительного объема работы либо изменения трудовой функции, а также выполнения истцом трудовой функции по другой должности, в материалах дела не имеется.
Представленные истцом скриншоты переписки подтверждают лишь наличие рабочих поручений и обсуждение вопросов организации деятельности учреждения, однако не свидетельствуют о систематическом привлечении истца к выполнению обязанностей, не входящих в ее трудовую функцию.
При таких обстоятельствах доводы истца о систематическом возложении на нее несвойственных функций и дискриминации своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании доплаты за выполнение обязанностей, не предусмотренных должностной инструкцией медицинской сестры не имеется.
Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33, следует, что работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспеченном безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
В абзаце четвертом пункта 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Из изложенного следует, что работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав неправомерными действиями или бездействием работодателя. Определяя размер такой компенсации, суд не может действовать произвольно. При разрешении спора о компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника суду необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.
Поскольку факт нарушения ответчиком трудовых прав работника имел место, у истца имеется право на компенсацию морального вреда.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, тот факт, что моральный вред истцу причинен в результате незаконного применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения, в связи с чем истец переносил переживания, связанные лишением права трудиться, получать заработную плату, был вынужден обратиться за защитой нарушенных прав в суд, с учетом характера и объема причиненных истцу нравственных страданий, степени вины ответчика, личностных особенностей истца, влияющих на перенесение страданий, а также руководствуясь принципом разумности и справедливости, суд считает возможным определить компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворён частично, судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по её письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как следует из материалов дела, между Куклиной Я.О. и ее супругом Куклиным А.А. заключён договор об оказании юридических услуг № 01/2026 от 01 июня 2026 года, по условиям которого исполнитель обязался оказать юридические услуги по представлению интересов заказчика в суде по настоящему гражданскому делу. Стоимость услуг определена в размере 120 000 рублей. Факт оплаты подтверждён распиской от 01 июня 2026 года.
Само по себе наличие брачных отношений между истцом и представителем не исключает возможности взыскания судебных расходов при подтверждении факта оказания услуг и их оплаты.
При определении размера подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд учитывает характер и сложность рассмотренного гражданского дела, объём выполненной представителем работы (составление искового заявления, уточнение исковых требований, участие в судебных заседаниях), время, затраченное на подготовку к делу, количество судебных заседаний, в которых принимал участие представитель, а также принцип разумности и справедливости, позволяющий, с одной стороны, возместить расходы, фактически понесённые истцом, а с другой — не допустить неосновательного обогащения и необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя.
Оценив представленные доказательства, учитывая частичное удовлетворение иска, а также то, что заявленная сумма расходов в размере 120 000 рублей является явно завышенной и не соответствует объёму и сложности выполненной представителем работы, суд считает разумным и справедливым взыскать с ответчика в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных расходов на оплату услуг представителя суд отказывает.
Истец в силу пункта 1 части 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины.
В соответствии со статьей 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет Анивского муниципального округа Сахалинской области подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7000 рублей, исходя из удовлетворенной части исковых требований неимущественного и имущественного характера.
Руководствуясь статьями 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Куклиной Яны Олеговны к Государственному казенному учреждению дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» о признании увольнения незаконным, изменении формулировки основания увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, взыскании доплаты за выполнение обязанностей, не обусловленных трудовым договором, — удовлетворить частично.
Признать незаконным приказ Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» № 180-л/с от 25 мая 2026 года «О применении меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения» в отношении Куклиной Яны Олеговны.
Признать незаконным приказ Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» № 183-л/с от 01 июня 2026 года «Об увольнении» Куклиной Яны Олеговны.
Изменить формулировку и дату увольнения Куклиной Яны Олеговны с должности медицинской сестры Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» на формулировку: увольнение по собственному желанию в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, дату увольнения: 14 июня 2026 года.
Возложить на Государственное казенное учреждение дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» обязанность внести изменения в трудовую книжку Куклиной Яны Олеговны, указав сведения об увольнении по собственному желанию в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с 14 июня 2026 года.
Взыскать с Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» (ИНН 6510004331) в пользу Куклиной Яны Олеговны(СНИЛС 121-087-706 26) средний заработок за время вынужденного прогула за период с 02 июня 2026 года по 14 июня 2026 года в размере 36 300 рублей 96 копеек, компенсацию морального вреда в размере 25 000 рублей, расходы за услуги представителя в размере 30 000 рублей.
В удовлетворении требований Куклиной Яны Олеговны о взыскании доплаты за выполнение обязанностей, не обусловленных трудовым договором, отказать.
Взыскать с Государственного казенного учреждения дополнительного образования Сахалинской области «Центр содействия семейному устройству «Звездный» в доход бюджета муниципального образования Анивский муниципальный округ государственную пошлину в размере 7000 рублей.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Сахалинский областной суд через Анивский районный суд Сахалинской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 07 октября 2026 года.
Председательствующий судья А.Г. Киекбаева