РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
3 июня 2026 года село Верхневилюйск
Верхневилюйский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующей врио. судьи Верхневилюйского районного суда Республики Саха (Якутия) – судьи Сунтарского районного суда Республики Саха (Якутия) Верховцевой Л.С., при секретаре судебного заседания Ивановой Е.И., с участием старшего помощника прокурора Верхневилюйского района Республики Саха (Якутия) Расторгуевой А.А., истца Ксенофонтовой А.С., представителя ответчика директора МБДОУ «ЦРР – детский сад «Ыллыкчаан» Романовой Н.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Ксенофонтовой А. С. к Муниципальному бюджетному дошкольному образовательному учреждению «Центр развития ребенка – детский сад «Ыллыкчаан» Муниципального района «Верхневилюйский улус (район)» Республики Саха (Якутия) о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Ксенофонтова А.С. обратилась в суд с вышеуказанным иском, указав, что с 10 сентября 2024 года она работала в должности воспитателя в детском саду «Ыллыкчаан» на основании срочного трудового договора. В декабре 2024 года она забеременела, ДД.ММ.ГГГГ у неё родилась дочь П.. Она ушла в отпуск по беременности и родам (декрет), получала соответствующие пособия. В ноябре 2025 года, когда ребенку было 3 месяца, работодатель в лице Романовой Н.С. пригласила её в детский сад и заставила написать заявление об увольнении по собственному желанию. С этого дня она узнала об увольнении. Считает, что увольнение является незаконным, поскольку её ребенку было всего 3 месяца, то есть она имела ребенка возраста до 3-х лет. Тот факт, что у неё был срочный трудовой договор, не имеет значения. До настоящего времени копию приказа об увольнении и трудовую книжку она не получала. Указывая на изложенное, истец просит признать её увольнение с должности воспитателя незаконным, восстановить на работе в должности воспитателя, взыскать заработную плату за время вынужденного прогула с ноября 2025 года, а также просит взыскать компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей.
В судебном заседании истец Ксенофонтова А.С. исковые требования поддержала полностью по основаниям, указанным в исковом заявлении. Пояснила о том, что её приняли на работу воспитателем на место Л., которая находилась на больничном, после выхода из больничного Давыдову перевели на должность младшего воспитателя и её оставили на постоянную работу, когда подписала дополнительные соглашения к трудовому договору не помнит, но подтверждает, что подписаны ей.
Представитель ответчика директор МБДОУ «ЦРР – детский сад «Ыллыкчаан» Романова Н.С. с иском не согласилась, просила в иске отказать, при этом пояснила о том, что Ксенфонтова А.С. была принята на должность воспитателя на место основного работника – С., которая находилась в отпуске по уходу за ребенком. Л. работает в должности младшего воспитателя, но некоторое время до ухода на длительный больничный замещала С., поэтому после выхода на работу просто вышла по своему основному месту работы на должность младшего воспитателя. Ксенофонтова А.С. знала о том, что принята на работу временно, так как ушла на декретный отпуск, о чем она написала заявление, расторжение трудового договора произведено в последний день декретного отпуска ДД.ММ.ГГГГ, о чем был вынесен приказ от ДД.ММ.ГГГГ. Признает, что имеются нарушения трудового законодательства по порядку увольнения, с ходатайством прокурора о вынесении частного определения судом согласна.
Согласно письменному отзыву на исковое заявление директора МБДОУ «ЦРР – детский сад «Ыллыкчаан» Романовой Н.С. следует, что Ксенофонтова А.С. была принята на работу временно на должность воспитателя во время нетрудоспособности Л. После выхода на работу Л. было подписано дополнительное соглашение от 14 октября 2024 года о продолжении работы до выхода основного работника С., воспитателя, которая была в отпуске по уходу за ребенком. С. приступила к работе по должности воспитателя с 01 сентября 2025 года. Ксенофонтова А.С. предоставила заявление на декретный отпуск с 02 июня 2025 года по 19 октября 2025 года, в связи с этим отпуск был продлен с 20 октября 2025 года по 04 ноября 2025 года. Подписано дополнительное соглашение о продлении трудового договора до окончания декретного отпуска. 17 октября 2025 года Ксенофонтова А.С. написала заявление об увольнении с 5 ноября 2025 года (после окончания декретного отпуска) с полным окончательным расчетом. Компенсация отпуска в количестве 77 календарных дней за период работы с 10 сентября 2024 года полностью выплачена. Трудовую книжку в бумажном виде Ксенофонтова А.С. не предоставила, подписала заявление на электронную трудовую книжку. Просила в иске отказать (л.д. 69).
В своем заключении старший помощник прокурора Расторгуева А.А. указала, что с Ксенофонтовой А.С. был заключен срочный трудовой договор, она замещала основного работника, после выхода на работу трудовой договор с истицей подлежал расторжению, вместе со стороны работодателя допущены нарушения требований ТК РФ, в связи с чем, исковые требования Ксенофонтовой А.С. подлежат частичному удовлетворению в части взыскания компенсации морального вреда, в остальной части исковых требований находит иск подлежащим отказу в удовлетворении. Ходатайством просит суд вынести частное определение в отношении руководителя МБДОУ «ЦРР – детский сад «Ыллыкчаан» Романовой Н.С.
Суд, заслушав стороны, заключение старшего помощника прокурора Расторгуевой А.А., изучив и оценив представленные доказательства, приходит к следующему.
В соответствии со ст. 1 Трудового кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ТК РФ) целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают на основании трудового договора, заключаемого им в соответствии с настоящим Кодексом, а также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.
Пунктами 2 и 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ установлено, что основанием прекращения трудового договора является, в том числе: истечение срока трудового договора (статья 79 настоящего Кодекса), за исключением случаев, когда трудовые отношения фактически продолжаются и ни одна из сторон не потребовала их прекращения; расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).
Срочный трудовой договор прекращается с истечением срока его действия. О прекращении трудового договора в связи с истечением срока его действия работник должен быть предупрежден в письменной форме не менее чем за три календарных дня до увольнения, за исключением случаев, когда истекает срок действия срочного трудового договора, заключенного на время исполнения обязанностей отсутствующего работника. Трудовой договор, заключенный на время исполнения обязанностей отсутствующего работника, прекращается с выходом этого работника на работу (статья 79 ТК РФ).
В соответствии со ст. 80 ТК РФ работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части первой статьи 77, статья 80 ТК РФ) судам необходимо иметь в виду следующее:
а) расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника;
б) трудовой договор может быть расторгнут по инициативе работника и до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении по соглашению между работником и работодателем;
в) исходя из содержания части четвертой статьи 80 и части четвертой статьи 127 ТК РФ работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (например, в силу части четвертой статьи 64 ТК РФ запрещается отказывать в заключении трудового договора работникам, приглашенным в письменной форме на работу в порядке перевода от другого работодателя, в течение одного месяца со дня увольнения с прежнего места работы). Если по истечении срока предупреждения трудовой договор не был расторгнут и работник не настаивает на увольнении, действие трудового договора считается продолженным (часть 6 ст. 80 ТК РФ).
Судом установлено, что на основании личного заявления Ксенофонтовой А.С. от 09 сентября 2024 года она была принята на работу в МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад №2 «Теремок» в должности воспитателя с 10 сентября 2024 года в период нетрудоспособности Л. 10 сентября 2024 года заключен трудовой договор, согласно пункту 1.6 трудового договора следует, что трудовой договор заключен временно (л.д. 26, 28, 29-34).
14 октября 2024 года между МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад №2 «Теремок» и Ксенофонтовой А.С. заключено дополнительное соглашение к трудовому договору от 10 сентября 2024 года, согласно которому работодатель временно предоставляет работнику замену должности воспитателя в отсутствии основного сотрудника. Изменения в трудовой договор, определенные данным дополнительным соглашением, вступают в силу с 14 октября 2024 года и действуют на временной основе до выхода основного работника. При этом датой подписания дополнительного соглашения Ксенофонтовой А.С. указана 10 сентября 2024 года, сведения о получении Ксенофонтовой А.С. экземпляра дополнительного соглашения отсутствуют (л.д. 35).
Согласно распоряжению № 451-р от 20 августа 2024 года МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад №1 «Ньургусун» и МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад №2 «Теремок» реорганизованы путем присоединения и переименованы МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад «Ыллыкчаан» (л.д. 47-49).
31 мая 2025 года между МБДОУ «Центр развития ребенка – детский сад «Ыллыкчаан» и Ксенофонтовой А.С. заключено еще одно дополнительное соглашение к трудовому договору от 10 сентября 2024 года, согласно которому работодатель предоставляет работнику должность воспитателя. Дополнительное соглашение заключено сроком до окончания декретного отпуска. Сведения о получении Ксенофонтовой А.С. экземпляра дополнительного соглашения также отсутствуют (л.д. 36).
Согласно приказу № от 02 июня 2025 года Ксенофонтовой А.С. предоставлен отпуск по беременности и родам с 02 июня 2025 года по 19 октября 2025 года (л.д. 37).
На основании заявления Ксенофонтовой А.С. от 04 августа 2025 года ей продлен отпуск по беременности и родам с 20 октября 2025 года по 04 ноября 2025 года. Листок нетрудоспособности № (л.д. 38-39).
17 октября 2025 года Ксенофонтова А.С. написала заявление об увольнении с 05 ноября 2025 года с окончательным расчетом за проработанное время с 10 сентября 2024 года (л.д. 41).
Согласно приказу № от 05 ноября 2025 года прекращен трудовой договор, Ксенофонтова А.С. уволена с должности воспитателя 04 ноября 2025 года. Основание: личное заявление от 17 октября 2025 года, окончание срока договора (л.д. 40).
Истец, полагая увольнение незаконным, ссылается на то, что на момент увольнения она имела ребенка в возрасте до 3-х лет, и в соответствии со ст. 261 ТК РФ она не могла быть уволена, однако работодатель в лице Романовой Н.С. пригласила её в детский сад в ноябре 2025 года и заставила написать заявление об увольнении по собственному желанию.
Кроме того, истец заявила ходатайство о восстановлении срока, в котором указано, что она узнала об увольнении в ноябре 2025 года. Пропуск обращения в суд, установленный статьей 392 ТК РФ, ею пропущен по уважительным причинам, поскольку она находилась в отпуске по беременности и родам, затем в отпуске по уходу за ребенком, который родился 03 августа 2025 года. Уход за ребенком требует постоянного внимания, кормление, бодрствование по ночам, что физически затрудняло возможность своевременного обращения в суд. В настоящее время она беременна, беременность протекает с повышенной утомляемостью.
Суд, проверяя доводы истца о том, что ею пропущен срок обращения в суд, а также его уважительность, исходит из следующего.
Согласно ч. 1 ст. 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации) у работодателя по последнему месту работы.
В соответствии с частью 4 статьи 66.1 ТК РФ лицо, имеющее стаж работы по трудовому договору, может получать сведения о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом, или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью (при ее наличии у работодателя).
Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» заявление работника о восстановлении на работе подается в районный суд в месячный срок со дня вручения ему копии приказа об увольнении или со дня выдачи трудовой книжки, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки, а о разрешении иного индивидуального трудового спора - в трехмесячный срок со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» обращено внимание судов, что статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации установлены и специальные сроки обращения в суд за разрешением индивидуальных трудовых споров, а именно по спорам об увольнении работник вправе обратиться в суд в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
Из норм трудового законодательства и разъяснений Пленумов Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что по общему правилу работник вправе обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Вместе с тем законом установлены и специальные сроки для обращения в суд за разрешением определенных категорий индивидуальных трудовых споров. К таким спорам отнесены споры работников об увольнении, срок на обращение в суд по которым составляет один месяц, исчисляемый со дня вручения работнику копии приказа об увольнении или со дня выдачи ему трудовой книжки, или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 ТК РФ) у работодателя по последнему месту работы, либо со дня, когда работник отказался от получения приказа об увольнении или трудовой книжки. То есть начало течения срока на обращение работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора об увольнении законодатель связывает с исполнением работодателем обязанности по надлежащему оформлению прекращения с работником трудовых отношений, а не с моментом, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права.
Поскольку судом установлен тот факт, что копию приказа об увольнении от 05 ноября 2025 года истец Ксенофонтова А.С. не получала, трудовую книжку в бумажном виде она работодателю не предоставляла, следовательно при увольнении обратно не получала, сведения о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы на бумажном носителе, заверенные надлежащим образом, или в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью работодателя, Ксенофонтова А.С. также не получала, сведений об отказе истца от их получения материалы дела не содержат, суд приходит к выводу, что срок обращения в суд с заявлением о признании увольнения незаконным на момент обращения 04 мая 2026 года не истек. Каких-либо доказательств обратного ответчиком не представлено.
При указанных обстоятельствах, суд рассмотрел исковое заявление Ксенофонтовой А.С. с учетом всех фактических обстоятельств по делу.
Из приказа № от 05 ноября 2025 года следует, что трудовой договор с Ксенофонтовой А.С. прекращен, она уволена с должности воспитателя 04 ноября 2025 года. Основание: личное заявление от 17 октября 2025 года, окончание срока договора.
Действующее трудовое законодательство и Трудовой Кодекс Российской Федерации не предусматривает возможности увольнения работника по двум основаниям одновременно.
При наличии нескольких оснований для увольнения работника и принятия работодателем решении расторгнуть трудовой договор с работником, право выбора основания увольнения принадлежит работодателю.
Из сведений о трудовой деятельности, предоставленной из Фонда пенсионного и социального страхования РФ следует, что Ксенофонтова А.С. была уволена в связи с истечением срока трудового договора, то есть по основанию п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
Оценивая представленные доказательства, в том числе, срочный трудовой договор, дополнительные соглашения к нему, собственноручно написанное заявление истца от 17 октября 2025 года, суд находит их достоверными, последовательными, подтверждающими факт именно срочных трудовых отношений между истцом и ответчиком, в связи с чем оснований не доверять данным доказательствам у суда не имеется.
Таким образом, установив, что основанием увольнения истца по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ послужило истечение срока трудового договора, при этом Ксенофонтова А.С. также просила уволить с 05 ноября 2025 года с окончательным расчетом, суд приходит к выводу о том, что имелись основания для увольнения п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
Доказательств, свидетельствующих, что работодателем оказывалось давление на истца в период предшествующий написанию заявления об увольнении, в суде не установлено, истцом не предоставлено.
Каких-либо оснований, мотивов понудить истца написать заявление по собственному желанию у работодателя не имелось, так как срочный трудовой договор от 10 сентября 2024 года, с учетом продления отпуска Ксенофонтовой А.С., должен был быть прекращен по выходу из него, о чем Ксенофонтова А.С. знала.
Давая согласие на заключение трудового договора на определенный срок - на время отсутствия работника, за которым в соответствии с законодательством сохраняется место работы, о чем было прямо указано в заключенном с истцом трудовом договоре от 10 сентября 2024 года, Ксенофонтова А.С. знала о возможности его прекращения по выходу основного работника из отпуска, поскольку лично подписывала срочный трудовой договор и согласилась на исполнение трудовых обязанностей на оговоренных в срочном трудовом договоре условиях.
Заявление об увольнении написано истцом собственноручно и с определенностью выражает намерение последнего об увольнении. Каких-либо оговорок, неточностей, допускающих двоякое толкование текста заявления, не имеется. Доказательств оказания на него работодателем какого-либо рода давления (психологического, физического) с целью понудить написать заявление об увольнении, истец суду не представил. Кроме того, суд отмечает, что дата заявления об увольнении датирована 17 октября 2025 года.
В настоящем случае расторжение трудового договора по п. 2 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, подтверждается материалами дела, сведений о том, что трудовой договор был заключен на неопределенный срок, то есть на постоянной основе, материалы дела не содержат.
Таким образом, доводы истца о том, что ответчик не мог расторгнуть трудовой договор с женщиной, имеющей ребенка в возрасте до трех лет, несостоятельны и основаны на неверном толковании норм материального права, поскольку между сторонами был заключен именно срочный трудовой договор.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о законности увольнения истца и отсутствии оснований для удовлетворения как основных требований о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении на работе, так и производных требований о взыскании средней заработной платы за время вынужденного прогула.
Между тем, в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения трудовых прав истца, а именно не ознакомление с приказом об увольнении, то в силу положений статьи 237 ТК РФ, разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», она имеет право на компенсацию морального вреда.
В ст. 84.1 ТК РФ указано, что прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.
С приказом (распоряжением) работодателя о прекращении трудового договора работник должен быть ознакомлен под роспись. В случае, когда приказ (распоряжение) о прекращении трудового договора невозможно довести до сведения работника или работник отказывается ознакомиться с ним под роспись, на приказе (распоряжении) производится соответствующая запись.
Данные требования работодателем не исполнены.
Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме, определяемой соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Часть 2 статьи 237 ТК РФ направлена на создание правового механизма, обеспечивающего работнику судебную защиту его права на компенсацию наряду с имущественными потерями, вызванными незаконными действиями или бездействием работодателя, физических и нравственных страданий, причиненных нарушением трудовых прав.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (пункт 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»). Такое правовое регулирование, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника, имеет целью защиту прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2011 года № 538-О-О).
Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, нарушенное работодателем право истца на ознакомление с приказом об увольнении, причиненных работнику нравственных страданий, степень вины работодателя, а также требования разумности и справедливости, суд считает возможным частично удовлетворить требования истца о компенсации морального вреда размере 10000 рублей, поскольку компенсация морального вреда вследствие нарушения трудового законодательства работодателем предусмотрена в силу закона, данный размер, по мнению суда, способствует восстановлению баланса между нарушенными правами истца и мерой ответственности, применяемой к ответчику.
Суд находит обоснованным доводы участвующего прокурора о вынесении в отношении руководителя МБДОУ «ЦРР – детский сад «Ыллыкчаан» частного определения в связи с допущенными и установленными в ходе судебного разбирательства нарушениями требований трудового законодательства по порядку расторжения срочного трудового договора, о чем судом вынесено отдельное определение.
На основании п. 1 ч. 1 ст. 333.36. Налогового кодекса РФ и ст. 393 ТК РФ истцы освобождены от уплаты госпошлины по искам, вытекающим из трудовых правоотношений, поэтому госпошлина взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Следовательно, в соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ и подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в связи с рассмотрением требований, не подлежащих оценке, в размере 3000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление Ксенофонтовой А. С. - удовлетворить частично.
Взыскать с Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Центр развития ребенка – детский сад «Ыллыкчаан» Муниципального района «Верхневилюйский улус (район)» Республики Саха (Якутия) (ИНН 1407004748) в пользу Ксенофонтовой А. С., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки села <адрес> Республики Саха (Якутия) (паспорт гражданина РФ серии №) компенсацию морального вреда в размере 10000 (десять тысяч) рублей.
В остальной части исковых требований – отказать.
Взыскать с Муниципального бюджетного дошкольного образовательного учреждения «Центр развития ребенка – детский сад «Ыллыкчаан» Муниципального района «Верхневилюйский улус (район)» Республики Саха (Якутия) (ИНН 1407004748) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3000 (три тысячи) рублей 00 копеек.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Саха (Якутия) в течение одного месяца через Верхневилюйский районный суд.
Председательствующий судья Л.С. Верховцева