РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
р.п.Куйтун 28 апреля 2026 года.
Куйтунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Машуковой Е.П., при секретаре Кондратьевой Е.Н., с участием прокурора Зыкова К.А., истца Блинникова Э.А., его представителя Ходос Н.В., представителя ответчика Зеленцовой Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-125/2026 по исковому заявлению БЭА к ООО «Тарасовский уголь» о признании отношений трудовыми, установлении факта несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда.
установил:
БЭА обратился с исковым заявлением к ООО «Тарасовский уголь» о признании отношений трудовыми, установлении факта несчастного случая на производстве, компенсации морального вреда указав, что от знакомого он узнал о том, что в ООО «Тарасовский уголь» требуются рабочие, решил устроиться на работу в данную организацию. Приехал в <адрес>, где расположено Тарасовское каменноугольное месторождение «ООО Тарасовский уголь», начальник участка ему сообщил, что он может работать только по гражданско-правовому договору. Так как ему нужно было где-то зарабатывать деньги на жизнь, он согласился в летний период времени работать в качестве строителя, в зимний период времени в качестве разнорабочего. До его сведения довели, что работать он будет вахтовым методом, а именно: 30 дней рабочих, 15 дней меж вахты, время работы с 08.00 час. до 20 час., с перерывом на обед с 13.00 час. до 14.00 час.. Ему выдали бланк заявления, в котором он указал реквизиты банковской карты банковского счета, открытого в банке на имя его сожительницы АНВ, для перечисления денежных средств в качестве оплаты вознаграждения за его труд. Указанная карта привязана к номеру его телефона, в день зачисления денежных средств на карту, на его номер телефона приходили смс сообщения о зачисленных суммах. Также он подписал договор о возмездном оказании услуг, который передал начальнику участка. Прибыл на первую вахту в <адрес>, недалеко от <адрес>, где расположено Тарасовское каменноугольное месторождение, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе. Прибыв на место работы, прошел через контрольно-пропускной пункт, заселился в общежитие на территории предприятия, и приступил к исполнению своих обязанностей. Каждое утро перед тем, как приступить к исполнению своих трудовых обязанностей он проходил исследование на состояние опьянения, расписывался в журнале у ОХК, затем шел в офис, где находилось руководство, ставил свою подпись в журнале выхода на работу и приступал к выполнению своих обязанностей. Для выполнения трудовых обязанностей на территории ответчика, кладовщик выдавал ему различные электроинструменты, бензопилы. Перед получением и сдачей инструментов он расписывался в журнале учета получения и сдачи инструментов. В зимний период времени он работал в качестве истопника печей, а также чистил снег на территории, в летний период времени строил и ремонтировал общежития на территории предприятия, исполнял указания начальника. Ежедневно начальник участка БАО сообщал ему о том, какую работу необходимо выполнить. По окончании выполненной работы никакие акты оказанных услуг не составлялись и не подписывались, также по окончании каждого месяца никаких актов оказанных услуг не составляли, он акты не подписывал. Ежедневно в течение 30 дней вахты он выполнял работу разнорабочего, чистил снег, топил печь. В мессенджере Ватцап, затем в мессенджере Телеграмм создана группа «Тарасовский уголь», в которой публиковались графики заезда на очередную вахту. Он просматривал сообщения, руководствуясь имеющимся графиком выезжал на работу. ДД.ММ.ГГГГ он находился на территории ООО «Тарасовский уголь» по адресу: <адрес>, Тарасовское каменноугольное месторождение, выполнял свою обычную работу, в 08.00 час. он зашел к начальнику участка БАО , который дал задание построить уборную, сказал подойти к механику, чтобы подвезти доски для строительства. Он подошел к ЛЖВ - механику предприятия, последний завел погрузчик, подъехал к лежащим на пилораме доскам, он закидал в ковш погрузчика доски, и начал залазить в ковш, чтобы держать доски, его правая рука была на ковше, левой рукой он помогал себе залазить. В это время механик поднял ковш погрузчика и ему придавило пальцы правой руки, он закричал. ЛЖВ опустил ковш, вышел из погрузчика, подбежал к нему. Он и ЛЖВ пошли в контору. Начальник участка БАО , кладовщик ЧЕА подошли ко мне, рабочий ХИВ принес перекись водорода, ему обработали и перебинтовали пальцы руки. ОХК попросил его не сообщать никому о том, что получил травму на производстве. Также начальник участка БАО просил никому не сообщать о случившемся, говорил, что предприятие ему в добровольном порядке возместит причиненный вред. На автомобиле УАЗ принадлежащем ООО «Тарасовское месторождение» водитель ПДА отвез его в приемное отделение районной больницы <адрес>, где ему ампутировали фаланги двух пальцев правой руки, выдали справку об оказании первой помощи. Затем вернулись на территорию предприятия, БАО отправил его домой. Водитель ПДА на автомобиле УАЗ привез его на железнодорожный вокзал <адрес>, откуда он на электричке приехал в р.<адрес>, затем поехал в <адрес>. В понедельник он поехал в <адрес>ную больницу на прием к хирургу ЧЮТ, ему выдали больничный лист. ДД.ММ.ГГГГ он позвонил начальнику участка БАО и сообщил, что выдан больничный лист. Он ему сказал лечиться, что все будет хорошо. ДД.ММ.ГГГГ на банковскую карту поступили денежные средства в размере 44000,00 рублей двумя суммами: 24000,00 рублей и 20000,00 рублей. Он позвонил начальнику участка БАО и поинтересовался, что это за суммы, на что он ответил, что 20000,00 рублей это премия. Он спросил про компенсацию за травму, он ответил, что это все выплаты. Также БАО пояснил, что на участок должен приехать заместитель генерального директора ООО «Тарасовский уголь» КАЯ и решить его вопрос. Он созвонился по телефону с КАЯ поинтересовался о том, когда ему будет выплачена денежная компенсация за травму, он ответил, что компенсацию выплатить ему не могут, однако в том случае если он выйдет на работу и отработает полмесяца, выплатят 5000,00 рублей в качестве премии, если отработает месяц выплатят в качестве премии 10 000,00 рублей. ДД.ММ.ГГГГ он вышел на работу, отработал 20 дней, ему оплатили за проработанный период аванс в сумме 24 000,00 рублей, а также 7000,00 рублей. Начальник участка БАО пояснил, что сумма 7000,00 рублей является премией за работу, компенсацию за травму ему не выплатили. Он созвонился с генеральным директором предприятия ББН, сообщил ему о травме, он ответил, что ему об этом ничего не известно, чтобы разбирались сами. Он позвонил в трудовую инспекцию, ему посоветовали написать заявление на имя генерального директора о травме. Он написал заявление в двух экземплярах о произошедшем несчастном случае, просил провести проверку, попросил БАО подписать, он отказался, пояснив, что не имеет права подписывать такого рода заявления. Один экземпляр он направил в отдел кадров предприятия. Надеялся на решение данного вопроса с организацией, однако до настоящего времени вопрос не решен. Для осуществления деятельности по Договору, находясь на территории ответчика, последним были созданы условия для выполнения им трудовых обязанностей - он пользовался техникой, инструментами, материалами, которые ему предоставлял ответчик. Кроме того, в течение 30 дней выполнения работы вахтовым методом, он проживал на территории ответчика в предоставляемом им общежитии, при этом договора аренды помещения не заключалось, оплата за проживание на территории ответчика в принадлежащем ответчику общежитии им не производилась. Полагает, что указанные факты свидетельствуют о наличии между истцом и ответчиком трудовых отношений. Заключая гражданско-правовой договор о возмездном оказании услуг, ответчик нарушил его гражданские права на гарантированный Трудовым кодексом Российской Федерации право на отпуск и получение компенсации за отпуск, чем причинил мне нравственные страдания, которые он оценивает в 50000,00 рублей. Он получил травму на производстве, в результате которой лишился фаланг двух пальцев на правой руке. В момент, когда ковшом погрузчика прижало пальцы правой руки, он испытал сильнейшую боль, от которой едва не потерял сознание. На территории предприятия ему не оказали никакой помощи, он испытывал сильнейшую боль пока на автомобиле везли в районную больницу <адрес>. В больнице ему сразу ампутировали фаланги двух пальцев на правой руке, отчего он испытал сильнейшую боль, не мог ночами полноценно спать, приходилось подбирать удобное положение, чтобы не задеть руку. Он принимал обезболивающие препараты, чтобы снять болевые ощущения. В настоящее время он продолжает испытывать боль и нравственные страдания. Ему приходится привыкать к новой жизни, ведь правая рука, это основная рука, которой он писал и делал основную работу. Сейчас он лишен привычного образа жизни, ему приходится учиться жить и выполнять необходимую работу левой рукой. Кроме того, ответчик вместо того, чтобы пойти ему навстречу и возместить вред, причиненный травмой, уходит от ответственности, не желает решить проблему мирным путем. Компенсацию морального вреда, причиненного вредом здоровью, полученным травмой на производстве, оценивает в размере 500000,00 (пятьсот тысяч) рублей. Просит установить факт трудовых отношений между ООО «Тарасовский уголь» и БЭА и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Обязать ООО «Тарасовский уголь» внести в трудовую книжку БЭА запись о приеме на работу в должности разнорабочего с ДД.ММ.ГГГГ. Обязать ООО «Тарасовский уголь» внести в трудовую книжку БЭА запись об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ по инициативе работника (по собственному желанию). Признать травму, полученную БЭА ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей в Обществе с ограниченной ответственностью «Тарасовский уголь», несчастным случаем на производстве. Взыскать с ООО «Тарасовский уголь» в пользу БЭА компенсацию морального вреда в размере 50 000,00 (пятьдесят тысяч) рублей. Взыскать с ООО «Тарасовский уголь» в пользу БЭА компенсацию морального вреда, в результате причиненного вреда здоровью в размере 500 000,00 (пятьсот тысяч) рублей.
В судебном заседании истец БЭА, и его представитель Ходос Н.В настаивали на удовлетворении исковых требований.
В судебном заседании представитель ответчика ЗЮВ, действующая на основании доверенности, заявленные исковые требования не признала, по основаниям, изложенным в письменном отзыве, а также пояснениях, данных в ходе судебного разбирательства, просила в их удовлетворении отказать.
Выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав материалы гражданского дела в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с частью 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовым кодексом Российской Федерации определено, что все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (ч. 3 ст. 11); если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном Кодексом, другими федеральными законами, были признаны трудовыми отношениями, к таким отношениям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права (ч. 4 ст. 11).
Порядок признания отношений, связанных с использованием личного труда, которые были оформлены договором гражданско-правового характера, трудовыми отношениями регулируется ст. 19.1 ТК РФ. Признание отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями может осуществляться судом в случае, если физическое лицо, являющееся исполнителем по указанному договору, обратилось непосредственно в суд (ч. 1 ст. 19.1 ТК РФ).
В случае прекращения отношений, связанных с использованием личного труда и возникших на основании гражданско-правового договора, признание этих отношений трудовыми отношениями осуществляется судом. Физическое лицо, являвшееся исполнителем по указанному договору, вправе обратиться в суд за признанием этих отношений трудовыми отношениями в порядке и в сроки, которые предусмотрены для рассмотрения индивидуальных трудовых споров (ч. 1 ст. 19.1 ТК РФ).
Частью 3 ст. 19.1 ТК РФ предусмотрено, что неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений. Если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии в порядке, установленном частями первой - третьей статьи 19.1, были признаны трудовыми отношениями, такие трудовые отношения между работником и работодателем считаются возникшими со дня фактического допущения физического лица, являющегося исполнителем по указанному договору, к исполнению предусмотренных указанным договором обязанностей (ч. 4 ст. 19.1 ТК РФ).
Трудовые отношения - это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ст. 15 ТК РФ).
В силу статьи 56 ТК РФ трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
В статье 57 ТК РФ приведены требования к содержанию трудового договора.
Трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя (ч. 1 ст. 61 ТК РФ).
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (ч. 1 ст. 67 ТК РФ).
Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 2.2 определения от ДД.ММ.ГГГГ N 597-О-О, в целях предотвращения злоупотреблений со стороны работодателей и фактов заключения гражданско-правовых договоров вопреки намерению работника заключить трудовой договор, а также достижения соответствия между фактически складывающимися отношениями и их юридическим оформлением федеральный законодатель предусмотрел в части четвертой статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации возможность признания в судебном порядке наличия трудовых отношений между сторонами, формально связанными договором гражданско-правового характера, и установил, что к таким случаям применяются положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Из анализа статей 11, 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положением части второй статьи 67 названного кодекса, согласно которому трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя, отсутствие в штатном расписании должности само по себе не исключает возможности признания в каждом конкретном случае отношений между работником, заключившим договор и исполняющим трудовые обязанности с ведома или по поручению работодателя или его представителя, трудовыми - при наличии в этих отношениях признаков трудового договора.
Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце втором пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч. 2 ст. 67 ТК РФ).
При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
К характерным признакам трудовых отношений в соответствии со статьями 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка, графику работы (сменности); обеспечение работодателем условий труда; выполнение работником трудовой функции за плату.
О наличии трудовых отношений может свидетельствовать устойчивый и стабильный характер этих отношений, подчиненность и зависимость труда, выполнение работником работы только по определенной специальности, квалификации или должности, наличие дополнительных гарантий работнику, установленных законами, иными нормативными правовыми актами, регулирующими трудовые отношения.
К признакам существования трудового правоотношения также относятся, в частности, выполнение работником работы в соответствии с указаниями работодателя; интегрированность работника в организационную структуру работодателя; признание работодателем таких прав работника, как еженедельные выходные дни и ежегодный отпуск; оплата работодателем расходов, связанных с поездками работника в целях выполнения работы; осуществление периодических выплат работнику, которые являются для него единственным и (или) основным источником доходов; предоставление инструментов, материалов и механизмов работодателем (Рекомендация N 198 о трудовом правоотношении, принятая Генеральной конференцией Международной организации труда ДД.ММ.ГГГГ).
При разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством.
К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
Для признания отношений трудовыми, необходимо установление присущих им характеристик, указанных в ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации, а именно: наличие соглашения между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, а главное - под управлением и контролем работодателя, подчинение работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами.
Конституционный Суд Российской Федерации в Определении N 597-О-О от ДД.ММ.ГГГГ указал, что суды общей юрисдикции, разрешая споры и признавая сложившиеся отношения между работодателем и работником либо трудовыми, либо гражданско-правовыми, должны не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в статьях 15, 56 Трудового кодекса Российской Федерации.
По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований БЭА о признании отношений трудовыми являются следующие обстоятельства: было ли достигнуто соглашение между БЭА и ООО «Тарасовский уголь» о личном выполнении работы разнорабочего; был ли БЭА допущен к выполнению названной работы; выполнял ли БЭА эту работу (трудовую функцию) в интересах, под контролем и управлением работодателя в спорный период; подчинялся ли БЭА. действующим в ООО «Тарасовский уголь» правилам внутреннего трудового распорядка или графику сменности работы, режиму смены; было ли достигнуто между ООО «Тарасовский уголь» и БЭА соглашение о размере заработной платы о порядке и сроках ее выплаты.
Из объяснений БЭА, данных в суде следует, что с ним был заключен договор, составленный в одном экземпляре и оставшийся у ответчика. 24.09.2024г. приехал в <адрес>, где расположено Тарасовское каменноугольное месторождение «ООО Тарасовский уголь», начальник участка ему сообщил, что он может работать только по гражданско-правовому договору. Он согласился в летний период времени работать в качестве строителя, в зимний период времени в качестве разнорабочего. До его сведения довели, что работать он будет вахтовым методом, а именно: 30 дней рабочих, 15 дней меж вахты, время работы с 08.00 час. до 20 час., с перерывом на обед с 13.00 час. до 14.00 час. Выдали бланк заявления, в котором он указал реквизиты банковской карты банковского счета, открытого в банке на имя его сожительницы АНВ, для перечисления денежных средств, в качестве оплаты вознаграждения за его труд. Указанная карта привязана к номеру его телефона, в день зачисления денежных средств на карту, на его номер телефона приходили смс сообщения о зачисленных суммах. Также он подписал договор о возмездном оказании услуг, который передал начальнику участка. Прибыл на первую вахту в <адрес>, недалеко от <адрес>, где расположено Тарасовское каменноугольное месторождение, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он приступил к работе. По прибытию на место работы, прошел через контрольно-пропускной пункт, заселился в общежитие на территории предприятия, и приступил к исполнению своих обязанностей. Каждое утро перед тем, как приступить к исполнению своих трудовых обязанностей он проходил исследование на состояние опьянения, расписывался в журнале у ОХК, затем шел в офис, где находилось руководство, ставил свою подпись в журнале выхода на работу и приступал к выполнению своих обязанностей. Для выполнения трудовых обязанностей на территории ответчика, кладовщик выдавал ему различные электроинструменты, бензопилы. Перед получением и сдачей инструментов он расписывался в журнале учета получения и сдачи инструментов. В зимний период времени он работал в качестве истопника печей, а также чистил снег на территории, в летний период времени строил и ремонтировал общежития на территории предприятия, исполнял указания начальника. Ежедневно в течение 30 дней в период вахты, начальник участка БАО сообщал ему о том, какую работу необходимо выполнить. По окончании выполненной работы акты оказанных услуг не составлялись и не подписывались. В мессенджере Ватцап, затем в мессенджере Телеграмм была создана группа «Тарасовский уголь», в которой публиковались графики заезда на очередную вахту. Он просматривал сообщения и руководствуясь имеющимся графиком выезжал на работу. Заработная плата выплачивалась 10 и 25 числа каждого месяца, выходило по 80000,00 рублей если 30 дней, за 31 день 82-83000,00 рублей. ДД.ММ.ГГГГ он находился на территории ООО «Тарасовский уголь» по адресу: <адрес>, Тарасовское каменноугольное месторождение, выполнял свою обычную работу, в 08.00 час. он зашел к начальнику участка БАО , который дал задание построить уборную, сказал подойти к механику, чтобы подвезти доски для строительства. Он подошел к ЛЖВ - механику предприятия, последний завел погрузчик, подъехал к лежащим на пилораме доскам, он закидал в ковш погрузчика доски, и начал залазить в ковш, чтобы держать доски, его правая рука была на ковше, левой рукой он помогал себе залазить. В это время механик поднял ковш погрузчика и ему придавило пальцы правой руки, он закричал. ЛЖВ опустил ковш, вышел из погрузчика, подбежал к нему. Он и ЛЖВ пошли в контору. Начальник участка БАО , кладовщик ЧЕА подошли к нему, рабочий ХИВ принес перекись водорода, ему обработали и перебинтовали пальцы руки. ОХК попросил его не сообщать никому о том, что получил травму на производстве. Также начальник участка БАО просил никому не сообщать о случившемся, говорил, что предприятие ему в добровольном порядке возместит причиненный вред. На автомобиле УАЗ принадлежащем ООО «Тарасовское месторождение» водитель ПДА отвез его в приемное отделение районной больницы <адрес>, где ему ампутировали фаланги двух пальцев правой руки, выдали справку об оказании первой помощи. Затем вернулись на территорию предприятия, БАО отправил его домой. Водитель ПДА на автомобиле УАЗ привез его на железнодорожный вокзал <адрес>, откуда он на электричке приехал в р.<адрес>, затем поехал в <адрес>. В понедельник он поехал в <адрес>ную больницу на прием к хирургу ЧЮТ, ему выдали больничный лист. ДД.ММ.ГГГГ он позвонил начальнику участка БАО и сообщил, что выдан больничный лист. Он ему сказал лечиться, что все будет хорошо. ДД.ММ.ГГГГ на банковскую карту поступили денежные средства в размере 44000,00 рублей двумя суммами: 24000,00 рублей и 20000,00 рублей. Он позвонил начальнику участка БАО и поинтересовался, что это за суммы, на что он ответил, что 20000,00 рублей это премия. Он спросил про компенсацию за травму, он ответил, что это все выплаты. Также БАО пояснил, что на участок должен приехать заместитель генерального директора ООО «Тарасовский уголь» КАЯ и решить его вопрос. Он созвонился по телефону с КАЯ поинтересовался о том, когда ему будет выплачена денежная компенсация за травму, он ответил, что компенсацию выплатить ему не могут. Он созвонился с генеральным директором предприятия ББН, сообщил ему о травме, он ответил, что ему об этом ничего не известно, чтобы разбирались сами. Он позвонил в трудовую инспекцию, ему посоветовали написать заявление на имя генерального директора о травме. Он написал заявление в двух экземплярах о произошедшем несчастном случае, просил провести проверку, попросил БАО подписать, он отказался, пояснив, что не имеет права подписывать такого рода заявления. Один экземпляр он направил в отдел кадров предприятия. Надеялся на решение данного вопроса с организацией, однако до настоящего времени вопрос не решен. ДД.ММ.ГГГГ у него заканчивалась вахта. Он ДД.ММ.ГГГГ сообщил сотрудникам ООО «Тарасовский уголь» что дорабатывает вахту и больше не выходит. Заявление на увольнение не писал.
В подтверждение своих доводов истец БЭА представил в оригиналах: справку от исх. № о том, что БЭА выполняет услуги гражданско-правового характера для ООО «Тарасовский уголь» с 30.092024 года по настоящее; справку по форме 2-НДФЛ о доходах БЭА за октябрь - декабрь 2024; справку по форме 2-НДФЛ о доходах БЭА за январь - август 2025.
Согласно выписки по счету банковской карты банковского счета, открытого в ПАО ВТБ на имя АНВ, за период ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ год в пользу БЭА осуществлялись ежемесячно по две выплаты переводы денежных средств, в том числе указанные как заработная плата за сентябрь, октябрь 2024 года, январь, июнь, октябрь, декабрь 2025 года, в августе 2025 года зачислен перевод, поименованный как пособие по временной трудоспособности (больничные).
Представленные истцом письменные доказательства соответствуют объяснениям истца и не опровергнуты ответчиком.
Свидетель АНВ пояснила, что является сожительницей истца. БЭА работал с сентября 2024 года по январь 2026 года, вахтовым методом в ООО «Тарасовский уголь», изначально месяц через 15, потом 20 через 10, то есть 20 дней работал, 10 дней дома отдыхал. Заработная плата БЭА приходила на её карту 2 раза в месяц. ДД.ММ.ГГГГ он находился на работе, грузил доски, получил травму. Он приехал домой 19 июля, были выходные, в понедельник поехал на прием в больницу в Куйтун. Компенсации за полученную травму истец не получал.
Свидетель БГВ пояснил, что знаком с БЭА. который работал в ООО «Тарасовский уголь» вахтовым методом, он его увозил 2 раза на работу. БЭА рассказывал, что получил производственную травму, при погрузке трактора руку придавило.
Согласно сведениям, размещенным на официальном сайте Федеральной налоговой службы России (приобщены к материалам дела в виде выписки из Единого государственного реестра юридических лиц), ООО «Тарасовский уголь» является действующим юридическим лицом, создано ДД.ММ.ГГГГ. Основным видом деятельности зарегистрирована добыча и обогащение угля и антрацита. Генеральным директором является ББН.
Таким образом, как следует из совокупности представленных доказательств, показаний свидетелей, истец выполнял трудовые функции у ООО «Тарасовский уголь», связанные непосредственно с его деятельностью - разнорабочий, с оплатой труда.
Сторона ответчика в ходе судебного разбирательства, указывая на фактически сложившиеся между БЭА к ООО «Тарасовский уголь» гражданско-правовые отношения, а именно на договор возмездного оказания услуг, доказательств, соответствующих требованиям ст. ст. 59 - 60 ГПК РФ об относимости и допустимости, опровергающих доказательства, представленные истцом, либо подтверждающих возражения ответчика против заявленных требований суду не представила.
Представленный представителем ответчика гражданско-правовой договор № ТУЗК-00085 от ДД.ММ.ГГГГ, также закрепляет признаки трудовых отношений: предмет договора без конкретизации результата работ (п. 1.1. Договора: возведение надворных построек без указания их точного количества не позволяет определить конечный результат), подчинение работодателю (п. 1.2. Договора: имеется отсылка на устные и письменные задания заказчика), использование оборудования и материалов заказчика без предоставления посредством иных сделок (п. 2.1.4 Договора), периодичность оплаты по договору без привязки к результату работ (п. 3.1 Договора оплата 80 000 рублей в месяц).
На основании вышеуказанных доказательств суд приходит к выводу, что истец БЭА был допущен к работе в ООО «Тарасовский уголь» в должности разнорабочего, ему была определена его трудовая функция, трудовые обязанности выполнялись истцом в условиях общего труда всего предприятия, с подчинением правилам внутреннего трудового распорядка, с определенным режимом рабочего времени и оплатой труда, работа истца носила постоянный, длительный характер.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что между истцом и ответчиком существовали трудовые отношения.
Определяя дату возникновения трудовых отношений между истцом и ответчиком, суд не находит оснований для определения датой начала трудовых отношений ДД.ММ.ГГГГ, датой окончания трудовых отношений ДД.ММ.ГГГГ как того просит истец.
Показания истца и допрошенных судом свидетелей относительно даты поступления на работу в ООО «Тарасовский уголь» противоречивы, какие-либо письменные доказательства (графики смен, табели учета рабочего времени), подтверждающие указанную истцом дату отсутствуют.
Вместе с тем, из представленного представителем ответчика договора ГПХ, следует, что истец приступил к исполнению своих должностных обязанностей не позднее 30.09.2024г., из информации по форме ЕФС-1 начало договора ГПХ ДД.ММ.ГГГГ. окончание договора ГПХ 26.01.2026г.
Таким образом, исковые требования БЭА к ООО «Тарасовский уголь» об установлении факта трудовых отношений, признании трудовых отношений между истцом и ответчиком возникшими с ДД.ММ.ГГГГ, прекращенными по инициативе работника ДД.ММ.ГГГГ, обязании ООО «Тарасовский уголь» внести в трудовую книжку истца запись о приеме на работу в должности разнорабочего с ДД.ММ.ГГГГ, об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ подлежат частичному удовлетворению.
В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Как разъяснено в п. 46. Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).
Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др. (п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда".
В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Определяя размер компенсации морального вреда за нарушение гражданского права на гарантированное ТК РФ право на отпуск и получение компенсации за отпуск в размере 20 000 рублей, суд принимает во внимание ценность защищаемого права, степень и характер причиненных истцу нравственных страданий, учитывая период, в течение которого нарушались права истца, степень вины ответчика, отношение ответчика к сложившейся ситуации, а также требований разумности и справедливости. Размер компенсации, заявленный истцом в сумме 50 000 руб., суд считает чрезмерным.
Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, суд полагает, что указанная сумма отвечает требованиям справедливости и разумности.
Представителем ответчика не опровергнуты доводы истца о нарушении его права на гарантированное ТК РФ право на отпуск и получение компенсации за отпуск.
Разрешая исковые требования БЭА о признании травмы, полученной БЭА ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей в ООО «Тарасовский уголь», несчастным случаем на производстве, суд учитывает следующее.
Учет и расследование несчастных случаев с работниками регламентирован главой 36 Трудового кодекса РФ.
Под несчастным случаем на производстве в силу ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", ст. 227 Трудового кодекса РФ понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных настоящим Федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой.
В силу ч. 1 ст. 230 Трудового кодекса РФ, пунктов 31, 41 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, утвержденного постановлением Министерства труда и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 73, обязанность по оформлению акта о несчастном случае на производстве по установленной форме, ответственность за своевременное и надлежащее расследование, оформление, регистрацию и учет несчастных случаев на производстве, а также реализацию мероприятий по устранению причин несчастных случаев на производстве возлагается на работодателя (его представителя).
БЭА пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ на территории предприятия ООО «Тарасовский уголь» при погрузочно-разгрузочных работах с ним произошел несчастный случай, в результате которого его здоровью был причинен вред, он находился на амбулаторном лечении.
Судом установлено, что инструктажа по охране труда на рабочем месте с БЭА не проводили, контроль за производственным процессом и соблюдением работником техники безопасности не осуществлялся. Акт о несчастном случае на производстве не оформлялся, что следует из пояснений истца. Доказательств обратного, ответчиком не представлено.
По информации ОГБУЗ «Заларинская РБ» БЭА, обращался в ОГБУЗ «Заларинская РБ» разово ДД.ММ.ГГГГ в приемное отделение с диагнозом S 68.1 (травматическая ампутация другого одного пальца кисти). И был направлен для дальнейшего лечения по месту прикрепления (по месту жительства) в ОГБУЗ «Куйтунская районная больница.
Согласно медицинской справке ОГБУЗ «Заларинская РБ», БЭА, обращался в ОГБУЗ «Заларинская РБ» ДД.ММ.ГГГГ Диагноз S 68 Травматическая ампутация 3,4 пальцев правой кисти. Анамнез заболевания: Обратился в приемный покой ОГБУЗ «Заларинской РБ» ДД.ММ.ГГГГ в 10: 20 с травматической ампутацией пальцев правой кисти. Со слов пациента травму получил находясь на работе в момент обслуживания своей рабочей машины. Оказанная помощь: ПХО раны. Формирование культей пальцев. Асептическая повязка. От госпитализации отказался. Дальнейшее лечение по месту жительства.
По информации ОГБУЗ «Куйтунская районная больница» БЭА, находился на амбулаторном лечении у врача-хирурга в поликлинике ОГБУЗ «Куйтунская районная больница» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ гг. с диагнозом: травматическая ампутация двух и более пальцев правой кисти. Указанное подтверждается медицинской картой № на имя БЭА.
Поскольку суд пришел к выводу о том, что отношения между ООО «Тарасовский уголь» и БЭА носили характер трудовых в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.г., факт получения истцом ДД.ММ.ГГГГ травмы установлен, исковые требования БЭА о признании травмы, полученной БЭА ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей в Обществе с ограниченной ответственностью «Тарасовский уголь», несчастным случаем на производстве, подлежат удовлетворению.
Разрешая требования о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве суд исходит из следующего.
Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзацы четвертый и четырнадцатый части 1 статьи 21ТК РФ).
Указанным правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый и шестнадцатый части 2 статьи 22ТК РФ).
Согласно части 1 статьи 209 ТК РФ охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.
Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (часть 2 статьи 209 Трудового кодекса Российской Федерации).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 ТК РФ).
Согласно части 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212ТК РФ).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237ТК РФ).
По смыслу п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.
При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, должен возмещать причинитель вреда, то есть работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).
В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда (как имущественного, так и морального), вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.
Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления).
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
Судом установлено, что БЭА относился к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя в момент несчастного случая, в результате произошедшего события им получены телесные повреждения, повлекшие за собой временную утрату им трудоспособности.
Факт причинения истцу физических и нравственных страданий в результате несчастного случая на производстве подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, имеющихся в материалах дела, последствия травмы безусловно заставили истца претерпевать болевые ощущения, психологические переживания, существующие до настоящего времени неудобства в связи с причиненной травмой, что изменяет привычный уклад жизни.
Исходя из установленных обстоятельств причинения вреда здоровью истца, суд считает, что работодатель не выполнил своих обязанностей по обеспечению безопасности истца при осуществлении им своих трудовых обязанностей. Доказательства наличия вины в действиях истца, грубой неосторожности со стороны истца или причинения вреда истцу в результате непреодолимой силы при разбирательстве дела в суде не добыты.
Поскольку в нарушение требований ст. ст. 22, 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель не обеспечил истцу безопасные условия труда, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, повлекший за собой получение БЭА вреда здоровью, суд считает, что имеются правовые основания для возложения на ответчика обязанности возместить истцу моральный вред.
Суд учитывает, что в ходе несчастного случая были причинены повреждения правой руке БЭА, которая является для истца предпочтительной, частичная ампутация пальцев значительно снизила работоспособность руки.
Как следует из материалов дела, основной причиной несчастного случая, в результате которого был травмирован БЭА явилось неудовлетворительная организация производства работ со стороны работодателя ООО «Тарасовский уголь» не были проведены в установленном порядке обучения по охране труда, вводного инструктажа, инструктажа по охране труда на рабочем месте, контроль за производственным процессом и соблюдением работником техники безопасности не осуществлялся.
Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 120 000 руб., суд учитывает степень физических и нравственных страданий причиненных БЭА, обстоятельства при которых причинен вред здоровью, включая неосторожные действия БЭА, тяжесть полученных повреждений, длительность лечения, последствия причиненной травмы, степень вины ответчика, наличие ненадлежащей организации производства работ и отсутствие контроля за ходом выполнения работ со стороны ответчика, отношение ответчика к сложившейся ситуации, материальное положение ответчика, а также требования разумности и справедливости. Размер компенсации, заявленный истцом в сумме 500 000 руб., суд считает чрезмерным.
Оценив в совокупности вышеизложенные обстоятельства, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика как владельца источника повышенной опасности, и работодателя, не обеспечившего безопасные условия труда и надлежащий контроль за производственным процессом и соблюдением работником техники безопасности, что привело к причинению вреда здоровью истца.
В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в бюджет подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой был освобожден при подаче искового заявления истец, в размере 3000,00 руб. по требованиям неимущественного характера.
Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд решил:
Исковые требования БЭА к ООО «Тарасовский уголь» удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений БЭА с ООО «Тарасовский уголь» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности разнорабочего.
Обязать ООО «Тарасовский уголь» внести в трудовую книжку БЭА запись о приеме на работу в должности разнорабочего с ДД.ММ.ГГГГ, об увольнении по собственному желанию ДД.ММ.ГГГГ.
Признать травму, полученную БЭА ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей в ООО «Тарасовский уголь» - несчастным случаем на производстве.
Взыскать с ООО «Тарасовский уголь» ИНН 3808215186; ОГРН 1103850021901 в пользу БЭА компенсацию морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в размере 120000 (сто двадцать тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с ООО «Тарасовский уголь» ИНН 3808215186; ОГРН 1103850021901 в пользу БЭА компенсацию морального вреда за нарушение гражданского права на гарантированное ТК РФ право на отпуск и получение компенсации за отпуск в размере 20 000 (двадцать тысяч) рублей 00 копеек.
Взыскать с ООО «Тарасовский уголь» ИНН 3808215186; ОГРН 1103850021901 государственную пошлину в местный бюджет муниципального образования Куйтунский район в размере 3000,00 (три тысячи) рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Куйтунский районный суд Иркутской области.
Мотивированное решение принято ДД.ММ.ГГГГ.
Судья Е.П.Машукова