РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
2 июня 2026 года город Улан-Удэ
Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Пинтаевой О.М.., при секретаре Будаевой С.Ж., с участием прокурора Дашинимаевой Л.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Рыльского Е.В. к АО «Улан-Удэнский авиационный завод» о взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд с иском к ответчику АО «Улан-Удэнский авиационный завод», истец Рыльский Е.В. просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с профессиональными заболеваниями и утратой трудоспособности в размере 1 000 000 рублей.
Исковые требования мотивированы тем, что 03.08.2001 года истец Рыльский Е.В. был принят на работу на должность <данные изъяты> в ОАО «Улан-Удэнский авиационный завод». 14.01.2002 года трудовой договор был расторгнут 27.11.2002 года истец Рыльский Е.В. вновь принят к ответчику на должность <данные изъяты>, где проработал на разных должностях (<данные изъяты>) до 2021 года. 28.12.2021 года трудовой договор с истцом был расторгнут по соглашению сторон. Работа кузнеца-штамповщика включала в себя горячую штамповку сложных деталей на молотах с массой падающих частей до 1,5 тонн и на механических ковочных усилием до 8 МН (800 тс); гибку деталей и заготовок на горизонтальногибочных прессах (бульдозером) усилием до 3 МН (300 тс); горячую штамповку простых и средней сложности деталей на молотах с массой падающих частей 1,5 до 5 тонн на механических ковочных прессах усилием свыше 8 до 15 МН; горячую штамповку-высадку простых и средней сложности деталей на горизонтально-ковочных машинах с усилием свыше 3 до 12 МН; прошивку глубоких и сложных отверстий; обрезку заусенцев на прессах усилием свыше 5 МН. Работа формовщика заключалась в засыпке опок (ящик для заливки металла) формовочной смесью и уплотнением пневмотрамбовкой ИП 4502-02 и ручной трамбовкой, выбивкой стержней из отливок пневмомолотом ИП 45-05, процент занятости с виброопасным ручным инструментом составляет 12-19%. Вредные производственные факторы - вибрация локальная, шум, вредные вещества химической природы. Работа односменная, привлекался к сверхурочной работе. Работа у ответчика осуществлялась во вредных условиях труда. 28.11.2024 года составлен акт о случае профессионального заболевания – <данные изъяты>). Настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия уровней локальной вибрации, не соответствующих требованиям санитарных правил и нормативов, причиной заболевания послужило длительное (в течение рабочей смены), одноактное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ – длительное воздействие уровней локальной вибрации, не соответствующих требованиям санитарных правил и нормативов. Сопутствующим заболеванием является <данные изъяты>. Согласно справке ФКУ «ГБ Медико-социальной экспертизы по <адрес>» истцу Рыльскому Е.В. установлена 30% утрата трудоспособности. В результате полученного профессионального заболевания истцу причинен моральный вред, поскольку истец испытывает нравственные и физические страдания, выражающиеся в ноющих болях рук (плечевых, лучезапястных и локтевых суставов), ног, болезненности при движении, онемении и парастезии конечностей по ночам, скованности, затрудненности движений, зябкости рук (гипертомия) и снижении их силы (гипотрофия мелких мышц кистей), гипергидрозе ладоней. Видоизменились кисти рук и визуально, имеется отечность кистей, мраморность, акроцианоз, ломкость и продольная исчерненность ногтей, трофические нарушения в виде трещин на кончиках пальцев и ладонной поверхности, деформация межфаланговых суставов кистей, тремор кистей, что существенно ограничивает истца в быту, повседневных делах, в результате чего истец лишен вести прежний образ жизни. Невозможно полноценное общение с окружающими родными и близкими.
Представитель истца Рыльского Е.В. по доверенности Цыбенова З.Е. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.
Истец Рыльский Е.В. в судебное заседание не явился, просил о рассмотрении дела в его отсутствие в связи с нахождением в зоне специальной военной операции.
Представитель ответчика АО «Улан-Удэнский авиационный завод» по доверенности Романова О.С. возражала против удовлетворения исковых требований, по доводам изложенным в письменном отзыве.
Прокурор Дашинимаева Л.Е. полагала, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.
Суд, выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, изучив представленные материалы, приходит к следующему.
Так, статьей 2 Конституции РФ установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией РФ (часть 1 статьи 17 Конституции РФ).
Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции РФ).
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции РФ).
К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на труд (статья 37 Конституции РФ).
Частью 3 статьи 37 Конституции РФ установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.
Из приведенных положений Конституции РФ следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ (абзацы 4, 15, 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).
Статьей 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).
В силу положений статьи 3 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» профессиональным заболеванием признается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.
Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием на производстве, является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).
В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье – это нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ).
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса РФ).
В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан, в частности, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Как установлено судом и следует из материалов дела, истец Рыльский Е.В. работал в АО «Улан-Удэнский авиационный завод» слесарем в период с 03.08.2001 года по 14.01.2002 года в должности <данные изъяты>, 14.01.2002 года уволен по статье 80 ТК РФ по собственному желанию. 27.11.2002 года вновь принят на работу к ответчику на должность <данные изъяты>, 01.07.2003 года переведен <данные изъяты>, 02.02.2009 года переведен в ЗШЗ-123 <данные изъяты>, 28.04.2018 года переведен в <данные изъяты>. 28.12.2021 года уволен по соглашению сторон в соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 77 ТК РФ.
Данные обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке истца Рыльского Е.В., представителем ответчика АО «Улан-Удэнский авиационный завод» не оспариваются.
Согласно акту о случае профессионального заболевания от 28.11.2024 года у истца Рыльского Е.В., ***.р., имеется профессиональное заболевание: <данные изъяты>
На основании расследования установлено, что настоящее заболевание (отравление) является профессиональным и возникло в результате воздействия вредного производственного фактора (вредных производственных факторов): длительное воздействие уровней локальной вибрации, не соответствующих требованиям санитарных правил и нормативов.
По данным инструментальных измерений, проведенных на рабочем месте формовщика ручной формовки АО «Улан-Удэнский авиационный завод», установлено: эквивалентный корректированный уровень виброскорости, по оси Х-132дБ, по оси Y-128дБ, по оси Z- 130дБ при ПДУ – 126дБ, превышение от 2-6дБ. Наличие вины Рыльского Е.В. не установлено.
Вины истца как работника, а также лиц, допустивших нарушение государственного санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов - нет.
Акт составлен в отношении работодателя АО «Улан-Удэнский авиационный завод».
Также судом исследована карта специальной оценки условий труда кузнеца-штамповщика ... от 08.10.2015 года, из которой следует, что коэффициент класса труда Рыльского Е.В. составил 3.2.
Из карты специальной оценки условий труда формовщика ручной формовки ... от 08.10.2015 года также следует, что коэффициент класса труда Рыльского Е.В. составил 3.2.
Из медицинского заключения ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ... следует, что Рыльский Е.В. находился на обследовании и лечении в клинике с 28.06.2021 года по 08.07.2021 года, <данные изъяты>. Основной диагноз: <данные изъяты>
Из медицинского заключения ФГБНУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» ... следует, что Рыльский Е.В. находился на обследовании и лечении в клинике с 23.09.2024 года по 04.10.2024 года, <данные изъяты>. Основной диагноз: <данные изъяты>.
Из медицинского заключения Республиканского центра профессиональной патологии ... следует, что Рыльский Е.В. находился на обследовании и лечении в клинике с 17.03.2025 года по 28.03.2025 года, профессия <данные изъяты>. Основной диагноз: <данные изъяты>.
14.01.2026 года медико-социальной экспертизой истцу Рыльскому Е.В. в связи с вышеуказанным профессиональным заболеванием установлена утрата профессиональной трудоспособности в размере 30%.
Согласно справке серии МСЭ-2023 ... степень утраты профессиональной трудоспособности истца Рыльского Е.В. составляет 30%, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с 19.12.2025 по 01.01.2026.
Из программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая и профессионального заболевания от 14 января 2026 г. ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России следует: основной диагноз – <данные изъяты>.
Сопутствующие заболевания: <данные изъяты>.
Таким образом, истец получил профессиональное заболевание в связи с исполнением трудовых обязанностей в АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (стаж работы 19 лет) при длительном воздействии уровней локальной вибрации, не соответствующих требованиям санитарных правил и нормативов, и утрату профессиональной трудоспособности в размере 30%.
Обращаясь в суд, истец Рыльский Е.В. указал, что в связи с возникновением у него указанного выше профессионального заболевания и утратой трудоспособности он испытывает нравственные и физические страдания, выражающиеся в ноющих болях рук (плечевых, лучезапястных и локтевых суставов), ног, болезненности при движении, онемении и парастезии конечностей по ночам, скованности, затрудненности движений, зябкости рук (гипертомия) и снижении их силы (гипотрофия мелких мышц кистей), гипергидрозе ладоней. Видоизменились кисти рук и визуально, имеется отечность кистей, мраморность, акроцианоз, ломкость и продольная исчерненность ногтей, трофические нарушения в виде трещин на кончиках пальцев и ладонной поверхности, деформация межфаланговых суставов кистей, тремор кистей, что существенно ограничивает истца в быту, повседневных делах, в результате чего истец лишен вести прежний образ жизни. Невозможно полноценное общение с окружающими родными и близкими. В силу изложенного истец Рыльский Е.В. испытывает и нравственные страдания, поскольку при общении с близкими и окружающими, в общественных местах испытывает чувство неловкости, стеснения и неудобства, у истца снижен эмоциональный фон, появились недовольство жизнью тревога, нарушился сон, постоянно находится в стрессовом состоянии.
Учитывая, что профессиональное заболевание развилось у истца Рыльского Е.В. вследствие необеспечения его работодателем безопасными условиями труда, в результате чего истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность, истец, безусловно, испытывает нравственные и физические страдания (ограничение в обычной жизнедеятельности, обусловленные заболеванием, болезненные ощущения, испытывает дискомфорт при общении с близкими, родными и знакомыми), в связи с чем требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая обстоятельства, установленные выше, осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях труда, наличие у истца одного профессионального заболевания, установление ему процента утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 %, принимая во внимание степень нравственных и физических страданий, указанных выше, учитывая характер возникшего у истца заболевания, которое является необратимым, влекущим за собой необходимость постоянного получения соответствующей медицинской помощи, наличие постоянных болевых ощущений, нарушение ответчиком прав истца на безопасные условия труда и рабочее место, отвечающее санитарно-эпидемиологическим правилам и нормам, повлекших профессиональное заболевание у него и утрату профессиональной трудоспособности, длительность причинения вреда здоровью работника, индивидуальные особенности истца, его возраст, отсутствие вины истца Рыльского Е.В. в наличии у него профессионального заболевания, устанавливает размер компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.
По мнению суда, именно данный размер компенсации морального вреда является достаточным, соответствующим принципам разумности и справедливости.
При этом данный размер компенсации морального вреда подлежит взысканию с работодателя в пользу истца пропорционально степени его вины с учетом проработанного истцом у него времени.
Как следует из материалов дела, истец Рыльский Е.В. проработал в должности <данные изъяты>, в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов у одного работодателя – АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (т.е. 100% проработанного времени).
Таким образом, с учетом изложенного, суд полагает, что именно ответчиком АО «Улан-Удэнский авиационный завод» не обеспечены безопасные условия труда истцу Рыльскому Е.В., в связи с чем, с ответчика АО «Улан-Удэнский авиационный завод» подлежит компенсация морального вреда в указанном размере.
На основании части 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса, статьи 333.20 Налогового кодекчса РФ с ответчика АО «Улан-Удэнский авиационный завод» взыскивается государственная пошлина в размере 3000 руб., от уплаты которых истец Рыльский Е.В. был освобожден, в доход муниципального образования городской округ «город Улан-Удэ», поскольку удовлетворены требования неимущественного характера (в случае обращения истца с иском о взыскании морального вреда (при отсутствии освобождения его от уплаты государственной пошлины им была бы оплачена сумма – 3000 руб.).
Руководствуясь статьями 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Рыльского Е.В. о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (ОГРН 1020300887793) в пользу Рыльского Е.В., *** года рождения, (... ...) компенсацию морального вреда за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, в размере 300 000 руб.
Во взыскании полной суммы компенсации морального вреда отказать.
Взыскать с АО «Улан-Удэнский авиационный завод» (ОГРН 1020300887793) государственную пошлину в доход муниципального образования городской округ г. Улан-Удэ в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ.
Судья О.М. Пинтаева