РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
02 июля 2026 г. г.Киренск
Киренский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Мельниковой М.В., при секретаре Лавровой М.П., с участием представителя процессуального истца Батагаевой А.А., материального истца Кутимской О.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-149/2026 по иску прокурора Киренского района Иркутской области, действующего в интересах Кутимской О.И., к ОГБУЗ «Киренская РБ» об обязании внести изменения в сведения о трудовой деятельности, взыскании компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Киренского района Иркутской области, действующий в интересах Кутимской О.И., обратился в суд с иском, указав в обоснование требований, что прокуратурой проведены надзорные мероприятия по факту обращения Кутимской О.И. по вопросу несоответствия сведений в записи в электронной трудовой книжке с фактическим местом работы, в ходе осуществления которых проанализирована информация ОГБУЗ «Киренская РБ», отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Иркутской области. Согласно информации, полученной от ОГБУЗ «Киренская РБ», начиная с 02.07.2015 Кутимская О.И. принята в ОГБУЗ «Киренская РБ» на должность медицинского регистратора поликлиника взрослая г. Киренск на полную ставку, (выписка из приказа № 37к-2 от 01.07.2015); 08.02.2016 переведена на постоянную ставку в поликлинику на должность специалиста по социальной работе, работает по настоящее время (выписка из приказа № 8-к2 от 08.02.2016). Исходя из доводов заявителя Кутимской О.И., 20.10.2025 она обратилась в отдел кадров ОГБУЗ «Киренская РБ» с заявлением о ведении ее трудовой книжки в электронной форме. При обращении ей выдали бумажный вариант трудовой книжки со сведениями о ее работе, согласно которым 08.02.2016 она переведена на должность специалиста по социальной работе. Однако 20.10.2025 на электронном портале государственных услуг, при переводе сведений о трудовой деятельности в электронный вариант, появилась запись о переводе ее на должность социального работника административно-хозяйственного подразделения от 08.02.2016, что не соответствует записи в ее трудовой книжке, приказу, с которым она была ознакомлена в 2016 г. Установлено, что 08.02.2016 дополнительным соглашением № 6 Кутимская (Соколова) О.И. с 08.02.2016 переведена постоянно в поликлинику на должность специалиста по социальной работе на полную ставку, что также отражено в бумажной трудовой книжке, запись № 32 от 08.02.2016. В электронной трудовой книжке Кутимской О.И. имеются сведения о том, что с 08.02.2016 местом работы является ОГБУЗ «Киренская РБ», должность социальный работник административно-хозяйственного подразделения. При переводе работника на другую работу, требующую более низкой квалификации, требуется письменное согласие работника. О переводе на ниже квалификационную должность со специалиста по социальной работе на должность социального работника Кутимская О.И. не была уведомлена. Запись в трудовой книжке Кутимской О.И. о переводе на должность социального работника также отсутствует. Кутимская О.И. в октябре 2025 г. обратилась в ОГБУЗ «Киренская РБ» с заявлением о внесении уточнений (дополнений) в отношении сведений о трудовой деятельности, касающейся должности, вместе с тем, до настоящего времени ответ администрацией ОГБУЗ «Киренская РБ» Кутимской О.И. представлен не был. Действующее трудовое законодательство устанавливает два возможных варианта возникновения трудовых отношений между работодателем и работником: на основании заключенного в установленном порядке между сторонами трудового договора либо на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. Согласно сведениям о трудовой деятельности, Кутимская О.И. принята в ОГБУЗ «Киренская РБ» с 08.02.2016 на должность социального работника административно-хозяйственного подразделения, иных сведений о переводе на другую должность не имеется. Переданные же ответчиком для хранения в информационных ресурсах Пенсионного фонда Российской Федерации сведения о трудовой деятельности истца не соответствуют действительности, следовательно, подлежат исправлению в порядке статьи 66.1 Трудового кодекса РФ. На основании изложенного прокурор просит обязать ОГБУЗ «Киренская РБ» исправить и дополнить сведения о трудовой деятельности Кутимской О.И., поданные ранее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, изложив их в следующей редакции: исключить запись: «08.02.2016 перевод, должность, структурное подразделение социальный работник административно-хозяйственное подразделение», внести запись «08.02.2016 перевод, должность, структурное подразделение специалист по социальной работе административно-хозяйственное подразделение», взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей.
В судебном заседании представитель процессуального истца – прокурора Батагаева А.А., материальный истец Кутимская О.И. на исковых требованиях настаивали, поддержав доводы, изложенные в иске.
Представитель ответчика ОГБУЗ «Киренская РБ» в судебное заседание не явился, извещен надлежаще, представил заявление о рассмотрении дела в его отсутствие, а также письменный отзыв на иск, согласно которому ответчик против заявленных исковых требований возражает, просит отказать в удовлетворении иска, поскольку запись в бумажной трудовой книжке и текст приказа от 08.02.2016 в части указания наименования должности «специалист по социальной работе» являются технической ошибкой (опиской). В штатном расписании ответчика данная должность отсутствует и никогда предусмотрена не была. Работодатель не вправе переводить работника на несуществующую должность в штате. Верность сведений в системе СФР подтверждается фактическим начислением заработной платы по должности «социальный работник». Кроме того, ответчик просит применить последствия пропуска срока, предусмотренного ч.1 ст. 392 ТК РФ, указывая, что истец на протяжении 10 лет ежемесячно получала расчетные листки, в которых указана её фактическая должность – социальный работник, лично подписывала приказы о предоставлении отпуска, где указана та же должность. С заявлением о внесении уточнений (дополнений) в сведения о трудовой деятельности истец обратилась к ответчику в октябре 2025 г., срок обращения с иском в суд истек в январе 2026 г. Прокурор о предполагаемом нарушении прав узнал также в октябре 2025 г., что подтверждается требованием от 22.10.2025, а также представлением от 18.11.2025.
Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений, согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации, - равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, осуществление государственного контроля (надзора) за их соблюдением, обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту, обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.
Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами, на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы (абзацы 2, 5 части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров, выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с названным кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами (абзацы 2, 7 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работы работнику), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
В силу статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя. Сторонами трудового договора являются работодатель и работник.
Согласно части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе.
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется трудовым договором. Работодатель вправе издать на основании заключенного трудового договора приказ (распоряжение) о приеме на работу. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
В соответствии со статьей 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.
Перевод на другую работу - постоянное или временное изменение трудовой функции работника и (или) структурного подразделения, в котором работает работник (если структурное подразделение было указано в трудовом договоре), при продолжении работы у того же работодателя, а также перевод на работу в другую местность вместе с работодателем. Перевод на другую работу допускается только с письменного согласия работника, за исключением случаев, предусмотренных частями второй и третьей статьи 72.2 настоящего Кодекса (часть 1 статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 1 статьи 66 Трудового кодекса Российской Федерации трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.
В силу положений статьи 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника (далее - сведения о трудовой деятельности) и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (часть 1). В сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация (часть 2).
В соответствии со статьей 8 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» страхователь представляет в органы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения для индивидуального (персонифицированного) учета (за исключением сведений, предусмотренных пунктом 8 статьи 11 Федерального закона) в составе единой формы сведений.
В случае выявления работником неверной или неполной информации в сведениях о трудовой деятельности, представленных работодателем для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, работодатель по письменному заявлению работника обязан исправить или дополнить сведения о трудовой деятельности и представить их в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (часть 6 статьи 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации).
Как установлено судом и следует из материалов дела, 10.06.2010 истец Кутимская (ранее - Соколова) О.И. принята на работу по совместительству в ОГБУЗ «Киренская РБ» на должность медицинского регистратора поликлиники на 0,5 ставки, что подтверждается приказом работодателя от 11.05.2010 № 26к-1, с ней заключён трудовой договор от 10.06.2010.
05.02.2015 с Кутимской (Соколовой) О.И. заключены дополнительные соглашения № 4 от 31.01.2015, № 5 от 01.07.2015, из которых следует, что Кутимской (Соколовой) О.И. предоставлена постоянная должность регистратора поликлиники.
Согласно дополнительному соглашению № 6, датированному 05.02.2015, Кутимская (Соколова) О.И. с 08.02.2016 переведена постоянно на должность специалиста по социальной работе на полную ставку 1 ставку.
При этом, несмотря на то, что в указанном дополнительном соглашении указана дата его заключения 05.02.2015, суд приходит к выводу, что фактически данное соглашение заключено в 2016 г., что подтверждается датами, указанными работодателем и работником при подписании данного соглашения, а также заявлением Кутимской (Соколовой) О.И. от 03.02.2016 о переводе её на должность специалиста по социальной работе.
Кроме того, работодателем издан приказ (распоряжение) о переводе работника на другую работу № 8-к2 от 08.02.2016, согласно которому истец Кутимская (Соколова) О.И. с 08.02.2016 переведена с должности медицинского регистратора поликлиники на должность специалиста по социальной работе административно-хозяйственного подразделения. Указанный приказ подписан работодателем и работником 08.02.2016, является действующим.
В трудовой книжке истца также имеется запись за № 32 о переводе Кутимской (Соколовой) О.И. на должность специалиста по социальной работе с 08.02.2026 на основании приказа № 8к2 от 08.02.2016. Согласно записи за № 33 в трудовой книжке истцом подано письменное заявление о предоставлении сведений о трудовой деятельности в соответствии со статьей 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации. Данные записи заверены подписью специалиста по кадрам и печатью ОГБУЗ «Киренская РБ»
Вместе с тем, в сведениях о трудовой деятельности, предоставляемых из информационных ресурсов Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, содержится запись о переводе Кутимской О.И. 08.02.2016 на должность социального работника, что не соответствует наименованию должности «специалист по социальной работе», указанной в дополнительном соглашении № 6 к трудовому договору, приказе № 8-к2 от 08.02.2016, записях в трудовой книжке.
В ходе рассмотрения дела ответчиком не представлено доказательств, что истец Кутимская О.И. с момента перевода не осуществляла должностные обязанности специалиста по социальной работе. Факт осуществления истцом работы по должности специалиста по социальной работе подтверждается представленными истцом публикациями ответчика ОГБУЗ «Киренская РБ» в газете «Ленские Зори» (выпуски от 15.03.2016, 22.03.2016, 29.05.2018, 17.07.2018, 24.08.2021, 09.12.2022, 19.04.2024), фотографиями двери кабинета медико-социальной помощи ОГБУЗ «Киренская РБ», скриншотом из рабочей программы АИСТ, информационным письмом ОГБУЗ «Киренская РБ» от 16.04.2024 в адрес прокурора, в которых указано наименование должности Кутимской О.И., как специалист по социальной работе, личной медицинской книжкой истца, в которой имеются записи за подписями заведующего амбулаторно-поликлинической службы, свидетельствующими о допуске истца к работе специалистом по социальной работе, дипломом истца по квалификации «специалист по социальной работе».
23.10.2025 истец Кутимская О.И. обратилась к ответчику ОГБУЗ «Киренская РБ» с заявлением об исправлении сведений о трудовой деятельности в указании наименования должности, однако ответ на данное заявление истцу не поступил, в добровольном порядке ответчик сведения о трудовой деятельности истца не исправил.
Проанализировав представленные суду документы, руководствуясь вышеизложенными положениями действующего законодательства, суд приходит к выводу, что истец с 08.02.2016 занимает должность специалиста по социальной работе, о чем был вынесен приказ работодателя о переводе, заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, внесена запись в трудовую книжку. Вместе с тем, ответчик в нарушение положений статьи 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации передал в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о наименовании должности истца как социального работника, не соответствующие сведениям о фактической трудовой деятельности истца в соответствии с изданным приказом и заключенным дополнительным соглашением о переводе истца на должность специалиста по социальной работе. При этом приказ о переводе истца на должность социального работника ответчиком не издавался, дополнительное соглашение о переводе истца на указанную должность не заключалось, письменное согласие истца о переводе истца на другую работу, требующую более низкой квалификации, не получено. В добровольном порядке исправить сведения о трудовой деятельности ответчик отказывается.
Доводы ответчика о том, что в приказе № 8к2 от 08.02.2016 и дополнительном соглашении допущена техническая опечатка в указании наименования должности истца, суд находит необоснованным, опровергающимися представленными в суд доказательствами. Приказ № 8к2 от 08.02.2016 о переводе истца на должность специалиста по социальной работе не отменен, является действующим. Отсутствие в штатных расписаниях ответчика должности специалиста по социальной работе не является основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требований.
Внесение сведений о трудовой деятельности истца о переводе на должность социального работника было произведено работодателем в отсутствие согласия работника и применительно к положениям ст. ст. 5, 6, 8 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» данные действия ошибкой или несоответствием признаны быть не могут.
При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу, что заявленные исковые требования о возложении на ответчика обязанности исправить и дополнить сведения о трудовой деятельности истца с указанием должности «специалист по социальной работе» являются законными и обоснованными.
Ответчиком заявлено о пропуске срока обращения в суд с настоящим иском, прокурор просил восстановить пропущенный срок, оценивая данные ходатайства суд приходит к следующему.
В соответствии с положениями статьи 392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки.
В абзаце пятом пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и в пункте 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, объективно препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора, как то: болезнь работника, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи и т.п.
Из данных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работникам, не реализовавшим свое право на обращение в суд в установленный законом срок по уважительным причинам, этот срок может быть восстановлен в судебном порядке. Перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Приведенный в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.
Соответственно, с учетом положений статьи 392 Трудового кодекса РФ в системной взаимосвязи с требованиями статей 2 (задачи гражданского судопроизводства), 67 (оценка доказательств) и 71 (письменные доказательства) ГПК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении работнику пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Судом установлено, что о нарушении своих трудовых прав истец Кутимская О.И. узнала 20.10.2025, подав работодателю заявление о ведении трудовой книжки в электронном виде и получив сведения о трудовой деятельности, где была указана ее должность, не соответствующая действительности. В тот же день она обратилась в прокуратуру с заявлением о проведении проверки по факту нарушения её трудовых прав. Требование прокурора в адрес ответчика о предоставлении сведений и документов направлено 22.10.2025, ответ на которое дан 29.10.2025. Представление об устранении нарушений прокурором внесено в адрес ответчика 18.11.2025, ответа не поступило. 23.10.2025 истец обратилась к ответчику с заявлением об исправлении сведений о трудовой деятельности в указании наименования должности, ответ на которое не получила. 24.11.2025 истец направила заявление о нарушении её трудовых прав в Государственную инспекцию труда в Иркутской области, на которое инспекцией дан ответ от 16.01.2026. В связи с неполучением ответа от работодателя истец повторно обратилась с заявлением в прокуратуру 12.02.2026. С настоящим иском в суд прокурор обратился 16.03.2026.
В рассматриваемом споре, суд полагает возможным восстановить срок для обращения в суд с настоящим иском, связав причины пропуска с личностью истца, не обладающей необходимыми познаниями в сфере трудового законодательства. При этом суд учитывает незначительность пропущенного срока, а также то, что в пределах срока, предусмотренного частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, истец обратилась с заявлением в прокуратуру Киренского района, Государственную инспекцию труда в Иркутской области о нарушении её трудовых прав, а также с заявлением к ответчику об исправлении сведений о трудовой деятельности, обоснованно ожидая, что её требования должны быть удовлетворены, однако ответ на заявление истца ответчиком дан не был. Кроме того, истец до настоящего времени осуществляет трудовую деятельность в ОГБУЗ «Киренская РБ» по занимаемой должности, в связи с чем спорные правоотношения являются длящимися.
Указанные обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о наличии оснований для восстановления срока, предусмотренного частью 2 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации, следовательно, требования истца подлежат рассмотрению по существу.
Доводы ответчика о том, что истец на протяжении 10 лет, получая расчетные листки и приказы об отпуске, в которых её должность указана как социальный работник, знала о нарушении её трудовых прав, является несостоятельными, поскольку сведения о трудовой деятельности получены истцом лишь в октябре 2025 г. При этом все заявления об отпуске написаны истцом как от специалиста по социальной работе.
При таких обстоятельствах, оценив исследованные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, с учетом относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что заявленные исковые требования о возложении на ответчика обязанности исправить и дополнить сведения о трудовой деятельности истца с указанием должности «специалист по социальной работе» являются подлежащими удовлетворению.
В силу положений ст. ст. 22, 237 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателе лежит обязанность компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации. Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», следует, учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Факт причинения вреда имел место, поскольку действия работодателя являлись неправомерными, ненадлежащим выполнением обязательств, вытекающих из трудовых правоотношений, в частности предоставлением в органы Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации недостоверных сведений о трудовой деятельности истца.
Принимая во внимание, что при разрешении спора установлено нарушение трудовых прав истца на правильность сведений о трудовой деятельности, суд, в соответствии с положениями статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации приходит к выводу о праве истца на получение денежной компенсации морального вреда.
При наличии указанных обстоятельств, учитывая вышеизложенные положения названных норм закона, принципы разумности и справедливости, принимая во внимание характер и степень нравственных страданий истца вследствие внесения некорректных сведений о трудовой деятельности по вине работодателя, повлекшего необходимость судебной защиты, характер допущенного ответчиком нарушения личных неимущественных прав истца, степень вины ответчика, не представившего доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствовавших исполнению возложенной на него обязанности по соблюдению законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, учитывая, что компенсация морального вреда не преследует цель восстановления материального положения потерпевшего, суд полагает справедливым определить к взысканию компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб. Суд полагает, что данная сумма компенсации морального вреда соразмерна характеру причиненного истцу морального вреда, является разумной и справедливой, носит именно компенсационный характер, соотносимый с объектом защиты, обеспечивающий баланс прав и законных интересов обеих сторон, и не приводит к неосновательному обогащению истца.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования прокурора Киренского района Иркутской области, действующего в интересах Кутимской О.И., к ОГБУЗ «Киренская РБ» об обязании внести изменения в сведения о трудовой деятельности, взыскании компенсации морального вреда – удовлетворить.
Обязать ОГБУЗ «Киренская РБ» (ИНН 3831000478) исправить и дополнить сведения о трудовой деятельности Кутимской О.И. (ИНН №), поданные ранее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации, а именно: исключить запись от 08.02.2026 о переводе на должность социального работника Административно-хозяйственного подразделения, внести запись от 08.02.2026 о переводе на должность специалиста по социальной работе Административно-хозяйственного подразделения.
Взыскать с ОГБУЗ «Киренская РБ» (ИНН 3831000478) в пользу Кутимской О.И. (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Киренский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья М.В. Мельникова
Мотивированное решение суда составлено 03 августа 2026 г.