РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
30 июня 2026 года г. Улан-Удэ
Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Пинтаевой О.М., при секретаре Поповой В.В., с участием прокурора Вершининой И.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Терентьева Д.Г. к ПАО «ТГК-14» о взыскании компенсации морального вреда за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей,
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь в суд, истец Терентьев Д.Г. просит взыскать с ПАО «ТГК-14» компенсацию морального вреда в связи с профессиональным заболеванием в размере 800 000 руб.
Исковые требования мотивированы тем, что Терентьев Д.Г. работал в ПАО «ТГК-14» с 20 февраля 2006 г. в должности грузчика, постоянно занятого на разгрузке в топливно-транспортный цех. С марта 2007 г. переведен на должность машиниста бульдозера шестого разряда, что подтверждается записями из трудовой книжки. Истец в период работы у ответчика, находясь во вредных производственных условиях, приобрел профессиональное заболевание – «<данные изъяты>». Поскольку ответчик не обеспечил безопасные условия труда, нарушил государственные санитарно-эпидемиологические правила и иные нормативные акты, и это привело к возникновению заболевания у истца, который исполнял свои трудовые обязанности в интересах работодателя, последний должен нести ответственность за свое бездействие в виде компенсации морального вреда пострадавшего. В июле 2025 г. истец обратился с письменным заявлением в адрес ответчика с просьбой о выплате компенсации морального вреда, ответом на которое 05.08.2025 г. ему было отказано. Просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в связи с выявленным профессиональным заболеванием.
Истец Терентьев Д.Г. в судебном заседании исковые требования поддержал.
Представитель истца Сулимова О.Д. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.
Представитель ответчика ПАО «ТГК-14» по доверенности Иролтуева И.В. с иском не согласилась по доводам, изложенным в отзыве на иск.
Выслушав стороны, исследовав представленные доказательства, материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующему.
В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 2 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).
Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.
Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.
Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.
Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации.
В соответствии с ч. 2 ст. 9 Трудового кодекса Российской Федерации (ТК РФ) коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.
Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1), в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (часть 2).
Статьей 3 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» № 125 от 24.07.1998 г. установлено, что профессиональное заболевание - хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредного (вредных) производственного (производственных) фактора (факторов) и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности и (или) его смерть.
Пунктом 3 статьи 8 Федерального закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», предусмотрено, что возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием на производстве, является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).
В судебном заседании установлено, что с 20 февраля 2006 года истец Терентьев Д.Г. принят на работу в ОАО «Территориальная генерирующая клмпания № 14» грузчиком, постоянно занятым на разгрузке угля в топливно-транспортный цех Улан-Удэнской ТЭЦ-1», 19.03.2007 переведен машинистом бульдозера шестого разряда (занятого на формировании и укатке штабелей угля) топливно-транспортного цеха Улан-Удэнской ТЭЦ-1, 31.03.2025 переведен в топливно-транспортном цехе машинистом насосных установок 3 разряда, 10.07.2025 года переведен в транспортный цех по профессии – водитель автомобиля 4 разряда.
Данные обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке истца Терентьева Д.Г. и не оспариваются сторонами.
Согласно Акту от 30 апреля 2024 г. о случае профессионального заболевания, Терентьеву Д.Г. установлено заболевание: <данные изъяты>
Актом установлено, что профессия, повлекшая профессиональное заболевание: машинист бульдозера шестого разряда (занятый на формировании и укатке штабелей угля), общий стаж истца составил 22 года 1 месяц 9 дней, стаж работы в данной профессии (должности): 17 лет 29 дней, стаж в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов: 22 года 1 месяц 9 дней.
Из данного Акта усматривается, что причиной профессионального заболевания истца послужило - длительное воздействие уровней вибрации, не соответствующих требованиям санитарных правил и нормативов.
По данным инструментальных измерений, проведенных аккредитованной испытательной лабораторией ООО «Сертификационный центр охраны труда», карта аттестации рабочего места по условиям труда ...а от 2012г. на рабочем месте машиниста бульдозера шестого разряда, занятого на складировании, формировании и укатке штабеля угля топливно-транспортного цеха «Генерация Бурятии» филиала ОАО «ТГК-14»:
- протокол ... измерения и оценки вибрации локальной от 04.12.2012г.: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 128 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 132 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 6 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 127 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 1 дБ, продолжительность воздействия 60%;
- протокол ... измерения и оценки вибрации общей от 04.12.2012г.: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 119 дБ при ПДУ – 109 дБ, превышение на 10 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 118 дБ при ПДУ – 109 дБ, превышение на 9 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 121 дБ при ПДУ – 109 дБ, превышение на 12 дБ, продолжительность воздействия 60%.
По данным инструментальных измерений, проведенных аккредитованной испытательной лабораторией ООО «Крымский Центр Охраны Труда и Экологии», карта аттестации рабочего места по условиям труда ... от 2017г. на рабочем месте машиниста бульдозера шестого разряда, занятого на складировании, формировании и укатке штабеля угля топливно-транспортного цеха «Генерация Бурятии» филиала ОАО «ТГК-14»:
- протокол .../ВЛ – ГБ-2943-17 измерения уровня вибрации локальной от 10.11.2017г..: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 128 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 127 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 1 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 129 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 3 дБ, продолжительность воздействия 5 часов;
- протокол .../ВО – ГБ-2943-17 измерения уровня вибрации общей от 10.11.2017г..: эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 115 дБ при ПДУ – 112 дБ, превышение на 3 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 114 дБ при ПДУ – 112 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 116 дБ при ПДУ – 115 дБ, превышение на 3 дБ, продолжительность воздействия 5 часов.
По данным инструментальных измерений, проведенных аккредитованной испытательной лабораторией ООО «Сертификационный центр охраны труда (регистрационный номер в реестре Министерства труда и социальной защиты РФ ... от 27.03.2017г.)», карта аттестации рабочего места по условиям труда ...а от 2021г. на рабочем месте машиниста бульдозера шестого разряда, занятого на складировании, формировании и укатке штабеля угля топливно-транспортного цеха «Генерация Бурятии» филиала ОАО «ТГК-14»:
- протокол ...а-8 001-389106 от 11.03.2021г. оценки уровней вибрации локальной в кабине бульдозера эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 128 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 129 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 3 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 127 дБ при ПДУ – 126 дБ, превышение на 1 дБ, продолжительность воздействия 80%;
- протокол ...а-8 001-389105 от 11.03.2021г. оценки уровней вибрации общей в кабине бульдозера эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Х – 114 дБ при ПДУ – 112 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Y – 114 дБ при ПДУ – 112 дБ, превышение на 2 дБ, эквивалентный корректированный уровень локальной вибрации по оси Z – 117 дБ при ПДУ – 115 дБ, превышение на 2 дБ, продолжительность воздействия 80%.
Вины истца как работника, а также лиц, допустивших нарушение государственного санитарно-эпидемиологических правил и иных нормативных актов - нет.
Акт составлен в отношении работодателя ПАО «ТГК-14».
Из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № П3 ***-СГХ от *** следует: условия труда на рабочем месте машиниста бульдозера шестого разряда (занятого на формировании и укатке штабелей угля) топливно-транспортного цеха Улан-Удэнской ТЭЦ-1 ПАО «ТГК-14» Терентьева Д.Г. относятся к категории вредных по содержанию в воздухе рабочей зоны вредных веществ химической природы, аэрозолей фиброгенного действия, превышающих предельно-допустимые концентрации, шуму, вибрации общей, вибрации локальной, превышающих предельно-допустимые уровни, параметрам микроклимата, не соответствующих нормируемым значениям. Условия труда на рабочем месте грузчика, постоянно занятого на разгрузке угля с содержанием свободного диоксида кремния от 5% и выше четвертого разряда топливно-транспортного цеха Улан-Удэнской ТЭЦ-1 «Генерации Бурятии» ОАО «ТГК-14» Терентьева Д.Г. относятся к категории вредных по содержанию в воздухе рабочей зоны аэрозолей фиброгенного действия, превышающих предельно-допустимые концентрации, шуму, превышающих предельно-допустимые уровни, тяжести трудового процесса, по массе поднимаемого и перемещаемого вручную груза при чередовании с другой работой, превышающего допустимое значение, периодическому, до 25 % времени смены нахождению в неудобном и (или) фиксированном положении.
Согласно карте ... от 30.05.2018 специальной оценки условий труда машиниста бульдозера 6 разряда, занятого на складировании и укладке штабеля угля, итоговый класс (подкласс) условий труда 3.2.
Согласно карте ...А от 19.03.2021 специальной оценки условий труда машиниста бульдозера 6 разряда, занятого на складировании и укладке штабеля угля, итоговый класс (подкласс) условий труда 3.2.
Кроме того, согласно медицинскому заключению ... ФГБ НУ «Восточно-Сибирский институт медико-экологических исследований» у Терентьева Д.Г. имеется основной диагноз: <данные изъяты>. У Терентьева Д.Г. имеются сопутствующие диагнозы: <данные изъяты>
Согласно справке серии МСЭ-2023 ... от 11.06.2025 у истца установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 30 % на срок до 01 июля 2026 г
Таким образом, истец получил профессиональное заболевание в связи с исполнением трудовых обязанностей в ПАО «ТГК-14» во вредных производственных условиях и утрату трудоспособности - 30%.
В судебном заседании, истец Терентьев Д.Г. указал, что в связи с возникновением у него указанного выше профессионального заболевания и утратой трудоспособности он испытывает нравственные и физические страдания, выражающиеся в ограничении обычной жизнедеятельности, испытывает постоянные болевые ощущения, из-за постоянных болей не может полноценно общаться с родными и знакомыми.
Указанные обстоятельства также подтвердили свидетели ФИО7, ФИО8
В силу положений абзацев 4 и 14 части 1 статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ (абзацы 4, 15, 16 части 2 статьи 22 Трудового кодекса РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац 2 части 1 статьи 210 Трудового кодекса РФ).
Статьей 214 Трудового кодекса РФ определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац 2 части 3 статьи 214 Трудового кодекса РФ).
Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом РФ, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы 2 и 13 части 1 статьи 219 Трудового кодекса РФ).
Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса РФ).
В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.
Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.
В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ жизнь и здоровье – это нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения.
Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с данным Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.
Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ).
Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).
В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Согласно пункту 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 Гражданского кодекса РФ).
В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» изложено, что по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ в случае, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса РФ работодатель обязан, в частности, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Согласно п, 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом, поскольку, потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.
Учитывая, что профессиональное заболевание развилось у истца вследствие необеспечения его работодателем безопасными условиями труда, в результате чего истцом частично утрачена профессиональная трудоспособность, истец, безусловно, испытывает нравственные и физические страдания (ограничение обычной жизнедеятельности, обусловленные заболеванием, болезненные ощущения, испытывает дискомфорт при общении с близкими, родными и знакомыми), в связи с чем требования истца подлежат частичному удовлетворению.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая обстоятельства, установленные выше, осуществление истцом трудовой деятельности во вредных условиях труда, наличие у истца одного профессионального заболевания, нескольких сопутствующих заболеваний, установление ему процента утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 %, принимая во внимание степень нравственных и физических страданий, указанных выше, учитывая индивидуальные особенности истца, наличие вины ответчиков, не обеспечивших безопасные условия труда, отсутствие вины истца Терентьева Д.Г. в наличии у него профессионального заболевания, устанавливает размер компенсации морального вреда в размере 311 960 руб.
По мнению суда, именно данный размер компенсации морального вреда является достаточным, соответствующим принципам разумности и справедливости.
В связи с удовлетворением иска, на основании ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию с ответчиков в доход муниципального образования госпошлина в размере 3000 руб.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Терентьева Д.Г. к ПАО «ТГК-14» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.
Взыскать с ПАО «ТГК-14» (ОГРН 1047550031242) в пользу Терентьева Д.Г., *** года рождения, уроженца г. ФИО1 (... ...) компенсацию морального вреда за вред, причиненный здоровью работника при исполнении трудовых обязанностей, в размере 311 960 руб.
Во взыскании полной суммы компенсации морального вреда отказать.
Взыскать с ПАО «ТГК-14» (ОГРН 1047550031242) государственную пошлину в доход муниципального образования г. Улан-Удэ в размере 3 000руб.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Бурятия в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.
В окончательной форме решение принято ***
Судья О.М. Пинтаева
УИД: 04RS0...-75