К содержимому
Судпоиск.рф

Дело № 2-3/2025 (2-21/2024; 2-716/2023) ~ М-625/2023

О компенсации морального вреда, в связи с причинением вреда жизни и здоровью

Гражданские дела · первая инстанция, Сыктывдинский районный суд Республики Коми · судья Сурнина Татьяна Александровна

Иск (заявление, жалоба) удовлетворен частично
Карточка на сайте суда
Поступило
21.07.2023
Решение
24.12.2025
Категория
Возмещение вреда
Номер здания, название обособленного подразделения
Сыктывдинский районный суд

Решения

Дело №

УИД 11RS0№-94

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе судьи Сурниной Т.А., при секретаре судебного заседания Филипповой Ю.В., с участием прокурора Шувлова Н.А., представителя истцов Красиковой И.А., представителя ответчика Кулешова Ю.Г., представителей ответчика Нанинец А.Л., Ереминой Ю.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании в <адрес> 24 декабря 2025 года гражданское дело по исковому заявлению Белых Ю. Р., Белых В. С. к ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер», Министерство здравоохранения Республики Коми о взыскании компенсации морального вреда, установил:

Белых Ю.Р., Белых В.С. обратились в суд с исковым заявлением, в котором с учетом уточнений просили взыскать с ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. в пользу каждого истца.

В обоснование заявленных требований указано, что <дата> Белых Ю.Р. на 6-7 неделе беременности поставлена на учет в женскую консультацию в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», где в период с <дата> по <дата> проходила лечение на дневном стационаре с диагнозом отеки беременных, патологическая прибавка в весе, артериальная гипертензия, умеренная преэклампсия, единственная артерия пуповины, вегето-сосудистая дистония по гипертоническому типу, нарушения ритма сердца, наджелудочковая экстрасистолия, нарушения жирового обмена 2 ст., бактериурия, гемодинамические нарушения 1а степени. В результате виновной непредусмотрительности и небрежности ответчика ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» <дата> в 13:55 Белых Ю.Р. поступила в ГБУЗ РК «КРПЦ» с тяжелой преэклампсией, полной отслойкой плаценты, антенатальной гибелью плода, коагулапотическим кровотечением, геморрагическим шоком 3 степени. В 14:05 проведена операция – досрочное родоразрешение, извлечен мертвый мальчик. Согласно заключению экспертизы Филиала ООО «Капитал МС» качества медицинской помощи №ф-№ от <дата> имелись дефекты при оказании медицинской помощи в ГБУЗ «Сыктывдинская ЦРБ». Кроме того, согласно заключению эксперта №А001151 от <дата> при оценке медицинской помощи ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» оказанной Белых Ю.Р. <дата> выявлен тактический дефект, который имеет причинно-следственную связь (косвенную) с наступившими тяжкими последствиями в виде преждевременной отслойки плаценты, геморрагического шока у матери и антенатальной гибели плода. При оценке действий ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» также установлены нарушения, имеющие непрямую причинно-следственную связь с наступившими последствиями. Ссылаясь на ненадлежащее оказание медицинской помощи, а также на то, что истцы понесли невосполнимую утрату, Белых Ю.Р. находилась в стационаре в крайне тяжелом состоянии, оба истца испытали сильные морально-нравственные страдания, Белых Ю.Р., Белых В.С. обратились в суд с рассматриваемым иском.

Судом привлечены к участию в деле в качестве соответчиков ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» и Министерство здравоохранения Республики Коми, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Филиал ООО «Капитал МС», ГУ ТФОМС по <адрес>, Власова В.В. и Власова Т.В.

Истцы Белых Ю.Р., Белых В.С., будучи извещенными о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в настоящее судебное заседание не явились, направив своего представителя. В ходе рассмотрения дела Белых Ю.Р. на исковых требованиях настаивала, указав, что по вине ответчиков - медицинских учреждений потеряла ребенка, чем ей причинены глубокие нравственные страдания.

Представитель истцов Красикова И.А. в судебном заседании поддержала исковые требования в полном объеме по доводам иска и уточнений к нему.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» Кулешов Ю.Г. с исковыми требованиями согласился, просил снизить размер взыскиваемой суммы до разумных пределов.

Представители ответчика ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» Нанинец А.Л. и Еремина Ю.Б. с иском не согласились, указав, что экспертным заключением вина Учреждения, как и оказание истцу Белых Ю.Р. медицинской помощи ненадлежащего качества, не установлены.

Ответчик Министерство здравоохранения Республики Коми, третьи лица Власова В.В., Власова Т.В., Филиал ООО «Капитал МС», ГУ ТФОМС Республики Коми, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного заседания, в суд не явились, своих представителей не направили.

Министерством здравоохранения Республики Коми представлены возражения на иск, в которых Министерство просит при взыскании компенсации морального вреда учесть принципы разумности и справедливости, а также социальную значимость ответчиков, являющихся государственными учреждениями здравоохранения, и их источник финансирования – республиканский бюджет Республики Коми.

Филиал ООО «Капитал МС» представлен в отзыв на иск, в котором со ссылкой на проведенную Филиалом экспертизу, которой установлены дефекты оказания ответчиком ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» медицинской помощи Белых Ю.Р., поддерживаются исковые требования истцов к данному ответчику.

ГУ ТФОМС Республики Коми в отзыве на иск разрешение спора оставило на усмотрение суда.

Третьи лица Власова В.В. и Власова Т.В. в ходе рассмотрения дела с иском не согласились, указав, что ими истцу оказаны медицинские услуги надлежащего качества.

На основании ст. 167 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определил рассмотреть дело при имеющейся явке.

Заслушав объяснения представителя истцов и представителей ответчиков, заключение прокурора, указавшего, что исковые требования подлежат удовлетворению, при этом размер компенсации морального вреда должен быть определен с учетом разумности и справедливости, исследовав материалы настоящего дела, медицинские документы Белых Ю.Р. (в том числе индивидуальную карту беременной и родильницы №, обменную карту беременной №, историю родов №, медицинскую карту стационарного больного №, медицинскую карту стационарного больного №, медицинскую карту амбулаторного больного ГБУЗ РК «СГП №», медицинскую карту амбулаторного больного №д, результаты исследований РГУЗ РК «Коми Республиканский перинатальный центр», материал проверки № № по <адрес> СУ СК РФ по РК, медицинскую карту амбулаторного больного №, историю развития новорожденного №), суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 150 Гражданского кодекса РФ здоровье человека является нематериальным благом, принадлежащим гражданину от рождения.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 14 указанного постановления под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека.

Из материалов дела следует, что <дата> истец Белых Ю.Р. на 6-7 неделе беременности поставлена на учет в женскую консультацию в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», где в период с <дата> по <дата> проходила лечение на дневном стационаре с диагнозом отеки беременных, патологическая прибавка в весе, артериальная гипертензия, умеренная преэклампсия, единственная артерия пуповины, вегето-сосудистая дистония по гипертоническому типу, нарушения ритма сердца, наджелудочковая экстрасистолия, нарушения жирового обмена 2 ст., бактериурия, гемодинамические нарушения 1а степени.

Судом установлено, что <дата> в 13:55 Белых Ю.Р. поступила в ГБУЗ РК «Коми республиканский перинатальный центр» с тяжелой преэклампсией, полной отслойкой плаценты, антенатальной гибелью плода, коагулапотическим кровотечением, геморрагическим шоком 3 степени. В 14:05 проведена операция – досрочное родоразрешение, извлечен мертвый мальчик.

Из акта внеплановой документарной проверки № по соблюдению порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» и в ГБУ РК «Коми республиканский перинатальный центр» от <дата>, составленного Министерством здравоохранения Республики Коми, следует, что Белых Ю.Р. состояла на учете по беременности в ГБУЗ «Сыктывдинская ЦРБ». Установлен основной диагноз преждевременные роды в 31 неделю 6 дней. Нарушение жирового обмена 1 <адрес>-сосудистая дистония по гипертоническому типу. Гестационный сахарный диабет, компенсированный диетой. Миопатия 1. Наджелудочковая экстрасистолия. Единственная артерия пуповины. Осложнения основного диагноза: тяжелая преэклампсия. Полная отслойка нормально расположенной плаценты. Антенатальная гибель плода. Геморрагический шок 3 <адрес> кровотечение. ДВС синдром. Тромботические микроангиопатии. Острое повреждение почек. Установлено, что на этапе женской консультации ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» ведение беременности осуществлялось с нарушением приказа Минздрава России от 20.10.2020 №1130н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи по профилю «акушерство и гинекология», клинических рекомендаций «Нормальная беременность», клинических рекомендаций «Гипертензивные состояния. Преэклампсия. Эклампсия»: 1) при первой явке не проведено исследование уровня ТТГ (для выявления гипотиреоза), не проведено обследование на Rubellavirus (нет указаний о перенесенной краснухе в амбулаторной карте); 2) при постановке на учет выявлено повышение глюкозы в крови натощак. Для исключения диагноза: сахарный диабет не проведена консультация эндокринолога, в 26 недель не проведен глюкозно-толерантный тест; 3) при получении результатов посева мочи с ростом от <дата>, устойчивые к антибиотикам, разрешенным при беременности, не проведена санация мочевых путей растительными уросептиками с контролем посева мочи. Лечение назначено несвоевременно – только в 31 неделю; 4) при появлении симптомов ОРВИ с высокой температурой не осмотрена терапевтом. Не проведено лабораторное исследование для исключения ковидной инфекции; 5) При наличии исходного ожирения, АГ до беременности, ввиду не проведения своевременной оценки результатов биохимического скрининга женщина не отнесена в группу высокого риска развитие «преэклампсии». При высоком риске «преэклампсии» 1:114 не назначена профилактика (кардиомагнил/ацетилсалициловая кислота). При своевременном консультировании кардиологом не выполнены рекомендации врача-специалиста о проведении СМАД в 25-26 недель. Дневники самоизмерения АД пациенткой не представлены. Назначенная консультация кардиолога на <дата> не выполнена. Своевременно не интерпретированы патологическая прибавка веса, ранние нарастающие отеки лица, рук и ног; 6) При лечении в дневном стационаре с <дата> не проведена консультация терапевта, окулиста при исключении «преэклампсии». Не проведены динамическое измерение АД при каждом посещении, ежедневное взвешивание для контроля прибавки веса, мониторинг КТГ плода с 26 недель и при проведении магнезиальной терапии. Вместе с тем проведена терапия препаратами вне инструкции (пентоксифиллин, мельдоний) в отсутствие письменного согласия на введение данных препаратов. Не выяснена причина отсутствия беременной в дневном стационаре <дата>. Не осуществлен своевременный перевод пациентки в круглосуточный стационар при нарастании уровня белка в моче; 7) Записи в обменной карте и индивидуальной карте не совпадают. Обменная карта не соответствует приказу №1130н, отсутствует список тревожных симптомов, требующих экстренного обращения к врачу.

Также указано, что на этапе ГУ РК «Клинический кардиологический диспансера выявлено следующее: 1) Врачом кардиологом консультирована своевременно, даны рекомендации по дообследованию (не все рекомендации выполнены); 2) Обследование проведено в полном объеме согласно Клиническим рекомендациям «Артериальная гипертензия у взрослых» от 2020г.; 3) Лечение назначено своевременно; 4) Во время повторной консультации <дата> при наличии жалоб беременной на нарастающие отеки рук и ног, подъем АД до 140/100 рекомендован стационар, а не госпитализация.

Экспертным заключением страховой медицинской организации ООО «Капитал МС» от <дата> при оказании истцу медицинской помощи в ГБУЗ «Сыктывдинская ЦРБ» установлено, что госпитализация в дневной стационар в сроке 30 недель для проведения скрининга на перинатальную энцефалопатию (ПЭ) не показана, подлежит госпитализации в круглосуточный акушерский стационар, обследована, однако при нарастающей протенурии и не стабильном артериальном давлении по данным СМАД, при сохраняющихся оттеках не предложена госпитализация в роддом, не проведено КТГ для оценки состояния плода, диагноз ПЭ выставлен поздно, в лечении применялись запрещенные при беременности лекарственные средства без информированного согласия беременной на лечение.

В ходе рассмотрения дела врачи Власова В.В. и Власова Т.В., которые вели беременность Белых Ю.Р., указали, что медицинские услуги ими оказаны надлежащим образом. Пояснили, что в ходе беременности у Белых Ю.Р. произошла патология беременности – преэклампсия. Причинной данного осложнения, как выяснилось позднее, явилась тромбофилия, т.е. образование в сосудах микротромб вследствие нарушений свертываемости крови, поэтому произошла резкая отслойка плаценты на фоне давления. Тромобофилия является наследственным заболеванием, при этом сама Белых Ю.Р. не знала о наличии у нее такого заболевания.

Постановлением старшего следователя СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> от <дата> отказано в возбуждении уголовного дела в отношении Власовой В.В., Власовой Т.В. за отсутствием в их действиях состава преступления, предусмотренного ст.238 УК РФ на основании ч. 1 п. 2 ст. 24 УПК РФ.

В рамках рассмотрения дела по ходатайству ГБУЗ «Сыктывдинская ЦРБ» судом назначалась судебно-медицинская экспертиза, производство которой поручалось ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных медицинских судебных экспертов и специалистов».

Из заключения эксперта ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных медицинских судебных экспертов и специалистов» от <дата> следует, что в период наблюдения и лечения Белых Ю.Р. ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» с <дата> по <дата> были установлены следующие дефекты: отсутствовало проведение исследования крови с целью определения уровня тиреоотропного гормона и уровня содержания антител к тиреопериоксидазе для раннего выявления и терапии нарушения функции щитовидной железы (дефект диагностики); отсутствовало проведение иммунологического исследования крови на наличие антител к вирусу краснухи для определения серонегативного состояния (дефект диагностики); отсутствовала клиническая трактовка результатов анализа крови с повышенным содержанием глюкозы с формулировкой диагноза: подозрение на «гестационный сахарный диабет», с немедленным направлением беременной к эндокринологу для полноценного обследования (дефект диагностики и дефект маршрутизации); запоздалое проведение санации мочевыводящих путей при получении результатов посева мочи от <дата> - рост St. Hacmolyticus 10 (4) и при наличии признаков бессимптомной бактериурии (дефект лечения); отсутствие осмотра и лечения терапевтом беременной на фоне предполагаемой ОРВИ (высокая лихорадка, кашель, боли в мышцах), и акушером-гинекологом не была передана телефонограмма участковому терапевту о заболевшей беременной (дефект диагностики, лечения и дефект маршрутизации); запоздалое проведение диагностики новой коронавирусной инфекции (<дата>) при заболевании острой респираторной вирусной инфекцией <дата>; при лечении в условиях дневного стационара с <дата> по <дата> пациентке не проведена консультация врача-терапевта и врача-окулиста (диагностический дефект); несоответствие оформления обменной карты беременной действующему приказу (карта старого образца) - дефект оформления документации.

Перечисленные дефекты не повлияли на течение беременности и состояние плода, а также не мешали интерпретации клинических данных. Таким образом, между указанными дефектами и развившимся осложнением в виде полной отслойки нормально расположенной плаценты с антенатальной гибелью плода причинно-следственная связь не усматривается.

Также в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» были выявлены и другие дефекты: не выполнены рекомендации кардиолога о проведений суточного мониторирования артериального давления (СМАД) в 25-26 недель (что могло выявить более высокие цифры артериального давления в отличии от таковых при самоизмерении) - дефект диагностики; недооценка риска развития «преэклампсии»: беременная относилась к группе высокой степени риска по совокупности факторов: артериальная гипертензия до беременности, ожирение, высокий риск развития «преэклампсии» по данным биохимического скрининга - дефект диагностики; не назначен пероральный прием ацетилсалициловой кислоты с 12 недель до 36 недель беременности по 150мг/день - дефект лечения; отсутствовала клиническая трактовка ранних стойких отеков лица, рук и ног с 22 недель на фоне патологической прибавки массы тела - дефект диагностики; отсутствовала клиническая трактовка ранних стойких отеков лица, рук и ног с 22 недель на фоне патологической прибавки массы тела - дефект диагностики; в обменной карте нет списка «тревожных симптомов», требующих экстренного обращения к врачу - дефект оформления документации; при повторной консультации в кардиологическом диспансере в 30 недель беременности при наличии жалоб на нарастающие отеки рук и ног, гипертензию на приеме до 140/100 мм рт ст не выполнена срочная госпитализация в стационар 3-го уровня - дефект маршрутизации; недооценка степени тяжести беременной и темпов ее нарастания в дневном стационаре (стойкие нарастающие отеки, протеинурия, цифры артериального давления по данным СМАД свидетельствовали о тяжелой «преэклампсии») - дефект диагностики; отсутствовало проведение динамической токографии плода в третьем триместре (дефект диагностики); отсутствие своевременной госпитализация Белых Ю.Р. в стационар 3-го уровня в период с <дата> по <дата> - дефект маршрутизации.

Отсутствие полноценного наблюдения за течением беременности во втором и третьем триместрах, за состоянием и темпами развития плода, а также несвоевременный перевод в стационар 3-го уровня с <дата> по <дата>, не позволили своевременно и адекватно диагностировать «преэклампсию» тяжелой степени и предотвратить развитие осложнения в виде полной отслойки нормально расположенной плаценты с антенатальной гибелью плода. Обследование и лечение Белых Ю.Р. в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» проводилось не по профилю лечебного учреждения, не в полном объеме, и, следовательно, медицинская помощь на данном этане не была эффективной и оптимальной.

Таким образом, экспертами сделан вывод о том, что между указанными дефектами и развитием осложнения имеется причинно-следственная связь, носящая непрямой (косвенный) характер. При отсутствии прямой причинно-следственной связи между дефектом оказания медицинской помощи и неблагоприятным течением травмы вред здоровью не определяется согласно п.10 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08.2007 № 522, п. 15 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от <дата> №н (действовал до <дата>).

Назначение Белых Ю.Р. лекарственных средств в процессе наблюдения за беременностью с <дата> по <дата> было обоснованным, не противоречило действующим клиническим рекомендациям и не повлияло на развитие у нее «преэклампсии».

При ведении беременности в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» адекватная клиническая трактовка ранних стойких отеков лица, верхних и нижних конечностей с 22 недель беременности на фоне неравномерной патологической прибавки массы тела, а затем - появления умеренной гипертензии у пациентки из группы высокого риска развития «преэклампсии» позволяли своевременно поставить диагноз «преэклампсия», госпитализировать ее в стационар 3-го уровня для уточнения степени тяжести заболевания.

Из нормативных документов следует, что «тромбофилия» - нарушение свертываемости крови, характеризующееся предрасположенностью к патологическому тромбоообразованию в кровеносных сосудах разной локализации (преимущественно вен) вследствие нарушений состава и свойств крови (Клинические рекомендации - Венозные осложнения во время беременности и послеродовом периоде). Указанную патологию диагностируют гематологи, однако в процессе обследования беременной показаний для консультации гематолога у пациентки установлено не было.

При оценке медицинской помощи в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» по профилю «акушерство и гинекология» был выявлен тактический дефект – во время повторной консультации <дата> при наличии жалоб беременной на нарастающие отеки рук и ног, подъем артериального давления до 140/100 мм рт ст не рекомендована госпитализация в стационар 3-го уровня, а вместо этого ее направили в дневной стационар, что затруднило возможности адекватной диагностики, симптоматического лечения и определения акушерской тактики при преэклампсии тяжелой степени до наступления тяжелых осложнений – преждевременной отслойкой плаценты, геморрагического шока у матери и антенатальной гибели плода.

В заключении сделан вывод о том, что между указанным дефектом и развитием осложнения имеется причинно-следственная связь, носящая непрямой (косвенный) характер. При отсутствии прямой причинно-следственной связи между дефектом оказания медицинской помощи и неблагоприятным течением травмы вред здоровью не определяется согласно п. 10 Правил определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17.08. 2007 № 522, и п. 15 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н.

После поступления экспертного заключения в суд истцами уточнены исковые требования, заявлено о солидарном взыскании с ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» и ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» компенсации морального вреда в размере 2000 000 руб. в пользу каждого истца.

Выражая несогласие с заключением эксперта ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных медицинских судебных экспертов и специалистов» от <дата>, представитель ответчика ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» ссылался на то, что экспертами не дана оценка тому, какие именно дефекты выявлены при оказании ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» медицинской помощи Белых Ю.Р.

Определением от <дата> судом по делу назначена дополнительная судебная-медицинская экспертиза, производство экспертам Российского центра судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации.

Из представленного заключения следует, что причиной антенатальной гибели плода Белых Ю.Р. явилась острая внутриутробная гипоксия плода в результате преждевременной полной отслойки нормально расположенной плаценты, вследствие прогрессирования преэклампсии, на фоне хронической плацентарной недостаточности. Учитывая отсутствие динамического наблюдения за состоянием Белых Ю.Р. и отсутствие мониторингового контроля (аускультации сердцебиений плода, КТГ, ультразвукового исследования с допплерометрическим исследованием кровотока) состояния здоровья ее плода <дата> в период с 09 часов до 13 часа 55 минут не представляется возможным объективно и достоверно установить, точное время развития острой антенатальной гипоксии плода и его внутриутробной гибели.

Также экспертами указано, что, учитывая повышение у Белых Ю.Р. <дата> (8 недель беременности) артериального давления до 145/87 мм рт. ст., пульс 99 в мин, изменения на электрокардиограмме от <дата> (синусовая аритмия 45-74 уд/мин), повышение артериального давления максимально до 148/87 мм рт. ст. по данным суточного мониторирования артериального давления от <дата>, была своевременно направлена на консультацию к врачу-кардиологу в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер», где ей обоснованно и своевременно назначена антигипертензивная терапия препаратом допегит по 250 мг.

Вместе с тем, повышение артериального давления впервые до 145/87-148/87 мм рт. ст. у Белых Ю.Р. на сроке беременности 8-9 недель, указывало о наличие у нее хронической артериальной гипертензии (Основание: Клинические рекомендации «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде»). В ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» диагноз: «Хроническая артериальная гипертензия» Белых Ю.Р. не был установлен, что является недостатком диагностики.

Учитывая наличие у Белых Ю.Р. высокого риска развития преэклампсии по данным пренатального биохимического скрининга (риск преэклампсии 1 из 114 - высокий), наличие у нее высокого риска развития тромбоэмболических осложнений <дата> (18-19 недель беременности) с профилактической целью ей назначен кардиомагнил 75 мг, что являлось обоснованным.

Вместе с тем, учитывая наличие у Белых Ю.Р. высокого риска развития преэклампсии и проведения ей антигипертензивной терапии препаратом допегит, было показано проведение ультразвукового исследования плода с допплерометрическим исследованием кровотока каждые 7-10 дней (начиная с 20 недель беременности) с целью уточнения состояния плода, что не было ей выполнено и, является недостатком диагностики (Основание: Клинические рекомендации «Преэклампсия. Эклампсия. Отеки, протеинурия и гипертензивные расстройства во время беременности, в родах и послеродовом периоде»).

Учитывая наличие у Белых Ю.Р., высокого риска развития преэклампсии, повышение артериального давления до 140/93 мм рт. ст. в динамике, быстро нарастающих отеков (патологическая прибавка массы тела), нарастающей в динамике протеинурии по данным клинических лабораторных исследований мочи, с <дата> ей была показана госпитализация в акушерский круглосуточный стационар третьего уровня (перинатальный центр) для решения вопроса о дальнейшей тактике ведения беременности, динамического наблюдения, обследования и профилактики осложнений, что не было выполнено и является недостатком оказания медицинской помощи.

При оказании медицинской помощи Белых Ю.Р. в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» был допущен недостаток диагностики: не установлен диагноз «хроническая артериальная гипертензия» При повышении у Белых Ю.Р. артериального давления (до 145/87-148/87 мм рт. ст.), отметившееся у нее впервые на сроке беременности 8-9 недель, а также с <дата> (беременность 20 недель) не назначалось показанное Белых Ю.Р. ультразвуковое исследование плода с допплерометрическим исследованием кровотока каждые 7-10 дней, при проведении ей антигипертензивной терапии и наличии у нее высокого риска развития преэклампсии, с целью контроля состояния плода.

Экспертами сделан вывод о том, что данный недостаток диагностики не повлиял на развитие и прогрессирование у Белых Ю.Р. преэклампсии, осложнившейся полной отслойкой нормально расположенной плаценты, и не находится в прямой причинно-следственной связи с антенатальной гибелью ее плода.

При оказании медицинской помощи Белых Ю.Р. в ГУ РК Республики Коми «<адрес> больница» (женская консультация) были допущены следующие недостатки оказания медицинской помощи: 1. Недостаток диагностики: с <дата> (беременность 11 недель) не назначалось и не проводилось показанное Белых Ю.Р. ультразвуковое исследование плода с допплерометрическим исследованием кровотока каждые 7-10 дней, при проведении ей антигипертензивной терапии и наличие у нее высокого риска развития преэклампсии, с целью контроля состояния плода; 2. Лечебно-тактический недостаток: <дата> не направлена на показанную ей госпитализацию в отделение патологии беременности круглосуточного стационара для динамического наблюдения, проведения обследования и профилактики осложнений при наличии у нее угрозы развития преэклампсии.

Недостаток диагностики в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» (женская консультация) не повлиял на развитие и прогрессирование у Белых Ю.Р. преэклампсии, осложнившейся полной отслойкой нормально расположенной плаценты, и не находится в прямой причинно-следственной связи с антенатальной гибелью ее плода.

Лечебно-тактический недостаток оказания медицинской помощи в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» (женская консультация), не позволил своевременно <дата> определить правильную тактику ведения беременности (госпитализация в круглосуточный акушерский стационар), однако учитывая удовлетворительное состояние Белых Ю.Р. и ее плода, отсутствие у нее признаков развития и прогрессирования преэклампсии <дата>, прямая причинно-следственная связь с антенатальной гибелью плода Белых Ю.Р. отсутствует.

При оказании медицинской помощи Белых Ю.Р. в ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» (дневной стационар) были допущены следующие недостатки: 1. Недостатки диагностики: с <дата> (30 недель 5 дней) не назначался и не проводился показанный динамический мониторинговый контроль кардиотокография; с <дата> не назначалось и не проводилось показанное ей ультразвуковое исследование плода с допплерометрическим исследованием кровотока; с <дата> не назначался и не проводился ежедневный мониторинговый контроль кардиотокография плода, при наличии признаков прогрессирования преэклампсии; 2. Лечебно-тактические недостатки: с <дата> не направлена на показанную ей госпитализацию в перинатальный центр для решения вопроса о дальнейшей тактике ведения беременности, для динамического наблюдения, проведения обследования и профилактики осложнений при наличии у нее признаков развития преэклампсии; <дата> не направлена на показанную ей госпитализацию в перинатальный центр для решения вопроса о дальнейшей тактике ведения беременности, для динамического наблюдения, проведения обследования и профилактики осложнений при наличии у нее признаков прогрессирования преэклампсии; <дата> Белых Ю.Р. не направлена на показанную ей госпитализацию в перинатальный центр для решения вопроса о дальнейшей тактике ведения беременности, для динамического наблюдения, проведения обследования и профилактики осложнений при наличии у нее признаков прогрессирования преэклампсии.

Экспертами сделан вывод о том, что допущенные недостатки оказания медицинской помощи в дневном стационаре ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» послужили причиной несвоевременной диагностики развития и прогрессирования у Белых Ю.Р. преэклампсии, осложнившейся полной отслойкой нормально расположенной плаценты с развитием острого нарушения плодово-плацентарного и маточно-плацентарного кровотока и развитием острой гипоксии плода, не позволили своевременно оказать показанную ей квалифицированную медицинскую помощь. Своевременная диагностика развития и прогрессирования у Белых Ю.Р. преэклампсии, а также своевременная госпитализация и квалифицированная медицинская помощь в акушерском стационаре третьего уровня могла предотвратить развитие осложнений в виде полной отслойки нормально расположенной плаценты с развитием острого нарушения плодово-плацентарного и маточно-плацентарного кровотока и развитием острой гипоксии плода и его антенатальной гибели.

Экспертами отмечено, что при наблюдении Белых Ю.Р. в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» (с <дата> по <дата>) объективных, клинико-лабораторных и инструментальных данных, свидетельствующих о наличие у нее признаков развития преэклампсии, не имеется. По данным представленной медицинской документации клинико-лабораторных и инструментальных данных, подтверждающих наличие у Белых Ю.Р. тромбофилии при наблюдении ее в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» в указанный период не имеется.

Причиной преждевременной полной отслойки нормально расположенной плаценты у Белых Ю.Р., скорее всего, послужило прогрессирование преэклампсии.

При оказании медицинской помощи Белых Ю.Р. в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» был допущен недостаток диагностики: не установлен диагноз «хроническая артериальная гипертензия» при отметившемся у Белых Ю.Р. повышении артериального давления (до 145/87-148/87 мм рт. ст.), впервые в 8-9 недель беременности, а также не назначалось показанное Белых Ю.Р. с <дата> (с 20 недель беременности) ультразвуковое исследование плода с допплерометрическим исследованием кровотока каждые 7-10 дней, при проведении ей антигипертензивной терапии и наличии у нее высокого риска развития преэклампсии, с целью контроля состояния плода.

Недостаток диагностики в ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» не повлиял на развитие и прогрессирование у Белых Ю.Р. преэклампсии, осложнившейся полной отслойкой нормально расположенной плаценты, и не находится в прямой причинно-следственной связи с антенатальной гибелью ее плода.

Разрешая исковые требования, суд руководствуется следующим.

Право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (ст. 2 и 7, ч. 1 ст. 20, ст. 41 Конституции Российской Федерации).

В соответствии с ч. 1 и 2 ст. 7, 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации жизнь и здоровье человека являются благами, имеющими конституционное значение.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон №323-ФЗ).

Статьей 4 Федерального закона №323-ФЗ закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; приоритет профилактики в сфере охраны здоровья.

Согласно ч. 1 ст. 2 Федерального закона №323-ФЗ здоровье – это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан – это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (ч. 2 ст. 2 Федерального закона №323-ФЗ).

В ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (ч. 1, 2, 5-7 ст. 4 Федерального закона №323-ФЗ).

Медицинская помощь – это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент – физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (ч. 3, 9 ст. 2 Федерального закона №323-ФЗ).

В ч. 21 ст. 2 Федерального закона №323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи – это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона №323-ФЗ).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона №323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона №323-ФЗ).

Согласно п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона №323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Согласно п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, следует, что право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 даны разъяснения о том, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (ст. 19 и ч. 2, 3 ст. 98 Федерального закона №323-ФЗ).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Согласно п. 49 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Согласно ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании изложенного, суд принимает в качестве допустимых и достоверных доказательств представленные ЧЭУ «Северо-Западное бюро негосударственных медицинских судебных экспертов и специалистов» и Российским центром судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации экспертные заключения, оснований не согласиться с достоверностью выводов, изложенных в них, у суда не имеется, поскольку экспертные заключения подготовлены специалистами, обладающими специальными познаниями в исследуемой области, заключения обоснованы и мотивированы, основаны на представленных в материалы дела документах, в том числе медицинских.

Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинского учреждения за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинского учреждения (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда – медицинского учреждения или его работников.

Между тем, в ходе рассмотрения дела факт оказания ответчиком ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» медицинских услуг ненадлежащего качества не нашел своего подтверждения.

Эксперты Российского центра судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения Российской Федерации пришли к однозначному выводу о том, что ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» допущен недостаток диагностики у Белых Ю.Р. хронической артериальной гипертензии, который не повлиял на развитие и прогрессирование у Белых Ю.Р. преэклампсии, повлекшей антенатальную гибель ее плода. Факт причинения ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» истцам допущенным недостатком нравственных и физических страданий относимыми и допустимыми доказательствами не подтвержден.

Вместе с тем, необходимым условием для удовлетворения заявленного иска к ответчику ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» является установление факта совершения виновных противоправных действий медицинских работников, факта несения истцами нравственных и физических страданий и наличие между данными фактами причинно-следственной связи, между тем таких доказательств в отношении ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» суду не представлено и судом не добыто.

Таким образом, принимая во внимание установленные обстоятельства и приведенные правовые нормы, суд находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению в рассматриваемом случае требования истцов о взыскании с ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» компенсации морального вреда.

Разрешая требования истцов к ответчику ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», принимая во внимание, что и экспертами Филиала ООО «Капитал МС», и судебными экспертами установлено, что ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» допущены недостатки оказания медицинской помощи, что послужило причиной несвоевременной диагностики развития и прогрессирования у Белых Ю.Р. преэклампсии, приведшей к гибели ее плода, учитывая выводы эксперта о том, что своевременная диагностика развития и прогрессирования у Белых Ю.Р. преэклампсии, а также своевременная госпитализация и квалифицированная медицинская помощь могла предотвратить развитие осложнений в виде полной отслойки нормально расположенной плаценты с развитием острого нарушения плодово-плацентарного и маточно-плацентарного кровотока, развитием острой гипоксии плода и его антенатальной гибели, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований истцов к ответчику ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ».

Несмотря на то, что имеющиеся дефекты оказания медицинской помощи в соответствии с экспертными заключениями не находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью плода, между тем, указанные обстоятельства свидетельствуют об оказании медицинской услуги ненадлежащего качества.

То обстоятельство, что дефекты оказания медицинской помощи не находятся в прямой причинно-следственной связи с гибелью плода, безусловно, учитываются судом, вместе с тем, отсутствие прямой причинно-следственной связи между дефектами оказанной медицинской помощи и наступившими последствиями в виде антенатальной гибели плода, не может являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований, поскольку в силу действующего законодательства каждый имеет право на получение качественной медицинской помощи.

В данном случае юридическое значение имеет и косвенная (опосредованная) причинная связь, поскольку дефекты оказанной ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» медицинской помощи Белых Ю.Р. ограничили ее право на получение качественной и полной медицинской услуги, а равно нарушили право в сфере охраны здоровья, что служит основанием для компенсации морального вреда.

При этом неоказание пациенту в полном объеме всех необходимых лечебных мероприятий, направленных на устранение патологического состояния, причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Учитывая изложенное, в рассматриваемом случае имеются основания для возложения на данного ответчика ответственности в виде компенсации морального вреда, причиненного истцам в связи с гибелью плода, доказательств отсутствия вины ответчиком ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд руководствуется общими нормами Гражданского кодекса РФ и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ в указанной части.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами ст. 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса РФ).

Из норм Семейного кодекса РФ, положений ст. 150, 151 Гражданского кодекса РФ следует, что в случае нарушения прав граждан, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В п. 15 названного постановления закреплено, что причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

К родственникам относятся лица, состоящие в родстве. Круг лиц, относящихся к близким родственникам, определен абз.3 ст.14 Семейного кодекса РФ, которой предусмотрено, что близкими родственниками являются родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры. Все иные лица, за исключением близких родственников, состоящие в родстве, относятся к иным родственникам.

Исходя из положений ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно п. 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.26).

Согласно п. 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью иным лицам, в частности членам его семьи, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда.

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан (п.30).

Из указанных выше правовых норм и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что определение размера компенсации морального вреда законодателем отнесено к исключительной компетенции суда.

Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте, является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому причинен вред, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.

Как установлено судом, истцы Белых Ю.Р., Белых В.С. ждали рождения своего первого ребенка. Гибель не рожденного ребенка сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родителей. Утрата ребенка является для истцов тяжелейшим событием и невосполнимой потерей, неоспоримо причинившей наивысшую степень нравственных страданий, препятствующих нормальной жизнедеятельности, в связи с чем, факт причинения истцам морального вреда не подвергается сомнению, поскольку истцы, являясь родителями ребенка, безусловно, испытывали нравственные страдания, обусловленные невосполнимой потерей, что бесспорно, нарушило их психоэмоциональное благополучие.

Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцам в результате гибели плода, суд принимает во внимание степень родства, не умаляя степень причиненных им нравственных страданий, связанных с утратой долгожданного ребенка, ухудшение здоровья матери, учитывает, а также принимая во внимание, установленные обстоятельства, свидетельствующие о допущенных дефектах при оказании медицинской помощи, степень вины ответчика, отсутствие прямой причинно-следственной связи между установленными дефектами и наступившими последствиями в виде гибели плода, характер и объем физических и нравственных страданий, перенесенных истцами, учитывая также, что репродуктивная функция у Белых Ю.Р. не утрачена (<дата> у истцов родился здоровый ребенок), и, руководствуясь требованиями разумности и справедливости, определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу Белых Ю.Р., непосредственно которой ответчиком оказана медицинская помощь ненадлежащего качества, в размере 350 000 руб., и в пользу Белых В.С. в размере 150 000 руб.

Определяя компенсацию морального вреда в данном размере, суд также учитывает источник формирования средств учреждения, за счет которого подлежит возмещению неимущественный вред истцам (региональный бюджет), необходимость обеспечения баланса частных и публичных интересов, при котором выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не должна нарушать права других категорий граждан, поскольку казна субъекта Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются, в том числе на осуществление региональных социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан, финансируемые за счет средств регионального бюджета.

При этом, суд также учитывает положения п. 3 ст. 123.21 Гражданского кодекса РФ, закрепляющие ограниченную ответственность учреждения, которое отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом; при недостаточности указанных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пп.4-6 ст. 123.22 и п. 2 ст. 123.23 Гражданского кодекса РФ, несет собственник соответствующего имущества.

Согласно п. 5 ст. 123.22 Гражданского кодекса РФ бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам всем находящимся у него на праве оперативного управления имуществом, в том числе приобретенным за счет доходов, полученных от приносящей доход деятельности, за исключением особо ценного движимого имущества, закрепленного за бюджетным учреждением собственником этого имущества или приобретенного бюджетным учреждением за счет средств, выделенных собственником его имущества, а также недвижимого имущества независимо от того, по каким основаниям оно поступило в оперативное управление бюджетного учреждения и за счет каких средств оно приобретено.

По обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения.

Кроме того, в соответствии с п. 6, пп. 33 п. 9 Положения о Министерстве здравоохранения Республики Коми, утвержденного постановлением Правительства Республики Коми от 05.07.2012 №283, Министерство здравоохранения Республики Коми исполняет функции главного распорядителя и получателя бюджетных средств, в том числе, в части финансового обеспечения деятельности медицинских организаций, подведомственных Министерству.

Таким образом, при недостаточности находящихся в распоряжении ГБУЗ Республики Коми «Сыктывдинская ЦРБ» денежных средств суд полагает необходимым возложить субсидиарную ответственность по исполнению настоящего решения на Министерство здравоохранения Республики Коми.

Руководствуясь положениями ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, а также ст. 333.19 Налогового кодекса РФ с учетом п. 28 ст. 19 Федерального закона от <дата> № 259-ФЗ, суд приходит к выводу о взыскании с ГБУЗ Республики Коми «Сыктывдинская ЦРБ» в доход местного бюджета государственной пошлины в сумме 600 руб. (300 руб. за требования Белых Ю.Р. + 300 руб. за требования Белых В.С.).

Руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд решил:

Исковые требования Белых Ю. Р., Белых В. С. удовлетворить частично.

Взыскать с ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» (ОГРН 1021100970472) в пользу Белых Ю. Р. компенсацию морального вреда в размере 350 000 руб.

Взыскать с ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» в пользу Белых В. С. компенсацию морального вреда в размере 150 000 руб.

При недостаточности имущества ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по обязательствам ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ», возникшим на основании настоящего судебного акта, возложить на Министерство здравоохранения Республики Коми.

Взыскать с ГБУЗ РК «Сыктывдинская ЦРБ» в доход бюджета муниципального района «Сыктывдинский» Республики Коми государственную пошлину в размере 600 руб.

Исковые требования Белых Ю. Р., Белых В. С. к ГУ РК «Клинический кардиологический диспансер» о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья Т.А. Сурнина

Мотивированное решение составлено <дата>.

Участники

Истец2

  • Б. В. С.

  • Б. Ю. Р.

Ответчик3

  • ГБУЗ РК "Сыктывдинская ЦРБ"

    ИНН 1109000650КПП 110901001ОГРН 1021100970472

  • ГУ РК "Клинический кардиологический диспансер"

    ИНН 1101487230КПП 110101001ОГРН 1021100521860

  • Министерство Здавоохрания РК

Третье лицо4

  • В. В. В.

  • В. Т. В.

  • ГУ ТФОМС по Республике Коми

    ИНН 1101471047КПП 110101001

  • Филиал ООО "Капитал МС"

Прокурор

  • Прокурор Сыктывдинского района

Представитель3

  • К. И. А.

  • К. Ю. Г.

  • Н. А. Л.

Ход дела

  1. 11:29

    Регистрация иска (заявления, жалобы) в суде

  2. 12:05

    Передача материалов судье

  3. 11:33

    Решение вопроса о принятии иска (заявления, жалобы) к рассмотрению

    Оставление иска (заявления, жалобы) без движения

  4. 14:12

    Рассмотрение исправленных материалов, поступивших в суд

    Иск (заявление, жалоба) принят к производству

  5. 14:12

    Вынесено определение о подготовке дела к судебному разбирательству

  6. 14:13

    Вынесено определение о назначении дела к судебному разбирательству

  7. 11:30

    Судебное заседание

    Рассмотрение дела начато с начала

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · Вступлении в процесс третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора

  8. 14:15

    Судебное заседание

    Объявлен перерыв

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17

  9. 14:15

    Судебное заседание

    Производство по делу приостановлено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · НАЗНАЧЕНИЕ СУДОМ ЭКСПЕРТИЗЫ

  10. 12:19

    Производство по делу возобновлено

  11. 09:00

    Судебное заседание

    Производство по делу приостановлено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · НАЗНАЧЕНИЕ СУДОМ ЭКСПЕРТИЗЫ

  12. 09:00

    Производство по делу возобновлено

  13. 09:00

    Судебное заседание

    Производство по делу приостановлено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · НАЗНАЧЕНИЕ СУДОМ ЭКСПЕРТИЗЫ

  14. 12:00

    Производство по делу возобновлено

  15. 14:45

    Судебное заседание

    Рассмотрение дела начато с начала

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · Привлечение соответчика или соответчиков

  16. 11:15

    Судебное заседание

    Заседание отложено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · ИНЫЕ ПРИЧИНЫ

  17. 14:00

    Судебное заседание

    Объявлен перерыв

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17

  18. 09:30

    Судебное заседание

    Производство по делу приостановлено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · НАЗНАЧЕНИЕ СУДОМ ЭКСПЕРТИЗЫ

  19. 14:24

    Производство по делу возобновлено

  20. 09:30

    Судебное заседание

    Вынесено решение по делу

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · Иск (заявление, жалоба) УДОВЛЕТВОРЕН ЧАСТИЧНО

  21. 16:32

    Изготовлено мотивированное решение в окончательной форме

  22. 16:32

    Дело сдано в отдел судебного делопроизводства

  23. 16:04

    Регистрация ходатайства/заявления лица, участвующего в деле

    о взыскании судебных расходов

  24. 16:48

    Изучение поступившего ходатайства/заявления

    Назначено судебное заседание для рассмотрения ходатайства/заявления/вопроса

  25. 09:30

    Судебное заседание

    Отложено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · ИСТРЕБОВАНИЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ

  26. 11:30

    Судебное заседание

    Ходатайство/заявление УДОВЛЕТВОРЕНО

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17

  27. 12:29

    Дело сдано в отдел судебного делопроизводства после рассмотрения ходатайства/заявления/вопроса

  28. 15:15

    Регистрация ходатайства/заявления лица, участвующего в деле

    о взыскании судебных расходов

  29. 15:16

    Изучение поступившего ходатайства/заявления

    Назначено судебное заседание для рассмотрения ходатайства/заявления/вопроса

  30. 15:16

    Судебное заседание

    Отложено

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17 · ИНЫЕ ПРИЧИНЫ

  31. 11:00

    Судебное заседание

    Ходатайство/заявление УДОВЛЕТВОРЕНО

    с. Выльгорт, ул. Д. Каликовой, 47, каб. 17

  32. 12:54

    Дело сдано в отдел судебного делопроизводства после рассмотрения ходатайства/заявления/вопроса

Жалоба № 1*

Вид жалобы (представления)Частная жалоба
ЗаявительЗАИНТЕРЕСОВАННОЕ ЛИЦО
Вышестоящий судВерховный Суд Республики Коми
---=== ДВИЖЕНИЕ ЖАЛОБЫ ===---
Событие Дата Результат Основание для выбранного результата Примечание Дата размещения Информация о размещении событий в движении жалобы предоставляется на основе сведений, хранящихся в учетной системе судебного делопроизводства Регистрация жалобы (представления) в суде 27.11.2025 27.11.2025 Решение вопроса о принятии жалобы (представления) к рассмотрению 28.11.2025 Жалоба (предст.) ПРИНЯТА К РАССМОТРЕНИЮ 28.11.2025 Направлено в вышестоящую инстанцию 28.11.2025 28.11.2025 Возвращено из вышестоящей инстанции 15.12.2025 26.12.2025
Дата рассмотрения жалобы10.12.2025
Результат обжалованияопределение ОТМЕНЕНО В ЧАСТИ с РАЗРЕШЕНИЕМ ВОПРОСА по существу

Исполнительные листы

Дата выдачиСерия, номер бланкаСтатусКому выдан / направлен
03.04.2026ФС № 049369094ВыданУ. Р. К.
16.04.2026ФС № 049369115ВозвращенВзыскатель
16.04.2026ФС № 049369116ВозвращенВзыскатель
19.10.2026ФС № 052686822ВыданВзыскатель
19.10.2026ФС № 052686823ВыданВзыскатель

Все материалы по теме «Возмещение вреда»

Образцы документов по этой теме