Решение
Именем Российской Федерации
24 марта 2026 года город Саратов
Кировский районный суд г. Саратова в составе председательствующего судьиПугачева Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем Чолахяном Р.О., с участием ответчика Верещагиной Е.Г. и её представителя Либерман А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Верещагина М.Г. к Верещагиной Е.Г. о признании недействительным договора дарения домовладения и земельного участка, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования на домовладение и земельный участок, установил:
Верещагин М.Г. обратился в суд с иском к Верещагиной Е.Г. о признании недействительным договора дарения домовладения и земельного участка, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования на домовладение и земельный участок.
В обоснование иска указаны следующие обстоятельства.
ДД.ММ.ГГГГ умерла мать истца ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ее наследниками являлись истец и его сестра Верещагина Е.Г. (ответчик).
Истцу стало известно, что ФИО1 и пользу Верещагиной Е.Г. был составлен договор дарения на домовладение, вместе с тем, в соответствии с доводами искового заявления, при заключении указанного договора ФИО1 не могла руководить своими действиями и предвидеть их последствия.
На основании изложенного истец просит:
признать договор дарения, заключенный между ФИО1 и Верещагиной Е.Г. в отношении домовладения и земельного участка по адресу: <адрес>, недействительной (ничтожной) сделкой;
применить последствия недействительности сделки в виде внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности за Верещагиной Е.Г. в отношении домовладения и на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, включив данный дом и земельный участок в наследственную массу;
признать за Верещагиным М.Г. и Верещагиной Е.Г. право собственности в порядке наследования на домовладение и земельный участок по адресу: <адрес>, по одной второй за каждым в праве общей долевой собственности.
От Верещагиной Е.Г. поступили письменные возражения на иск, в которых она просит отказать в удовлетворении исковых требований. Ответчик ссылается на то, что на момент заключения договора дарения ФИО1 не страдала каким-либо психическим расстройством, могла понимать значение своих действий и руководить ими. Также ответчиком заявлено ходатайство о пропуске срока исковой давности.
В судебном заседании ответчик Верещагина Е.Г. и её представитель ЛиберманА.В. просили в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.
Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и места рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, об уважительности причин своей неявки не сообщили, с ходатайствами об отложении рассмотрения дела не обращались.
На основании части 3 статьи 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Заслушав объяснения участников процесса, исследовав имеющиеся в деле доказательства, суд приходит к выводу, что иск не подлежит удовлетворению.
В соответствии со статьями 12, 56 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Истцом заявлены требования о признании недействительным договора дарения имущества, применении последствия недействительности сделки и признании права общей долевой собственности на это имущество.
Основания и порядок признания сделок недействительными установлены параграфом 2 Главы 9 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка) (пункт 1 статьи 166 ГК РФ).
Согласно пункту 2 статьи 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.
В силу пункта 3 статьи 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях такжеиное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
Конкретные основания недействительности сделок установлены соответствующими статьями параграфа 2 Главы 9 первой части ГК РФ.
Согласно пункту 1 статьи 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии ограниченным в дееспособности вследствие психического расстройства, может быть признана судом недействительной по иску его попечителя, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими и другая сторона сделки знала или должна была знать об этом (пункт 2 статьи 177 ГК РФ).
В силу пункта 1 статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
В соответствии с пунктом 1 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влияниемнасилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
В силу пункта 2 статьи 179 ГК РФ сделка, совершенная под влияниемобмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
Согласно пункту 3 статьи 179 ГК РФ сделка на крайне невыгодныхусловиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
Из содержания изложенных выше норм права следует, что для недействительности сделки необходимо наличие обстоятельств, с которыми закон связывает недействительность сделки.
Истец при подаче иска фактически ссылался на обстоятельства, свидетельствующие, по его мнению, об оспоримости указанной им сделки (статьи 177, 179 ГК РФ).
Из материалов дела установлены следующие обстоятельства.
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, приходилась матерью ВерещагинаМ.Г. и Верещагиной Е.Г.
В собственности у ФИО1 находились жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.
30 ноября 2020 г. между ФИО1 (даритель) и Верещагиной Е.Г. (одаряемая) был заключен договор дарения вышеуказанного недвижимого имущества, расположенного по адресу: <адрес>.
3 декабря 2020 г. на основании этого договора дарения произведена государственная регистрация перехода права собственности к Верещагиной Е.Г. на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.
Из материалов дела, включая объяснения сторон, следует, что ФИО1 не признавалась недееспособной либо ограниченно дееспособной. Доказательств обратного в материалы дела не представлено.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 умерла.
Согласно ответу Саратовской областной нотариальной палаты от 29 августа 2025 г. № 02-04/2728 наследственное дело после умершей ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отсутствует.
Наследниками ФИО1 являются её дети - ВерещагинМ.Г. и Верещагина Е.Г.
Согласно объяснениям сторон, наследственное дело не заводилось в связи с отсутствием у ФИО1 какого-либо имущества на дату смерти.
Истец стороной оспариваемого договора дарения не являлся.
Обращаясь в суд с настоящим иском, Верещагин М.Г. указал, что на момент заключения договора ФИО1 не могла отдавать значения своим действиям и руководить ими ввиду наличия у неё деменции, находилась в крайне тяжелых обстоятельствах и была введения в заблуждение ответчиком.
Согласно ответу государственного учреждения здравоохранения «Саратовский городской психоневрологический диспансер» министерства здравоохранения Саратовской области от 14 августа 2025 г. № 3386/2025 ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты>
По ходатайству истца судом была назначена судебно-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам государственного учреждения здравоохранения «Саратовский городской психоневрологический диспансер» министерства здравоохранения Саратовской области.
Согласно заключению государственного учреждения здравоохранения «Саратовский городской психоневрологический диспансер» министерства здравоохранения Саратовской области от 16 февраля 2026 г. № 1088 <данные изъяты>
Экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона «Огосударственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» от31мая 2001 г. № 73-ФЗ по поручению суда экспертной организацией в соответствии с профилем деятельности, заключение содержит необходимые выводы, ссылки на методическую литературу, использованную при производстве экспертизы, экспертам разъяснены права и обязанности, предусмотренные статьей 85 ГПК РФ, они также предупреждены об уголовной ответственности, предусмотренной статьей 307УК РФ, экспертиза проведена компетентными лицами, обладающими специальными познаниями и навыками в области экспертного исследования, что подтверждается соответствующими дипломами и свидетельствами, в пределах поставленных вопросов, входящих в их компетенцию.
Заключение судебной экспертизы отвечает требованиям статей 85, 86 ГПК РФ, аргументировано, не содержит неясности в ответах на поставленные вопросы, оно принимается судом в качестве допустимого доказательства по делу.
Сторонами результаты проведенной судебной экспертизы в суде не оспаривались, ходатайств о назначении по делу дополнительной или повторной судебной экспертизы не заявлялось.
Суд также не усматривает оснований для назначения по делу дополнительной или повторной экспертизы.
В этой связи указанное заключение эксперта принимается судом за основу, и оценивается по правилам статьи 86 ГПК РФ в совокупности с иными добытыми по делу доказательствами, в том числе объяснениями сторон, свидетельскими показаниями, письменными доказательствами, имеющимися в материалах дела.
Совокупность имеющихся в материалах дела доказательств, свидетельствует о том, что ФИО1 <данные изъяты>
Таким образом, доводы истца о том, что ФИО1 при заключении договора дарения в силу своего состояния не могла понимать значение своих действий и руководить ими (статья 177 ГК РФ), <данные изъяты> своего подтверждения не нашли.
Обстоятельств, свидетельствующих о том, что договор дарения был совершен под влиянием насилия или угрозы, обмана, либо на крайне невыгодных условиях вследствие стечения тяжелых обстоятельств (статьи 178, 179 ГК РФ), судом также не установлено.
В этой связи оснований для признания договора дарения спорного недвижимого имущества недействительной (ничтожной) сделкой по указанным истцом доводам отсутствуют.
Также ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности.
Из материалов дела, содержания искового заявления и объяснений истца в судебном заседании следует, что после 2022 г. он проживал совместно с матерью, в дальнейшем участвовал в похоронах матери. На дату смерти ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ) ему уже было известно о том, что право собственности на недвижимое имущество и дом перешло к ответчику.
В силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка(пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.
Поскольку истцом заявлено требование о применении последствий признания недействительной оспоримой сделки, срок давности по этому требованию составляет один год.
В этой связи срок исковой давности истекал в январе 2024 г., в то время как настоящий иск подан в суд 6 августа 2025 г., что свидетельствует об истечении срока исковой давности.
Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.
Требования истца о применении последствий недействительности сделки в виде внесения в ЕГРН записи о прекращении права собственности за Верещагиной Е.Г. в отношении домовладения и на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, включении данного дома и земельного участка в наследственную массу, признании за Верещагиным М.Г. и Верещагиной Е.Г. права собственности в порядке наследования на домовладение и земельный участок по адресу: <адрес>, по одной второй за каждым в праве общей долевой собственности, являются производными от основного требования о признании договора дарения недействительным.
В связи с отказом в удовлетворении основного требования, законные основания для удовлетворения вышеуказанных производных исковых требований также отсутствуют.
В этой связи иск Верещагина М.Г. не подлежит удовлетворению.
Доводы Верещагина М.Г. о том, что договор дарения был выполнен с нарушением требований закона, поскольку не был удостоверен нотариусом, основаны на неправильном толковании норм действующего законодательства.
Так, обязанность физических лиц по нотариальному удостоверению договора дарения недвижимого имущества (пункт 3 статьи 574 ГК РФ) была установлена в связи с внесением изменений в ГК РФ, которые вступили в силу с 13 января 2025 г. На момент заключения договора дарения 30 ноября 2020 г. такая обязанность отсутствовала.
Из материалов дела следует, что спорный договор дарения прошел государственную регистрацию в установленном законом порядке.
Доводы о том, что ФИО1 не могла заключить договор дарения, поскольку не поставила в известность об этом Верещагина М.Г., являются несостоятельными.
Из материалов дела следует, что на момент заключения договора дарения ФИО1 являлась единоличным собственником спорного имущества. Как собственник этого имущества она была вправе совершать любые сделки по распоряжению им, не противоречащие закону, в том числе вправе была подарить принадлежащее ей имущество близкому родственнику.
Доказательств того, что ФИО1 после 30 ноября 2020 г. и до своей смерти ДД.ММ.ГГГГ выражала несогласие с дарением имущества, оспаривала данную сделку в любой форме, в материалы дела истцом не представлено.
Само по себе неизвещение Верещагина М.Г. о заключении договора дарения в отношении имущества, собственником которого он не являлся, основанием для удовлетворения исковых требований не является.
Стоит отметить, что требования лица, не являющего стороной сделки, о признании оспоримой сделки недействительной подлежат удовлетворению только в случае, если такая сделка нарушает его права либо законные интересы.
Вместе с тем, в ходе рассмотрения настоящего спора обстоятельств, свидетельствующих о нарушении прав Верещагина М.Г. при заключении договора дарения от 30 ноября 2020 г. судом не установлено.
Истцом соответствующих доказательств в материалы дела не представлено.
То обстоятельство, что Верещагин М.Г. приходился сыном ФИО1, само по себе не свидетельствует о нарушении его наследственных прав, так как уменьшение объема возможной наследственной массы не может нарушать права потенциального наследника, поскольку на момент заключения договора дарения обстоятельства, вытекающие из наследственных правоотношений, не наступили, наследство открыто не было.
Определением судьи Кировского районного суда г. Саратова от 13августа 2025г. удовлетворено ходатайство Верещагина М.Г. об обеспечении иска, Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области запрещено производить регистрационные действия в отношении домовладения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.
Согласно части 1 статьи 144 ГПК РФ обеспечение иска может бытьотмененотем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда.
В случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Однако судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска. При удовлетворении иска принятые меры по его обеспечению сохраняют свое действие до исполнения решения суда
(часть 3 статьи 144 ГПК РФ).
В связи с отказом в удовлетворении исковых требований также подлежат отмене обеспечительные меры, наложенные определением судьи Кировского районного суда г. Саратова от 13августа 2025г. в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области производить регистрационные действия в отношении домовладения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.
Руководствуясь статьями 144, 194-199 ГПК РФ, суд решил:
в удовлетворении исковых требований Верещагина М.Г. к Верещагиной Е.Г. о признании недействительным договора дарения домовладения и земельного участка, применении последствий недействительности сделки, признании права собственности в порядке наследования на домовладение и земельный участок отказать.
Обеспечительные меры, наложенные определением судьи Кировского районного суда г. Саратова от 13августа 2025г. по гражданскому делу № 2-83/2026 (№ 2-3950/2025) в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области производить регистрационные действия в отношении домовладения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, отменить.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Кировский районный суд г. Саратова в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Д.В. Пугачев
Решение в окончательной форме принято 7 апреля 2026г.
Председательствующий Д.В. Пугачев