Патриса Лумумбы ул., <адрес изъят>, 420081, тел. <номер изъят> http://sovetsky.tat.sudrf.ru е-mail: sovetsky.tat@sudrf.ru
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<адрес изъят>
24 сентября 2026 года дело 2-1440/2026
Советский районный суд <адрес изъят> в составе:
председательствующего судьи Казаковой К.Ю., при секретаре судебного заседания ФИО14, с участием:
истца ФИО1, представителя истца ФИО5, представителя истца ФИО15, представителя ответчика ФИО16, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО6 к ФИО9 о признании завещания недействительным, признании права собственности,
УСТАНОВИЛ:
ФИО5, действуя в интересах несовершеннолетней ФИО1 (далее – истец) обратилась в суд с иском к ФИО9 (далее – ответчик) о признании завещания, составленного ФИО7 на имя ФИО9 недействительным, признании за ФИО1 право собственности в порядке наследования по закону, после смерти наследодателя ФИО7, умершей <дата изъята> на 4/6 доли в <адрес изъят>, признании за ФИО2 право собственности в порядке наследования по закону, после смерти наследодателя ФИО7, умершей <дата изъята> на 1/12 доли в <адрес изъят>.
В обоснование заявленных требований указано, что <адрес изъят> принадлежала на праве общей долевой собственности, по 1/2 доли за каждым, ФИО3, который является супругом ФИО5 и отцом ФИО6 (истцов) и ФИО7 (бабушке несовершеннолетней истицы ФИО6). ФИО3 <дата изъята> умер, после его смерти открылось наследство в виде: 1/2 доли в <адрес изъят>, 1/4 доли в <адрес изъят>, денежных вкладов. Наследниками первой очереди после смерти ФИО4, являются: ФИО5 (супруга умершего) в размере 1/3 доли от наследства, ФИО6 (дочь умершего) в размере 1/3 доли от наследства, ФИО7 (мать умершего) в размере 1/3 доли от наследства. Все наследники своевременно обратились к нотариусу за принятием наследства, получены свидетельства о праве на наследство по закону, зарегистрировано право собственности за каждым на наследственное имущество умершего ФИО3 В результате принятия наследства собственниками <адрес изъят> стали: ФИО5 (супруга умершего) - 1/6 доля; ФИО6 (дочь умершего) - 1/6 доля; ФИО7 (мать умершего) - 1/6 доля (а также 1/2 доля, принадлежащая ей до принятия наследства). В результате принятия наследства собственниками <адрес изъят> стали: ФИО5 (супруга умершего) - 1/12 доля (а также 1/4 доля, принадлежащая ей до принятия наследства); ФИО6 (дочь умершего) - 1/12 доля (а также 1/4 доля, принадлежащая ей до принятия наследства); ФИО7 (мать умершего) - 1/12 доля. Истцы проживают и зарегистрированы в <адрес изъят>, эта квартира является единственным местом жительства. ФИО1 единственная внучка ФИО7, бабушка любила ее и радовалась, что есть внучка от умершего сына.
Как указывают истцы, они готовили еду, стирали белье, убирались в квартире, вели вместе с ФИО7 быт, поскольку после смерти сына она не могла самостоятельно готовить, убираться и т д. После смерти сына, ФИО7 перенесла глубокое потрясение, смерть оказалась для нее невосполнимой и невыносимой потерей, с которой она так и не могла справиться, смириться, она резко изменилась после печального события смерти сына. Поведение бабушки после смерти сына резко изменилось, она стала крайне подозрительной, мнительной, стала часто забывать, терялась во времени, текущие и прошлые события перемешивались в ее сознании, она могла забыть на плите включенным газ, постоянно спрашивала где ее продукты, подозревала что они не просто так пропали, путала купюры и лекарства, стала забывчивой, перестала стесняться наготы, не могла самостоятельно принимать лекарства, иногда несколько раз переспрашивала зачем принимать эти лекарства, была непостоянной, с изменчивым настроением: от спокойствия до подозрительности, и даже агрессии. У нее было много медицинских диагнозов и заболеваний в виде: сосудистой патологии, недостаточности кровообращения, гипертонической болезни, сильных головных болей и т.д., сознание ее было спутанным и не ясным, она легко подвергалась чужому мнению и воздействию. Психологическое и физиологическое состояние здоровья бабушки не позволяло ей в полной мере отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Вышеназванные отклонения не позволяли ФИО7 осознать суть происходящего - оформление завещания не в пользу единственной наследницы истицы ФИО1, а на имя ответчика, поскольку при жизни она всегда повторяла, что после ее смерти квартира останется внучке ФИО1 <дата изъята> ФИО7 умерла, истец обратилась к нотариусу ФИО8 с заявлением о принятии наследства, однако ей было разъяснено, что имеется завещание на имя ответчицы, в котором последней завещано все имущество, принадлежавшее ФИО7. Для истцов это было крайним удивлением, поскольку бабушка всегда говорила ФИО1, что квартира останется ей. Составление и оформление завещания, тем более не на единственную внучку от единственного сына (истицу), а по своей сути далеко не близкого ей человека (ответчицу) является следствием нахождения бабушки в юридически значимый период в нарушенном сознании, сниженной памяти, интеллекта и нарушенных критических способностей. ФИО7 находилась в юридически значимый период в подавленном психологическом состоянии, ухудшенным смертью сына состоянии здоровья, отягощенным сильными головными болями и спутанным сознанием, все это является основанием для признания завещания недействительным.
В судебном заседании истец и ее представители требования поддержали, просили удовлетворить.
Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала, пояснила, что отсутствуют основания для удовлетворения требований истца.
Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.
В силу статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.
Исходя из пунктов 1 и 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.
Статьей 1111 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1119 Гражданского кодекса Российской Федерации завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).
В силу пункта 5 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.
Согласно пункту 1 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации при нарушении положений названного Кодекса, влекущих недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (пункт 2 статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Как разъяснено в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2905.2012 N 9 «О судебной практике по делам о наследовании» (далее - постановление Пленума N 9), сделки, направленные на установление, изменение или прекращение прав и обязанностей при наследовании (в частности, завещание, отказ от наследства, отказ от завещательного отказа), могут быть признаны судом недействительными в соответствии с общими положениями о недействительности сделок (§ 2 главы 9 Гражданского кодекса Российской Федерации) и специальными правилами раздела V Гражданского кодекса Российской Федерации.
Наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления (пункт 73 постановления Пленума N 9).
Согласно пункту 2 статьи 1118 Гражданского кодекса Российской Федерации завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме.
Согласно пункту 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее) сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Исходя из изложенного, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
Из положений пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки.
По смыслу изложенных норм права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие обмана и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.
В силу статьи 178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).
При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:
1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;
2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;
3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;
4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;
5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным данной статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.
Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 ГК РФ.
По смыслу изложенных норм права, сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны сформировалась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.
С учетом изложенного неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на случай смерти отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Согласно статье 1125 Гражданского кодекса Российской Федерации нотариально удостоверенное завещание должно быть написано завещателем или записано с его слов нотариусом. При написании или записи завещания могут быть использованы технические средства (электронно-вычислительная машина, пишущая машинка и другие).
Завещание, записанное нотариусом со слов завещателя, до его подписания должно быть полностью прочитано завещателем в присутствии нотариуса. Если завещатель не в состоянии лично прочитать завещание, его текст оглашается для него нотариусом, о чем на завещании делается соответствующая надпись с указанием причин, по которым завещатель не смог лично прочитать завещание.
Завещание должно быть собственноручно подписано завещателем.
Если завещатель в силу физических недостатков, тяжелой болезни или неграмотности не может собственноручно подписать завещание, оно по его просьбе может быть подписано другим гражданином в присутствии нотариуса. В завещании должны быть указаны причины, по которым завещатель не мог подписать завещание собственноручно, а также фамилия, имя, отчество и место жительства гражданина, подписавшего завещание по просьбе завещателя, в соответствии с документом, удостоверяющим личность этого гражданина.
При удостоверении завещания нотариус обязан разъяснить завещателю содержание статьи 1149 настоящего Кодекса и сделать об этом на завещании соответствующую надпись.
Из положений стать 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что при нарушении положений данного Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Оспаривание завещания до открытия наследства не допускается.
Не могут служить основанием недействительности завещания описки и другие незначительные нарушения порядка его составления, подписания или удостоверения, если судом установлено, что они не влияют на понимание волеизъявления завещателя.
В силу статьи 43 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утвержденных Верховным Советом Российской Федерации <дата изъята> N 4462-1, при удостоверении сделок нотариус осуществляет проверку дееспособности граждан и правоспособности юридических лиц, а также наличия волеизъявления заявителей.
Согласно пункту 23 Регламента совершения нотариусами нотариальных действий, устанавливающим объем информации, необходимой нотариусу для совершения нотариальных действий, и способ ее фиксирования, утвержденного приказом Минюста России от <дата изъята> N 156 (далее - Регламент), гражданскую дееспособность гражданина Российской Федерации, достигшего совершеннолетия, нотариус устанавливает в соответствии со статьями 21, 26 - 30 Гражданского кодекса Российской Федерации на основании документа, удостоверяющего личность, подтверждающего его возраст (пункт 10 Регламента).
Информацию об условиях сделки, юридически значимых сообщениях, заявлениях, заверениях об обстоятельствах ее участника (участников), о соответствии условий проекта сделки действительным намерениям ее участника (участников), о понимании участником (участниками) сделки разъяснений нотариуса о правовых последствиях совершаемой сделки, о наличии возражений супругов, совершающих совместное завещание, против осуществления видеофиксации процедуры совершения совместного завещания нотариус устанавливает лично и непосредственно из объяснений (со слов) заявителя (заявителей) (пункт 30 Регламента).
В пункте 1.71 Методических рекомендаций по удостоверению завещаний и наследственных договоров, утвержденных решением Правления ФНП от <дата изъята>, протокол N 03/21 (далее - Методические рекомендации), указано, что удостоверяя завещание и наследственный договор, нотариус должен установить личность и проверить дееспособность завещателя, других участников наследственного договора и иных лиц, присутствующих при совершении завещания (наследственного договора): исполнителя завещания, рукоприкладчика, свидетеля, переводчика (сурдопереводчика) (далее - заявитель) (статьи 42, 43, 34.1 Основ, пункты 10, 10.1, 13, 23 Регламента).
Нотариус проверяет достижение возраста полной дееспособности либо приобретение полной дееспособности до достижения данного возраста на основании: документа, удостоверяющего личность и подтверждающего возраст; документа, подтверждающего заключение брака несовершеннолетним; решения органа опеки и попечительства (если эмансипация производилась с согласия обоих родителей, усыновителей или попечителей) или решения суда (если эмансипация производилась без указанного согласия).
Способность завещателя понимать значение своих действий или руководить ими проверяется путем проведения нотариусом беседы с обратившимся лицом. В ходе беседы нотариус анализирует адекватность поведения и ответов на задаваемые вопросы и делает вывод о способности гражданина понимать сущность и значение совершаемых им действий, руководить ими и осознавать их правовые последствия.
Как указано в пункте 4.1 Методических рекомендаций, при обращении к нотариусу лица по поводу удостоверения завещания нотариус выясняет волю завещателя и принимает меры, позволяющие ему изложить волю свободно, без влияния третьих лиц на ее формирование, даже если при совершении завещания присутствует супруг завещателя (статья 1123 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата изъята> N 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» указано, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Из материалов дела следует, что <адрес изъят> принадлежала на праве общей долевой собственности, по 1/2 доли за каждым, ФИО3, который является супругом ФИО5 и отцом ФИО6 (истцов) и ФИО7 (бабушке несовершеннолетней истицы ФИО6).
ФИО3 <дата изъята> умер, после его смерти открылось наследство в виде: 1/2 доли в <адрес изъят>, 1/4 доли в <адрес изъят>, денежных вкладов.
Наследниками первой очереди после смерти ФИО4, являются: ФИО5 (супруга умершего) в размере 1/3 доли от наследства, ФИО6 (дочь умершего) в размере 1/3 доли от наследства, ФИО7 (мать умершего) в размере 1/3 доли от наследства.
Все наследники своевременно обратились к нотариусу за принятием наследства, получены свидетельства о праве на наследство по закону, зарегистрировано право собственности за каждым на наследственное имущество умершего ФИО3
В результате принятия наследства собственниками <адрес изъят> стали: ФИО5 (супруга умершего) -1/6 доля; ФИО6 (дочь умершего) - 1/6 доля; ФИО7 (мать умершего) - 1/6 доля (а также 1/2 доля, принадлежащая ей до принятия наследства).
В результате принятия наследства собственниками <адрес изъят> стали: ФИО5 (супруга умершего) - 1/12 доля (а также 1/4 доля, принадлежащая ей до принятия наследства); ФИО6 (дочь умершего) - 1/12 доля (а также 1/4 доля, принадлежащая ей до принятия наследства); ФИО7 (мать умершего) - 1/12 доля.
<дата изъята> ФИО7 умерла.
Истец обратилась к нотариусу ФИО8 с заявлением о принятии наследства, однако ей было разъяснено, что имеется завещание на имя ответчицы, в котором последней завещано все имущество, принадлежавшее ФИО7.
<дата изъята> нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО8 удостоверено завещание № <адрес изъят>7 (зарегистрировано в реестре <номер изъят>), которым ФИО7 завещала все свое имущество ФИО9.
Как указывает истец, после смерти сына, ФИО7 перенесла глубокое потрясение, смерть оказалась для нее невосполнимой и невыносимой потерей, с которой она так и не могла справиться, смириться, она резко изменилась после печального события смерти сына. Поведение бабушки, после смерти сына, резко изменилось, она стала крайне подозрительной, мнительной, стала часто забывать, терялась во времени, текущие и прошлые события перемешивались в ее сознании, она могла забыть на плите включенным газ, постоянно спрашивала где ее продукты, подозревала что они не просто так пропали, путала купюры и лекарства, стала забывчивой, перестала стесняться наготы, не могла самостоятельно принимать лекарства, иногда несколько раз переспрашивала зачем принимать эти лекарства, была непостоянной, с изменчивым настроением: от спокойствия до подозрительности, и даже агрессии. У нее было много медицинских диагнозов и заболеваний в виде: сосудистой патологии, недостаточности кровообращения, гипертонической болезни, сильных головных болей и т.д., сознание ее было спутанным и не ясным, она легко подвергалась чужому мнению и воздействию. Психологическое и физиологическое состояние здоровья бабушки не позволяло ей в полной мере отдавать отчет своим действиям и руководить ими. Вышеназванные отклонения не позволяли ФИО7 осознать суть происходящего - оформление завещания не в пользу единственной наследницы истицы ФИО1, а на имя ответчика, поскольку при жизни она всегда повторяла, что после ее смерти квартира останется внучке ФИО1 Составление и оформление завещания, тем более не на единственную внучку от единственного сына (истицу), а по своей сути далеко не близкого ей человека (ответчицу) является следствием нахождения бабушки в юридически значимый период в нарушенном сознании, сниженной памяти, интеллекта и нарушенных критических способностей. ФИО7 находилась в юридически значимый период в подавленном психологическом состоянии, ухудшенным смертью сына состоянии здоровья, отягощенным сильными головными болями и спутанным сознанием, все это является основанием для признания завещания недействительным.
Определением Советского районного суда <адрес изъят> от <дата изъята> по ходатайству истца была назначена посмертная комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы:
1. Страдала ли ФИО7, <дата изъята> года рождения, умершая <дата изъята>, на момент совершения завещания от <дата изъята> №<адрес изъят>7 в силу возрастных особенностей и своего физического состояния каким-либо психическим заболеванием или иным временным психическим расстройством?
2. Могла ли ФИО7, <дата изъята> года рождения, умершая <дата изъята>, понимать значение своих действий и руководить ими при совершения завещания от <дата изъята> №<адрес изъят>7?
3. Имелись ли у ФИО7 на момент совершения завещания от <дата изъята> №<адрес изъят>7 признаки такого психологического состояния, которое оказало существенное влияние на способность осознавать значение своих действий и руководить ими?
4. Были ли у ФИО7 на момент совершения завещания от <дата изъята> №<адрес изъят>7 особенности психики, которые при имевших место обстоятельствах и наличии у нее заболевания повлияли на принятие решения?
Проведение экспертизы поручено врачам-экспертам ГАУЗ «Республиканская клиническая психиатрическая больница им. академика ФИО17 Министерства здравоохранения Республики Татарстан».
Согласно заключению судебных экспертов Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика ФИО17» Министерства здравоохранения Республики Татарстан <номер изъят> от <дата изъята> ФИО29 (ФИО30 имела среднее образование, начала трудовую деятельность в 1961 г. зав.библиотекой, работала на Гребневском с/заводе разнорабочей, затем подсобной рабочей, фасовщицей, укладчиком, уборщицей на Казанском химзаводе (Казанском химфармзаводе) до ухода на пенсию в 1997 г. (т.1 л.д.174-179). ФИО7 имела сына ФИО3, 1974 г.р. (т.1 л.д.18). Муж подэкспертной ФИО18 умер в 1988 г. (т.1 л.д.114). Квартира в <адрес изъят> была получена в общую собственность подэкспертной ФИО7 и ее сыном ФИО3 <дата изъята> (т.1 л.д.100). Сын ФИО3 вступил в брак с ФИО19 <дата изъята> (т.1 л.д.45), в браке у сына родилась дочь ФИО1, 2010 г.р. (т.1 л.д.47). <дата изъята> супругами ФИО3 и ФИО5, а также детьми - сыном ФИО5 ФИО20 и общей дочерью ФИО1 по договору купли-продажи была приобретена квартира по адресу <адрес изъят> (т.1 л.д.243). При этом снохой ФИО5 в июне 2010г. был получен государственный сертификат на материнский капитал (т.1 л.д.33). Подэкспертная была прописана совместно с сыном и внучкой по адресу <адрес изъят> (т.1 л.д.49). Сын подэкспертной умер 01.07.2018г. (т.1 л.д.46). Сноха подэкспертной ФИО5 подала заявление о принятии его наследства 15.08.2018г. (т.1 л.д.96-97). Через неделю после заявления снохи – 24.08.2018г. – подэкспертной также было подано заявление о принятии наследства после смерти сына ФИО3 (т.1 л.д.97). В наследственную массу были включены денежные вклады ФИО3 и доли собственности в двух квартирах – в <адрес изъят> в <адрес изъят> (т.1 л.д.96-97). В день подачи заявления о принятии наследства ФИО7 после смерти сына было составлено и удостоверено нотариусом ФИО8 также завещание ФИО7 всего принадлежащего ей имущества в пользу ФИО9 от 24.08.2018г. (т.1 л.д.94). В наследственную массу наследодателя ФИО7 вошли доли собственности в двух квартирах – в одной из которых непосредственно проживали сноха и внучка ФИО7 вместе с ней, и квартира, полученная как совместное имущество супругов и их детей сыном подэкспертной и его женой (т.1 л.д.11). Истец ФИО1 (т.1 л.д.207-208) и ФИО21 на суде (аудиофайл) поясняют родственные связи – со слов ФИО21, ФИО7 была сестренкой его отца, а ФИО9 является его дочерью. То есть наследница по завещанию приходится внучатой племянницей завещательнице ФИО7, при этом ФИО1 – внучка, с которой совместно проживала подэкспертная, утверждает, что ФИО9 ни разу в жизни не видела, на похоронах бабушки та не присутствовала (т.1 л.д.207-208). О состоянии ФИО7 на значимый период свидетели на суде высказываются противоречиво. Так, часть свидетелей указывает на наличие психических проблем у ФИО7 после смерти сына. Соседка ФИО22 на судебном заседании от <дата изъята> указывает, что «после смерти сына тяжело заболела, жаловалась на головные боли, никуда не выходила. Дома с ней постоянно была ФИО12, ухаживала за ней. После смерти ФИО11 (август) ФИО12 уехала в Агрыз к маме… Она ждала ФИО11 (умершего) говорила «он должен сейчас прийти». Меня не всегда узнавала». Свидетель ФИО23 «У ФИО7 после смерти сына начались проблемы с памятью, не всегда меня узнавала, путалась в датах, не знала, какой день недели. На улицу после смерти сына не выходила. Был случай, когда они чуть не угорели, она поставила суп на плиту, включила газ, а огонь не зажгла…. Теряла паспорт». Свидетель ФИО24: «Она постоянно плакала после смерти ФИО11, ждала его, говорила «сейчас придет ФИО11 и будем чай пить». Иногда меня не узнавала, путала людей. После смерти путала день-ночь. Говорила, что кто-то ходит по квартире, слышала какие-то «голоса». «Бабушка после смерти сына передвигалась плохо, постоянно лежала, у нее были галлюцинации, она сына звала, с ним разговаривала. Когда ФИО11-абы умер, у нее началось депрессивное состояние. Начала ухудшаться память» (показания на суде ФИО27). Внучка указывает, что «поскольку смерть сначала одного сына, а потом и внезапная смерть моего отца ее сильно травмировали, она постоянно находилась в депрессии, которая потом внезапно сменялась какой-то суетливостью. Бабушка часто забывала имена, путала людей, стала вспоминать события, которые были много лет назад, а они их вспоминала как события вчера, бабушка часто плакала, временами стала подозрительной, путала время года, даты (т.1 л.д.207-208). Свидетели ФИО21 и ФИО25, наоборот, указывают на отсутствие серьезных нарушений психики ФИО7 после смерти ее сына. «После смерти ФИО11 она всегда была в памяти, нас всех узнавала, телефон брала, разговаривала». После смерти сына плакала, переживала, но была в своем уме» (аудиофайл). При этом врачом-психиатром ФИО7 не наблюдалась (т.1 л.д.75). О семейных взаимоотношениях ФИО7 известно, что «дома с ней постоянно была ФИО12 (ФИО5], ухаживала за ней» (показания на суде ФИО22). Сноха ФИО5 и внучка ФИО1 утверждают, что проживали совместно с подэкспертной в <адрес изъят>. (л.д.8). Внучка пишет: «Мы 24 часа в сутки были вместе, потому что жила с рождения с мамой, папой и бабушкой вместе в одной квартире» (л.д.207). Действительно, при госпитализации в больницу <дата изъята> в качестве доверенного лица была указана сноха ФИО12 (мед.карта <номер изъят>).
Из заключения судебных экспертов Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика ФИО17» Министерства здравоохранения Республики Татарстан <номер изъят> от <дата изъята> следует, что о намерениях ФИО7 по распоряжению своим имуществом свидетели также дают разные сведения. Внучка в письменных пояснениях по делу указывает, что бабушка всегда ей говорила, что она единственная внучка и близкий ее человек. Бабушка всегда ей говорила, что «это моя квартира и что я должна за ней следить и сохранить ее как память о ней и о моем отце, то есть ее сыне, который умер…до самой смерти бабушка мне говорила: ФИО10, ухаживай за квартирой и не продавай ее, оставь квартиру в память обо мне и об отце, то есть ее сыне» (т.1 л.д.207-208). При этом ФИО21 на суде ссылается на то, что «Она настаивала на завещании в пользу моей дочери. Сама предложила составить завещание, «оформим мою долю кому-нибудь из вас». ФИО25 на суде ссылается на слова ФИО7 о том, что «о завещании говорила, что это воля ФИО11, он еще при жизни хотел нам свою долю отдать» (аудиофайл). Таким образом, из материалов дела следует, что ФИО7 всегда работала на малоквалифицированных должностях, тяжело переживала смерть сына, при этом проживала вместе с его семьей в одной из спорных квартир. Завещательное распоряжение было совершено в пользу внучатой племянницы и включало право на долю собственности в квартире, не только изначально принадлежавшей самой ФИО7, но и право на долю собственности на семейное имущество ее сына – квартиру в <адрес изъят>. Такое завещательное распоряжение привело к появлению в семейном владении чужого человека для снохи и ее детей, противоречило интересам семьи сына, хотя в материалах дела отсутствуют сведения о какой-либо вражде наследодательницы с семьей сына, наоборот, уход и заботу о ней осуществляли именно сноха и внучка, а сведения о какой-либо эмоциональной связи с наследницей по завещанию отсутствуют.
Комиссия судебных экспертов Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика ФИО17» Министерства здравоохранения Республики Татарстан в заключении <номер изъят> от <дата изъята> пришла к выводам, что в момент совершения завещания от <дата изъята> ФИО7, 1942 года рождения, каким-либо психическим расстройством не страдала (ответ на вопрос 1). Не исключается влияния переживания острого горя после смерти сына с учетом индивидуально-психологических особенностей ФИО7 в виде невысокого интеллектуального уровня с динамически нарастающим снижением мыслительных, в том числе и прогностических способностей на нарушение ее способности понимать характер и значение совершаемых действий и свободу её волеизъявления на момент подписания завещания от <дата изъята>.
В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.
Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.
Заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что данное заключение полностью отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробные описания произведенных исследований, выводы экспертов объективны и обоснованы документами, представленными в материалы дела.
Заключение эксперта мотивировано, корреспондируется с другими материалами дела, в нем даны обоснованные и объективные ответы на поставленные вопросы.
Принимая во внимание, что эксперты имеют необходимое образование и опыт работы в соответствующих областях, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при проведении экспертизы ими использовались все материалы настоящего гражданского дела, суд считает необходимым руководствоваться заключениями судебных экспертов.
Оценив в совокупности все представленные сторонами доказательства, медицинские документы ФИО7, заключение судебной экспертизы, пояснения лиц, участвующих в деле, показания свидетелей ФИО22, ФИО26, ФИО24, ФИО21, ФИО25, ФИО27, учитывая то обстоятельство, что завещание было совершено ФИО7 в день вступление в наследство после смерти единственного сына, утрату которого завещатель остро переживала, принимая во внимание индивидуально-психологические особенности ФИО7 в виде невысокого интеллектуального уровня с динамически нарастающим снижением мыслительных, в том числе и прогностических способностей, которые повлияли на нарушение ее способности понимать характер и значение совершаемых действий и свободу её волеизъявления на момент подписания завещания, суд полагает, что завещание (<адрес изъят>), совершенное ФИО7 <дата изъята>, удостоверенное нотариусом Казанского нотариального округа РТ ФИО8 (зарегистрировано в реестре <номер изъят>-н/16-2018-19-516), в пользу ФИО9, является недействительным, поскольку в ходе судебного разбирательства исходя из собранных по делу доказательств установлено, что в момент совершения оспариваемого завещания ФИО7 находилась в таком состоянии, при котором не была способна в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими. Следовательно, иск в данной части подлежит удовлетворению, завещание подлежит признанию недействительным.
ФИО7 страдала возрастными заболеваниями, остро переживала горе после смерти единственного сына, длительное время проживала вместе с семьей сына в одной квартире. При этом завещательное распоряжение было совершено спустя менее двух месяцев с даты смерти сына в день подачи заявления о принятии наследства после его смерти в пользу внучатой племянницы, с которой ФИО7 при жизни практически не общалась, и включало право на долю собственности в квартире, не только изначально принадлежавшей самой ФИО7, но и право на долю собственности на семейное имущество ее сына. Такое завещательное распоряжение привело к появлению в семейном владении чужого человека для снохи и ее детей, противоречило интересам семьи сына, хотя в материалах дела отсутствуют сведения о какой-либо вражде наследодательницы с семьей сына, наоборот, уход и заботу о ней осуществляли именно сноха и внучка, а сведения о какой-либо эмоциональной связи с наследницей по завещанию отсутствуют.
Из показаний свидетелей следует, что <дата изъята> к нотариусу ФИО8 для подачи заявления о принятии наследства после смерти сына и совершения завещательного распоряжения ФИО7 привозили родители ФИО9, в пользу которой совершено завещание в период временного отсутствия истцов в связи с отъездом.
Проанализировав вышеперечисленные обстоятельства, заключение судебных экспертов Государственного автономного учреждения здравоохранения «Республиканская клиническая психиатрическая больница имени академика ФИО17» Министерства здравоохранения Республики Татарстан <номер изъят> от <дата изъята> суд приходит к выводу о том, что ФИО7 в силу своего возраста, состояния здоровья, эмоционального состояния, индивидуально-психологических особенностей в момент совершения завещания <дата изъята> в пользу ФИО9 находилась в таком состоянии, при котором не была способна в полной мере понимать значение своих действий и руководить ими.
Истцом также заявлено требование о признании права собственности в порядке наследования по закону после смерти наследодателя ФИО7 на наследственное имущество. Вместе с тем, учитывая признание завещания недействительным, отсутствие в материалах дела сведений о выдаче ответчику или иным лицам свидетельств о праве на наследство, данное требование не подлежит удовлетворению, поскольку истец не лишен права обратиться к нотариусу с заявлением о выдаче свидетельства о праве на наследство во внесудебном порядке.
Признание судом недействительным указанного завещания от <дата изъята> от имени ФИО7 влечет за собой впоследствии выдачу нотариусом, открывшим наследственное дело в отношении наследства умершей ФИО7, соответствующих свидетельств о праве на наследство по закону в отношении всего наследственного имущества ФИО7, принадлежащего ей ко дню смерти, в чем бы таковое не заключалось, и где бы оно не находилось.
Согласно ст. 1115 ГК РФ, местом открытия наследства является последнее место жительства наследодателя (статья 20).
Если последнее место жительства наследодателя, обладавшего имуществом на территории Российской Федерации, неизвестно или находится за ее пределами, местом открытия наследства в Российской Федерации признается место нахождения такого наследственного имущества. Если такое наследственное имущество находится в разных местах, местом открытия наследства является место нахождения входящих в его состав недвижимого имущества или наиболее ценной части недвижимого имущества, а при отсутствии недвижимого имущества - место нахождения движимого имущества или его наиболее ценной части. Ценность имущества определяется исходя из его рыночной стоимости.
В силу п. 1 ст. 1162 ГК РФ свидетельство о праве на наследство выдается по месту открытия наследства нотариусом или уполномоченным в соответствии с законом совершать такое нотариальное действие должностным лицом, при этом свидетельство выдается по заявлению наследника.
Таким образом, в силу положений и. 1 ст. 1162 ГК РФ первоначальное оформление наследственных прав, а также последующее подтверждение возникших наследственных прав путем выдачи соответствующих свидетельств о праве на наследство производятся нотариусом или иным уполномоченным в соответствии с законом должностным лицом, в число которых судебные органы не входят.
При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО1 о признании за ней права собственности в порядке наследования на наследственное имущество умершей ФИО7 являются преждевременно заявленными и в силу этого в настоящее время удовлетворению не подлежат, при этом истец сохраняет законную возможность для реализации своих наследственных прав в отношении наследства, открывшегося после ФИО7, являющейся наследодателем, во внесудебном порядке путем подачи в нотариальные органы соответствующих заявлений и получения необходимых свидетельств о праве на наследство по закону.
Остальные доводы сторон не имеют правового значения для рассмотрения дела, в связи с чем судом не принимаются.
Исследовав и оценив собранные по делу доказательства, в соответствии со статьей 67 ГПК РФ, руководствуясь вышеприведенными положениями законодательства, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации и учитывая установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований в полном объеме.
Частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Частью 1 статьи 98 ГПК РФ установлено, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 этого же Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в приведенной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу положений статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию судебные расходы на проведение посмертной комплексной судебно-психиатрической экспертизы в размере 37000 рублей.
На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление ФИО5 (паспорт серии <номер изъят> <номер изъят>), действующей в интересах несовершеннолетней ФИО6 (паспорт серии <номер изъят> <номер изъят>) к ФИО9 (паспорт серии <номер изъят> <номер изъят>) о признании завещания недействительным, признании права собственности удовлетворить частично.
Признать недействительным завещание (<адрес изъят>), совершенное ФИО7 <дата изъята>, удостоверенное нотариусом Казанского нотариального округа Республики Татарстан ФИО8 (зарегистрировано в реестре <номер изъят>), в пользу ФИО9.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с ФИО9 в пользу ФИО5 судебные расходы по оплате судебной экспертизы в размере 37000 (тридцать семь тысяч) рублей.
Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Советский районный суд <адрес изъят> в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Судья: подпись К.Ю. Казакова
Копия верна.
Судья К.Ю. Казакова
Мотивированное решение составлено <дата изъята>