АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
10 ноября 2026 года г. Ижевск Удмуртская Республика
Верховный Суд Удмуртской Республики в составе:
председательствующего – судьи Дементьева Д.Е., судей Замиловой Г.Р., Чуприковой В.Г., при секретаре судебного заседания Чураковой А.В., помощнике судьи Мазязиной Т.А., с участием:
прокурора Сорокиной Т.С., осуждённой Ермаковой Е.С., защитника – адвоката Никулина Д.Г.
рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным представлениям прокурора Индустриального района г. Ижевска Удмуртской Республики Батурина С.С., апелляционным жалобам защитника – адвоката Никулина Д.Г. на приговор Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 2 сентября 2026 года, которым
Ермакова ЕС, <данные изъяты> несудимая, осуждена по пункту «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ к штрафу в размере 100 000 рублей.
В соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ изменена категория совершённого Ермаковой Е.С. преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ, с тяжкого на средней тяжести. Ермакова Е.С. освобождена от отбывания назначенного наказания на основании статьи 76 УК РФ, в связи с примирением с потерпевшими.
Разрешён вопрос о вещественных доказательствах, в том числе, в отношении мобильного телефона марки «iPhone», который постановлено выдать Ермаковой Е.С.
Заслушав доклад судьи Замиловой Г.Р., изложившей содержание приговора, существо апелляционных представлений и жалоб, выступление прокурора в поддержку доводов апелляционных представлений, выступление защитника и осуждённой, возражавших против доводов апелляционных представлений и поддержавших доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции
УСТАНОВИЛ:
Ермакова Е.С. признана виновной и осуждена за незаконную передачу (распространение, предоставление, доступ), сбор и хранение компьютерной информации, содержащей персональные данные, полученной путём неправомерного доступа к средствам её обработки и хранения, за исключением деяний, совершённых в отношении компьютерной информации, содержащей персональные данные, предусмотренные частью 2 статьи 272.1 УК РФ, с использованием своего служебного положения.
Преступление совершено в <адрес> Республики при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.
В апелляционном представлении прокурор Индустриального района г. Ижевска Удмуртской Республики Батурин С.С. считает приговор незаконным, необоснованным, подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленных судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона, несправедливости назначенного наказания вследствие его чрезмерной мягкости.
Утверждает, что при назначении наказания судом не учтено, что преступление является тяжким, представляет повышенную общественную опасность, не учтена настойчивость виновной в достижении преступного результата, продолжительность совершения преступления, количество потерпевших. Данные обстоятельства, по его мнению, характеризуют осуждённую как лицо повышенной социальной опасности, склонной к совершению новых преступлений, в том числе с использованием специализированных систем компьютерной информации, доступ к которым она по-прежнему имеет в связи с трудоустройством помощником нотариуса.
Считает, что суд необоснованно применил при назначении наказания часть 6 статьи 15 УК РФ и снизил категорию преступления, освободил Ермакову Е.С. от наказания в связи с примирением, осуждённой должно быть назначено наказание, поскольку в противном случае цели наказания, предусмотренные положениями статьи 43 УК РФ, достигнуты не будут, основания для изменения категории преступления на менее тяжкую и освобождения от отбывания наказания отсутствуют, ссылка на изменение категории преступления и освобождение от наказания подлежит исключению из приговора.
Обращает внимание на то, что Ермакова Е.С. в ходе совершения преступления использовала свой мобильный телефон, факт использования при совершении преступления телефона марки «Iphon»», принадлежащего Ермаковой Е.С., подтверждается совокупностью исследованных в суде доказательств, в том числе показаниями Ермаковой Е.С., протоколом осмотра предметов (мобильных телефонов Ермаковой Е.С. и ЕИЕ.). В нарушение уголовного законодательства мобильный телефон не конфискован, арест на него до исполнения решения в части конфискации судом не наложен.
Ссылаясь на положения частей 7 и 8 статьи 246 УПК РФ пункт 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2017 года №51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», утверждает, что судом не дана надлежащая оценка обоснованности отказа от обвинения в части потерпевшего ХАВ., совершение противоправных действий в отношении ХАВ инкриминированные Ермаковой Е.С. органом следствия, необоснованно исключены судом из объёма обвинения, что повлекло назначение ей несправедливого чрезмерно мягкого наказания.
Отмечает, что состав преступления, предусмотренный пунктом «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ является формальным и не требует наступления каких-либо негативных последствий для потерпевших, а сам факт незаконной передачи, сбора и хранения компьютерной информации, содержащей персональные данные ХАВ., полученной путём неправомерного доступа к средствам её обработки и хранения, с использованием своего служебного положения, материалами уголовного дела подтверждается.
Кроме того, обращает внимание на то, что при назначении наказания по части 3 статьи 272.1 УК РФ не разрешён вопрос о назначении дополнительного наказания. Оснований для применения статьи 64 УК РФ не усматривает.
Ссылаясь на то, что преступление совершено с использованием служебного положения, в настоящее время Ермакова Е.С. продолжает осуществлять трудовую деятельность помощником нотариуса, полагает, что Ермаковой Е.С. должно было быть назначено дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определённой деятельностью.
Заявляет о необоснованности применения судом при определении размера наказания в виде штрафа положений части 1 статьи 62 УК РФ, поскольку назначенное наказание не является наиболее строгим.
Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе.
В дополнительном апелляционном представлении прокурор Индустриального района г. Ижевска Удмуртской Республики Батурин С.С. считает, что необоснованное, немотивированное исключение из объёма обвинения противоправных действий в отношении потерпевшего ХАВ. обусловило принятие судом незаконного решения об освобождении Ермаковой Е.С. от наказания в связи с примирением с потерпевшими, поскольку исключило необходимость учёта его мнения.
Обращает внимание на то, что судом надлежащим образом выводы о квалификации всех инкриминируемых Ермаковой Е.С. действий и признаков состава преступления не мотивированы, что является существенным нарушением и влечёт отмену приговора. Кроме того, правильность установления объёма обвинения, как и квалификации влияет на вид и размер назначенного как основного, так и дополнительного наказания.
Просит приговор отменить, дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, но в ином составе.
В письменных возражениях на апелляционное представление защитник – адвокат Никулин Д.С. считает доводы представления несостоятельными. Оспаривая довод апелляционного представления о настойчивости Ермаковой Е.С. в достижении преступного результата, считает, что сделав запрос о наличии брака у ХАВ., осуждённая Ермакова Е.С. получила ответ из информационной системы: «запрошенные сведения отсутствуют», каких-либо дополнительных или уточняющих запросов она делать не стала, поскольку не преследовала цель использования или передачи информации о потерпевших, а проверяла не будут ли планируемой сделкой с недвижимостью затронуты права третьих лиц и как следствие – необходимость получения нотариального согласия супруга. Заявляя об аналогичной ситуации с потерпевшей НЕС. и ссылаясь на протокол осмотра телефона, изъятого у свидетеля ЕИЕ., утверждает, что риэлтор ЕИЕ обращался к осуждённой, обладая, как участник планируемой сделки с недвижимостью, копией паспорта НЕС и сведениями о наличии у неё двоих детей, для получения сведений о наличии иных детей, права которых могут быть затронуты сделкой. В ответ на запрос Ермаковой Е.С. из информационной системы пришли недостоверные сведения о наличии лишь одного из детей НЕС. Каких-либо персональных данных (ФИО, даты рождения или иных сведений, позволяющих идентифицировать его), Ермакова Е.С. риэлтору ЕИЕ. не отправляла. Каких-либо дополнительных или повторных запросов осуждённая не сделала, никакой настойчивости в достижении преступного результата не проявляла. В отношении ХАВ. Ермакова Е.С. каких-либо сведений, составляющих охраняемую законом тайну, не получала, а по НЕС не передавала риэлтору ЕИЕ. новую информацию о потерпевшей, ранее ему не известную, не отправляла по ребёнку НЕС. какие-либо сведения, позволяющие его идентифицировать.
При переписке с риэлтором ЕИЕ осуждённая осознавала, что общается с уполномоченным представителем подготавливаемой сделки с недвижимостью, который преследует цель оформления сделки в соответствии с действующим законодательством, а также соблюдение прав и законных интересов всех лиц, чьи права и законные интересы могут быть затронуты и выбор надлежащей формы для оформления договора.
Обращает внимание на то, что в ходе предварительного расследования не установлено причинение потерпевшим ни физического, ни имущественного вреда, каких-либо доказательств получения нравственных или физических страданий потерпевшими, гособвинителем представлено также не было, что свидетельствует об отсутствии вреда охраняемым уголовным законом отношениям. В судебном заседании потерпевшие заявили, что какого-либо вреда им не причинено, а после принесённых извинений осуждённой они каких-либо претензий к ней не имеют, просили суд применить к ней положения части 6 статьи 15 УК РФ, снизить категорию преступления и прекратить уголовное преследование в связи с примирением сторон.
Заявляет об отсутствие общественной опасности совершённых осуждённой действий и отсутствии состава какого-либо преступления.
Также оспаривает довод апелляционного представления о склонности осуждённой к совершению преступлений. При этом отмечает, что Ермакова Е.С. ранее не судима, не привлекалась к административной и уголовной ответственности, по месту жительства и работы характеризуется исключительно положительно, за более чем 20-летний стаж в нотариате не имела дисциплинарных взысканий, безупречно исполняла свои должностные обязанности.
Считает, что у суда имелись законные основания для снижения категории инкриминируемого преступления в порядке части 6 статьи 15 УК РФ.
Соглашается с выводом суда о том, что обвинительное заключение не содержит сведений, позволяющих идентифицировать изъятый у Ермаковой Е.С. телефон как устройство при помощи которого она отправляла сообщения риэлтору ЕИЕ Полагает, что изъятый и признанный в качестве вещественного доказательства телефон марки <данные изъяты>» не использовался Ермаковой Е.С. при совершении инкриминируемого преступления и в порядке пункта «г» части 1 статьи 104.1 УК РФ конфискован быть не может. Доступ к указанной в обвинительном заключении информации был осуществлён Ермаковой Е.С. через рабочий компьютер, который ей не принадлежит, а не через изъятый у неё телефон марки «Iphon».
Помимо этого, указывает, что Ермакова Е.С. не получала сведений о составе семьи или семейном положении ХАВ из информационных систем ЕИС или «еНОТ», запрашиваемые сведения там отсутствовали, соответственно указанные сведения она не передавала риэлтору ЕИЕ в связи с этим заявленное ходатайство прокурором в порядке части 7 статьи 246 УПК РФ об отказе от обвинения по эпизоду потерпевшего ХАВ являлось обоснованным и подлежало безусловному удовлетворению со стороны суда.
Также соглашается с выводом суда об отсутствии оснований для назначения осуждённой дополнительного наказания, предусмотренного санкцией части 3 статьи 272.1 УК РФ, поскольку назначение Ермаковой Е.С. дополнительного наказания в виде запрета осуществления нотариальной деятельности приведёт к лишению её права на профессию, единственного источника дохода и, как следствие, сделает невозможным исполнение наказания в виде штрафа.
Ссылаясь на смягчающие наказание обстоятельства, учтённые в приговоре, указывает о наличии законных оснований для применения положений части 1 статьи 62 УК РФ.
В апелляционной жалобе защитник - адвокат Никулин Д.Г. считает приговор подлежащим отмене ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, существенного нарушения уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона.
Указывает, что с учётом того, что Ермаковой Е.С. доступ к информационной системе ЕИС и «еНОТ» был предоставлен в июле 2015 года и не ограничивался, не отменялся, получение ей сведений посредством указанных информационных систем не может образовывать состав преступления, предусмотренный статьёй 272.1 УК РФ.
Кроме того, обращает внимание на то, что Ермакова Е.С. не могла получить сведения из информационных систем в отношении КВЮ. ДД.ММ.ГГГГ в 15:39:33 (по местному времени), поскольку по средам, согласно графику рабочего времени, ЕЕС работает до 14 часов, согласно протоколу осмотра телефона сообщение с данными по потерпевшему КВЮ. риэлтору ЕИЕ Ермакова Е.С. переслала от другого контакта. Поясняет, что лично Ермакова Е.С. доступ к данным КВЮ через информационные системы ЕИС и «еНОТ» не получала, ей сведения по КВЮ. перенаправило иное лицо, следствием не установленное. В соответствии с ответом Федеральной нотариальной палаты от ДД.ММ.ГГГГ запрос в отношении КВЮ от ДД.ММ.ГГГГ в 15:39:33 (по местному времени) выполнен помощником нотариуса НСМ а не Ермаковой Е.С.
Сведения о наличии ребёнка у НЕС. не поступали в распоряжение риэлтора ЕИЕ., поскольку он обладал копией паспорта НЕС заведомо зная о наличии у неё двух детей, сведения ЕИС о наличии у НЕС только одного ребёнка не соответствовали действительности.
Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.
В дополнительной апелляционной жалобе защитник – адвокат Никулин Д.Г. указывает, что по результатам инкриминируемых нотариальных запросов в отношении ХАВ, НАС, КВЮ получен ответ, что запрошенная информация отсутствует, либо ответ, не содержащий персональные данные граждан. Инкриминируемые Ермаковой Е.С. действия не могут образовывать состав преступления, предусмотренный статьёй 272.1 УК РФ, поскольку ЕИС не является базой данных и в своём компьютерном коде не содержит информации, содержащей персональные данные граждан. ЕИС представляет собой программное обеспечение посредством которых нотариусы и их работники делают запросы, а владельцы запрашиваемой информации – уполномоченные лица готовят им ответы на них. В связи с этим неправомерного доступа к компьютерной информации в смысле, передаваемом инкриминируемой статьёй, не происходит.
Полагает, что в результате доступа к ЕИС Ермакова Е.С. не получала какой-либо информации, содержащей персональные данные граждан, она лишь как помощник нотариуса и и.о. нотариуса могла отправить через ЕИС запрос в уполномоченный орган.
Считает, что в действиях Ермаковой Е.С. отсутствует субъективная сторона инкриминируемого преступления – умысел на незаконное получение и распространение информации, содержащей персональные данные граждан. Действия по направлению запросов в компетентные органы через программные комплексы ЕИС и «еНОТ» направлены на достижение целей и задач нотариата.
Ссылаясь на показания ЕМВ, НСМ, ШИВ отмечает, что нотариальные запросы делаются не в момент совершения нотариального действия, а заблаговременно до него, что не противоречит положениям закона, последующее несовершение нотариальных действий само по себе нарушением также не является.
Ввиду длительного периода знакомства с ЕИЕ осуждённая понимала, что последний выступает стороной по сделке с недвижимостью и не будет использовать эти сведения в противоправных целях, в том числе распространять их третьим лицам.
Просит приговор отменить, вынести оправдательный приговор.
Проверив материалы уголовного дела, заслушав стороны, оценив доводы апелляционных представлений и жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.
Расследование уголовного дела проведено в рамках установленной законом процедуры, с соблюдением прав всех участников уголовного судопроизводства. Рассмотрение уголовного дела проведено судом в соответствии с положениями главы 36 УПК РФ, определяющей общие условия судебного разбирательства, глав 37-39 УПК РФ, определяющих процедуру рассмотрения уголовного дела.
Описание деяния, признанного судом доказанным, содержит все необходимые сведения о месте, времени, способе и других обстоятельствах его совершения, позволяющих судить о событии преступления, причастности к нему осуждённой, её виновности, а также об обстоятельствах, достаточных для правильной правовой оценки содеянного.
Вывод суда о виновности Ермаковой Е.С. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ соответствует фактическим обстоятельствам дела, установленным в судебном заседании, основан на исследованных судом доказательствах, приведённых в приговоре, проверенных и получивших надлежащую оценку в соответствии с требованиями статей 87, 88 УПК РФ, в частности, на показаниях:
- осуждённой Ермаковой Е.С. на предварительном следствии, согласно которым, являясь помощником нотариуса и исполняя обязанности нотариуса, она по просьбе ЕИЕ используя служебный доступ к системе «еНот», вне рамок нотариального действия запрашивала и передавала ему посредством мессенджеров, установленных в её телефоне, сведения о КВЮ, НЕС, ХАВ
- свидетеля ЕИЕ на предварительном следствии, согласно которым, посредством мессенджера «<данные изъяты> он обращался к Ермаковой Е.С. с просьбой о предоставлении ему сведений из программ на НЕС, ХАВ и КВЮ Посредством мессенджеров «<данные изъяты>» Ермакова Е.С. направляла ему необходимые сведения;
- потерпевших КВЮ и НЕС., согласно которым к нотариусам они не обращались, разрешение на обработку своих персональных данных не давали;
- свидетелей ЕМВ и НСМ. – помощников нотариуса, ШИВ – нотариуса, согласно которым сбор персональных данных через специализированную информационную систему «Клиент ЕИС», «еНОТ» допустим исключительно для подготовки к совершению нотариальных действий, распространять полученные персональные данные третьим лицам, не являющимся сторонами сделки, как и использование баз данных по запросам посторонних лиц запрещено;
письменных доказательств, в числе которых:
- приказ № от ДД.ММ.ГГГГ, выписки из журнала полномочий нотариуса КИВ., согласно которым Ермакова Е.С., являясь помощником нотариуса, исполняла обязанности нотариуса КИВ. с 9.00 по 18.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, с 8.00 по 14.00 часов ДД.ММ.ГГГГ, с 9.00 по 18.00 часов ДД.ММ.ГГГГ;
- ответ из Федеральной нотариальной палаты Российской Федерации, согласно которому: ДД.ММ.ГГГГ Ермаковой Е.С. выполнен запрос сведений об имуществе и наложенных на имущество обременениях на помещение с кадастровым номером 18:26:020140:459. Запрос создан в 12:24:14, отправлен в 12:25:58 по МСК; ДД.ММ.ГГГГ выполнен запрос сведений о признании КВЮ недееспособным. Запрос создан в 14:39:33 по МСК НСМ.; в 9 часов 13 минут ДД.ММ.ГГГГ Ермаковой Е.С. выполнен запрос сведений о составе семьи НЕС Запрос подписан Ермаковой Е.С.;
- протоколы осмотра предметов, согласно которым при осмотре изъятых у Ермаковой Е.С. и ЕИЕ телефонов обнаружена переписка, из содержания которой следует, что ЕИЕ просит Ермакову Е.С. проверить НЕС по базам данных на предмет использования материнского капитала; проверить сведения о дееспособности К.. Ермакова Е.С. сообщает информацию в отношении указанных лиц ЕИЕ
Суд обоснованно признал в качестве достоверных показания Ермаковой Е.С., данные ею при допросе в качестве подозреваемой, согласно которым она, признавая себя виновной в совершении инкриминируемого деяния, подробно рассказала об обстоятельствах совершения преступления, в частности о том, что ДД.ММ.ГГГГ ЕИЕ попросил узнать сведения о дееспособности КВЮ., а также сведения об объекте недвижимости по адресу: <адрес>. Для этого она зашла со своего персонального компьютера в программу «еНот», ввела данные указанного человека, сфотографировала с экрана монитора сведения из ЕГРН, направила данную выписку ЕИЕ. в мессенджере «Телеграмм». Аналогичным образом, ДД.ММ.ГГГГ посмотрела сведения о НЕС., после чего сообщила ЕИЕ. о том, что у НЕС. нет детей.
На очной ставке со свидетелем ЕИЕ., а также в суде, осуждённая подтвердила эти показания.
Допрос Ермаковой Е.С. в качестве подозреваемой проводился с соблюдением требований статей 46, 47 УПК РФ, после разъяснений ей положений статьи 51 Конституции РФ и процессуальных прав, в том числе не свидетельствовать против себя, а участие адвоката при проведении данного следственного действия, исключало оказание на неё незаконного воздействия.
Оспаривая выводы суда о виновности Ермаковой Е.С. в незаконных передаче, сборе и хранении компьютерной информации, содержащей персональные данные КВЮ., защитник утверждает, что Ермакова Е.С. не могла получить такую информацию и передать её ЕИЕ с учётом графика её работы ДД.ММ.ГГГГ.
Действительно, согласно выписке из журнала передачи полномочий, Ермакова Е.С. осуществляла полномочия нотариуса ДД.ММ.ГГГГ с 8.00 до 14.00 часов.
Вместе с тем, из ответа Федеральной нотариальной палаты Российской Федерации следует, что запрос сведений об имуществе КВЮ выполнен Ермаковой Е.С. ДД.ММ.ГГГГ в 12:25:58 по МСК, то есть в период исполнения ею полномочий нотариуса.
Согласно протоколу осмотра предметов, в телефонах, изъятых у Ермаковой Е.С. и ЕИЕ. имеется переписка, из которой следует, что сообщение с информацией о дееспособности КВЮ. и его имуществе Ермакова Е.С. направила ЕИЕ ДД.ММ.ГГГГ в 16.26 часов. Из этой же переписки следует, что Ермакова Е.С. сообщает Ермакову И.Е. о том, что работает «до 2, но позже закончу».
Из показаний свидетеля НСМ от имени которой был выполнен запрос сведений о признании КВЮ. недееспособным, следует, что инициатором запроса ДД.ММ.ГГГГ о признании КВЮ. недееспособным она не выступала, направление информационных запросов не относится к категории нотариальных действий, требующих личного участия и подписи нотариуса, их отправка может быть произведена любым работником конторы.
Таким образом, само по себе исполнение Ермаковой Е.С. обязанности нотариуса ДД.ММ.ГГГГ с 8.00 до 14.00 часов, не свидетельствует о невозможности направления ею запроса о дееспособности КВЮ ДД.ММ.ГГГГ по окончании этого времени. Факт направления по просьбе ЕИЕ. запросов в отношении КВЮ. осуждённая не оспаривала.
Утверждение защитника о том, что в действиях Ермаковой Е.С. отсутствует состав преступления, предусмотренный статьёй 272.1 УК РФ, поскольку она имела правомерный доступ к средствам обработки и хранения компьютерной информации, содержащей персональные данные, являются несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными судом доказательствами.
Согласно разъяснениям, приведённым в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 декабря 2022 года N 37 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях в сфере компьютерной информации, а также иных преступлениях, совершённых с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть «Интернет», неправомерным доступом к компьютерной информации является получение или использование такой информации без согласия обладателя информации лицом, не наделённым необходимыми для этого полномочиями, либо в нарушение установленного нормативными правовыми актами порядка независимо от формы такого доступа.
Исследовав все обстоятельства дела, проверив представленные сторонами доказательства, суд установил, что Ермакова Е.С., являясь помощником нотариуса, будучи наделённой приказом № от ДД.ММ.ГГГГ полномочиями нотариуса нотариального округа «<адрес>» КИВ в нарушение требований Конституции РФ, Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, утверждённых Верховным Советом РФ ДД.ММ.ГГГГ N 4462-1, Федерального закона «О персональных данных» от ДД.ММ.ГГГГ N 152-ФЗ, Положения о единой информационной системе нотариата, утверждённых решением Правления Федеральной нотариальной палаты от ДД.ММ.ГГГГ, Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», используя своё служебное положение и полномочия, незаконно осуществила сбор, хранение и передачу персональных данных КВЮ. и НЕС содержащихся в специализированных системах «еНот» и «Клиент ЕИС», не имея законных оснований для доступа к персональным данным указанных лиц, в связи с отсутствием совершаемых в отношении них нотариальных действий, в связи с чем, персональные данные указанных лиц попали в незаконное распоряжение третьих лиц – ЕИЕ.
Судом установлено, что сведения, полученные Ермаковой Е.С. через информационные системы «еНот» и «Клиент ЕИС», которые предназначенны для комплексной автоматизации процессов сбора, обработки сведений о нотариальной деятельности и обеспечения всех видов информационного взаимодействия (обмена), и созданы в целях обеспечения надлежащего уровня защиты прав и законных интересов граждан и организаций в связи с их обращением к нотариусам за совершением нотариальных действий, предоставления нотариусам информации при совершении нотариального действия, не являются общедоступными, доступ к ним ограничен, поскольку они содержат информацию, подлежащую охране в соответствии с требованиями информационной безопасности. При этом действия Ермаковой Е.С. по направлению запросов через системы компьютерной информации ЕИС и «еНот», вопреки доводам жалобы защитника не были направлены на достижение целей и задач нотариата, поскольку нотариат в Российской Федерации служит целям защиты прав и законных интересов граждан и юридических лиц, обеспечивая совершение нотариусами, работающими в государственных нотариальных конторах или занимающимися частной практикой, предусмотренных законодательными актами нотариальных действий от имени Российской Федерации (часть 1 статьи 1 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате), тогда как потерпевшие не обращались к Ермаковой Е.С. как к нотариусу за совершением нотариальных действий.
Указанные обстоятельства подтверждают выводы суда о том, что компьютерная информация, содержащая персональные сведения о КВЮ и НЕС., была получена Ермаковой Е.С. путём неправомерного доступа к средствам её обработки и хранения.
Доводы жалобы защитника о том, что ЕИС не является базой данных и не содержит информации, содержащей персональные сведения о гражданах, а информация, которую передала Ермакова Е.С. в отношении КВЮ и НЕС не относится к персональным данным, являются несостоятельными, поскольку согласно статье 34.2 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, единая информационная система нотариата включает в себя в том числе, сведения о государственной регистрации смерти, о внесении исправлений или изменений в записи актов о смерти, сведения о государственной регистрации актов гражданского состояния, сведения о включении физических лиц в список лиц, в отношении которых применяются временные ограничительные меры, и об исключении из него. Кроме того, Положением о единой информационной системе нотариата установлен перечень подсистем и сервисов ЕИС, позволяющих осуществлять проверку иных сведений, необходимых для совершения нотариальных действий, в том числе, сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, установление личности гражданина, проверка его дееспособности.
Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 27 июля 2006 года N 152-ФЗ «О персональных данных», персональные данные - любая информация, относящаяся прямо или косвенно к определённому или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных), следовательно, информация о составе семьи НЕС а также об имуществе и дееспособности КВЮ относится к персональным данным, которые были получены Ермаковой Е.С. в специализированной информационной системе.
Оценив все доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а их совокупность - с точки зрения достаточности, с учётом изменённого государственным обвинителем в соответствии с частью 8 статьи 246 УПК РФ обвинения, суд пришёл к обоснованному выводу о виновности Ермаковой Е.С. в совершении преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ, вместе с тем, излишне указал в квалификации действий Ермаковой Е.С. на форму незаконной передачи компьютерной информации в виде распространения и доступа к ней.
Доказательства, свидетельствующие о том, что Ермакова Е.С. распространила компьютерную информацию, содержащую персональные данные, или предоставила к ней доступ, то есть передала такую информацию неопределённому кругу лиц, либо предоставила возможность ознакомиться с такой информацией без её пересылки, в материалах дела отсутствуют, в суде не исследовались. При таких обстоятельствах ссылка на них подлежит исключению из квалификации действий Ермаковой Е.С.
Вопреки доводам апелляционного представления, нарушений уголовно-процессуального закона при принятии решения в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения в части совершения Ермаковой Е.С. преступления в отношении ХАВ судом не допущено.
Согласно пункту 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 года N 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», полный или частичный отказ государственного обвинителя от обвинения в ходе судебного разбирательства, а также изменение им обвинения в сторону смягчения в соответствии с частями 7, 8 статьи 246 УПК РФ предопределяют принятие судом решения в соответствии с позицией государственного обвинителя, поскольку уголовно-процессуальный закон исходит из того, что уголовное судопроизводство осуществляется на основе принципа состязательности и равноправия сторон, а формулирование обвинения и его поддержание перед судом обеспечивается обвинителем.
По смыслу положений статьи 246 УПК РФ и положений пункта 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2017 года N 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции», суд, принимая решение, обусловленное позицией государственного обвинителя, обязан не просто рассмотреть мотивы его действий, но и в процедуре, отвечающей требованиям состязательности, установить обоснованность такого отказа, для чего необходимо исследовать обстоятельства дела, проверить собранные и представленные суду доказательства. Лишь по результатам этой процедуры может быть принято соответствующее судебное решение, законность, обоснованность и справедливость которого возможно проверить в вышестоящем суде.
Приведённые положения закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом учтены.
Согласно протоколу судебного заседания после того, как судом были исследованы представленные стороной обвинения доказательства, государственный обвинитель просил исключить из объёма предъявленного Ермаковой Е.С. обвинения указание на совершение Ермаковой Е.С. действий в отношении ХАВ., также указал, что подсудимой совершены одни и те же действия, которые органом расследования квалифицированы по двум статьям УК РФ, и в целях недопущения двойного вменения полагает, что действия Ермаковой Е.С. охватываются составом преступления, предусмотренного пунктом «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ и дополнительной квалификации по статье 202 УК РФ не требуется (том 4, л.д. 43).
Из материалов дела следует, что стороны обвинения и защиты имели возможность изложить суду своё мнение относительно позиции государственного обвинителя путём заявления ходатайств, выступления в прениях, а впоследствии, обжалуя приговор. При этом, суд надлежащим образом извещал о дате, времени и месте рассмотрения уголовного дела участвующих в деле лиц, в том числе неоднократно извещался потерпевший ХАВ. Из протокола судебного заседания также следует, что государственным обвинителем принимались меры к обеспечению явки ХАВ в суд, однако потерпевший в судебное заседание не явился. После осуждения Ермаковой Е.С., потерпевший ХАВ приговор не обжаловал, о нарушении своих прав не заявлял.
Согласно статье 15 УПК РФ, суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне защиты или обвинения и принимает решение по делу, исходя из анализа представленных ему сторонами в состязательном процессе доказательств на соответствующей стадии судебного разбирательства, не выходя за пределы предъявленного подсудимому обвинения.
Оценив исследованные доказательства, суд обоснованно согласился с позицией стороны обвинения, исключив из обвинения указание на совершение Ермаковой Е.С. преступления в отношении ХАВ и квалифицировав действия Ермаковой Е.С. по пункту «г» части 3 статьи 272.1 УК РФ.
При назначении Ермаковой Е.С. наказания, суд учёл характер и степень общественной опасности преступления, личность виновной, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осуждённой и на условия жизни её семьи.
Смягчающими наказание обстоятельствами суд признал, полное признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование расследованию преступления, положительные характеристики, получение благодарностей при исполнении служебных обязанностей, оказание помощи близким, состояние здоровья осуждённой и её близких родственников (наличие хронических заболеваний), принесение извинений потерпевшим, нахождение на иждивении совершеннолетнего ребёнка, являющегося студентом очной формы обучения, участие в благотворительности.
Обстоятельства, отягчающие наказание, не установлены.
Все юридически значимые обстоятельства, имеющие отношение к назначению Ермаковой Е.С. наказания, судом установлены и учтены в полной мере, суд мотивировал своё решение о необходимости назначения осуждённой наказания в виде штрафа, и отсутствии достаточных оснований для назначения дополнительного наказания, предусмотренного санкцией части 3 статьи 272.1 УК РФ, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции оснований не усматривает.
Указание в приговоре о том, что определяя размер наказания суд учитывает правила части 1 статьи 62 УК РФ, не свидетельствует о применении судом данных правил, поскольку согласно разъяснениями, содержащимися в абзаце 2 пункта 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» правила статьи 62 УК РФ не распространяются на случаи назначения менее строгого вида наказания, указанного в санкции статьи Особенной части УК РФ, за совершённое преступление и дополнительного наказания.
При постановлении приговора, суд в соответствии с пунктом 6.1 части 1 статьи 299 УПК РФ обсудил вопрос о наличии оснований для изменения категории преступления, в совершении которого обвиняется Ермакова Е.С., на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ, и оценив совокупность фактических обстоятельств преступления, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, пришёл к выводу о меньшей степени общественной опасности совершённого Ермаковой Е.С. преступления и возможности применения положений части 6 статьи 15 УК РФ, то есть изменения категории преступления с тяжкого на средней тяжести.
Утверждая, что судом не учтена повышенная общественная опасность преступления, настойчивость виновной в достижении преступного результата, продолжительность совершения преступления, количество потерпевших, и что данные обстоятельства характеризуют осуждённую как лицо повышенной социальной опасности и склонной к совершению новых преступлений, автор апелляционного представления своё утверждение какими-либо доводами не обосновал, суждений в подтверждение доводов о настойчивости виновной в достижении преступного результата, которая могла бы выражаться в реализации преступного умысла, несмотря на возникающие препятствия, не привёл.
Вместе с тем, согласно разъяснениям, приведённым в абзаце 3 части 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 «О практике назначения судами уголовного наказания», степень общественной опасности преступления устанавливается судом в зависимости от конкретных обстоятельств содеянного, в частности от характера и размера наступивших последствий, способа совершения преступления, роли подсудимого в преступлении, совершённом в соучастии, от вида умысла либо неосторожности.
Согласно разъяснениям, приведённым в абзаце 2 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 года N 10 «О практике применения судами положений части 6 статьи 15 Уголовного кодекса Российской Федерации», разрешая вопрос о возможности изменения категории преступления на менее тяжкую, суд принимает во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, роль подсудимого в преступлении, совершённом в соучастии, вид умысла либо вид неосторожности, мотив, цель совершения деяния, характер и размер наступивших последствий, а также другие фактические обстоятельства преступления, влияющие на степень его общественной опасности. Вывод о наличии оснований для применения положений части 6 статьи 15 УК РФ может быть сделан судом, если фактические обстоятельства совершённого преступления свидетельствуют о меньшей степени его общественной опасности.
Учитывая обстоятельства совершения преступления, количество лиц, информацию о персональных данных которых Ермакова Е.С. незаконно собрала, хранила и передала ЕИЕ (потерпевшие КВЮ и НЕС.), заявления этих лиц в суде о том, что действиями Ермаковой Е.С. им не причинён материальный ущерб и моральный вред, отсутствие отягчающих и наличие смягчающих наказание обстоятельства, суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции о меньшей степени общественной опасности совершённого Ермаковой Е.С. преступления и возможности применении положений части 6 статьи 15 УК РФ.
Изменение категории преступления на менее тяжкую улучшило правовое положение осуждённой, поскольку преступление средней тяжести позволило суду при наличии предусмотренных статьёй 76 УК РФ оснований применить положения статьи 25 УПК РФ.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2.1. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», принесение извинений является одним из способов заглаживания вреда, при этом согласно пункту 10 указанного постановления Пленума способы заглаживания вреда определяются потерпевшим.
Судом были приняты во внимание данные о личности Ермаковой Е.С., которая не судима, признала вину, возместила причинённый преступлением ущерб, учтены её характеристики и смягчающие наказание обстоятельства, потерпевшие обратились к суду с ходатайством о прекращении уголовного дела в связи с примирением, пояснив, что претензий к Ермаковой Е.С. не имеют, сторона защиты также просила о прекращении уголовного дела по указанным основаниям.
Установленные в ходе рассмотрения дела фактические обстоятельства преступления вопреки доводам апелляционного представления не свидетельствуют о повышенной социальной опасности Ермаковой Е.С. и её склонности к совершению преступлений.
Таким образом, по делу соблюдена совокупность всех условий для применения в отношении Ермаковой Е.С. положений статьи 76 УК РФ.
Доводы апелляционного представления о том, что изменение категории преступления и освобождение Ермаковой Е.С. от наказания в связи с примирением не будет отвечать целям наказания, предусмотренным статьёй 43 УК РФ, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными, поскольку изменение категории преступления на менее тяжкую в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ позволяет обеспечить индивидуализацию ответственности осуждённого за содеянное и является реализацией закреплённых в статьях 6 и 7 УК РФ принципов справедливости и гуманизма (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 мая 2018 года N 10). Закрепляя в статье 76 УК РФ возможность освобождения лица от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, законодатель также исходил из принципа справедливости, установив соответствующие условия, соблюдение которых и даёт возможность освобождения лица от уголовной ответственности по данному основанию.
Исключение из квалификации действий Ермаковой Е.С. указания на форму незаконной передачи компьютерной информации в виде распространения и доступа к ней, само по себе не влечёт безусловного смягчения наказания, поскольку объём обвинения не уменьшился.
Вместе с тем заслуживают внимания доводы апелляционного представления о допущенном судом нарушении уголовного законодательства, выразившегося в не принятии судом решения о наложении ареста на изъятый у Ермаковой Е.С. телефон и его конфискации.
Так, судом установлено, что мобильный телефон использовался Ермаковой Е.С. для совершения преступления, именно с помощью своего мобильного телефона через мессенджеры «Телеграмм» и «Вотсап» она передала ЕИЕ информацию, содержащую персональные данные ЕИЕ В телефоне «<данные изъяты>», который Ермакова Е.С. добровольно выдала в Потерпевший №3 производства выемки, обнаружена информация, имеющая отношение к уголовному делу, а именно: общение с Ермаковым И.Е., факт передачи ему информации с персональными данными указанных выше лиц. Телефон был осмотрен и признан вещественным доказательством по делу.
При таких обстоятельствах, в силу пункта «г» части 1 статьи 104.1 УК РФ мобильный телефон марки «<данные изъяты>», принадлежащий Ермаковой Е.С. подлежит конфискации.
В целях обеспечения сохранности телефона до исполнения решения о его конфискации, руководствуясь статьёй 115, частью 2 статьи 230 УПК РФ, суд апелляционной инстанции считает необходимым наложить арест на телефон, запретив Ермаковой Е.С. распоряжаться им.
Иных нарушений, влекущих отмену или изменение приговора не допущено.
Руководствуясь статьями 389.13-389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ОПРЕДЕЛИЛ:
приговор Индустриального районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики от 2 сентября 2026 года в отношении Ермаковой ЕС изменить.
Исключить из квалификации действий Ермаковой Е.С. по незаконной передаче компьютерной информации указание на её распространение и доступ.
Исключить из приговора указание о возвращении мобильного телефона марки «<данные изъяты> Ермаковой Е.С.
Наложить арест на телефон «<данные изъяты>», изъятый у Ермаковой И.Е., и на основании пункта «г» части 1 статьи 104.1 УК РФ конфисковать указанный телефон.
В остальной части приговор оставить без изменения.
Апелляционное определение и приговор вступают в законную силу со дня вынесения апелляционного определения и в соответствии с частью 2 статьи 4013 УПК РФ могут быть обжалованы в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления их в законную силу.
В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции.
Осуждённая вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.
Председательствующий Д.Е. Дементьев
Судьи Г.Р. Замилова
В.Г. Чуприкова