АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
15 октября 2026 года г. Южно-Сахалинск
Суд апелляционной инстанции Сахалинского областного суда в составе:
председательствующего – судьи Терлецкой Ю.М., при ведении протокола помощником судьи Корженко А.В., с участием: прокурора отдела прокуратуры Сахалинской области Курсановой Е.С., лица, в отношении которого уголовное дело прекращено, Ф.И.О.1, его защитника – адвоката Черкашина Р.В., рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционным представлением государственного обвинителя Кареба Л.А. на постановление Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 27 августа 2026 года, которым уголовное дело в отношении
Ф.И.О.1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, зарегистрированного по адресу: <адрес>, фактически проживающего по адресу: <адрес>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ, 76.2 УК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 50 000 рублей.
Проверив представленные материалы уголовного дела, выслушав выступление участников процесса, суд апелляционной инстанции,
УСТАНОВИЛ:
органом дознания Ф.И.О.1 обвиняется в незаконном приобретении, хранении без цели сбыта наркотических средств, в значительном размере.
Постановлением Южно-Сахалинского городского суда от 27 августа 2026 года уголовное дело в отношении Ф.И.О.1 по обвинению в совершении вышеуказанного преступления, прекращено на основании ст. 25.1 УПК РФ, ст. 76.2 УК РФ с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 50 000 рублей.
В апелляционном представлении государственный обвинитель Кареба Л.А., ссылаясь на положения ст. 25.1 УПК РФ, ст. 76.2 УК РФ, на разъяснения, содержащиеся в п. 16.1 постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 года №19 «О применении судами законодательства, регламентирующего освобождение от уголовной ответственности», а также на правовую позицию, сформулированную Конституционным Судом РФ в Определении № 2257-О от 26 октября 2017 года, на Обзор судебной практики, утвержденный Президиумом Верховного суда РФ от 10 июля 2019 года, приводя выводы суда, изложенные в постановлении, указывает, что основная доля благотворительной деятельности осуществлена Ф.И.О.1 только после совершения им инкриминируемого преступления, о чем свидетельствуют даты на представленных документах об оказании благотворительной помощи, кроме того, обращает внимание, что судом не принято во внимание соразмерность и направленность заглаживания вреда, причиненного не детям, находящимся в трудной жизненной ситуации и социально опасном положении, не иным незащищенным слоям населения, а общественным отношениям, обеспечивающим здоровье граждан и общественную нравственность, и каким образом разовое перечисление денежных средств могло загладить причиненный вред.
Кроме того, приводя положения ч.1 ст. 2, ч. 2 ст. 43 УК РФ, полагает, что судом при вынесении настоящего постановления использован формальный подход к оценке конкретных обстоятельств уголовного дела, особенностей объекта преступного посягательства, которым являются общественные отношения, обеспечивающие здоровье граждан и общественную нравственность, степени общественной опасности лица, совершившего преступление, его личности. Автор представления полагает, что освобождение от уголовной ответственности оспариваемым постановлением только способствует формированию у Ф.И.О.1 чувства безнаказанности за совершенное деяние, выработке алгоритма действия при совершении им новых преступлений и способах ухода от уголовной ответственности и наказания.
Далее, ссылаясь на п. 1 ч. 3 ст. 81 УПК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, разъяснения, содержащиеся в п. 3 постановления Пленума ВС РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», описывая обстоятельства дела, отмечает, что судом с учетом прекращения уголовного дела не решен вопрос о конфискации транспортного средства.
Помимо прочего, с учетом положений ч. 1 ст. 104.5 УПК РФ, санкции ч.1 ст. 228 УК РФ, указывает, что суд первой инстанции, определив размер судебного штрафа в 50 000 рублей, нарушил требования уголовного закона, в связи с чем размер штрафа подлежит снижению.
Просит постановление отменить, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.
В возражениях Ф.И.О.1 просит оставить постановление без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя Кареба Л.А. - без удовлетворения.
В суде апелляционной инстанции защитник – адвокат Черкашин Р.В. и Ф.И.О.1 уточнили, что против доводов апелляционного представления в части снижения размера судебного штрафа не возражают.
Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.
Согласно ст. 76.2 УК РФ и ст. 25.1 УПК РФ, лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено судом от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», исходя из положений статьи 76.2 УК РФ, освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа возможно при наличии указанных в ней условий: лицо впервые совершило преступление небольшой или средней тяжести, возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.
При этом в статье 76.2 УК РФ под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещен в натуре (в частности, путем предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления поврежденного имущества), в денежной форме (например, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, расходов на лечение) и т.д.
Под заглаживанием вреда (часть 1 статьи 75, статья 76.2 УК РФ) понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.
Согласно правовой позиции, выраженной Конституционным Судом Российской Федерации в Определении от 26 октября 2017 года № 2257-О, различные уголовно-наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, в связи с чем предусмотренные ст. 76.2 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.
С учётом изложенного, суд в каждом конкретном случае должен решить, достаточны ли предпринятые лицом, совершившим преступление, действия для того, чтобы расценить уменьшение общественной опасности содеянного как позволяющее освободить лицо от уголовной ответственности.
Рассматривая ходатайство, суд первой инстанции в полном объеме учел требования ст. 76.2 УК РФ и ч. 1 ст. 25.1 УПК РФ, конкретные обстоятельства дела, меры, предпринятые для возмещения обвиняемым ущерба, которые существенно снизили степень общественной опасности содеянного, данные, характеризующие личность Ф.И.О.1, и иные обстоятельства, имеющие существенное значение при решении вопроса о возможности применения к нему меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, приняв в результате справедливое и мотивированное решение.
Так, в ходе предварительного слушания Ф.И.О.1 и его защитник Черкашин Р.В. поддержали ходатайство о прекращении уголовного дела и освобождения от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, против удовлетворения которого участвующий в деле прокурор возражал.
Как следует из представленных материалов, Ф.И.О.1 обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, которое, в соответствии с ч. 2 ст. 15 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести.
Суд принял во внимание, что Ф.И.О.1 вину признал в полном объеме, в содеянном раскаялся. Также судом учтено, что он ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые, загладил причиненный преступлением вред, перечислив денежные средства в размере 30000 рублей на счет Сахалинского подразделения организации «Красный крест», а также 90000 рублей – в ГКУ СРЦН «Маячок», характеризуется исключительно положительно, как по месту жительства, так и по месту работы, принимая во внимание специфику преступления, отмечено, что на учете у врача-нарколога не состоит.
Таким образом, Ф.И.О.1 предприняты меры, направленные на нейтрализацию негативных последствий содеянного, которые были расценены судом первой инстанции как соразмерные и достаточные для вывода об уменьшении степени общественной опасности содеянного, что позволило суду принять решение о прекращении уголовного дела на основании ст. 25.1 УПК РФ.
Изложенное свидетельствует о том, что суд первой инстанции не просто констатировал наличие указанных в законе оснований для прекращения дела, а принял мотивированное решение с учетом всей совокупности обстоятельств, в том числе и принятия мер по заглаживанию вреда, данных, характеризующих Ф.И.О.1, а также конкретных обстоятельств совершения преступления.
Вопреки доводам апелляционного представления, постановление суда первой инстанции должным образом мотивировано и соответствует требованиям уголовно-процессуального закона.
Суд апелляционной инстанции отмечает, что перечень способов заглаживания вреда, с учетом разъяснений, содержащихся в п. 16.1 постановления Пленума ВС РФ от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», не ограничен законом.
Довод автора представления о том, что благотворительная деятельность осуществлена Ф.И.О.1 после совершения преступления, не свидетельствует о незаконности принятого решения, поскольку нормы действующего законодательства не связывают возможность освобождения от уголовной ответственности с моментом заглаживания вреда; правовое значение имеет добровольность и направленность таких действий.
Совершение преступления против здоровья населения и общественной нравственности не препятствует прекращению уголовного дела и назначению меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.
Данные обстоятельства, как следует из предъявленного Ф.И.О.1 обвинения, входят в объективную сторону инкриминированного ему преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, и они принимались во внимание при принятии решения по ходатайству стороны защиты об освобождении Ф.И.О.1 от уголовной ответственности, наряду со сведениями о его личности.
Таким образом, суждения, изложенные в апелляционном представлении, относительно возможности назначения Ф.И.О.1 судебного штрафа, сводятся к переоценке выводов суда инстанции, что само по себе не является основанием для пересмотра состоявшегося судебного решения в сторону ухудшения положения лица, в отношении которого уголовное дело прекращено.
Вопрос о вещественных доказательствах, вопреки доводам апелляционного представления, разрешен судом в соответствии с требованиями закона. С приведенными выводами суда первой инстанции в обозначенной части суд апелляционной инстанции соглашается в полной мере, находя их обоснованными.
Вместе с тем обжалуемое постановление с учетом доводов апелляционного представления подлежит изменению по основаниям, предусмотренным п. 3 ст. 389.15 УПК РФ, в связи с неправильным применением уголовного закона.
Так, суд первой инстанции, назначив Ф.И.О.1 судебный штраф в размере 50 000 рублей, не учел положения ч. 1 ст. 104.5 УК РФ, согласно которой размер судебного штрафа не может превышать половину максимального размера штрафа, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ.
Санкция ч. 1 ст. 228 УК РФ предусматривает максимальный размер штрафа до 40 000 рублей, в этой связи постановление подлежит изменению, путем снижения размера назначенного Ф.И.О.1 до 20 000 рублей.
Из материалов уголовного дела следует, что обязательные условия и процедура, предусмотренные уголовно-процессуальным законом для принятия решения о прекращении производства по уголовному делу на основании ст. 25.1 УПК РФ и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, вопреки мнению автора представления, судом первой инстанции соблюдены.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.6, 389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
апелляционное представление государственного обвинителя Кареба Л.А. удовлетворить частично, постановление Южно-Сахалинского городского суда Сахалинской области от 27 августа 2026 года в отношении Ф.И.О.1 изменить, снизить размер штрафа, назначенного Ф.И.О.1, в качестве меры уголовно-правового характера до 20 000 рублей.
В остальной части это же постановление в отношении Ф.И.О.1 оставить без изменения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев через суд первой инстанции.
Председательствующий Ю.М. Терлецкая