Решение
Именем Российской Федерации
01 октября 2026 года г. Ленинск - Кузнецкий
Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области в составе председательствующего судьи Егоренко А.Ю., при ведении протокола судебного заседания секретарем Апариной К.О., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Журиной Л. Н. к Подкопаевой Н. В., нотариусу Митрофановой (Антиповой) Г. Л. о признании завещания недействительным,
УСТАНОВИЛ:
Истец Журина Л. Н. обратилась в Ленинск – Кузнецкий городской суд Кемеровской области с иском к Подкопаевой Н. В., нотариусу Митрофановой (Антиповой) Г. Л. о признании недействительным завещания совершенного 29.09.2018 ФИО в пользу Подкопаевой Н.В., удостоверенное нотариусом Митрофановой (Антиповой) Г.Л.
Требования мотивированы тем, что <дата> умер отец истца ФИО, <дата> года рождения. При жизни ФИО на праве собственности, на основании договора на передачу квартиры в собственность граждан и свидетельства о праве на наследство по закону, принадлежала квартира, расположенная по адресу: <адрес>. После смерти ФИО открылось наследство, в состав которого вошла вышеуказанная квартира и права на денежные средства, находящиеся на банковских счетах умершего. Истец указывает, что является единственным наследником имущества отца по закону, и подлежит призванию к наследованию как дочь наследодателя. Иных наследников по закону первой очереди нет.
После смерти ФИО истец обратилась к нотариусу по месту открытия наследства Луференко В. В. с заявлением о принятии наследства и выдаче свидетельства о праве на наследство. Нотариусом было открыто наследственное дело <номер>. При этом, нотариус сообщил, что часть наследственного имущества, а именно квартира, расположенная по адресу: <адрес> завещана иному лицу, а именно ответчику Подкопаевой Н.В. (сожительнице ФИО), на основании завещания от 29.09.2018, удостоверенного нотариусом Митрофановой (Антиповой) Г. Л..
Истец полагает, что составленное ФИО 29.09.2018 завещание является недействительным, поскольку в момент составления завещания в силу возраста и наличия у него заболеваний ФИО находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Так, 22 августа 2018 года ФИО перенес <данные изъяты>. С 22 августа 2018 года по 03 сентября 2018 года в связи с указанным находился на лечении в МБУЗ «Славянская центральная районная больница» неврологическом отделении, расположенном по адресу: <адрес>.
После выписки из больницы ФИО возвратился в г. Полысаево, где у него 16 сентября 2018 года произошло повторное острое нарушение <данные изъяты>. В связи с повторным <данные изъяты> ФИО находился на лечении в ГАУЗ <адрес> «Областной клинический центр охраны здоровья шахтеров» в период с 16 сентября 2018 года по 28 сентября 2018 года.
В выписном эпикризе ФИО врачами отражены синдром <данные изъяты>.
При выписке из ГАУЗ Кемеровской области «Областной клинический центр охран здоровья шахтеров» отмечен неврологический статус ФИО, который находился в ясном сознании, продуктивный контакт затруднен из-за когнитивных нарушений, обращенную речь понимает, на задаваемые вопросы отвечает не на все, речь дизартрична, конвергенция ослаблена, изокория, фотореакции средней живости, равные, лицо ассиметрично, прозопарез слева, мышеный гипотонус слева, активные движения в правых конечностях сохранены, ограничены слева, сенсорные нарушения в виде гемигипестезии слева, кпп слева не выполняет из-за пареза.
ФИО после выписки самостоятельно не передвигался, но на следующий день после выписки ФИО неизвестным способом явился к нотариусу и составил оспариваемое завещание. Удостоверивший завещание нотариус, несмотря на состояние здоровья ФИО, а также его возраст 79 лет 10 месяцев, надлежащим образом не проверил его дееспособность, не убедился в его способности понимать значение завещания, не отказал в совершении нотариального действия, в совершении которого должно было быть отказано.
Согласно данным сайта Федеральной нотариальной палаты, нотариус является единственным профессиональным участником гражданского оборота, на которого законом возложена обязанность по проверке дееспособности сторон сделки. Дееспособность гражданина выясняется нотариусом, исходя из его возраста, а также из способности гражданина понимать значение своих действий и руководить ими. Наряду с проверкой документов и запросами в государственные реестры нотариус самостоятельно оценивает поведение лиц, обратившихся за совершением нотариального действия, путем визуальной оценки, проведения беседы, постановки уточняющих вопросов и т.д.
То состояние, в котором ФИО находился в период составления завещания, можно определить как отсутствие у него свободной воли и желания правильно распоряжаться своим имуществом. Это состояние можно было определить путем визуальной оценки, путем проведения беседы. Кроме того, в момент составления завещания ФИО нуждался в посторонней помощи, не мог самостоятельно передвигаться, частично был парализован.
О составленном ФИО завещании в пользу ответчика истцу стало известно после его смерти.
На основании изложенного истец Журина Л.И. просит суд признать недействительным завещание, совершенное ФИО 29.09.2018 в пользу Подкопаевой Н.В., удостоверенное нотариусом Митрофановой (Антиповой) Г.Л.
Истец Журина Л.И. в судебное заседание не явилась, о дате, месте и времени судебного разбирательства извещена надлежащим образом, просила о рассмотрении дела в свое отсутствие, о чем предоставила письменное заявление (т. 2, л.д. 203).
Представитель истца Журиной Л.И. - адвокат Боровая О.А., действующая на основании ордера <номер> от 10.09.2024 в судебное заседание явилась, исковые требования поддержала, просила суд их удовлетворить в полном объеме.
Ответчик Подкопаева Н.В. явку в судебное заседание обеспечила, против удовлетворения исковых требований возражала, просила суд отказать в удовлетворении иска.
Ответчик нотариус Митрофанова (Антипова) Г.Л. явку в судебное заседание не обеспечила, уведомлена надлежаще, ранее в судебном заседании поясняла, что возражает против удовлетворения исковых требований.
Представитель ответчика нотариуса Митрофановой (Антипова) Г.Л. адвокат Клюева Л.Н., действующая на основании ордера <номер> от 08.12.2025 явку в судебное заседание обеспечила, против удовлетворения исковых требований возражала, просила суд отказать истцу в удовлетворении иска по доводам, изложенным в письменных возражениях.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, - нотариус Садилова Ю.А. явку в судебное заседание не обеспечила, уведомлена надлежаще, ранее в судебном заседании просила суд отказать в удовлетворении иска.
Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Кемеровской области-Кузбассу, нотариус Луференко В.В. явку в судебное заседание своих представителей не обеспечили, уведомлены надлежаще.
Суд, изучив материалы дела, заслушав лиц, участвующих в деле, изучив заключения судебной экспертизы, показания свидетелей приходит к следующему.
Статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что решение суда должно быть законным и обоснованным.
Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19.12.2003 №23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Из содержания статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) следует, что предмет доказывания по делу составляют факты материально-правового характера, подтверждающие обоснованность требований и возражений сторон и имеющие значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
В силу части 2 статьи 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.
Таким образом, с учетом приведенных положений процессуального закона, именно на суд возлагается обязанность по определению предмета доказывания как совокупности обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения дела. Предмет доказывания определяется судом на основании требований и возражений сторон, а также норм материального права, регулирующих спорные отношения.
Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец Журина Л. Нургалиевна, <дата> года рождения является дочерью ФИО, <дата> года рождения (т. 1, л.д 15,16).
<дата> ФИО, <дата> года рождения умер, что подтверждается свидетельством о смерти (т. 1, л.д. 17).
Истец Журина Л.Н. является дочерью и единственным наследником умершего ФИО первой очереди по закону, что подтверждается свидетельством о рождении.
После смерти ФИО нотариус Луференко В.В. открыл наследственное дело (т. 1, л.д. 81-89). С заявлениями о принятии наследства 29.05.2024 обратилась истец Журина Л.Н. (т. 1, л.д. 83) и ответчик Подкопаева Н.В. (т. 1, л.д. 83 оборот).
Наследственное имущество составляет квартира общей площадью 44,7 кв. м., расположенная по адресу: <адрес> (т. 1, л.д. 86), денежные средства на счетах в ПАО «Сбербанк» (л.д. 86 оборот – 87).
Материалами дела подтверждается, что ФИО 29.09.2018 составил завещание, согласно которому все свое имущество, которое ко дню его смерти окажется ему принадлежащим завещал Подкопаевой Н. В., <дата> года рождения. Текст завещания заверен Садиловой Ю.А. временно исполняющей обязанности нотариуса Митрофановой (Антиповой) Г. Л. Ленинск – Кузнецкого нотариального округа. Завещание зачитано временно исполняющим обязанности нотариуса вслух. Ввиду болезни ФИО и по его просьбе, в его присутствии и в присутствии временно исполняющего обязанности нотариуса завещание подписано ФИО, <дата> года рождения, которая не является лицом лично заинтересованным в составлении завещания (т. 1, л.д. 85).
После обращения за открытием наследственного дела истцу стало известно, что ее отцом ФИО составлено завещание, по которому все его имущество наследуется ответчиком Подкопаевой Н.В.
Истец Журина Л.Н. обратилась в суд с настоящим иском, ввиду несогласия с завещанием ФИО от 29.09.2018 по причине того, что в момент составления завещания в силу возраста и наличия у него заболеваний ФИО находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.
В судебном заседании ответчик Подкопаева Н.В. пояснила суду, что она с 2009 года проживала совместно с ФИО, брак не регистрировали, жили то в квартире по <адрес>, то в квартире у ответчика. В 2018 году уехали на Кубань, там, у ФИО случился первый инсульт, его увезли в Славинскую больницу. ФИО просил, чтобы дочь Журина Л.Н. приехала к нему ухаживать за ним, на что она отказалась. В сентябре 2018 года у ФИО случился второй инсульт, его увезли в Центр охраны здоровья шахтеров им. святой великомученицы Варвары в городе Ленинске – Кузнецком. После выписки из больницы ФИО сказал, что хочет составить завещание на Подкопаеву Н.В., они поехали к нотариусу Митрофановой (Антиповой) Г.Л., где составили завещание, завещание подписывал рукоприкладчик ФИО, совершенно незнакомый человек, ни ответчик ни ФИО ее не знали до момента подписания завещания. До того момента как они составили завещание ФИО прошел врача психиатра, им выдали справку, они отдали ее нотариусу (т. 1, л.д. 98 оборот -99).
В судебном заседании по инициативе ответчика Подкопаевой Н.В. были допрошены свидетели ФИО, <дата> года рождения, ФИО, <дата> года рождения, ФИО, <дата> года рождения.
Свидетель ФИО пояснила суду, что ответчика она знает 15 лет, ФИО знала с 1983 года, он проживал по <адрес> с ответчиком, умерший ФИО жил со свидетелем в одном подъезде. Истца свидетель не знает, ни разу не видела. Свидетелю известно, что в 2018 году у ФИО было 2 инсульта, ответчик за ним ухаживала. Свидетель пояснила, что в 2019 году ФИО выходил гулять, разговаривал со свидетелем, называл ее по имени, вспоминал про мужа свидетеля, говорил «вот ФИО нет уже», ФИО рассказывал свидетелю как он путешествовал с ответчиком по Кубани, обижался, что дочь к нему не приехала, говорил, что когда сам позвонит, тогда разговаривают. Когда ответчик уезжала, то за ФИО социальные работники ухаживали (т. 1, л.д. 99 с оборотом).
Свидетель ФИО пояснила в судебном заседании, что она является социальным работником. Ответчика знает с 2012 года, в марте 2019 года ФИО встал к ним на учет. Социальные работники обслуживали его ежедневно до декабря 2019 года кроме выходных дней и праздников, в эти дни за ФИО ухаживала ответчик. Свидетель пояснила, что Подкопаева Н.В. была самым близким человеком для умершего ФИО, когда она была в отъезде, они созванивались каждый день, у них были добрые отношения между собой. Дочь умершего свидетель лично не знает, разговаривала с ней только по телефону, дочка отправляла ФИО видео с внучкой. Умерший ФИО рассказывал свидетелю про дочь, но доверял больше ответчику. Свидетель пояснила суду, что ФИО умственно был нормальный человек, мог хитрить, придумывать, рассказывал анекдоты. Свидетель пояснила, что она оформляла ФИО инвалидность, для этого нужно было справки собрать, в том числе от психиатра, все справки были нормальные, отклонений не было. В период с 2019 по 2021 годы они 3 раза ездили к врачу психиатру и все было нормально, нарушений психики него не было у ФИО. Свидетель также пояснила, что умершего нельзя было ввести в заблуждение, он сам со всеми хитрил, был не глупым человеком. Все время умерший всех узнавал и все помнил (т. 1, л.д. 99 оборот).
Свидетель ФИО пояснила суду, что до 2021 года она работала социальным работником, а после 2024 года работала сиделкой. Ответчика знает с 2021 года, познакомились у ФИО Ответчик в месяц на 2 недели приезжала к ФИО всегда, он сильно скучал по ней. ФИО говорил свидетелю «…если бы не Надя меня давно бы уже не было…». Свидетель пояснила, что умерший отдавал отчет своим действиям, он всех и все помнил. Дочь к нему не приезжала. В социальном дневнике ФИО сам расписывался, всегда понимал что подписывает. ФИО про дочь говорил, что она только обещает, но не приезжает, при свидетеле дочь ФИО звонила только два раза, но трубку он брать не стал (т. 1, л.д. 100).
По инициативе истца судом были допрошены в качестве свидетелей ФИО, <дата> года рождения, ФИО, <дата> года рождения, ФИО, <дата> года рождения.
Свидетель ФИО пояснила суду, что знала отца Журиной Л.Н. <дата> у мамы свидетеля был день рождения, они с сестрой вышли на площадку, а там ФИО несли два человека, он сидел на стуле, голова у него была опущена, они поздоровались, он их не узнал. Позже ему стало лучше, они здоровались, свидетель его спрашивала как он себе готовит, он сказал, что в кафе ходит кушать, в 2021 году встретились на площадке, он не мог куртку застегнуть, просил помочь. Каждый день сидел на лавочке, свидетель не видела, чтобы с ним кто – то гулял вместе (т. 1, л.д. 167).
Свидетель ФИО пояснила суду, что истца она знает, она ее подруга с детства. Про завещание истец узнала после похорон отца от Подкопаевой Н.В. Свидетель пояснила, что истец лет 10 до смерти отца его не видела. <дата> она была на дне рождения у мама, она живет в одном подъезде с ФИО, вышли на площадку, там мужчины поставили стул, на нем сидел ФИО, свидетеля он не узнал, когда она с ним поздоровалась. Позже истец попросила навестить отца, свидетель пришла к нему, там встретила ответчика, зашла в комнату и увидела, как ФИО лежал на кровати. Он сильно не разговаривал, но свидетеля узнал (т. 1, л.д. 167 с оборотом).
Свидетель ФИО пояснил суду, что ФИО приходился ему родственником. Летом 2023 года у него было нормальное состояние, они поговорила, ФИО узнал свидетеля, был один на улице самостоятельно передвигался. В феврале 2019 года у ФИО тоже было нормальное состояние, свидетель ухаживал за ФИО с февраля 2019 по апрель 2019 года. В этот период времени он всех узнавал. Ухаживать за ФИО свидетеля припросила его дочь Журина Л.Н. (т. 1, л.д. 168).
Также в судебном заседании в качестве свидетеля была допрошена рукоприкладчик ФИО, которая подписала завещание за ФИО Свидетель, в судебном заседании пояснила суду, что 5-6 лет назад она с соседкой гуляла в центре города, ей нужно было зайти к нотариусу по личному вопросу. Вышла женщина попросила помочь расписаться за мужчину, он сам это сделать не может. Свидетель с паспортом зашла к нотариусу, там сидел мужчина, улыбался, пошутил, что не может расписаться, свидетель подписала документ. Нотариус зачитала вслух суть завещания, но свидетель не помнит его содержание, мужчина в этот момент сидел на стуле, свидетель расписалась в завещании и ушла (т.1, л.д. 166 оборот).
Согласно справке <номер>, выданной ФИО врачом – психиатром ФИО и представленную ФИО И.о. нотариуса Ленинск – Кузнецкого нотариального округа Митрофановой (Антиповой) - Садиловой Ю.А. при составлении завещания, при осмотре психических расстройств, препятствующих совершению нотариальной сделки, не выявлено (т. 1, л.д. 54).
Согласно ответу ГБУЗ «Ленинск – Кузнецкая психиатрическая больница» от 21.10.2024 ФИО, <дата> года рождения за медицинской помощью в ГБУЗ «Ленинск – Кузнецкая психиатрическая больница» не обращался (т. 1, л.д. 176).
В судебном заседании был допрошен ФИО, <дата> года рождения, который пояснил в судебном заседании, что в Ленинск – Кузнецкой психиатрической больнице работает с 1995 года. Свидетель пояснил суду, что при осмотре он ведет с человеком беседу, спрашивает про родственников, если видит психическое расстройство, то справку не выдает. Если человек пожилой, то свидетель обязательно спросит с кем пришел этот гражданин. Если есть медицинская карта на руках у гражданина, то, в том числе, смотрит карту. Справка пишется в одном экземпляре, действует сутки. ФИО свидетель не вспомнил, много времени прошло. Свидетель, обозрев справку <номер> (т. 1, л.д. 54) подтвердил, что указанную справку он выдавал, подпись в справке ему принадлежит (т. 1, л.д. 248 оборот-249).
Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда нет, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, их показания последовательны, согласуются с пояснениями лиц, участвующих в деле и письменными материалами дела.
Определением Ленинск – Кузнецкого городского суда Кемеровской области по гражданскому делу <номер> была назначена комплексная посмертная судебно психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО, <дата> года рождения, умершего <дата>, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница». Производство по делу было приостановлено.
На разрешение экспертов судом были поставлены следующие вопросы:
Страдал ли ФИО, <дата> года рождения, расстройствами психической деятельности? Если да, то какими и в связи с чем?
Мог ли ФИО, <дата> года рождения в момент составления завещания 29.09.2018 года понимать значение своих действий и руководить ими?
Имелись ли у ФИО, <дата> года рождения психические или иные расстройства здоровья, которые могли вызвать у него психические нарушения, оказывающие существенное влияние на его волевые способности, а также могли ли такие нарушения, если они имели место, повлиять на его возможность понимать значение своих действий, руководить ими, рассудительно распоряжаться своим имуществом на момент составления завещания 29.09.2018?
06.11.2025 в Ленинск – Кузнецкий городской суд Кемеровской области поступило заключение врача – судебно – психиатрического эксперта (комиссии экспертов) №<номер> от 01.10.2025 (т. 2, л.д. 143-154). Производство по делу было возобновлено.
Комиссия экспертов пришла к выводу, что у ФИО на момент составления завещания 29.09.2018 имелось психическое расстройство в форме непсихотического психического расстройства в связи с сосудистыми заболеваниями (по МКБ-10 F 06.821). У ФИО на фоне ряда заболеваний сосудистого русла, таких как <данные изъяты>, а также на фоне перенесенного 22.08.2019 <данные изъяты> от 16.09.2018 отмечались жалобы церебрастенического характера (головные боли, головокружения, слабость, утомляемость), а также сформировались психические нарушения в виде <данные изъяты> раздражительности, снижении способности к пониманию, анализу сложных проблемных ситуаций, критической оценке и прогнозированию результатов своих действий и привели к нарушению его социальной адаптации.
ФИО находился в таком состоянии, что не мог понимать значение своих действий и руководить ими, разумно распоряжаться своим имуществом в момент составления завещания 29.09.2018. На основании комплексного психологического изучения предоставленных материалов гражданского дела <номер> (в 2-х томах) с использованием методов психобиографического анализа и ретроспективной оценки жизни ФИО на момент составления завещания 29.09.2018 имелись следующие индивидуально – психологические особенности: нарушения когнитивного функционирования, снижение операционных возможностей мышления (анализа и синтеза поступающей информации), повышенная утомляемость психической работоспособности, снижение критических и прогностических способностей, нарушения эмоционально – волевой сферы и ее регуляции, повышенная раздражительность и вспыльчивость, снижение социально – адаптивных возможностей, потребность в помощи поддержке ближайшего окружения. Указанные индивидуально – психологические особенности ФИО на момент составления им завещания 29.09.2018 привели к снижению продуктивности его мыслительной деятельности, к нарушению функций аналитико – синтетической переработки поступающей информации, к затруднению в функции аналитико – синтетической переработки поступающей информации, к затруднению в установлении причинно – следственных связей, к снижению критических и прогностических способностей. Все это послужило причиной того, что на момент составления завещания 29.09.2018 ФИО не мог понимать значение своих действий и руководить ими, он не был в состоянии осознано и разумно распоряжаться своим имуществом.
Из заключения врача – судебно – психиатрического эксперта (комиссии экспертов) №<номер> от 01.10.2025 следует, что эксперты ФИО, ФИО, ФИО были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ), но дата предупреждения об уголовной ответственности в указанном выше заключении не указана.
Допрошенные в судебном заседании эксперты ФИО, ФИО, ФИО пояснили, что свои подписи в заключении <номер> от 01.10.2025 о предупреждении их об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации они ставили, но в момент когда подписывали заключение судебной комплексной посмертной психолого – психиатрической экспертизы в отношении ФИО, до начала проведения экспертизы их предупредили об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, но только устно, письменно об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения до начала проведения экспертизы эксперты не предупреждались (т. 2, л.д. 209-211, л.д. 220-222).
Согласно ч. 2 ст. 84 ГПК РФ предупреждение об уголовной ответственности осуществляется письменно до начала проведения экспертизы судом, если экспертиза проводится в судебном заседании, или руководителем судебно-экспертного учреждения, если экспертиза проводится специалистом этого учреждения вне суда.
Оценивая заключение врача – судебно – психиатрического эксперта (комиссии экспертов) №<номер> от 01.10.2025 суд приходит к выводу, что, вышеуказанное заключение не является надлежащим доказательством по делу, поскольку она проведена с нарушениями действующего законодательства Российской Федерации, эксперты, в нарушение части 2 статьи 84 ГПК РФ письменно не предупреждались об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, поэтому оно не может быть принято судом за доказательство данному делу.
Определением Ленинск – Кузнецкого городского суда от 15.12.2025 по гражданскому делу <номер> (<номер>) по иску Журиной Л. Н. к Подкопаевой Н. В., нотариусу Митрофановой (Антиповой) Г. Л. о признании завещания недействительным, была назначена повторная комплексная посмертная судебная психолого-психиатрическая экспертиза в отношении ФИО, <дата> года рождения, умершего <дата>, проведение которой было поручено экспертам Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Новосибирская областная психиатрическая больница <номер> специализированного типа» (<адрес>) (т. 2, л.д. 240-244).
На разрешение экспертов судом были поставлены следующие вопросы:
Страдал ли ФИО, <дата> года рождения, расстройствами психической деятельности? Если да, то какими и в связи с чем?
Мог ли ФИО, <дата> года рождения в момент составления завещания 29.09.2018 понимать значение своих действий и руководить ими?
Имелись ли у ФИО, <дата> года рождения психические или иные расстройства здоровья, которые могли вызвать у него психические нарушения, оказывающие существенное влияние на его волевые способности, а также могли ли такие нарушения, если они имели место, повлиять на его возможность понимать значение своих действий, руководить ими, рассудительно распоряжаться своим имуществом на момент составления завещания 29.09.2018?
15.07.2026 в Ленинск – Кузнецкий городской суд Кемеровской области поступило заключение врача судебно – психиатрического эксперта (комиссии экспертов) Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Новосибирская областная психиатрическая больница №6 специализированного типа» <номер> от 01.07.2026 (т. 3, л.д. 9-16). Анализируя представленные материалы, комиссия экспертов отметила следующие обстоятельства:
ФИО у врача психиатра не наблюдался. Он страдал рядом хронических, в том числе сосудистых, заболеваний. На этой патологической почве в августе 2018 года ФИО перенес ишемический инсульт, проявившийся левосторонним гемипарезом, вестибуло – атактическим синдромом, и повлекший его госпитализацию. После проведения лечения, ФИО самостоятельно покинул лечебное учреждение, к врачу психиатру за помощью не обращался. 16.09.2018 ФИО перенес повторный ишемический инсульт, в течение 12 дней находился на стационарном лечении. Согласно медицинским записям, у него в этот период времени отмечалось ясное сознание, затруднение контакта с окружающими и синдром выраженных когнитивных нарушений. Информации на основании каких критериев определялась степень ясности сознания и выраженность когнитивных нарушений в медицинской документации не предоставлено, врачом – психиатром испытуемый в стационаре не осматривался, психический статус в документации описан неполно-отражены лишь отдельные элементы психического состояния, отсутствуют рекомендации о последующем наблюдении или консультации у врача – психиатра.
На следующий день после выписки из стационара ФИО было проведено психиатрическое освидетельствование не выявившее у него психических расстройств, препятствующих совершению имущественной сделки. Однако, медицинская документация, относящаяся к указанному освидетельствованию, в деле не предоставлена, показания врача психиатра клинически важной информации не содержат, отсутствуют описание психического состояния и данные о назначениях ФИО по распоряжению имуществом, а также сведения об осведомленности врача о перенесенных им ишемических инсультах. В период оспариваемой сделки, состояние ФИО сомнений у нотариуса не вызвало.
Через шесть дней после оспариваемой сделки он был обследован психиатром – предъявлял жалобы на головную боль, головокружение, повышенную утомляемость, раздражительность, в психическом статусе преобладали неврозоподобные расстройства, интеллектуально – мнестические способности оставались в пределах нормы. Диагностировано психическое расстройство в виде психоорганического синдрома астенического типа. В последующее время до смерти, испытуемый осматривался психиатром только в связи с проведением медико – социальной экспертизы для установления инвалидности по неврологическому заболеванию. При осмотре комиссия специалистов выраженных психических нарушений у него не регистрировалось. Анализируя вышеизложенное комиссия экспертов отмечает, что диагностированный ФИО в соматическом стационаре синдром выраженных когнитивных нарушений (наблюдавшийся у него при наличии ясного сознания в остром постинсультном периоде) ставит под сомнение его способность по психическому состоянию к свободному и осознанному волеизъявлению в период сделки. Вместе с тем, результаты последующих амбулаторных обследований наличие указанных нарушений психики у ФИО не подтверждают. При этом все медицинские записи (как стационарные, так и амбулаторные) не содержат убедительных диагностических сведений, позволяющих экспертам разрешить указанное противоречие доказательно уточнить психическое состояние ФИО на интересующий суд период времени. Комиссия экспертов не разделяет категорический вывод, сделанный при производстве первичной экспертизы по настоящему гражданскому делу (о неспособности ФИО участвовать в сделке) вследствие недоказанной релевантности установленного психиатрического диагноза и исключения из доказательной базы сведений о последующих медицинских освидетельствованиях ФИО
В рамках психологического исследования эксперты пришли к следующим выводам. Ретроспективный анализ материалов гражданского дела выявил у ФИО следующие особенности эмоционально – волевой и личностной сферы, такие как общительность, не конфликтность, уравновешенность, при этом отмечается эмоциональная лабильность, раздражительность, повышенная истощаемость, а также снижение всей аттентивно – мнестической сферы органическому типу, свойственное возрасту и имеющимся соматическим заболеваниям.
При этом анализ поведенческих и ситуационных факторов, отраженных в материалах дела, позволяет становить наличие психологически понятной мотивации совершенного юридически значимого действия, которое в последующие 6 лет своей жизни не изменил (оформление завещания в пользу лица, с которым ФИО проживал и поддерживал близкие отношения, уход за ним со стороны Подкопаевой Н.В., редкие телефонные звонки и посещения со стороны дочери Журиной Л.Н.). Наличие подобной мотивации само по себе не свидетельствует о сохранности либо утрате способности к осознанию значения своих действий, однако указывает на внутреннюю логическую обусловленность принятого решения.
Таким образом, с учетом противоречивости имеющихся данных и особенностей соматоневрологического состояния в острый постинсультный период, эксперты Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Новосибирская областная психиатрическая больница №6 специализированного типа» пришли к выводу, что вопрос о степени сохранности способности подэкспертного понимать значение своих действий и руководить ими в рассматриваемый период (на 29.08.2018) не может быть решен однозначно и поэтому ответить на поставленные судом вопросы не предоставляется возможным вследствие недостаточной информативности и противоречивости медицинских сведений о психическом состоянии ФИО на интересующий суд период времени составления завещания 29.09.2018.
Названная выше экспертиза, проведена в соответствии со статьей 79 ГПК РФ на основании определения суда. Заключение эксперта полностью соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, статьи 25 Федерального закона от 31.05.2001 №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», оно дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы. Эксперты имеют соответствующую квалификацию, были предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Заключение эксперта не допускает неоднозначного толкования, является полным и последовательным. Экспертом исследованы письменные материалы дела, показания сторон спора. Указанное заключение экспертов является допустимым и достоверным доказательством по делу, оснований не доверять экспертам у суда не имеется.
Таким образом, суд приходит к выводу, что данное заключение комиссии экспертов, опровергает доводы истца о том, что ФИО на дату составления завещания не понимал значения своих действий и не мог руководить ими.
Само по себе несогласие представителя истца и истца с заключением комиссии экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Новосибирской области «Новосибирская областная психиатрическая больница №6 специализированного типа» <номер> от 01.07.2026 не позволяет суду сделать вывод о его недостоверности, а выраженное заявителем несогласие с выводами экспертов само по себе не является обстоятельством, исключающим доказательственное значение данного экспертного заключения, поскольку процессуальный порядок проведения экспертизы был соблюден, экспертное заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют специальную квалификацию и образование, стаж работы по специальности.
Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ).
В силу пункта 2 статьи 154 ГК РФ и пункта 5 статьи 1118 ГК РФ завещание - это односторонняя сделка, поскольку для ее совершения необходимо и достаточно выражение воли одной стороны.
В соответствии со статьей 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно путем совершения завещания или заключения наследственного договора. К наследственному договору применяются правила настоящего Кодекса о завещании, если иное не вытекает из существа наследственного договора (пункт 1).
Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме (пункт 2).
На основании пункта 1 статьи 1119 ГК РФ завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса.
Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149).
В силу пункта 1 статьи 1121 ГК РФ завещатель может совершить завещание в пользу одного или нескольких лиц (статья 1116), как входящих, так и не входящих в круг наследников по закону.
Согласно пункту 1 статьи 1124 ГК РФ завещание должно быть составлено в письменной форме и удостоверено нотариусом.
В соответствии со статьей 1131 ГК РФ при нарушении положений настоящего Кодекса, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).
Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием.
Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В силу статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно статье 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.
Положениями пункта 1 статьи 177 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Неспособность наследодателя в момент составления завещания понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания завещания недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом отсутствует.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у наследодателя в момент составления завещания, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Закон устанавливает презумпцию вменяемости, то есть изначально предполагает лиц, участвующих в гражданском обороте, психически здоровыми, если обратное не подтверждается соответствующими допустимыми доказательствами.
Из разъяснений, содержащихся в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 №11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», следует, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Отказывая в удовлетворении исковых требований Журиной Л.Р., суд исходит из того, что оспариваемое истцом завещание удостоверено нотариусом, который в тексте завещания отразил и в судебном заседании подтвердил, что сомнений в дееспособности ФИО у него не возникло, завещание было подписано рукоприкладчиком ФИО, в присутствии и с согласия ФИО, доказательств составления завещания помимо воли наследодателя суду не представлено.
Правовое значение при рассмотрении настоящего гражданского дела имеет не само по себе наличие каких-либо заболеваний у наследодателя, а возможность им при совершении оспариваемого завещания понимать значении своих действий и руководить ими.
Так, оспариваемое завещание удостоверено И.о. нотариуса Ленинск – Кузнецкого нотариального округа Митрофановой (Антиповой) Г.Л. - Садиловой Ю.А., которая пояснила суду, что ФИО и Подкопаева Н.В. приехали к ней. ФИО высказал просьбу составить и удостоверить завещание в пользу Подкопаевой Н.В. Она его проконсультировала, приняла необходимые документы. Садилова Ю.А. пояснила суду, что она беседовала в кабинете с ФИО наедине, спрашивала про его родственников, составлял ли он ранее завещание, спрашивала про имущество, которое он хочет завещать. На все вопросы он ответил, ответы были понятны. Садилова Ю.А спросила ФИО, зачем он пришел в нотариальную контору, он сказал, что хочет составить завещание. Свою фамилию на чистом листе он написать не смог, поэтому был привлечен рукоприкладчик, ей стала посторонняя женщина, которая была посетителем в нотариальной конторе.
Садилова Ю.А. пояснила, что с рукоприкладчиком она тоже побеседовала, составила завещание, зачитала завещание вслух, ФИО не возражал, чтобы завещание вместо него подписала рукоприкладчик. Сомнений в дееспособности ФИО у Садиловой Ю.А. не возникло, разговор вел, на все вопросы отвечал четко и понятно, справку с психиатрической больницы предоставил. Никаких видимых признаков психического расстройства у него не было. Завещание ФИО в пользу Подкопаевой Н.В. составлено по волеизъявлению ФИО Волеизъявление завещателя было четко выражено. Завещание составлено в письменной форме, удостоверено нотариально, на нем указаны дата и место совершения документа, соблюден порядок нотариального удостоверения завещания, предусмотренный статьей 1125 ГК РФ.
Таким образом, при удостоверении завещания ФИО нотариусом было разъяснено содержание статьи 1149 ГК РФ, о чем в тексте завещания сделана соответствующая запись. В момент подписания завещания ФИО находился в здравом уме и твердой памяти, руководил своими действиями, прочитал и посредством рукоприкладчика ФИО подписал завещание. Личность завещателя была установлена, его дееспособность проверена.
Действия нотариуса по удостоверению оспариваемого завещания незаконными не признаны. Действующее законодательство не возлагает на нотариуса обязанность по истребованию сведений о состоянии здоровья лица, обратившегося за совершением нотариального действия; в обязанности нотариуса входит установление дееспособности такого лица в ходе личной беседы, то есть выяснение способности лица осознавать суть происходящего в конкретный момент времени, а именно в момент составления завещания.
С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства истцом не представлено допустимых и достоверных доказательств наличия обстоятельств, являющихся основанием к признанию завещания от 29.09.2018 недействительным, а именно, что в юридически значимый период времени в момент составления оспариваемого завещания ФИО не понимал значения своих действий и не мог руководить ими, в связи с чем не находит правовых оснований для удовлетворения исковых требований.
Установленный законодательством Российской Федерации порядок составления, подписания и удостоверения завещания нарушен нотариусом не был. Завещание соответствует закону по форме и содержанию, отражает волю завещателя, а потому приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований необходимо отказать.
В силу п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
Материалами дела подтверждается, что стоимость затрат и расходов, связанных с проведением судебной экспертизы ГБУЗ КО «Кемеровская областная клиническая психиатрическая больница» составила 40 000 рублей (т. 2, л.д. 155).
Истцом Журиной Л.Н. по чеку по операции от 24.10.2024 (СУИП <номер>) и по чеку по операции от 20.12.2024 (СУИП <номер>) (т. 1, л.д. 193) на депозитный счет Управления Судебного департамента в Кемеровской области-Кузбассе за производство судебной экспертизы по гражданскому делу была внесена денежная сумма в размере 40 000 рублей, которая подлежит перечислению Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница».
Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
В удовлетворении исковых требований Журиной Л. Н. к Подкопаевой Н. В., нотариусу Митрофановой (Антиповой) Г. Л. о признании завещания недействительным, отказать.
Обязать Управление Судебного департамента в Кемеровской области - Кузбассе денежные средства, размещенные Журиной Л. Н., <дата> года рождения, уроженкой <адрес> (паспорт <номер>) по чеку по операции от 24.10.2024 (СУИП <номер>) и по чеку по операции от 20.12.2024 (<номер>) на депозитном счете Управления Судебного департамента в Кемеровской области-Кузбассе, за производство судебной экспертизы по гражданскому делу в размере 40 000 (сорок тысяч) рублей 00 копеек Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Кузбасская клиническая психиатрическая больница», юридический адрес <адрес>, ИНН <номер>, КПП <номер>, БИК <номер>, наименование банка <данные изъяты>.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ленинск-Кузнецкий городской суд Кемеровской области.
Председательствующий судья: подпись А.Ю. Егоренко
Мотивированное решение составлено 15.10.2026.
Подлинник документа находится в гражданском деле №2-25/2026 Ленинск-Кузнецкого городского суда Кемеровской области.