ОПРЕДЕЛЕНИЕ
30 октября 2026 г. г. Кемерово
Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в составе судьи Андугановой О.С.
рассмотрел материал № 13-133/2026 по заявлению А. о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу № 2-809/2025 (УИД: 42RS0009-01-2024-009755-87) по иску А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу об оспаривании действий, взыскании убытков, по кассационной жалобе А. на апелляционное определение судьи судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28 июля 2026 г.
установил:
решением Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г. частично удовлетворены исковые требования А. (далее – А.) к Отделению фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области – Кузбассу (далее - ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу) об оспаривании действий, взыскании убытков. Признаны незаконными действия ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу по удержанию денежных средств из страховой пенсии А. в апреле, мае, октябре, ноябре, декабре 2024 года в сумме 19 531,91 руб. по № от 26 ноября 2022 г., № от 13 января 2022 г., № от 22 мая 2024 г. без учета положений абзаца 8 части первой статьи 446 ГПК РФ. С ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу в пользу А. взысканы убытки в сумме 19 531,91 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 30 сентября 2025 г. решение Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г. оставлено без изменения, апелляционные жалобы А., ОСФР по Кемеровской области -Кузбассу - без удовлетворения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 февраля 2026 г. решение Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 30 сентября 2025 г. оставлены без изменения, кассационная жалоба А. без удовлетворения.
7 октября 2025 г. от А. в суд поступило заявление о процессуальном правопреемстве на основании статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в котором он просит произвести замену взыскателя А. на правопреемника А. (далее – А.)
Заявление мотивировано тем, что 6 октября 2025г. между ним и А. заключен договор цессии (уступки права требования), по условиям которого к А. перешло право требования с ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу уплаты денежных средств в размере 19531 рубль 91 коп. на основании решения суда, а также право будущих требований к ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу, которое возникнет на основании судебных актов в рамках настоящего гражданского дела с момента возникновения права.
Определением Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026г. заявление А. удовлетворено частично, судом допущена замена взыскателя А. на его правопреемника - А..
ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу подана частная жалоба на определение Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026г.
Апелляционным определением судьи судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28 июля 2026 г. определение Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026 года отменено.
Разрешен вопрос по существу. Заявление А. о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу по иску А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу об оспаривании действий, взыскании убытков оставлено без удовлетворения.
А. на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28 июля 2026 г. подана кассационная жалоба, в которой ставится вопрос об отмене указанного судебного постановления, как незаконного и оставлении в силе определения Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026 г.
На основании части 10 статьи 379.5 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации настоящая кассационная жалоба рассматривается в суде кассационной инстанции судьей единолично без проведения судебного заседания.
Изучив материалы дела, проверив законность обжалуемого судебного постановления в соответствии с частью первой статьи 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Восьмой кассационный суд общей юрисдикции не находит оснований для отмены обжалуемого судебного постановления.
Статья 379.6 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что кассационный суд общей юрисдикции проверяет законность судебных постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного постановления, в пределах доводов, содержащихся в кассационных жалобе, представлении, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом.
В силу положений статьи 379.7 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений кассационным судом общей юрисдикции являются несоответствие выводов суда, содержащихся в обжалуемом судебном постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Восьмой кассационный суд общей юрисдикции таких нарушений по настоящему делу не усматривает и в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе, не находит оснований для удовлетворения кассационной жалобы заявителя.
Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г. частично удовлетворены исковые требования А. к ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу об оспаривании действий, взыскании убытков. Признаны незаконными действия ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу по удержанию денежных средств из страховой пенсии А. в апреле, мае, октябре, ноябре, декабре 2024 года в сумме 19 531, 91 руб. по № от 26 ноября 2022 г., № от 13 января 2022 г., № от 22 мая 2024 г. без учета положений абзаца восьмого части первой статьи 446 ГПК РФ. С ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 19 531,91 руб. В удовлетворении остальной части требований отказано.
Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 30 сентября 2025 г. решение Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г. оставлено без изменения, апелляционные жалобы А., ОСФР по Кемеровской области -Кузбассу - без удовлетворения.
Определением судебной коллегии по гражданским делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от 12 февраля 2026 г. решение Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025г., апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 30 сентября 2025 г. оставлены без изменения, кассационная жалоба А. без удовлетворения.
7 октября 2025 г. от А. в суд поступило заявление о процессуальном правопреемстве на основании статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в котором он просит произвести замену взыскателя А. на правопреемника А., поскольку 6 октября 2025г. между ним и А. заключен договор цессии (уступки права требования), по условиям которого к А. перешло право требования с ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу уплаты денежных средств в размере 19 531 рубль 91 коп. на основании решения суда, а также право будущих требований к ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу, которое возникнет на основании судебных актов в рамках настоящего гражданского дела с момента возникновения права.
В материалы дела представлена копия договора цессии (уступки права требования) б/н от 6 октября 2025 г., заключенного между А. (цессионарий) и А. (цедент), в соответствии с п. 1.1. которого в соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации цедент А. передает (уступает), а цессионарий А. принимает право требования к должнику цедента - ОСФР по Кемеровской области -Кузбассу на основании решения Центрального районного суда г. Кемерово от 1 апреля 2025 г. по гражданскому делу № по иску цедента к должнику.
Право требования к должнику переходит от цедента к цессионарию в дату заключения договора в том объеме и на тех условиях, которые действительно существуют к моменту перехода прав (п. 1.2. договора цессии от 6 октября 2025 г.).
По договору цедент также уступает цессионарию право требования к должнику, которое возникнет в будущем (будущее требование) на основании судебных актов в рамках гражданского дела №. Будущее требование переходит к цессионарию непосредственно после момента его возникновения. Цессионарий принимает на себя обязательство передать Цеденту денежные средства, полученные от должника во исполнение уступаемого будущего требования (п. 1.3. договора цессии от 6 октября 2025 г.).
Удовлетворяя заявление о процессуальном правопреемстве, суд первой инстанции указал, что на основании частей 2, 3 статьи 432 ГПК РФ, ч. 1 ст. 21 Федерального закона от октября 2007 года №229-ФЗ «Об исполнительном производстве», разъяснений, изложенных в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», договора цессии (уступки права требования) от 6 октября 2025 г., дополнительного соглашения от 10 апреля 2026 г. к договору цессии от 6 октября 2025 г. А. является правопреемником А. Судебные расходы по оплате государственной пошлины и почтовые расходы не подлежат возмещению ввиду того, что они не связаны с подачей настоящего заявления.
Проверяя законность и обоснованность принятого по делу определения Центрального районного суда г. Кемерово от 18 мая 2026 г., суд апелляционной инстанции указанное определение отменил и разрешил вопрос по существу, оставил заявление А. о процессуальном правопреемстве по гражданскому делу по иску А. к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Кемеровской области - Кузбассу об оспаривании действий, взыскании убытков без удовлетворения.
Суд апелляционной инстанции исходил из того, что по спорным правоотношениям правопреемство по сделке – уступке права требования другому лицу не допускается.
Восьмой кассационный суд общей юрисдикции полагает, что выводы суда апелляционной инстанций основаны на правильном применении норм материального и процессуального права, оспариваемое кассатором апелляционное определение постановлено при правильном применении норм процессуального права.
Согласно части 1 статьи 44 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном решением суда правоотношении (смерть гражданина, реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга и другие случаи перемены лиц в обязательствах) суд допускает замену этой стороны ее правопреемником. Правопреемство возможно на любой стадии гражданского судопроизводства.
Основанием для процессуального правопреемства является переход материальных прав и обязанностей от одного лица к другому. Процессуальное правопреемство обуславливается правопреемством в материальном праве.
Из изложенного следует, что процессуальное правопреемство представляет собой переход процессуальных прав и обязанностей от одного лица к другому в связи с материальным правопреемством и допускается, в том числе, на стадии исполнительного производства. К цессионарию на основании закона переходят права кредитора по обязательству, при этом переход прав кредитора к новому взыскателю не прекращает обязательство, а изменяет его субъектный состав.
В соответствии со ст. 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (пункты 1 и 2).
Согласно статье 383 Гражданского кодекса Российской Федерации переход к другому лицу прав, неразрывно связанных с личностью кредитора, в частности требований об алиментах и о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью, не допускается.
Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 19 мая 2009 г. № 532-О-О указал, что гарантированное каждому статьей 39 Конституции Российской Федерации право на социальное обеспечение, неотъемлемым элементом которого является право на пенсионное обеспечение, осуществляется в порядке и на условиях, предусмотренных законом. Реализация этого права предполагает не только возможность для лица - субъекта конкретного вида правоотношений по социальному обеспечению самостоятельно совершать определенные действия, но и требовать от иных участников (субъектов) данного правоотношения соблюдения его прав и совершения в его интересах соответствующих действий, а также возможность обращаться за судебной защитой своих прав в случае их нарушения. При этом реализация гражданином своего субъективного права на пенсионное обеспечение не может быть осуществлена без принятия правоприменительным органом решения о предоставлении ему пенсии определенного вида и размера, и в силу такого решения у органа, осуществляющего пенсионное обеспечение, непосредственно перед этим лицом, являющимся участником (субъектом) данного вида правоотношений, возникает обязанность по своевременной и в полном объеме выплате ему сумм пенсии. Таким образом, право на пенсию, включающее право требовать установления и выплаты пенсии в надлежащем размере (то есть в размере, определенном в соответствии с законом), неразрывно связано с личностью конкретного гражданина-участника пенсионного правоотношения (абзацы третий, четвертый пункта 2.1 определения).
Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».
Целью названного закона согласно части 2 статьи 1 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» является защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учетом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создается материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значения страховой пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.
В статье 29 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» приведены основания и определен порядок удержания из страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии.
Судом апелляционной инстанции верно указано, что предметом иска по гражданскому делу, по которому принято вступившее в законную силу решение Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г., являлось материально-правовое требование А. относительно незаконных действий ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу по удержанию денежных средств из его страховой пенсии по инвалидности, взыскание удержанных сумм страховой пенсии по инвалидности в его пользу, то есть требование неразрывно связанное с личностью А.
То обстоятельство, что договор цессии (уступки права требования) от 6 октября 2025 г. не признан недействительным, не являлось основанием для удовлетворения заявления А. о правопреемстве.
Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 9, 10 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» разъяснено, что уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 388 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью. При этом следует принимать во внимание существо уступаемого права и цель ограничения перемены лиц в обязательстве. Например, исходя из положений пункта 7 статьи 448 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет уступки прав по договорам, заключение которых возможно только путем проведения торгов, не затрагивает требований по денежным обязательствам.
При оценке того, имеет ли личность кредитора в обязательстве существенное значение для должника, для целей применения пункта 2 статьи 388 ГК РФ необходимо исходить из существа обязательства.
Если стороны установили в договоре, что личность кредитора имеет существенное значение для должника, однако это не вытекает из существа возникшего на основании этого договора обязательства, то подобные условия следует квалифицировать как запрет на уступку прав по договору без согласия должника (пункт 2 статьи 382 ГК РФ).
Суд апелляционной инстанции верно указал, что существо обязательства ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу на основании решения Центрального районного суда города Кемерово от 1 апреля 2025 г. состоит в возвращении А. незаконно удержанных сумм страховой пенсии по инвалидности и не может быть уступлено другому лицу в связи с запретом в силу закона.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что определение суда первой инстанции о процессуальном правопреемстве подлежит отмене, а заявление А. о замене А. правопреемником оставлению без удовлетворения.
Доводы жалобы А. о необоснованном восстановлении судом апелляционной инстанции процессуального срока на обращение в суд с апелляционной жалобой на определение Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026 года о процессуальном правопреемстве ввиду того, что ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу не подавало соответствующее ходатайство, являются несостоятельными, поскольку из содержания поступившего в Центральный районный суд г. Кемерово 23 июня 2026 года ходатайства о восстановлении пропущенного срока для подачи апелляционной жалобы следует, что Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации просит восстановить как срок на подачу апелляционной жалобы на определение Центрального районного суда г. Кемерово от 18 мая 2026 года № о взыскании судебных расходов, так и на определение Центрального районного суда г. Кемерово от 18 мая 2026 года по материалу № о процессуальном правопреемстве. Соответственно, поданное ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу ходатайство о восстановлении процессуального срока на подачу частной жалобы на определение о процессуальном правопреемстве от 18 мая 2026 года обоснованно было рассмотрено и удовлетворено определением судьи Кемеровского областного суда от 8 июля 2026 года.
Также несостоятельны доводы кассатора относительно отсутствия полномочий у представителя ОСФР по Кемеровской области – Кузбассу на подачу в суд апелляционной инстанции апелляционной жалобы на определение судьи Центрального районного суда г. Кемерово от 18 мая 2026 года о процессуальном правопреемстве.
Частью второй статьи 49 ГПК РФ установлено, что представителями в суде, за исключением дел, рассматриваемых мировыми судьями и районными судами, могут выступать адвокаты и иные оказывающие юридическую помощь лица, имеющие высшее юридическое образование либо учёную степень по юридической специальности.
Частями 1, 5 статьи 53 ГПК РФ определено, что полномочия представителя на ведение дела должны быть выражены в доверенности, выданной и оформленной в соответствии с законом.
Полномочия адвоката на ведение дела в суде удостоверяются ордером, выданным соответствующим адвокатским образованием.
Иные оказывающие юридическую помощь лица представляют суду документы о высшем юридическом образовании или ученой степени по юридической специальности, а также документы, удостоверяющие их полномочия.
Как следует из материалов дела, частная жалоба на определение Центрального районного суда города Кемерово от 18 мая 2026 года о процессуальном правопреемстве подписана представителем ОСФР по Кемеровской области Кузбассу К., действующей на основании доверенности от 10 декабря 2025 г. №, к жалобе приложена копия диплома № от 4 июля 2011 г. рег. №, выданного <данные изъяты>», согласно которому К. присвоена степень бакалавра юриспруденции по направлению «Юриспруденция».
В соответствии со статьей 60 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» в Российской Федерации выдаются документы об образовании и (или) о квалификации, к которым относятся документы об образовании, документы об образовании и о квалификации, документы о квалификации.
Пунктом 7 статьи 60 Федерального закона от 29 декабря 2012 г. № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» предусмотрено, что документ об образовании и о квалификации, выдаваемый лицам, успешно прошедшим государственную итоговую аттестацию, подтверждает получение профессионального образования следующего уровня и квалификации: высшее образование - бакалавриат (подтверждается дипломом бакалавра).
В 2011 году действовал приказ № 65 Минобрнауки Российской Федерации от 10 марта 2005 года, которым была утверждена Инструкция о порядке выдачи документов государственного образца о высшем профессиональном образовании, заполнении и хранении соответствующих бланков документов (далее - Инструкция).
В соответствии с пунктом 1 Инструкции документы государственного образца о высшем профессиональном образовании (диплом бакалавра и приложение к нему), образцы которых утверждены, выдаются, начиная с 22 июля 1996 года по специальностям и направлениям подготовки, по которым высшее учебное заведение имеет государственную аккредитацию.
Пунктом 1.1 Инструкции предусмотрено, что диплом о высшем профессиональном образовании выдается выпускнику вуза, прошедшему в установленном порядке итоговую государственную аттестацию. Основанием выдачи диплома является решение государственной аттестационной комиссии. Диплом вместе с приложением к нему выдается не позднее 10 дней после даты приказа об отчислении выпускника.
Оценивая диплом № от 4 июля 2011 г. регистрационный №, представленный представителем ОСФР по Кемеровской области - Кузбассу К., суд апелляционной инстанции обоснованно указал, что он свидетельствует об окончании обучения и получения представителем профессионального образования по юридической специальности.
То обстоятельство, что в материалы дела приобщена незаверенная копия диплома о высшем юридическом образовании представителя, само по себе не свидетельствует о процессуальных нарушениях, поскольку копии документов о полномочиях представителя не являются доказательствами в понимании статей 67, 71 ГПК РФ.
Поскольку при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не допущено нарушение норм процессуального права, повлекших вынесение незаконного судебного постановления, судья Восьмого кассационного суда общей юрисдикции не находит оснований для отмены апелляционного определения.
Руководствуясь статьями 379.7, 390, 390.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Восьмой кассационный суд общей юрисдикции определил:
апелляционное определение судьи судебной коллегии по гражданским делам Кемеровского областного суда от 28 июля 2026 г. оставить без изменения, кассационную жалобу А. - без удовлетворения.
Судья О.С. Андуганова
Мотивированное определение изготовлено 30 октября 2026 г.