РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
09 апреля 2026 года с. Выльгорт
Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе председательствующего судьи Моисеевой М.А., при секретаре Карманове А.М.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению представителя Микушевой В. С., Рочева Д. А. – Холопова И. С. к Жвакину Д. В. о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, компенсации морального вреда, судебных расходов, установил:
представитель Микушевой В.С. и Рочева Д.А. - Холопов И.С. обратился в суд с иском к Жвакину Д.В. о взыскании в пользу Микушевой В.С. ущерба в размере 200 000 рублей, причиненного автомашине в результате дорожно-транспортного происшествия, стоимости услуг независимого оценщика в размере 15 000 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 000 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, взыскании в пользу Рочева Д.А. компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей.
К участию в деле в качестве третьего лица привлечено АО «АльфаСтрахование».
В судебном заседании объявлялся перерыв до 09 апреля 2026 года с целью обеспечения возможности допроса эксперта путем организации видео-конференц связи с компетентным судом г. Кирова.
Представитель истцов иск поддержал.
Истцы в судебное заседание не явились, извещались судом по известному адресу.
Представитель ответчика Ануфриев В.А. с иском не согласился. Также указал на завышенный размер заявленной истцами суммы морального вреда.
Ответчик в судебное заседание не явился, извещался судом по известному адресу.
АО «АльфаСтрахование», Госавтоинспекиц МО МВД России «Сысольский», Рочев А.И. в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены.
Заслушав представителей истцов и ответчика, изучив материалы дела, обозрев оригинал материала по факту дорожно-транспортного происшествия №, медицинские карты Микушевой В.С. и Рочева Д.А., суд приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела, 21 апреля 2025 года в 12 часов 36 минут на 634 км автодороги «Чекшино-Тотьма-Котлас-Куратово» произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомашины марки «Лада Гранта», без государственного регистрационного знака, под управлением Жвакина Д.В. и автомашины марки «Лада Приора», государственный регистрационный знак №, под управлением Рочева Д.А.
Собственником транспортного средства «Лада Приора», государственный регистрационный знак № является Рочев А.И.
На момент дорожно-транспортного происшествия гражданская ответственность автомашины «Лада Приора» была застрахована в АО «АльфаСтрахование» по полису ОСАГО № №.
<дата> между Рочевым А.И. и Микушевой В.С. заключен договор переуступки прав требования, по условиям которого право требования возмещения ущерба в результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 21 апреля 2025 года, право требования возмещения расходов по проведению независимой экспертизы действительного размера ущерба, расходов, понесенных на организацию осмотра внутренних повреждений транспортного средства и иных расходов, а также право требования возмещения разницы, сложившейся между фактически выполненными работами по восстановительному ремонту транспортного средства и страховой выплатой, разницы между рыночной стоимостью восстановительного ремонта транспортного средства и страховым возмещением, разницы между рыночной стоимостью транспортного средства и годными остатками, а также износа на заменяемые запасные части, перешло к Микушевой В.С.
Определениями инспектора ДПС отделения ДПС Госавтоинспекции МО МВД «Сысольский» от 22 апреля 2025 года отказано в возбуждении дел об административном правонарушении в отношении Рочева Д.А. и Жвакина Д.В. Основанием для вынесения данных определений послужило противоречивость показаний обоих участников дорожно-транспортного происшествия относительно движения транспортных средств перед столкновением.
Постановлением инспектора Отделения Госавтоинспекции МОМВД России «Сысольский» от 25 июля 2025 года прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, по факту дорожного-транспортного происшествия имевшего место 21 апреля 2025 года, в связи с отсутствием состава административного правонарушения.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в пункте 3 Постановления от 10 марта 2017 года № 6-П, к основным положениям гражданского законодательства относится и статья 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющая лицу, право которого нарушено, требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Обязательства, возникающие из причинения вреда (деликтные обязательства), включая вред, причиненный имуществу гражданина при эксплуатации транспортных средств другими лицами, регламентируются главой 59 данного Кодекса, закрепляющей в статье 1064 общее правило, согласно которому в этих случаях вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (пункт 1).
В ходе рассмотрения дела представитель ответчика выразил позицию относительно траектории движения транспортных средств, согласно которой столкновение автомашин произошло на полосе движения встречного направления, поскольку в это время автомашина под управлением Жвакина Д.В. совершала маневр обгона впереди движущейся автомашины под управлением Рочева Д.А., которая объезжая ямы выехала на полосу, по которой уже двигался Жвакин Д.В.
С учетом того, что для проверки доводов сторон и правильного разрешения заявленного спора по существу требуются специальные познания, суд назначил по делу автотехническую экспертизу, проведение которой поручено ИП Потапову А.Н., кандидатуру которого поддержали обе стороны по делу.
Согласно заключению эксперта ИП Потапова А.Н. №, водитель автомашины «Лада Приора» Рочев Д.А. двигался на 634 км автодороги «Чекшино-Тотьма-Котлас-Куратово» со стороны с. Куратово Республики Коми в сторону г. Котласа Архангельской области, по правой полосе движения, при этом общая дорожная обстановка на участке дороги требовала повышенной концентрации внимания, правильных приемов управления и скорости позволявшей контролировать ход движения автомашины «Лада Приора» (начальная стадия ДТП). Водитель автомашины «Лада Гранта» Жвакин Д.В. двигался на 634 км автодороги «Чекшино-Тотьма-Котлас-Куратово» со стороны с. Куратово Республики Коми в сторону г. Котласа Архангельской области, по правой полосе движения, при этом общая дорожная обстановка на участке дороги требовала повышенной концентрации внимания, правильных приемов управления и скорости позволявшей контролировать ход движения данной автомашины (начальная стадия ДТП). В некоторый момент времени водитель автомашины «Лада Гранта» принял решение осуществить маневр обгона, двигающегося впереди автомашины «Лада Приора», после чего перестроился и продолжил движение по левой встречной полосе движения, при этом исходя из объяснений водителя он двигался со скорость 60-70 км/ч. В этот момент автомашина «Лада Приора» осуществлял объезд выбоин, находящихся на правой полосе движения, при этом не выезжая на левую встречную полосу движения, исходя из объяснений водителя он двигался со скорость около 20 км/ч. Автомашина «Лада Гранта» приближаясь к автомашине «Лада Приора» по левой полосе движения в некоторый момент времени водитель автомашины «Лада Гранта» допустил неконтролируемый занос в следствии либо неправильных приемов управления (резкое отклонение рулевого колеса влево), либо резкого изменения коэффициента сцепления колес с дорогой, что привело в развороту автомашины по часовой стрелке в процессе движения, и последующего взаимодействия задней левой угловой части кузова автомашины «Лада Гранта», а после чего находясь в перпендикулярном положении произошло контактное взаимодействие передней центральной части кузова автомашины «Лада Гранта» и задней левой угловой части кузова автомашины «Лада Приора» (кульминационная фаза ДТП). После чего автомашины «Лада Гранта» окончательно погасив кинетическую энергию в виду столкновения с элементами блокировки с автомашиной «Лада Приора», остановилось на левой полосе движения под некоторым углом к осевой линии разметки, с частичным выездом на правую полоску движения, а автомашина «Лада Приора» после получения импульса (дополнительного ускорения) продолжила движение и остановилась в правом положении на правой полосе движения (конечная фаза ДТП).
Учитывая результаты проведенного исследования водитель автомашины «Лада Приора» должен был руководствоваться пунктами 9.1, 10.1 (абзацы 1, 2), 10.3 Правил дорожного движения РФ, а водитель автомашины «Лада Гранта» - пунктами 9.10, 10.1 (абзацы 1, 2), 10.3 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя «Лада Приора» каких-либо несоответствий пунктам Правил дорожного движения РФ не усмотрено, водитель данной автомашины не выезжал на полосу встречного движения, объезд выбоин совершал в пределах - своей (правой) полосы движения, что соответствует общей дорожной обстановке, при которой дорожное полотно имело неровности, местами с выбоинами (предельно допустимое значения выбоин не превышены исходя из ГОСТ 50597-2027 / акт УДС не составлялся). В действиях водителя Жвакина Д.В. по управлению автомашиной «Лада Гранта» усмотрены несоответствия пунктов 9.10, 10.1 (абзацы 1, 2) Правил дорожного движения РФ. При этом скорость движения автомашины «Лада Гранта» оценить не представляется возможным, но исходя из места столкновения и конечного расположения автомашины «Лада Гранта» можно сделать вывод о том, что указанная в объяснениях скорость движения в 60-70 км/ч может соответствовать действительности. При этом каких-либо дорожных знаков, ограничивающих скорость движения на выбранном участке дороге на схеме ДТП не зафиксировано. Водитель «Лада Гранта» располагал технической возможностью правильно оценить дорожную обстановку с рабочего места водителя, с учетом дорожного покрытия, достоверно обладал информацией, что дорожное полотно имеет неровности, местами с выбоинами и в конечном итоге отказаться от выполнения маневра обгона, следовательно и ДТП не произошло бы.
Не согласившись с заключением эксперта ИП Потапова А.Н., представитель ответчика представил ходатайство о назначении по делу повторной экспертизы, в обоснование которого привел доводы о наличии ряда существенных недостатков, повлекших ошибочные выводы, проведение экспертом исследования недостаточно полно и не всех имеющихся доказательств, применении источника литературы, являющиеся не актуальными относительно исследованных транспортных средств, и не применение современных сертифицированных программных обеспечений.
Проанализировав доводы представителя ответчика, суд приходит к о наличие многочисленных нарушений при проведении экспертизы ИП Потаповым А.Н., которые являются существенными и ставят под сомнение правильность и обоснованность заключения, а устранить все недостатки экспертизы путем допроса в судебном заседании самого эксперта, не представляется возможным.
С учетом указанных обстоятельств и ходатайства представителя ответчика, по делу назначена повторная автотехническая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России».
По результатам проведенного ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» исследования экспертом установлено, что угол между продольными осями автомобилей в момент столкновения был острым (менее 90°), если считать против часовой стрелки от продолжения продольной оси автомобиля «Лада Гранта» в направлении его движения до продолжения продольной оси автомобиля «Лада Приора» в направлении его движения. Решение вопроса о числовом значении угла между продольными осями транспортных средств в момент столкновения не представляется возможным, так как анализ представленных эксперту материалов показывает, что имеющиеся в материалах дела фотоснимки автомобилей не позволяют эксперту получить достаточно полное представление о повреждениях автомобилей. В момент столкновения, контактировавшие части транспортных средств располагались в границах осыпи осколков диаметром примерно 1 м зафиксированной на схеме места совершения административного правонарушения примерно по средине проезжей части ближе к её началу, то есть в непосредственной близости от средины проезжей части, на полосе встречного движения, по которой двигался автомобиль «Лада Гранта». В момент столкновения автомобиль «Лада Гранта» располагался на полосе встречного движения, находясь в состоянии бокового скольжения в направлении по часовой стрелке (заноса), под острым углом (менее 90°), если считать против часовой стрелки от продолжения продольной оси автомобиля «Лада Гранта» в направлении его движения до продольной оси проезжей части, при этом передняя часть его находилась в непосредственной близости от средины проезжей части (линии разметки, фрагмент которой зафиксирован перед автомобилем «Лада Гранта»).
В момент столкновения автомобиль «Лада Приора» располагался частично (левым бортом) на полосе встречного движения, находясь в непосредственной близости от средины проезжей части (линии разметки, фрагмент которой зафиксирован перед автомобилем «Лада Гранта»). Следовательно, в момент частичного выезда автомобиля «Лада Приора» на полосу встречного движения, автомобиль «Лада Гранта» двигался по ней, выполняя маневр обгона автомобиля «Лада Приора».
В связи с отсутствием в представленных на исследование материалах данных о следах колес автомобиля «Лада Приора» на стадии сближения перед столкновением и расхождения после столкновения, установить траекторию автомобиля «Лада Приора», экспертным путём не представляется возможным
Решить вопрос о числовом значении угла между продольными осями транспортных средств в момент столкновения эксперту не представилось возможным, так как анализ представленных эксперту материалов показывает, что имеющиеся в материалах дела фотоснимки автомобилей не позволяют эксперту получить достаточно полное представление о повреждениях автомобилей.
В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации наличие у водителя автомобиля «Лада Приора» возможности предотвратить столкновение зависело от выполнения им требований пункта 1.5 (абзац 1) и пункта 11.3 Правил дорожного движения, то есть если бы при движении он действовал таким образом, чтобы своими действиями не препятствовать обгону водителю автомобиля «Лада Гранта» (не выезжать на полосу встречного движения при наличии на ней обгоняющего автомобиля), не создавать ему опасности для движения и не причинять вреда, то столкновения не произошло бы. В рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации наличие у водителя автомобиля «Лада Гранта» возможности предотвратить столкновение зависело от выполнения им требований пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения.
В действиях водителя автомобиля «Лада Приора» усматривается несоответствие требованиям пункта 1.5 (абзац 1) и пункта 11.3 Правил дорожного движения.
В действиях водителя автомобиля «Лада Гранта», несоответствия требованиям пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения, в части требования принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства не усматривается.
Решение вопроса о соответствии действий водителя автомобиля «Лада Гранта» пункта 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения в части требования принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства при возникновении опасности для движения, не представляется возможным, поскольку эксперту не задан момент возникновения опасности для движения для водителя автомобиля «Лада Гранта».
В обоснование своего несогласия с заключением эксперта, представитель истцов в материалы дела представил рецензию №, составленную ИП Максимовым М.П. на экспертное заключение ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России».
Допрошенный в ходе рассмотрения дела эксперт Комаров С.А., являющийся сотрудником ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России», поддержал выводы экспертного заключения, пояснив, что при проведении экспертизы исследовал все материалы, находящиеся в деле, которых было достаточно для ответов на поставленные судом вопросы. Также дал ответы на поставленные и основанные на представленной рецензии вопросы, опровергнув содержащиеся в ней суждения. Движение автомашины «Лада Гранта» по встречной полосе определено Правилами дорожного движения (пункт 1.2). Исходные данные, которые применены при установлении нахождения автомашины «Лада Приора» частично на встречной полосе, механизм дорожно-транспортного происшествия, изложены в исследовательской части заключения. Описание и вывод о возможности предотвращения дорожно-транспортного происшествия изложены в заключении на странице 9. Никакого вывода о наличии в действиях водителей нарушений Правил дорожного движения в экспертизе не делал, так как решение данного вопроса входит в компетенцию суда. При проведении экспертизы исследовалась конкретная дорожная ситуация, сложившаяся в момент дорожно-транспортного происшествия, альтернативные механизмы не рассматриваются. Нормами закона не регламентировано обязательное указание в заключении трассологической привязки повреждений. В должностной инструкции прописано, что должен руководствоваться действующим законодательством. Если вижу, что поставленные вопросы, ранее были поставлены судом при проведении экспертизы, следовательно, все ответы даются в рамках дополнительной экспертизы. Законодательством определено, если имеются сомнения в правильности, необоснованности в ранее данном заключении выводов, суд может назначить повторную по тем же вопросам. Поскольку усматривается несоответствие вопросов и количество, что исключает возможность проведения повторной экспертизы, поэтому было указано о разрешении вопросов в рамках дополнительной экспертизы. Под отраженным в экспертизе словом «разрытие» подразумевается наличие недостатков асфальтобетонного покрытия проезжей части.
Оценивая полученные ответы, проанализировав заключение эксперта и рецензию, суд приходит к выводу об отклонении предоставленной рецензии в качестве относимого, допустимого и достоверного доказательства по делу, поскольку выводы, изложенные в указанной рецензии, относительно качества проведенной ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» судебной экспертизы являются субъективным мнением частного лица, сводятся к критике экспертного исследования и состоят из перечня формальных и предполагаемых недостатков заключения эксперта, при этом не содержит научно обоснованных доводов о том, что у эксперта имелись основания для иных выводов, при этом указанные формальные недочеты не свидетельствуют о недостоверности проведенного экспертного исследования, а предметом исследования специалиста было только экспертное заключение без предоставления всех необходимых документов, которые фактически имеются в материалах дела.
Каких-либо бесспорных доказательств проведения судебной экспертизы с нарушением соответствующих методик и норм процессуального права, способных поставить под сомнение достоверность ее результатов, стороной истца не представлено.
В связи с данными обстоятельствами, суд отклоняет доводы представителя истца о несогласии с результатами судебной экспертизы и не усматривает предусмотренных законом оснований для назначения и проведения по делу повторной судебной экспертизы.
Принимая во внимание, что заключение ФБУ «Кировская лаборатория судебной экспертизы Минюста России» является полным, подробным, мотивированным и научно обоснованным, исследование проведено на основании всех представленных материалов и проведен соответствующий анализ, в частности, установлен и проанализирован механизм движения и столкновения транспортных средств, а также действия каждого из лиц в сложившейся ситуации применительно к Правилам дорожного движения, не противоречит иным доказательствам по делу, экспертизу провел государственный эксперт, имеющий соответствующее образование и квалификацию, стаж работы, предупрежденный об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, и принимается судом как относимое и допустимое доказательство.
При этом, суд отклоняет в качестве допустимого доказательства заключение эксперта ИП Потапова А.Н., поскольку содержит многочисленные существенные нарушения при проведении экспертизы, противоречивые выводы, не основанные на обстоятельствах и материалах дела. Так, при определении механизма развития дорожно-транспортного происшествия экспертом не исследовано и не учтены тормозной след и осколки автомашины «Лада Приора», тормозной путь на левой стороне движения, пересекающийся с тормозным путем автомашины «Лада Гранта», которые зафиксированы на имеющихся фотографических снимках и видеозаписи, что ставит под сомнение вывод эксперта в части последовательности столкновения транспортных средств, а наличие следов торможения автомашины «Лада Приора» противоречит письменным пояснениям Рочева Д.А. В заключении исследованы повреждения автомашины «Лада Приора» только на левой стороне, но не дана оценка повреждениям на правой стороне, зафиксированные на видеозаписи, что существенно влияет на характер и угол удара. В экспертизе не дана оценка действиям водителя автомашины «Лада Приора» относительно установленных Правил дорожного движения при совершении маневра по объезду ямы, о чем указано в письменном объяснение Рочева Д.А. Вывод эксперта о не превышении параметров находящихся на проезжей части выбоин требованиям ГОСТ сделан без исследования самих дефектов дорожного покрытия и основан только лишь на отсутствии акта, составленного сотрудниками Госавтоинспекции, что по своему существу не является безусловным критерием соответствия покрытия проезжей части установленным требованиям.
Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.
По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Из совокупности установленных по делу обстоятельств и имеющихся доказательств, суд приходит к выводу, что в действиях водителя автомашины «Лада Гранта» Жвакина Д.В. нарушений Правил дорожного движения РФ при обстоятельствах, имевшего место 21 апреля 2025 года в 12 часов 36 минут на 634 км автодороги «Чекшино-Тотьма-Котлас-Куратово» с участием автомашины «Лада Приора» под управлением Рочева Д.А., не установлено, а дорожно-транспортное происшествие произошло не вследствие его виновных действий.
При таких обстоятельствах, правовых оснований для возложения на Жвакина Д.В. обязанности по возмещению истцу Микушевой В.С. ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, не имеется, следовательно, в удовлетворении иска о взыскании ущерба следует отказать.
Разрешая требования истцов о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает следующее.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
В объем возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, входит, в том числе компенсация морального вреда (параграф 4 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктом 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При этом согласно пункту 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.
Как разъяснено в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. В случаях, специально предусмотренных законом, вред возмещается независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, пункт 1 статьи 1095, статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обязанность по возмещению вреда может быть возложена на лиц, не являющихся причинителями вреда (статьи 1069, 1070, 1073, 1074, 1079 и 1095 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно разъяснений, отраженных в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», судам для правильного разрешения дел по спорам, связанным с причинением вреда жизни или здоровью в результате взаимодействия источников повышенной опасности, следует различать случаи, когда вред причинен третьим лицам (например, пассажирам, пешеходам), и случаи причинения вреда владельцам этих источников.
При причинении вреда третьим лицам владельцы источников повышенной опасности, совместно причинившие вред, в соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации несут перед потерпевшими солидарную ответственность по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации. Солидарный должник, возместивший совместно причиненный вред, вправе требовать с каждого из других причинителей вреда долю выплаченного потерпевшему возмещения. Поскольку должник, исполнивший солидарное обязательство, становится кредитором по регрессному обязательству к остальным должникам, распределение ответственности солидарных должников друг перед другом (определение долей) по регрессному обязательству производится с учетом требований абзаца второго пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по правилам пункта 2 статьи 1081 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть в размере, соответствующем степени вины каждого из должников. Если определить степень вины не представляется возможным, доли признаются равными.
При причинении вреда жизни или здоровью владельцев источников повышенной опасности в результате их взаимодействия вред возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации), то есть по принципу ответственности за вину. При этом необходимо иметь в виду следующее: а) вред, причиненный одному из владельцев по вине другого, возмещается виновным; б) при наличии вины лишь владельца, которому причинен вред, он ему не возмещается; в) при наличии вины обоих владельцев размер возмещения определяется соразмерно степени вины каждого; г) при отсутствии вины владельцев во взаимном причинении вреда (независимо от его размера) ни один из них не имеет права на возмещение вреда друг от друга.
Таким образом, в случае отсутствия вины владелец источника повышенной опасности не освобождается от ответственности за вред, причиненный третьим лицам в результате взаимодействия источников повышенной опасности, в том числе, если установлена вина в совершении дорожно-транспортного происшествия владельца другого транспортного средства. Аналогичная позиция отражена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2025), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 18 июня 2025 года (в редакции от 19 ноября 2025 года).
Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела не установлено наличия в действиях ответчика вины в дорожно-транспортном происшествии имевшего место 21 апреля 2025 года, следовательно, правовых оснований для возложения на него ответственности в виде компенсации морального вреда Рочеву Д.В. как водителя второй автомашины не имеется.
В свою очередь, Рочев Д.В. и Жвакин Д.В. как водители источников повышенной опасности и в силу выше приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений по их применению не зависимо от вины солидарно отвечают за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников третьим лицам, в рассматриваемом случае Микушевой В.С., при этом потерпевшая вправе требовать от каждого из лиц, совместно причинивших ей вред, возмещения этого вреда как в полном объеме, так и в части, поскольку ответственность совместных причинителей вреда перед потерпевшим носит солидарный характер.
Заявляя требования о взыскании с Жвакина Д.В. компенсации морального вреда Микушева В.С. указала, что являлась пассажиром автомашины «Лада Приора», под управлением Рочева Д.В. в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия получила телесные повреждения в виде ушиба м/т шеи, которые согласно заключению экспертизы квалифицируется как не причинившие вред здоровью. В ходе рассмотрения дела истец пояснила, что в результате происшествия помимо полученной травмы, испытала шок. Полученный ушиб шеи ограничивал движения, по назначению врача принимала обезбаливающие медицинские лекарства, некоторое время не посещала обучение, но в целом образ ее жизни не изменился.
При рассмотрении дела, обстоятельств, свидетельствующих о наличии со стороны Микушевой В.С. грубой неосторожности, способствовавшей причинению вреда ее здоровью, а также обстоятельств, исключающих ответственность Жвакина Д.В. за вред, причиненный источником повышенной опасности, не установлено.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, принимает во внимание фактические обстоятельства, личность истца, ее возраст, несомненно испытавшую страх в результате дорожно-транспортного происшествия, отсутствие изменений образа жизни после происшествия и доказательств наступления для истца неблагоприятных последствий, и полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца сумму компенсации равную 10 000 рублей, которая с учетом установленных обстоятельств в наибольшей степени отвечает балансу интересов сторон, требованиям разумности и справедливости.
Позиция истца о причинении ей морального вреда на сумму 100 000 рублей, является субъективным мнением, не подтверждена допустимыми доказательствами и не основана на обстоятельствах дела.
Учитывая, что требования истца Микушевой В.С. о взыскании стоимости услуг независимого оценщика в размере 15 000 рублей, судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 7 000 рублей вытекают из основного требования о возмещении ущерба, в удовлетворении которого отказано, следовательно, данные требования удовлетворению также не подлежат.
Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
взыскать с Жвакина Д. В. (СНИЛС № в пользу Микушевой В. С. (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.
Иск представителя Микушевой В. С. - Холопова И. С. к Жвакину Д. В. о взыскании ущерба, причиненного дорожно-транспортным происшествием, расходов по оплате услуг независимого оценщика и по оплате государственной пошлины оставить без удовлетворения.
Иск представителя Рочева Д. А. - Холопова И. С. к Жвакину Д. В. о взыскании компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.
На решение может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 14 апреля 2026 года.
Председательствующий М.А. Моисеева