Приговор
Именем Российской Федерации
30 июля 2026 г. г. Махачкала
Ленинский районный суд г. Махачкалы Республики Дагестан в составе: председательствующего- судьи Омарова У.О., с участием государственного обвинителя- помощника прокурора Ленинского района г. Махачкалы Расулова Б.А., подсудимой Хайбулаевой М.М., защитников - адвоката Тагирова Г.Г., представившего удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ; адвоката Айдабуловой П.М., представившей удостоверение №, ордер № от ДД.ММ.ГГГГ, при секретарях судебного заседания Ахмедове Р.Н. и Амирхановой П.Р.., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении: Хайбулаевой ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, гражданки РФ, уроженки сел. <адрес> РД, зарегистрированной и проживающей в сел. <адрес> РД по <адрес>, <данные изъяты>, осужденной приговором Кировского районного суда <адрес> РД от ДД.ММ.ГГГГ по ч.1 ст.228.1 УК РФ наказанию в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ реальное отбывание назначенного наказания отсрочено до достижения её ребёнком ФИО4 четырнадцатилетнего возраста, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, установил:
Хайбулаева М.М. совершила незаконное приобретение наркотических средств без цели сбыта в крупном размере, при следующих обстоятельствах.
Так, Хайбулаева ФИО18 ДД.ММ.ГГГГ примерно в 02 часа, более точное время не установлено, находясь совместно с ранее знакомыми ей Лицами №№ и 2, уголовное дело в отношении которых выделено в отдельное производство ( далее Лицо №№ и 2) в арендованной квартире, расположенной по адресу: <адрес>, имея умысел на незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта, для личного употребления, договорилась с указанными лицами о его совместном приобретении.
Реализуя общий умысел, Лицо № в ту же ночь, находясь в указанной квартире, с ведома Хайбулаевой М.М. и Лица №, посредством мобильного телефона «iPhone 11», принадлежавшего Лицу №, вошёл в мессенджер «Telegram», где в интернет-магазине «WRS» заказал у неустановленного лица наркотическое средство, содержащее в своём составе 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона), массой около 10 граммов, стоимостью 42 000 рублей.
Поскольку имевшихся у Хайбулаевой М.М., Лиц №№ 1 и 2 денежных средств было недостаточно для оплаты заказа, Лицо № 1 попросил Хайбулаеву М.М. занять недостающую сумму у её знакомого по имени Адам.
Во исполнение общей договорённости Хайбулаева М.М. посредством мессенджера «WhatsApp» обратилась к неустановленному лицу по имени Адам с просьбой предоставить ей в долг денежные средства в размере 33 000 рублей, не сообщая ему о намерении использовать их для приобретения наркотического средства, и предоставила реквизиты банковской карты АО «Т-Банк», принадлежавшей Лицу №.
После поступления от лица по имени Адам денежных средств в размере 33 000 рублей на банковскую карту Лица № последняя ДД.ММ.ГГГГ в 02 часа 44 минуты перевела 42 000 рублей на банковскую карту АО «Т-Банк», принадлежавшую Хайбулаевой М.М.
Денежные средства в размере 42 000 рублей со счёта банковской карты Хайбулаевой М.М. были перечислены по реквизитам, полученным Лицом № от интернет-магазина «WRS», в качестве оплаты единого заказа наркотического средства. Указанный перевод был осуществлён с ведома Хайбулаевой М.М. и во исполнение ранее достигнутой между участниками договорённости о совместном приобретении наркотического средства. После подтверждения оплаты Лицо № получил на свой мобильный телефон фотографию и координаты места нахождения тайника.
ДД.ММ.ГГГГ примерно в 03 часа 30 минут Лицо № совместно с Лицом №, действуя во исполнение общей с Хайбулаевой М.М. договорённости, на автомобиле такси прибыли в район кафе «Тарелка», расположенного по адресу: <адрес>.
В лесополосе в районе указанного кафе Лицо № по полученным координатам обнаружил тайник, из которого забрал полимерный свёрток с наркотическим средством, содержащим в своём составе 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамма.
Таким образом, Хайбулаева М.М., действуя совместно и согласованно с Лицами №№ и 2, посредством обеспечения получения недостающих денежных средств и их использования для оплаты единого заказа незаконно приобрела указанное наркотическое средство без цели сбыта для личного употребления участниками общей договорённости.
ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05 часов 20 минут Лицо № был обнаружен сотрудниками полиции в лесополосе в районе кафе «Тарелка» по адресу: <адрес>.
В ходе личного досмотра Лица №, проведённого ДД.ММ.ГГГГ в период с 06 часов 00 минут до 06 часов 18 минут, в переднем наружном кармане надетой на нём толстовки серо-зелёного цвета был обнаружен и изъят полимерный свёрток, обмотанный липкой лентой оранжевого цвета, с порошкообразным веществом светлого цвета.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ изъятое у Лица № вещество содержит в своём составе 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона) и отнесённый к наркотическим средствам. Масса наркотического средства составила 9,40 грамм, что является крупным размером.
В соответствии с Перечнем наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, утвержденным Постановлением Правительства РФ N 681 от ДД.ММ.ГГГГ, эфедрон (меткатинон) отнесен к наркотическим средствам списка N 1, оборот которых в Российской Федерации запрещен.
В соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации №1002 от 01 октября 2012 года "Об утверждении значительного, крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а также значительного, крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1, 229 и 229.1 Уголовного кодекса Российской Федерации», наркотическое средство, содержащее в своем составе 3-хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамм, относится к крупному размеру.
В судебном заседании подсудимая Хайбулаева М. пояснила, что вину она признаёт частично в приобретении и хранении наркотического средствав значительном размере. ДД.ММ.ГГГГ она переписывалась с Дмитриевым и Свидетель №2. Поскольку Свидетель №2, находившейся в больнице, негде было остановиться, они решили снять квартиру посуточно. В вечернее время она совместно с Свидетель №2 прибыла в снятую квартиру, где их ожидал Григорий. Находясь в квартире, они общались, после чего совместно употребили имевшийся у Дмитриева мефедрон. После употребления наркотического средства Григорий предложил приобрести ещё. На банковской карте Свидетель №2 находилось 3 000 рублей, а у нее и Дмитриева имелись наличные денежные средства. Она и Дмитриев сходили к банкомату, пополнили счёт банковской карты, после чего возвратились в квартиру. Дмитриев посредством приложения «Телеграм» стал выяснять возможность приобретения наркотического средства. Ему сообщили, что минимальное количество для приобретения составляет 10 граммов. Имевшихся денежных средств в сумме 9 000 рублей для оплаты заказа было недостаточно. Дмитриев предложил распределить приобретаемое наркотическое средство таким образом, чтобы 8 граммов оставить себе, а ей и Свидетель №2 передать по 1 грамму. Поскольку денежных средств не хватало, Дмитриев попросил ее занять для него недостающую сумму. Она обратилась к своему знакомому по имени Адам, с которым ранее поддерживала дружеские отношения, и попросила у него в долг 33 000 рублей, сообщив, что деньги необходимы для оплаты аренды квартиры. По предоставленным ею реквизитам Адам перевёл указанную сумму на банковскую карту Свидетель №2. После этого, Дмитриев организовал оплату заказа, в результате чего денежные средства со счёта её банковской карты были перечислены по полученным им реквизитам, после чего ФИО10 получил координаты места нахождения наркотического средства.За наркотическим средством по полученным координатам отправились Дмитриев и Свидетель №2. Спустя некоторое время Свидетель №2 вернулась в квартиру и сообщила, что Дмитриев задержан сотрудниками правоохранительных органов. После этого она ушла домой, а Свидетель №2 возвратилась в больницу. Она пояснила, что предложение занять недостающую сумму исходило от Дмитриева, который намеревался оставить себе 8 граммов наркотического средства и принял на себя обязательство возвратить долг. Сама она и Свидетель №2 должны были получить по 1 грамму. Точная стоимость приобретаемого наркотического средства ей известна не была. После задержания Дмитриева она самостоятельно возвратила Адаму занятые денежные средства: 15 000 рублей перевела безналичным способом, а 18 000 рублей передала наличными, полностью погасив долг в размере 33 000 рублей.
Вина Хайбулаевой М.М. в совершении действий, указанных в установочной части приговора, помимо ее признания, полностью подтверждается следующими доказательствами, исследованными в судебном заседании.
Показаниями допрошенной в судебном заседании свидетеля Свидетель №2, из которых следует, что совместно со своей дочкой намеревалась приехать в гости к подсудимой. Встретив подсудимую возле квартиры, они впоследствии направились в арендованную квартиру, чтобы провести время и отдохнуть. В квартире, помимо неё и подсудимой, находился ранее знакомый им мужчина по имени Георгий, которого они сами пригласили. Находясь в квартире, она, подсудимая ФИО6 и Георгий решили приобрести наркотическое средство - мефедрон для личного употребления. У них имелось в общей сложности 9 000 рублей: 3 000 рублей находились на её банковской карте, а у подсудимой и Георгия имелись наличные денежные средства примерно в таком же размере. Наличные деньги были внесены на ее банковскую карту. Для приобретения наркотического средства имеющейся суммы было недостаточно. Стоимость 10 граммов мефедрона составляла около 42 000 рублей. Они договорились, что она и подсудимая получат по одному грамму наркотического средства, а оставшуюся часть заберёт себе Георгий. Подсудимая предложила занять для Георгия недостающие денежные средства в размере около 32 000 рублей. После того как знакомый подсудимой по имени Адам перевёл денежные средства, они были перечислены на банковскую карту подсудимой. После оплаты заказа она совместно с Георгием отправилась по полученному адресу за наркотическим средством, тогда как подсудимая осталась в квартире. Прибыв на место, Георгий перешёл дорогу и направился в сторону поля, где находились деревья и озеро. Через некоторое время к указанному месту подъехал автомобиль, из которого вышли двое мужчин. Они подошли к Георгию и стали с ним разговаривать. Она пояснила, что наркотическое средство приобреталось исключительно для личного употребления, без цели его последующего сбыта.
В связи с противоречиями оглашенными в судебном заседании показаниями свидетеля Свидетель №2., данными на предварительном следствии, из которых следует, что с Хайбулаевой ФИО19 она знакома около восьми лет, а с Дмитриевым Артуром, которого также называли Григорием, была знакома около четырёх месяцев. С Дмитриевым её познакомила Хайбулаева М. во время совместной встречи в квартире, расположенной по адресу: <адрес>, на четвёртом этаже. Она несколько раз видела, как Хайбулаева М. и Дмитриев совместно употребляли наркотические средства, и знала, что они занимаются их употреблением. Сама она, наркотические средства никогда не употребляла. В связи с тем, что её дочери, проходившей лечение, на ДД.ММ.ГГГГ была назначена операция, для проведения которой требовалось 20 000 рублей, она обратилась к Хайбулаевой М. с просьбой одолжить указанную сумму. Хайбулаева М. сообщила, что собственных денежных средств у неё нет, однако она может обратиться за помощью к своему знакомому по имени Адам, о котором она ранее слышала со слов Хайбулаевой М., Она согласилась, после чего Хайбулаева М. сообщила, что Адам переведёт ей в долг 20 000 рублей на банковскую карту «Тинькофф». Они договорились, что она возвратит данную сумму в течение двух месяцев за счёт денежных средств, получаемых ею по уходу за детьми. Перевод был осуществлён ДД.ММ.ГГГГ, чек об указанной операции сохранился в её мобильном телефоне. Поскольку в тот период она находилась в больнице, она передала свою банковскую карту «Тинькофф» Хайбулаевой М. Кроме того, банковское приложение по указанной карте было установлено на мобильный телефон Хайбулаевой М., в связи с чем последняя имела доступ к находившимся на счёте денежным средствам. Хайбулаева М. сообщила, что снимет переведённые деньги, после чего она сможет получить их наличными. ДД.ММ.ГГГГ Свидетель №2, находясь в больнице, позвонила Хайбулаевой М., намереваясь забрать денежные средства. Хайбулаева М. сообщила, что находится в арендованной квартире в районе проспекта Насрутдинова в <адрес>, и предложила приехать туда. Точного адреса квартиры она не запомнила. Забрав ребёнка, а также вещи для стирки, она приехала в указанную квартиру, где находились Хайбулаева М. и её малолетняя дочь. Там она получила от Хайбулаевой М. наличные денежные средства в размере 20 000 рублей. Примерно в 1 час ночи ДД.ММ.ГГГГ Хайбулаева М. пришла в квартиру вместе с Дмитриевым. При них находилось наркотическое средство, наименование которого она не запомнила. Хайбулаева М. и Дмитриев стали совместно его употреблять, а она ушла в другую комнату и легла спать. Через некоторое время Хайбулаева М. разбудила её и сообщила, что намерена вместе с Дмитриевым поехать и забрать из тайника наркотическое средство. На ее вопрос о происхождении данного наркотического средства Хайбулаева М. пояснила, что денежные средства для приобретения 10 граммов мефедрона перевёл Адам на банковский счёт ФИО20.. Хайбулаева М., имея доступ к банковскому приложению, сначала перевела денежные средства на свой счёт, а затем перечислила их продавцу наркотического средства посредством мессенджера «Телеграм». Со слов ФИО1, она и Дмитриев должны были забрать наркотическое средство, оставить себе небольшую часть, а основную часть передать Адаму. Хайбулаева М. также сообщила, что Адам является сотрудником правоохранительных органов и приобретает наркотические средства через других лиц, которым оставляет небольшое количество, а основную массу забирает себе. Поскольку Хайбулаева М. была беременна, она возражала против того, чтобы она ехала за наркотическим средством. Тогда Хайбулаева М. попросила ее поехать по полученным координатам вместе с Дмитриевым. Не желая, чтобы туда ехала беременная Хайбулаева М., она согласилась. Хайбулаева М. вызвала им такси, на котором она и Дмитриев направились к месту нахождения тайника. Точного адреса она не помнила, однако пояснила, что место находилось в районе <адрес> по проспекту Насрутдинова в <адрес>. Прибыв на место, она осталась возле дороги, а Дмитриев направился вглубь поля, чтобы забрать наркотическое средство. В это время она заметила подъехавший автомобиль сотрудников полиции, которые направились в сторону Дмитриева. Испугавшись, она вызвала такси и уехала. Вернувшись в квартиру, она рассказала Хайбулаевой М. о случившемся, после чего забрала дочь и вернулась в больницу. На следующий день она позвонила Хайбулаевой М. и выразила недовольство тем, что Адам, фактически приобретавший наркотическое средство, остаётся в стороне. Хайбулаева М. направила ей номер телефона Адама и предложила самостоятельно с ним поговорить. Впоследствии номер телефона Адама у нее не сохранился. Позвонив Адаму, она стала упрекать его в том, что он не оказывает помощи задержанному Дмитриеву, и просила содействовать его освобождению. В ходе разговора Адам интересовался, фигурирует ли в материалах уголовного дела осуществлённый им денежный перевод, и утверждал, что самостоятельно разберётся с возникшим вопросом. Спустя некоторое время Хайбулаева М. сообщила ей, что Адам направил ей чек о переводе 50 000 рублей одному из сотрудников правоохранительных органов, якобы предназначенных для решения вопроса об освобождении Дмитриева. Примерно ДД.ММ.ГГГГ она вновь связалась с Адамом, который заверил её, что вопрос с Дмитриевым полностью решён и тот в скором времени будет освобождён. После этого она с Адамом больше не связывалась.
После оглашения показаний, данных в ходе предварительного расследования, свидетель Свидетель №2 пояснила, что при допросе следователем отвечала лишь на некоторые из поставленных вопросов. С содержанием оглашённых показаний она согласилась частично, указав, что в протоколе имеются отдельные сведения, сообщённые ею, однако часть изложенных обстоятельств она следователю не сообщала. Она подтвердила, что ей было известно об употреблении Хайбулаевой М. и Дмитриевым наркотических средств, однако утверждала, что непосредственно следователю об этом не говорила. Обстоятельства, согласно которым Хайбулаева М. самостоятельно сняла квартиру и пригласила туда ее, она не подтверждает, настаивая на показаниях, данных ею непосредственно в судебном заседании. По её словам, квартиру они сняли совместно для того, чтобы провести время и употребить наркотическое средство.Не подтвердила сведения о переводе денежных средств в размере 50 000 рублей, пояснив, что Хайбулаева М., Дмитриев и она совместно находились в квартире и намеревались употребить наркотическое средство. Дмитриев обнаружил в сети предложение о продаже мефедрона, при этом минимальное количество наркотического средства, которое можно было приобрести, составляло 10 граммов. Поскольку имевшихся у них денежных средств было недостаточно, Дмитриев попросил Хайбулаеву М. занять для него недостающую сумму. Хайбулаева М. сообщила, что может обратиться к своему знакомому по имени Адам, после чего написала ему и попросила денежные средства в долг. Она лично с Адамом знакома не была. Дмитриев также Адама не знал. Хайбулаева М. при обращении к Адаму не сообщала ему, что денежные средства требуются для приобретения наркотического средства. В разговоре она сказала Адаму, что деньги необходимы ей самой. При этом она слышала разговор Хайбулаевой М. с Адамом, однако содержание его ответов не запомнила, помнила лишь, что впоследствии он перевёл денежные средства.
Адам не знал о намерении использовать занятые денежные средства для приобретения наркотического средства. Деньги у него занимались для Дмитриева по просьбе последнего. Всего было заказано 10 граммов наркотического средства. Согласно достигнутой договорённости, 1 грамм предназначался Свидетель №2, 1 грамм — Хайбулаевой М., а оставшиеся 8 граммов должен был забрать Дмитриев, поскольку именно для него Хайбулаева М. занимала у Адама основную часть денежных средств.
Отвечая на вопрос о причинах противоречий между показаниями, данными в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, Свидетель №2 заявила, что следователю не сообщала о намерении передать часть наркотического средства Адаму и с изложением протокола допроса в данной части не согласна.
Показаниями свидетеля ФИО21 данными на предварительном следствии и оглашенные в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05 часов 20 минут при патрулировании лесополосы в районе <адрес> по проспекту Насрутдинова в <адрес> ими был замечен ФИО10, который при виде патрульного автомобиля изменил направление движения, ускорил шаг и попытался скрыться. После предъявления служебного удостоверения ФИО10 сообщил, что документов при себе не имеет. Его речь была заторможенной, зрачки расширены. На вопрос о наличии запрещённых веществ он ответил утвердительно. В присутствии понятых и сотрудников следственно-оперативной группы в кармане его толстовки был обнаружен и изъят свёрток, обмотанный изолентой оранжевого цвета, а также мобильный телефон «iPhone 11 Pro». Изъятые предметы были упакованы и опечатаны, после чего ФИО10 был доставлен в отдел полиции по <адрес>.
Показаниями свидетеля Свидетель №1, данными на предварительном следствии и оглашенные в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, с согласия сторон, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 05 часов 30 минут сотрудники полиции пригласили его принять участие в качестве понятого при проведении личного досмотра гражданина по имени Григорий в лесополосе по проспекту Насрутдинова в <адрес>. В присутствии его и второго понятого в переднем наружном кармане толстовки Григория был обнаружен и изъят свёрток, обмотанный изолентой оранжевого цвета, а из переднего правого кармана его спортивных штанов — мобильный телефон марки «iPhone». Изъятые свёрток и телефон были упакованы в отдельные бумажные конверты, опечатаны печатью отдела полиции, после чего на упаковках расписались понятые и иные участвовавшие лица.
Вина Хайбулаевой М.М. в совершении инкриминируемого ей деяния, помимо показаний допрошенных лиц, подтверждается исследованными в судебном заседании письменными доказательствами.
-протоколом личного досмотра ФИО10 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому в переднем наружном кармане надетой на нём толстовки серо-зелёного цвета был обнаружен и изъят свёрток с веществом, впоследствии установленным как наркотическое средство- 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамма;
-заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что представленное на исследование вещество, обнаруженное и изъятое в ходе личного досмотра ФИО10, содержит в своём составе 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона) и отнесённый к наркотическим средствам. Масса вещества составила 9,40 грамма ;
-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены пять бумажных конвертов с наркотическим средством - 3-хлорметкатиноном, являющимся производным эфедрона, общей массой 9,40 грамма, а также четыре бумажных конверта со смывами из полости рта и с ладоней рук, срезами ногтей и срезом кармана одежды ФИО10;
-протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен принадлежащий ФИО10 мобильный телефон «iPhone 11 Pro» белого цвета. В памяти телефона обнаружены фотография места нахождения тайника-закладки и сведения о его координатах;
-протоколом осмотра предметов и документов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен принадлежащий Свидетель №2 мобильный телефон «iPhone 11» розового цвета. В памяти телефона и банковском приложении обнаружены сведения о переводах денежных средств по банковским счетам, оформленным на имя Свидетель №2;
-протоколом очной ставки между Свидетель №2 и ФИО1, в ходе которой они дали показания об обстоятельствах приобретения наркотического средства по предварительно достигнутой договорённости совместно с ФИО10, а также о последующем нахождении приобретённого наркотического средства при ФИО10;
Оценивая показания свидетелей Свидетель №3 и Свидетель №1, суд признаёт их достоверными, поскольку они последовательны, непротиворечивы в существенных обстоятельствах, взаимно согласуются и подтверждаются исследованными письменными доказательствами, в том числе протоколом личного досмотра ФИО10, протоколами осмотра изъятых предметов и заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ.
Указанные свидетели сообщили сведения об обстоятельствах обнаружения ФИО10, проведения его личного досмотра, обнаружения и изъятия находившегося при нём свёртка и мобильного телефона. Их показания дополняют друг друга, не содержат существенных расхождений относительно места, времени и последовательности проведённых действий.
Каких-либо сведений о личной, служебной либо иной заинтересованности Свидетель №3 и Свидетель №1 в исходе уголовного дела, наличии у них неприязненных отношений с подсудимой, а также оснований для оговора судом не установлено.
Незначительные различия в изложении отдельных деталей обусловлены характером восприятия произошедшего и давностью событий и не влияют на достоверность сообщённых ими сведений в части обстоятельств обнаружения и изъятия наркотического средства.
Вместе с тем показания свидетеля Свидетель №2 суд оценивает с учётом существенных противоречий между сведениями, сообщёнными ею в ходе предварительного расследования, и показаниями, данными непосредственно в судебном заседании.
Суд признаёт достоверными показания Свидетель №2 в той части, в которой они последовательно подтверждены ею в судебном заседании и согласуются с иными доказательствами, а именно об обстоятельствах совместного нахождения с Хайбулаевой М.М. и ФИО10 в арендованной квартире, принятом решении приобрести наркотическое средство, наличии у них денежных средств, получении недостающей суммы от лица по имени Адам, перечислении денежных средств для оплаты заказа, поездке Свидетель №2 совместно с ФИО10 к месту нахождения тайника и последующем задержании ФИО10
Эти показания согласуются с показаниями подсудимой Хайбулаевой М.М., сведениями о движении денежных средств по банковским счетам, результатами осмотра мобильных телефонов, протоколом личного досмотра ФИО10 и заключением эксперта о виде и массе изъятого вещества.
В то же время оглашённые показания Свидетель №2 в части утверждения о намерении передать основную часть наркотического средства лицу по имени Адам суд не может признать достоверными и положить в основу вывода о наличии умысла на сбыт.
В судебном заседании Свидетель №2 указанные сведения не подтвердила, пояснив, что наркотическое средство предназначалось для личного употребления участников, а оставшиеся после выделения ей и Хайбулаевой М.М. двух граммов, восемь граммов должен был оставить себе ФИО10 Она также отрицала наличие договорённости о передаче наркотического средства Адаму и утверждала, что следователю таких сведений не сообщала.
Объективных доказательств, подтверждающих первоначальные показания Свидетель №2 в этой части, суду не представлено. Лицо по имени Адам не установлено и не допрошено, переписка либо переговоры, свидетельствующие о договорённости передать ему наркотическое средство, отсутствуют, условия, место и время предполагаемой передачи не определены.
Сам по себе факт отражения указанных сведений в протоколе допроса и протоколе очной ставки не устраняет возникших противоречий, поскольку данные процессуальные документы содержат показания тех же лиц и не подтверждаются доказательствами, полученными из независимых источников.
Таким образом, суд принимает показания свидетелей лишь в той части, в которой они согласуются между собой, соответствуют объективно установленным обстоятельствам и подтверждаются совокупностью исследованных доказательств. Противоречивые и не подтверждённые иными материалами дела сведения о намерении передать наркотическое средство лицу по имени Адам суд отвергает как недостаточно достоверные.
Оценивая приведённые письменные доказательства в совокупности, суд признаёт их относимыми, допустимыми и достоверными, поскольку они получены в установленном уголовно-процессуальным законом порядке, согласуются между собой и подтверждают обстоятельства обнаружения и изъятия у Лица № наркотического средства, его вид и массу, способ приобретения посредством тайника-закладки, а также движение денежных средств, использованных для оплаты заказа. Протокол личного досмотра, заключение эксперта и протоколы осмотра предметов последовательно подтверждают, что изъятое вещество является наркотическим средством 3-хлорметкатиноном, производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамма, а результаты осмотра мобильных телефонов подтверждают наличие у Лица № фотографии и координат тайника, а также совершение переводов по банковскому счёту Лицу №. Протокол очной ставки подтверждает, что Лицо № и Хайбулаева М.М. давали показания об обстоятельствах совместного приобретения наркотического средства и его нахождения у Лица №. Вместе с тем указанные доказательства, подтверждая факт незаконного приобретения наркотического средства и участие Хайбулаевой М.М. в его оплате, сами по себе не свидетельствуют о наличии у неё умысла на последующий сбыт, поскольку не содержат сведений о конкретном приобретателе, договорённости об условиях передачи наркотического средства либо иных действиях, непосредственно направленных на его реализацию.
Материалы уголовного дела не содержат каких-либо данных о нарушениях закона, которые в силу ст. 75 УПК РФ могли бы явиться основанием для признания доказательств недопустимыми.
Каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы ограничить права подсудимой и других участников судопроизводства и повлиять на выводы суда о доказанности вины подсудимой, на досудебной стадии не допущено.
Предусмотренных ст.237 УПК РФ оснований для возвращения уголовного дела прокурору судом не усматривается, поскольку существенных нарушений уголовно-процессуального закона, исключающих возможность постановления судом приговора на основе данного обвинительного заключения, не установлено.
Каких-либо данных, свидетельствующих о неправомерных действиях со стороны сотрудников полиции в отношении подсудимой в материалах уголовного дела не имеется и суду не представлено.
Согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2006 № 14 "О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами" незаконным приобретением без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, надлежит считать их получение любым способом, в том числе покупку, получение в дар, а также в качестве средства взаиморасчета за проделанную работу, оказанную услугу или в уплату долга, в обмен на другие товары и вещи, присвоение найденного, сбор дикорастущих растений или их частей.
Согласно пункту 7 вышеуказанного постановления, под незаконным хранением без цели сбыта наркотических средств, психотропных веществ или их аналогов, растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, следует понимать действия лица, связанные с незаконным владением этими средствами или веществами, в том числе для личного потребления (содержание при себе, в помещении, тайнике и других местах). При этом не имеет значения, в течение какого времени лицо незаконно хранило наркотическое средство, психотропное вещество или их аналоги, растение, содержащее наркотические средства или психотропные вещества, либо его части, содержащие наркотические средства или психотропные вещества.
Исходя из приведённых разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, незаконное приобретение и незаконное хранение наркотического средства являются самостоятельными, альтернативно предусмотренными законом действиями, каждое из которых образует объективную сторону преступления, предусмотренного ст. 228 УК РФ.
Как установлено судом, Хайбулаева М.М., действуя совместно и согласованно с Лицами №№ и 2, участвовала в реализации общего умысла на приобретение наркотического средства без цели сбыта. Она по просьбе Лица № обратилась к своему знакомому по имени Адам за недостающими денежными средствами, предоставила реквизиты банковской карты для их перечисления, обеспечила получение недостающих денежных средств, после чего общая сумма в размере 42 000 рублей поступила на её банковский счёт и со счёта Хайбулаевой М.М. была перечислена по реквизитам, полученным Лицом №, в качестве оплаты заказанного наркотического средства.
Таким образом, действия Хайбулаевой М.М. составляли необходимую часть согласованного способа приобретения наркотического средства, поскольку она обеспечила получение недостающей суммы, предоставила возможность использования своего банковского счёта и осознанно участвовала в оплате общего заказа.
После оплаты заказа Лицо №, действуя во исполнение общей договорённости и в интересах всех её участников, получил координаты тайника, прибыл к месту его нахождения и извлёк из тайника свёрток с наркотическим средством. С момента фактического получения Лицом № наркотического средства общий умысел на его приобретение был реализован, а преступление в данной части окончено.
То обстоятельство, что Хайбулаева М.М. лично не извлекала свёрток из тайника и не находилась вместе с Лицом № в месте его обнаружения, не исключает её ответственности за незаконное приобретение, поскольку наркотическое средство было получено Лицом № во исполнение заранее согласованных совместных действий, оплачено при непосредственном участии Хайбулаевой М.М. и предназначалось в том числе для неё.
Вместе с тем достаточных оснований для вывода о совершении Хайбулаевой М.М. незаконного хранения указанного наркотического средства суд не усматривает.
По смыслу п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 хранение предполагает незаконное владение наркотическим средством, то есть его фактическое нахождение при лице либо в помещении, тайнике или ином месте, находящемся под его контролем. Указание о том, что продолжительность хранения правового значения не имеет, применимо лишь при условии установления самого факта владения наркотическим средством.
Из материалов уголовного дела следует, что после извлечения из тайника свёрток с наркотическим средством находился непосредственно при Лице №. Хайбулаева М.М. в это время оставалась в арендованной квартире, наркотическое средство ей не передавалось, при ней либо в находившемся под её контролем помещении не размещалось.
Не установлено также, что Хайбулаева М.М. определяла место дальнейшего хранения наркотического средства, давала Лицу № указания относительно его сокрытия или перемещения либо имела реальную возможность распоряжаться свёртком после его извлечения из тайника.
До передачи наркотического средства Хайбулаевой М.М. или его распределения между участниками Лицо № был задержан сотрудниками полиции, а находившийся при нём свёрток изъят из незаконного оборота. Следовательно, наркотическое средство фактически в незаконное владение Хайбулаевой М.М. не поступило.
Намерение Хайбулаевой М.М. в дальнейшем получить предназначенную ей часть приобретённого наркотического средства само по себе не свидетельствует о состоявшемся хранении, поскольку такое намерение не было реализовано вследствие задержания Лица № и изъятия наркотического средства.
Сам факт совместного приобретения наркотического средства также не означает автоматического совершения каждым участником его последующего хранения. Для признания лица виновным в хранении необходимо установить конкретные обстоятельства, свидетельствующие о фактическом владении веществом либо осуществлении над ним реального контроля. Таких обстоятельств применительно к Хайбулаевой М.М. стороной обвинения не доказано.
При таких обстоятельствах суд признаёт доказанным участие Хайбулаевой М.М. в незаконном приобретении наркотического средства без цели сбыта в крупном размере, однако исключает из предъявленного ей обвинения указание на незаконное хранение наркотического средства как не нашедшее подтверждения исследованными доказательствами.
Определяя размер наркотического средства, приобретение которого охватывалось умыслом Хайбулаевой М.М., суд исходит из того, что достигнутая между Хайбулаевой М.М., Лицами №№ и 2 договорённость была направлена не на совершение каждым из них самостоятельной покупки определённого количества наркотического средства, а на совместное приобретение одной партии массой около 10 граммов.
Как следует из показаний Хайбулаевой М.М. и Лица №, продавцом была установлена минимальная масса наркотического средства, доступная для приобретения 10 граммов. Приобрести отдельно по одному грамму либо иное меньшее количество участники возможности не имели. В связи с этим ими было принято общее решение приобрести единый свёрток, сформировать необходимую для его оплаты сумму и лишь после получения распределить наркотическое средство между собой.
Хайбулаева М.М. была осведомлена о виде и общей массе заказываемого наркотического средства, его полной стоимости, недостаточности имевшихся у участников денежных средств и предполагаемом распределении приобретённой партии. При этом её действия не ограничивались намерением впоследствии получить один грамм вещества. Во исполнение общей договорённости она обратилась к своему знакомому по имени Адам, обеспечила получение недостающих 33 000 рублей, обеспечила получение недостающих денежных средств, после чего общая сумма в размере 42 000 рублей поступила на её банковский счёт и была использована для оплаты единого заказа по реквизитам, полученным Лицом №.
Таким образом, Хайбулаева М.М. непосредственно участвовала в финансировании и обеспечении оплаты всей приобретаемой партии, осознавая, что без получения недостающей суммы и перечисления полной стоимости заказ наркотического средства массой около 10 граммов не мог быть оплачен и получен.
Лицо №, получив координаты тайника и извлекая из него единый свёрток с наркотическим средством, действовал не исключительно в собственных интересах, а во исполнение ранее достигнутой общей договорённости с Хайбулаевой М.М. и Лицом № (во исполнение ранее достигнутой общей договорённости с Хайбулаевой М.М. и Лицом №). Его действия являлись завершающим этапом согласованного способа приобретения наркотического средства всеми участниками.
До извлечения свёртка из тайника наркотическое средство между участниками распределено не было. Предполагаемое выделение каждому из них определённой части должно было состояться лишь после фактического получения единой приобретённой партии. Следовательно, намерение в дальнейшем распределить наркотическое средство между участниками характеризует порядок распоряжения уже совместно приобретённой партией и не свидетельствует о том, что каждый из них совершал самостоятельное приобретение только предназначенной ему части.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что прямым умыслом Хайбулаевой М.М. охватывалось совместное приобретение всего заказанного наркотического средства, фактическая масса которого составила 9,40 грамма.
Последующее намерение Хайбулаевой М.М. получить для личного употребления один грамм вещества не изменяет объёма её умысла на стадии приобретения, поскольку вся партия приобреталась в результате единых, заранее согласованных и взаимосвязанных действий участников.
То обстоятельство, что наркотическое средство непосредственно из тайника извлёк Лицо №, не исключает ответственности Хайбулаевой М.М. за приобретение всей массы, поскольку Лицо № действовал как участник общего преступного намерения, а получение им единого свёртка являлось получением наркотического средства во исполнение общей договорённости и в интересах всех её участников.
В связи с изложенным суд признаёт установленным, что Хайбулаева М.М. незаконно приобрела без цели сбыта наркотическое средство массой 9,40 грамма, то есть в крупном размере.
Действия Хайбулаевой М.М. суд квалифицирует по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.
В ходе судебного разбирательства стороной защиты был заявлен довод о необходимости переквалификации действий Хайбулаевой М.М. на ч.3 ст. 30, ч. 1 ст. 228 УК РФ.
В обоснование указанного довода защитник указал, что умысел Хайбулаевой М.М., как участницы совместного приобретения, был направлен на получение для личного употребления лишь одного грамма наркотического средства. Поскольку указанная часть наркотического средства до Хайбулаевой М.М. фактически не доведена, а само наркотическое средство было изъято сотрудниками полиции при Лице № до его передачи подсудимой, защита полагает, что действия Хайбулаевой М.М. образуют лишь покушение на незаконное приобретение наркотического средства в значительном размере.
Суд, проверив указанные доводы, находит их несостоятельными по следующим основаниям.
Как установлено судом и подтверждается исследованными доказательствами, Хайбулаева М.М., Лицо № и Лицо № достигли договорённости о совместном приобретении единой партии наркотического средства массой около 10 граммов. Продавцом была установлена минимальная масса наркотического средства, доступная для приобретения, - 10 граммов, в связи с чем приобрести отдельно по одному грамму либо иное меньшее количество участники возможности не имели. При этом Хайбулаева М.М. была осведомлена о виде, общей массе и полной стоимости заказываемого наркотического средства.
Действия Хайбулаевой М.М. по обращению к лицу по имени Адам с просьбой о предоставлении недостающих денежных средств в размере 33 000 рублей, обеспечению их поступления на банковский счёт и последующему перечислению всей суммы в размере 42 000 рублей в качестве оплаты заказа были направлены на финансирование приобретения всей партии, а не только её части. Именно благодаря действиям Хайбулаевой М.М. заказ в полном объёме был оплачен, что позволило Лицу № получить координаты тайника и извлечь наркотическое средство.
Предполагаемое выделение каждому из участников определённой части наркотического средства должно было состояться лишь после фактического получения единой приобретённой партии. Следовательно, намерение в дальнейшем распределить наркотическое средство между участниками характеризует порядок распоряжения уже совместно приобретённой партией и не свидетельствует о том, что умысел Хайбулаевой М.М. был направлен на самостоятельное приобретение только предназначенной ей части. Напротив, её прямым умыслом охватывалось совместное приобретение всего заказанного наркотического средства.
Кроме того, Лицо №, извлекая из тайника единый свёрток с наркотическим средством, действовал во исполнение общей договорённости и в интересах всех её участников, в связи с чем его действия являлись завершающим этапом согласованного способа приобретения наркотического средства всеми участниками. С момента фактического получения Лицом № наркотического средства общий умысел на его приобретение был реализован, а преступление в данной части является оконченным.
То обстоятельство, что Хайбулаева М.М. лично не извлекала свёрток из тайника и не находилась вместе с Лицом № в месте его обнаружения, не исключает её ответственности за оконченное незаконное приобретение, поскольку наркотическое средство было получено Лицом № во исполнение заранее согласованных совместных действий, оплачено при непосредственном участии Хайбулаевой М.М. и предназначалось в том числе для неё.
Кроме того, изъятое наркотическое средство массой 9,40 грамма, согласно Постановлению Правительства РФ № от ДД.ММ.ГГГГ, относится к крупному размеру, а не к значительному. Поскольку умысел Хайбулаевой М.М., как установлено судом, охватывал приобретение всего заказанного наркотического средства массой около 10 граммов, её действия не могут быть квалифицированы по ч. 1 ст. 228 УК РФ, предусматривающей ответственность за незаконное приобретение наркотического средства в значительном размере.
При таких обстоятельствах оснований для квалификации действий Хайбулаевой М.М. как покушения на приобретение наркотического средства в значительном размере, предусмотренного ч. 3 ст. 30 ч.1 ст.228 УК РФ, не имеется.
В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимой и не нарушается его право на защиту.
Органами следствия Хайбулаева М. обвинялась в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, указав в обвинении, что она, Так, Хайбулаева М.М., являясь активным потребителем наркотических средств, ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 02 часа, более точное время, следствием не установлено, находясь совместно с ранее ей знакомыми Лицами №№ и 2 в арендованной квартире, расположенной по адресу: <адрес>, УЛ, Институтская, <адрес>, вступила с указанными лицами в предварительный преступный сговор, направленный на незаконное приобретение наркотических средств.
Осуществляя задуманное, Лицо №, в эту же ночь, находясь в вышеуказанной квартире, воспользовавшись мобильным телефоном марки «Айфон 11», принадлежащим Лицу №, с ведома последней, зашел в кросс-платформенный мессенджер по мгновенному обмену сообщениями и медиафайлами «Telegram» информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», где на одном из интернет-магазинов под названием «WRS»,будучи осведомленным о противоправности своих действий, заказал у неустановленного следствием лица наркотическое средство, содержащее в своем составе 3-хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона) массой примерно 10 грамм, стоимость которого составила 42 000 рублей. Далее Лицо №, совместно с Хайбулаевой М.М. и Лицом №, не имея в наличии достаточной суммы денежных средств, решили привлечь к реализации своего преступного замысла неустановленное следствием лицо по имени Адам, которому они намеревались в последующем передать часть приобретаемого наркотического средства и тем самым Лицо №, Хайбулаева М.М. и Лицо № вновь вступили между собой в предварительный преступный сговор, направленный на незаконный сбыт наркотических средств.
Реализуя свой преступный умысел, Хайбулаева М.М. посредством мессенджера «Ватсап» информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» поставила неустановленное следствием лицо по имени Адам в известность об их намерении приобрести наркотическое средство массой примерно 10 грамм, предложив последнему безналичным способом предоставить им денежные средства в сумме 33 000 рублей на реквизиты банковской карты АО «Т-Банк», принадлежащей Лицу №, которому гарантировала передать большую часть заказанного Лицом № на интернет-магазине «WRS» наркотического средства. После этого неустановленное следствием лицо по имени Адам, в эту же ночь безналичным способом осуществил перевод денежных средств в сумме 33 000 рублей на принадлежащую Лицу № банковскую карту АО «Т-Банк», на счете которой уже имелись денежные средства в размере 12 000 рублей. В свою очередь Лицо № ДД.ММ.ГГГГ, в 02:44, воспользовавшись своей банковской картой АО «Т-Банк», осуществила безналичный перевод требуемой суммы в размере 42 000 рублей на банковскую карту АО «Т-Банк», принадлежащую Хайбулаевой М.М. Тем временем Хайбулаева М.М., действуя согласованно и в преступном сговоре с Лицами №№и 2, воспользовавшись своим мобильным телефоном, осуществила безналичный перевод денежных средств в сумме 42 000 рублей со счета принадлежащей ей банковской карты АО «Т-Банк» на предоставленные ей Лицом № реквизиты банковского счета в интернет-магазине «WRS» в качестве предварительной оплаты за приобретаемое наркотическое средство.
Продолжая осуществлять свой преступный замысел, Лицо № получив на свой мобильный телефон от неустановленного следствием лица координаты местонахождения тайника с наркотическим средством, в этот же день, а именно, ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 03 часа 30 минут, более точное время, следствием не установлено, воспользовавшись услугой такси, совместно с Лицом № прибыли в район местонахождения кафе «Тарелка», расположенного по адресу: РД, <адрес>, где Лицо №, по имеющимся у него координатам, обнаружил в лесополосе тайник с наркотическим средством, содержащим в своем составе 3-хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона) массой не менее 9,40 грамм и которое он, будучи осведомленным о противоправности своих действий, незаконно приобрёл и хранил при себе с целью последующего сбыта.
ДД.ММ.ГГГГ, примерно в 05 часов 20 минут, более точное время следствием не установлено, полицейскими полка ППСП УМВД России по <адрес>, в ходе несения службы по охране общественного порядка в составе наряда ПА «Утес-240», в лесополосе, неподалеку от местонахождения кафе «Тарелка», расположенного по адресу: РД, <адрес>, был замечен Лицо №, который вызвал у них подозрение и был остановлен для проверки документов, которых у него при себе не оказалось, после чего он был подвергнут личному досмотру на месте.
Так, в ходе личного досмотра Лица №, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, в период времени с 06 часов 00 минут по 06 часов 18 минут около кафе «Тарелка», расположенного по адресу: РД, <адрес>», в переднем наружном кармане надетой на Лице № кофте-толстовке серо-зеленого цвета сотрудниками полиции был обнаружен и изъят полимерный сверток, обмотанный липкой полимерной лентой оранжевого цвета с находящимся в нем порошкообразным веществом светлого цвета, содержащим в своем составе 3-хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамма и являющееся наркотическим средством, которое Лицо № незадолго до своего задержания, незаконно приобрел при вышеуказанных обстоятельствах и хранил при себе в преступном сговоре и в составе группы лиц с Лицом № и Хайбулаевой М.М., совместно с которыми в последующем, осознавая противоправный характер своих действий, предвидя возможность наступления общественно опасных последствий и желая их наступления, намеревались незаконно сбыть указанное наркотическое средство неустановленному следствием лицу по имени Адам.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ представленное на исследование вещество, обнаруженное и изъятое в ходе личного досмотра у Лица №, содержит в своем составе 3- хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона) и относится к наркотическим средствам. Масса наркотического средства составляет 9,40 грамм, относится к крупному размеру.
Однако, Хайбулаевой М.М., действующей в преступном сговоре и в составе группы лиц с Лицами №№1 и 2, не удалось довести свой преступный умысел, направленный на незаконный сбыт наркотических средств до конца, по независящим от них обстоятельствам, так как их преступная деятельность 14.05.2025 г. была пресечена сотрудниками полиции, которые изъяли из незаконного оборота, обнаруженное в ходе личного досмотра Лица №1 наркотическое средство, содержащее в своем составе 3-хлорметкатинон, который является производным эфедрона (меткатинона), массой 9,40 грамм.
Таким образом, Хайбулаева М.М. своими умышленными действиями совершила преступление, предусмотренное ч. 3 ст. 30 - п. «г» ч. 4 ст. 228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации - покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.
В подтверждение и обоснование обвинения следствием и стороной обвинения представлены указанные выше доказательства, исследованные судом.
Между тем анализ показаний свидетелей обвинения и исследованных судом письменных доказательств не позволяет сделать достоверный и не основанный на предположениях вывод о наличии у Хайбулаевой М.М. прямого умысла на незаконный сбыт наркотического средства, обнаруженного и изъятого у Лица №1.
Цель сбыта является обязательным признаком субъективной стороны преступления, предусмотренного ст. 228.1 УК РФ, и подлежит доказыванию наравне с иными обстоятельствами предъявленного обвинения. Сам по себе факт незаконного приобретения наркотического средства, в том числе в крупном размере, не свидетельствует безусловно о намерении передать его другому лицу.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14, об умысле на сбыт могут свидетельствовать количество наркотического средства, его размещение в удобной для передачи расфасовке, наличие договорённости с потребителями, приобретение и хранение наркотического средства лицом, которое само его не употребляет, и иные обстоятельства. Вместе с тем перечисленные обстоятельства могут свидетельствовать о цели сбыта лишь при наличии к тому достаточных оснований и должны оцениваться не изолированно, а в совокупности со всеми доказательствами по делу.
В рассматриваемом случае совокупности таких обстоятельств судом не установлено. Напротив, из показаний Хайбулаевой М.М. и свидетеля Лица №, данных непосредственно в судебном заседании, следует, что наркотическое средство было заказано для совместного личного употребления, по одному грамму предназначалось Хайбулаевой М.М. и Лицу №, а оставшуюся часть должен был оставить себе Лицо №.
Данные показания согласуются с обстоятельствами, предшествовавшими приобретению наркотического средства, участники совместно находились в арендованной квартире, употребили имевшееся у Лица № 1 наркотическое средство и после этого решили приобрести дополнительное количество для собственного употребления.
Доказательств того, что до заказа наркотического средства либо в ходе его оплаты между Хайбулаевой М.М., Лицами №№ и 2 была достигнута договорённость о его последующем распространении, суду не представлено.
Указание органа предварительного расследования на то, что названные лица якобы «вновь вступили в предварительный преступный сговор» на сбыт наркотического средства, само по себе такой сговор не доказывает. В обвинении не раскрыты конкретные обстоятельства достижения данной договорённости, а именно кем именно было предложено передать наркотическое средство Адаму, когда, где и в какой форме остальные участники выразили согласие, какое количество вещества предполагалось передать, каким способом, в каком месте и в какое время должна была состояться передача.
Не установлено также распределение ролей между участниками предполагаемого сговора именно на сбыт. Описанные обвинением действия Хайбулаевой М.М. - обращение за денежными средствами, их получение и перечисление для оплаты заказа объективно относятся к приобретению наркотического средства. Сами по себе они не свидетельствуют о подготовке его передачи другому лицу.
Лицо по имени Адам, которому, по версии обвинения, предназначалась большая часть наркотического средства, органом предварительного расследования не установлено и не допрошено. Не установлены его полные анкетные данные, место жительства, принадлежность использованного им номера телефона и банковского счёта. Не получены его показания о назначении переведённых денежных средств и существовании договорённости о получении наркотического средства.
В материалах дела отсутствует переписка Хайбулаевой М.М. с Адамом, содержащая сведения о намерении приобрести и передать ему наркотическое средство. Не представлены сообщения об обсуждении его вида, массы, стоимости, способа доставки, места и времени предполагаемой передачи. Не имеется также записей телефонных переговоров либо иных объективных данных, подтверждающих, что Адам был поставлен в известность о приобретении наркотического средства и рассчитывал получить какую-либо его часть.
Установленный перевод денежных средств в размере 33 000 рублей подтверждает лишь факт финансовой операции, но не её назначение. Сам по себе банковский перевод не свидетельствует о том, что перечисленная сумма являлась оплатой за наркотическое средство либо предоставлялась в обмен на обещание передать его часть. Версия Хайбулаевой М.М. о получении указанных денежных средств в долг материалами дела не опровергнута.
Напротив, из показаний Лица №, данных в судебном заседании, следует, что деньги у Адама были заняты Хайбулаевой М.М. по просьбе Лица №, которому не хватало средств для оплаты той части наркотического средства, которую он намеревался оставить себе. При этом Адаму не сообщалось, что денежные средства будут использованы для приобретения наркотика.
Лицо № в судебном заседании не подтвердила содержащиеся в протоколе её допроса сведения о том, что основная часть приобретённого вещества должна была быть передана Адаму, и пояснила, что таких сведений следователю не сообщала. Она последовательно утверждала, что оставшиеся после выделения ей и Хайбулаевой М.М. двух граммов 8 граммов должен был забрать Лицо №1.
Суд учитывает, что сведения о предполагаемой передаче наркотического средства Адаму содержатся лишь в первоначальных показаниях Лица №, от которых она в данной части отказалась в судебном заседании. При этом эти сведения не подтверждаются доказательствами, представленными в судебном заседании.
Протокол очной ставки между Лицом № и Хайбулаевой М.М. не является отдельным объективным подтверждением версии обвинения, поскольку в нём вновь зафиксированы показания тех же лиц, достоверность которых подлежит проверке и оценке. Повторное закрепление одних и тех же сведений в нескольких процессуальных документах не увеличивает их доказательственной силы и не устраняет отсутствие объективного подтверждения договорённости о сбыте.
Согласно ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства в совокупности с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела. Поэтому первоначальные показания Лица № не могут быть признаны достаточными для установления цели сбыта исключительно по факту их отражения также в протоколе очной ставки.
Обнаруженное у Лица № наркотическое средство массой 9,40 грамма находилось в одном свёртке. Оно не было разделено на части, расфасовано на отдельные дозы либо подготовлено к передаче конкретному приобретателю. Весы, упаковочные материалы, пустые полимерные пакеты, средства для фасовки, сведения о покупателях и иные предметы, характерные для деятельности по распространению наркотических средств, не обнаружены.
Само по себе количество наркотического средства не является достаточным доказательством цели сбыта, особенно с учётом показаний участников о его распределении между собой для личного употребления. В отличие от ситуаций, в которых Верховный Суд признавал значительными доказательствами сбыта большой объём вещества, его дозированную расфасовку, наличие тайников и переписки с приобретателями, в настоящем деле подобной совокупности признаков не установлено.
Обнаруженные в мобильном телефоне Лица № фотография тайника-закладки и его координаты подтверждают обстоятельства получения заказанного наркотического средства, однако не подтверждают намерения Хайбулаевой М.М. передать его Адаму либо иному лицу.
Использование Лицом № мессенджера «Telegram» для поиска интернет-магазина и приобретения наркотического средства характеризует способ его покупки. Однако использование сети «Интернет» при приобретении наркотика не может автоматически рассматриваться как использование сети для его последующего сбыта.
При квалификации преступления как совершённого с использованием информационно-телекоммуникационной сети должно быть установлено, какие именно действия, направленные на подготовку или осуществление сбыта, были выполнены посредством соответствующей сети. В настоящем деле не установлено, что через мессенджеры осуществлялся поиск приобретателя наркотического средства, обсуждались условия его передачи либо обеспечивалась связь между соучастниками именно в целях сбыта.
После получения Лицом № свёртка никаких действий, объективно направленных на его передачу Адаму, совершено не было. Наркотическое средство не разделялось, не переупаковывалось, не перемещалось к месту предполагаемой передачи. Связь с Адамом после получения вещества не устанавливалась, его местонахождение не выяснялось, встреча с ним не назначалась.
Разъяснение п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2006 года № 14 о квалификации приобретения и хранения наркотического средства в целях последующего сбыта как покушения на сбыт применимо лишь тогда, когда сама цель сбыта достоверно установлена доказательствами. Данное разъяснение не освобождает сторону обвинения от обязанности доказать направленность умысла и не позволяет выводить цель сбыта только из факта приобретения наркотического средства.
Следовательно, фактически установленными являются участие Хайбулаевой М.М. в поиске недостающих денежных средств и оплате совместно приобретаемого наркотического средства. Эти обстоятельства подтверждают её умысел на незаконное приобретение наркотического средства, но не доказывают намерения распорядиться им путём передачи другому лицу.
Версия обвинения о предполагаемом сбыте наркотического средства Адаму представляет собой последовательность предположений из факта денежного перевода делается вывод о его осведомлённости относительно назначения денег; из размера перевода делается вывод о приобретении им части наркотика; из приобретения общего количества вещества вывод о намерении передать большую его часть. Однако ни одно из указанных предположений не подтверждено самостоятельными объективными доказательствами.
В силу ч. 3 ст. 14 и ч. 4 ст. 302 УПК РФ все неустранимые сомнения в виновности подсудимой толкуются в её пользу, а обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.
Учитывая отсутствие достоверных доказательств предварительной договорённости о сбыте, конкретного приобретателя наркотического средства, согласованных условий его передачи и действий, непосредственно направленных на реализацию наркотика, суд признаёт обвинение Хайбулаевой М.М. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ в части наличия цели сбыта недоказанным.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что умысел Хайбулаевой М.М. был направлен на незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта для личного употребления совместно с Лицами №№ и 2. В связи с этим её действия подлежат квалификации по ч. 2 ст. 228 УК РФ как незаконное приобретение наркотического средства без цели сбыта в крупном размере.
Принимая во внимание поведение подсудимой в судебном заседании, содержание справки об отсутствии информации о наличии у нее психического расстройства, Хайбулаева М.М. признается вменяемой во время совершения преступления и подлежащей уголовной ответственности за его совершение.
При назначении подсудимой наказания суд, руководствуясь принципами справедливости и гуманизма, в соответствии с требованиями статей 43, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершённого преступления, отнесённого законом к категории тяжких, направленное против здоровья населения и общественной нравственности, данные о личности, все иные обстоятельства, влияющие на избрание справедливого и соразмерного содеянному наказания.
В качестве данных о личности подсудимой Хайбулаевой М.М. суд учитывает, что он не судима, вину свою признала частично признала вину, признав фактические обстоятельства незаконного приобретения наркотического средства без цели сбыта, отрицая наличие умысла на его сбыт, в содеянном раскаивается, по месту жительства и роду занятий характеризуется с положительной стороны, на учете в наркологическом и под наблюдением в психоневрологическом диспансерах по месту жительства не состоит.
Обстоятельством, смягчающим наказание Хайбулаевой М.М. в соответствии с п. "г" ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд признает наличие малолетних детей.
Разрешая вопрос о наличии обстоятельства, смягчающего наказание, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд исходит из того, что активное способствование раскрытию и расследованию преступления предполагает представление виновным органам предварительного расследования информации о совершённом преступлении, своей роли либо действиях иных участников, которая имела значение для установления обстоятельств дела и фактически содействовала его раскрытию или расследованию.
Между тем из исследованных материалов уголовного дела не следует, что Хайбулаева М.М. сообщила органу предварительного расследования ранее неизвестные сведения, позволившие обнаружить наркотическое средство, установить способ его приобретения, выявить иных участников либо получить новые доказательства.
Лицо № 1 был обнаружен сотрудниками полиции непосредственно в районе тайника, находившееся при нём наркотическое средство и мобильный телефон были изъяты до получения показаний Хайбулаевой М.М. Вид и масса наркотического средства впоследствии установлены заключением эксперта, сведения о координатах тайника получены при осмотре телефона Лица №, а движение денежных средств - при осмотре телефона и банковских данных Лица №.
Обстоятельства участия Лиц № также устанавливались посредством её допроса и проведённой между ней и Хайбулаевой М.М. очной ставки.
Сведений о том, что именно сообщения Хайбулаевой М.М. позволили установить Лиц №№ и 2, либо лицо по имени Адам, обнаружить предметы и документы, имеющие доказательственное значение, установить ранее неизвестные обстоятельства приобретения наркотического средства или существенно продвинуть расследование уголовного дела, материалы дела не содержат. Лицо по имени Адам по результатам предварительного расследования установлено и допрошено не было.
Признание Хайбулаевой М.М. своей причастности к приобретению наркотического средства и дача ею показаний сами по себе, при отсутствии доказанного содействия в получении новой и значимой для расследования информации, не образуют активного способствования раскрытию и расследованию преступления в смысле п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ.
Вместе с тем признание вины, раскаяние в содеянном и занятую Хайбулаевой М.М. позицию по делу суд учитывает в качестве иных обстоятельств, смягчающих наказание, на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ.
При таких обстоятельствах оснований для признания активного способствования раскрытию и расследованию преступления обстоятельством, смягчающим наказание Хайбулаевой М.М. в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд не усматривает.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ также суд признает в качестве обстоятельств, смягчающих наказание Хайбулаевой М.М. наличие семьи, положительные характеристики по месту жительства, то что на учете в наркологическом и под наблюдением в психоневрологическом диспансерах по месту жительства не состоит.
Иных обстоятельств, обязательно учитываемых в силу ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих при назначении наказания, по настоящему делу не имеется.
В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ признание иных обстоятельств в качестве смягчающих наказание, является правом суда, реализуемым им по своему внутреннему убеждению.
Судом установлено, что Хайбулаева М.М., Лица №№ и 2 до начала совершения преступления договорились о совместном приобретении наркотического средства без цели сбыта, распределили между собой действия и последовательно реализовали общий умысел. Лицо № оформил заказ и получил координаты тайника, Лицо № предоставила банковскую карту и участвовала в поездке к месту закладки, а Хайбулаева М.М. обеспечила получение недостающих денежных средств, предоставление своего банковского счёта и использование поступившей суммы для оплаты общего заказа.
Согласованность, последовательность и взаимная обусловленность их действий свидетельствуют о совершении преступления группой лиц по предварительному сговору, что, не являясь квалифицирующим признаком ч. 2 ст. 228 УК РФ, в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 63 УК РФ признаётся обстоятельством, отягчающим наказание Хайбулаевой М.М.
Оснований для признания совершения Хайбулаевой М.М. преступления в состоянии опьянения обстоятельством, отягчающим наказание, суд не усматривает. В соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ суд вправе признать совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, наркотических средств, психотропных либо иных одурманивающих веществ, отягчающим обстоятельством лишь с учётом характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновной; следовательно, такое признание не является обязательным. Сам по себе факт предшествующего употребления Хайбулаевой М.М. наркотического средства не подтверждает, что в момент совершения преступления она находилась в состоянии опьянения, повлиявшем на формирование умысла, характер либо способ её действий. Материалы дела не содержат достаточных доказательств степени опьянения Хайбулаевой М.М., а также причинной связи между предполагаемым состоянием опьянения и совершённым ею преступлением. Напротив, установленные действия Хайбулаевой М.М. носили последовательный и целенаправленный характер. Поскольку само по себе совершение преступления в состоянии опьянения не является достаточным основанием для признания данного обстоятельства отягчающим и такое решение должно быть мотивировано конкретными доказательствами, суд не признаёт предполагаемое состояние опьянения Хайбулаевой М.М. обстоятельством, отягчающим её наказание.
Других обстоятельств, отягчающих наказание Хайбулаевой М.М., предусмотренных ст. 63 УК РФ, судом при разбирательстве уголовного дела не установлено.
Оснований для постановления приговора без назначения подсудимому наказания или для освобождения от наказания не имеется.
С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую не имеется.
Также не находит оснований для освобождения от назначаемого наказания, в соответствии с ч.ч.1 и 2 ст.81 УК РФ, так как данными о заболевании подсудимой после совершения преступления психическим расстройством, лишающим его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими, а также иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания, суд не располагает и таковые ему участниками судопроизводства не представлены.
Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности, суд приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, как они предусмотрены ч. 2 ст. 43 УК РФ, возможно лишь при назначении подсудимой основного наказания в виде реального лишения свободы.
Вместе с тем, с учетом всех положительных данных о личности подсудимой, смягчающих наказание обстоятельств, материального положения, суд находит возможным не назначать дополнительные виды наказаний в виде штрафа и ограничения свободы, предусмотренные санкцией ч. 2 ст. 228 УК РФ.
Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности подсудимой, а также конкретные обстоятельства дела, суд считает необходимым назначить Хайбулаевой М.М. наказание в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не обеспечит достижение его целей.
По мнению суда, такое наказание будет соответствовать цели восстановления социальной справедливости, задачам охраны прав и свобод человека и гражданина, общественного порядка и общественной безопасности от преступных посягательств, предупреждения совершения новых преступлений, а также в достаточной мере будет соответствовать цели исправления виновного.
Основания для назначения наказания в соответствии с требованиями ч.1 ст.62 УК РФ отсутствуют.
Несмотря на совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, степень общественной опасности, принимая во внимание способ совершения преступления, степень реализации преступных намерений, прямой умысел, мотивы, цели совершения деяния и характер наступивших последствий, судом не установлено исключительных обстоятельств и оснований для применения к подсудимой положений ст. 64 УК РФ.
По смыслу ст. 73 УК РФ суд может постановить считать назначенное наказание условным только в том случае, если придет к выводу о возможности исправления осужденного без реального отбывания наказания. При этом суд должен учитывать не только личность виновного и смягчающие обстоятельства, но и характер и степень общественной опасности совершенного преступления. Назначение условного осуждения должно отвечать целям исправления условно осужденного.
Уголовный закон связывает назначение условного наказания с убеждением суда о возможном исправлении осужденного без реального отбывания наказания. Такое убеждение должно быть основано на фактических данных, поведении виновного лица, совершении действий, направленных на восстановление нарушенных прав, однако материалы уголовного дела сведений об этом не содержат.
При этом само по себе наличие смягчающих наказание обстоятельств не является безусловным основанием для применения положений ст. 73 УК РФ, поскольку указанный вопрос разрешается судом с учетом всех данных по делу.
С учётом характера и степени общественной опасности преступления, его совершения группой лиц по предварительному сговору, количества наркотического средства и роли Хайбулаевой М.М. суд не усматривает оснований для применения ст. 73 УК РФ».
На основании п. "б" ч. 1 ст. 58 УК РФ местом отбывания Хайбулаевой М.М. наказания в виде лишения свободы суд назначает исправительную колонию общего режима.
Срок отбывания наказания в виде лишения свободы надлежит исчислять со дня вступления приговора в законную силу.
В ходе предварительного следствия и судебного разбирательства Хайбулаева М.М. не задерживалась, в отношении последней избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Как следует из материалов уголовного дела и установлено судом, подсудимая Хайбулаева М.М.. является родителем двоих малолетних детей:ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которые находятся на ее иждивении.
Из собранных по делу доказательств следует, что Хайбулаева М.М. проживает со своими детьми, занимается их воспитанием и содержанием,.
В соответствии с ч.1 ст. 82 УК РФ беременной женщине, женщине, имеющей ребенка в возрасте до четырнадцати лет, мужчине, имеющему ребенка в возрасте до четырнадцати лет и являющемуся единственным родителем, кроме лиц, которым назначено наказание в виде ограничения свободы, лишения свободы за преступления против половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста, лишения свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, лишения свободы за преступления, предусмотренные статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4 и 205.5, частями третьей и четвертой статьи 206, частью четвертой статьи 211, статьей 361 настоящего Кодекса, и сопряженные с осуществлением террористической деятельности преступления, предусмотренные статьями 277, 278, 279 и 360 настоящего Кодекса, суд может отсрочить реальное отбывание наказания до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.
Такое законодательное урегулирование соотносится с требованиями международных актов. Как следует из принятых Резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН 65/229 от ДД.ММ.ГГГГ Правила Организации Объединенных Наций, касающиеся обращения с женщинами-заключенными и мер наказания для женщин-правонарушителей, не связанных с лишением свободы, рекомендуют по мере возможности и целесообразности отдавать предпочтение наказанию беременных женщин и женщин с детьми на иждивении, не связанному с лишением свободы. Причем этот вопрос о назначении наказания, связанного с лишением свободы, рассматривается в том случае, если преступление является тяжким или насильственным, или если женщина представляет постоянную опасность для общества, с учетом наилучшего обеспечения интересов ребенка или детей и организации надлежащего ухода за такими детьми.
Суду не представлены данные об уклонении подсудимой от исполнения обязанностей по воспитанию и содержанию малолетних детей.
Напротив, из представленной характеристики главы администрации сел. Советское и педагога дошкольного образования следует, что Хайбулаева М.М. принимает активное участие в воспитании и образовании детей, участвует в дошкольной жизни своих детей.
Указанные обстоятельства свидетельствуют о положительном отношении подсудимой к выполнению родительских обязанностей.
По смыслу закона, основанием предоставления отсрочки отбывания наказания является убеждение суда в правомерности поведения осужденной в период отсрочки и в возможности исправления без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием ребенка. К такому убеждению суд приходит на основе учета характера и степени тяжести совершенного преступления, условий жизни на свободе, анализа данных о самом лице и ее поведении.
Таким образом, при назначении наказания подсудимой Хайбулаевой М.М., суд приходит к выводу, что изоляция ее от общества может крайне негативно повлиять на содержание и воспитание ее малолетних детей, родительских прав в отношении которого Хайбулаева М.М. не лишена.
Учитывая, удовлетворительную характеристику подсудимой и убежденность суда в ее правомерном поведении в период рассмотрения уголовного дела по существу, и в возможности ее исправления в течение отсрочки без изоляции от общества в условиях занятости воспитанием своих детей, суд приходит к выводу о целесообразности применения при назначении наказания Хайбулаевой М.М., отсрочки от отбывания наказания, предусмотренной ст. 82 УК РФ до достижения ее ребенком – ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - четырнадцатилетнего возраста.
Приговором Кировского районного суда г. Махачкалы от 7 апреля 2026 года Хайбулаева М.М. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228.1 УК РФ, и ей назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 4 года с отбыванием в исправительной колонии общего режима. На основании ч. 1 ст. 82 УК РФ реальное отбывание назначенного наказания отсрочено до достижения её ребёнком ФИО24. четырнадцатилетнего возраста.
Поскольку преступление, рассматриваемое по настоящему уголовному делу, совершено Хайбулаевой М.М. ДД.ММ.ГГГГ, то есть до постановления приговора Кировского районного суда г. Махачкалы от ДД.ММ.ГГГГ и до начала предоставленной этим приговором отсрочки, оснований для отмены отсрочки отбывания наказания в связи с совершением нового преступления, предусмотренных ч. 5 ст. 82 УК РФ, не имеется.
Оснований для назначения наказания по правилам ст. 70 УК РФ также не имеется, поскольку настоящее преступление совершено не после вынесения предыдущего приговора и не в период предоставленной отсрочки.
В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2023 года № 47 «О практике применения судами законодательства об отсрочке отбывания наказания», если установлено, что лицо, которому на основании ст. 82 УК РФ отсрочено отбывание наказания, виновно в другом преступлении, совершённом до вынесения первого приговора, правила ч. 5 ст. 69 УК РФ применению не подлежат, а приговоры исполняются самостоятельно.
При таких обстоятельствах приговор Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и настоящий приговор подлежат самостоятельному исполнению.
Судьбу вещественных доказательств суд определяет в соответствии со ст.ст. 81,82 УПК РФ.
Согласно ч.3.1 ст.81 УПК РФ при вынесении приговора предметы, признанные вещественными доказательствами по данному уголовному делу и одновременно признанные вещественными доказательствами по другому уголовному делу (другим уголовным делам), а также образец вещественного доказательства, достаточный для сравнительного исследования, подлежит передаче органу предварительного расследования или суду, в производстве которого находится уголовное дело, по которому не вынесен приговор.
Из материалов уголовного дела следует, что настоящее уголовное дело выделено в отдельное производство из уголовного дела возбужденного в отношении Лица № по ч.3 ст.30- п «г» ч.4 ст.228.1 УК РФ, в связи с чем наркотическое средство, мобильные телефоны ФИО25 и Свидетель №2 должны быть переданы для решения судьбы по уголовному делу в выделенному в отдельное производство.
Разрешая вопрос о конфискации имущества, суд учитывает, что в силу п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискации подлежат принадлежащие обвиняемому орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, в том числе мобильные телефоны, если доказано их использование для совершения преступления или достижения преступного результата. Между тем мобильный телефон, посредством которого Хайбулаева М.М., осуществляла переписку и перечисление денежных средств в связи с приобретением наркотического средства, органом предварительного расследования не установлен, не обнаружен, не изъят, вещественным доказательством не признан и судом не исследовался. Материалы дела не содержат достоверных сведений о марке, модели, индивидуальных признаках и стоимости данного устройства, его принадлежности Хайбулаевой М.М..
Поскольку обстоятельства, необходимые для признания конкретного имущества средством совершения преступления и его обращения в собственность государства, стороной обвинения не доказаны, основания для конфискации мобильного телефона либо соответствующей его стоимости денежной суммы в порядке ст. 104.1 и 104.2 УК РФ отсутствуют.
Руководствуясь ст.ст. 304, 307, ч. 1 ст. 308, ч.ч. 1 и 3 ст. 309 УПК РФ, суд приговорил:
признать Хайбулаеву ФИО27 виновной в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 228 УК РФ и назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 4 (четыре) года с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
На основании ч.1 ст.82 УК РФ, отсрочить отбывание назначенного Хайбулаевой М.М. наказания в виде лишения свободы сроком 4 (четыре ) года, до достижения ее ребенком – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения - четырнадцатилетнего возраста, то есть до ДД.ММ.ГГГГ.
Разъяснить Хайбулаевой М.М. положения ст. 82 УК РФ, согласно которым в случае отказа от ребенка либо продолжения уклонения от обязанностей по воспитанию ребенка после предупреждения контролирующего органа суд вправе отменить отсрочку и направить осужденную для отбывания наказания в место, назначенное приговором; по достижении ребенком четырнадцатилетнего возраста суд освобождает осужденную от наказания или оставшейся части со снятием судимости либо заменяет оставшуюся часть более мягким видом наказания; при истечении срока, равного сроку наказания, до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста и подтверждении исправления осужденной суд вправе сократить отсрочку и освободить от наказания со снятием судимости; при совершении в период отсрочки преступления по неосторожности либо умышленного преступления небольшой или средней тяжести вопрос об отмене либо сохранении отсрочки решается судом, который при сохранении отсрочки по первому приговору вправе применить отсрочку и по второму приговору; при совершении умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд обязан отменить отсрочку и назначить наказание по правилам ст. 70 УК РФ.
Приговор Кировского районного суда г. Махачкалы от 7 апреля 2026 года исполнять самостоятельно.
Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении Хайбулаевой М.М. оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.
Вещественные доказательства по делу:
-наркотическое средство 3-хлорметкатинон, являющийся производным эфедрона (меткатинона), массой 9, 40 грамм, мобильный телефон Айфон-11 про, изъятый у Дмитриева, мобильный телефон айфон 11, изъятый у Свидетель №2, хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств ОП по Ленинскому району УМВД России по г. Махачкала, передать в распоряжение лица в чьем производстве находится уголовное дело в отношении ФИО10
Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Дагестан в течение 15 суток со дня постановления.
В случае обжалования приговора осужденный вправе в пятнадцатидневный срок с момента вручения копии приговора ходатайствовать о своем участии и участии своего защитника в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.
Председательствующий У.О. Омаров