РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 октября 2026 г. р.п. Чунский
Чунский районный суд Иркутской области в составе председательствующего судьи Седых М.А., при секретаре судебного заседания Кедик Ю.И.
с участием истца ФИО2, представителя прокуратуры Иркутской области - помощника прокурора Чунского района Иркутской области ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по исковому заявлению ФИО2 к министерству финансов Российской Федерации, управлению Федерального казначейства по Иркутской области, прокурору Чунского района Иркутской области, прокуратуре Иркутской области о возложении обязанности принести официальное извинение от имени государства за причиненный вред, взыскании денежной компенсации морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, взыскании судебных расходов, установил:
в обоснование исковых требований указано, что приговором Чунского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ истец оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – УПК РФ) по ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ) за отсутствием в его действиях состава преступления. Приговором признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда. Приговор вступил в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. Фактически уголовное преследование окончено ДД.ММ.ГГГГ вынесением кассационного постановления Восьмым кассационным судом общей юрисдикции. Уголовное дело № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293УК РФ; уголовное дело № возбуждено ДД.ММ.ГГГГ по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей. Уголовное дело №, возбужденное по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ и уголовное дело №, возбужденное по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ ДД.ММ.ГГГГ соединены в одно производство, присвоен соединенному уголовному делу №. Срок предварительного следствия составил 18 месяцев. Срок рассмотрения уголовного дела с учетом апелляционного и кассационного обжалования составил 3 года 2 месяца 5 дней. На стадии предварительного расследования ДД.ММ.ГГГГ у ФИО2 отобрано обязательство о явке. При поступлении уголовного дела в Чунский районный суд Иркутской области ДД.ММ.ГГГГ избранная мера принуждения в виде обязательства о явке, не отменялась, и не изменялась, была сохранена судом до вступления приговора в законную силу. С момента возбуждения уголовного дела ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, будучи допрошенным первоначально в качестве свидетеля, затем с ДД.ММ.ГГГГ подозреваемым, и до вынесения оправдательного приговора ДД.ММ.ГГГГ, а в последующем пересмотра уголовного дела в судах второй и третей инстанции, ФИО2, испытывал сильные душевные страдания, связанные с переживаниями по поводу незаконного, без достаточных на то оснований возбуждения и расследования уголовного дела и судебного разбирательства. Необоснованное уголовное преследование продолжалось непрерывно 3 года 2 месяца 5 дней, были применены меры процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу и в ходе судебных заседаний. Родственники, знакомые, пациенты и коллеги по работе знали о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности, что также причиняло нравственные страдания. ФИО2 ранее никогда не привлекался к уголовной и иным видам ответственности. Уголовное преследование повлияло на его жизнь и жизнь его близких родственников, жены - <данные изъяты>, что также отразилось на ее здоровье и причиняло истцу нравственные страдания. В связи с незаконным привлечением истца к уголовной ответственности, обвинением в совершении причинения смерти по неосторожности он испытывал огромный стресс, все это время находился в психотравмирующей ситуации, от которой не отошел до настоящего времени. Незаконное объявление ФИО2 в розыск ДД.ММ.ГГГГ на стадии предварительного расследования ограничили его конституционные права, носили угрожающий характер. При этом, процессуальные документы о вызове истца в отдел СУ СК для проведения следственных и иных процессуальных действий ему не направлялись и он выполнял в указанный период времени свою трудовую функцию в <данные изъяты> и тем самым, следователь грубо нарушил права истца, так как на момент вынесения постановления не имел доказательств того, что он скрылся от органа следствия и его местонахождение неизвестно. Истец переживал за свое будущее, будущее своих двоих дочерей, на которых могло повлиять наличие у истца судимости, ни с кем не хотел разговаривать, испытывал нервный срыв. При этом, в силу уголовного преследования в указанный период времени истец был лишен возможности заниматься привычными делами, вести обычный образ жизни, ограничен в реализации своих гражданских прав и имел ограничение свободы - явку об обязательстве, вынужден был нести материальные расходы на своего защитника. Нахождение в статусе подозреваемого, обвиняемого, подсудимого повлекло морально-психологическую травму, так как пострадал его авторитет как <данные изъяты> что нанесло урон его репутации. В качестве свидетелей по уголовному делу были неоднократно допрошены <данные изъяты> – работодатель истца и иные свидетели, что также неблагоприятно сказалось на репутации. Белее трех лет со своим адвокатом ФИО2 доказывал свою невиновность. В ходе уголовного преследования истец испытывал чувства стыда, унижения и позора, поскольку все были осведомлены о факте уголовного преследования. На протяжении всего предварительного расследования следователи склоняли истца прекратить уголовное преследование по не реабилитирующим основаниям, либо в связи с примирением сторон, либо по деятельному раскаянию, либо в связи с истечением срока привлечения к уголовной ответственности. Тем самым, истец жил с осознанием беспомощности перед лицом следователей, что вызывало ощущения унижения и несправедливости, оказывало негативное влияние на эмоциональное состояние и самочувствие. Истцу был причинен невосполнимый моральный вред, и осуществлялось незаконное уголовное преследование, что установлено в ходе судебных заседаний и не нуждается в подтверждении дополнительными доказательствами, который истец оценивает с учетом разумности и справедливости в сумме 2000000 руб.
На основании изложенного истец просит обязать прокурора Чунского района Иркутской области старшего советника юстиции ФИО6 от имени государства принести ФИО2 реабилитированной приговором Чунского районного суда Иркутской области от 05.12.2022 официальное извинение за причиненный вред; взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в порядке реабилитации в размере 2000000 руб., издержки за составление искового заявления в суд в размере 7000 руб.
В судебном заседании истец ФИО2 поддержал исковые поддержал заявленные требования, настаивал на их удовлетворении.
Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте которого извещены надлежащим образом. В письменных возражениях представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице руководителя Управления Федерального казначейства по Иркутской области ФИО7, действующий на основании доверенности ФИО8 указал, что исковые требования ФИО2, предъявленные к Министерству Финансов Российской Федерации, подлежат частичному удовлетворению, но при этом требуемая сумма в размере 2000000 руб. является завышенной, не отвечает требованиям разумности и справедливости. В отношении ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была избрана мера принуждения в виде обязательства о явке. В обоснования размера причиненного морального вреда ФИО2, в том числе заявлены доводы о сильных душевных страданиях, нравственных страданиях, чувстве несправедливости. При этом данные доводы не подкреплены соответствующими доказательствами. Просит учесть, что какие-либо иные меры процессуального принуждения или меры пресечения, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством, в отношении истца не применялись. Все действия правоохранительных органов, проведённые в рамках установления обстоятельств дела, носили исключительно законный характер. Доказательств незаконного и несправедливого отношения представителей правоохранительных органов в отношении истца не представлено.
Представитель ответчика - прокуратуры Иркутской области ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала ранее направленный в суд письменный отзыв. Не оспаривая право на реабилитацию, полагала, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда в размере 2000000 руб., является чрезмерно завышенной и не отвечает принципам справедливости и разумности.
Информация о дате, времени и месте рассмотрения дела размещена в установленном п. 2 ч. 1 ст. 14, ст. 15 Федерального закона от 22.12.2008 № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» порядке на сайте Чунского районного суда Иркутской области (www.chunsud.sudrf.ru раздел «Назначение дел к слушанию и результаты рассмотрения»).
Руководствуясь положениями ст. ст. 2, 6.1, 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, в целях правильного и своевременного рассмотрения и разрешения настоящего дела, учитывая право сторон на судопроизводство в разумные сроки, суд полагает возможным рассмотреть данное гражданское дело в отсутствие не явившихся участников процесса.
Заслушав истца ФИО2, прокурора ФИО5, исследовав письменные материалы дела, а также материалы уголовного дела №, суд приходит к следующим выводам.
Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации).
Согласно ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.
Общие основания ответственности за причинение вреда установлены ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в п. 2 «Обзора законодательства и судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2008 года» (утв. постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 17.09.2008) право на компенсацию морального вреда, причиненного незаконными действиями органов уголовного преследования, возникает только при наличии реабилитирующих оснований (вынесение в отношении подсудимого оправдательного приговора, а в отношении подозреваемого или обвиняемого - прекращение уголовного преследования).
На основании ст. 1071 ГК РФ, в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, от ее имени выступает Министерство финансов Российской Федерации.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абз. 3 ст. 1100 ГК РФ).
В соответствии с п. 34 ст. 5 УПК РФ под реабилитацией в уголовном судопроизводстве понимается порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию.
Реабилитированный - это лицо, имеющее в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием (п. 35 ст. 5 УПК РФ).
Частью 4 статьи 11 УПК РФ предусмотрено, что вред, причиненный лицу в результате нарушения его прав и свобод судом, а также должностными лицами, осуществляющими уголовное преследование, подлежит возмещению по основаниям и в порядке, которые установлены Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.
В силу ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах.
Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
В силу п. 2 ч. 2 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным, в том числе п. 2 ст. 24 УПК РФ (отсутствие в деянии состава преступления).
Согласно ст. 134 УПК РФ суд в приговоре, определении, постановлении, а следователь, дознаватель в постановлении признают за оправданным либо лицом, в отношении которого прекращено уголовное преследование, право на реабилитацию. Одновременно реабилитированному направляется извещение с разъяснением порядка возмещения вреда, связанного с уголовным преследованием.
В силу ч. 1 ст. 133, ч. 2 ст. 136 УПК РФ вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
Как следует из пунктов 13, 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» - с учетом положений статей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.
Как указано в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 14.07.2011 № 16-П и от 21.11.2017 № 30-П, незаконное или необоснованное уголовное преследование представляет собой грубое посягательство на человеческое достоинство, а потому возможность реабилитации, восстановления чести и доброго имени опороченного неправомерным обвинением лица является непосредственным выражением конституционных принципов уважения достоинства личности, гуманизма, справедливости, законности, презумпции невиновности, права каждого на защиту его прав и свобод.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и ст. 151 ГК РФ.
В соответствии со ст. 151, п. 2 ст. 1101 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Аналогичное положение закреплено в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве».
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33) даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абз. 1 п. 42 названного постановления).
При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абз. 2 п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33).
Из приведенных норм материального права и разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, следует, что основания возникновения права гражданина на реабилитацию, порядок признания этого права и возмещения гражданину вреда, связанного с уголовным преследованием, закреплены в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Федерации, устанавливающем в том числе, что иски за причиненный реабилитированному моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства. В Гражданском кодексе Российской Федерации содержатся положения об ответственности за вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, а также нормы, определяющие основания, способы и размеры компенсации морального вреда.
Судом установлено и следует из материалов уголовного дела №, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении неустановленных медицинских работников <данные изъяты>» возбуждено уголовное дело признакам преступления, предусмотренным ч. 2 ст. 293 УК РФ – ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей, в части проведения полной диагностики заболевания ФИО10 при поступлении в медицинское учреждение, что повлекло наступление смерти ФИО10, а именно в проведении лечения по неправильно выставленному диагнозу и начатом по нему лечению, а также в не проведении ФИО10 процедуры ФГДС, проведение которой позволило бы своевременно исключить неправильный диагноз в виде ишемической болезни сердца и диагностировать заболевание желудочно-кишечного тракта, с проведением соответствующего лечения.
ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу ФИО2 допрошен впервые в качестве подозреваемого, которому была избрана мера принуждения – обязательство о явке (т. 4 л.д. 32-39).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 дополнительно допрошен в качестве подозреваемого по уголовному делу (т. 4 л.д. 52-56).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, он впервые допрошен в качестве обвиняемого (отказался от дачи показаний, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ (т. 4 л.д. 73-80, 81-84)).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст. 109 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого (от дачи показаний отказался по ст. 51 Конституции Российской Федерации) (т. 5 л.д. 96-108, 111-114).
ДД.ММ.ГГГГ возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ.
Указанные уголовные дела ДД.ММ.ГГГГ соединены в одно производство с присвоением номера №.
В отношении ФИО2 возбуждено уголовное дело признакам преступления, предусмотренным части 2 ст. 109 УК РФ - причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей, а именно, в результате преступных действий и бездействия ФИО2 в период времени с 00 часов 00 минут до 08 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, ФИО9 в период времени с 00 часов 00 минут до 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ, выразившихся в не проведении, а также несвоевременном проведении всех необходимых лечебно-диагностических мероприятий, и ненадлежащего исполнения ими своих профессиональных обязанностей, выразившихся в нарушении федерального и ведомственного законодательства, несоблюдении требований своих должностных инструкций, обязывающих оказывать квалифицированную медицинскую помощь по своей специальности, оценки состояния больного и клинической ситуации в соответствии со стандартами и порядком оказания медицинской помощи, нарушении стандартов оказания помощи больным с желудочно-кишечным кровотечением, не проведении мероприятий, направленных на выявление и устранение источника кровотечения, оказание несвоевременной оперативной помощи, игнорируя полученные объективные сведения, свидетельствующие о продолжающемся кровотечении, продолжили в вышеуказанный период неверно выбранную тактику лечения, что привело к стойким необратимым функциональным нарушениям, и в последующем наступлению его смерти. ДД.ММ.ГГГГ в 07 часов 30 минут пациент ФИО10 скончался в отделении реанимации и интенсивной терапии <адрес> расположенной по адресу: <адрес> от заболевания - <данные изъяты>, приведшим к развитию обильной кровопотери и геморрагического шока, явившихся непосредственной причиной смерти. При своевременной диагностике причины (источника) желудочно-кишечного кровотечения, попытке эндоскопического гемостаза, а, в случае неэффективности, своевременное (до наступления необратимых изменений) оказание оперативного пособия, у пациента ФИО10 были высокие шансы на выздоровление, поэтому имеется прямая причинно-следственная связь между дефектами при оказании ФИО10 медицинской помощи в <данные изъяты> со стороны ФИО2 и ФИО9 и наступлением смерти ФИО10
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, он допрошен в качестве обвиняемого (от дачи показаний отказался по ст. 51 Конституции Российской Федерации) (т.11 л.д. 203-216, 219-222).
ДД.ММ.ГГГГ обвинительное заключение по уголовному делу № было утверждено прокурором Чунского района Иркутской области советником юстиции ФИО11. При поступлении уголовного дела в Чунский районный суд Иркутской области ДД.ММ.ГГГГ, мера принуждения в виде обязательства о явке ФИО2 не отменялась, не изменялась.
Иных мер процессуального принуждения в отношении ФИО2 не применялось.
При рассмотрении уголовного дела состоялось 19 судебных заседаний, из которых в 16 судебных заседаниях ФИО2 принимал участие с защитником ФИО12
Приговором Чунского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 оправдан на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления. Приговором признано право на реабилитацию и обращение в суд с требованием о возмещении имущественного и морального вреда.
ДД.ММ.ГГГГ на указанный приговор подана апелляционная жалоба от потерпевшей; ДД.ММ.ГГГГ – от адвоката ФИО13, действующей в интересах осужденного ФИО14, ДД.ММ.ГГГГ – от осужденного ФИО14 (т. 16 л.д. 120-121, 135, 151, 194-199). Вместе с тем, подсудимым ФИО2 приговор не обжалован.
Апелляционным постановлением суда апелляционной инстанции Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Чунского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ оставлен без изменения.
ДД.ММ.ГГГГ на приговор Чунского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление суда апелляционной инстанции Иркутского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ осужденным ФИО14, а также потерпевшей ФИО15 и ее представителем ФИО16 поданы кассационные жалобы, которые кассационным постановлением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без удовлетворения.
Таким образом, срок рассмотрения уголовного дела в суде составил с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 года 4 месяца 19 дней); общий срок уголовного преследования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ -2 года 6 месяцев 2 дня.
Как следует из представленных прокурором в обоснование возражений по иску документов, официальное извинение ФИО2 от имени государства в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности по признакам преступлений, предусмотренных ч. 2 ст.109 УК РФ, принесено ДД.ММ.ГГГГ (т.е. после поступления искового заявления в суд ДД.ММ.ГГГГ); вручено лично в руки ФИО2 Таким образом, требования истца об обязании прокурора Чунского района Иркутской области старшего советника юстиции ФИО6 от имени государства принести ФИО2 реабилитированному приговором Чунского районного суда Иркутской области от ДД.ММ.ГГГГ официальное извинение за причиненный вред удовлетворению не подлежат.
Как следует из медицинской карты пациента <данные изъяты> ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ состоит на учете у врача психиатра с первичным диагнозом <данные изъяты>, который на дату ДД.ММ.ГГГГ сохранен, ДД.ММ.ГГГГ изменен на «<данные изъяты> на дату ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сохранен. При первичном обращении (ДД.ММ.ГГГГ) предъявлял жалобы на нарушение ночного сна, отсутствие чувства отдых после ночного сна, неспособность расслабиться, сниженное настроение, раздражительность, частую ежедневную головную боль. На фоне проводимого лечения наступали улучшения, но симптомы возвращались; повторные осмотры ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.
Согласно свидетельствам о рождении I-СП № от ДД.ММ.ГГГГ и III-СТ № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 является отцом ФИО17, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО18, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.
Согласно ч. 2 и ч. 3 ст. 133 УПК РФ установлено, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым иным основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера.
Поскольку в отношении ФИО2, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, вынесен оправдательный приговор, у него, безусловно, в силу требований ст. 133 УПК РФ возникло право на компенсацию причиненного морального вреда в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности.
Истцом размер компенсации морального вреда определен в размере 2000000 руб.
В п. 1 ст. 150 ГК РФ указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
При определении размеров компенсации морального вреда суд учитывает, в том числе, степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (абз. 2 ст. 151 ГК РФ).
Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 № 17 предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Разрешая заявленные требования, суд, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1071, 1100 и 1101 ГК РФ, исходит из того, что моральный вред причинен истцу в результате незаконного уголовного преследования. При этом суд исходит из самого факта незаконного привлечения истца к уголовной ответственности, при котором причинение морального вреда признается законом и не требует доказывания.
Суд учитывает, что при вынесении приговора суд пришел к выводу об отсутствии субъективной стороны преступления, недоказанности умысла ФИО2 на совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о доказанности факта незаконного привлечения истца ФИО2 к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ, в связи с чем в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда.
Исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть, определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.
Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных, и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.
Оценивая доводы искового заявления ФИО2, приведенные в обоснование требований о компенсации морального вреда, сведения медицинской документации врача психиатра о диагностировании в период с 2023 года по 2026 год у истца нервно-психических расстройств, и определяя размер такой компенсации морального вреда, суд с учетом разъяснений, содержащихся в п. 21 «О практике применения судами норм главы 18 УПК РФ, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» учитывает следующие обстоятельства: период пребывания истца в статусе подозреваемого, обвиняемого по уголовному делу, в котором ФИО2 неоднократно допрашивался органами следствия; общую продолжительность предварительного следствия, а также избрание в отношении ФИО2 меры принуждения в виде обязательства о явке; обвинение в преступлении средней тяжести, сопряженном с его профессиональной деятельностью и исполнением профессиональных обязанностей, которое истец не совершал, что влекло пребывание его в условиях осуждения общества и повышенного интереса к нему работодателя и пациентов больницы, в которой он работает, и безусловно, причиняло истцу особые нравственные страдания и переживания за свою репутацию, как врача; данные, характеризующие личность истца (его возраст, занимаемая должность – действующий врач-анестезиолог-реаниматолог, нахождение на иждивении несовершеннолетних детей), степень нравственных страданий, влияние уголовного преследования на жизнь ФИО2 (распространение информации об уголовном преследовании в отношении истца среди коллег, жителей <адрес>), а также принципы разумности и справедливости в соответствии с требованиями ст. 1101 ГК РФ.
Вместе с тем суд также учитывает, что проведенные по делу в течение периода следствия следственные действия сами по себе не могут расцениваться как ущемляющие права и интересы истца, поскольку направлены на принятие правильного процессуального решения и установление истины по делу, в том числе невиновности истца ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 2. ст. 109 УК РФ.
Оценивая представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований ФИО2 о компенсации морального вреда, определяя размер такой компенсации в сумме 100000 руб. В удовлетворении требований в большем размере следует отказать. При этом суд исходит из того, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.
Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1070 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает Министерство Финансов РФ, поскольку эта обязанность Гражданским кодексом Российской Федерации, Бюджетным кодексом Российской Федерации или иными законами не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ). Согласно ст. 1071 ГК РФ в случае, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
Таким образом, по обязательствам Российской Федерации, исполняемым за счет казны Российской Федерации, выступает финансовый орган, то есть Министерство финансов Российской Федерации, который может исполнять бюджетные полномочия главного распорядителя бюджетных средств. Иные государственные органы могут выступать от имени Российской Федерации в прямо предусмотренных федеральными законами и иными нормативными актами случаях, по специальному поручению.
В абз.6 п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2019 № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации» также разъяснено, что при удовлетворении иска о возмещении вреда в порядке, предусмотренном ст. 1070 ГК РФ, в резолютивной части решения суд указывает на взыскание вреда с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», судебные расходы, состоящие из государственной пошлины, а также издержек, связанных с рассмотрением дела (далее - судебные издержки), представляют собой денежные затраты (потери), распределяемые в порядке, предусмотренном главой 7 ГПК РФ. По смыслу названных законоположений, принципом распределения судебных расходов выступает возмещение судебных расходов лицу, которое их понесло, за счет лица, не в пользу которого принят итоговый судебный акт по делу (п. 1).
В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; другие признанные судом необходимыми расходы.
Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В силу ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Обязанность суда взыскать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требований ст. 17 ч. 3 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Вследствие чего, в силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ суд обязан установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.
Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. п. 11 - 13 постановления).
Исходя из этого, при определении размера компенсации расходов по оплате услуг представителя, суд, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, объем совершенных представителем действий (составление искового заявления, подача его в суд), руководствуясь принципами разумности и справедливости, полагает возможным возместить указанные расходы частично, взыскав с ответчика в пользу ФИО2 5000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 198-199 ГПК РФ, суд решил:
исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 сумму в размере 100000 руб. в качестве компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием; расходы по составлению искового заявления 5000 руб., а всего взыскать 105000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Чунский районный суд Иркутской области путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Председательствующий М.А. Седых
В окончательной форме решение изготовлено 29 октября 2026 г.
Председательствующий М.А. Седых