РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
04 марта 2026 года город Петропавловск-Камчатский
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:
председательствующего судьи Токаревой М.И., при секретаре Никитиной Т.В., с участием ответчика ФИО3, третьего лица ФИО5, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску АО «АльфаСтрахование» к ФИО3 о признании недействительным договора страхования, установил:
АО «АльфаСтрахование» обратилось в суд с иском о признании недействительным договора страхования №21411/373/А573413/24 от 27 ноября 2024 года.
В обоснование требований указано, что 27 ноября 2024 года между АО «АльфаСтрахование» и ФИО3 заключен договор страхования №21411/373/А573413/24, по условиям которого застрахована квартира общей площадью 41,2 кв.м, находящаяся в залоге у ПАО «Сбербанк» на основании договора залога № 618736 от 30 ноября 2021 года. Выгодоприобретателем по договору страхования является ПАО «Сбербанк» в размере суммы задолженности по кредитному договору. Срок страхования – 12 месяцев (с 30 ноября 2024 года по 29 ноября 2025 года). При заключении договора ответчик указал, что многоквартирный дом не признан аварийным/ветхим, подлежащим отселению, в настоящий момент не находится в зоне стихийного бедствия. 12 августа 2025 года ответчик обратился к истцу с заявлением о страховом случае, в котором указал, что во время землетрясения произошло разрушение стен, лестничных пролетов, фасада дома. В ходе рассмотрения заявления установлено, что распоряжением администрации Петропавловск-Камчатского городского округа №167-р от 25 июля 2018 года многоквартирный дом 47/3 по ул. Владивостокской в г.Петропавловске-Камчатском признан аварийным и подлежащим сносу. 27 ноября 2024 года постановлением администрации Петропавловск-Камчатского городского округа жилые помещения в указанном доме изъяты для муниципальных нужд. Таким образом, ответчик при заключении договора страхования ввел истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих существенное значение для определения степени страхового риска и вероятности наступления страхового случая.
В судебное заседание истец не явился. Извещен. Ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя.
Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования просил оставить без удовлетворения. В обоснование указав, что договор страхования был заключен для получения, а в последующем для сохранения более низкой ставки по ипотеке при приобретении жилого помещения. При покупке квартиры ему не было известно о том, что многоквартирный дом признан аварийным и подлежащим сносу. Кроме того, банком до выдачи кредитных денежных средств по ипотеке была проведена всесторонняя проверка через сервис «Дом-клик», по результатам которой квартира соответствовала предъявляемым требованиям, не находится в аварийном состоянии и ее снос не планировался. Эти же документы были предоставлены страховщику. Не доверять указанным документам у него не было оснований. Договор страхования заключается ежегодно с момента приобретения квартиры, с разными страховыми компаниями.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО5 (супруга истца) в судебном заседании полагала заявленные требования не подлежащими удовлетворению. Дала пояснения, аналогичные пояснениям ответчика.
Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ПАО Сбербанк в судебное заседание не явился. Извещен.
При таких обстоятельствах суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца и третьего лица ПАО Сбербанк в соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Выслушав ответчика, третье лицо ФИО5, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
Судом установлено и документально подтверждено, что ФИО3 и ФИО5 являются собственниками квартиры <адрес> в городе Петропавловске-Камчатском с 01 декабря 2021 года на основании договора купли-продажи от 30 ноября 2021 года.
30 ноября 2021 года для приобретения указанного жилого помещения между ФИО3, ФИО5 и ПАО «Сбербанк» заключен целевой кредитный договор на сумму 4 400 000 рублей сроком 288 месяцев под 8,60% годовых.
В качестве обеспечения и исполнения обязательств по договору установлено обременение в виде ипотеки в силу закона на квартиру № по указанному адресу в пользу ПАО «Сбербанк» сроком 288 месяцев с даты фактического предоставления кредита.
27 ноября 2024 года между ФИО3 и АО «АльфаСтрахование» заключен договор ипотечного страхования № от 27 ноября 2024 года, объектом которого являются имущественные интересы страхователя (выгодоприобретателя, застрахованного лица), связанные с риском повреждения, гибели или утраты застрахованного имущества - квартиры <адрес> в городе Петропавловске-Камчатском.
Общая страховая сумма – 3 785 539,77 рублей, страховая премия – 2 460,60 рублей, период страхования: с 30 ноября 2024 года по 29 ноября 2025 года.
Выгодоприобретателем является ПАО Сбербанк в размере суммы задолженности по кредитному договору, страхователь – в части, превышающей сумму, подлежащую уплате кредитору по кредитному договору/владельцу закладной.
12 августа 2025 года ФИО3 обратился к истцу с заявлением о страховом событии, указав, что во время землетрясения произошло разрушение стен, лестничных пролетов, фасада дома.
В ходе рассмотрения указанного заявления, было установлено, что распоряжением администрации Петропавловск-Камчатского городского округа от 25 июля 2018 года № 167-р многоквартирный дом <адрес> признан аварийным и подлежащим сносу.
Постановлением администрации Петропавловск-Камчатского городского округа № 2885 от 27 ноября 2024 года для нужд Петропавловск-Камчатского городского округа изъят земельный участок с кадастровым номером № по адресу: г. Петропавловск-Камчатский, <адрес>, а также жилые и нежилые помещения в указанном многоквартирном доме, в том числе, квартира №.
Считая свои права нарушенными, истец обратился в суд с настоящим иском.
Пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота, то есть обязательным условием для применения данной нормы является именно наличие умысла страхователя.
В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 ГК РФ).
Из пункта 20 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 июня 2024 года № 19 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества» следует, что в силу абзаца первого пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при сообщении страхователем страховщику при заключении договора страхования имущества заведомо ложных сведений о существенных обстоятельствах, влияющих на определение вероятности наступления страхового случая и размер возможных убытков от его наступления, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным на основании положений статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если эти обстоятельства не были известны и не должны были быть известны страховщику.
Бремя доказывания факта сообщения страхователем заведомо ложных сведений и их существенного значения лежит на страховщике (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Страховщик при наступлении страхового случая по договору страхования имущества не вправе отказать в выплате страхового возмещения в связи с представлением страхователем заведомо ложных сведений об обстоятельствах, указанных в пункте 1 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации, если договор страхования не признан судом недействительным по иску страховщика на основании статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
При заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику (п. 1 ст. 944 ГК РФ).
Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применении последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 настоящего Кодекса (п. 3 ст. 944 ГК РФ).
Исковые требования основаны на том, что страхователь, несмотря на то, что дом был признан аварийным и подлежащим сносу еще в 2018 году, в заявлении от 27 ноября 2024 года на ипотечное страхование подтвердил, что многоквартирный дом не признан аварийным/ветхим, подлежащим отселению.
Вместе с тем, из содержания приведенных выше норм следует, что сообщение страховщику заведомо ложных сведений при заключении договора страхования может служить основанием для признания этого договора недействительным при доказанности прямого умысла в действиях страхователя, направленного на введение в заблуждение страховщика, и того, что заведомо ложные сведения касаются обстоятельств, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.
При этом обязанность доказывания наличия умысла страхователя при сообщении страховщику заведомо ложных сведений лежит на страховщике.
В силу части 1 статьи 945 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования имущества страховщик вправе произвести осмотр страхуемого имущества, а при необходимости назначить экспертизу в целях установления его действительной стоимости.
Оценив представленные доказательства в их совокупности, суд полагает, что истец в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представил доказательств наличия у ответчика умысла на сообщение ложных сведений истцу при заключении договора страхования.
При оценке действий сторон как добросовестных или недобросовестных следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Более того, вступая в кредитные отношения с банком и передавая тому в залог квартиру, истец обоснованно полагал, что предмет залога – годное жилье, и не в интересах банка предоставлять такой вид кредита под покупку аварийного жилья.
Как следует из пункта 2 статьи 942 Гражданского кодекса Российской Федерации, при заключении договора личного страхования между страхователем и страховщиком должно быть достигнуто соглашение: о застрахованном лице; о характере события, на случай наступления которого в жизни застрахованного лица осуществляется страхование (страхового случая); о размере страховой суммы; о сроке действия договора.
Согласно пункту 2 статьи 9 Закона Российской Федерации от 27 ноября 1992 года № 4015-1 «Об организации страхового дела в Российской Федерации», страховым случаем является совершившееся событие, предусмотренное договором страхования или законом, с наступлением которого возникает обязанность страховщика произвести страховую выплату.
Основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с положениями статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора страхования страхователь обязан сообщить страховщику известные страхователю обстоятельства, имеющие существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления (страхового риска), если эти обстоятельства не известны и не должны быть известны страховщику (пункт 1). Если после заключения договора страхования будет установлено, что страхователь сообщил страховщику заведомо ложные сведения об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, страховщик вправе потребовать признания договора недействительным и применения последствий, предусмотренных пунктом 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации. Страховщик не может требовать признания договора страхования недействительным, если обстоятельства, о которых умолчал страхователь, уже отпали (пункт 3).
В силу положений пункта 3 статьи 944 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительность договора является последствием субъективного поведения страхователя.
Из смысла приведенных норм закона следует, что основанием для признания договора недействительным является сообщение одной стороной договора заведомо ложных сведений, которые повлияли на решение другой стороны заключить договор или имели значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков. По смыслу указанных норм не сообщение страховщику сведений о признании дома аварийным, что могло бы являться основанием для признания договора недействительным, должно отвечать признакам обмана, то есть сообщение информации, не соответствующей действительности, либо намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. При этом юридически значимым является и то, связано ли такое умолчание с тем событием которое уже наступило, имеющего признаки страхового. Бремя доказывания данных юридически значимых обстоятельств лежит на страховщике (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Вместе с тем, такие обстоятельства наличия в действиях (бездействии) ответчика обмана материалами дела не подтверждены, в действиях страхователя при заключении договора страхования не установлено недобросовестности, то есть отсутствует признак обмана.
Так, из объяснений ответчика в судебном заседании следует, что бывший собственник не ставил его в известность о том, что дом признан аварийным и подлежит сносу.
Напротив, по инициативе ответчика, до приобретения квартиры, отчетом об оценке № 2111-0898Л от 22 ноября 2021 года, установлено об отсутствии планируемого сноса или реконструкции жилого дома <адрес> в городе Петропавловске-Камчатском.
Информация о признании дома аварийным и подлежащим сносу в выписке из ЕГРН на момент приобретения квартиры ответчиком, отсутствовала.
Из объяснений ответчика и третьего лица в судебном заседании следует, что они страховали свою квартиру ежегодно с момента ее приобретения, через агента.
Как следует из представленных письменных материалов, копии заключения и решений о признании дома аварийным до заключения оспариваемого договора ответчику не направлялось. Как следует из представленной ответчиком выписки из ЕГРН, на момент приобретения жилого помещения и регистрации права собственности на него, сведения о наличии ограничений в виде изъятия земельного участка и жилого помещения не были указаны.
Таким образом суд приходит к выводу о том, что на момент заключения спорного договора ФИО3, располагая противоречивыми сведениями, фактически не располагал достоверной информацией о признании дома аварийным и подлежащим сносу.
При этом оценке со стороны суда подлежит также то обстоятельство, проявил ли истец требовавшуюся в таких обстоятельствах осмотрительность при совершении оспариваемой им сделки.
В рамках оценки материалов дела судом не установлено проявление со стороны истца должной осмотрительности при заключении договора страхования, при том, что ответчик, не являющийся профессиональным участником рынка страхования и не обладающий специальными познаниями, при наличии противоречивых сведений (о пригодности жилья в соответствии с заключением экспертизы и сообщением администрации со ссылкой на неверный нормативный акт) мог добросовестно заблуждаться относительно аварийности жилья, тогда как истец должен был проверить действительное состояние дома, в том числе мог запросить соответствующие сведения в администрации, чего сделано не было.
При этом то обстоятельство, что ФИО3 направлялось 19 июня 2023 года требование о сносе, данный вывод суда не опровергает, поскольку в указанном требовании содержится ссылка на иное распоряжение администрации Петропавловск-Камчатского городского округа от 05 июля 2018 года № 148 – р.
Также суд отмечает, что бремя истребования и сбора информации о возможных рисках при страховании лежит на страховщике, который должен нести риск последствий заключения договора без соответствующей проверки сведений, составляющих существенные условия договора страхования. При этом, страховщик, являясь лицом, осуществляющим профессиональную деятельность на рынке страховых услуг, не был лишен возможности при заключении договора страхования выяснить обстоятельства, влияющие на степень риска и это право им не было реализовано.
Вручение страхового полиса страховщиком, получение им страховой премии по договору страхования, а также отсутствие претензий во время заключения договора страхования подтверждает согласие страховщика с достаточностью и достоверностью сведений об объекте страхования и достижение соглашения об отсутствии дополнительных факторов риска.
Отсутствие претензий страховщика, по существу полученных им во время заключения договора страхования сведений об этом объекте, до предъявления ФИО3 заявления о возмещении ущерба причиненного землетрясением, свидетельствует о том, что на момент заключения договора страхования, страховщик обладал достаточной информацией о предмете страхования, а последующая выдача им страхового полиса свидетельствует о достижении соглашения между сторонами о стоимости объекта страхования и об отсутствии дополнительных факторов риска.
В случае недостаточности сообщенных страхователем существенных обстоятельств либо сомнений в их достоверности, страховщик мог сделать письменный запрос в адрес страхователя для их конкретизации, запросить документы об объекте недвижимости т.д. Однако страховщик такой запрос не направлял и не воспользовался своим правом проверить состояние подлежащего страхованию имущества, а также достаточность представленных страхователем сведений.
В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 23 февраля 1999 г. № 4-П, гражданин является экономически слабой стороной, нуждается в особой защите своих прав, а потому неустранимые в сложившейся ситуации сомнения должны быть истолкованы в пользу потребителя страховых услуг.
При изложенных обстоятельствах суд полагает установленным, что имеющиеся в деле доказательства, не подтверждают наличия умысла ФИО3 на введение в заблуждение страховщика при заключении договора страхования относительно объекта страхования.
С учетом изложенного оснований для удовлетворения исковых требований у суда не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования АО «АльфаСтрахование» к ФИО3 о признании недействительным договора страхования, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд с подачей жалобы через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Судья подпись М.И. Токарева
Копия верна, судья М.И. Токарева
Мотивированное решение изготовлено 16 марта 2026 года.
Подлинник в деле №2-1656/2026