АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
11 декабря 2025 года г. Гусиноозерск
Гусиноозерский городской суд Республики Бурятия в составе председательствующего по делу судьи Еремеевой А.А., при секретаре судебного заседания Баруткиной В.В., рассмотрев в открытом судебном заседании суда апелляционной инстанции гражданское дело Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия к Мусаева Г.В. о взыскании суммы неосновательного обогащения по апелляционной жалобе представителя истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования России по Республике Бурятия по доверенности Батлаевой Н.А. на заочное решение мирового судьи судебного участка № 3 Селенгинского района Республики Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено:
в удовлетворении исковых требований Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации в Республике Бурятия к Мусаева Г.В. о взыскании суммы неосновательного обогащения отказать.
Изучив материалы гражданского дела, доводы апелляционной жалобы, суд -
УСТАНОВИЛ:
Обращаясь к мировому судье, истец Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Бурятия (далее — истец, ОСФР по Республике Бурятия) обратилось с иском к Мусаевой Г.В. (далее - ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 16177,92 руб. Требования мотивированы тем, что Мусаева Г.В. является получателем страховой пенсии по случаю потери кормильца, была предупреждена об обязанности извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии и иных социальных выплат, о чем ею подписаны письменные обязательства. В ходе тематической проверки был выявлен факт неисполнения упомянутой обязанности, данное обстоятельство повлекло излишнюю выплату пенсии за счет средств бюджета СФР в сумме 16177,92 руб. за период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Решением от ДД.ММ.ГГГГ выплата страховой пенсии по случаю потери кормильца в соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 25 Закона № 400-ФЗ с ДД.ММ.ГГГГ была прекращена. Таким образом, сумма неосновательного обогащения на день подачи иска составила 16 177,92 руб. ДД.ММ.ГГГГ Мусаевой Г.В. было направлено уведомление с предложением добровольного возмещения незаконно полученной суммы, на день подачи иска в суд незаконно полученная сумма в размере 16 177,92 руб. добровольно не возмещена.
В судебное заседание суда первой инстанции стороны не явились, о времени и месте проведения судебного заседания извещены надлежаще, представитель истца Батлаева Н.А. в исковом заявлении просила рассмотреть дело в ее отсутствие, против рассмотрения дела в порядке заочного производства не возражала.
Мировым судьей постановлено вышеуказанное заочное решение.
В апелляционной жалобе представитель истца Батлаева Н.А., действующая основании доверенности, просит отменить заочное решение мирового судьи, принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований. Апелляционная жалоба мотивирована тем, что при принятии решения мировой судья неправильно применил нормы материального права, ссылаясь на то, что в материалах дела имеется заявление Мусаевой Г.В. о назначении пенсии по случаю потери кормильца, в котором она указала, что не работает и предупреждена об обязанности известить орган, осуществляющий пенсионное обеспечение о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии и иных социальных выплат. Мусаева Г.В. в нарушение своих обязанностей, не известила о трудоустройстве на работу к ИП Пинтаеву Д.Ю., что повлекло излишнюю выплату пенсии по случаю потери кормильца. Кроме того, мировой судья в заочном решении указал ссылку на пп. 3п. 1, п. 3 ст. 11 Федерального закона № 166-ФЗ.
В судебное заседание суда апелляционной инстанции стороны не явились, о дате, месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом, от Мусаевой Г.В. поступило заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, в котором она указала, что с требованиями ОСФР по Республике Бурятия она не согласна.
Руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Согласно ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела: недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствах дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
При рассмотрении данного дела такие нарушения судом первой инстанции не допущены.
Судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами гражданского дела, что 04.10.2019 Мусаева Г.В. обратилась в ОСФР по Республике Бурятия с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца (супруга) Мусаев С.М.о. умершего ДД.ММ.ГГГГ, воспитывающая сына Мусаев З.С., ДД.ММ.ГГГГ г.р. Из данного заявления следует, что ответчик была предупреждена о необходимости извещать территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление пенсии, об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Решением ОСФР по Республике Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ Мусаевой Г.В. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ назначена страховая пенсия по случаю потери кормильца.
Решением ОСФР по Республике Бурятия от ДД.ММ.ГГГГ Мусаевой Г.В. прекращено осуществление страховой пенсии по случаю потери кормильца, в связи с тем, что она с ДД.ММ.ГГГГ осуществляла трудовую деятельность по договору гражданско-правового характера. Данное обстоятельство повлекло излишнюю выплату пенсии за счет средств бюджета СФР в сумме 16 177,92 руб. за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается расчетом переплаты пенсии.
Мировой судья, разрешая спор, анализируя представленные доказательства в их совокупности, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, исходил из того, что суммы ежемесячной денежной выплаты по случаю потери кормильца в силу положений ст. 1102 и п. 3 ст. 1109 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) подлежат возврату ответчиком в случае установления недобросовестности с его стороны, в связи с чем, не установив обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестном поведении ответчика Мусаевой Г.В. при получении указанной пенсии, пришел к выводу об отсутствии неосновательного обогащения со стороны ответчика, подлежащего возмещению, в связи с чем, отказал в удовлетворении исковых требований, дополнительно указывая, что бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм, само по себе не обращение Мусаевой Г.В, с заявлением о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение указанных выплат, не свидетельствует о наличии со стороны ответчика недобросовестности.
Суд апелляционной инстанции соглашается с такими выводами мирового судьи, поскольку они подробно мотивированы, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, основаны на представленных доказательствах и нормах материального права, регулирующих спорные правоотношения.
В соответствии с ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 15.12.2001 N 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации» одним из видов пенсии по государственному пенсионному обеспечению является пенсия по случаю потери кормильца.
В соответствии с п. 1 ст. 10 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пунктах 2 и 2.1 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
В ч. 2 данной статьи определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе названы один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 настоящей части, и не работают.
Таким образом, супруг умершего кормильца имеет право на получение пенсии по случаю потери кормильца, если он не выполняет оплачиваемую работу, т.е. является неработающим.
В ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» приведены основания прекращения выплаты страховой пенсии.
Согласно п. 3 ч. 1 ст. 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных п. 2 ч. 2 ст. 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.
В соответствии с ч. 5 ст. 26 вышеуказанного закона пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.
Из ч. ч. 1 и 2 ст. 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных ч. 5 ст. 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобреталель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.
Согласно пп. 3 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.
Из изложенного следует, что неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, т.е. неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, т.е. не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.
По смыслу положений пп. 3 ст. 1109 ГК РФ не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия и т.п., т.е. суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение.
Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.
Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, указанной в постановлении от 26.02.2018 № 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2 Конституции Российской Федерации).
Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).
Истцом указано, что поскольку ответчик не известила ОСФР по Республике Бурятия о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты пенсии, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств, а именно: что Мусаева Г.В. осуществляла трудовую деятельность по договору гражданско-правового характера в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается сведениями о трудовой деятельности Мусаевой Г.В., предоставляемыми из информационных ресурсов ОСФР, она обязана возвратить неосновательное обогащение.
Юридически значимым обстоятельством являлось установление обстоятельств того, имело ли место со стороны ответчика недобросовестность в получении суммы переплаты страховой пенсии по случаю потери кормильца.
Поскольку добросовестность гражданина по требованиям о взыскании излишне выплаченной суммы переплаты пенсии по случаю потери кормильца презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего указанные выплаты, лежит на ОСФР по Республике Бурятия.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что взыскиваемые денежные средства могут быть взысканы с ответчика только в случае установления недобросовестности с её стороны
Между тем представитель ОСФР по Республике Бурятия, ссылаясь на недобросовестность ответчика, которая не увелидомила пенсионный орган об осуществления трудовой деятельности как основании, влекущем за собой прекращение пенсии, таких доказательств не предоставил, при этом, выплата спорной суммы не является счетной ошибкой.
Само по себе неисполнение ответчиком обязанности по извещению ОСФР по Республике Бурятия о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение пенсии в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о недобросовестности ответчика в получении от государства пенсии по случаю потери кормильца.
То обстоятельство, что при обращении за получением пенсии Мусаевой Г.В. подано заявление, в котором было указано, что она предупреждена о необходимости извещать территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера пенсии или прекращение, приостановление, продление пенсии, об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств, не свидетельствует о недобросовестности указанного лица, при этом иных доказательств фактического предупреждения истцом ответчика о необходимости извещения о получении любого дохода либо об ответственности за не предоставление соответствующих сведений (документов), не представлено. При этом указанное заявление подписи Мусаевой Г.В. не содержит.
Помимо этого, судом апелляционной инстанции учитывается, что ОСФР по Республике Бурятия не лишен возможности получения по запросу в рамках межведомственного информационного взаимодействия в соответствующих органах и организациях данных, позволяющих проверить достоверность имеющихся у пенсионного органа сведений, а при поступлении сведений о возможной утрате гражданином права на получение пенсии - приостановить ее выплату для выяснения обстоятельств и проверки фактов, влияющих на продолжение осуществления пенсионным органом выплаты пенсии.
С учетом вышеизложенного, суд апелляционной инстанции полагает верным вывод мирового судьи об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ОСФР по Республике Бурятия о взыскании с Мусаевой Г.В. спорной выплаты, учитывая при этом, что именно на пенсионный орган возложена обязанность не допускать переплаты выделяемых бюджетных средств путем проверки обоснованности предоставления гражданину выплаты.
В рассматриваемом случае наличие договора гражданско-правового характера заключенного Мусаевой Г.В. с ИП Пинтаевым Д.Ю. не является основанием прекращения спорной выплаты.
Сам по себе факт заключения гражданско-правового договора не подтверждает незаконность получения ответчиком мер социальной защиты в виде страховой пенсии по случаю потери кормильца, а также ее оценки в качестве неосновательного обогащения. Доказательств, подтверждающих, что ответчиком фактически выполнялись работы по указанному договору в юридически значимый период и были получены доходы (заработок), не имеется.
Довод апелляционной жалобы на указание в решении ссылки на пп. 3 а. 1, п. 3 ст. 10 Федерального закона № 166-ФЗ, хоть и справедливо, однако на существо спора не влияет, и не может служить основанием для отмены решения.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции и не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.
При указанных обстоятельствах оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам жалобы, суд апелляционной инстанции не усматривает.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 327 - 329 ГПК РФ, -
ОПРЕДЕЛИЛ:
Решение мирового судьи судебного участка № 3 Селенгинского района Республики Бурятия от 18 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Судья А.А. Еремеева
Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 16.12.2025.