ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
21 апреля 2026 года город Петропавловск-Камчатский
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе:
председательствующего судьи Токаревой М.И., при секретаре Никитиной Т.В., с участием истца и ее представителя по доверенности Кузнецова И.Е., представителя третьего лица КГАУ ЦУСО по доверенности Гуторовой И.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, установил:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного оскорблением, в размере 25 000 рублей.
В обоснование требований указано, что 12 февраля 2026 года в период с 12-00 час по 13-00 час ФИО1, находясь в г. Петропавловске-Камчатском, <адрес>, в присутствии ФИО6, ФИО5 и иных лиц, на замечание истца, являющегося заместителем генерального директора по общим вопросам, о недопустимости нахождения на рабочем месте в состоянии алкогольного опьянения, высказал в адрес истца оскорбление. При этом ответчик действовал демонстративно, явно желая оскорбить истца и спровоцировать конфликт. В момент оскорбления истец и ответчик исполняли должностные обязанности в КГАУ «Центр управления спортивными объектами». Действия ответчика негативно повлияли на рабочую атмосферу и деловую репутацию истца, вызвали подрыв доверия к ней как к руководителю. Оскорбление заставило испытать ее унижение и стыд перед коллегами.
Истец и ее представитель в судебном заседании настаивали на удовлетворении исковых требований по изложенным в иске основаниям.
Ответчик в судебное заседание не явился, извещен.
Представитель третьего лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора КГАУ ЦУСО по доверенности ФИО4 в судебном заседании полагала требования подлежащими удовлетворению. Пояснила, что ответчик работал около года, ранее в алкогольном опьянении на рабочем месте замечен не был. 12 февраля 2026 года возник конфликт между ФИО1 и ФИО2, после чего он ушел в отпуск без содержания, а 27 февраля 2026 года уволен по собственному желанию. В связи с поступившей служебной запиской ФИО2 была проведена служебная проверка.
Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей ФИО5 (главный специалист по антитеррористической защищенности и безопасности КГАУ ЦУСО) и ФИО6 (главный инженер КГАУ ЦУСО) подтвердили факт оскорбления ФИО1, находящемся в состоянии алкогольного опьянения, истца, указав, что являлись свидетелями данного события.
Согласно части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.
В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
Разбирательство гражданского дела происходит в судебном заседании с обязательным извещением лиц, участвующих в деле, о времени и месте заседания (статья 155 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что лица, участвующие в деле, извещаются или вызываются в суд заказным письмом с уведомлением о вручении, судебной повесткой с уведомлением о вручении, телефонограммой или телеграммой, по факсимильной связи либо с использованием иных средств связи и доставки, обеспечивающих фиксирование судебного извещения или вызова и его вручение адресату.
В силу части 4 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебное извещение, адресованное лицу, участвующему в деле, направляется по адресу, указанному лицом, участвующим в деле, или его представителем. В случае, если по указанному адресу гражданин фактически не проживает, извещение может быть направлено по месту его работы.
Обязанности суда направить лицам, участвующим в деле, иным лицам судебные извещения и вызовы корреспондирует обязанность лиц, участвующих в деле, известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин (часть 1 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, суд рассматривает дело без их участия (часть 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
В соответствии со статьей 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», неуважительность причины неявки суд вправе признать и тогда, когда он посчитает доставленным юридически значимое сообщение, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.
Таким образом, судебное заседание является процессуальной формой судебного разбирательства, проводимого с обязательным извещением участвующих в деле лиц о времени и месте судебного заседания.
При этом соблюдение правил надлежащего извещения лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания является гарантией соблюдения процессуальных прав указанных лиц, а также гарантией обеспечения действия принципа состязательности и равноправия сторон в ходе судебного разбирательства.
Отсюда вытекает необходимость неукоснительного соблюдения установленного гражданским процессуальным законодательством порядка извещения участвующих в деле лиц с сохранением в деле необходимых доказательств, подтверждающих факт их надлежащего извещения.
В рассматриваемом случае суд находит неявку ответчика неуважительной, поскольку он был извещен надлежащим образом, однако полагает возможным в соответствии с частью 1 статьи 233 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассмотреть дело в порядке заочного судопроизводства.
Выслушав истца, третье лицо, свидетелей, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на защиту своей чести и доброго имени.
В соответствии с положениями статьи 29 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации каждому гарантируется свобода мысли и слова; никто не может быть принужден к выражению своих мнений и убеждений или отказу от них; каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом.
Осуществление указанных прав находится в неразрывном нормативном единстве с положениями части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, и с положениями части 1 статьи 21 Конституции Российской Федерации, согласно которой достоинство личности охраняется государством, и ничто не может быть основанием для его умаления.
Из анализа данных конституционных норм в их взаимосвязи следует, что право на выражение своего мнения не допускает употребление в нем оскорбительных выражений, унижающих защищаемое конституционными нормами достоинство личности каждого.
Оскорбительные выражения являются злоупотреблением правом на свободу слова и выражения мнения, в связи с чем, в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, не допускаются.
В силу требований пункта 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни и т.д. являются личными неимущественными правами, принадлежащими гражданину от рождения или в силу закона.
В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу пункта 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Так, в соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце 6 пункта 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», если субъективное мнение было высказано в оскорбительной форме, унижающей честь, достоинство или деловую репутацию истца, на ответчика может быть возложена обязанность компенсации морального вреда, причиненного истцу оскорблением.
Таким образом, действующее законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства (доброго имени) гражданина путем заявления отдельного требования о компенсации морального вреда. Указанный способ защиты нарушенного права является самостоятельным, и его применение не обусловлено необходимостью одновременного использования какого-либо иного способа защиты.
При этом гражданское законодательство допускает возможность защиты чести и достоинства гражданина путем взыскания компенсации морального вреда и в случае, когда ответчик не был привлечен к административной ответственности по статье 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
Судом установлено и материалами дела подтверждено, что истец ФИО2 является заместителем генерального директора по общим вопросам, структурное подразделение – Дирекция, КГАУ «Центр управления спортивными объектами».
Ответчик ФИО1 на момент рассматриваемого события являлся рабочим по комплексному обслуживанию и ремонту зданий (1 квалификационный уровень), структурное подразделение ФОК «Звездный» КГАУ «ЦУСО».
Из акта о результатах служебного расследования от 16 февраля 2026 года следует, что 12 февраля 2026 года ФИО2, проходя по коридору административного крыла на втором этаже ФОК «Звездный» обратила внимание на сильный запах алкоголя. В приемной директора находился ФИО1, не отрицавший нахождение в состоянии алкогольного опьянения. Истец сообщила, что нахождение сотрудника в состоянии алкогольного опьянения недопустимо, противоречит нормам трудового законодательства и правилам внутреннего трудового распорядка. ФИО1 начал нецензурной бранью высказывать свое мнение в отношении сложившейся ситуации, вести себя агрессивно. По поручению ФИО2 ответчика сопроводили в комнату отдыха. В последующем ФИО1 повторно вошел в приемную и стал объяснять присутствующим, что в ситуации нет ничего особенного. ФИО2 сообщила, что подобная ситуация недопустима, в учреждении находятся взрослые и дети, по нормам Трудового кодекса Российской Федерации, ФИО1 необходимо дать письменные объяснения сложившейся ситуации. Ответчик направился к выходу, размахивая руками и комментируя произошедшее нецензурной бранью, после чего открыл дверь в холл и крикнул оскорбление в адрес истца с использованием нецензурной брани. В холле находились, несовершеннолетние посетители и их сопровождающие. Таким образом, ФИО1 нарушил правила внутреннего трудового распорядка КГУА ЦУСО, когда нецензурно и оскорбительно высказался в адрес ФИО2
Результаты служебного расследования не обжалованы.
Приказом № 87-к от 17 февраля 2026 года ФИО1 уволен из КГАУ ЦУСО с 27 февраля 2026 года по инициативе работника, пункт 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.
Помимо прочего, факт оскорбления с использованием ненормативной лексики в присутствии посторонних лиц, в том числе посетителей ФОК «Звездный», подтверждается пояснениями стороны истца и показаниями допрошенных в судебном заседании свидетелей.
Оценив представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу, что целью ответчика было именно умалить честь и достоинство истца, высказанное ответчиком выражение носит оскорбительный характер, и его высказывание в адрес истца в присутствии посторонних лиц, в том числе ФИО5 и ФИО6, безусловно является основанием для присуждения в пользу истца с ответчика компенсации морального вреда.
Размер компенсации морального вреда в соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.
Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В пункте 2 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации указывается, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага. Так, например, судом может быть взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконными решениями, действиями (бездействием) органов и лиц, наделенных публичными полномочиями.
В рассматриваемом случае причинение морального вреда истцу выразилось в нарушении ответчиком личных неимущественных прав истца, в адрес которой высказано оскорбительное выражение. При этом, само по себе отсутствие внешних проявлений переживания истцом конфликтной ситуации не свидетельствуют об отсутствии оснований для присуждения компенсации морального вреда.
В соответствии со статьей 151, пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации определяется судом, при этом суд не связан той величиной компенсации, на которой настаивает истец, а исходит из требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения, то есть из основополагающих принципов, предполагающих баланс интересов, соответствие поведения участников правоотношений принятым в обществе нормам поведения.
Определяя размер подлежащей взысканию с ответчика денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер совершенных ответчиком действий, степень его вины, возникновение конфликта в условиях стрессовой для истца ситуации, а также степень перенесенных истцом нравственных страданий.
Учитывая изложенное, требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца надлежит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей. По мнению суда, указанный размер компенсирует потерпевшей причиненные ей ответчиком страдания.
В соответствии с частью 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в т.ч. расходы на оплату услуг представителей.
В силу части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (часть 1 статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).
Из содержания приведенных правовых норм следует, что возмещение судебных издержек осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда.
Гражданское процессуальное законодательство при этом исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования, в связи с чем, управомоченной на возмещение таких расходов будет являться сторона, в пользу которой состоялось решение суда: истец - при удовлетворении иска, ответчик - при отказе в удовлетворении заявленных требований.
В целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в т.ч. расходов на оплату услуг представителя, если заявленная ко взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Согласно определений Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004 года № 454-О, № 382-О-О от 17 июля 2007 года обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя и тем самым – на соблюдение баланса интересов лиц, участвующих в деле.
Как установлено судом и следует из материалов дела, между истцом и Кузнецовым И.Е. 13 февраля 2026 года заключен договор на оказание юридических услуг, по условиям которого исполнитель обязуется оказать по заданию заказчика юридические услуги. Из приложения № 1 к договору следует, что истец выдала исполнителю задание по оказанию услуг в виде представления интересов в Петропавловск-Камчатском городском суде по вопросу защиты чести и достоинства, оплатив стоимость услуг в размере 40 000 рублей.
19 февраля 2026 года на представителя оформлена доверенность с правом подписания процессуальных документов.
В рамках исполнения поручения представитель подготовил исковое заявление, ходатайство об истребовании доказательств, принимал участие в одном непродолжительном судебном заседании.
Учитывая участие всего в одном судебном заседании, объем проделанной работы, содержание договора, суд полагает, что заявленные ко взысканию расходы носят явно завышенный и неразумный характер.
Соответственно суд полагает, что размер судебных расходов стороны истца, с учетом проделанной представителями работы носит необоснованный, завышенный и неразумный характер, а потому подлежит снижению до 30 000 рублей.
Данная сумма соответствует характеру и объему проделанной представителем работы, а также принципу разумности и справедливости, сопоставима с расходами за аналогичные услуги.
Также с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199, 233-235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковые требования удовлетворить.
Взыскать с ФИО1, СНИЛС №, в пользу ФИО2, паспорт №, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, расходы на представителя – 30 000 рублей, государственную пошлину – 3 000 рублей.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения в течение семи дней со дня вручения ему копии решения.
Заочное решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в течение месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Судья подпись М.И. Токарева
Копия верна, судья М.И. Токарева
Мотивированное решение изготовлено 06 мая 2026 года.
Подлинник в деле №2-2384/2026