РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
18 июня 2026 года г. Петропавловск-Камчатский
Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в составе судьи Полубесовой Ю.Н., при секретаре Попрядухиной И.С., с участием старшего помощника прокурора г. Петропавловска-Камчатского Маргосовой В.В., истца Гарднер Е.В., представителя истца Яновского Р.С., ответчика Лазаренко А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Гарднер Елены Владимировны к Лазаренко Александру Владимировичу о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение,
УСТАНОВИЛ:
Гарднер Е.В. обратилась в суд с иском к Лазаренко А.В., в котором просил взыскать компенсацию моральный вред в размере 10 000 000 руб., расходы на погребение 185 450 руб., расходы на услуги представителя в размере 35 000 руб.,
Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ по вине ответчика управлявшего транспортным средством №, произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого пассажиру указанного транспортного средства ФИО7 получила закрытую черепно-мозговую травму, сотрясение головного мозга, ушибленную рану затылочной области, была госпитализирован в реанимационное отделение ГБУЗ «Камчатская краевая больница им. А.С. Лукашевского», где не приходя в сознание скончалась ДД.ММ.ГГГГ. Согласно заключению эксперта смерть дочери истца ФИО7 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, проявившейся множественными рубцами лобной области, кровоизлияниями в мягкие ткани головы, переломом костей свода и основания черепа, ушибами головного мозга. Все выявленные повреждения стоят в прямой причинной связи со смертью ФИО7 Допущенные ответчиком нарушения Правила дорожного движения РФ, находятся в прямой причинно-следственной связи с причинением по неосторожности смерти ФИО7 в результате дорожно-транспортного происшествия. За время нахождения дочери истца в больнице и после её смерти ответчик не оказывал никакой помощи семье погибшей. Утрата дочери, похороны, сильно повлияли на психоэмоциональное и физическое состояние истца. Между ней и дочерью были теплые доверительные отношения. После похорон истец находилась на лечении в стационаре дневного пребывания в ГБУЗ «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» с диагнозом «Пролонгированная депрессивная реакция», что повлекло нарушение со стороны сердечно сосудистой системы, ишемическую болезнь сердца, появились проблемы с щитовидной железной, что связано с длительной стрессовой ситуацией. На основании изложенного просила удовлетворить заявленные требования.
Определением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от ДД.ММ.ГГГГ отменено заочное решение от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу № по иску Гарднер Елены Владимировны к Лазаренко Александру Владимировичу о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение.
Истец Гарднер Е.В. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснила, что в августе-сентябре 2014 года она с семьей уезжала за пределы Камчатского края, ее дочь жила дома одна, за ней присматривала подруга. У дочери была своя комната в трехкомнатной квартире. Дочь работала у ответчика в кафе, истец была против этого, хотела, чтобы дочь училась, в этом были разногласия. После смерти дочери истец тяжело переживала утрату, находилась на лечении, принимала антидепрессанты, у неё выявили заболевание щитовидной железы на фоне приема препаратов, начались проблемы с сердцем. Истец также указала, что более 10 лет прошло с момента трагедии, однако она по-прежнему переживает утрату, ответчик не только не извинился, но и оскорблял её и её дочь в ходе судебного разбирательства. Также пояснила, что после трагедии в феврале 2015 года у неё появился первый представитель, с которым она ездила в следственные органы. После объявления амнистии представитель ФИО9 затягивала работу, затем сообщила, что необходимо подавать гражданский иск, с чем истец не согласилась и прекратила с ней сотрудничество. Впоследствии истец неоднократно пыталась найти юристов, однако ей отказывали, когда слышали фамилию Лазаренко. В дальнейшем она заключила договор с ФИО10, которая после отмены заочного решения отказалась от сотрудничества, поскольку Лазаренко начал ее преследовать. В судебном заседании представитель истца ФИО10 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно пояснила, что истец очень тяжело переживала потерю дочери, на сегодняшний день она до сих пор переживает потерю, любое упоминание о дочери вызывает у неё слезы, психологически ей тяжело принимать участи в судебном заседании, вспоминать описанные в иске обстоятельства. Ответчик никогда и ни в чем не оказывал помощь истцу.
Представитель истца Яновский Р.С., действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил суд учесть, что ответчик отрицает сам факт причастности к гибели дочери истца, своей позицией доставляет дополнительные нравственные страдания матери погибшей, что влечет увеличение суммы компенсации морального вреда. Также указал, что по требованиям о компенсации морального вреда сроки исковой давности не распространяются, документы в материалах дела подтверждают, что уголовное дело было возбуждено и прекращено на основании акта об амнистии.
Ответчик Лазаренко А.В. в судебном заседании исковые требования не признал в полном объеме. Пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ он вместе с Рахлинским уехал из кафе и попали в ДТП. Утверждал, что ФИО7 в его машине не было. Ответчик пояснил, что управлял автомобилем, попали в ДТП по его вине, однако понятия не имеет, каким образом дочь истца оказалась на месте происшествия. Он также указал, что не признает вину, показаний в рамках расследования уголовного дела у него не отбирали, он подписал документы, которые дал следователь, не знакомясь с ними. Он также пояснил, что ФИО7 никогда не работала у него в кафе, так как у неё не было медицинской книжки. В его кафе ФИО7 привела повар, она была в неопрятном состоянии, у неё не было денег, она жила у него в помещении в отдельной комнатке, её кормил повар, мать ни разу не пришла к дочери. Ответчик также заявил о пропуске истцом срока исковой давности.
Старший помощник прокурора г. Петропавловска-Камчатского Маргосова Э.В. в судебном заседании полагала требования истца законными и обоснованными, указав, что факт наступления смерти ФИО7 от травм, полученных в результате ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ при участии Лазаренко А.В., нашел свое подтверждение. Требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению с учетом принципа разумности и справедливости. Линия защиты Лазаренко, избранная при рассмотрении дела, направлена на избежание гражданско-правовой ответственности и опровергается материалами дела.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО13 суду пояснил, что работал у ответчика официантом в кафе «Шмель». ДД.ММ.ГГГГ он с ответчиком на автомобиле №, после закрытия кафе поехали домой, он находился на переднем пассажирском сидении.. Когда они садились в машину, кроме них в ней никого не было. Свидетель утверждал, что не видел в машине ФИО7, и не понимает, как она оказалась в больнице. Он знал ФИО7, она не работала в кафе. Также пояснил, что его никто не допрашивали в качестве свидетеля, показаний он не давал.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Ким В.Н. суду пояснил, что видел ФИО7 два раза в кафе «Шмель», она там не работала. Один раз он присутствовал при телефонном разговоре с мамой, после которого ФИО7 убежала в слезах, позже она сказала, что поругалась с мамой. Ему известно о том, что ФИО7 погибла, но обстоятельства ему не известны. В день ДТП он приехал на место происшествия из дома, потом поехал в больницу.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 пояснила, что истца не знает, Лазаренко знает. Она работала в кафе-баре «Тодоликс», куда заходила повар Елена с девушкой по имени Татьяна. Свидетель пояснила, что ей стало известно, что Татьяна негде было жить, Елена её приютила. Однажды Татьяна в конце августа - начале осени 2014 года рассказала ей, что её мама выгнала из дома, якобы отчим приставал, мама это увидела. Татьяна была плохо одета, неухоженная. Свидетель также пояснила, что до этого разговора видела Таню три-четыре раза, они выпили кофе, после разговора видела её только один раз.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО15 пояснила, что с истцом дружит с 1989 года, они дружат семьями. В семье истца были добрые взаимоотношения, понимание. ФИО7 проживала с мамой, у неё была своя комната. После окончания школы ФИО7 училась в музыкальной школе и кулинарном техникуме. Свидетель работала в краевой больнице в реанимации и видела ФИО7 в тяжелом состоянии. Истец приходила в больницу, общалась с реаниматологом. Похороны организовывали супруг Ермолиной и супруг истца. После смерти ФИО7 истец тяжело переживала утрату дочери, постоянно наблюдалась у врачей, были депрессия, бессонница, отсутствие аппетита, подавленное состояние сохраняется до сих пор. Указала, что конфликтов в семье Гарднер не было.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО16 пояснил, что дружит с истцом семьями, а также с ФИО17 При нем ссор и разногласий в семье не было. О случившемся он узнал от супруги, помогал с похоронами. Состояние и здоровье истца после смерти дочери сильно ухудшилось, до трагедии она была веселая, общительная, сейчас наоборот.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО17 пояснил, что проживает с истцом около 25 лет. В 2014 году они проживали совместно на <адрес>, с ними проживала дочь ФИО7, потом родился сын. У дочери была своя комната. Отношения у матери и дочери были нормальные, конфликтов не было, мать никогда не выгоняла дочь. Он воспитывал Татьяну с трехлетнего возраста. ФИО7 на момент смерти работала официанткой в кафе. Утром после ДТП он поехал в больницу, ему отдали вещи дочери. Заведующая реанимации просила не приводить маму, видя её состояние, и просила его приходить раз в неделю. Смерть наступила 30 декабря, организацией похорон занимался он, чтобы не оставлять на праздники. После смерти дочери состояние истца ухудшилось, доходило до психиатрии. Также сообщил, что после смерти дочери Лазаренко с ними не связывался, с похоронами не помогал.
Выслушав участников процесса, свидетелей, заключение прокурора, исследовав материалы гражданского дела, материалы надзорного производства № в отношении Лазаренко А.В., суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.
Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.
Вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).
Из разъяснений, данных в п. 18 постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что судам надлежит иметь в виду, что в силу ст. 1079 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью граждан деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих (источником повышенной опасности), возмещается владельцем источника повышенной опасности независимо от его вины.
По смыслу ст. 1079 ГК РФ, источником повышенной опасности следует признать любую деятельность, осуществление которой создает повышенную вероятность причинения вреда из-за невозможности полного контроля за ней со стороны человека, а также деятельность по использованию, транспортировке, хранению предметов, веществ и других объектов производственного, хозяйственного или иного назначения, обладающих такими же свойствами.
Учитывая, что названная норма не содержит исчерпывающего перечня источников повышенной опасности, суд, принимая во внимание особые свойства предметов, веществ или иных объектов, используемых в процессе деятельности, вправе признать источником повышенной опасности также иную деятельность, не указанную в перечне.
При этом надлежит учитывать, что вред считается причиненным источником повышенной опасности, если он явился результатом его действия или проявления его вредоносных свойств. В противном случае вред возмещается на общих основаниях (например, когда пассажир, открывая дверцу стоящего автомобиля, причиняет телесные повреждения проходящему мимо гражданину).
Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ около 2 часов 00 минут водитель Лазаренко А.В., управляя принадлежащим ему транспортным средством №, на участке проезжей части <адрес> в районе <адрес> г. Петропавловске-Камчатском, при повороте налево, не предоставил преимущество в движении автомобилю №, под управлением ФИО18, двигающегося со встречного направления прямо, в результате чего совершил с ним столкновение(т. 1 л.д. 30).
Обстоятельства произошедшего дорожно-транспортного происшествия подтверждаются постановлением о прекращении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенным старшим следователем СУ УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому капитаном юстиции ФИО19, а также заключением прокуратуры г. Петропавловска-Камчатского по уголовному делу № от ДД.ММ.ГГГГ, представленным из надзорного производства №.
Из материалов надзорного производства следует, что в ходе предварительного следствия установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 2 часов 00 минут водитель Лазаренко А.В., управляя автомобилем марки №, на участке проезжей части <адрес> в районе <адрес>, при повороте налево, не предоставил преимущество в движении автомобилю марки № под управлением ФИО18, двигавшегося со встречного направления прямо, в результате чего совершил с ним столкновение. В результате дорожно-транспортного происшествия пассажир автомобиля № ФИО7 скончалась ДД.ММ.ГГГГ в реанимационном отделении ГБУЗ «Камчатская краевая больница им А.С. Лукашевского».
Как следует из медицинского свидетельства о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 22).
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, на трупе ФИО7 выявлены повреждения: закрытая черепно-мозговая травма (множественные рубцы лобной области (как следы заживления ран), кровоизлияние в мягкие ткани головы правой теменной области, перелом костей свода и основания черепа, ушибы головного мозга с формированием кистозных полостей правой лобной доли, левой лобной доли, правой височной доли, правой теменной доли); закрытая травма живота, проявившаяся разрывом правой доли печени; кровоизлияние в мягкие ткани шеи по задней поверхности; рубцы обоих голеней. Выявленные повреждения стоят в прямой причинной связи со смертью и по признаку опасности для жизни в совокупности квалифицируются как причинившие тяжкий вред здоровью. Выявленный комплекс повреждений свидетельствует о том, что все повреждения являются прижизненными и могли иметь место в условиях дорожно-транспортного происшествия, а именно травма внутри салона автомобиля, при взаимодействии головы, живота и конечностей с деталями салона автомобиля. Смерть ФИО7 наступила от закрытой черепно-мозговой травмы, осложнившейся развитием отека и набухания ткани мозга с включением стволовой части в большое затылочное отверстие.
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ по автотехнической судебной экспертизе, в действиях водителя автомобиля № усматриваются несоответствия требованиям п. 13.12 Правил дорожного движения РФ. В действиях водителя автомобиля № несоответствий требованиям Правил дорожного движения РФ не усматривается. Действия водителя автомобиля № выразившиеся в несоответствии п. 13.12 Правил дорожного движения РФ, с технической точки зрения находятся в причинной связи с данным дорожно-транспортным происшествием.
В силу пункта 1.5 Правил дорожного движения, утвержденных Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Правила), участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
Согласно п. 13.12 Правил дорожного движения РФ при повороте налево или развороте водитель безрельсового транспортного средства обязан уступить дорогу транспортным средствам, движущимся по равнозначной дороге со встречного направления прямо или направо.
Таким образом, суд приходит к выводу о том, что причинение вреда, возникшего в результате столкновения источников повышенной опасности, находится в причинно-следственной связи с действиями ответчика, не убедившегося в безопасности своего маневра.
Из материалов дела следует, что ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дочерью истца Гарднер Е.В., что подтверждается свидетельством о рождении (т. 1 л.д. 20).
Согласно выписному эпикризу ГБУЗ «Камчатский краевой психоневрологический диспансер», Гарднер Е.В. находилась на лечении в стационаре дневного пребывания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «Пролонгированная депрессивная реакция». Из анамнеза следует, что состояние изменилось в ноябре 2014 года после аварии, произошедшей с дочерью. Тяжело переживала данное событие, много плакала, плохо спала, после похорон дочери резко нарушился сон, не могла уделять должного внимания младшему ребенку, устранялась от выполнения обычных домашних дел, не справлялась с работой. Состояние длительное время оставалось неустойчивым, сохранялась актуальность психотравмирующей ситуации.
Допрошенная в качестве потерпевшей в ходе предварительного следствия Гарднер Е.В. показала, что у неё была дочь ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, которая погибла в результате дорожно-транспортного происшествия, отца у дочери не было, в свидетельстве о рождении отец записан с её слов. В ноябре Татьяна подрабатывала в качестве официантки в кафе «Шмель». ДД.ММ.ГГГГ Татьяна ушла на работу и после окончания ночной смены должна была вернуться домой. Около 8 часов утра ДД.ММ.ГГГГ ей стало известно, что её дочь, возвращаясь с работы, находясь на заднем пассажирском сиденье автомобиля под управлением директора кафе «Шмель» - Лазаренко А. в результате произошедшего дорожно-транспортного происшествия получила телесные повреждения была госпитализирован в Камчатскую краевую больницу им. А.С. Лукашевского. ДД.ММ.ГГГГ её дочь, не приходя в сознание скончалась в реанимационном отделении указанной больницы. Её дочь была веселым, жизнерадостным человеком. Вела активный образ жизни, трудолюбива, помогала семье, была полностью здоровым ребенком, вредных привычек не имела(т. 1 л.д.30-37).
В нарушение требований ст. 56 ГПК РФ ответчиком доказательства отсутствия вины в совершении дорожно-транспортного происшествия, повлекшего смерть ФИО7, не представлены.
Согласно постановлению о прекращении уголовного дела № от ДД.ММ.ГГГГ, уголовное дело в отношении обвиняемого Лазаренко А.В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, вследствие акта об амнистии — Постановления Государственной Думы от ДД.ММ.ГГГГ № ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов».
Из материалов надзорного производства следует, что ДД.ММ.ГГГГ Лазаренко А.В. было объявлено постановление о привлечении в качестве обвиняемого от ДД.ММ.ГГГГ. Допрошенный в качестве обвиняемого Лазаренко А.В. показал, что автомобиль № он приобрел в 2012 году, на момент ДТП автомобиль был технически исправен. Вину в предъявленном обвинении признает в полном объеме, в содеянном раскаивается. Подтвердил, что ДД.ММ.ГГГГ, управляя автомобилем № двигаясь по проезжей части <адрес>, при выполнении маневра поворот налево не уступил дорогу движущемуся со встречного направления прямо автомобилю под управлением ФИО18, в результате чего совершил столкновение. В результате ДТП пассажир его автомобиля — ФИО7 от полученных травм скончалась в больнице. Давать какие-либо ещё пояснения не желал, вину признал полностью, в содеянном раскаялся.
Указанные показания Лазаренко А.В. были даны им в присутствии защитника — адвоката ФИО20, что подтверждается материалами надзорного производства. Более того, ДД.ММ.ГГГГ Лазаренко А.В. в присутствии защитника заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела по п. 3 ч. 1 ст. 27 УПК РФ, то есть по не реабилитирующему основанию, что также подтверждается материалами надзорного производства и постановлением о прекращении уголовного дела.
В судебном заседании ответчик Лазаренко А.В. изменил свою позицию, утверждая, что не признает вину, что показаний в рамках расследования уголовного дела он не давал, не знакомился с материалами уголовного дела, а только подписал документы, которые дал следователь. Вместе с тем, возражения Лазаренко А.В. в судебном заседании опровергаются письменными доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе материалами надзорного производства №, в которых содержатся его собственноручные показания, данные в присутствии адвоката, а также его ходатайство о прекращении уголовного дела по амнистии.
Суд критически относится к показаниям ответчика в судебном заседании, расценивая их как избранный способ защиты, направленный на избежание гражданско-правовой ответственности, поскольку они противоречат совокупности письменных доказательств, собранных в ходе предварительного следствия непосредственно после произошедших событий.
Суд также критически относится к показаниям свидетеля ФИО13, данным в судебном заседании, в части утверждения об отсутствии ФИО7 в автомобиле ответчика.
Как следует из материалов надзорного производства, допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 в ходе предварительного следствия показал, что ДД.ММ.ГГГГ около 2 часов 00 минут он находился на переднем пассажирском сидении автомобиля «BMW X5» под управлением Лазаренко А.В., и с ними в автомобиле, на заднем пассажирском сидении, находилась ФИО7 После столкновения, когда автомобиль остановился, он вышел из салона и увидел лежащую на асфальте справа от автомобиля ФИО7, которая кричала от боли.
В судебном заседании свидетель ФИО13 изменил свои показания, утверждая, что не давал таких показаний следователю, и что ФИО7 в машине не было.
В ходе судебного заседания свидетелю были оглашены его показания, данные в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 34), однако он настаивал, что не давал таких показаний. После предупреждения об уголовной ответственности по ст.ст. 307, 308 УК РФ свидетель продолжал настаивать на своей позиции.
При этом свидетель не смог объяснить причину противоречий. Суд полагает правдивыми показания указанного свидетеля, данным в ходе предварительного следствия, поскольку они были даны непосредственно после событий. Показания свидетеля ФИО13 в судебном заседании суд расценивает, как попытку помочь ответчику избежать ответственности, с которым он, как пояснил в судебном заседании, поддерживает дружеские отношения.
Довод ответчика Лазаренко А.В. о непривлечении к участию в деле ПАО «Росгосстрах», в которой, по его утверждению, была застрахована его гражданская ответственность как владельца транспортного средства, и которая должна была произвести компенсацию морального вреда, судом отклоняется.
В силу ч. 3 ст. 40 ГПК РФ право определения надлежащего ответчика принадлежит истцу. Гарднер Е.В. предъявила исковые требования о компенсации морального вреда непосредственно к причинителю вреда — Лазаренко А.В. Иск носит характер деликтного требования, вытекающего из причинения вреда источником повышенной опасности, и ответственность за его возмещение в силу ст.ст. 1064 и 1079 ГК РФ возлагается непосредственно на владельца источника повышенной опасности.
Суд учитывает, что заявленные истцом требования о компенсации морального вреда не относятся к страховому покрытию по договору ОСАГО. Истцом не заявлялось требований о взыскании страхового возмещения в пределах лимита ответственности страховщика, интересы страховой компании при рассмотрении дела не затронуты.
Кроме того, ответчиком в нарушение положений ст. 56 ГПК РФ не представлено суду доказательств, подтверждающих наличие действующего на момент дорожно-транспортного происшествия договора страхования его гражданской ответственности.
Вместе с тем, суд обращает внимание на внутреннюю противоречивость позиции ответчика, которая имеет существенное значение для оценки его доводов в совокупности. На протяжении всего судебного разбирательства Лазаренко А.В. настаивал на том, что ФИО7 не находилась в принадлежащем ему транспортном средстве в момент дорожно-транспортного происшествия, отрицал факт перевозки погибшей в качестве пассажира. С другой стороны, ответчик указывал на непривлечение к участию в деле страховой компании, ссылаясь на положения Федерального закона «Об ОСАГО», регулирующие возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью потерпевших при использовании транспортного средства.
Указанные доводы находятся в очевидном противоречии: институт страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств применяется исключительно при наступлении страхового случая, то есть при причинении вреда в результате использования транспортного средства. Если, по утверждению самого ответчика, погибшая не находилась в его автомобиле, то страховой случай с его участием в отношении ФИО7 не наступает, и обращение к страховщику в таком случае было бы лишено правового смысла.
Таким образом, ответчик, отрицая факт нахождения ФИО7 в его автомобиле, одновременно указывает на необходимость применения механизма страхового возмещения, что возможно лишь при признании данного факта. Суд расценивает данное противоречие как свидетельство недобросовестности позиции ответчика, направленной на уклонение от гражданско-правовой ответственности.
Из выписного эпикриза ГБУЗ «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» установлено, что Гарднер Е.В. по направлению врача-психотерапевта госпитализирована в стационар дневного пребывания, где проходила лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Анамнез со слов пациентки: состояние изменилось в ноябре 2014 года после аварии, произошедшей с дочерью. Тяжело переживала данное событие, много плакала, плохо спала, но на работу ходила, «чтобы отвлекаться», но справлялась с трудом. После похорон дочери резко нарушился сон, не может уделять должного внимания младшему ребенку, устраняется от выполнения обычных домашних дел, не справляется с работой. Психический статус: рассказывая о случившемся в начале беседы, сдерживает слезы, но погружаясь в воспоминания, начинает плакать. Состояние длительное время оставалось неустойчивым, невротические жалобы, сохранялась актуальность ситуации психотравмы. На фоне лечения состояние стабилизировалось, может продолжать лечение амбулаторно под наблюдением врача-психотерапевта(т. 1 л.д. 41-40).
Согласно психологическому заключению психогигиенического центра ГБУЗ «Камчатский краевой психоневрологический диспансер» от ДД.ММ.ГГГГ из беседы с Гарднер Е.В. стало известно, что её дочь попала в аварию, умерла в больнице. Отношения с дочерью были теплыми, дружескими, они часто выезжали всей семьей на материк. Дочь была жизнерадостным, позитивным человеком. Строила планы на будущее. В данное время Гарднер Е.В. не знает как ей жить дальше без соей любимой дочери, не может смириться с её смертью, не может понять почему именно с её дочерью это произошло, не может спать по ночам, не может нормально питаться, нет аппетита, постоянно плачет, не хочет ничего делать, не может долго находиться дома, чувствует себя одиноко без дочери. В результате психологического исследования выявлена депрессия ситуативного характера, снижение адаптационных возможностей, непринятие смерти дочери, нарушение эмоциональной сферы с временным регрессом, что позволяет сделать вывод о невротической реакции, обусловленной гибелью дочери(т. 1 л.д. 38-39).
В судебном заседании истец также пояснила, что после смерти дочери более года ей приходилось принимать антидепрессанты, у неё выявили заболевание щитовидной железы на фоне приема препаратов, затем начались проблемы с сердцем.
Свидетели ФИО15, ФИО16 и ФИО17 подтвердили в судебном заседании, что после смерти дочери состояние истца ухудшилось, она длительное время находилась в подавленном состоянии, наблюдалась у врачей, принимала препараты.
Суд критически относится к показаниям свидетелей приглашенных ответчиком - Ким В.Н. и ФИО14 о неблагополучном характере взаимоотношений между ФИО7 и Гарднер Е.В., которые с дочерью истца в близких доверительных отношениях не находились, показания данных свидетелей не могут охарактеризовать фактически сложившиеся отношения между матерью дочерью.
При этом, из показаний свидетелей ФИО15, ФИО16 и ФИО17, допрошенных в судебном заседании по ходатайству стороны истца, следует, что в семье истца были добрые взаимоотношения, ФИО7 проживала с матерью, у неё была своя комната, конфликтов в семье не было. Свидетель ФИО17 также подтвердил, что истец никогда не выгоняла дочь из дома.
Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В силу положений ст. 1083 ГК РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Применительно к ст. 1083 ГК РФ грубой неосторожностью потерпевшего могут быть признаны только такие его неосторожные действия либо бездействие, которые в значительной мере обусловили наступление соответствующего события или обусловили увеличение тяжести его последствий. При этом обязанность по доказыванию грубой неосторожности потерпевшего возложена на владельца источника повышенной опасности.
Судом установлено, что смерть ФИО7 наступила в результате дорожно-транспортного происшествия по вине ответчика Лазаренко А.В. Истец Гарднер Е.В., являясь матерью погибшей, утратила близкого родственника, что, безусловно, причинило ей нравственные страдания и глубокие душевные переживания. Между истцом и погибшей были теплые, доверительные отношения, что подтверждается показаниями свидетелей.
При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства произошедшего, характер и степень нравственных страданий истца, связанных с утратой дочери, которую она воспитывала с рождения, её возраст (18 лет), а также индивидуальные особенности истца, перенесшей длительное лечение в связи с психоэмоциональным расстройством, вызванным гибелью дочери.
Суд также принимает во внимание поведение ответчика после произошедшего и в ходе судебного разбирательства. В ходе предварительного следствия ответчик признавал вину в полном объеме и раскаивался в содеянном. Однако в судебном заседании ответчик изменил свою позицию, отрицал факт нахождения погибшей в своем автомобиле, заявлял о фальсификации материалов уголовного дела, давал противоречивые и недостоверные пояснения. Судом установлено, что ответчик не оказывал какой-либо помощи и поддержки семье погибшей, не присутствовал на похоронах, не принес извинений.
Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у ответчика раскаяния и понимания тяжести содеянного, что причиняет истцу дополнительные нравственные страдания.
Принимая во внимание установленные обстоятельства, явно свидетельствующие о наличии между погибшей ФИО7 при жизни и истицей близких, семейных взаимоотношений, суд полагает, что в связи со смертью дочери в результате дорожно-транспортного происшествия истице причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях и переживаниях, эмоциональной болью, в связи со смертью близкого человека, в связи с чем имеются основания для удовлетворения требований истца о компенсации ей за счет ответчика морального вреда.
С учетом изложенного, руководствуясь принципами разумности и справедливости, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, возраст погибшей, характер и глубину нравственных страданий истца, обусловленных смертью близкого человека, индивидуальные особенности истца, перенесшей длительное лечение, то, что утрата дочери, необратимый разрыв семейных связей повлекли нарушение неимущественного права истца на родственные и семейные связи, а также поведение ответчика, не оказавшего поддержки семье погибшей, отрицающего очевидные факты, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 1 800 000 руб. Указанная сумма, по мнению суда, является разумной и справедливой, соответствует степени нравственных страданий истца и не является завышенной.
Рассматривая требование истца о взыскании расходов на погребение ФИО7 в сумме 184 450 руб. и ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.
В силу п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.
Пунктом 2 ст. 199 ГК РФ установлено, что исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Таким образом, истцу было известно о нарушении ее права в 2014 году при несении расходов на погребение, когда ответчик не предложил помощи.
С настоящим иском Гарднер Е.В. обратилась в суд ДД.ММ.ГГГГ, то есть с пропуском установленного законом срока исковой давности.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п.12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.
Доказательств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности истцом не представлено.
Пунктом 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, связанных с применением норм ГК РФ об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абз. 2 п. 2 ст. 199абз. 2 п. 2 ст. 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.
Принимая во внимание установленные обстоятельства, суд приходит к выводу, что требования Гарднер Е.В. к Лазаренко А.В. о взыскании расходов на погребение ФИО7 в сумме 184 450 руб. удовлетворению не подлежат в связи с пропуском истцом срока исковой давности.
Вместе с тем, суд считает необходимым отметить, что в соответствии с п. 1 ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина.
Поскольку истцом заявлены требования о компенсации морального вреда, причиненного в связи со смертью близкого родственника, данные требования связаны с возмещением вреда, причиненного жизни и здоровью, а потому срок исковой давности на них не распространяется. Заявление ответчика о применении срока исковой давности в этой части подлежит отклонению.
В силу ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.
В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение, подлежат возмещению другой стороной, расходы по оплате услуг представителя в разумных пределах.
В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы истца по оплате юридических услуг составили 35 000 руб.(т. 1 л.д. 27-29, 92).
Принимая во внимание характер спора, фактические обстоятельства и сложность гражданского дела, длительность его рассмотрения, срочность оказания услуг, степень процессуальной активности представителя, состав и объем фактически проведенной представителем профессиональной юридической помощи, качество и результат предоставленных услуг, сложившуюся в регионе стоимость оплаты конкретных юридических услуг, а также учитывая принципы разумности и соразмерности расходов, баланс интересов сторон, суд приходит к выводу о разумности и обоснованности в данном случае судебных издержек на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляются в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
В силу разъяснений в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» истцы по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья, в соответствии с подп. 3 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождаются от уплаты государственной пошлины.
Таким образом, государственная пошлина от уплаты которой истец была освобождена при обращении с данным иском в суд, в силу требований ст. 103 ГПК РФ подлежит взысканию в доход местного бюджета с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, в размере 3 000 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск Гарднер Елены Владимировны удовлетворить частично.
Взыскать с Лазаренко Александра Владимировича (№) в пользу Гарднер Елены Владимировны (№) компенсацию морального вреда в размере 1 800 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 35 000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований Гарднер Елены Владимировны отказать.
Взыскать с Лазаренко Александра Владимировича (№) в доход бюджета Петропавловск-Камчатского городского округа государственную пошлину в размере 3 000 руб.
Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 2 июля 2026 года.
Судья подпись Ю.Н. Полубесова
Копия верна:
Судья Ю.Н. Полубесова