АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ
13 октября 2026 года г.Петропавловск-Камчатский
Камчатский краевой суд в составе:
судьи Алексеевой О.В., при секретаре Изумрудовой И.Н., с участием:
прокурора Говорова А.В., защитника – адвоката Елисафенко А.С., представителя заинтересованного лица – адвоката Фещенко Е.А., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО1 на постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 27 августа 2026 года, установил:
Постановлением Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 27 августа 2026 года, на основании п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ конфискован и обращён в доход государства автомобиль «Хонда АшЭр-Ви», г.р.з. № находящийся на хранении у свидетеля ФИО1
Приговором Петропавловск-Камчатского городского суда края от 22 мая 2026 года ФИО2 осуждён по ч.2 ст.264.1 УК РФ, с применением ст. 70,73 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы, условно, с лишением на 4 года права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, по вступлении приговора в законную силу, находящийся на хранении у свидетеля ФИО1 автомобиль марки «Хонда АшЭр-Ви», государственный регистрационный знак №, постановлено оставить у неё.
Апелляционным постановлением Камчатского краевого суда от 14 июля 2026 года приговор суда от 22 мая 2026 года в части разрешения судьбы вещественного доказательства – автомобиля марки «Хонда АшЭр-Ви», государственный регистрационный знак № отменен, уголовное дело в этой части передано на новое судебное рассмотрение в порядке, предусмотренном ст.399 УПК РФ.
В апелляционной жалобе заинтересованное лицо ФИО1, считает постановление незаконным, необоснованным и подлежащим отмене.
Обращает внимание, что в качестве доказательств мнимости сделки купли-продажи автомобиля, суд первой инстанции использовал фотоснимки с автоматических технических средств, представленные прокурором в апелляционном представлении, как доказательства. Вместе с тем, эти доказательства не были исследованы судом первой инстанции, не было обосновано невозможность их представления ранее.
Ссылаясь на ст.37, ч.5 ст.246 УПК РФ, отмечает, что прокурор не наделён правом предоставлять новые доказательства, так как его полномочия ограничены представлением доказательств, добытых на стадии предварительного следствия.
Таким образом, использование этих данных без процессуального закрепления нарушает принцип состязательности сторон и требования ст. 75 УПК РФ.
Приводя положения п. «д» ч.1 ст.104.1 УК РФ, п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», указывает, что она приобрела автомобиль у ФИО2 7 мая 2025 года по договору купли-продажи, оплатила его стоимость и поставила на учёт в ГИБДД. Автомобиль был приобретён за счёт кредитных средств, что подтверждается кредитным договором.
Вместе с тем, суд признал сделку купли-продажи от 7 мая 2025 года мнимой, основываясь на эксплуатации автомобиля ФИО2, однако ранее, 17 апреля 2025 года и 29 июля 2025 года суды уже устанавливали право собственности ФИО1 на автомобиль и отказывали в его аресте, конфискации.
Передача автомобиля ФИО2 была связана с его профессиональной деятельностью по ремонту автомобиля, а не с переходом права собственности. Кроме того суд не учёл, что ФИО2 занимается ремонтом и перепродажей автомобилей, и что спорный автомобиль был приобретён им для ремонта.
Представленные сведения средств автоматической фото и видео фиксации не могут являться доказательством недействительности договора купли-продажи транспортного средства.
Считает предположительным, основанным на недостоверных данных вывод суда о регулярной эксплуатации и принадлежности автомобиля осуждённому.
Приводя положения ст.1, 10, 170, 209 ГК РФ, а также в Определении Верховного Суда РФ от 12.04.2022 № 78-КГ22-8-КЗ, 2-923/2020, указывает, что сделка купли-продажи автомобиля была реальной, стороны имели намерение её исполнить, что подтверждается документами. Использование автомобиля ФИО2 с согласия собственника не может свидетельствовать о мнимости сделки.
Полагает, что допущенные судом первой инстанции нарушения материального и уголовно-процессуального права повлияли на постановление законного, обоснованного и справедливого судебного акта, в результате исполнения которого она будет лишена своей собственности, что как следствие приведёт к нарушению её Конституционных прав, закреплённых в ст.35 Конституции РФ.
Просит постановление отменить, принять новый судебный акт, в соответствии с которым автомобиль оставить по принадлежности свидетелю ФИО1
В возражениях на апелляционную жалобу старший помощник прокурора г.Петропавловска-Камчатского Калнина А.П., считает постановление законным и обоснованным, не подлежащим отмене.
Заслушав пояснения адвокатов Фещенко Е.А. и Елисафенко А.С., поддержавших доводы апелляционной жалобы, а также мнение прокурора Говорова А.В., полагавшего доводы апелляционной жалобы не подлежащими удовлетворению, суд апелляционной инстанции, проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, приходит к следующим выводам.
В силу п. «д» ст.104.1 УК РФ конфискации подлежит транспортное средство, принадлежащее обвиняемому и использованное им при совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ.
Исходя из изложенного, конфискация имущества, указанного в ст.104.1 УК РФ, по общему правилу является обязательной мерой уголовно-правового характера. Она подлежит применению при наличии двух условий: транспортное средство принадлежит обвиняемому и использовалось им при совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ.
В соответствии с п. 3 (1), (2) постановления Пленума Верховного Суда РФ от 14 июня 2018 года № 17 «О некоторых вопросах, связанных с применением конфискации имущества в уголовном судопроизводстве», для целей главы 15.1 Уголовного кодекса Российской Федерации принадлежащим обвиняемому следует считать имущество, находящееся в его собственности, а также в общей собственности обвиняемого и других лиц. Факт принадлежности обвиняемому транспортного средства, использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, относится к предмету доказывания по уголовному делу и должен быть установлен судом на основе исследованных в судебном заседании доказательств. При этом следует учитывать, что исходя из положений п.1 ст.223 ГК РФ право собственности на транспортное средство возникает у лица, являющегося приобретателем, с момента передачи ему такого средства, а не с момента государственной регистрации уполномоченным органом, если иное не предусмотрено законом или договором.
В тех случаях, когда по делу о преступлении, предусмотренном ст. 264.1 УК РФ, представленные обвиняемым сведения об отчуждении транспортного средства, использованного при совершении преступления, опровергаются исследованными материалами дела и судом будет установлено, что транспортное средство продолжает принадлежать обвиняемому, оно также подлежит конфискации.
Приведённые требования закона, а также разъяснения Пленума Верховного Суда РФ полностью учтены судом первой инстанции.
Из материалов уголовного дела следует, что при совершении 27 февраля 2026 года преступления, предусмотренного ч.2 ст.264.1 УК РФ, ФИО2 использовал автомобиль Хонда АшЭр-Ви», государственный регистрационный знак №
Как следует из совокупности показаний Елисафенко И.С., данных в ходе дознания и в судебном заседании, свидетеля ФИО1, данных в ходе дознания, 7 мая 2025 года между ними был заключен договор купли-продажи автомобиля «Хонда АшЭр-Ви», г.р.з. № за 620 000 рублей; 27 февраля 2026 года ФИО2 с разрешения ФИО1 управлял данным автомобилем.
Кроме того, судом установлено, что 10 мая 2025 года, то есть через три дня после формальной продажи, ФИО2 управлял этим автомобилем в состоянии опьянения, за что 29 июля 2025 года был осуждён по ч.1 ст.264.1 УК РФ.
27 февраля 2026 года ФИО2 вновь совершил преступление, управляя этим же транспортным средством.
Из фотоснимков, изготовленных работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, усматривается, что 26 февраля 2026 года ФИО1 автомобилем не управляла, находилась на переднем пассажирском сиденье. ФИО2 в судебном заседании не отрицал, что периодически управлял транспортным средством с согласия ФИО1
Давая оценку представленным материалам и, учитывая, что осуждённый после совершения преступления 10 мая 2025 года продолжил управлять вышеуказанным автомобилем, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о том, что фактическим владельцем автомобиля является именно ФИО2, а договор купли-продажи от 7 мая 2025 года заключён между осуждённым и ФИО1 фиктивно с целью обхода имущественных взысканий и возможной конфискации транспортного средства.
Согласно ч.1 ст.223 и ч.1 ст.224 ГК РФ право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента её передачи. Передачей признается вручение вещи приобретателю. Однако учитывая, что на момент совершения преступлений, предусмотренных ч.1, 2 ст.264.1 УК РФ в 2025 и 2026 годах, транспортное средство находилось в непосредственном владении ФИО2, несмотря на представленные договор купли-продажи, акт приёма-передачи и свидетельство о регистрации автомобиля на имя ФИО1, они обоснованно не признаны подтверждающими отчуждение автомобиля у осуждённого.
По этим же основаниям не подтверждают право собственности ФИО1 на автомобиль налоговое уведомление по транспортному налогу в размере 980 рублей и квитанция об оплате, предоставленные суду апелляционной инстанции одновременно со сведениями о наличии у ФИО1 иного транспортного средства.
При указанных обстоятельствах довод о нарушении права собственности ФИО1 является необоснованным.
Вывод суда о фактической принадлежности автомобиля ФИО2 основан на совокупности исследованных судом доказательств.
Из постановления следует, что суд первой инстанции не только констатировал наличие указанных в законе требований для конфискации автомобиля, но и установил факт принадлежности транспортного средства осуждённому, а также учёл все конкретные обстоятельства дела при разрешении указанного вопроса.
Судом верно, с приведением соответствующих мотивов дана критическая оценка доводу о приобретении автомобиля ФИО1 за кредитные средства.
Вопреки доводу апелляционной жалобы о том, что право собственности ФИО1 на автомобиль установлено приговором от 29 июля 2025 года и постановлением об отказе в наложении ареста на имущество от 17 апреля 2025 года, указанные судебные решения в силу положений ст.90 УПК РФ не имеют преюдициального значения для разрешения судьбы вещественного доказательства по настоящему уголовному делу.
При таких обстоятельствах, ввиду отсутствия доказательств передачи транспортного средства ФИО1, а также с учётом регулярной эксплуатации автомобиля осуждённым, суд первой инстанции пришёл к обоснованному выводу о принадлежности автомобиля ФИО2 после 7 мая 2025 года, в связи с чем принял решение о его конфискации и обращении в собственность государства.
Выводы суда убедительно мотивированы, оснований не согласиться с ними у суда апелляционной инстанции не имеется.
При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции при проверке материалов уголовного дела по доводам жалобы не находит оснований для отмены постановления суда.
На основании изложенного, руководствуясь ст.38913, 38920 и 38928 УПК РФ, суд апелляционной инстанции постановил:
Постановление Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 27 августа 2026 года в отношении ФИО2, оставить без изменения, а апелляционную жалобу заинтересованного лица ФИО1 – без удовлетворения.
Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции.
Судья