ВЕРХОВНЫЙ СУД
РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ
Судья Герасимова Ю.В. ( № 2-822\2025)
УИД: 04RS0021-01-2025-000742-05
Поступило 31.10.2025 г.
дело № 33-3009/2025
АПЕЛЛЯЦИОННОЕОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Улан-Удэ 15 декабря 2025 года
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе:
председательствующего судьи Вагановой Е.С., судей коллегии: Чупошеве Е.Н., Рабдановой Г.Г., при секретаре Раднаевой С.Е., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Жарникова Анатолия Константиновича к Куницыной Ольге Викторовне о признании сделки недействительной по апелляционной жалобе представителя Шабаева Т.С. в интересах ответчика Куницыной О.В. на решение Советского районного суда г.Улан-Удэ от 04.08.2025 года, которым исковые требования Жарникова Анатолия Константиновича удовлетворены.
Признан недействительным договор дарения квартиры от 09 октября 2025 г. заключенный между Жарниковым Анатолием Константиновичем и Куницыной Ольгой Викторовной.
Применены последствия недействительности договора дарения квартиры от 09.10.2025 г., стороны возвращены в первоначальное положение.
Исключена из ЕГРН запись о государственной регистрации перехода права собственности на жилое помещение, квартиру с кадастровым номером: ... по адресу: г. Улан-Удэ, ул. <...> с восстановлением права собственности Жарникова Анатолия Константиновича на данное жилое помещение.
Заслушав доклад судьи Рабдановой Г.Г., выслушав стороны, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Истец Жарников А.К. обратился в суд с иском к Куницыной О.В. о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной в гор.Улан-Удэ, ул. <...> заключенного ... г.
Требования мотивированы тем, что при заключении договора дарения истец в силу преклонного возраста, в отсутствие повода, оформил договор дарения принадлежащей ему квартиры, при том, что какой-либо близкой родственной связи с ответчиком он не имеет. Кроме того, истец не обладает юридическими познаниями, о факте совершения сделки помнит смутно, содержание и суть сделки пояснить не может. В настоящее время оба сына истца скончались, но есть внук, которому ответчик родственником также не является.
В судебном заседании истец Жарников А.К., представители Жарников А.А., Акулов И.И. просил требования удовлетворить.
Остальные стороны не явились, уведомлены надлежаще.
Судом постановлено приведенное выше решение.
В апелляционной жалобе представитель ответчика Шабаев Т.С. просит решение суда отменить. Указывает, что вывод суда первой инстанции о том, что истец на момент совершения сделки не был способен понимать значение своих действий и руководить ими противоречит заключению комплексной стационарной судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной ГБУЗ «Республиканский психоневрологический диспансер». Согласно заключения указанной экспертизы Жарников А.К. на момент совершения сделки не страдал каким-либо хроническим или временным психическим расстройством либо иным болезненным (психотическим) состоянием психики. По своему психическому состоянию мог понимать значение своих действий и руководить ими. Таким образом полагает, что основное условие для применения ст. 177 ГК РФ – неспособность понимать значение своих действий и руководить ими - экспертизой опровергнуто. В обоснование своих выводов суд сослался на заключение психолога, указавшего на то, что истце находился в «острой фазе переживания горя» и «был уязвим для психологического давления». На этом основании суд сделал вывод о неспособности истца понимать значение своих действий. Однако выводы психолога о «пассивности», «доверчивости» и «уязвимости» не тождественны юридическому критерию «неспособности понимать значение своих действий и руководить ими». Суд не учел, что экспертизой не установлено наличие у истца устойчивых индивидуально-психологических особенностей (внушаемости, подчиняемости), которые могли бы повлиять на его волю. Напротив, психолог отметил у истца стеничные (сильные) черты характера: общительность, уверенность в себе, склонность отстаивать свои взгляды. Судом не приняты во внимание пояснения нотариуса, подробно описавшей адекватное состояние Жарникова А.К., который внятно объяснил мотивы дарения, подтвердил осознание последствий, отверг альтернативные варианты (рента, завещание). Длительная и осмысленная беседа с нотариусом подтверждается видеозаписью. Необоснованно было отклонено ходатайство о допросе врачей психоневрологического диспансера, выдавших накануне сделки справку об отсутствии психических расстройств у истца. Не дана оценка пояснениям самого истца, осознававшего суть совершаемой сделки. Сделка была нотариально удостоверена, нотариус также каких-либо препятствий не усмотрел. Квартиру истец подарил добровольно, в благодарность за заботу и уход, который ответчик осуществляла за ним и его тяжелобольным сыном, а также в тяжелый для него период после смерти сына.
В суде апелляционной инстанции ответчик Куницына О.В., ее представитель Шабаев Т.С. доводы апелляционной жалобы поддержали.
Истец Жарников А.В., представитель истца Акулов И.И. находят решение суда первой инстанции законным и обоснованным.
Остальные лица в суд не явились, извещены надлежаще.
Судебная коллегия в соответствии со ст. 167 ГПК РФ считает возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц. При этом суд исходит из надлежащего извещения участников процесса о рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, в том числе путем размещения соответствующей информации на сайте Верховного Суда РБ в соответствии с положениями ч. 2.1 ст. 113 ГПК РФ. Сведений об уважительности причин неявки стороны не представили, а в соответствии с пунктом 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.
Согласно разъяснений Пленума Верховного Суда РФ в Постановлении N 23 от 19.12.2003 года "О судебном решении" решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. 1 ст. 1, ч. 3 ст. 11 ГПК РФ).
Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.
Приходя к выводу об удовлетворении заявленных требований о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст.ст. 1, 12, 18, 18,21, 22, 153, 166, 177, 209, 572, 574 Гражданского Кодекса РФ, исходил из того, что на момент заключения договора дарения квартиры истец не понимал значения совершаемых им действий, поскольку после смерти супруги и сыновей находился в таком состоянии, что не осознавал происходящего. При этом суд принял во внимание показания допрошенных свидетелей, возраст истца 84 года, сложившуюся психотравмирующую ситуацию, связанную со смертью близких людей, заключение эксперта-психолога о нахождении Жарникова А.К. в состоянии острого переживания горя, связанного со смертью сына.
Судебная коллегия с такими выводами суда первой инстанции не соглашается, усматривая основания для отмены решения в силу следующего.
Как следует из материалов дела, Жарникову А.К., 1938 года рождения, на праве собственности принадлежала квартира, расположенная в г. Улан-Удэ, ул. <...> общей площадью 63,2 кв.м. Право собственности на указанную квартиру было приобретено им на ? долю на основании договора приватизации от 26 февраля 2002 года и на ? долю на основании свидетельства о праве на наследство от ... года, выданного на наследственное имущество, оставшееся после смерти его супруги ФИО25., умершей ....
Согласно представленного в материалы дела договора дарения квартиры от 09 октября 2024 года Жарников А.К. (даритель) подарил спорную квартиру ответчику Кунициной О.В. (одаряемая), а последняя приняла указанную квартиру в дар (пункты 1-2 договора).
Указанный договор дарения был нотариально удостоверен нотариусом Улан-Удэнского нотариального округа Бахруновой С.К.
Содержание искового заявления указывает на избрание истцом в качестве правового обоснования предъявленных требований положений статей 177 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному статьей 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, является доказанность того, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий. Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у лица в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Поскольку истец ссылался на то, что при заключении договора дарения принадлежащей ему квартиры он не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, с целью установления юридически значимых обстоятельств для правильного разрешения спора в рамках данного гражданского дела судом была назначена стационарная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза.
Согласно заключения психолого-психиатрической экспертизы № ... от 25.07.2025 г. на момент совершения сделки 09 октября 2024 года Жарников А.К. каким-либо хроническим, психическим, временным психическим расстройством либо иным болезненным состоянием психики не страдал. У него обнаруживаются признаки легкого когнитивного расстройства в связи с другими заболеваниями, а также интеллектуально - мнестические расстройства (головные боли, головокружение, утомляемость, нарушение координации движения, снижение памяти), снижение активности, продуктивности и социально-бытовой адаптации, что послужило основанием для обращения за медицинской помощью с ноября 2024 года. Эксперты пришли к выводу о том, что Жарников А.К. по своему психическому состоянию мог понимать значение своих действий и руководить ими при заключении договора дарения от ... года.
В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Для разрешения данного спора юридическое значение имеет не только наличие психического расстройства, но и степень тяжести такого расстройства, степень нарушения личностных характеристик, что и оказывает влияние на способность человека понимать значение своих действий.
Как следует из экспертного заключения, экспертами исследовалась не только медицинская документация, но и проводилось непосредственное наблюдение в условиях стационара с применением методов психиатрического (клинико-психиатрического) исследования (анамнез, катамнез, медицинское наблюдение, клиническая беседа, описание психического состояния, анализ имеющихся симптомов психических расстройств) в сочетании с анализом данных соматического, неврологического и психического состояний. Комиссией экспертов дана соответствующая оценка всем письменным материалам дела, выводы экспертов основаны на имеющихся в материалах дела доказательствах, в том числе показаниях допрошенных по делу свидетелей. Оснований сомневаться в правильности выводов экспертов у суда апелляционное инстанции не имеется. Каких-либо доказательств, ставивших под сомнение выводы комиссионной экспертизы, в дело не представлено. Эксперты предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, эксперты имеют соответствующую квалификацию в области психиатрии и психологии с длительным стажем экспертной работы. Судебная экспертиза проведена с соблюдением требований статей 84 - 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.
Вместе с тем суд первой инстанции, не обладающий специальными познаниями в области психиатрии, сославшись на показания свидетелей и выводы психолога о нахождении Жарникова А.К. на момент подписания договора дарения в острой фазе переживания горя, пришел к отличным от комиссии экспертов выводам о нахождении истца в состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий.
Судебная коллегия находит такой вывод неправильным, не подтвержденным надлежащими доказательствами.
Показания допрошенных по делу свидетелей о переживаниях истца, связанных со смертью супруги и двоих сыновей в небольшой временной период не свидетельствуют о наличии оснований, предусмотренных пунктом 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания оспариваемого договора дарения недействительным. Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденным об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложных показаний, у суда действительно не имелось, однако сами по себе показания свидетелей не могут служить достаточным основанием для установления обстоятельств по делу и подлежали оценке в совокупности с имеющимися иными доказательствами по делу.
Как разъяснено в абз. 3 п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 года N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).
Мнение психолога выводов экспертов – психиатров не опровергает, по своему существу не является определяющим для признания сделки недействительной по основанию ст. 177 ГК РФ. Нахождение лица в острой фазе переживания горя о неспособности понимать значение своих действий и руководить ими, при отсутствии иных доказательств, достаточным основанием ставить под сомнение заключение судебных психиатров не является.
Таким образом, поскольку доводы истца по заявленным исковым требованиям опровергнуты совокупностью представленных доказательств, оснований для признания недействительным договора дарения, как заключенного гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не имеется.
Истец в обоснование иска также ссылался на ст. 179 ГК РФ, оспаривая сделку, как заключенную под влиянием обмана или существенного заблуждения. Однако суд первой инстанции не дал оценку заявленным требованиям, исходя из указанных оснований, регламентированных ст. 178 ГК РФ (существенное заблуждение) и ст. 179 ГК РФ (под влиянием обмана).
Согласно части 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.
В силу ст. 178 ГК РФ, сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
При наличии условий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.
Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон.
В силу п. 2 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.
В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п. 2 ст. 179 ГК РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Применительно к основанию признания сделки недействительной обман представляет собой умышленное (преднамеренное) введение другого лица в заблуждение в целях формирования его воли на вступление в сделку, путем ложного заявления, обещания, либо умолчания о качестве, свойствах предмета, иных частей сделки, действительных последствиях совершения сделки, об иных фактах и обстоятельствах, имеющих существенное значение, могущих повлиять на совершение сделки, которые заведомо не существуют и наступить не могут, о чем известно этому лицу в момент совершения сделки.
Истцом в материалы дела не представлено относимых и допустимых доказательств, подтверждающих, что в отношении истца при заключении оспариваемого договора ответчиком был совершен обман, что сделка была заключена под влиянием заблуждения.
Нарушения прав и законных интересов истца действиями ответчика не установлены, сторонами были согласованы все существенные условия договора, никаких относимых и допустимых доказательств обмана и введения в заблуждение относительно условий договора истцом не представлено.
Поскольку в нарушение требований статьи 195 ГПК РФ, пункта 3 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 г. N 23 "О судебном решении", судом первой инстанции не были установлены имеющие существенное значение для квалификации правоотношений сторон обстоятельства, что, как следствие, привело к неправильному применению норм материального и процессуального права, решение подлежит отмене.
Руководствуясь ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Советского районного суда г.Улан-Удэ от 04.08.2025 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить, принять по делу новое решение, которым исковые требования Жарникова Анатолия Константиновича к Куницыной Ольге Викторовне о признании сделки недействительной оставить без удовлетворения.
Кассационная жалоба может быть подана в течение 3-х месяцев в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г. Кемерово, через суд первой инстанции.
Председательствующий:
Судьи:
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26.12.2025 г.