ОПРЕДЕЛЕНИЕ
8 июля 2026 года г. Санкт-Петербург
Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Никитина С.С. при секретаре Марусенко А.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление Уманца Петра Дмитриевича о прекращении исполнительного производства, установил:
Уманец П.Д. обратился в Петроградский районный суд Санкт-Петербурга с заявлением о прекращении исполнительного производства №, возбужденного в отношении него на основании исполнительного листа № от 30 октября 2025 года, выданного Колпинским районным судом Санкт-Петербурга по материалу № 13-80/2025.
Из заявления и представленных материалов следует, что решением Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 25 мая 2021 года по гражданскому делу № 2-58/2021 на Уманца П.Д. возложена обязанность перенести часть возводимого на земельном участке № № строения на расстояние не менее трех метров от границы земельного участка с северо-восточной стороны, смежной с земельным участком №.
Впоследствии в рамках материала № 13-80/2025 в пользу <ФИО>6 присуждена судебная неустойка за неисполнение указанного решения суда в размере 100 рублей за каждый день неисполнения начиная с 8 августа 2025 года до момента фактического исполнения решения. На основании исполнительного листа № от 30 октября 2025 года 7 ноября 2025 года возбуждено исполнительное производство № №.
В обоснование заявления Уманец П.Д. ссылается на утрату возможности исполнения исполнительного документа по не зависящим от него объективным причинам. В подтверждение указанного довода заявителем представлено решение Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 31 марта 2026 года по административному делу № 2а-161/2026 (2а-2565/2025), которым исследовались обстоятельства исполнения того же решения Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 25 мая 2021 года по делу № 2-58/2021.
В судебном заседании 8 июля 2026 года <ФИО>7 заявление поддержал в полном объеме.
Судебный пристав-исполнитель Петроградского районного отделения судебных приставов ГУ ФССП России по Санкт-Петербургу Меликян Д.Г. и взыскатель Вячеславов В.Г. в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения извещены надлежащим образом. В силу части 1 статьи 440 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации их неявка не препятствует разрешению заявления.
Выслушав заявителя, исследовав материалы, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с частью 1 статьи 439 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации исполнительное производство прекращается судом в случаях, предусмотренных Федеральным законом от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве».
Согласно пункту 2 части 1 статьи 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» исполнительное производство прекращается судом в случае утраты возможности исполнения исполнительного документа, обязывающего должника совершить определенные действия либо воздержаться от совершения определенных действий.
По смыслу названной нормы прекращение исполнительного производства допускается тогда, когда дальнейшее принудительное исполнение стало объективно невозможным, а обстоятельства, исключающие исполнение, не зависят от волеизъявления должника и не могут быть устранены посредством совершения исполнительных действий в пределах содержания исполнительного документа.
Такое понимание пункта 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве соответствует правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 31 октября 2023 года № 2831-О: данное основание прекращения исполнительного производства рассчитано на случаи наличия объективных и неустранимых обстоятельств, делающих невозможным дальнейшее принудительное исполнение требований исполнительного документа, и должно применяться с обеспечением баланса прав взыскателя и должника.
Применительно к судебной неустойке подлежит учету ее правовая природа. В силу пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в пункте 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», судебная неустойка присуждается в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре. Следовательно, ее взыскание имеет стимулирующий, а не самостоятельный карательный характер и предполагает наличие у должника реальной возможности совершить предписанное судом действие.
Пунктом 35 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации прямо разъяснено, что возникновение объективной невозможности исполнения обязательства в натуре является основанием для прекращения исполнительного производства как по требованию о понуждении к исполнению в натуре, так и по требованию о взыскании судебной неустойки на основании пункта 2 части 1 статьи 43 Закона об исполнительном производстве.
Разрешая настоящий вопрос, суд принимает во внимание содержание решения Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 31 марта 2026 года по делу № 2а-161/2026. В рамках этого административного дела судом исследованы сведения Единого государственного реестра недвижимости, документы о формировании земельного участка № 50, документы исполнительного производства, действия должника и судебных приставов, а также обстоятельства, непосредственно связанные с возможностью исполнения решения от 25 мая 2021 года.
Из указанного решения следует, что после снятия земельного участка № 50 с государственного кадастрового учета изменились его площадь и конфигурация, в том числе конфигурация границы с северо-восточной стороны, относительно которой сформулирована обязанность Уманца П.Д. по решению от 25 мая 2021 года. Вопросы предоставления земельного участка, определения его границ и постановки на кадастровый учет относились к компетенции государственных органов и представляли собой длительную административную процедуру, которую Уманец П.Д. самостоятельно осуществить не мог.
Тем же судебным актом установлено, что в пределах срока добровольного исполнения Уманец П.Д. сообщал судебному приставу-исполнителю о невозможности исполнения, обусловленной отсутствием поставленных на государственный кадастровый учет границ земельного участка. Суд по административному делу пришел к выводу об отсутствии уклонения со стороны Уманца П.Д. и указал, что он фактически не мог исполнить решение суда, поскольку разрешение вопросов о согласовании смежных границ для формирования земельного участка № 50 после снятия его с кадастрового учета в 2023 году не могло быть осуществлено должником.
Кроме того, в решении от 31 марта 2026 года прямо указано, что возможность исполнения судебного акта тем способом, который отражен в его резолютивной части, полностью отсутствовала и была утрачена к 13 июня 2023 года, то есть до возбуждения исполнительного производства. При этом имеющимися документами не подтверждено, что решение от 25 мая 2021 года когда-либо было фактически исполнено именно в том виде и тем способом, которые определены судебным актом.
Суд оценивает приведенные выводы решения по делу № 2а-161/2026 не как пересмотр судебного постановления, на основании которого выдан исполнительный лист №, и не как переоценку законности присуждения судебной неустойки, а как подтверждение фактических обстоятельств, имеющих самостоятельное значение для стадии исполнительного производства: существует ли в настоящее время реальная возможность исполнить первоначальное неимущественное требование, к исполнению которого призвана побуждать судебная неустойка.
При этом обстоятельства, установленные при рассмотрении административного дела, имеют объективный характер. Выводу решения суда от 25 мая 2021 года связаны с конкретной границей земельного участка № с северо-восточной стороны, смежной с земельным участком №. После прекращения кадастрового существования участка в прежней конфигурации и последующего формирования участка с измененными характеристиками судебный пристав-исполнитель не вправе самостоятельно определить иную юридически значимую границу, заменить содержащийся в судебном акте ориентир новым либо фактически изменить способ и содержание присужденной обязанности. Исполнительные действия могут быть направлены лишь на исполнение того требования, которое содержится в исполнительном документе, а не на создание нового содержания обязанности должника.
Следовательно, невозможность исполнения в данном случае обусловлена не нежеланием Уманца П.Д. исполнять решение суда, отсутствием у него необходимых денежных средств либо временным затруднением, которое могло бы быть преодолено в рамках исполнительного производства. Она вызвана изменением юридически значимых кадастровых обстоятельств и отсутствием у должника полномочий самостоятельно формировать либо восстанавливать границы земельного участка, положенные в основу способа исполнения, определенного судом.
Суд также учитывает, что 24 февраля 2026 года основное исполнительное производство № было окончено судебным приставом-исполнителем со ссылкой на фактическое исполнение. Вместе с тем решением по делу № 2а-161/2026 отмечено отсутствие документов, подтверждающих исполнение решения от 25 мая 2021 года именно тем способом, который предусмотрен судебным актом. Поэтому основанием настоящего определения является не признание факта исполнения первоначального требования, а установленная объективная утрата возможности его исполнения.
С учетом стимулирующей природы судебной неустойки продолжение исполнительного производства по ее взысканию при отсутствии реальной возможности совершить действие, ради побуждения к которому она присуждена, не отвечает назначению такой меры. Поскольку объективная невозможность исполнения неустранима в пределах содержания выданного исполнительного документа, сохранение исполнительного производства превращало бы меру понуждения в длящуюся имущественную санкцию за несовершение действия, которое должник объективно совершить не может.
То обстоятельство, что в пункте 35 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 отдельно рассмотрена ситуация возникновения объективной невозможности после присуждения судебной неустойки, не опровергает приведенного вывода. В настоящем случае такая невозможность, как следует из решения по делу № 2а-161/2026, существовала ранее и не была устранена впоследствии. Ее более раннее возникновение не создает оснований для бессрочного продолжения принудительного исполнения, когда на момент разрешения настоящего заявления отсутствует сама возможность исполнения неимущественного требования.
При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что совокупность представленных доказательств подтверждает наличие предусмотренного пунктом 2 части 1 статьи 43 Федерального закона «Об исполнительном производстве» основания для прекращения исполнительного производства №.
В соответствии с частью 1 статьи 44 Федерального закона «Об исполнительном производстве» после прекращения исполнительного производства судебный пристав-исполнитель отменяет назначенные им меры принудительного исполнения и установленные для должника ограничения.
Руководствуясь статьями 439, 440 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 2 части 1 статьи 43 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», суд определил:
заявление Уманца Петра Дмитриевича о прекращении исполнительного производства удовлетворить.
Прекратить исполнительное производство №, возбужденное 7 ноября 2025 года в отношении Уманца Петра Дмитриевича на основании исполнительного листа № от 30 октября 2025 года, выданного Колпинским районным судом Санкт-Петербурга по материалу № 13-80/2025, о взыскании в пользу Вячеславова Владимира Геннадьевича судебной неустойки в размере 100 рублей за каждый день неисполнения решения Колпинского районного суда Санкт-Петербурга от 25 мая 2021 года по делу № 2-58/2021 начиная с 8 августа 2025 года до момента фактического исполнения указанного решения суда, в связи с утратой возможности исполнения исполнительного документа.
На определение может быть подана частная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в течение пятнадцати дней со дня его вынесения.
Судья С.С. Никитин