АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
22 декабря 2025 года г. Улан-Удэ
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе:
председательствующего Вагановой Е.С., судей коллегии Базарова В.Н., Чупошева Е.Н., при секретаре Мункуевой Т.Б., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Бекенштейн Татьяны Валерьевны, Итыгилова Сергея Архиповича к ООО «Лизинг Сибири Солюшн», ООО «Урал Финанс» о защите прав потребителя, по апелляционной жалобе истца Итыгилова С.А. на решение Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 22 июля 2025 года, которым исковые требования оставлены без удовлетворения.
Заслушав доклад судьи Чупошева Е.Н., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
БРОО «ОЗПП «Лигал Гард», Бекенштейн Т.В., Итыгилов С.А. обратились в суд с иском к ООО «Лизинг Сибири Солюшн» о взыскании в пользу Бекенштейн Т.В. платежей по договору в размере 212 710,57 руб., штраф в размере 106 355,29 руб.; в пользу Итыгилова С.А. платежи по договору в размере 91 161,67 руб., штраф в размере 45 580,84 руб.
Судом по ходатайству истца к участию в деле в качестве соответчика привлечено ООО « Урал Финанс».
Определением суда от 22 июля 2025 г. производство по исковым требованиям БРОО ОЗПП «Лигал Гард» в интересах Бекенштейн Т.В. о защите прав потребителя прекращено (л.д. 136).
Исковые требования мотивированы тем, что 3 ноября 2023 г. между Бекенштейн Т.В. и ООО «Лизинг Сибири Солюшн» был заключен договор финансовой аренды (лизинга) автомобиля «<...>», ... г.в., с гос.рег.знаком ..., принадлежащего истцу на праве собственности, на основании которого Бекенштейн Т.В. были перечислены денежные средства в сумме 185 000 руб., а истец Бекенштейн Т.В. произвела ответчику 16 платежей по 19013,89 руб. на общую сумму 304 222,24 руб. и платеж выкупа в размере 184 650 руб. Договор был исполнен истцом, поэтому автомобиль был возвращен в собственность Бекенштейн Т.В. Поскольку деятельность ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» по предоставлению гражданам потребительских займов признана в судебном порядке незаконной, ссылаясь на ничтожность договора лизинга в соответствии со ст. 179 ГК РФ, истцы просят применить двустороннюю реституцию и взыскать солидарно с ответчиков в пользу истцов, с учетом заключенного между ними договора цессии, оплаченную по договору сумму за вычетом предоставленного Бекенштейн Т.В. при заключении договора лизинга финансирования.
Истцы Бекенштейн Т.В., Итыгилов С.А., представитель ООО «Урал Финанс» не явились, извещены надлежаще.
Представитель ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн» по доверенности Маляревская В.В. исковые требования не признала, просила в иске отказать.
Районным судом постановлено вышеуказанное решение.
В апелляционной жалобе истец Итыгилов С.А. просит отменить решение суда первой инстанции, принять новое решение об удовлетворении исковых требований. Указывает, что судом не дана оценка, каким образом основания о ничтожности договора, заключенного с Бекенштейн Т.В., являются иными от договоров присоединения, исследованных прокуратурой, получивших правовую оценку судов апелляционной и кассационной инстанции. Также считает, что суд не определил, какие законы и иные нормативные акты следует применить по данному делу, не приведена мотивировка правовой оценки доводам иска. Полагает, что суд незаконно возложил на истца – потребителя услуги обязанность предоставления доказательств.
В возражениях на апелляционную жалобу представитель ответчика «Лизинг Сибири Солюшн» Маляревская В.В. просит оставить решение суда первой инстанции без изменения.
Истцы Бекенштейн Т.В., Итыгилов С.А., представители ООО «Лизинг Сибири Солюшн», ООО «Урал Финанс» в судебное заседание не явились, извещены надлежаще.
Судебная коллегия, руководствуясь ст.ст. 167, 327 ГПК РФ, посчитала возможным рассмотрение дела в отсутствие надлежаще извещенных лиц, участвующих в деле.
Изучив материалы дела, решение суда на его законность и обоснованность в соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений, судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 3 ноября 2023 г. между Бекенштейн Т.В. (продавец) и ООО «Лизинг Сибири Солюшн» (покупатель) был заключен договор купли-продажи транспортного средства марки «<...>», ...., с гос.рег.знаком ..., стоимостью 185 000 руб.
Договор сторонами исполнен, что подтверждается Актом приема-передачи от 3 ноября 2023 г.
В тот же день, 3 ноября 2023 г. между ООО «Лизинг Сибири Солюшн» (лизингодатель) и Бекенштейн Т.В (Лизингополучатель) был заключен договор финансовой аренды (лизинга) № ..., по которому ООО «Лизинг Сибири Солюшн» обязалось предоставить Бекенштейн Т.В. во временное владение и пользование вышеуказанное транспортное средство на срок лизинга 36 месяцев с условиями внесения лизингополучателем ежемесячных лизинговых и выкупных платежей в соответствии с графиком лизинговых платежей.
Во исполнение условий п. 4 договора лизинга ООО «Лизинг Сибири Солюшн» передало Бекенштейн Т.В. предмет лизинга во временное владение и пользование на срок 36 месяцев, в свою очередь последняя обязалась ежемесячно выплачивать лизинговые платежи в соответствии с установленным графиком, что подтверждается актом приема-передачи.
Далее, ООО «Лизинг Сибири Солюшн» уступило ООО « Урал Лизинг 66», переименованного в дальнейшем на ООО «Урал Финанс», право требования по договору лизинга, заключенного с Бекенштейн Т.В., а также права на предмет лизинга, что подтверждается договором цессии от 16 сентября 2024 г.
По взаимному соглашению между ООО «Урал Лизинг 66» (в настоящее время ООО «Урал Финанс») и Бекенштейн Т.В. было заключено соглашение о расторжении договора финансовой аренды от 27 февраля 2025г.
27 февраля 2025 г. между сторонами был заключен договор купли-продажи транспортного средства по цене 185 000 руб., и автомобиль передан Бекенштейн Т.В. по акту приема-передачи.
31 января 2025 г. между Бекенштейн Т.В. и Итыгиловым С.А. был заключен договор уступки прав требования (цессии), в соответствии с которым Бекенштейн Т.В. передала Итыгилову С.А. в полном объеме права требования к лизингополучателю по договору лизинга, а также право на взыскание долга в размере 70%.
Отказывая в удовлетворении исковых требований Бекенштейн Т.В., Итыгилова С.А. к ответчикам о защите прав потребителя, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе рассмотрения дела признаков недействительности оспариваемых сделок не установлено, в данном случае имело место реальное исполнение договора купли-продажи и договора лизинга, т.к. действуя свободно, истец Бекенштейн Т.В. реализовала свой интерес по данным договорам, получила в счет продажи транспортного средства денежные средства, передала автомобиль в собственность ответчика ООО «Лизинг Сибири Солюшн», по договору лизинга владела и пользовалась данным транспортным средством, при расторжении договора лизинга получила обратно в собственность указанный автомобиль. Воля ответчика в данном случае была направлена на достижение правовых последствий возвратного лизинга и на получение дохода по договору лизинга, все фактические действия ответчика свидетельствуют о том, что оно преследовало цель заключить и исполнить договоры лизинга. В частности, оплата по договору купли-продажи была произведена, транспортное средство принято по акту приема-передачи в собственность, а затем передано в лизинг истцу, который уплачивал лизинговые платежи.
Как указал районный суд, обстоятельств, свидетельствующих о том, что при заключении договора лизинга и сопутствующих договоров истец Бекенштейн Т.В. находилась под влиянием обмана относительно характера заключаемой сделки, судом при рассмотрении дела не установлено. Доказательств того, что ответчик преднамеренно создал у истца соответствующее не действительности представление о характере сделки, ее условиях, других обстоятельствах, повлиявшее на решение истца заключить спорный договор, истцами не представлено, в связи с чем оснований полагать, что указанные договоры были заключены под влиянием обмана, не имеется.
При этом суд первой инстанции пришел к выводу, что факт признания в судебном порядке деятельности ООО «Лизинг Сибири Солюшн» по предоставлению потребительских кредитов незаконной не может свидетельствовать о притворности сделки, заключенной с Бекенштейн Т.В., поскольку в качестве признания деятельности указанного юридического лица незаконной судом приняты во внимание иные правовые основания и наличие указанного судебного акта, касающегося деятельности общества в целом, не влечет ничтожность всех сделок, совершенных ответчиком.
Также судом первой инстанции указано, что ссылки истца на несоответствие п.п. 4.9, 4.10 договора признакам лизинговых правоотношений не могут быть приняты в качестве основания для признания оспариваемого договора ничтожным, поскольку в соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422). При этом при включении в договор элементов различных договоров наступают иные правовые последствия, чем заявлены истцом.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, полагает, что вопреки доводам апелляционной жалобы выводы суда основаны на всестороннем и объективном исследовании имеющихся в деле доказательств, правовая оценка обстоятельствам и доказательствам по делу дана в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену решения в апелляционном порядке, не имеется.
В целом, доводы апелляционной жалобы фактически повторяют доводы стороны истца, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции, направлены на переоценку выводов суда, оснований для которой не имеется.
В соответствии с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 19 Обзора судебной практики N 3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12 июля 2017 г., продажа имущества с последующим одновременным принятием его в пользование по договору лизинга необходимостью уплаты в течение определенного периода лизингов платежей в целях обратного выкупа с экономической точки зрения является кредитованием покупателя продавцом (в том числе для погашения задолженности перед прежними кредиторами) с временным предоставлением последнему титула собственника в качестве гарантии возврата финансирования и платы за него в виде процентов, что соответствует законодательству (статья 421 ГК РФ, пункт 1 статьи 4 Федерального закона от 29 октября 1998 г. N 164-ФЗ "О финансовой аренде (лизинге)"). При этом оценка действительности сделки по купле-продаже не может производиться без учета всей совокупности отношений, так как данная сделка являлась одним элементов реализации плана по кредитованию должника с использованием механизма возвратного лизинга. На разрешение вопроса о равноценности встречного предоставления влияет соотношение совокупного размера лизинговых платежей и цены спорного договора. Поскольку цена договора лизинга, по сути, определяет объем обязательств продавца по возврату финансирования и уплате процентов, рыночная стоимость предмета возвратного лизинга должна быть сопоставима именно с этой ценой. В свою очередь, разница между ценами договора лизинга и договора купли-продажи предопределяется сложившимися ставками финансирования на рынке лизинговых услуг, согласованным сторонами периодом такого финансирования и иными объективными факторами.
В Постановлении от 20 июля 2011 г. №20-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что лизингодатель при помощи финансовых средств оказывает лизингополучателю своего рода финансовую услугу, приобретая имущество в свою собственность и передавая его во владение и пользование лизингополучателю, а стоимость этого имущества возмещая за счет периодических лизинговых платежей, образующих его доход инвестиционной деятельности.
Таким образом, имущественный интерес лизингодателя в договоре выкупного лизинга заключается в размещении и последующем возврате с прибылью денежных средств, поскольку лизинговая деятельность является видом инвестиционной деятельности и материальный интерес от сделки считается полученным только при возврате с прибылью денежных средств.
Суд первой инстанции правильно применил правовую позицию, изложенную в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 20 июля 2011 г. №20-П, правовую позицию Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в Обзоре судебной практики №3 (2017), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12 июля 2017 г., статьи 4, 13, 15, 28 Федерального закона от 29 октября 1998 г. №164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)», п. 1 ст. 166, ст.ст. 167, 170, 179, 665 ГК РФ, условия договоров.
Вопреки доводов жалобы, лицо, заявляющее требование о признании сделки недействительной по основаниям статей 178, 179 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обязано доказать наличие оснований недействительности сделки.
Поскольку бремя доказывания факта заблуждения, равно как и обмана относительно природы совершаемой сделки лежит на истце, доводы жалобы о том, что именно сторона ответчиков должна была представить бесспорные и исчерпывающие доказательства, опровергающие доводы истцов, не могут быть приняты во внимание как основанные на неверном толковании норм права.
В свою очередь, как было установлено судом первой инстанции, достаточной совокупности доказательств в обоснование своих доводов стороной истцов суду не представлено.
Согласно правовой позиции, изложенной в п. 15 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2011 г. N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", если арендуемая вещь в договоре аренды не индивидуализирована должным образом, однако договор фактически исполнялся сторонами (например, вещь была передана арендатору и при этом спор о ненадлежащем исполнении обязанности арендодателя по передаче объекта аренды между сторонами отсутствовал), стороны не вправе оспаривать этот договор по основанию, связанному с ненадлежащим описанием объекта аренды, в том числе ссылаться на его незаключенность или недействительность.
По смыслу вышеуказанных норм права вопрос о незаключенности договора ввиду неопределенности его предмета является значимым для его исполнения, поскольку неопределенность данного условия может повлечь невозможность исполнения сделки. Однако если договор исполнен - имущество передано, и у сторон относительно переданного в аренду объекта не возникает спора, условие об объекте не может считаться несогласованным, а договор незаключенным.
При таких обстоятельствах, с учетом исполнения сторонами условий договоров финансовой аренды и купли - продажи, довод апеллянта о том, что автомобиль не являлся объектом лизинговых правоотношений, следует признать несостоятельным.
Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были проверены, и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судебной коллегией несостоятельными, и не могут служить основанием для отмены оспариваемого решения.
Руководствуясь ст.ст. 328, 329 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ от 22 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
На апелляционное определение может быть подана кассационная жалоба в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции (г. Кемерово) в течение трех месяцев с даты изготовления мотивированного апелляционного определения, путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.
Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19.01.2026 г.
Председательствующий:
Судьи коллегии: