РЕШЕНИЕ
7 мая 2026 г. Адрес
Судья Октябрьского районного суда г. Иркутска Занора Ю.Н., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, - Вечёры В.В., защитника Марковой Е.Е., рассмотрев в открытом судебном заседании жалобу защитника Сокольникова Ю.Н. на постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от Дата по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, в отношении
Вечёры Веры Витальевны, родившейся Дата в Адрес,
УСТАНОВИЛ:
постановлением мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от 04.12.2025 Вечёра В.В. признана виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и ей назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год.
Не согласившись с принятым мировым судьей постановлением, Вечёра В.В. через защитника Сокольникова Ю.Н. обратилась в Октябрьский районный суд г. Иркутска с жалобой на указанное постановление, в которой просит постановление мирового судьи отменить, производство по делу прекратить. В обоснование доводов жалобы указано, что в материалах дела отсутствуют медицинские документы, подтверждающие наличие у потерпевшего ФИО10 диагноза: ушиб грудной клетки, диагноз был выставлен только на основании жалоб, и в соответствии с заключением судебно-медицинской экспертизы он медицинской оценке не подлежит, как необоснованный и вызывающий сомнение. Факт причинения телесных повреждений ФИО10 надлежащими медицинскими документами не подтвержден. При этом дорожно-транспортным происшествием является событие, возникшее в процессе движения транспортного средства, при котором, в том числе, ранены люди. Из объяснений Вечеры В.В. следует, что зеркалом автомобиля Вечёрой В.В. был задет локоть ФИО10, а также одежда, потерпевший не падал, не отшатывался. Пояснения потерпевшего ФИО10 о локализации и механизме причиненного ему телесного повреждения носят противоречивый характер (удар в печень, в локоть, в бок), что вызывает сомнения в достоверности сообщаемых им сведений. Учитывая недоказанность факта дорожно-транспортного происшествия, произошедшего 14.09.2025 с участием Вечёры В.В. и ФИО10 (потерпевший не был ранен в результате дорожно-транспортного происшествия), оснований для выполнения любых из действий, указанных в п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения у водителя Вечёры В.В. не имелось, событие административного правонарушения не доказано, что является основанием для прекращения производства по делу.
В дополнениях к жалобе от 02.02.2026 Вечёра В.В. и ее защитник Маркова Е.Е. просили постановление мирового судьи отменить, переквалифицировать действия Вечёры В.В. с ч. 2 на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, указав на отсутствие у Вечёры В.В. умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия; несопоставимость вины и примененной меры административной ответственности за правонарушение; малозначительность правонарушения. Приводят довод о рассмотрении мировым судьей дела с нарушением ст. 24.1 КоАП РФ и презумпции невиновности, отсутствии в постановлении справедливой оценки собранных по делу доказательств, схемы дорожно-транспортного происшествия, составленной по истечении 14 дней и не соответствующей фактическим обстоятельствам дела, а также без оценки виновного поведения самого потерпевшего. Указывают, что мировым судьей не учтено, что в момент дорожно-транспортного происшествия потерпевший находился в состоянии алкогольного опьянения, он шел по дороге и размахивал руками, что и явилось причиной того, что он задел зеркало машины, а не наоборот, при этом зеркало не деформировалось, что подтверждено объяснениями Вечеры В.В., Никифорова П.А. и Соловьева П.А. Показания последнего в постановлении не отражены, несмотря на то, что он допрашивался мировым судьей. Потерпевший покинул место дорожно-транспортного происшествия, после чего уехала и Вечёра В.В., так как посчитала, что никаких претензий к ней нет и потерпевший не нуждается в помощи. То обстоятельство, что потерпевший покинул место дорожно-транспортного происшествия, не устанавливалось и не оценивалось мировым судьей. Место дорожно-транспортного происшествия на схеме указано неверно, дорожно-транспортное происшествие произошло в узкой части дороги, при этом на схеме в узкой части дороги место дорожно-транспортного происшествия не отображено. В связи с чем просит признать схему дорожно-транспортного происшествия от 14.09.2025 недопустимым доказательством по делу и исключить ее из числа доказательств по делу. Обращают внимание на то, что потерпевший обратился в травмпункт по истечении двух суток – 16.09.2025, пояснив, что был сбит автомобилем, что не соответствует действительности. Вина Вечёры В.В. заключается лишь в том, что она не позвонила и не зафиксировала факт дорожно-транспортного происшествия, и при отсутствии какого-либо ущерба потерпевшему просит признать вину в указанной части малозначительной, так как умысел на оставление места дорожно-транспортного происшествия у Вечёры В.В. отсутствовал. Считают, что невыполнение Вечёрой В.В. в полном объеме обязанностей, предусмотренных п. 2.5, 2.6, 2.6.1 Правил дорожного движения влечет административную ответственность по ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.
В дополнениях к жалобе от 03.03.2026 защитник Маркова Е.Е. указала, что мировым судьей были допрошены свидетели ФИО7 и ФИО8, при этом в оспариваемом постановлении не приведены показания ФИО7, отсутствует их оценка, также отсутствуют расписки о предупреждении свидетелей об ответственности за дачу заведомо ложных показаний, мировым судьей не велся протокол судебного заседания. При рассмотрении дела не установлены конкретное время и место совершения правонарушения, неверное указание в схеме места совершения правонарушения подтверждается автотехническим экспертным исследованием. Указывает на то, что изменения в протокол осмотра места совершения правонарушения внесены в отсутствие Вечёры В.В., не извещавшейся о внесении таких изменений, копия протокола ей не вручена. В связи с чем протокол осмотра места происшествия, как и схема дорожно-транспортного происшествия, подлежат признанию недопустимыми доказательствами, что влечет прекращение производства по делу.
В дополнениях к жалобе от 15.04.2026 Вечёра В.В. и ее защитник Маркова Е.Е. обращают внимание суда на следующие обстоятельства: отсутствие у Вечёры В.В. умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия; потерпевший путем размахивания руками сам задел автомобиль Вечёры В.В. в области зеркала, при этом он находился в состоянии алкогольного опьянения и покинул место дорожно-транспортного происшествия. То, что потерпевший употребляет алкоголь, подтверждается характеристикой участкового уполномоченного полиции. Потерпевший обратился в травмпункт спустя два дня, телесных повреждений не имел, в орган Госавтоинспекции в день дорожно-транспортного происшествия он не обращался. Ущерба от дорожно-транспортного происшествия никому не причинено. В связи с чем, ссылаясь на ст. 2.9 КоАП РФ, полагают допущенное правонарушение малозначительным. Кроме того, полагает, что действия Вечёры В.В. подлежат переквалификации с ч. 2 на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ.
Вечёра В.В. в судебном заседании доводы жалобы и дополнения к ней поддержала в полном объеме, по обстоятельствам дела пояснила, что 14.09.2025 она ехала по придомовой территории, машина у нее леворукая, высокая, подвозила молодых людей - своих знакомых, которые живут на ул. Цимлянской, №, со скоростью примерно 5 км/час, в том месте больше не разгонишься, поскольку там лежачие полицейские. Время было часов пять, может минут 10-15 шестого. Впереди с левой стороны шел Рукосуев, он шел в наушниках, в правой руке был сотовый телефон, это было в самом узком месте дороги, там места очень мало из-за припаркованных справа машин и деревьев слева, при этом Рукосуев размахивал руками и правым локтем задел зеркало ее машины с водительской стороны, это был не удар, это было касание, задета была его кожаная куртка. Она сразу остановилась, так как увидела это касание, открыла окно и сказала: «Ты что идешь по дороге, когда с правой стороны есть тротуар полтора метра», он ей в ответ: «Ты что тыкаешь», она извинилась перед ним, от него исходил запах алкоголя, он побегал, покричал, она высадила ребят, они пошли домой, Рукосуев тоже пошел. В бок, как об этом говорит потерпевший, она его не ударяла, зеркало при этом не сложилось. Умысла скрыться с места у нее не было. Не подумала, что нужно вызвать сотрудников Госавтоинспекции, было касание руки, это дорожно-транспортным происшествием не назовешь. Когда 30.09.2025 ее вызвали в Госавтоинспекцию, она была в шоке. Признает, что единственная вина ее в том, что она не вызвала сотрудников Госавтоинспекции.
Защитник Маркова Е.Е. доводы жалобы и дополнений к ней поддержала в полном объеме, дополнительно указала, что Вечёра В.В. не извещалась на составление схемы места дорожно-транспортного происшествия, в ней неверно установлено место дорожно-транспортного происшествия, в связи с чем просила исключить схему из числа доказательств по делу, также настаивала на исключении из числа доказательств протокола осмотра места происшествия, в который внесены исправления в отсутствие Вечёры В.В. Пояснила, что умысла на причинение телесных повреждений и уезд с места дорожно-транспортного происшествия у Вечёры В.В. не имелось.
Потерпевший ФИО10 надлежащим образом извещённый о времени и месте рассмотрения жалобы, в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении рассмотрения жалобы не заявил, в связи с чем судья считает возможным рассмотреть жалобу в его отсутствие.
Ранее в судебном заседании потерпевший ФИО10 возражал по доводам жалобы. Пояснил, что 14.09.2025 он пошел голосовать на избирательный участок на выборы Губернатора Иркутской области, был в трезвом состоянии, не шатался, под машину не бросался. По обстоятельствам дела указал, что шел в одном наушнике по дороге придомовой территории, по адресу: бульвар Постышева, №, в этом месте всегда ходят люди, там припаркованными машинами все заставлено. Он шел с левой стороны дороги по ходу своего движения. В это время сзади него ехала машина со скоростью 10-15 км/час, ударила его боковым зеркалом, зеркало очень широкое, не маленькое, так как машина большая китайская, зеркало сложилось, его отшатнуло, он даже сразу не понял, что случилось, сначала подумал, что его вообще кто-то ударил, удар был «хорошим». Зеркало ударило его как раз напротив локтя, удар пришелся справа по локтю и в бок по ребрам, а также в мягкие ткани, где у него была операция на печень и повреждена почка, зеркало широкое, оно все задело. Видел, что за рулем сидит женщина, он подошел и сказал ей: «Вы что делаете?», вышло два человека, ее друзья, он им сказал: «Вы что ребята, что случилось?», они ничего не ответили, как ни в чем не бывало пошли в подъезд, это напротив подъезда было. Вечёра В.В. даже не извинилась, обматерила его, хотела ехать, но он перегородил ей дорогу, она к нему подъехала, он номер машины сфотографировал и отправил приятелю на «Вацап», чтобы зафиксировать, так как его возмутило такое хамство. Вечёра улыбалась, смеялась, после чего поехала дальше, покинув место дорожно-транспортного происшествия, а он пошел на участок, проголосовал. В Госавтоинспекцию о происшествии он не сообщал. На следующий день под вечер у него закололо правый бок, в связи с чем он решил обратиться в травмпункт №, обратился 16-го числа, там его спросили что случилось и он ответил, что в него въехала женщина на машине. В травмпункте его направили на рентген, потом он попросил справку, но ему отказали, сказали, что не дают справки, отправят информацию в МВД. Через 3-4 дня ему позвонили сотрудники МВД и пригласили. Боль сохранялась, он ходил в больницу, принимал деклофенак. На вопросы защитника Рукосуев пояснил, что происшествие произошло 14.09.2025 в период времени с 17 до 18 часов, более точное время сказать не может, указание разного времени в материалах дела объясняет тем, что точное время не запомнил. Мужчины, которые были с Вечерой в машине, допрашивались мировым судьей. Схема дорожно-транспортного происшествия составлялась с его участием, когда его пригласили сотрудники Госавтоинспекции на основании справки из травмпункта, было это дня через 2-5 после рентгена, точное время не помнит. То есть после дорожно-транспортного происшествия через 1-2 дня он обратился в травмункт, после чего дней через 2-5, точно не помнит, составлялась схема дорожно-транспортного происшествия. Внимания на дату составления схемы он не обращал, доверяет представителям власти, понятые ему незнакомы, были ли понятые при составлении схемы, он не помнит, помнит, что подходил мужчина с собакой, который видел факт дорожно-транспортного происшествия, он сказал: «Да, вот это место», он видел событие с балкона, сотрудники его послушали. Еще семья какая-то проходила с ребенком, что-то расписывались, это происходило в машине. На место выезжало два сотрудника ДПС, которые произвели все замеры рулеткой, он показал им место наезда, указал дом, где все произошло, рассказал, где он шёл, вся эта процедура заняла около часа. Госавтоинспекцию не вызвал 14.09.2025, так как не думал об этом, шел на выборы. Когда закололо бок, пошел про свое здоровье узнать. На вопрос защитника о том, почему он покинул место дорожно-транспортного происшествия ФИО19 пояснил, что он ничего никому не сделал, Вечёра В.В. в него въехала, а не он. Удар ему пришелся и в локоть, и в туловище. Удар был таким, что стук был слышен, зеркало сложилось и его отшатнуло, после чего он перегородил дорогу и успел сфотографировать, так бы Вечёра В.В. сразу скрылась.
Проверив с учётом требований ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ материалы дела об административном правонарушении, материал по факту дорожно-транспортного происшествия №, проанализировав доводы жалобы, пояснения потерпевшего ФИО10, заслушав Вечёру В.В., защитника Маркову Е.Е., судья приходит к следующим выводам.
В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения, утвержденных постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 г. № 1090 (далее - Правила дорожного движения), участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.
В силу п. 1.2 Правил дорожного движения «дорожно-транспортное происшествие» - событие, возникшее в процессе движения по дороге транспортного средства и с его участием, при котором погибли или ранены люди, повреждены транспортные средства, сооружения, грузы либо причинен иной материальный ущерб.
Пунктом 2.5 Правил дорожного движения предусмотрено, что при дорожно-транспортном происшествии водитель, причастный к нему, обязан немедленно остановить (не трогать с места) транспортное средство, включить аварийную сигнализацию и выставить знак аварийной остановки в соответствии с требованиями пункта 7.2 Правил, не перемещать предметы, имеющие отношение к происшествию. При нахождении на проезжей части водитель обязан соблюдать меры предосторожности.
Пунктом 2.6 Правил дорожного движения предусмотрено, если в результате дорожно-транспортного происшествия погибли или ранены люди, водитель, причастный к нему, обязан: принять меры для оказания первой помощи пострадавшим, вызвать скорую медицинскую помощь и полицию; в экстренных случаях отправить пострадавших на попутном, а если это невозможно, доставить на своем транспортном средстве в ближайшую медицинскую организацию, сообщить свою фамилию, регистрационный знак транспортного средства (с предъявлением документа, удостоверяющего личность, или водительского удостоверения и регистрационного документа на транспортное средство) и возвратиться к месту происшествия; освободить проезжую часть, если движение других транспортных средств невозможно, предварительно зафиксировав, в том числе средствами фотосъемки или видеозаписи, положение транспортных средств по отношению друг к другу и объектам дорожной инфраструктуры, следы и предметы, относящиеся к происшествию, и принять все возможные меры к их сохранению и организации объезда места происшествия; записать фамилии и адреса очевидцев и ожидать прибытия сотрудников полиции.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 25.04.2001 № 6-П, установленная законом обязанность лица, управляющего транспортным средством, оставаться на месте дорожно-транспортного происшествия, связывает данную обязанность с интересами всех участников дорожного движения и необходимостью обеспечения выполнения ими взаимных обязательств, порождаемых фактом дорожно-транспортного происшествия.
Частью 2 ст. 12.27 КоАП РФ установлена административная ответственность за оставление водителем в нарушение Правил дорожного движения места дорожно-транспортного происшествия, участником которого он являлся, при отсутствии признаков уголовно наказуемого деяния.
Как следует из материалов дела, 14.09.2025 около 18:00 часов по адресу: г. Иркутск, бульвар Постышева, №, водитель Вечёра В.В., управляя транспортным средством марки «Exeed LX», государственный регистрационный знак №, допустила наезд на пешехода ФИО10, следовавшего по дворовой территории, после чего в нарушение требований Правил дорожного движения оставила место дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась. В результате наезда ФИО10 получил телесные повреждения, по поводу которых 16.09.2025 обращался в медицинское учреждение.
Действия Вечёры В.В., не содержащие уголовно наказуемого деяния, квалифицированы должностным лицом Госавтоинспекции по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
Указанные обстоятельства подтверждаются собранными по делу доказательствами: протоколом об административном правонарушении (л.д. 4); копией рапорта инспектора ДПС ОБДПС Госавтоинспекции МУ МВД России «Иркутское» ФИО11 (л.д. 5); копией схемы места совершения административного правонарушения от 14.09.2025 (л.д. 6); копией справки о дорожно-транспортном происшествии (л.д. 9); объяснениями ФИО10 от 19.09.2025 и от 30.09.2025 (л.д. 11); копией медсправки из ОГБУЗ ИГКБ № (травмпункт) от 24.09.2025 в отношении ФИО10 (л.д. 12); объяснениями ФИО8 от 01.10.2025 (л.д. 13); объяснениями Вечёры В.В. от 30.09.2025 (л.д. 16); карточкой учета транспортного средства, согласно которой Вечёра В.В. является собственником транспортного средства «Exeed LX», государственный регистрационный знак № (л.д. 17); справкой по наличию водительского удостоверения у Вечёры В.В. (18); карточкой операции с водительским удостоверением Вечёры В.В. (л.д. 19); копией заключения судебно-медицинской экспертизы № 4923 от 27.10.2025 (л.д. 23-24); копией телефонограммы из травмпункта № 2 в ОП-7 МУ МВД России «Иркутское» о том, что ФИО10 сбит легковым автомобилем около школы № 39 г. Иркутска (л.д. 40); фотоматериалом с места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 41); копией постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст. 12.24 КоАП РФ, в отношении Вечёры В.В. (л.д. 46).
Кроме того, обстоятельства правонарушения подтверждаются исследованным в судебном заседании материалом № по факту дорожно-транспортного происшествия, содержащим оригиналы документов, представленных в копиях в материалы дела об административном правонарушении.
Протокол об административном правонарушении составлен 30.09.2025 с соблюдением требований ст. 28.2 КоАП РФ, процессуальные права Вечёры В.В. при его оформлении не нарушены. Объем прав, которыми она наделена в соответствии со ст. 25.1 КоАП РФ и ст. 51 Конституцией Российской Федерации, до её сведения доведен, с содержанием протокола она ознакомлена, замечаний на протокол не приносила, копия протокола ей вручена.
Оснований, порочащих протокол об административном правонарушении, как доказательство, не выявлено, в связи с чем протокол об административном правонарушении в отношении Вечёры В.В. является допустимым доказательством по делу.
В соответствии с требованиями ст. 24.1 КоАП РФ при рассмотрении дела об административном правонарушении на основании полного и всестороннего анализа собранных по делу доказательств установлены все юридически значимые обстоятельства его совершения, предусмотренные ст. 26.1 КоАП РФ.
Действия Вечёры В.В. квалифицированы по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ в соответствии с установленными обстоятельствами, нормами КоАП РФ и положениями законодательства в области безопасности дорожного движения.
Перечисленным доказательствам мировой судья при рассмотрении дела дал надлежащую правовую оценку по правилам ст. 26.11 КоАП РФ и обоснованно пришел к выводу о наличии в действиях Вечёры В.В. состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, и её виновности в совершении вмененного правонарушения.
Мировым судьей в качестве свидетеля по делу допрошен старший инспектор по ИАЗ ОБДПС Госавтоинспекции МУ МВД России «Иркутское» ФИО12, составлявший протокол об административном правонарушении в отношении Вечёры В.В., который пояснил, что протокол им составлен исходя из имеющегося материала по факту дорожно-транспортного происшествия, при даче объяснений Вечёра В.В. не оспаривала сам факт дорожно-транспортного происшествия, поскольку не отрицала, что задела пешехода ФИО10 при движении на автомобиле.
Оценка показаниям опрошенного по делу свидетеля приведена в постановлении мирового судьи, и каких-либо оснований входить в их переоценку судья при рассмотрении доводов жалобы оснований не усматривает. Оснований ставить под сомнение сообщенные свидетелем ФИО12 сведений не имеется. Показания свидетеля получены с соблюдением требований ст. 17.9 КоАП РФ, они согласуются с иными материалами дела, обоснованно приняты мировым судьей в качестве доказательств вины Вечёры В.В.
При проверке доводов жалобы судьей апелляционной инстанции в качестве свидетелей допрошены ФИО8 и ФИО7, которые на момент наезда на пешехода находились в качестве пассажиров в салоне автомобиля под управлением Вечёры В.В., ФИО13, который принимал участие в качестве понятого при составлении схемы дорожно-транспортного происшествия, а также врач травмпункта ФИО14
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО8 пояснил, что с Вечёрой В.В. они находятся в дружеских отношениях, общаются больше 20 лет. На вопросы защитника пояснил, что ранее он был вызван как свидетель в ГИБДД, где 01.10.2025 давал объяснения по обстоятельствам настоящего дела. Ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие написал по просьбе сотрудника ГИБДД, который уверил его, что суда не будет, это формальность. Фактически он принимал участие при рассмотрении дела в отношении Вечёры В.В. мировым судьей Андреевой, это было 10.10.2025, его пригласила Вечёра. К мировому судье он вызывался один раз, письменные показания он там не писал, показания давал устно. Подписку в суде о предупреждении его об уголовной ответственности за дачу ложных показаний он не подписывал, давал объяснения, так был участником ДТП, показывал судье место происшествия на схеме, напечатанной на формате А4. По обстоятельствам дорожно-транспортного происшествия пояснил, что он был участником дорожно-транспортного происшествия, так как находился в автомобиле Вечёры В.В. 14.09.2025 на переднем пассажирском сиденье, они приехали с магазина «Леруа Мерлен», временной промежуток это было примерно 17:15 – 17:20, более точно затрудняется ответить. Он был свидетелем того, как по проезжей части шел пешеход в наушниках, произошло его касание автомобилем Вечеры В.В. примерно в районе локтя, находясь на переднем сиденье он зрительно это увидел. После чего Вечёра В.В. открыла окно и сказала: «Чего ты ходишь по проезжей части?». После чего пешеход начал очень грубо кричать: «Почему ты со мной разговариваешь на «ты», это все было в очень грубой форме, он вел себя агрессивно, от него исходил запах алкоголя, после чего Вечёра В.В. попросила прощения, сказав: «Ну, извините меня». После этого Вечёра В.В. проехала около метра, он со вторым пассажиром Соловьевым вышли, пешеход в это время находился в полутора метрах от него. Когда они вышли, то прошли на тротуар, пешеход начал двигаться с горки вниз, они следом за ним шли до Цимлянской, 1/1, метров десять, то есть они тронулись с ним одновременно. Каких-либо видимых нанесенных ему увечий не было, пешеход адекватно разговаривал, суетился возле них, в этот момент они даже не видели, что он фотографировал автомобиль, все происходило быстро, никто не убегал никуда, Вечёра не покидала место ДТП, они даже не придали значения, что это было дорожно-транспортное происшествие, потому что на самом деле это было касание. Зеркало не складывалось, это было шорком, вскольз. Туловище задето не было, иначе бы зеркало сложилось, они задели краем зеркала край его локтя, куртку. На том участке узкая дорога, а он шел, размахивал руками, там были деревья, возможно он отклонился от их веток, когда они подъезжали, при этом было касание с машиной, пешеход не отшатнулся, почему они и уехали. Расстояние в том месте было узкое, если бы он руками не махал, они бы проехали аккуратно, а он шел и всю дорогу махал руками. Скорость их была минимальная, поскольку перед Постышева, 10/1, лежит высокий лежачий полицейский, и перед прикосновением тоже был лежачий полицейский. Их скорость была 5-7 км/час. Пешеход шел по проезжей части, хотя там имеются широкие тротуары. После обозрения схемы места дорожно-транспортного происшествия пояснил, что на схеме место касания пешехода изображено неверно, это было не около парковки, а дальше, где узкое место. На вопрос защитника относительно времени происшествия свидетель пояснил, что в тот день 14.09.2025 они были в «Леруа Мерлен», приобретали строительные материалы, пытались через личный кабинет магазина восстановить время. Выехали с магазина они примерно без пятнадцати пять, и минут в 17:15 – 17:20 это произошло, это точно было раньше, чем 18 часов. На вопросы суда свидетель пояснил, что он сидел на переднем пассажирском сиденье, видел, как идёт пешеход и видел момент соприкосновения куртки пешехода в районе локтя с боковым зеркалом автомобиля, возможно, его локоть даже не задели, звук при этом он не слышал, реакции Рукосуева не было, была реакция водителя, она остановилась и открыла окно.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО7 на вопросы защитника пояснил, что с Вечёрой В.В. они находятся в дружеских отношениях, общаются около 10 лет. На вопросы защитника пояснил, что в ГИБДД его не вызывали, однако он давал объяснения в судебном заседании у мирового судьи Андреевой на втором судебном заседании в ноябре 2025 года, точную дату он не помнит, помнит, что это была пятница время примерно 12 – 13 часов, подписку за дачу заведомо ложных показаний у него не отбирали. По обстоятельствам дела пояснил, что 14.09.2025 они ехали с Вечёрой, возвращались из магазина «Леруа Мерлен» в районе 17:15 часов, Вечёра подвозила их с ФИО8 домой на ул. Цимлянскую, №, он сидел на заднем пассажирском сиденье за водителем. Проезжая мимо дома по адресу: бульвар Постышева, 10/1, видели, что идет по дороге мужчина с левой стороны, шел он в наушниках, они ехали потихонечку, так как там лежачие полицейские и не разгонишься. Проехав первого лежачего полицейского, подъезжали ко второму, и в этом промежутке напротив подъезда стояли машины и пешеход здесь же шел, они думали сейчас рядом проедут, у них скорость была, как у пешехода, но пешеход шел руками махал и своей рукой в районе локтя, предплечья зацепил зеркало, Вечёра В.В. остановилась, открыла окно и стала орать: «Ты чего идешь здесь по дороге?», он ей в ответ: «Что вы мне «ТЫкаете?», она перед ним извинилась и он опешил от того, что было извинение, потому что было видно, что человек хотел конфликта. Он сразу замолчал, они отъехали на расстояние метр и вышли из машины, перешли на тротуар и пошли вниз, пешеход пошел рядышком. Вечёра В.В. поехала. На пешеходе была черная кожаная куртка. Свидетель также пояснил, что является врачом травмотологом-ортопедом, и как специалист заявляет, что травма – это острое заболевание, оно наступает в момент травмы, а пешеход говорит, что у него заболело на следующий день. Если бы у него был удар, у него бы заболело сразу. Также он говорит, что у него больная печень, но если бы был удар в печень, она бы дала мгновенную реакцию, он бы принял соответствующую позу, у него бы был спазм грудных межреберных мышц, диафрагмы, то есть он бы изогнулся, схватился бы за печень, за локоть, потому что это защитная реакция. Здесь ничего этого не было, он (свидетель), выходя, видел, что человек стоит, потом шел руками махал, не загнулся, не кричал от боли. С ним в перепалку они не вступали, так как было видно, что у него была неадекватная реакция на то, что ему локоть задели, а он орёт стоит. Если у него печень была травмирована, у него там спайки, и боли в печени может вызвать все, что угодно, начиная от погрешности в диете, что может давать боли. И то, что у него заболело через сутки – это неправда, ушибы болят сразу, это острая травма. Что касается травмпункта, то с жалобами на боли доктор обязан по стандарту направить пациента на рентген, чтобы исключить переломы, сходя на рентген и ничего не найдя, поставят диагноз ушиб, так как есть жалоба и должен быть диагноз, чтобы было закрыто медицинское дело. Ушиб – это самое банальное, что всем ставят просто так. На рентгене ушиб никогда не найдешь, поскольку это мягкие ткани, это травма незначительная. Грудную клетку его никто не задевал, там бы зеркало сложилось, но оно не сложилось. Была задета куртка, были ли задеты ткани человека, он сказать не может, так как этого не было видно, звука при этом никакого не было. Дорога в том месте узкая: машины стоят, деревья растут, чего он там шел по проезжей части непонятно, хотя в том месте с противоположной стороны есть тротуар. После обозрения схемы дорожно-транспортного происшествия свидетель пояснил, что на схеме место происшествия изображено неверно, это было не напротив парковки, а дальше по дороге, где узкое место. Когда Вечёра В.В. открыла окно, от пешехода почувствовался запах перегара. На вопрос суда свидетель пояснил, что контакт с пешеходом для него стал очевиден, так как он это видел. Когда они ехали, они видели пешехода, думали сейчас проедут, все ехали и смотрели эту ситуацию. Они бы его проехали, если бы он не начал махать локтями, он сам задел машину рукой и сам же начал кричать.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО14 пояснил, что работает врачом-травматологом травмпункта № ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №». По обстоятельствам дела после обозрения копии медицинской карты ФИО10 с осмотром от 16.09.2025 и копии медицинской справки от 24.09.2025 пояснил, что 16.09.2025 он проводил осмотр ФИО10, с какими жалобами Рукосуев обращался в травмпункт он уже не помнит, поскольку прошло много времени, ответить на данный вопрос он может только опираясь на свои записи в медкарте. Со слов Рукосуева он получил травму в результате ДТП, он жаловался на боли в грудной клетке. На вопрос защитник о том, были ли у ФИО10 жалобы по поводу повреждений правого локтя, свидетель пояснил, что записей об этом у него в осмотре нет, в настоящее время он руководствуется только своими записями. Диагноз ушиб грудной клетки он выставил методом исключений: если имеется травма грудной клетки, может быть несколько диагнозов: перелом или ушиб. Если перелома нет, то, соответственно, диагноз ушиб. То, что имеется травма грудной клетки, он определил при сборе жалоб пациента. Когда пациент обращается к врачу, всегда ведется диалог, что беспокоило, что привело в травмпункт. У него были жалобы на боли в грудной клетке, при пальпации была определена болезненность умеренная. Каждый человек индивидуален, болевой порог у всех разный. В данном случае при пальпации пациент проявил признаки болевого синдрома, но незначительного, а умеренного. На вопрос защитника возможно ли при повреждении локтя установить, что имеется ушиб грудной клетки, свидетель пояснил, что бывают разные механизмы получения травмы, в том числе с падением, но его задача, как врача-травматолога, оказать медицинскую помощь и установить диагноз. Обстоятельства того, как все произошло, с какой скоростью ехал автомобиль, какой частью он его ударил, упал пациент или нет, он не выясняет, он устанавливает: травма произошла тогда-то в результате ДТП, доставлен БСМП или прибыл самостоятельно. Медсправка от 24.09.2025 на л.д. 12 выписывалась не им, кто составлял справку ему не известно. Такие справки выдаются обычно по запросу либо когда пациент приходит на плановый прием. В кабинете неотложной медицинской помощи, где он оказывает первичный прием, справки не выдаются. На справке (л.д. 12) стоит печать травмпункта, ранее эту справку он не видел, ее не выдавал. Пояснил, что справку по запросу может выдать и заведующая на основании записей первичного осмотра пациента из медицинской карты, которая хранится у них в регистратуре. На вопросы суда свидетель пояснил, что по результатам рентген-исследования Рукосуева рентгенолог не выявил повреждений костных структур и легких. Если бы у ФИО10 были гематомы, он бы отразил их в осмотре, если их нет в осмотре от 16.09.2025, то их, возможно, не было. Осмотр им проводится только той части тела, на которую имеются жалобы. На вопрос о том, возможно ли, что у ФИО10 имелась гематома на правом локте, которую он показывал врачу при осмотре (о чем ФИО10 заявил в судебном заседании), но это не отражено в осмотре, свидетель пояснил, что они стараются указывать все, но человеческий фактор всегда имеет место быть и он не исключает, что мог не отразить это в осмотре пациента, поскольку обстоятельства бывают разные, в том числе полный коридор народа. Достоверно анамнеза ФИО10 в настоящее время он не помнит. Не исключает, что жалуясь на грудную клетку, пациент мог показать локоть с гематомой, не предъявляя жалоб на него.
Допрошенный в качестве свидетеля ФИО13 пояснил, что являлся свидетелем не самого акта наезда на человека, а свидетелем того, что спустя какое-то время пострадавший вызвал экипаж полиции и полицейский описывал место происшествия. После обозрения схемы места дорожно-транспортного происшествия (л.д. 85) свидетель пояснил, что в схеме имеются его данные, подпись. По обстоятельствам дела пояснил, что он проходил мимо дома по адресу: бульвар Постышева, №, и его попросили засвидетельствовать схему ДТП. Когда он проходил мимо, он видел машину полиции, на месте был пострадавший Рукосуев, он его видел. Инспектор оформил схему происшествия, показал ее ему, он с ней ознакомился и подписал. Устно инспектор описал, что двигалась машина, Рукосуев переходил дорогу и был совершен наезд на человека. На месте были только инспектор и Рукосуев. В тот момент, когда он был на месте, второго понятого не было. По обстоятельствам он понял, что машина после наезда не остановилась и уехала с места, про какие-то последствия, удары, травмы инспектор и Рукосуев не говорили, он понял, что удар был не сильным, но это его додумки. Сам он внешне никаких травм у Рукосуева не видел. Это было полгода назад, и некоторые моменты он точно может не помнить. Со схемой он знакомился в машине инспектора, там же все подписал, после чего пошел дальше. Рукосуев при этом вел себя эмоционально, нецензурно выражался, но в рамках дозволенного, его эта ситуация беспокоила, так как он рассказывал, что машина его не пропустила, на него наехала. Оформление с его присутствием проходило минут 10. Было это примерно несколько месяцев назад, была осень. При составлении схемы инспектор ему сообщал, что ДТП было несколько дней назад, но не в день составления схемы, сколько дней назад, он точно не помнит. Пострадавший Рукосуев к нему при этом не подходил, все рассказывал инспектор. На вопросы защитника пояснил, что адрес своего места жительства, который он указал в схеме, это адрес его второй квартиры. ФИО15 ему неизвестен. Кроме него при составлении схемы были инспектор и потерпевший, еще была его жена, но она никак не участвовала при составлении схемы. Ему предложили подписать имеющуюся схему, в схему были внесены замеры, он визуально оценил эти замеры, в самих замерах он не участвовал.
Показания свидетелей ФИО14 и ФИО13 не противоречат исследованным доказательствам по делу, свидетели предупреждены об ответственности по ст. 17.9 КоАП РФ. Давая оценку показаниям свидетелей, судья склонен относиться к ним, как к относимым и допустимым доказательствам в подтверждение факта совершения Вечёрой В.В. административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
Показания свидетелей ФИО8 и ФИО7, данные судье апелляционной инстанции, в той части, в которой они согласуются с иными представленными в дело доказательствами, судья признает достоверными, а в остальной части, в том числе, что касания транспортным средством Вечеры В.В. пешехода Рукосуева не было, а был контакт только с его курткой, что травму Рукосуев не получал, судья относится критически, поскольку они противоречат стабильным и последовательным показаниям потерпевшего ФИО10, а также первичным объяснениям, данным ФИО8 в день, когда произошло событие.
Так, в объяснениях от Дата ФИО8 указывал, что Дата Вечёра В.В., двигаясь за рулем своего транспортного средства, зеркалом автомобиля задела локоть пешехода.
Более того, судья учитывает, что ФИО8 и ФИО7 состоят в дружеских отношениях с Вечёрой В.В., в связи с чем заинтересованы в благоприятном для нее исходе дела.
Показания свидетеля ФИО7, являющегося врачом травматологом-ортопедом, о чем стороной защиты представлены подтверждающие документы, в части того, что ФИО10 сразу не проявил признаков получения им травмы, что ушибы болят сразу, а не через сутки, судья находит не относящимися к рассматриваемому делу, поскольку ФИО7 на месте дорожно-транспортного происшествия какую-либо медицинскую помощь, как врач, ФИО10 не оказывал, следовательно, его показания в этой части являются общими рассуждениями.
Из установленных по делу обстоятельств, а также показаний самой Вечёры В.В., объективно следует, что для нее было очевидно событие, которое возникло в процессе движения её транспортного средства, с её участием, при котором произошел контакт ее транспортного средства с пешеходом ФИО10
Имеющий правовое значение для разрешения дела факт контакта транспортного средства под управлением Вечёры В.В. с пешеходом, что отвечает признакам дорожно-транспортного происшествия, обязывал ее выполнить требования Правил дорожного движения и в числе иных обязанностей остаться на месте дорожно-транспортного происшествия до приезда сотрудников Госавтоинспекции, однако она эти требования не выполнила и оставила место дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась.
Для правильности квалификации действий Вечёры В.В. по ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ не имеет правового значения отсутствие повреждений на её автомобиле или тот факт, что потерпевший самостоятельно ушел.
Наезд на пешехода даже при отсутствии у него видимых телесных повреждений относится к одному из видов дорожно-транспортного происшествия. Наличие данных обстоятельств не давало Вечёре В.В. права покидать место правонарушения в соответствии с требованиями п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения.
Будучи участником дорожного движения, управляющим транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности, Вечёра В.В. должна была максимально внимательно относиться к дорожной обстановке и соблюдать предъявляемые к водителям транспортных средств требования Правил дорожного движения. Более того, наезд на пешехода имел место на придомовой территории, где в соответствии с п.п. 17.1 - 17.4 Правил дорожного движения пешеходы имеют преимущество.
При исследовании материалов дела установлено, что потерпевший ФИО10 называет разное время наезда на него: 17:00 (л.д. 123), 17:30 (л.д.38), 17:45 (л.д. 10), 18:00 (л.д. 11). В судебном заседании он пояснил, что дорожно-транспортное происшествие произошло Дата в период времени с 17 до 18 часов, более точное время сказать не может, указание разного времени в материалах дела объясняет тем, что точное время не запомнил.
Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО8 и ФИО7 а также Вечёра В.В. пояснили, что обстоятельства вменяемого Вечёре В.В. правонарушения имели место быть Дата, когда Вечёра В.В. привезла ФИО8 и ФИО7 к дому из магазина «Леруа Мерлен», временной промежуток это был примерно 17:15 – 17:20 часов.
При этом расхождение во времени не является значительным и не свидетельствует об иной дате и времени суток дорожно-транспортного происшествия. В связи с чем время совершения вмененного Вечёре В.В. правонарушения следует уточнить: Дата около 17:20 часов.
Уточнение времени совершения правонарушения при рассмотрении жалобы отвечает требованиям о всестороннем, полном и объективном выяснении юридически значимых обстоятельств и не является основанием для освобождения от административной ответственности, поскольку само событие административного правонарушения данное обстоятельство не исключает, о выходе судьи за пределы вмененного правонарушения не свидетельствует.
Совокупность доказательств, полученных в ходе производства по делу об административном правонарушении, объективно свидетельствуют об умышленном нарушении Дата около 17:20 часов по адресу: Адрес, бул. Постышева, №, водителем Вечёрой В.В., осведомленной о том, что она совершила наезд на пешехода, в результате которого ему, возможно, причинены повреждения, требований пункта 2.5 Правил дорожного движения, которая оставила место дорожно-транспортного происшествия, и о совершении Вечёрой В.В. административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
Довод жалобы о том, что в материалах дела отсутствуют медицинские документы, подтверждающие наличие у потерпевшего ФИО10 диагноза: ушиб грудной клетки, факт причинения телесных повреждений ФИО10 надлежащими медицинскими документами не подтвержден, подлежит отклонению, как несостоятельный.
Так, в материалы дела представлена копия медицинской карты по факту обращения ФИО10 в травмпункт № ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница №», где содержится письменный документ – осмотр пациента ФИО10 от Дата, в котором указано, что Рукосуев обратился с жалобами на умеренные боли в грудной клетке справа, со слов Дата около 18:00 был сбит легковым автомобилем возле школы №, диагноз: ЗТГК, ушиб мягких тканей грудной клетки справа.
Локализация телесных повреждений, сообщенная ФИО10 врачу: справа на уровне грудной клетки, согласуется с обстоятельствами дорожно-транспортного происшествия, имевшего место быть с участием автомашины под управлением Вечёры В.В. Дата.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля врач-травматолог ФИО14, производивший осмотр ФИО10, пояснил, что диагноз он выставил на основании жалоб пациента, его осмотра, в том числе с применением пальпации, установив умеренную болезненность, в том числе при глубоком вдохе.
То обстоятельство, что ФИО10 не причинен вред здоровью, не является основанием для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку определение степени причиненного вреда здоровью потерпевшего не имеет правового значения и не влияет на квалификацию действий Вечёры В.В., поскольку состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, является формальным и не зависит от тяжести причиненного вреда здоровью потерпевшего либо наступления иных негативных последствий.
Определение степени тяжести вреда здоровью потерпевшего подлежит установлению в случае разрешения вопроса о необходимости квалификации действий водителя, нарушившего Правила дорожного движения, по ст. 12.24 КоАП РФ или ст. 264 УК РФ, и не входит в предмет доказывания по делам рассматриваемой категории.
Довод о том, что зеркалом автомобиля Вечёры В.В. был задет локоть ФИО10, а также одежда, при этом потерпевший не падал, не отшатывался, что не является дорожно-транспортным происшествием, в связи с чем оснований для выполнения любых из действий, указанных в п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения у водителя Вечёры В.В. не имелось, основан на неверном толковании норм права, поскольку в рассматриваемом случае контакт с пешеходом, очевидный для водителя, имел место быть, при этом водитель и его пассажиры не является специалистами, чтобы определить на месте причинен ли пешеходу какой-либо вред здоровью, испытал ли при этом человек боль, не повлечет ли такой контакт пешехода с источником повышенной опасности последствий для вреда здоровью потерпевшего с учетом особенностей его организма в будущем.
Мировой судья пришел к обоснованному выводу о том, что произошедшее событие отвечает признакам дорожно-транспортного происшествие в соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения.
Указание на то, что пояснения потерпевшего ФИО10 о локализации и механизме причиненного ему телесного повреждения носят противоречивый характер (удар в печень, в локоть, в бок), в целом не вызывает сомнений в том, что левым зеркалом транспортного средства под управлением Вечёры В.В. была задета правая боковая часть тела ФИО10 на уровне локтя.
Доводы жалобы о виновном поведении самого потерпевшего, который в момент дорожно-транспортного происшествия находился в состоянии алкогольного опьянения (в подтверждение факта того, что потерпевший употребляет алкоголь, стороной защиты представлена характеристика участкового уполномоченного полиции), шел по дороге и размахивал руками, что и явилось причиной того, что он задел зеркало машины, не обращался в орган Госавтоинспекции в день дорожно-транспортного происшествия, подлежат отклонению, так как не влияют на выводы о виновности Вечёры В.В. в совершении вменяемого ей правонарушения.
Указание защитником на то, что пояснения свидетеля Соловьёва П.А. не отражены в обжалуемом постановлении, несмотря на то, что он допрашивался мировым судьей, не может повлиять на состоявшийся по делу судебный акт, поскольку из материалов дела следует, что Соловьёв П.А. допрашивался при рассмотрении дела мировым судьей, по результатам рассмотрения дела 10.10.2025 мировым судьей вынесено определение о возвращении протокола и иных материалов дела для устранения недостатков. В указанном определении отражены пояснения Соловьёва П.А. (л.д. 103-104). Будучи допрошенным судьей апелляционной инстанции ФИО16 пояснил, что допрашивался мировым судьей единожды, помнит, что это был день недели пятница, то есть 10.10.2025. После повторного поступления дела мировому судье и при его рассмотрении по существу ФИО16 в качестве свидетеля не допрашивался, так как судебные заседания у мирового судьи были 17.11.2025 и 01.12.2025, указанные дни являются понедельниками, в связи с чем в обжалуемом постановлении его пояснения отсутствуют.
Неведение протокола судебного заседания мировым судьей, на что имеется ссылка в дополнениях к жалобе, не свидетельствует о нарушении процессуальных требований закона, поскольку КоАП РФ не предусматривает обязательное ведение протокола судебного заседания.
Указание защиты на то, что потерпевший ФИО10 после контакта с автомобилем не жаловался на состояние здоровья, не держался за место удара и самостоятельно ушел, не принимается судом во внимание, так как указанные обстоятельства не освобождали Вечёру В.В. от обязанностей, указанных в п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения.
Довод о том, что схема места совершения административного правонарушения не соответствует фактическим обстоятельствам дела в связи с неверным указанием места дорожно-транспортного происшествия, поскольку дорожно-транспортное происшествие произошло в узкой части дороги, при этом на схеме в узкой части дороги место дорожно-транспортного происшествия не отображено, не может повлиять на состоявшийся по делу акт.
В подтверждение данного довода стороной защиты представлено автотехническое экспертное заключение № от 03.03.2026 ИП ФИО17, согласно выводам которого схема дорожно-транспортного происшествия от 14.09.2025 не может быть признана достоверной, так как с учетом пояснений лица, привлекаемого к административной ответственности, и свидетелей ДТП, место дорожно-транспортного происшествия находилось не напротив автопарковочных мест, как указано в схеме, представленной в материалы дела, а далее на автодороге, имеющей меньшую ширину проезжей части.
Указанное экспертное исследование, проведенное по заявлению Вечёры В.В. на основе представленных последней исходных данных, не отвечает признаку допустимости, поскольку эксперт перед проведением экспертизы не был предупрежден уполномоченным на то лицом об административной ответственности в соответствии с ч. 3 ст. 25.9 КоАП РФ по ст. 17.9 КоАП РФ за дачу заведомо ложного заключения.
Возможное расхождение в части ширины дороги, расхождение в несколько метров при указании потерпевшим ФИО10 и Вечёрой В.В. места дорожно-транспортного происшествия, имевшего место на придомовой территории около дома № бульвара Постышева, 14.09.2025, не влияет на вывод об имевшем место быть событии дорожно-транспортного происшествия по указанному адресу с участием пешехода ФИО10 и водителя Вечёры В.В. при управлении ею транспортным средством «Exeed LX», государственный регистрационный знак №.
То обстоятельство, что осмотр места совершения административного правонарушения и составление схемы осуществлялись в отсутствие Вечёры В.В., не влечет признание такого протокола и схемы места совершения административного правонарушения недопустимыми доказательствами, поскольку согласно данному протоколу, осмотр места происшествия производился после поступления информации из травмпункта о факте дорожно-транспортного происшествия, и на момент осмотра транспортное средство, участвовавшее в совершении дорожно-транспортного происшествия, и водитель, скрывшийся с места происшествия, установлены не были.
В связи с чем оснований признать схему дорожно-транспортного происшествия от 14.09.2025 недопустимым доказательством по делу и исключить ее из числа доказательств по делу по указанным основаниям не имеется. Позднее Вечёра В.В. была ознакомлена со схемой, подписала ее без замечаний.
Вместе с тем, в судебном заседании к качестве свидетеля допрошен ФИО13, принимавший участие в качестве понятого при составлении протокола осмотра места совершения административного правонарушения и схемы дорожно-транспортного происшествия, который пояснил, что непосредственный осмотр места и замеры производились в его отсутствие, он подписал уже составленные документы, второго понятого на месте в тот момент, когда он подписывал документы в салоне служебного автомобиля, не было.
То есть установлено, что протокол осмотра места совершения административного правонарушения и схема дорожно-транспортного происшествия составлены с участием одного понятого.
Согласно положениям ч. 1 ст. 28.1.1 КоАП РФ в случае совершения административного правонарушения, предусмотренного статьей 12.24 или частью 2 статьи 12.30 настоящего Кодекса, составляется протокол осмотра места совершения административного правонарушения.
Осмотр места совершения административного правонарушения осуществляется лицами, уполномоченными составлять протоколы об административных правонарушениях в соответствии с частью 1 статьи 28.3 настоящего Кодекса, в присутствии двух понятых либо с применением видеозаписи (часть 3 статьи 28.1.1).
Поскольку протокол осмотра места совершения административного правонарушения, представленный в материалы дела, составлен с участием одного понятого и без применения видеозаписи, то в силу ч. 3 ст. 26.2 КоАП РФ он не может быть использован по делу об административном правонарушении в качестве доказательства, поэтому подлежит исключению из числа доказательств, как составленный с нарушением закона.
Вместе с тем, указанное обстоятельство не влияет на выводы мирового судьи о виновности Вечёры В.В. в совершении вменяемого ей правонарушения, поскольку факт дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 14.09.2026 подтвержден иными доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе пояснениями потерпевшего ФИО10, лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, - Вечёры В.В., свидетелей ФИО8 и ФИО7 и иными доказательствами.
Оставление Вечёрой В.В. места дорожно-транспортного происшествия, участником которого она являлась, зафиксировано и в протоколе об административном правонарушении, составленном с соблюдением требований ст. 28.2. КоАП РФ, без замечаний со стороны Вечёры В.В.
Более того, в соответствии с ч. 1 ст. 28.1.1 КоАП РФ по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, составление протокола осмотра места совершения административного правонарушения в качестве обязательного не предусмотрено.
В связи с исключением протокола осмотра места совершения правонарушения из числа доказательств по делу довод жалобы о внесении изменений в данный протокол в отсутствие Вечёры В.В. оценке не подлежит.
Однако необходимость участия понятых либо применения видеозаписи предусмотрена при осмотре места совершения административного правонарушения (ч. 3 ст. 28.1.1 КоАП РФ) и последующего составления протокола осмотра. В отношении схемы места совершения административного правонарушения такого требования КоАП РФ не содержит.
В связи с чем оснований признать схему дорожно-транспортного происшествия от 14.09.2025 недопустимым доказательством по делу и исключить ее из числа доказательств по делу по данному основанию, вопреки доводам жалобы, не имеется.
То обстоятельство, что в схеме места совершения административного правонарушения датой и временем её составления указаны дата и время вменяемого Вечёре В.В. правонарушения, не порочит ее доказательственного значения, поскольку в судебном заседании установлено, что данная схема составлялась инспекторами Госавтоинспекции, в том числе, с участием потерпевшего ФИО10, подписана на месте понятым ФИО13, которые пояснили, что составление схемы происходило не в день дорожно-транспортного происшествия, а позднее, то есть после 14.09.2026. Из объяснений ФИО10, данных в судебном заседании, и совокупности исследованных в судебном заседании материалов, в том числе определений о возбуждении дел об административных правонарушениях (л.д. 79-80), справки о ДТП (л.д. 88), объяснений ФИО10 (л.д. 89), его расписки (л.д. 90) следует, что схема составлена 19.09.2025.
Довод жалобы об отсутствии у Вечёры В.В. умысла на оставление места дорожно-транспортного происшествия не свидетельствуют об отсутствии в ее действиях состава вмененного административного правонарушения, поскольку, будучи осведомленной о своем участии в дорожно-транспортном происшествии, о произошедшем наезде на пешехода в органы Госавтоинспекции она не сообщила, их приезда не дожидалась, что признала в судебном заседании.
Совокупность имеющихся в деле доказательств является достаточной для полного, объективного и всестороннего выяснения обстоятельств дела и установления вины Вечёры В.В. в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ.
Несоблюдение участниками дорожного движения требований законодательства в области дорожного движения, определяющего приоритет жизни, здоровья и имущества граждан, защиту их прав и законных интересов, а также интересов общества и государства, существенно нарушает охраняемые законом общественные правоотношения, потому оснований для признания совершенного Вечёрой В.В. противоправного деяния малозначительным и её освобождения от административной ответственности в порядке ст. 2.9 КоАП РФ не имеется.
Кроме того, не имеется оснований для переквалификации действий Вечёры В.В. на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ, поскольку то обстоятельство, что Вечёра В.В. стала участником дорожно-транспортного происшествия, обязывало её выполнить требования п.п. 2.5, 2.6 Правил дорожного движения, ее действия, связанные с оставлением места дорожно-транспортного происшествия, осуществлялись осознанно в нарушение требований Правил дорожного движения. В связи с чем ходатайство защитника о переквалификации действий Вечёры В.В. на ч. 1 ст. 12.27 КоАП РФ удовлетворению не подлежит.
При таких обстоятельствах все доводы жалобы судья отклоняет, как несостоятельные, направленные на защиту Вечёры В.В. и желание уйти от административной ответственности.
Несогласие заявителя с оценкой, данной собранным по делу доказательствам, равно как и несогласие с судебным постановлением, не является основанием к отмене судебного акта, постановленного с соблюдением требований КоАП РФ.
Наказание назначено в пределах, установленных законом и предусматривающих ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с требованиями ст. 4.1 КоАП РФ и является справедливым.
Существенных нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, не позволяющих всестороннее, полно и объективно рассмотреть дело, мировым судьёй не допущено, поэтому постановление о назначении Вечёре В.В. административного наказания является законным и обоснованным, вследствие чего оно подлежит оставлению без изменения, жалоба защитника и дополнения к ней – без удовлетворения.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 30.6 – 30.9 КоАП РФ, судья
РЕШИЛ:
постановление мирового судьи судебного участка № 3 Октябрьского района г. Иркутска от 4 декабря 2025 г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.27 КоАП РФ, в отношении Вечёры Веры Витальевны оставить без изменения, жалобу защитника Сокольникова Ю.Н. и дополнения к ней - без удовлетворения.
Решение вступает в законную силу немедленно, может быть обжаловано и опротестовано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном ст. 30.12 КоАП РФ.
Судья Ю.Н. Занора