РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
10 марта 2026 года г. Санкт-Петербург
Московский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи И.Д. Гармаевой при секретаре Ершове А.И., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Чемякина Д.В. к ООО «Бизнес Технологии» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, установил:
Чемякин Д.В. обратился в Московский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ООО «Бизнес Технологии», в котором просит отменить приказ ООО «Бизнес Технологии» от ДД.ММ.ГГГГ № о расторжении трудового договора с ним по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, восстановить его на работе в должности руководителя юридического отдела в ООО «Бизнес Технологии» с ДД.ММ.ГГГГ, аннулировать запись об увольнении в трудовой книжке, взыскать с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения судом решения о восстановлении на работе, рассчитанный исходя из среднего месячного заработка в размере 250 000 рублей, без удержания налогов, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.
В обоснование заявленных требований истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ ему поступило предложение о работе в должности руководителя юридического отдела в группе компаний «ДОХОДЪ». Со слов Директора по персоналу Финансовой группы «ДОХОДЪ» ФИО2 ООО «Бизнес Технологии» входят в одну группу лиц с ООО «УК «ДОХОДЪ» и все юристы, работающие в группе компаний, трудоустроены в ООО «Бизнес Технологии». ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен трудовой договор №, согласно которому истец принят на работу в юридический отдел на должность руководителя юридического отдела. Трудовой договор был заключен на неопределенный срок, с испытательным сроком 3 месяца, т.е. до ДД.ММ.ГГГГ включительно. ДД.ММ.ГГГГ ответчик издал приказ № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении истца с ДД.ММ.ГГГГ по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (расторжение по инициативе работника), однако данное основание, по мнению истца, применено незаконно, поскольку отсутствовало его подлинное добровольное волеизъявление. Так, по результатам каждого месяца работы (первого и второго месяца работы заместителем генерального директора ФИО1 и директором по персоналу Финансовой группы «ДОХОДЪ» ФИО2 были проведены с истцом два собеседования, согласно которым был получен позитивный отзыв о его адаптации к требованиям и условиям работы, успешном выполнении поставленных задач и прохождении испытательного срока. Как указывает истец, ДД.ММ.ГГГГ (за 3 рабочих дня до истечения испытательного срока) в 12-00 директор по персоналу Финансовой группы «ДОХОДЪ» ФИО2, заместитель генерального директора ФИО1 вызвали его в кабинет. Сначала ФИО2 стала рассказывать, какой истец хороший специалист, затем обе сообщили ему о том, что он должен уйти, дословно: «В интересах компании вы должны сегодня же написать заявление об увольнении по собственному желанию», без каких-либо объяснений и без указания на связь с прохождением испытательного срока. Далее истцу было предъявлено ультимативное требование - написать заявление об увольнении по собственному желанию день в день, то есть с ДД.ММ.ГГГГ, без предупреждения, отработки, без компенсации, без возможности отозвать заявление, под угрозой снижения заработной платы за отработанный месяц октябрь с 250 000 рублей до 50 000 рублей и лишения премии. Выплата только оклада без премии означала бы сокращение дохода на 80%. Истец попросил время на размышление, однако ему было отказано с формулировкой: «Нет, это нужно сделать сейчас же». Обоснованием срочности служило утверждение, что им нужно сделать все в интересах компании, а не «после завершения испытательного срока, когда мы будем вынуждены увольнять вас только по соглашению сторон», что подразумевало менее выгодные для работодателя условия увольнения. Как указывает истец, заявление об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ было написано им от руки под диктовку в состоянии сильного психологического давления, без времени на обдумывание, в присутствии представителя отдела кадров и директора по персоналу, что исключало свободу и добровольность его волеизъявления. Истцу не было предоставлено работодателем времени для принятия обдуманного и взвешенного решения. После написания заявления об увольнении по собственному желанию истец смог выйти из офиса в обеденный перерыв. После возвращения на свое рабочее место истец обнаружил, что ему отключили доступ к корпоративной почте, системе документооборота, постановке задач и внутренним ресурсам с его рабочего компьютера на его рабочем месте, заместитель генерального директора ФИО1 сообщила всем сотрудникам юридического отдела, что истец «с сегодняшнего дня больше не работает в компании», директор по персоналу самостоятельно оформил и подписал за истца обходной лист. ДД.ММ.ГГГГ в 15-25 до получения им документов об увольнении ему поступили на банковскую карту денежные средства от работодателя с назначением платежа: «расчет при увольнении за октябрь 2025», ответчик выдал истцу трудовую книжку и расчетный листок за октябрь. Указанные обстоятельства, по мнению истца, подтверждают факты грубых нарушений его прав как работника со стороны ООО «Бизнес-Технологии», в связи с чем, ему был также причинен действиями работодателя моральный вред, который оценен им в сумме 300 000 рублей ( л.д. 6-10).
Истец, его представитель, допущенный судом в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ, Чемякина М.Е. в судебном заседании исковые требования и доводы в их обоснование поддержали в полном объеме.
Представитель ответчика по доверенности Кузьмин А.А. в судебном заседании исковые требования не признавал, указал, что заявление об увольнении было написано лично истцом и свидетельствует о наличии у него волеизъявления на увольнение по собственному желанию.
Выслушав и оценив доводы и пояснения участников процесса, заключение помощника прокурора Кузнецовой Е.А., полагавшего иск подлежащим отклонению в полном объеме, изучив все собранные по делу доказательства, огласив в судебном заседании показания свидетелей ФИО2 ФИО1, ФИО3 оценив относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также их взаимную связь и достаточность в совокупности, суд приходит к следующему.
Как следует из материалов дела и установлено судом, на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ истец Чемякин Д.В. принят на работу в ООО «Бизнес Технологии» в юридический отдел на должность руководителя юридического отдела. Трудовой договор заключен на неопределенный срок, с испытательным сроком 3 месяца (л.д. 13-16).
ДД.ММ.ГГГГ ООО «Бизнес Технологии» издан соответствующий приказ № о приеме истца на работу.
ДД.ММ.ГГГГ Чемякин Д.В. подал заявление, в котором просил уволить его ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию в соответствии с пунктом 3 ст. 77 Трудового кодекса РФ (л.д. 169).
Приказом ООО «Бизнес Технологии» № от ДД.ММ.ГГГГ Чемякин Д.В. уволен на основании пункта 3 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ), по инициативе работника, с ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 174).
С приказом об увольнении истец ознакомился ДД.ММ.ГГГГ, окончательный расчет с истцом произведен ответчиком в полном объеме, трудовая книжка выдана истцу ДД.ММ.ГГГГ.
Обратившись в суд с настоящим иском, истец ссылается на вынужденный характер увольнения по пункту 3 части 1 статьи 77 ТК РФ (по инициативе работника) по доводам, изложенным в исковом заявлении, письменных пояснениях.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 ТК РФ).
Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен статьей 80 ТК РФ.
Частью 1 статьи 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 ТК РФ).
В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее, чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом.
При этом обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, а также право работника отозвать свое заявление в силу ч. 4 ст. 80 Трудового кодекса Российской Федерации, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с указанным Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.
На основании ходатайства истца судом допрошены свидетели: директор по персоналу Онофрийчук Н.И., заместитель генерального директора Миндич М.Л., сотрудник отдела кадров Дмитриева Н.С.
Свидетель ФИО2 показала суду, что с истцом она заочно познакомилась в конце июня 2025, его резюме нашли на хедхантере, связались с ним, договорились о собеседовании. Собеседование с истцом проводила свидетель и ФИО1 В период работы истца замечания на его работу поступали от зам. гендиректора ФИО1 и сотрудников юридического отдела. Свидетель указала, что совместно с ФИО1 пригласили истца ДД.ММ.ГГГГ в 11 часов 30 минут, чтобы обсудить результаты испытательного срока. На встрече были истец, свидетель и ФИО1 Свидетель сразу сообщила истцу о том, что у зам. гендиректора негативная обратная связь в отношении проведенной работы истца за время испытательного срока. Одной из задач Д.В. была организация работы юридического отдела, в том числе, проведение встреч с сотрудниками юридического отдела, такую встречу он провел только один раз.
Свидетель ФИО1 показала суду, что истец знал, что она является его куратором, она ставила перед ним задачи каждый месяц. По итогам третьего месяца HR-служба пригласила свидетеля на встречу в переговорную комнату. На ней присутствовали ФИО2 и истец. Обсуждали итоги прохождения испытательного срока истцом. На встрече ДД.ММ.ГГГГ свидетель сообщила, что по итогам испытательного срока работа руководителя юридического отдела истцом не освоена, истец ответил, что у него не сложилось такого впечатления. Конструктивных предложений от истца свидетель не услышала, далее речь пошла про увольнение. Свидетель считает, что истец решил, что ему надо уволиться. Заявление на увольнение он писал не при свидетеле, давление на истца не оказывалось, беседа проходила в спокойном тоне. Также свидетель указала, что во время её отпуска ее полномочия исполнял генеральный директор и его зам. После отпуска свидетелю передали дела с определенными замечаниями. Свидетель видела только даты отпуска истца. На заявлении об отпуске должна быть проставлена подпись свидетеля для согласования. Свидетель указала, что она не предлагала уволиться истцу, хотела услышать от него конструктивные предложения, однако истец отрицательно воспринял критику. После первого месяца работы истца свидетель сказала ему, что планерки должен вести он.
Свидетель ФИО3 показала суду, что её руководитель ФИО2 принесла ей заявление на увольнение истца и сказала начать процедуру увольнения. Истец никаких вопросов свидетелю не задавал и никак не комментировал ситуацию. Заявление от истца на отпуск было, но оно не было согласовано. Свидетель его предупредила, что заявление на отпуск нужно согласовать с генеральным директором. Свидетель показала, что истец исправлял заявление об увольнении, так как в нем была допущена техническая ошибка. Также свидетель указала, что истец с ней общался спокойно, последствия подписания заявления ему были понятны и разъяснены.
Суд не находит оснований не доверять показаниям свидетелей, предупреждённых об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, поскольку они последовательны, не противоречат материалам дела, а также пояснениям самого истца, который после допроса свидетелей подтвердил факт того, что на встрече ДД.ММ.ГГГГ ему были сделаны замечания относительно его работы в должности руководителя юридического отдела в период испытательного срока. То обстоятельство, что свидетели являются работниками организации ответчика, не может свидетельствовать о наличии какой-либо заинтересованности в рассмотрении спора. Доказательств, опровергающих показания свидетелей, истцом не представлено.
Также судом по ходатайству истца от ответчика истребованы видеозаписи, аудиозаписи встречи от ДД.ММ.ГГГГ.
В ответ на запрос суда представитель ответчика сообщил о том, что в помещении для проведения переговоров, в котором состоялась беседа с истцом ДД.ММ.ГГГГ, видеокамеры не установлены. Другие средства аудио-видео-фиксации в ходе указанной беседы не использовались. В кабинете отдела персонала видеокамеры также не установлены. В связи с изложенным, запрос суда не может быть исполнен по объективным причинам за отсутствием у общества истребованного доказательства (л.д. 210).
Учитывая, что в силу статьи 157 ГПК РФ одним из основных принципов судебного разбирательств является его непосредственность, решение может быть основано только на тех доказательствах, которые были исследованы судом первой инстанции в судебном заседании (пункт 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.12.2003 N 23).
Суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела (ст. 59 ГПК РФ).
Оценив представленные по делу доказательства, пояснения сторон, показания допрошенных свидетелей ФИО2 ФИО1, ФИО3 исследовав представленные в материалы дела письменные документы, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований Чемякина Д.В., поскольку в материалах дела отсутствуют какие-либо доказательства, свидетельствующие об оказании ответчиком давления на него при подаче заявления об увольнении и нарушении его трудовых прав в период работы.
Из показаний свидетелей ФИО2 ФИО1 следует, что мотивом, побудившим истца прекратить трудовые отношения в день подачи заявления, являлось несогласие истца с озвученными замечаниями относительно его работы в ООО «Бизнес Технологии» в период испытательного срока, который заканчивался ДД.ММ.ГГГГ. Предложений об устранении замечаний от истца не поступило, им принято добровольное решение о прекращении с ответчиком трудовых отношений.
Кроме того, свидетели подтвердили, что истцу разъяснялись последствия написания им заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию, были выяснены мотивы написания истцом заявления об увольнении по собственному желанию.
Факт оказания указанными свидетелями психологического давления на истца и принуждения к увольнению по собственному желанию истцом в ходе судебного разбирательства не доказан.
Доводы истца о том, что заявление об увольнении было написано под давлением работодателя, не могут повлечь признание увольнения незаконным и восстановление истца на работе, поскольку истцом не представлено относимых, допустимых и достоверных доказательств понуждения со стороны работодателя к увольнению, каких-либо неправомерных действий со стороны работодателя из материалов дела не следует, доказательства угроз со стороны руководства организации об увольнении по порочащим основаниям также отсутствуют. В правоохранительные органы, органы прокуратуры истец не обращался.
То обстоятельство, что со стороны непосредственного руководства имелись претензии к качеству выполняемой истцом работы, что было подтверждено допрошенными свидетелями, не свидетельствует об оказании на работника какого-либо давления либо о совершении работодателем каких-либо неправомерных действий, ограничивающих его волю на продолжение трудовых отношений.
Волеизъявление истца на прекращение трудовых отношений было выражено подачей ДД.ММ.ГГГГ заявления, в котором истец просил уволить его ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию в соответствии с пунктом 3 ст. 77 Трудового кодекса РФ (л.д. 169), в поданном истцом работодателю заявлении отсутствовало указание на принуждение его со стороны руководства компании к расторжению трудового договора. Указанное заявление составлено собственноручно истцом.
Суд также обращает внимание на последовательность действий истца в осуществлении намерения прекратить трудовые отношения по собственной инициативе. Заявление об увольнении было подано истцом лично, с указанием даты, с которой работник желает прекратить трудовые отношения с ответчиком. В дальнейшем заявление об увольнении истец не отзывал, при ознакомлении с приказом об увольнении никаких возражений против прекращения трудового договора не выразил, об отсутствии реального намерения прекратить трудовые отношения не заявлял, о вынужденном характере своих действий не указывал, получил трудовую книжку и фактически прекратил работу в день увольнения, что подтверждает добровольный и осознанный характер действий истца в реализации намерения на расторжение трудового договора.
Доводы истца о том, что все расчеты произведены с ним и ему выдана трудовая книжка в день увольнения ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствуют о незаконности увольнения истца, напротив, указанные действия работодателя совершены в соответствии с действующим трудовым законодательством, предусматривающим совершение работодателем определенных действий при прекращении трудового договора с работником.
Доводы истца о том, что им ДД.ММ.ГГГГ приобретена туристическая поездка в Турцию в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что свидетельствовало о долгосрочном его желании осуществлять трудовую деятельность в организации ответчика, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку мотивы, которыми руководствуется работник, принимая решение об увольнении ДД.ММ.ГГГГ - после приобретения тура, при отсутствии признаков вынужденного характера такого решения, правового значения для рассмотрения дела не имеют.
Учитывая, что истец прекратил трудовые отношения по собственной инициативе, надлежащих и достаточных доказательств принудительного характера увольнения истца представлено не было, равно как и не было представлено доказательств нарушения трудовых прав истца, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания увольнения незаконным.
Поскольку оснований для признания увольнения незаконным судом не установлено, то требования о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за период вынужденного прогула и компенсации морального вреда подлежат отклонению.
Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, решил:
В удовлетворении исковых требований Чемякина Д.В. к ООО «Бизнес Технологии» о признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда - отказать.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы.
Судья
Решение изготовлено в окончательной форме 01.04.2026