РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
Санкт-Петербург 15 сентября 2026 года
Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе председательствующего судьи Анищенко М.Н., при ведении протокола судебного заседания помощником Симоновой А.С., секретарем Мовсисян А.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Архиповой Ирины Васильевны к обществу с ограниченной ответственностью «ПетроЦентр» о признании отлагательного условия соглашения отмененным, взыскании денежной компенсации с учетом индексации, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
Архипова И.В. обратилась в суд с иском к ООО «ПетроЦентр», просила признать отмененным отлагательное условие соглашения, обозначенного датой 25 июня 2024 года, взыскать предусмотренную соглашением компенсацию с учетом индексации в размере 264 036 руб. 25 коп., компенсацию морального вреда 20 000 руб., штраф в размере 50 процентов от присужденной суммы, расходы на юридические услуги 28 000 руб. и оформление доверенности 2 500 руб.
В обоснование требований истец указала, что ответчик осуществляет строительство жилого комплекса по адресу: <адрес>, <адрес>. В связи с появлением трещин в квартире истца по адресу: <адрес> стороны заключили соглашение, которым предусмотрена выплата 230 000 руб. на улучшение жилищных условий. Срок исполнения обязательства связан с вводом строящегося объекта в эксплуатацию. По утверждению истца, строительство приостанавливалось, сроки ввода переносились, денежные средства не выплачены, а состояние квартиры ухудшилось.
Истец ссылалась на направление претензий, истечение разумного срока исполнения, положения статей 157 и 314 ГК РФ, а также Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей». Увеличение договорной суммы до 264 036 руб. 25 коп. обосновывала изменением индексов потребительских цен. Нравственные и физические страдания связывала с состоянием квартиры, опасениями за безопасность проживания и необходимостью добиваться выплаты.
В судебном заседании представитель истца Ковалев А.Ю., действуя на основании доверенности, исковые требования поддержал.
Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела ответчик извещался надлежащим образом, об отложении не ходатайствовал, письменный отзыв на иск ООО «ПетроЦентр» не представило.
Суд, определив рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика в соответствии со статьей 167 ГПК РФ, выслушав представителя истца, оценив представленные письменные доказательства в совокупности, приходит к следующим выводам.
По смыслу статей 12, 56 и 67 ГПК РФ стороны доказывают обстоятельства, на которые ссылаются, а суд определяет юридически значимые обстоятельства и оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства, достаточность и взаимную связь доказательств. Иных документов сторонами не представлено. Отсутствие возражений ответчика оценивается наряду с письменными доказательствами и не рассматривается как самостоятельное признание иска.
Представленное соглашение предусматривает выплату ООО «ПетроЦентр» Архиповой И.В. денежной компенсации в размере 230 000 руб. на улучшение жилищных условий в названном помещении.
В пункте 1.1.1 указано, что срок исполнения обязательств установлен до ввода объекта в эксплуатацию в соответствии с проектной декларацией, размещенной в Единой информационной системе жилищного строительства.
Пункт 2.1.1 также отсылает к согласованным срокам выплаты.
В пункте 4.1 предусмотрено действие соглашения с момента подписания до полного исполнения обязательств, а пункт 4.4 требует письменного оформления изменений.
В начале соглашения указана дата 25 июня 2024 года, тогда как под подписями сторон проставлена дата 27 ноября 2023 года.
Иск, первоначальная претензия и доверенность отсылают к соглашению от 25 июня 2024 года. Указанное расхождение само по себе не опровергает наличие письменного соглашения о размере и порядке компенсации, однако не позволяет без дополнительных доказательств произвольно выбирать более раннюю дату для расчета периода просрочки. При этом наступление срока выплаты необходимо проверять исходя из содержания согласованного условия, а не только времени, прошедшего после подписания документа.
В акте ООО «ЦТЭСК» от 20 ноября 2020 года отражено, что в квартире выполнен ремонт и видимых дефектов не обнаружено. Поэтому данный акт не подтверждает утверждение о выявлении именно на эту дату трещин.
Представленные рукописные акты описывают трещины на стенах и потолках в нескольких помещениях, перекос двери; в акте от 10 апреля 2023 года отмечено раскрытие трещин и приведены площади поврежденных поверхностей.
Эти документы относятся к состоянию квартиры, однако не содержат сведений о вводе соседнего объекта в эксплуатацию, сроке такого ввода по проектной декларации либо причинах задержки строительства.
Претензией от 13 августа 2025 года истец просила произвести выплату до сентября 2025 года с учетом ухудшения состояния квартиры и инфляции.
Представлены почтовые документы с отметкой от 15 августа 2025 года.
Почтовая квитанция от 21 апреля 2026 года подтверждает направление ответчику заказного письма, также представлены изображения электронных сообщений с претензией и приложениями.
В тексте последующей претензии имеются несовпадающие даты, а сумма компенсации указана как 264 092 руб. 51 коп.
В иске заявлено 264 036 руб. 25 коп.; именно эта сумма составляет предел рассматриваемого денежного требования.
Представленные доказательства подтверждают обращение истца к ответчику с требованием выплаты. Вместе с тем само направление требования не удостоверяет наступление согласованного сторонами срока. Сведения о получении претензии по итогам телефонного разговора приведены в иске; отдельного документа, фиксирующего содержание этого разговора, не представлено.
В силу статей 309 и 310 ГК РФ обязательства подлежат надлежащему исполнению; одностороннее изменение их условий допускается в предусмотренных законом случаях. Соглашение сторон является самостоятельным основанием возникновения обязанности выплатить 230 000 руб. Представленные акты оцениваются в совокупности с этим соглашением, которым ответчик принял на себя конкретное денежное обязательство. Для взыскания согласованной суммы не требуется заново определять стоимость ремонта, однако необходимо разрешить спор об условии ее выплаты.
По статье 431 ГК РФ условие договора толкуется с учетом его буквального содержания, взаимосвязи с другими условиями и цели договора. Слова «до ввода Объекта в эксплуатацию» обозначают предельный ориентир исполнения, а не запрет на выплату ранее ввода. Вместе с тем сама возможность досрочного исполнения не означает, что кредитор вправе во всех случаях потребовать его до согласованного срока.
Суд учитывает, что статья 327.1 ГК РФ допускает обусловленное исполнение, в том числе в зависимости от действий стороны договора.
Согласно пункту 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 ноября 2016 года № 54 недобросовестное воспрепятствование наступлению обстоятельства может служить основанием признания его наступившим. Однако продолжительность строительства и неявка ответчика сами по себе не доказывают такое воспрепятствование. Поэтому вывод об удовлетворении требования не основывается на фикции состоявшегося ввода дома.
Дополнительно представлена проектная декларация № 78-000148 от 15 июня 2026 года, относящаяся к жилому комплексу по адресу: <адрес> на земельном участке с кадастровым номером № Застройщиком указано ООО «ПетроЦентр», дата первоначального размещения декларации - 18 апреля 2018 года. Совпадение адреса, кадастрового номера и наименования застройщика позволяет отнести документ к объекту, названному в соглашении сторон.
В разделе 17.1 декларации приведен примерный график реализации проекта: достижение 20 процентов готовности предусмотрено во II квартале 2021 года, 40 процентов — в I квартале 2022 года, 60 процентов — в IV квартале 2023 года, 80 процентов — в I квартале 2025 года. В пункте 17.1.1 подраздела 17.1(5) этап определен как получение разрешения на ввод объекта недвижимости в эксплуатацию, а в пункте 17.1.2 срок этого этапа обозначен IV кварталом 2026 года.
В разделе 17.2 первоначальная дата передачи застройщиком объекта долевого строительства указана как 30 сентября 2019 года, планируемая дата передачи - 30 июня 2027 года. Эти сведения относятся к передаче объектов участникам долевого строительства.
Срок получения разрешения на ввод и дата передачи объектов дольщикам представляют собой разные показатели.
Следовательно, дату 30 июня 2027 года нельзя подставлять вместо предусмотренного соглашением сторон срока, связанного с вводом объекта, а дату 30 сентября 2019 года - без дополнительного обоснования считать сроком выплаты компенсации по соглашению, заключенному позднее.
Декларация содержит плановые показатели. Указание в ней этапов готовности и сроков их достижения само по себе не подтверждает фактическое выполнение соответствующих работ. Равным образом планируемый IV квартал 2026 года не является доказательством фактического получения разрешения на ввод. Такого разрешения либо иного документа о состоявшемся вводе в представленных материалах нет.
Представлены также фотографии страницы ЕИСЖС «наш.дом.рф» по объекту <данные изъяты> идентификатор объекта №. На них отображен перечень файлов проектной декларации № с датами редакций за 2018–2026 годы, включая 26 декабря 2023 года, 1 марта, 25 марта, 1 апреля, 2 апреля, 5 апреля, 6 июня, 16 июля, 24 июля и 9 августа 2024 года.
Данные изображения подтверждают наличие в информационной системе ряда редакций декларации. Однако содержание раздела 17 каждой из прежних редакций на скриншотах не раскрыто. Поэтому перечень файлов не позволяет установить, при каком именно изменении декларации переносился срок ввода, какой срок был предусмотрен на дату заключения соглашения и на сколько он впоследствии изменялся. В частности, отображение файла от 6 июня 2024 года подтверждает наличие такой редакции, но не раскрывает ее условий о вводе объекта.
Статья 19 Федерального закона от 30 декабря 2004 года № 214-ФЗ предусматривает обновление застройщиком сведений проектной декларации. Сам факт существования нескольких редакций не свидетельствует о том, что каждая из них переносила срок ввода: обновления могут относиться к различным сведениям о застройщике и проекте. Вместе с тем обязанность актуализировать публичную информацию не предоставляет ответчику самостоятельного права изменять соглашение с истцом в нарушение статей 310 и 450 ГК РФ.
По состоянию на сентябрь 2026 года обозначенный в представленной редакции IV квартал 2026 года еще не наступил. Это учитывается как содержание последнего представленного планового графика, но не как безусловное подтверждение того, что срок компенсации был согласован именно таким.
Редакция от 15 июня 2026 года составлена после соглашения, а потому не доказывает сама по себе согласие истца на перенос первоначально согласованного срока. Суд не исходит из права ответчика переносить выплату односторонним обновлением декларации.
Первоначальная дата передачи объектов 30 сентября 2019 года в сопоставлении с планируемой датой 30 июня 2027 года подтверждает существенное изменение временных ориентиров проекта и подлежит оценке в связи с доводами истца о длительности строительства. Однако первоначальная дата предшествует обеим проставленным в соглашении датам. Она не раскрывает, какой срок ввода стороны имели в виду при заключении соглашения, и сама по себе не устанавливает недобросовестное воспрепятствование вводу после принятия обязательства перед истцом.
Представленная редакция декларации не позволяет установить срок ввода, предусмотренный на дату соглашения. Суд не признает доказанным истечение конкретного исторического срока и не считает отсутствие прежних редакций доказательством согласия истца на последующий перенос. Самостоятельной оценке подлежит заявленное истцом требование об устранении условия соглашения, которое, по ее доводам, было предложено при неравенстве переговорных возможностей и лишает ее возможности получить компенсацию в определенный срок.
По пунктам 2 и 3 статьи 428 ГК РФ судебное изменение договора допускается, если его условия явно обременительны для стороны, которая вследствие явного неравенства переговорных возможностей была поставлена в положение, существенно затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий. При изменении договора по названному основанию он по общему правилу считается действовавшим в измененной редакции с момента заключения.
Изложенные в иске доводы об отсутствии специальных знаний оцениваются не изолированно, а в связи с содержанием документа.
Соглашение составлено применительно к строительному проекту ответчика, содержит отсылки к его проектной документации и совмещает положения о выполнении работ с положениями о денежной выплате. При этом в отдельных пунктах сохранены ссылки на отсутствующий пункт 1.1.2.
Такая структура документа свидетельствует об использовании заранее подготовленных условий урегулирования, а не о последовательном индивидуальном согласовании каждого положения применительно к денежному обязательству перед истцом.
Ответчик профессионально осуществляет строительную деятельность и располагает сведениями о ходе и планировании проекта. Истец не участвует в управлении строительством и не может повлиять на ввод объекта. Условие о выплате фиксированной суммы не содержит самостоятельной предельной календарной даты либо механизма выплаты на случай продолжительного неввода дома. При сохранении его в неизменном виде риск длительности строительства переносится на гражданина, которому денежные средства необходимы для восстановления условий проживания.
Существенность договорного дисбаланса подтверждается также пунктом 2.2.3 соглашения: обращение истца с жалобами в государственные органы без предварительного рассмотрения ответчиком связывается с возможностью расторжения соглашения и применения имущественных санкций. Суд не разрешает самостоятельного требования о недействительности этого пункта, однако учитывает его при оценке распределения прав сторон и обременительности предложенного истцу порядка урегулирования.
Сопоставив указанные положения, цель выплаты, отсутствие у истца влияния на строительство и содержание доводов о заключении соглашения, суд оценивает условие о неопределенно отдаленном исполнении как явно обременительное для истца.
Вывод основан на совокупности обстоятельств и содержания письменного документа, а не только на различии экономического положения сторон. Условия, обеспечивающие соразмерную защиту интересов истца при продолжительном невводе дома, в соглашении отсутствуют.
Обращаясь с требованием признать отлагательное условие отмененным, истец по существу просит устранить зависимость выплаты от ввода дома. Правовая квалификация этого требования как требования об изменении соответствующей части соглашения не меняет его предмета и фактического основания.
Суд применяет пункты 2 и 3 статьи 428 ГК РФ и исключает из пункта 1.1.1 условие о сроке выплаты денежной компенсации до ввода объекта в эксплуатацию в соответствии с проектной декларацией. Изменение касается только денежной компенсации, не затрагивая иных обязательств по выполнению работ.
После исключения названного условия определение срока денежного исполнения производится по пункту 2 статьи 314 ГК РФ.
Соглашение не предусматривает иного срока выплаты. Денежное требование предъявлено истцом в претензиях и в настоящем иске. При установленной доставке требования и истечении предусмотренного законом срока обязательство подлежит исполнению.
Надлежащим исполнением обязательство прекращается по статье 408 ГК РФ.
Документы об уплате 230 000 руб. либо ином прекращении принятого ответчиком денежного обязательства не представлены. С учетом судебного изменения условия о сроке требование о взыскании основной суммы 230 000 руб. подлежит удовлетворению.
Оснований для увеличения договорной суммы на 34 036 руб. 25 коп. также не установлено.
Статья 317 ГК РФ регулирует валюту денежного обязательства и сама по себе не предусматривает увеличение рублевой суммы по индексам потребительских цен.
Условие об индексации компенсации в соглашении отсутствует. Статья 208 ГПК РФ относится к индексации уже присужденных денежных сумм; ранее вынесенное решение о присуждении спорной компенсации не представлено.
При оценке увеличения суммы на 34 036 руб. 25 коп. как убытков суд учитывает, что сам по себе рост индексов потребительских цен не подтверждает размер конкретных потерь истца. Смета увеличившейся стоимости восстановительных работ и подробный расчет соответствующих убытков не представлены. Оснований взыскать названную сумму дополнительно к согласованной компенсации не установлено.
Доводы о применении законодательства о защите прав потребителей подлежат оценке с учетом характера отношений.
Представленное соглашение не удостоверяет заказ истцом строительства соседнего дома либо оплату ответчику товара, работы или услуги для личных нужд. Оно направлено на урегулирование вопроса о компенсации в связи с состоянием принадлежащего истцу помещения. Само по себе осуществление ответчиком профессиональной строительной деятельности не превращает любое его обязательство перед гражданином в потребительское.
Вместе с тем отсутствие договора о приобретении товара или заказе работ само по себе не исключает права потерпевшего ссылаться на статью 14 Закона о защите прав потребителей и статьи 1095-1098 ГК РФ при причинении вреда вследствие недостатков товара, работы или услуги.
Для применения этих положений необходимо установить соответствующий источник вреда и причинную связь. В данном деле не представлены достаточные сведения о конкретных недостатках результата работ, позволяющие квалифицировать заявленную договорную выплату как подлежащее взысканию возмещение по названным специальным нормам. Утверждения истца о применимости Закона не заменяют проверки этих обстоятельств.
Следовательно, взыскание суммы по соглашению само по себе не образует основания для применения потребительского штрафа и компенсации морального вреда по статье 15 Закона о защите прав потребителей.
Основания распространения названных мер ответственности на установленное денежное обязательство не доказаны. В удовлетворении требования о штрафе надлежит отказать.
Требование о компенсации морального вреда проверено также с учетом статей 151 и 1099 ГК РФ.
Нарушение имущественного права не во всех случаях влечет компенсацию морального вреда. Истец описала переживания по поводу состояния квартиры и безопасности проживания, однако представленные документы не позволяют установить самостоятельное нарушение ответчиком личных неимущественных прав или нематериальных благ, являющееся основанием взыскания заявленной компенсации.
Отсутствие медицинских документов само по себе не является решающим; вывод обусловлен недоказанностью соответствующего основания ответственности и причинной связи.
Расходы на юридическую помощь подтверждены договором № 25/04-26 от 15 апреля 2026 года стоимостью 28 000 руб. и тремя чеками: от 16 апреля 2026 года на 5 000 руб., от 30 апреля 2026 года на 7 000 руб. и от 20 мая 2026 года на 16 000 руб.
Общая сумма платежей составляет 28 000 руб.
В соответствии со статьями 98 и 100 ГПК РФ расходы на представителя возмещаются с учетом результата рассмотрения спора и в разумных пределах.
Представленные договор и платежные документы подтверждают расходы 28 000 руб. Суд учитывает подготовку претензии и иска, объем письменных материалов и характер спора. Оснований считать указанную общую стоимость явно чрезмерной по представленным материалам не установлено.
Денежное требование удовлетворено в сумме 230 000 руб. из заявленных 264 036 руб. 25 коп. С учетом частичного удовлетворения денежного требования возмещаемая часть расходов составляет 28 000 ? 230 000 / 264 036,25 = 24 390 руб. 59 коп.
Компенсация морального вреда и штраф в цену имущественного требования для этого расчета не включаются. Оставшаяся часть расходов на представителя взысканию не подлежит.
Представленная часть доверенности от 30 апреля 2026 года содержит указание на спор с ООО «ПетроЦентр». Вместе с тем наличие полномочий представителя само по себе не подтверждает фактическое несение расходов 2 500 руб. Документы, позволяющие установить уплату этой суммы за оформление доверенности, в представленном составе доказательств отсутствуют. Поэтому в возмещении расходов на доверенность надлежит отказать.
Вопрос о взыскании государственной пошлины разрешается с учетом статьи 103 ГПК РФ и подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 НК РФ.
Размер пошлины, подлежащей взысканию с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга по удовлетворенному денежному требованию 230 000 руб., составляет 7 900 руб.: 4 000 руб. + (230 000 руб. ? 100 000 руб.) ? 3 процента.
Руководствуясь статьями 194 - 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Архиповой Ирины Васильевны удовлетворить частично.
Изменить соглашение, обозначенное датой 25 июня 2024 года, между ООО «ПетроЦентр» и Архиповой Ириной Васильевной, исключив из пункта 1.1.1 условие, определяющее срок выплаты денежной компенсации в размере 230 000 руб. до ввода объекта в эксплуатацию в соответствии с проектной декларацией. В указанной части считать соглашение действовавшим в измененной редакции с момента его заключения.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ПетроЦентр» (ИНН 7841457408, ОГРН 1117847691257) в пользу Архиповой Ирины Васильевны денежную компенсацию в размере 230 000 (двести тридцать тысяч) рублей, расходы на оплату юридических услуг в размере 24390, 59 рублей.
В удовлетворении остальной части исковых требований, отказать.
Взыскать с ООО «ПетроЦентр» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 7900 рублей.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Петроградский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.Н. Анищенко
Решение суда в окончательной форме принято 15 сентября 2026 года