РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
26 августа 2026 года Санкт-Петербург
Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в составе:
председательствующего судьи Мазневой Т.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Семиной А.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску <ФИО>1 к Научно-исследовательскому институту военного кораблестроения и вооружения Федерального научного центра Военно-Морского Флота «Военно-морская академия» об обязании совершить определенные действия, установил:
<ФИО>1 обратился в суд с иском к Научно-исследовательскому институту военного кораблестроения и вооружения Федерального научного центра Военно-Морского Флота «Военно-морская академия», уточнив заявленные требования в ходе рассмотрения дела. Истец просил обязать ответчика произвести за заявленный период с октября 2022 года по 30 сентября 2025 года единовременную индексированную выплату, названную им пособием по временной нетрудоспособности и возмещением утраченного денежного довольствия, в размере 7 712 361 руб. 30 коп., а также с 1 октября 2025 года производить ежемесячную индексированную выплату в размере 213 367 руб. с ее последующим увеличением соразмерно изменению применяемого истцом расчетного показателя.
В обоснование требований <ФИО>1 указал, что проходил военную службу по контракту, в период службы заболел, с февраля 1998 года нуждается в продолжительном психиатрическом лечении, а имеющееся у него заболевание связано с прохождением военной службы. По мнению истца, заболевание и необходимость непрерывного лечения препятствовали прекращению его обеспечения за счет Министерства обороны Российской Федерации. Он полагает, что до завершения лечения, а также до окончательного разрешения жилищного вопроса за ним должны сохраняться гарантии, установленные для военнослужащих, проходящих военную службу по контракту, включая денежное довольствие либо заменяющее его пособие по временной нетрудоспособности.
Истец ссылался на судебные постановления военных судов от 17 декабря 1997 года, 16 ноября 1998 года, 16 февраля 1999 года и 25 мая 2000 года, считая, что содержащиеся в них выводы подтверждают сохранение его правовой связи с военным ведомством. Из пояснений истца следует, что решение от 17 декабря 1997 года он рассматривает как основание для продолжения выплаты денежного довольствия на время лечения, а решение 224 гарнизонного военного суда от 25 мая 2000 года – как подтверждение незаконности прекращения всех видов обеспечения до предоставления жилого помещения. Кроме того, истец указывал, что приказы о его увольнении и исключении из списков личного состава не могут лишать его прав, ранее защищенных судом.
Представленный расчет требований истец произвел с использованием минимального размера оплаты труда. Согласно расчету, показатель 22,82 минимального размера оплаты труда умножен на 5/12, в результате чего получено 9,5083333 минимального размера оплаты труда; указанное значение умножено на установленный истцом размер 22 440 руб., что составило 213 367 руб. в месяц. С учетом примененных истцом коэффициентов, периодов и сумм промежуточный итог определен как 5 792 058 руб. 30 коп. и 1 920 303 руб., а общий размер требования – 7 712 361 руб. 30 коп. Истец настаивал на том, что такой способ расчета следует из ранее действовавших норм об индексации, положений статьи 318 Гражданского кодекса Российской Федерации, ведомственных актов Министерства обороны Российской Федерации и судебных постановлений по ранее рассмотренным с его участием делам.
<ФИО>1 также ссылался на положения Федерального закона «О статусе военнослужащих», Федерального закона «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством», статью 183 Трудового кодекса Российской Федерации, ранее действовавший приказ Министра обороны Российской Федерации от 30 июня 2006 года № 200. По его мнению, совокупность названных норм позволяет взыскать с ответчика как с правопреемника либо структурного подразделения военного ведомства сумму денежного содержания, не полученного вследствие болезни, и возложить на него обязанность продолжать соответствующие выплаты без ограничения срока.
В письменных объяснениях истец обращал внимание на длительность заболевания и лечения, наличие II группы инвалидности, установленной вследствие заболевания, полученного в период военной службы, на документы о лечении в медицинских учреждениях в 1998–2026 годах, а также на семейные и жилищные обстоятельства. Он указывал, что проживает в помещении, не отвечающем его потребностям, несет расходы на содержание жилья, ранее состоял на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий и считает, что передача его учетного дела в иной уполномоченный орган не прекращает обязанностей ответчика перед ним.
Истец в судебное заседание 26 августа 2026 года не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. В материалах дела имеются его письменные заявления и подробные объяснения, в которых он просил рассмотреть дело в его отсутствие и удовлетворить иск в полном объеме. С учетом надлежащего извещения истца, содержания его заявлений, а также положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определил рассмотреть дело в его отсутствие.
Представитель ответчика Бычко П.Л., действующий на основании доверенности, иск не признал. Он пояснил, что <ФИО>1 в 1998 году уволен с военной службы по состоянию здоровья и исключен из списков личного состава, после чего направлен для постановки на учет в военный комиссариат. Приказы об увольнении и исключении из списков личного состава исполнены, не отменены и в установленном порядке недействительными не признаны. Судебные постановления, на которые ссылается истец, не восстанавливали его на военной службе после 26 мая 1998 года и не устанавливали обязанности ответчика бессрочно выплачивать ему денежное довольствие либо пособие по временной нетрудоспособности.
В письменных возражениях ответчик указал, что Научно-исследовательский институт является структурным подразделением федерального государственного казенного военного образовательного учреждения высшего образования «Военный учебно-научный центр Военно-Морского Флота “Военно-морская академия имени Адмирала Флота Советского Союза Н.Г. Кузнецова”». Возражения и доверенность представителя исходят от Военно-морской академии, действующей применительно к деятельности названного института. По позиции ответчика, ни институт, ни Военно-морская академия не осуществляют пенсионное и страховое обеспечение граждан, уволенных с военной службы, и не наделены полномочиями производить заявленные истцом выплаты.
Определением от 8 апреля 2026 года заявление было оставлено без рассмотрения в связи с повторной неявкой истца; определением от 26 мая 2026 года по ходатайству <ФИО>1 указанное определение отменено, производство по делу продолжено.
Выслушав представителя ответчика, исследовав письменные доказательства, письменные объяснения истца и возражения ответчика, оценив их в совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.
В соответствии со статьей 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Согласно части 1 статьи 56 названного кодекса каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. В силу статей 67 и 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает письменные доказательства и объяснения лиц, участвующих в деле, в совокупности с иными материалами; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Обстоятельства, которые одинаково изложены обеими сторонами и по существу ими не оспариваются, учитываются судом при установлении фактической основы спора.
Из письменных объяснений истца, возражений ответчика и представленных ими документов следует, что <ФИО>1 проходил военную службу по контракту. Стороны не оспаривают, что приказом Главнокомандующего Военно-Морским Флотом от 14 марта 1998 года № 070 он досрочно уволен с военной службы в отставку по состоянию здоровья, а приказом по строевой части от 26 мая 1998 года № 367 исключен из списков личного состава, снят со всех видов обеспечения и направлен для постановки на воинский учет по месту жительства. Разногласия сторон относятся не к существованию этих приказов, а к их правовым последствиям. Сведений об отмене приказов либо о восстановлении истца на военной службе после 26 мая 1998 года материалы дела не содержат; на наличие такого акта не ссылается и сам истец.
Истец фактически оспаривает правовые последствия названных приказов, утверждая, что в силу болезни, продолжения лечения и необеспечения жильем они не могли прекратить его право на денежное довольствие. Однако заявленный иск не содержит требования об отмене приказов 1998 года, о восстановлении на военной службе, об изменении даты исключения из списков личного состава либо о признании незаконным прекращения конкретного вида довольствия в 1998 году. Более того, из представленных судебных актов не следует, что после издания приказа от 26 мая 1998 года № 367 истец был восстановлен в списках личного состава воинской части или вновь принят на военную службу.
Содержание ранее принятых судебных постановлений суд устанавливает по имеющимся в деле копиям, а также по подробным письменным объяснениям истца и возражениям ответчика в той части, в которой стороны одинаково излагают содержание этих актов. Стороны не спорят о том, что решение военного суда от 17 декабря 1997 года принято до приказов об увольнении и исключении из списков личного состава, а решением 224 гарнизонного военного суда от 25 мая 2000 года <ФИО>1 восстановлен на учете нуждающихся в улучшении жилищных условий. Расхождение сторон состоит в оценке значения этих актов: истец полагает, что они сохраняют все виды обеспечения, ответчик считает, что они не восстанавливали истца на военной службе.
Суд соглашается с ответчиком в этой части. Решение от 17 декабря 1997 года, вынесенное до приказов от 14 марта и 26 мая 1998 года, не разрешало вопрос об их законности и не могло само по себе отменить последствия последующего исключения из списков личного состава. В решении от 25 мая 2000 года, исходя как из представленного текста, так и из изложения его содержания обеими сторонами, разрешен жилищный вопрос, касающийся восстановления на жилищном учете. Предписания о восстановлении <ФИО>1 на военной службе, изменении даты исключения из списков личного состава либо о бессрочной выплате ему денежного довольствия это решение не содержит.
Согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда в предусмотренных законом пределах. Однако преюдициальное значение имеют факты, составлявшие предмет того дела, а не предполагаемые стороной последствия судебного акта для новых правоотношений. Сохранение за уволенным военнослужащим жилищной гарантии не тождественно сохранению воинской должности и денежного довольствия. Ни из приведенного истцом содержания иных постановлений от 16 ноября 1998 года и 16 февраля 1999 года, ни из их резолютивных частей не усматривается обязанности настоящего ответчика производить выплаты за период 2022–2026 годов.
<ФИО>1 не указал, какое конкретное предписание названных решений устанавливает размер ежемесячной выплаты после октября 2022 года, порядок ее индексации и обязанность настоящего ответчика.
Настоящее дело разрешается исходя из обстоятельств прохождения службы, содержания актов, на которые ссылается <ФИО>1, сведений о его пенсионном обеспечении и норм, регулирующих именно заявленные выплаты.
В силу статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе» военная служба является особым видом федеральной государственной службы, исполняемой гражданами в предусмотренных законом воинских формированиях и органах. Период военной службы гражданина определяется на основании заключенного контракта и юридически значимых приказов; окончанием военной службы, по общему правилу, является дата исключения военнослужащего из списков личного состава воинской части. Само по себе наличие заболевания, возникшего во время службы, после состоявшегося увольнения не продолжает срок контракта и не восстанавливает гражданина в списках личного состава.
Статья 12 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» предусматривает денежное довольствие именно военнослужащих. Федеральный закон от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат» также устанавливает денежное довольствие военнослужащих и отдельные выплаты им с учетом прохождения военной службы, присвоенного воинского звания, занимаемой воинской должности и иных условий службы. Из содержания этих норм следует, что денежное довольствие является формой материального обеспечения лица в период обладания статусом военнослужащего, а не общей пожизненной выплатой каждому гражданину, заболевание которого связано с военной службой.
Порядок обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденный приказом Министра обороны Российской Федерации от 6 декабря 2019 года № 727, связывает выплату денежного довольствия с периодом прохождения военной службы и предусматривает окончательный расчет при исключении из списков личного состава. На истца как на действующего военнослужащего в 2022–2026 годах этот порядок не распространяется. Ссылка на приказ Министра обороны Российской Федерации от 30 июня 2006 года № 200 также не подтверждает иск: данный акт в спорный период не действует и регулировал довольствие военнослужащих, а не бессрочные выплаты гражданам после увольнения.
Материалы дела подтверждают, что после увольнения правовой формой материального обеспечения <ФИО>1 является пенсия по инвалидности, назначенная по Закону Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-I «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей».
Согласно справке военного комиссариата Петроградского района города Санкт-Петербурга от 20 марта 2026 года при определении пенсионного обеспечения истца учтены оклад по воинскому званию подполковника – 16 481 руб., оклад по воинской должности – 33 671 руб. и надбавка за выслугу лет 25 процентов – 12 538 руб.; общая сумма денежного довольствия для исчисления пенсии составила 62 690 руб., учитываемая величина 93,59 процента – 58 671 руб. 57 коп. Пенсия по инвалидности II группы вследствие заболевания, полученного в период военной службы, исчислена в размере 75 процентов и с 1 октября 2025 года составляет 44 003 руб. 68 коп. в месяц. В справке указано, что повышения, дополнительные компенсации и надбавки к пенсии не установлены.
Приведенные сведения опровергают утверждение о полном отсутствии предусмотренного законом обеспечения в связи с утратой трудоспособности. Они одновременно не подтверждают заявленный размер требования: пенсионный орган не начислял истцу 213 367 руб. ежемесячно, задолженности в размере 7 712 361 руб. 30 коп. за ответчиком не устанавливал и поручений ответчику о выплате таких сумм не направлял. Законность размера назначенной пенсии и действия военного комиссариата не являются предметом настоящего иска.
Положение о военных комиссариатах, утвержденное Указом Президента Российской Федерации от 7 декабря 2012 года № 1609, относит к задачам военных комиссариатов реализацию мер правовой и социальной защиты граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей. Ответчик дополнительно сообщил, что личное дело истца находится в военном комиссариате, а жилищное учетное дело передано в специализированный орган Министерства обороны Российской Федерации. Эти сведения согласуются с представленной справкой о выплате пенсии. Доказательств возложения законом, приказом или договором на Научно-исследовательский институт либо Военно-морскую академию функций пенсионного органа, страховщика или работодателя истца не представлено.
Требование о выплате пособия по временной нетрудоспособности также не основано на законе. В соответствии со статьей 183 Трудового кодекса Российской Федерации при временной нетрудоспособности работодатель выплачивает пособие работнику в соответствии с федеральными законами. Федеральный закон от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ регулирует обязательное социальное страхование на случай временной нетрудоспособности и предусматривает страховое обеспечение застрахованным лицам при наступлении страхового случая. Для возникновения соответствующей обязанности необходимы предусмотренные законом отношения страхования, в частности работа по трудовому договору, и статус страхователя у лица, к которому предъявлено требование.
<ФИО>1 не состоял с ответчиком в трудовых отношениях в 2022–2026 годах, не представил трудовой договор, сведения о начислении заработной платы, уплате ответчиком страховых взносов за него либо листки нетрудоспособности, адресованные ответчику как работодателю. Прохождение военной службы в прошлом не тождественно работе по трудовому договору, а назначенная вследствие заболевания инвалидность не преобразует бывшую воинскую часть в работодателя или страхователя. Поэтому статья 183 Трудового кодекса Российской Федерации и Федеральный закон № 255-ФЗ не создают у ответчика обязанности выплачивать истцу пособие по временной нетрудоспособности за заявленный период.
Временная нетрудоспособность как страховой случай предполагает временное освобождение застрахованного лица от работы и исчисление пособия из заработка в предусмотренном законом порядке. Установленная истцу инвалидность вследствие заболевания, полученного в период военной службы, является основанием для специального пенсионного обеспечения, однако сама по себе не означает наступление у него непрерывных страховых случаев временной нетрудоспособности перед бывшим местом службы с 2022 года. В материалах нет документов об освобождении истца от работы у ответчика в конкретные периоды и о принятии ответчиком к оплате соответствующего пособия.
Представленные медицинские документы подтверждают длительное заболевание <ФИО>1, прохождение им обследований и лечения, установление II группы инвалидности и связь заболевания с периодом военной службы в отраженном в документах объеме. Суд не ставит эти обстоятельства под сомнение. Однако они имеют значение для специального пенсионного и социального обеспечения и не доказывают продолжение военной службы после 26 мая 1998 года либо возникновение трудовых и страховых отношений с ответчиком.
Доводы об организационной связи прежнего места службы с Военно-морской академией также не образуют основания иска. Даже если архивные документы и функции соответствующего учреждения перешли в ведение академии, организационное правопреемство не создает не предусмотренного законом денежного обязательства. Указанный в иске институт действует в структуре Военно-морской академии, интересы ответчика представляло уполномоченное академией лицо; вместе с тем ни в отношении института, ни в отношении юридического лица не доказано наличие обязанности выплачивать истцу после увольнения пенсию, страховое пособие или денежное довольствие. Поэтому спор разрешается по существу требований, а довод ответчика о ненадлежащем ответчике оценивается в совокупности с отсутствием самой материально-правовой обязанности.
Представленный расчет арифметически приводит к указанным истцом значениям: 22,82 ? 5/12 ? 22 440 руб. составляет 213 367 руб., а 5 792 058 руб. 30 коп. и 1 920 303 руб. в сумме составляют 7 712 361 руб. 30 коп. Однако правильность арифметических действий не подтверждает юридического основания долга. В расчете объединены показатели денежного довольствия, пособия по временной нетрудоспособности, пенсионного обеспечения и гражданско-правовой индексации, хотя у каждого вида выплат имеются самостоятельные основания, получатель, обязанное лицо и порядок исчисления.
Требование с 1 октября 2025 года ежемесячно выплачивать 213 367 руб. с последующей индексацией является производным от утверждения о существовании продолжающегося обязательства. Между тем исследованные доказательства подтверждают иные формы правового обеспечения истца – сохранение жилищных притязаний в установленном порядке и получение военной пенсии, – но не сохранение денежного довольствия и не возникновение у ответчика обязанности по трудовому или социальному страхованию.
Оценивая все материалы в совокупности, суд учитывает документы о прохождении службы, заболевании и лечении, инвалидности, жилищном учете и ранее рассмотренных делах, расчет истца, приказы, справку военного комиссариата, письменные объяснения сторон и сведения об организационном статусе ответчика. Эти доказательства подтверждают службу и заболевание истца в прошлом, последующее увольнение и назначение пенсии. Они не подтверждают отмену приказа об исключении из списков личного состава, начисление спорных сумм, наличие в 2022–2026 годах отношений военной службы либо трудового страхования и обязанность ответчика производить заявленные выплаты.
При таких обстоятельствах правовое основание задолженности в размере 7 712 361 руб. 30 коп. и периодических платежей по 213 367 руб. не доказано. Длительность заболевания, связь инвалидности с военной службой и сохранение жилищных гарантий учтены при оценке дела, но регулируются самостоятельными нормами и не преобразуют их в право на денежное довольствие после увольнения. Поскольку основное обязательство отсутствует, не подлежат удовлетворению и производные требования об индексации и выплатах на будущее.
Руководствуясь статьями 12, 56, 61, 67, 167, 194–199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
Исковые требования <ФИО>1 оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд через Петроградский районный суд Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Т.А. Мазнева
Мотивированное решение изготовлено 09.09.2026