РЕШЕНИЕ
И<ФИО>1
ДД.ММ.ГГГГ <адрес>
Петроградский районный суд <адрес> в составе:
председательствующего судьи <ФИО>20.
при секретаре <ФИО>6, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению <ФИО>4 к <ФИО>21 о признании недействительными решения <ФИО>2 и решения конференции об исключении из числа <ФИО>2 организации,
УСТАНОВИЛ:
Истец <ФИО>4 обратился в суд с иском к ответчику <ФИО>22 о признании недействительным решения <ФИО>23 от ДД.ММ.ГГГГ., о признании решения <ФИО>24 от ДД.ММ.ГГГГ. в части исключения истца из числа <ФИО>25 о восстановлении в <ФИО>26, взыскании с ответчика расходов по уплате государственной пошлины в размере <данные изъяты>
В обоснование исковых требований указано, что оспариваемые решения не содержат указаний на обстоятельства, в связи с которыми истец исключен из <ФИО>27, не указано, какие конкретные действия истца послужили основанием для его исключения из <ФИО>28 какие именно цели и задачи организации истец не разделяет, какие именно решения и каких органов управления не выполняет, не указано, какие действия истца порочат деловую репутацию <ФИО>29 а также нарушен порядок принятия решения. Выписка из протокола и протокол от ДД.ММ.ГГГГ. содержат различные формулировки принятого решения, что указывает на произвольное изменение формулировки оснований для исключения истца из списков <ФИО>2 <ФИО>70 На основании вышеизложенного истец <ФИО>4 просил суд об удовлетворении требований (том 1 л.д. 3-7).
В судебном заседании истец и его представитель заявленные исковые требования поддержали в полном объеме, просили об их удовлетворении по основаниям, изложенным в иске, а также в дополнительных письменных пояснениях (том 1 л.д. 48-52). В том числе, указали, что на момент принятия решения об исключении истца из списка <ФИО>2 <ФИО>30 отсутствовал утвержденный конференцией порядок исключения участника из <ФИО>31; вопрос об исключении истца в повестке заседания <ФИО>2 отсутствовал, сам истец не был предупрежден о разрешении данного вопроса, решение принято без возможности представить пояснения по вопросу исключения из <ФИО>2. В ходе заседания <ФИО>2 разрешался вопрос о ситуации в региональном отделении <адрес> вопрос об исключении его из списка <ФИО>2 не обсуждался. Неуведомление не присутствовавших <ФИО>2 о разрешении вопроса об исключении истца из списка <ФИО>2 свидетельствует о нарушении порядка голосования, поскольку имеется вероятность того, что будучи уведомленными о постановленном на голосовании вопросе об исключении <ФИО>4 из списка <ФИО>2 Организации, они могли прибыть на заседание и участвовать в голосовании, голосовать «против» исключения истца из списка <ФИО>2 Организации. В обсуждении участников заседания <ФИО>2 речи о невыполнении каких – либо решений органов управления Организации (Конференция, <ФИО>2, Президент), не велось. Конференция проведена также с нарушением: не было разослано соответствующее уведомление о разрешении вопроса об исключении истца из <ФИО>2 Организации в установленные Уставом сроки, формулировка вопроса, поставленного на голосование участникам конференции, составлена некорректно, не позволяла участникам принять взвешенное решение. Обстановка, в которой проходило то и другое голосование, а равно отсутствие заблаговременного извещения участников голосования о поставленном вопросе, не позволяли принять голосовавшим взвешенное решение, фактически голосовавшие не понимали, по каким вопросам они голосуют. Кроме того, на заседаниях присутствовало лицо, не являющееся <ФИО>2 Организации, которое в настоящее время представляет интересы ответчика как представитель по доверенности. Т.е. ответчик в ходе инициирования исключения истца из списка <ФИО>2 воспользовался своим правом на юридическую помощь, лишив при этом истца права воспользоваться юридической помощью. Подготовленные документы не согласуются с пояснениями участников голосования, данными ими в последующем. Так, <ФИО>7, озвучивала информацию о наличии заключения этического комитета, однако в последующем отрицала наличие такого заключения. Не проводилось в ходе голосования <ФИО>2 открытое поименное голосование, о чем свидетельствует выписка из протокола, что также указывает на нарушение порядка голосования. Голосование <ФИО>16 посредством передачи голоса <ФИО>8 противоречит положениям п. 4.8 Устава, содержащего запрет на передачу голоса другому <ФИО>2. Протокол экстренного онлйан – совещания <ФИО>32 от ДД.ММ.ГГГГ., куда истец не был приглашен, не уведомлялся о его проведении, не может являться доказательством по делу, поскольку проведение в таком формате заседания противоречит положениям Устава. Помимо отсутствия в повестке дня на конференции вопроса о рассмотрении жалобы, было также нарушен порядок проведения голосования и тем, что участникам голосования не были предоставлены документы и текст его жалобы, с данными документами голосующие не были ознакомлены, истцу не была предоставлена возможность изложить свою позицию, вследствие чего он был лишен возможности полноценно обжаловать свое исключение в аргументированном виде, для чего ему требовалось не менее 45 минут. Стенограмма заседания не является допустимым доказательством, подлежит исключению из числа доказательств, не соответствует действительности. Доводы об исключении надуманы, имел место личный конфликт президента Организации с <ФИО>4, основанный на том, что истец высказал недовольство работой президента Организации, истинным намерением было сместить истца с должности председателя регионального отделения. Голосование по вопросам, которые не входили в повестку дня, свидетельствует о ничтожности голосования. Показания свидетелей не могут являться допустимым доказательством, поскольку оценка происходившим событиям должна даваться на основании стенограмм заседаний. Отсутствует четкое описание отличий супервизий от интервизий, что не может являться основанием для исключения его числа <ФИО>2 Организации. Отсутствует указание в оспариваемом решении о том, в чем нарушение деловой репутации Организации. Отсутствует судебное решение об установлении факта причинения вреда. <ФИО>2 под давлением <ФИО>33 в ходе голосования <ФИО>2 изменила свои голос, хотя изначально голосовала против его исключения из <ФИО>2 Организации. На основании вышеизложенного просили суд об удовлетворении заявленных исковых требований (том 1 л.д. 48 – 55, 203-216, том 3 л.д. 12-13, том 4 л.д. 164-170).
Представители ответчика <ФИО>34 в судебном заседании с требованиями иска не согласились. В обоснование возражений на иск, поддержав доводы письменных возражений (том 1 л.д. 172-178, 230-233, том 2 л.д. 3-5, том 3 л.д. 54-55, 59-61, 65-71, 75-78), указывали, что действительно, порядок исключения из списка <ФИО>2 Организации до настоящего времени не утвержден Конференцией. Однако при исключении истца из <ФИО>2 ни его права, ни порядок, описанный Уставом, не был нарушен. Достаточный кворум для принятия решения на заседании <ФИО>2, к чьей компетенции в силу специфики работы Организации, относится разрешение данного вопроса, имелся. Исключение из числа голосующих голоса <ФИО>16 не влияет на результаты голосования. Наличие кворума истцом не оспаривается. Вопрос об исключении из числа <ФИО>2 был поставлен на голосование после обсуждения сложившейся ситуации в региональном отделении Москвы. Дополнение повестки дня вопросом об исключении <ФИО>4 из списка <ФИО>2 непосредственно в ходе заседания <ФИО>2 не является нарушением требований Устава или прав истца, поскольку это исключительное право <ФИО>2, отсутствует установленный запрет на дополнение повестки дня, истец не мог присутствовать при проведении голосования <ФИО>2, поскольку не является <ФИО>2. Собранных представителями регионального отделения Москвы документов и обращений, жалоб было достаточно для постановки на обсуждение такого вопроса и принятия по нему решения. На конференции истец присутствовал при разрешении его жалобы, давал объяснения. Разрешение жалобы проведено в ходе заседания Конференции, вопрос сформулирован корректно, непонимания в ходе голосования у участников не возникло ни в ходе проведения Конференции, ни в ходе заседания <ФИО>2. На заседании <ФИО>2 обсуждался вопрос невыполнения решений органов управления Организации и несоответствия действий истца ее Уставу. Отсутствует необходимость изложения в протоколе дословного содержания хода заседания. Основанием для исключения истца из списка <ФИО>2 послужили его действия, заключающиеся в проведении супервизий, на проведение которых он не имел полномочий вследствие отсутствия достаточного уровня профессиональной компетенции и нарушений требований Уставу, а также неисполнение решений руководящих органов <ФИО>35 в части приостановки проведения интервизий в Московском региональном отделении до принятия соответствующего решения, что привело к устойчивому кризису профессиональной коммуникации в региональном отделении. В процессе исполнения полномочий у значительной части профессионального сообщества сформировалась устойчивая позиция о несоответствии поведения истца профессионально – этическим стандартам взаимодействия. Профессиональное объединение обязано учитывать репутационные и этические последствия сохранения членства лица, в отношении которого у квалифицированных коллег сформировалось устойчивое и обоснованное сомнение в соблюдении профессиональных стандартов поведения. Сохранение членства может подрывать доверие к Организации, создавать конфликтную ситуацию и небезопасную среду, затруднять участие других специалистов и компрометировать представление о стандартах профессионального сообщества. Истцу региональным отделением был высказал вотум недоверия, что и послужило основанием для принятия коллективного волеизъявления <ФИО>2 об исключении истца из <ФИО>2 Организации. Решение <ФИО>36 о приостановке проведения интервизий, не выполненное <ФИО>4, явилось поводом для постановки вопроса об исключении истца из списка <ФИО>2 на заседании <ФИО>2. Для оценки репутационного риска не требуется доказывать существование отдельного распорядительного акта «запретить <ФИО>4 проводить интервизии». ДД.ММ.ГГГГ. профильным Комитетом обсуждался вопрос отсутствия у <ФИО>4 статуса супервизора, смешение им супервизий и интервизий, квалификация участников, возможное присутствие случайных лиц, риски конфеденциальности клинических случаев, по результатам <ФИО>4 было рекомендовано приостановить проведение интервизий, т.е. фактически <ФИО>4 был уведомлен о том, что профессиональное сообщество считает применяемый им формат проблемным с точки зрения квалификационных и этических стандартов; что <ФИО>4 не было выполнено. Рассылка истцом, как в период проведения оспариваемых собраний, так и по настоящее время, также наносит репутационный вред Организации, нарушает права ее участников на использование их персональных данных. Ни ГК РФ, ни ФЗ «Об общественных объединениях», ни Устав Организации не устанавливают обязанности дословно и детально фиксировать в решении об исключении конкретные эпизоды поведения <ФИО>2 организации с указанием дат, времени, формулировок и иных обстоятельств, по аналогии с судебными актами или иными процессуальными документами. Решение коллегиального органа отражает поведение <ФИО>2 организации, сформированная в результате обсуждения оценка носит обобщающий характер. Действующее законодательство не связывает действительность решений коллегиальных органов с обязательным указанием в повестке дня всех возможных итогов обсуждения, истец участвовал в обсуждении ситуации в региональном отделении, имел возможность изложить свою позицию, его право быть выслушанным было реализовано. Между истцом и ответчиком отсутствуют трудовые отношения, что исключает возможность применения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности к процедуре исключения <ФИО>2 организации из ее списков. Решение об исключении истца из <ФИО>2 не порождает запрет на осуществление индивидуальной деятельности либо участи в других сообщества; кроме того, истец не лишен возможности обратиться с заявлением о вступлении в <ФИО>2 Организации повторно. Доводы о том, что требуется отдельное судебное решение об установлении факта причинения вреда свидетельствуют о неверной трактовке истцом редакции Устава. Реакция <ФИО>2 сообщества, в том числе только вступивших в сообщество, свидетельствует о причинении репутационных потерь. На основании вышеизложенного просили об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетелей <ФИО>9 пояснила, что поводом для исключения <ФИО>4 из списка <ФИО>2 Организации послужило его деструктивное, разрушающее поведение при организации работы в московском региональном отделении. На заседании <ФИО>2 был доклад <ФИО>2 из Московского регионального отделения о произошедшем, имелись сведения о высказанном вотуме недоверия, собранных и доложенных обстоятельств было достаточно, не доверять пояснениям не имелось оснований, имело место неэтичное поведение, было голосование, в ходе которого она понимала, что поставлен вопрос на голосование об исключении <ФИО>4 из списка <ФИО>2 Организации, проголосовала «за», времени на приятие решения было достаточно. Возражений о недостаточности времени или неясности вопроса не поступало от других голосующих. О проведении <ФИО>2 и Конференции было заблаговременное уведомление с повесткой заседаний.
Допрошенная в качестве свидетеля <ФИО>10 пояснила, что в отношении <ФИО>4 членами московского регионального отделения был высказан вотум недоверия, они обратились к <ФИО>2 за разрешением ситуации, было назначено заседание, где она доложила о ситуации. При наличии решения о приостановлении интервизий от профильного комитета <ФИО>4 продолжал собирать супервизии и интервизии, что вносило неразбериху в работу, заседания назначались слишком часто, такое частое участие не могут себе позволить участники ввиду занятости, ход заседаний и приглашение на них указывал на то, что <ФИО>4 проводил именно супервизии, что к его компетенции не относится. Из – за неразберихи к ней обращались несколько вновь вступивших <ФИО>2 с вопросами «что происходит?», «есть ли смысл дальнейшего участия и оплаты членских взносов?». На заседание <ФИО>2 повестка была разослана, также заблаговременно всех извещали о проведении конференции и рассмотрении жалобы <ФИО>4 на конференции. Из голосующих не высказывался о недостаточности времени или недостаточного изучения вопроса.
Допрошенная в качестве свидетеля <ФИО>11, пояснила, что принимала ли она участие в заседании <ФИО>2 ДД.ММ.ГГГГ. не помнит, но на заседании Конференции в 2024г. она присутствовала. Поводом для исключения <ФИО>4 послужило наличие конфликта в Московском отделении, за неоднократное нарушение порядка проведения супервизий. До <ФИО>2 <ФИО>4 обращался к ней по поводу порядка проведения супервизий и интервизий, на что она ему поясняла, что он не имеет права проводить супервизии. Проведение им супервизий является нарушением, поскольку у него статус отсутствует соответствующий. <ФИО>4 Было документальное подтверждение, представленное Московским региональным отделением. В ходе конференции жалоба рассматривалась, была заблаговременно, содержала очень большое количество страниц, о ее содержании знали участники, уведомление было заблаговременное, электронное.
Свидетель <ФИО>12, допрошенный в судебном заседании, в качестве свидетеля, пояснил, что о проведении заседания <ФИО>2 и Конференции, были своевременные извещения. Точных формулировок, поставленных на голосование на <ФИО>2, он не помнит вследствие давности событий, однако о том, что стоял вопрос об исключении <ФИО>4 из <ФИО>2, он точно помнит. Основанием для исключения являлись допущенные этические нарушения <ФИО>4, в том числе проведение супервизий без наличия достаточного статуса супервизора. На диалог о выявленных нарушениях и недопустимости такой работы <ФИО>4 не шел, принято решение об исключении. При голосовании не возникало ни у кого сомнений в недостаточности документов или оснований. Изначально он голосовал против исключения, но после <ФИО>2 бесконечные рассылки от <ФИО>4 писем, касающихся деятельности Организации, негативность таких рассылок, повлекли за собой изменение его мнения и на Конференции он уже голосовал за отказ в удовлетворении жалобы на исключение <ФИО>4 Вопрос об исключении впервые поставили на <ФИО>2, поскольку после длительных разговоров он ан компромисс не шел, а о рассмотрении его жалобы на Конференции было известно заранее.
Заслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные доказательства, допросив свидетелей, оснований не доверять показаниям которых у суда оснований нет, оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности по правилам ст. 59, 60, 67 ГПК РФ, суд не усматривает оснований для удовлетворения требований <ФИО>4 в связи со следующим.
В силу положений ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Положениями ст. 12 ГК РФ предусмотрен в качестве одного из способов защиты нарушенного права – восстановление положения, существовавшего до нарушения права, пресечение действий, нарушающих право или создающих угрозу нарушения права.
В соответствии со ст. 30 Конституции РФ каждый имеет право на объединение, включая право создавать профессиональные союзы для защиты своих интересов. Свобода деятельности общественных объединений гарантируется.
В соответствии с пунктом 1 статьи 123.4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) общественными организациями признаются добровольные объединения граждан, объединившихся в установленном законом порядке на основе общности их интересов для удовлетворения духовных или иных нематериальных потребностей, для представления и защиты общих интересов и достижения иных не противоречащих закону целей.
Участник (<ФИО>2) общественной организации осуществляет корпоративные права, предусмотренные пунктом 1 статьи 65.2 настоящего Кодекса, в порядке, установленном уставом организации (пункт 1 статьи 123.6 ГК РФ).
Как следует из п. 2 ст. 65.3 ГК РФ, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или другим законом, к исключительной компетенции высшего органа корпорации относятся:
определение приоритетных направлений деятельности корпорации, принципов образования и использования ее имущества;
утверждение и изменение устава корпорации;
определение порядка приема в состав участников корпорации и исключения из числа ее участников, кроме случаев, если такой порядок определен законом;
образование других органов корпорации и досрочное прекращение их полномочий, если уставом корпорации в соответствии с законом это правомочие не отнесено к компетенции иных коллегиальных органов корпорации;
утверждение годовых отчетов и бухгалтерской (финансовой) отчетности корпорации, если уставом корпорации в соответствии с законом это правомочие не отнесено к компетенции иных коллегиальных органов корпорации;
принятие решений о создании корпорацией других юридических лиц, об участии корпорации в других юридических лицах, о создании филиалов и об открытии представительств корпорации, за исключением случаев, если уставом хозяйственного общества в соответствии с законами о хозяйственных обществах принятие таких решений по указанным вопросам отнесено к компетенции иных коллегиальных органов корпорации;
принятие решений о реорганизации и ликвидации корпорации, о назначении ликвидационной комиссии (ликвидатора) и об утверждении ликвидационного баланса;
избрание ревизионной комиссии (ревизора) и назначение аудиторской организации или индивидуального аудитора корпорации.
Законом и учредительным документом корпорации к исключительной компетенции ее высшего органа может быть отнесено решение иных вопросов.
Вопросы, отнесенные настоящим Кодексом и другими законами к исключительной компетенции высшего органа корпорации, не могут быть переданы им для решения другим органам корпорации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или другим законом.
Согласно части 4 статьи 6 Федерального закона от 19 мая 1995 г. N 82-ФЗ "Об общественных объединениях" члены общественного объединения имеют права и несут обязанности в соответствии с требованиями норм устава общественного объединения и в случае несоблюдения указанных требований могут быть исключены из общественного объединения в порядке, указанном в уставе.
В силу подпункта 1 статьи 181.4 ГК РФ решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если допущено существенное нарушение порядка принятия решения о проведении, порядка подготовки и проведения заседания общего собрания или заочного голосования участников общества, а также порядка принятия решений общего собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания.
Если иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в заседании или заочном голосовании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества (пункт 1 статьи 181.5 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 108 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", к нарушениям порядка принятия решения, в том числе могут быть отнесены нарушения, касающиеся созыва, подготовки, проведения собрания, осуществления процедуры голосования (подпункт 1 пункта 1 статьи 181.4 ГК РФ).
Из письменных материалов дел аи пояснений лиц, участвующих в деле, свидетельских показаний судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. создана <ФИО>38 которая согласно Уставу (том 1 л.д. 15-34) является добровольным объединением граждан, объединившихся в установленном законом порядке на основе общности их интересов для удовлетворения духовных или иных нематериальных потребностей, для представления и защиты общих интересов и достижения иных не противоречащих закону целей. Сокращенное наименование <ФИО>39
Решением Конференции <ФИО>40” от ДД.ММ.ГГГГ. внесены изменения в наименование Организации, новое наименование <ФИО>41 (том 1 л.д. 78-82).
Истец <ФИО>4 являлся <ФИО>2 <ФИО>42”, по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. <ФИО>4 занимал должность председателя правления Московского регионального отделения.
ДД.ММ.ГГГГ. в ходе заседания <ФИО>43 назначено внеочередное заседание, к которому предложено подготовить понятия «интервизия» (личная и групповая) и иные вопросы, касающиеся порядка проведения интервизий (том 3 л.д. 128), <ФИО>4 присутствовал, выразил особое мнение.
ДД.ММ.ГГГГ. в ходе проведения экстренного онлайн – совещания Правления РО – Москва принято решение отложить вопрос об интервизиях до момента принятия <ФИО>44 регламента проведения интервизий, супервизии не проводить до момента принятия решения на совещании с супервизорами РО, также выражен вотум недоверия <ФИО>4 за превышение полномочий, за поспешные и непродуманные решения, за шантаж и угрозы в адрес <ФИО>2 правления, за манипулирование и формирование коалиций, за деструктивное поведение как председателя правления <ФИО>45. Правление посчитало, что <ФИО>4 не может далее оставаться на посту руководителя ОР и в составе правления, поскольку его безответственные действия ведут к хаосу, расколу и развалу работы в организации. О сложившейся ситуации принято решение информировать руководство <ФИО>46, обратиться в <ФИО>47 с просьбой дать оценку действиям <ФИО>4 как председателя правления <ФИО>48 и как <ФИО>49 (том 3 л.д. 79). Обращение направлено в <ФИО>2 (том 3 л.д. 79-80), в <ФИО>50 (том 3 л.д. 83 оборот - 84).
Решением <ФИО>2 <ФИО>51 от ДД.ММ.ГГГГ. прекращено членство истца как председателя правления <ФИО>52 в связи с совершением им действий, порочащих деловую репутацию <ФИО>53 невыполнением решений, принятых органами управления Организации в пределах их компетенции, установленной <ФИО>54. Указанное решение оформлено протоколом 7 заседания <ФИО>2 <ФИО>55. (л.д. 11-13 тома 1).
Согласно протоколу решение принято при кворуме общем 8 человек (6 голосов «за» (<ФИО>13, <ФИО>14, <ФИО>10, <ФИО>15, <ФИО>2 Е.Л., <ФИО>16), 2 голоса «против» (<ФИО>17, <ФИО>12 )).
Также из протокола следует, и не противоречит показаниям свидетелей и истца <ФИО>4, что имело место заслушивание представителей Московского регионального отделения, <ФИО>4, учитывалось мнение <ФИО>56 ранее изучившего поступившие документы, выразившего мнение о допущении нарушений <ФИО>57, высказывания оскорблений в адрес коллег (том 1 л.д. 12). Предложение <ФИО>17 о подборе кандидатуры для оказания содействия в разрешении конфликтной ситуации было отклонено вследствие несоответствия такового варианта решения Уставу <ФИО>58
Решением Конференции <ФИО>59” от ДД.ММ.ГГГГ. <ФИО>4 отказано в удовлетворении жалобы на решение <ФИО>2 ДД.ММ.ГГГГ” ДД.ММ.ГГГГ об исключении его из числа <ФИО>2 Организации (том 3 л.д. 156-159).
Согласно протоколу Конференции на голосование был поставлен вопрос рассмотрения жалобы <ФИО>4 на решение <ФИО>2 от ДД.ММ.ГГГГ «За» исключение проголосовало 40 человек, «против» - 0, воздержались – «19» (том 1 л.д. 14).
О заседании правления <ФИО>4 был уведомлен, присутствовал на той части, где заслушивался доклад <ФИО>60 о сложившейся обстановке и выраженном вотуме недоверия в адрес истца. О проведении Конференции, на которой была рассмотрена его жалоба <ФИО>4, равно как и другие участники Конференции были уведомлены заблаговременно (том 3 л.д. 90-93, том 3 л.д. 134-135), сущность жалобы доведена до участников конференции (том 3 л.д. 136-137, 138-139). Присутствие на заседании Конференции <ФИО>4 подтвердил (том 3 л.д. 153).
Не согласившись с указанными решениями, <ФИО>4 обращается с настоящим иском в суд, указывая на нарушение своих прав принятыми в отношении него решениями, в том числе на нарушение права на защиту, на нарушение порядка принятия оспариваемых решений.
Общественная организация осуществляет свою деятельность в соответствии с Уставом, утвержденным решением общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ.
В соответствии с положениями Устава <ФИО>61” членами Организации могут быть: полностью дееспособные граждане, достигшие 18 лет, признающие цели Организации, отраженные в п. 3.1. Устава, и выполняющие требования настоящего Устава.
Перечень оснований, которые являются препятствием к принятию в <ФИО>62”, указан также в п. 4.2. Устава; в отношении <ФИО>4 Таких признаков не установлено, ответчик на наличие таковых не указывал при рассмотрении настоящего иска.
В соответствии с положениями п. 4.5 Устава члены организации имеют равные права и несут равные обязанности. Так, члены Организации вправе: участвовать в управлении делами Организации, обжаловать решения органов Организации, влекущие гражданско - правовые последствия, в случаях и в порядке, которые предусмотрены законом; избираться и быть избранными в выборные орган Организации и т.д. (том 1 л.д. 18-19). Уставом на членов Организации наложены следующие обязанности: участвовать в образовании имущества Организации в необходимом размере в порядке, способом и в сроки, которые предусмотрены Гражданским кодексом РФ, другим законом или Уставом Организации; не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности Организации; участвовать в принятии решений, без которых Организация не может продолжать свою деятельность в соответствии с законом, если его участие необходимо для принятия таких решений; не совершать действия, заведомо направленные на причинение вреда Организации, не совершать действия (бездействие), которые существенно затрудняют или делают невозможным достижение целей, ради которых создана Организация; уплачивать членские и иные имущественные взносы; соблюдать положения Устава и выполнять решения выборных органов Организации; принятые в рамках их компетенции; активно способствовать и лично участвовать в осуществлении уставных целей организации; способствовать своей деятельностью повышению эффективности работы Организации.
Положениями п.4.11 Устава закреплено, что <ФИО>2 Организации могут быть исключены из Организации в случаях:
4.11.1 совершения действий, порочащих деловую репутацию организации, либо повлекших причинение Организации убытков, установленных решением суда;
4.11.2 неуплаты периодического членского взноса или иного взноса, предусмотренного к обязательному внесению, в порядке, определенном конференцией;
4.11.3 невыполнения решений, принятых органами управления Организации в пределах их компетенции, установленной настоящим Уставом.
Решением об исключении гражданина из состава <ФИО>2 Организации, в соответствии с положениями п. 4.12 Устава, принимается Общим собранием регионального Отделения Организации или решением <ФИО>2 Организации. Решение принимается простым большинством голосов присутствующих на Общем собрании регионального отделения или на заседании <ФИО>2 открытым голосованием пери наличии кворума.
Таким образом, <ФИО>2 общественной организации может быть исключен из нее в порядке, установленном уставом, за невыполнение указанных в нем требований. При этом, порядок принятия решения об исключении из <ФИО>2 Организации до настоящего времени не утвержден, что не оспаривалось в судебном заседании.
Положениями п. 4.13 Устава предусмотрено право на обжалование решения об исключении из состава <ФИО>2 Организации на Конференции Организации (том 1 л.д. 20).
К Органам управления, в соответствии с разделом 5 Устава, относятся: Конференция (высший орган управления Организации), <ФИО>2 (постоянно действующий руководящий орган Организации), Президент (единоличный исполнительный орган Организации), Ревизор (контрольно - ревизионный орган Организации).
В соответствии с положениями Раздела 6 Устава конференция созывается не реже 1 раза в год. Уведомление о дате, времени и месте проведения, норме представительства и повестке дня направляется <ФИО>2 или Президентом Организации всем региональным Отделениям Организации письменно с использованием средств почтовой и (или) электронной связи не менее чем за 30 календарных дней до начала Конференции.
В соответствии с положениями п. 6.6. Устава Конференция принимает решение простым большинством голосов делегатов, присутствующих на конференции при наличии кворума. Решение Конференции по вопросам исключительной компетенции принимаются квалифицированным большинством голосов (не менее 2/3 от общего числа голосов) делегатов, присутствующих на Конференции при наличии кворума.
К исключительной компетенции Конференции отнесен, в том числе, вопрос об определении порядка приема с состав <ФИО>2 Организации и порядка исключения из числа ее <ФИО>2 (п. 6.4.) (том 1 л.д. 21), однако, как установлено в судебном заседании и не оспаривалось участниками процесса, такой порядок на момент принятия оспариваемых <ФИО>4<ФИО>18 не был утвержден.
Положениями раздела 7 Устава определен порядок работы <ФИО>2 Организации. Так, в соответствии с положениями п. 7.2 Устава <ФИО>2 избирается Конференцией из числа <ФИО>2 Организации в количестве, определяемом конференцией, но не менее 3 (трех) <ФИО>2. К компетенции <ФИО>2 относится, в том числе, исключение из состава ее <ФИО>2 в порядке, определенном Конференцией (том 1 л.д. 22).
Порядок принятия решения <ФИО>2 определен положениями п. 7.6. -7.8 Устава, согласно которым решения принимаются открытым голосованием простым большинством голосов присутствующих <ФИО>2, заседания <ФИО>2 считаются правомочными при присутствии на них более половины от общего числа <ФИО>2 Организации.
Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что существенных нарушений порядка принятия оспариваемых решений ответчиком не допущено, решение вопроса об обоснованности и наличии оснований для исключения того или иного человека из <ФИО>2 Общественной Организации является исключительной компетенцией самой Организации.
Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ N 2610-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина <ФИО>3 на нарушение его конституционных прав рядом норм Федерального закона "О персональных данных", а также статьей 2 и частью 4 статьи 6 Федерального закона "Об общественных объединениях" часть четвертой статьи 6 Федерального закона "Об общественных объединениях" направлена на защиту прав и законных интересов всех <ФИО>2 общественных объединений, призванных соблюдать установленные уставом организации правила поведения и претерпевать неблагоприятные последствия их нарушения, и тем самым отвечает требованиям статей 17 (часть 3) и 19 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации.
Положения Федерального закона направлены на реализацию ст. 30 Конституции РФ, гарантирующей свободу деятельности общественных объединений, в том числе, в решении вопросов о членстве в общественном объединении.
С учетом разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, исходя из буквального толкования положений ст. 30 Конституции Российской Федерации, решение вопроса об обоснованности и наличии оснований для исключения того или иного человека из <ФИО>2 Общественной Организации является исключительной компетенцией самой Организации.
Доводы истца <ФИО>4 о нарушении порядка созыва заседания <ФИО>2 и Конференции не состоятельны, опровергаются как письменными доказательствами, представленными ответчиком, так и показаниями свидетелей, не противоречащих письменным доказательствам, подтвердивших факт надлежащего извещения о проведении заседания <ФИО>2 и конференции.
Сам по себе факт того, что заблаговременно в повестку дня не был включен вопрос об исключении <ФИО>4 из числа <ФИО>2 Организации, был поставлен на голосование лишь в ходе заседания <ФИО>2, при условии, что точный порядок принятия <ФИО>2 <ФИО>63 решения об исключении не определен до настоящего времени, не свидетельствует о нарушении порядка принятия данного решения. Обязательного условия об извещении либо о присутствии лица, в отношении которого разрешается вопрос о его исключении из <ФИО>2, не содержится ни в Уставе, ни в общих нормах гражданского законодательства. Доводы <ФИО>4 о том, что при заблаговременном доведении до <ФИО>2 повестки голосовании о его исключении не присутствовавшие могли принять решение о явке и участии в голосовании, не состоятелен, не может являться основанием для признания оспариваемых решений недействительными, поскольку положения прямо указываю на порядок определения наличия кворума, который имелся при проведении заседания <ФИО>2. Голосование проводилось компетентным органом в соответствии с Уставом Организации, при наличии достаточного кворума и в порядке, предусмотренном Уставом Организации.
Представленная истцом и ответчиком переписка в своей совокупности свидетельствует о наличии оснований для постановки на обсуждение <ФИО>2 вопроса о допущенном истцом <ФИО>4 нарушении, проведении супервизий без наличия соответствующего статуса. Переписка, инициированная истцом, прямо указывает на то, что сам истец определяет порядок проведения тех или иных встреч как супервизий.
Доводы истца о том, что <ФИО>2 голосовала изначально против исключения его из <ФИО>2 Организации на заседании <ФИО>2, но в последующем, под «давлением» Поляновой, в течение нескольких минут после оглашения результатов голосования изменила свое решение, не могут являться основанием для признания решения <ФИО>2 незаконным. Истцу, при отказе ответчика представить аудиозапись заседания, неоднократно разъяснялось право на самостоятельное представление аудиозаписи заседания <ФИО>2, однако своим правом на представление доказательств, имеющихся в его распоряжении, истец не воспользовался, в связи с чем разрешить вопрос о том, когда и при каких обстоятельствах <ФИО>2 было принято решение о голосовании «за» исключение <ФИО>4 из <ФИО>2 <ФИО>64, не представляется возможным, о допросе указанного лица в качестве свидетеля истец не ходатайствовал. Суд исходить из того, что в последующем ни сама <ФИО>2, ни иные участники голосования каких –либо замечаний на протокол не приносили, не отозвали своего голоса, не указывали на нарушение порядка голосования в ходе Конференции, следовательно был учтен голос <ФИО>2, высказанный при общем голосовании. Кроме того, суд считает необходимым отметить, что и без голоса <ФИО>2 имелся достаточный кворум (5 человек голосовали за «исключение» и их голоса не ставятся под сомнение). Доводы о необходимости исключения голоса Филатова не состоятельны, поскольку как следует из протокола № его голос в голосовании при подсчете кворума не учитывался, учитывались лишь голоса присутствующих фактически (согласно протоколу присутствовало 8, голосовало «за» - 6 человек, голосовало «против» - 2 человека).
Протокол заседания <ФИО>2 прямо и недвусмысленно указывает на то, что имело место обсуждение вопроса о недопустимости поведения <ФИО>4 как председателя регионального отделения, <ФИО>2 <ФИО>65 участниками заседания <ФИО>2, <ФИО>4 предоставлено право дать объяснения, высказывались лица о возможности иного способа разрешения сложившейся ситуации, однако такое предложение было отклонено вследствие несоответствия Уставу. В связи с чем доводы истца о том, что голосующие не понимали того, какой вопрос был поставлен на обсуждение, не понимали существа сложившего обстоятельства, не состоятельны. Протокол заседания <ФИО>2 прямо указывает на наличие обсуждения поставленного вопроса на голосование, наличие полемики по данному вопросу, отсутствия ограничений при выражении мнения при голосовании.
Доводы истца о недостаточности времени для подготовки и организации защиты на Конференции не состоятельны. Как следует из представленных письменных документов, как ДД.ММ.ГГГГ., так и к заседанию <ФИО>2 <данные изъяты> к заседанию Конференции им подготовлены и направлены многочисленным адресатам – <ФИО>2 <данные изъяты> обращения с разъяснением своего видения сложившейся ситуации (том 3 л.д. 80 оборот – 81, 86-87). С момента принятия <ФИО>2 решения об исключении из числа <ФИО>2 до момента проведения Конференции прошло более 11 месяцев, чего было достаточно для подготовки жалобы и выступления, вопросы регламента проведения конференции и ограничения времени выступления до 5-7 минут не могут являться основанием для признания решения незаконным, право подать жалобу и выступить на конференции <ФИО>4 ответчиком было предоставлено и в полной мере им реализовано.
Доводы о том, что участникам Конференции не были представлены материалы по его жалобе для ознакомления также не могут служить основанием для признании решения Конференции незаконными и его отмене, поскольку как следует из пояснений участников процесса, свидетельских показаний и иных письменных документов никто из участников не указывал на недостаточность материалов или отсутствие возможность ознакомиться, все приняли участие в голосовании, выразили свое мнение по поставленному вопросу либо воздержались от голосования, замечаний не приносилось. Наличие голосующих как «за», так и «воздержавшихся» указывает на то, что голосующие не были лишены права волеизъявления при голосовании. Результаты голосования, в том числе указывающие на то, что некоторые из голосующих и являвшихся участниками как заседания <ФИО>2, так и заседания Конференции изменили свою мнение (Бакалдин) по поставленному вопросу, прямо свидетельствуют о том, что неясности при голосовании у голосующих не было.
Доводы истца о неверности формулировки вопроса на заседании Конференции также не состоятельны, не могут являться основанием для признания решения Конференции незаконным, поскольку согласно Уставу (п. 4.13) предусмотрено право обжалования решения об исключении из состава <ФИО>2 Организации, т.е. формулировка повестки заседания Конференции ДД.ММ.ГГГГ., «рассмотрение жалобы <ФИО>4 на решение <ФИО>2 <ФИО>66 от ДД.ММ.ГГГГ. об исключении из числа <ФИО>2 Организации» соответствует требованиям Устава.
Доводы истца о том, что формулировка п. п. 4.11.1 Устава в части указания на наличие судебного акта, устанавливающего факт совершения действий, порочащих деловую репутацию Организации, в качестве основания для исключения из числа <ФИО>2 не состоятельны, поскольку в данном случае при формулировке пункта использован одиночный разделительный союз «либо», предназначенный в данном случае для соединения однородных <ФИО>2 предложения «действия, порочащие деловую репутацию» и «причинение убытков, установленных решением суда»; наличие судебного решения относится, исходя из буквального толкования п. 4.11.1, к основанию исключения вследствие причинения убытков Организации.
Доводы о наличии ранее объявленных благодарностей не исключают права Организации принять решение в текущем времени об исключении <ФИО>2 из списка <ФИО>2 Организации при выявленных нарушениях.
Доводы истца о несоответствии текста выписок из протоколов заседания Конференции и полных версий протокола заседания конференции не могут являться основанием для удовлетворения иска, поскольку, несмотря на то, что при сличении текстов просматривается дополнение формулировки наименованием Организации (том 1 л.д. 14 и том 3 л.д. 156 -157), однако существо принятого решения не искажено, не изменено. Разночтения при формулировки решения <ФИО>2 в выписке и в основном протоколе не противоречат друг другу в части принятого решения. За истинную при указании оснований для исключения <ФИО>4 принимается формулировка полного текста заседания <ФИО>2 вследствие того, что выписка могла быть составлена некорректно, аудиозаписи ни одно из участников спора не представлены, а свидетельские показания в совокупности с письменными доказательствами указывают на то, что основанием для исключения являлось как совершение действий, порочащих деловую репутацию Организации, так и невыполнение решений, принятых органами управления Организации в пределах их компетенции. Голосующие на Конференции подтвердили решение <ФИО>2 об исключении <ФИО>4 из состава <ФИО>2 <ФИО>67 большинством голосов, решение законное, оснований для признания данных решений незаконными судом не установлено, кворум для принятия решений ДД.ММ.ГГГГ. и ДД.ММ.ГГГГ. имелся, решение принято компетентными органами в пределах полномочий, предоставленных Уставом, а вдаваться в существо принятого Общественной Организацией решения суд не вправе, что исключает удовлетворение требований <ФИО>4 о признании решений от <ФИО>2 ДД.ММ.ГГГГ. и Конференции от ДД.ММ.ГГГГ. не законными. Отказ в удовлетворении основного требования влечет отказ в удовлетворении производных требований о взыскании судебных расходов.
Руководствуясь ст. 98, 194-198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
<ФИО>4 отказать в удовлетворении исковых требований к <ФИО>68 о признании недействительными решения президиума и решения конференции об исключении из числа <ФИО>2 организации.
Решение может быть обжаловано в <адрес> в течение месяца со дня принятия решения в мотивированной форме путем подачи апелляционной жалобы <адрес>
Судья /подпись/ <ФИО>69
Решение в мотивированной форме изготовлено ДД.ММ.ГГГГ