РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации рп. Торбеево,
Республика Мордовия 17 сентября 2026 г.
Торбеевский районный суд Республики Мордовия в составе председательствующего судьи Сыгрышевой М.С., при секретаре судебного заседания Рябовой Е.В., с участием в деле:
Рузаевского транспортного прокурора Приволжской транспортной прокуратуры, помощника прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Андреевой Е.В., заместителя прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Девятаева П.П., помощника прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Телюшиной Г.В., истца – Никитиной Н.К., ее представителей Кидяевой С.М., Салаева Н.И., Фролова Н.А., действующих на основании доверенности от 5 марта 2026 г., истцов – Кидяевой С.М., Кидяева В.С., их представителей Салаева Н.И., Фролова Н.А., действующих на основании доверенностей от 12 мая 2026 г., истца – Кидяева А.С., его представителей Салаева Н.И., Фролова Н.А., действующих на основании доверенности от 13 мая 2026 г., ответчиков - открытого акционерного общества «Российские железные дороги», его представителей Буйновой О.В., действующей на основании доверенности от 29 августа 2023 г., Мурашкина Н.Ю., действующего на основании доверенности от 27 июля 2026 г., страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах», третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора – Никитиной Н.В., ее представителя адвоката Виканова А.М., действующего на основании ордера, Никитина А.В., Нагаевой С.В., акционерного общества «Федеральная пассажирская компания», общества с ограниченной ответственностью «Чистый двор», рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Никитиной Нины Константиновны, Кидяевой Светланы Михайловны, Кидяева Владимира Сергеевича, Кидяева Александра Сергеевича к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о компенсации морального вреда, расходов на погребение, страховой выплаты в случае смерти потерпевшего (кормильца), штрафа, установил:
Никитина Н.К., Кидяева С.М., Кидяев В.С., Кидяев А.С. обратились в суд с исковым заявлением к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» (далее ОАО «РЖД»), страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» (далее СПАО «Ингосстрах») о компенсации морального вреда, расходов на погребение, страховой выплаты, штрафа.
В обоснование заявленных требований указано, что истец Никитина Н.К., Кидяева С.М. являются матерью и сестрой, а Кидяев В.С., Кидяев А.С. являются племянниками ФИО1, погибшего 10 февраля 2026 г.
В вышеуказанную дату ФИО1 следовал из г.Москвы в п.Торбеево Республики Мордовия поездом №120 с Казанского вокзала до железнодорожной станции Торбеево Куйбышевской железной дороги филиала ОАО «РЖД». Прибыв на станцию Торбеево в 21 час 34 минуты, выйдя из поезда, поскользнувшись, упал на встречные железнодорожные пути, где следовавший встречный поезд, смертельно травмировал ФИО1 Железнодорожные пути, проходы между ними, платформы не были очищены от снега и льда. В связи с чем, ответственность за данный несчастный случай полностью лежит на ОАО «РЖД».
В связи со смертью сына, брата и дяди истцам причинен моральный вред. Они испытывают стресс, эмоциональное потрясение, нравственные страдания, выражающиеся в эмоциональном расстройстве в связи с потерей близкого, родного человека. Смерть сына, брата и дяди стала абсолютной неожиданностью, они утратили сон, испытывают чувство одиночества, опустошение.
Также истцом Кидяевой С.М. были понесены расходы по захоронению и проведению поминального обеда, расходы по проведению поминального обеда в сороковой день со дня кончины, и расходы на приобретение стола, скамьи и ограды на могилу.
19 марта 2026 г. в адрес ОАО «РЖД» была направлена досудебная претензия с требованием возместить материальный ущерб и моральный вред. Однако ответа на претензию не поступило.
К правоотношениям сторон, связанным с предоставлением услуг по перевозке пассажиров, применяются положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 7 февраля 1992 г.
Поскольку ответственность ОАО «РЖД» застрахована в СПАО «Ингосстрах», договором страхования предусмотрена выплата страховщиком компенсации морального вреда. В связи с чем, со СПАО «Ингосстрах», как страховой компании ОАО «РЖД», подлежит взысканию в пользу истцов сумма, предусмотренная договором страхования, в качестве компенсации морального вреда в связи с гибелью близкого родственника.
Согласно договору на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности № 6281676 от 15 октября 2025 г., заключенному между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах», страховщик обязуется при наступлении страхового случая выплатить страховое возмещение за ущерб, возникший вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу третьих лиц, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.
19 марта 2026 г. в адрес СПАО «Ингосстрах» Никитиной Н.К. и Кидяевой С.М. была направлена досудебная претензия с требованием возместить моральный вред, ответа на претензию не поступило.
На основании изложенного, с учетом уточнения исковых требований (заявление от 10 июля 2026 г., 17 сентября 2026 г.), просит взыскать с ОАО «РЖД» в пользу Никитиной Н.К. компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, в пользу Кидяевой С.М. компенсацию морального вреда в размере 1 500 000 рублей, в пользу Кидяева В.С. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей, в пользу Кидяева А.С. компенсацию морального вреда в размере 1 000 000 рублей; взыскать с ОАО «РЖД» в пользу Кидяевой С.М. расходы на погребение и проведение поминального обеда в размере 162 347 рублей 26 копеек, расходы по проведению поминального обеда в сороковой день со дня кончины в размере 49 636 рублей 56 копеек, расходы на приобретение стола, скамьи и ограды на могилу в размере 18 640 рублей; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу Никитиной Н.К., Кидяевой С.М., Кидяева В.С., Кидяева А.С. страховую сумму в размере 225 000 рублей, в равных долях; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу Кидяевой С.М. расходы на погребение в размере 25 000 рублей; взыскать со СПАО «Ингосстрах» в пользу Никитиной Н.К., Кидяевой С.М., Кидяева В.С., Кидяева А.С. компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, в равных долях; взыскать с ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» в пользу Никитиной Н.К., Кидяевой С.М., Кидяева В.С., Кидяева А.С.-штраф в размере 50 % от суммы присужденной судом потребителю.
Определением судьи от 26 мая 2026 г. к участию в деле в качестве органа компетентного дать заключение по делу привлечен Рузаевский транспортный прокурор Приволжской транспортной прокуратуры (л.д. 69-71 т.1).
Определением суда от 14 июля 2026 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчика привлечено СПАО «Ингосстрах» (л.д. 212-216 т. 1).
Определением суда от 4 августа 2026 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора привлечены акционерное общество «Федеральная пассажирская компания» (далее АО «ФПК»), Никитина Н.В., Никитин А.В., Нагаева С.В. (л.д. 180-184 т. 2).
Определением суда от 25 августа 2026 г., занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора привлечено общество с ограниченной ответственностью «Чистый двор» (далее ООО «Чистый двор») (л.д. 110-112 т. 3).
В возражениях на исковое заявление представитель ответчика ОАО «РЖД» Мурашкин Н.Ю. просил отказать в удовлетворении исковых требований в заявленном размере, указав, об отсутствии вины ОАО «РЖД» в травмировании ФИО1, что подтверждается постановлением о прекращении уголовного дела от 16 марта 2026 г. и актом служебного расследования от 19 февраля 2026 г. № 2. ОАО «РЖД» к ответственности за ненадлежащее содержание перехода в месте происшествия, либо за нарушение эксплуатации подвижного состава не привлекалось.
Со стороны ОАО «РЖД» приняты все меры для снижения (исключения) вреда. В ОАО «РЖД» реализуется программа по профилактике травматизма на железнодорожном транспорте, благодаря которой число случаев травмирования снижается. С учетом масштабов деятельности ОАО «РЖД» невозможно построить абсолютно изолированную инфраструктуру железнодорожного транспорта, наличие ограждений, сигнализации, оборудованных переходов не исключает случаев травмирования вследствие неправомерных действий самих потерпевших, как в случае с ФИО1 Место происшествия не является санкционированным местом перехода через железнодорожные пути. Подвижной состав находился в исправном состоянии. Звуковые сигналы поезда работали в штатном режиме. Железнодорожные пути технически исправны, имеются знаки безопасности.
Причиной смертельного травмирования ФИО1 явилось нарушение им утвержденных Приказом Минтранса России от «27» января 2022 г. № 20 «Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути правил личной безопасности» (далее - Правила), а именно раздела 2 пункта 15, раздела 4 пунктов 10, 11.
Потерпевший ФИО1, согласно судебно - химическому исследованию от 24 февраля 2026 г. №481/2025 находился на железнодорожных путях в состоянии алкогольного опьянения сильной степени (в крови обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,93 % промилле, в скелетной мышце - 0,76 % промилле) (акт вскрытия Республиканского бюро СМЭ Республики Мордовия от 11 февраля 2026 г. №9/2026). В момент происшествия потерпевший ФИО1 лежал на краю платформы, на подаваемые сигналы большой громкости не реагировал, при этом игнорировал предупредительные знаки, светозвуковую сигнализацию, сигналы большой громкости приближающегося подвижного состава; -в силу возраста (55 лет) потерпевший осознавал необходимость явления особой бдительности при нахождении вблизи источника повышенной опасности. Таким образом, единственной причиной транспортного происшествия ФИО1 явилась его грубая неосторожность при нахождении на инфраструктуре железнодорожного транспорта в состоянии сильного алкогольного опьянения.
Исходя из сложившейся судебной практики, нравственные страдания не являются фактом общеизвестным и подлежат доказыванию, наравне с другими обстоятельствами дела. Доказательств, подтверждающих нравственные и физические страдания, в материалы дела не представлено. Доказательств совместного проживания и ведения совместного хозяйства сторонами не представлено. В материалы дела не представлены документы, подтверждающие тесные родственные связи. Погибший проживал в <адрес>, а Кидяева С.М., Кидяев В.С., Кидяев А.С. проживали в <адрес>. Полагает, что наиболее приемлемым способом заглаживания нравственных страданий является оказание психологической помощи потерпевшим. При этом стоимость одного сеанса примерно составляет 5000 рублей, а количество от 3 до 10. Таким образом, суммы в размере 50000 рублей достаточно для компенсации нравственных страданий. В тоже время истцами не представлены доказательства обращения за медицинской и психологической помощью в медицинские учреждения вследствие причиненных им физических и нравственных страданий.
Сумма компенсации морального вреда должна быть соразмерной следствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания. Присуждение больших сумм компенсаций морального вреда, с учетом массовости предъявления искового возмещении вреда по случаям травмирования граждан на железнодорожном транспорте, может привести к незапланированным расходам компании, которые могут негативно повлиять на реализацию инвестиционной программы ОАО «РЖД» (компания со 100% государственным участием). Кроме того, считает, что размер компенсации морального вреда подлежит уменьшению, согласно пункту 2 статьи 1083 ГК РФ, ввиду допущенной ФИО1 грубой неосторожности и состояние сильного алкогольного опьянения. Погибший ФИО1 осознавал возможность наступления негативных последствий при нахождении в зоне повышенной опасности, но целенаправленно нарушил раздел 2 пункт 15, раздел 4 пункты 10, 11 Правил, проявляя безразличие к своей жизни и здоровью, а также здоровью близких людей. Погибший предпринял действия, направленные на лишение себя жизни. Такое поведение однозначно свидетельствует о наличии в действиях потерпевшего грубой неосторожности. Размер заявленной компенсации морального вреда не соответствует единообразной судебной практике по данной категории дел. Считает, что возмещение вреда подлежит со страховой компании СПАО «Ингосстрах», с которой заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 15 октября 2025 г. №6281676.
Также указано, что истцом предъявлены требования по возмещению расходов на погребение и проведение поминального обеда, расходы на проведение поминального обеда в сороковой день со дня кончины, установка ограды, стола и скамейки на могилу.
Из представленных чеков не усматривается, в какие дни происходило погребение (чеки все от разных дат, представлены в хаотичном порядке), отсутствует детальный расчет исковых требований. Последующие расходы на проведение дополнительных мероприятий, поминальных обедов, а также на установку дополнительных сооружений на могиле (стел, памятников, оград, цветников и т.д.) не включаются в необходимые расходы на погребение. Отмечает, что приобретение гроба и креста также гарантируется государством на безвозмездной основе, а действия по перевозке тела обусловлены только волей и интересом самого истца; в Республике Мордовия предоставляются бесплатные участки для захоронения на кладбищах. Полагает, что требования о взыскании расходов на погребение являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.
Относительно заявленных истцами исковых требований, связанных с предоставлением услуг по перевозке пассажиров, применяются положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» №2300-1 от 7 февраля 1992 г. обращает внимание, что услуга по перевозке пассажира железнодорожным транспортом оказывалось истцу АО «ФПК» в связи с чем, последний является надлежащим ответчиком по делу.
Анализ дел о возмещение вреда в связи с травмированием граждан на железнодорожном транспорте показал, что основной причиной большого количества таких исков является системная работа специализирующихся на данной категории судебных споров организаций и граждан (л.д.154-167 т. 2).
В отзыве на исковое заявление от 30 июля 2026 г., 16 сентября 2026 г. представитель ответчика СПАО «Ингосстрах» просила в удовлетворении исковых требований к СПАО «Ингосстрах» отказать в полном объеме, указав, что СПАО «Ингосстрах» не может являться надлежащим ответчиком и не может быть привлечено в качестве Ответчика/Соответчика ни в силу закона, ни договора страхования, так как требования исходят из ответственности Страхователя, но Страхователем не признаны.
Между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» был заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 6281676 от 15 октября 2025 г. Период страхования с 8 декабря 2025 г. по 7 декабря 2026 г.
Договор страхования гражданской ответственности является добровольным и содержит ряд исключений (пункт 2.5. Договора страхования), вследствие чего, даже при наличии ответственности Страхователя, событие может не являться страховым случаем.
Исходя из условий Договора страхования, возможность возложения на СПАО «Ингосстрах» обязанности по страховому возмещению наступает не в результате как такового события причинения вреда, а в связи с наступлением гражданской ответственности Страхователя на основании решения суда, устанавливающего обязанность Страхователя ОАО «РЖД» возместить ущерб, причиненный Выгодоприобретателям и определяющего размер такой выплаты.
Ни страхователем, ни истцом в обоснование наступления страхового случая документы, указанные в пункте 7.3.1. Договора, в СПАО «Ингосстрах» не предоставлялись. Соответственно, не был составлен страховой акт и страховщику не были представлены необходимые документы для определения страхового случая и размера вреда. В связи с чем, признать или не признать наступившее событие страховым случаем для СПАО «Ингосстрах» не представляется возможным.
Истцом не доказан факт наступления гражданской ответственности ОАО «РЖД», повлекший за собой причинение вреда ФИО1, следовательно, факт наступления страхового случая - не подтвержден.
24 марта 2026 г. от Никитиной Н.К., Кидяевой С.М. в адрес СПАО «Ингосстрах» поступила претензия. Для выплаты необходимо было представить документы, подтверждающие понесенные расходы на погребение, соглашение между заявителями и ОАО «РЖД» с указанием согласованной суммы морального вреда или вступившее в силу решение суда.
СПАО «Ингосстрах» не уведомлено Страхователем о данном событии, а также не располагает информацией о добровольном признании последним факта наступления его гражданской ответственности. Данный факт исключает применение штрафных санкций к Страховщику в соответствии с Федеральным законом «О защите прав потребителей» (л.д. 91-102 т.2).
Истец Кидяева С.М. в судебном заседании от 4 августа 2026 г. исковые требования, с учетом их уточнения, поддержала, просила их удовлетворить в полном объеме, пояснила, что ФИО1 является ее родным братом, проживал в <адрес> совместно с матерью, работал в г. Москве вахтовым методом. 10 февраля 2026 г. возвращался с работы. 11 февраля 2026 г. им стало известно о том, что брат ФИО1 попал под грузовой поезд на ст. Торбеево и погиб. Смертью брата ей, матери и всей ее семье причинены нравственные страдания. Мать Никитина Н.К. до настоящего времени не может прийти в себя, плачет, расстраивается. ФИО1 захоронен на кладбище в <адрес>. Несмотря на то, что брат состоял в браке, со своей семьей он не проживал (л.д. 180-184 т.2).
Представитель истца Фролов Н.А. в судебном заседании исковые требования, с учетом их уточнения, поддержал, просил их удовлетворить в полном объеме. Пояснил суду, о том, что предложенные представителем ответчика ОАО «РЖД» условия мирового соглашения не подходят его доверителям.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» Мурашкин Н.Ю. в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных исковых требований по основаниям, указанным в возражениях на исковое заявление.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» Буйнова О.В. в судебном заседании от 14 июля 2026 г. исковые требования, с учетом их уточнения, не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать. Пояснила, что истцам было направлено предложение о заключении мирового соглашения (л.д. 215-216 т.1).
Помощник прокурора Торбеевского района Республики Мордовия Телюшина Г.В., действующая по поручению Рузаевского транспортного прокурора Приволжской транспортной прокуратуры, в заключении, просила при разрешении исковых требований в части компенсации морального вреда учесть не только положения о договоре страхования гражданской ответственности, но и принципы разумности, справедливости и степень вины как самого погибшего, так и владельца источника повышенной опасности. Касаемо требований о возмещении расходов, связанных с погребением просила обратить внимание на необходимость и разумность таких трат, в остальной части исковых требований отказать.
Рузаевский транспортный прокурор Приволжской транспортной прокуратуры в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен своевременно и надлежащим образом.
Истцы Никитина Н.К., Кидяева С.М., Кидяев В.С., Кидяев А.С., их представители Клементьев С.А., Салаев Н.И., Синяева Л.Ф., Черемухина Т.И. в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены своевременно и надлежащим образом, сведений уважительности неявки суду не представили.
Представитель ответчика ОАО «РЖД» - Буйнова О.В., представитель ответчика СПАО «Ингосстрах», представители третьих лиц - АО «ФПК», ООО «Чистый двор», третьи лица - Никитина Н.В., Никитин А.В., Нагаева С.В., представитель третьего лица Никитиной Н.В.- Виканов А.М. в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте его проведения извещены своевременно и надлежащим образом, сведений уважительности неявки суду не представили.
Участники процесса, помимо направления извещений о времени и месте рассмотрения дела, извещались также и путем размещения информации по делу на официальном сайте Торбевского районного суда Республики Мордовия в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет»: torbeevsky.mor@sudrf.ru в соответствии с требованиями части 7 статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ). Неявка лиц, извещенных в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является их волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве дела и иных процессуальных прав, поэтому не является препятствием для рассмотрения судом дела по существу.
При таких обстоятельствах, и в силу положений статьи 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания.
Проанализировав исковое заявление, выслушав объяснения явившихся участников процесса, заключение прокурора, исследовав письменные материалы дела, обозрев материал проверки № 30 пр-26, оценив имеющиеся доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.
В силу пункта 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Согласно пункту 1 статьи 1079 ГК РФ лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
В соответствии со статьей 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
В соответствии со статьей 21 Федерального закона от 10 января 2003 г. №17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» железнодорожный транспорт рассматривается в качестве зоны повышенной опасности, что предполагает наличие специальных требований не только к порядку проведения отдельных видов работ, но и к размещению объектов инфраструктуры транспорта.
Перечень таких объектов установлен настоящим Законом. К ним относятся железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути не общего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта.
Как установлено судом и следует из материалов дела 10 февраля 2026 г. ФИО1 осуществлял поездку в пассажирском поезде №120 сообщением «Москва – Торбеево» (л.д. 19 т. 1).
На станции Торбеево Республики Мордовия Куйбышевской железной дороги - филиала ОАО «РЖД» пассажир ФИО1 осуществил высадку.
В этот же день в 21 час 50 минут на железнодорожных путях железнодорожной станции Торбеево Республики Мордовия Куйбышевской железной дороги - филиала ОАО «РЖД» грузовым поездом № 1276 был смертельно травмирован ФИО1, _._._ года рождения.
Услуга по перевозке ФИО1 железнодорожным транспортом оказывалась АО «ФПК».
В момент происшествия машинистом грузового поезда № 1276 являлся ФИО2, его помощником - ФИО3 Данные лица исполняли свои должностные обязанности, что не оспаривается сторонами.
Факт смерти ФИО1 подтверждается свидетельством о смерти серии № I–ЖК №682982, выданным 17 февраля 2026 г. Отделом ЗАГС правого управления администрации Торбеевского муниципального района Республики Мордовия, справкой о смерти № С00051 от 17 февраля 2026 г., записью акта о смерти № 170269130002600027001 от 17 февраля 2026 г. (л.д. 17, 18, 83 т. 1).
Истец Никитина Н.К., _._._ года рождения, является матерью смертельно травмированного ФИО1, _._._ года рождения, что подтверждается копией записи акта о рождении № 28 от _._._ (л.д. 74 т. 2).
Истец Кидяева С.М., _._._ года рождения, является сестрой смертельно травмированного ФИО1, _._._ года рождения, что подтверждается копией записи акта о рождении № 28 от _._._, копией записи акта о заключении брака №3 от 26 июля 1997 г. (л.д. 74, 78, 79 т. 2).
Истцы: Кидяев В.С., _._._ года рождения, Кидяев А.С., _._._ года рождения являются племянниками смертельно травмированного ФИО1, _._._ года рождения, что подтверждается копией записи акта о рождении № 13 от _._._, записью акта о рождении № 63 от _._._ (л.д. 80, 81 т. 2).
По факту смертельного травмирования ФИО1 Ульяновским следственным отделом на транспорте Центральным межрегиональным следственным управлением на транспорте Следственного Комитета Российской Федерации (далее ЦМСУТ СК РФ) была проведена проверка.
Согласно заключению эксперта № 9/2026 от 5 марта 2026 г. смерть ФИО1 наступила в результате тупой сочетанной травмы <...>. При судебно-химическом исследовании в крови от трупа ФИО1 обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,93 и 0,76 промилле соответственно. Данная концентрация этилового спирта в крови у живых лиц расценивается как алкогольное опьянение сильной степени. При судебно-медицинском исследовании трупа гр-на ФИО1 признаков характерных для самоубийства, обороны или самообороны не установлено (л.д. 66-69 т. 2).
Из акта судебно-химического исследования № 481/2025 от 24 февраля 2026 г. следует, что при судебно-химическом исследовании биообъектов от трупа ФИО1 _._._ года рождения, обнаружены этиловый, спирт в концентрации 2,93 промилле крови, 0,76 промилле в скелетной мышце. Не обнаружены метиловый, пропиловый спирты (л.д. 70 т. 2).
Как следует из акта №2 служебного расследования травмирования поездом, граждан, не связанных с производством от 19 февраля 2025 г., (в данном случае суд полагает, что имеется опечатка в указании даты), составленного Ковылкинской дистанции пути – структурным подразделением Куйбышевской дирекции инфраструктуры-филиала ОАО «РЖД», причинами транспортного происшествия явилось нарушение пострадавшим раздела 2 пункта 15, раздела 4 пунктов 10, 11 Правил нахождения и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Минтраста Российской Федерации № 20 от 27 января 2022 г. (л.д.95 т.1, л.д. 38 т. 2).
Из справки на расшифрованную кассету БЛОК-№11171 от 10 февраля 2026 г. следует, что экстренное торможение применено при скорости 59 км/ч, тормозной путь составил 502 м. (л.д. 48 т. 1, л.д. 41 т.2).
Из акта осмотра локомотива от 11 февраля 2026 г. следует, что -параметры колесных пар соответствуют расп.2631 р.; -крышевое оборудование локомотива исправно; - приборы безопасности локомотива радиостанции исправны; -пневматическое оборудование исправно; -устройство подачи звуковых и световых сигналов – исправны; - механическое оборудование исправно; -система пескопадачи исправно действующая; -электровоз осмотрен: на электровозе ЗЭС6№ 1464 сек «4» с левой стороны погнута лестница для подъема на локомотив; - электровоз технически исправен и выдан в эксплуатацию (л.д. 49 т.1).
Из акта осмотра места происшествия и прилегающей территории, на станции Торбеево 480 км ПК 10 от 10 февраля 2026 г. следует, что было осмотрено место происшествия на 480 км пк 10 четного пути, входе которого выявлено: -время суток во время травмирования: темное время суток (вечер), погодные условия: без осадков, температура воздуха -13; - материалов верхнего строения пути в междупутьях и на обочине нет; - место происшествия прямой участок пути, обеспечивается хорошая видимость приближающего поезда, данная местность освещаема; - ближайший пешеходный переход находится на 480 км ПК 9, оборудованный информационными знаками, информационным табло; - на платформе имеется наледь и уплотненный снег; - пострадавший мужчина, не работник ОАО «РЖД», при осмотре устройства, затрудняющие заблаговременное распознавание приближения поезда не обнаружены. После отправления поезда № 1267 был осмотрен четный путь ст. Торбеево с 480 км ПК 1-10 повреждений и отступлений от норм содержания рельсовой колеи не выявлено (л.д. 97 т.1).
На запрос суда предоставлена информация из Мордовского ЦГМС-филиал ФГБУ «Верхне-Волжское УГМС», по состоянию на 10 февраля 2026 г. погодные условия по данным наблюдений метеостанции Торбеево, близ расположенной к рп. Торбеево запроса: 10 февраля 2026 г. шел снег, средняя температура воздуха -11,6 С. климатическая норма выпавших осадков за сутки: 10 февраля 2026 г. -1,0 мм., максимальная скорость ветра в ночь 6 м/с, днем 5 м/с, высота снежного покрова 75 см., осадки ночью -0,4 мм, днем 0,2 мм, явления – снег (л.д. 83 т.2).
Из объяснения помощника машиниста ФИО3 от 11 февраля 2026 г. следует, что 10 февраля 2026 г. он совместно с машинистом ФИО2, следуя по ст. Торбеево, в 21 час 54 минуты, по второму пути совершили наезд на мужчину, который находился между второй платформой и вторым путем. При въезде на ст. Торбеево был подан звуковой сигнал, а когда увидели мужчину, подали громкий звуковой сигнал, применили экстренное торможение, состав остановился примерно через 600 метров от места происшествия. Подойдя к месту происшествия, он увидел, что мужчина признаков жизни не подавал, о произошедшем он доложил диспетчеру (л.д. 12 т.2).
Из объяснения машиниста ФИО2 от 11 февраля 2026 г. следует, что 10 февраля 2026 г. он совместно с помощником ФИО3 в 21 час 54 минуты прибыли на ст. Торбеево по 2 пути. Между вторым путем и второй платформой был обнаружен черный силуэт, по расстоянию около 200 метров. После чего они увидели мужчину, который махал руками, ими сразу было применено экстренное торможение. Грузовой поезд остановился где - то через 600 метров, наезда предотвратить не удалось. После остановки помощник машиниста осмотрел место происшествия и обнаружил тело мужчины без признаков жизни (л.д.13 т.2).
Машинист ФИО2 и помощник машиниста ФИО3 прошли послерейсовый медицинский осмотр. Наличие признаков алкогольного опьянения не выявлено (л.д. 102 т.1).
По факту вышеуказанного происшествия следователем по особо важным делам Ульяновского следственного отдела на транспорте ЦМСУТ СК РФ проведена проверка в порядке статей 144 - 145 УПК РФ, по результатам которой 16 марта 2026 г. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела: - по части 2 статьи 263 УК РФ на основании пункта 2 части 1 статьи 24 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления; - по статьям 110, 110.1, 110.2 УК РФ на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления;- по статье 105 УК РФ на основании пункта 1 части 1 статьи 24 УПК РФ, за отсутствием события преступления (л.д. 51-55 т. 2).
Погибший ФИО1 состоял в зарегистрированном браке с Никитиной Н.В., а также является отцом Никитиной (Нагаевой) С.В., _._._ года рождения, Никитина А.В., _._._ года рождения (л.д.75-77 т.2).
Из сообщения нотариуса Торбеевского нотариального округа Республики Мордовия от 24 июля 2026 г. следует, что в нотариальной конторе заведено наследственное дело. Наследник - Никитина Н.В., _._._ года рождения. Среди других наследников по закону имеются дети наследодателя Никитин А.В., Нагаева С.В. (л.д. 90 т. 2).
Согласно сообщению ОАО «РЖД» от 24 июля 2026 г. информацию в СПАО «Ингосстрах» о смертельном травмировании ФИО1, _._._ года рождения 10 февраля 2026 г. на 480 км. ПК 10 станции Торбеево Куйбышевской железной дороги и материалы расследования не направляло (л.д 82 т.2).
В соответствии с пунктом 2 статьи 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
При этом, согласно разъяснению, данному в пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 ГК РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.
По смыслу названных норм права понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.
Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац 3 пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина).
Как было отмечено судом выше, причиной транспортного происшествия 10 февраля 2026 г. с участием ФИО1 установленной в ходе проведенного ОАО «РЖД» служебного расследования, послужило нарушение потерпевшим подпункта 15 пункта 4 раздела 2, пункта 10, 11 раздела 4 Правил нахождения и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Минтраста Российской Федерации № 20 от 27 января 2022 г.
В соответствии с пунктом 1 статьи 21 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте в Российской Федерации» железнодорожные пути общего пользования и железнодорожные пути необщего пользования, железнодорожные станции, пассажирские платформы, а также другие связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железнодорожного транспорта являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть огорожены за счет средств владельцев инфраструктур (владельцев железнодорожных путей необщего пользования).
Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути утверждаются в установленном порядке федеральным органом исполнительной власти в области железнодорожного транспорта. Лица, нарушающие указанные правила, несут ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.
Приказом Минтранса России № 20 от 27 января 2022 г., действующим на момент травмирования ФИО1 10 февраля 2026 г., утверждены Правила нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути (далее Правила), устанавливающие правила нахождения граждан на железнодорожных путях общего пользования и (или) железнодорожных путях необщего пользования, железнодорожных станциях, пассажирских платформах, а также на других, связанных с движением поездов и маневровой работой объектах железнодорожного транспорта, проезда и перехода граждан через железнодорожные пути, размещения объектов и выполнения работ в зонах повышенной опасности.
Согласно подпункту 15 пункта 4 раздела 2 названных Правил гражданам запрещается находиться на железнодорожных путях (в том числе ходить по ним, сидеть на рельсах), ходить вдоль железнодорожных путей.
Согласно пункту 10, 11 раздела 4 названных Правил проезд и переход граждан через железнодорожные пути допускается только в установленных и оборудованных для этого местах. При проезде и переходе через железнодорожные пути гражданам необходимо пользоваться специально оборудованными для этого пешеходными переходами, тоннелями, мостами, железнодорожными переездами, путепроводами, а также другими местами, предусмотренными для перехода и обозначенными информационными знаками (при этом следить за сигналами, подаваемыми техническими средствами и (или) работниками железнодорожного транспорта).
При нахождении граждан в зонах повышенной опасности и при пользовании железнодорожным подвижным составом гражданам запрещается находиться в состоянии опьянения, оскорбляющем человеческое достоинство и общественную нравственность (подпункт 29 пункта 4 раздела 2 Правил).
Судом установлено и не оспаривается ответчиком, что смерть ФИО1 наступила в результате травмирующего воздействия грузового поезда, принадлежащего и эксплуатируемого ОАО «РЖД», в связи с чем ОАО «РЖД» как владелец железнодорожного транспорта, то есть источника повышенной опасности, несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью граждан независимо от вины.
Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в совокупности, суд приходит к выводу, что в действиях потерпевшего ФИО1 усматривается нарушение подпункта 15 пункта 4 раздела 2, пунктов 10, 11 раздела 4, подпункта 29 пункта 4 раздела 2 Правил.
Учитывая установленные по делу обстоятельства о том, что смерть ФИО1 явилась следствием поведения самого потерпевшего, связанного с грубым нарушением им правил личной безопасности в зоне повышенной опасности и нахождении в состоянии алкогольного опьянения непосредственно возле эксплуатируемых железнодорожных путей, суд приходит к выводу о наличии в действиях потерпевшего ФИО1 грубой неосторожности, содействовавшей возникновению и причинению вреда, и что между данными действиями ФИО1 и его смертью имеется причинная связь, что является основанием для применения к спорным отношениям положения пункта 2 статьи 1083 ГК РФ.
В исковом заявлении и в ходе судебного разбирательства стороной истцов указывалось, что причиной травмы ФИО1 явилось нарушение ответчиком требований по содержанию железнодорожных путей, пассажирской платформы в надлежащем состоянии (не были очищены от снега и льда).
В силу пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).
Из заключения эксперта № 9/2026 от 5 марта 2026 г., акта судебно-химического исследования № 481/2025 от 24 февраля 2026 г. следует, что в момент происшествия ФИО1 находился в сильной степени алкогольного опьянения.
Как следует из акта осмотра места происшествия и прилегающей территории, на станции Торбеево 480 км ПК 10 от 10 февраля 2026 г. на платформе имеется наледь и уплотненный снег.
Согласно пунктам 3, 5, Приказа Минтранса РФ от 27 января 2022 г. № 20 «Об утверждении Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные станции» пассажирские платформы, а также другие, связанные с движением поездов и маневровой работой объекты железно-дорожного транспорта, являются зонами повышенной опасности и при необходимости могут быть ограждены за счет средств владельцев - инфраструктур (владельцев железнодорожных путей не общего пользования). С целью предупреждения случаев травмирования граждан при их нахождении в зонах повышенной опасности владельцами инфраструктур предусматривается проведение работ по обеспечению: содержания пассажирских платформ, пешеходных переходов, тоннелей, мостов и других объектов инфраструктур железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей не общего пользования в исправном техническом и безопасном для движения и (или) нахождения граждан состоянии.
ОАО «РЖД» - юридическое лицо, которое занимается коммерческими железнодорожными перевозками и обязано обеспечивать необходимые условия для безопасности, людей на железной дороге.
Пунктом 4.62 Методических рекомендаций 2.5.0245-21 по обеспечению санитарно-эпидемиологических требований к отдельным видам транспорта и объектам инфраструктуры, утвержденных Главным государственным санитарным врачом РФ 17 мая 2021 г. рекомендовано поддерживать поверхности платформ, переходных мостов, лестничных проемов ровными, без выбоин, не допускающими травматизма пассажиров и скопления воды, а покрытия - обладающие противоскользящими свойствами. При наличии гололеда удаляется снег с перрона (посадочных платформ) и передается по средствам звуковой информации соответствующее предупреждение.
Из материалов дела следует, что 30 сентября 2025 г. между ОАО «РЖД» и ООО «Чистый двор» заключен договор возмездного оказания услуг № 1640/ОКЭ-ЦДПО/25/1/1, с условиями которого ООО «Чистый двор» приняло на себя обязательства по оказанию услуг по комплексной уборке пассажирских обустройств Центральной дирекции пассажирских обустройств – филиала ОАО «РЖД», в том числе мостов, тоннелей Рузаевского отдела пассажирских обустройств, что включает в себя в том числе, Республику Мордовия. Пунктом 5.1 приложения № 2 к техническому заданию указана периодичность и набор работ суточной уборки пассажирских платформ, пешеходных мостов, тоннелей. В пункте 5.2 указаны объекты пассажирской инфраструктуры (пассажирские платформы, надземные переходы, лестницы и т.п.) должны быть очищены от снега.
Материалами дела не установлено причинно - следственной связи, между получением травмы, которая привела к гибели ФИО1 и неправомерными действиями ОАО «РЖД» в виде ненадлежащего содержания железнодорожных путей и пассажирской платформы.
Однако, вышеуказанные обстоятельства, а именно ненадлежащее содержание железнодорожной платформы (бремя содержания своего имущества несет собственник), а также грубая неосторожность самого погибшего, нахождение его возле эксплуатируемых железнодорожных путей, на краю платформы в алкогольном опьянении на момент травмирования, причинение ему тяжкого вреда здоровью, приведшее к смерти, подлежат оценке при разрешении требований о взыскании компенсации морального вреда.
Как следует из искового заявления, а также пояснений истца Кидяевой С.М., представителя истца в судебных заседаниях, гибель ФИО1 стала для истцов большой трагедией, причинила им горе, физические и нравственные страдания.
Поскольку ОАО «РЖД» является владельцем источника повышенной опасности, которым причинен вред жизни потерпевшему, следовательно, должен нести ответственность за причиненный вред, в том числе и при отсутствии вины (статья 1079 ГК РФ).
Судом установлено, что на момент гибели ФИО1 гражданская ответственность ОАО «РЖД» (страхователь) была застрахована по договору оказания услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» № 6281676 от 15 октября 2025 г. (далее Договор), заключенному со СПАО «Ингосстрах» (страховщик) сроком с 8 декабря 2025 г. по 7 декабря 2026 г. (л.д. 129-145 т. 1).
Согласно статье 1072 ГК РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Пунктом 1.1 договора предусмотрено, что по указанному договору страховщик обязуется за обусловленную в соответствии с договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в данном договоре события (страхового случая) выплатить страховое возмещение за ущерб, возникший вследствие причинения вреда жизни, здоровью, имуществу третьих лиц, а также ущерб, возникший вследствие причинения вреда окружающей природной среде.
Страховым случаем по данному договору является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателя и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность страхователя произвести страховую выплату.
В соответствии с пунктом 2.2 договора страхования, страховым случаем по настоящему договору является наступление гражданской ответственности страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда, в течение действия настоящего Договора, жизни, здоровью, имуществу выгодоприобретателей и/или окружающей среде, которые влекут за собой обязанность Страховщика произвести страховую выплату.
Событием признается страховым случаем, если оно произошло в результате: А) транспортного происшествия на территории страхования, указанной в настоящем договоре, при использовании инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования и железнодорожных путей необщего пользования; Б) использования средств железнодорожного транспорта, оборудования, техники и других транспортных средств и/или осуществления перевозок средствами железнодорожного транспорта; В) содержания и эксплуатации комплекса зданий, строений, сооружений инфраструктуры и транспорта на территории страхования, указанной в настоящем договоре.
Исходя из пункта 2.3 застрахован риск гражданской ответственности Страхователя по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда в течение действия договора: а) жизни и/или здоровью Выгодоприобретателей, в том числе морального вреда лицам, которым причинены телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья, а также лицам, которым в случае смерти потерпевшего Страхователь обязан компенсировать моральный вред.
Пунктом 2.4 указанного договора установлено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть: на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно; на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателям; на основании иных документов, подтверждающих факт причинения ущерба, выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного договором.
Пунктом 3.3 договора установлено, что страховая сумма по одному страховому случаю устанавливается в размере 625 000 рублей, в том числе в отношении причинения вреда Выгодоприобретателям 25 000 000 рублей по причинению вреда жизни и/или физических лиц и возмещению морального вреда. При этом: не более 250 000 рублей по одному потерпевшему в результате причинения вреда жизни и/или здоровью; не более 300 000 рублей Выгодоприобретателям в счет компенсации морального вреда при наступлении страхового случая в результате событий, указанных в пункте 2.2 по одному страховому случаю, с учетом ограничений, установленных подпунктом 8.1.1.3 настоящего договора.
В соответствии с пунктом 8.1.1.3 договора, в случае если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда Выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется Страховщиком в следующем размере: не более 300000 рублей потерпевшему лицу, получившему телесные повреждения, ранения, расстройства здоровья: не более 100 000 рублей лицам, которым в случае смерти потерпевшего, страхователь по решению суда обязан компенсировать моральный вред. Выплата компенсации морального вреда этим лицам производится из общей суммы 100 000 рублей в равных долях.
Согласно пункту 8.1.1.2 указанного договора страхования, страховая выплата производится страховщиком выгодоприобретателю, страховая сумма в случае смерти потерпевшего в результате страхового случая составляет не более 225000 рублей, лицам, имеющим в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации право на возмещение вреда в случае смерти потерпевшего (кормильца) в равных долях исходя из общей суммы 225000 рублей.
Подпунктом 1 пункта 8.2 указанного договора страхования предусмотрено, что страховщик производит страховую выплату непосредственно выгодоприобретателю. Выгодоприобретатель имеет право предъявить непосредственно страховщику требования на возмещение вреда.
Принимая во внимание то, что между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД, а также учитывая правовую позицию, изложенную в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ОАО «РЖД» несет ответственность перед выгодоприобретателем только в размере, превышающим сумму страхового возмещения.
Оценивая размер заявленных истцами требований о взыскании компенсации морального вреда в размере 1500000 рублей в пользу Кидяевой С.М., и Никитиной Н.К., в размере 1000000 рублей в пользу Кидяева В.С., Кидяева А.С. суд приходит к следующему.
Из материалов дела следует, что истец Никитина Н.К., является матерью, а истец Кидяева С.М., сестрой, истцы - Кидяев В.С., Кидяев А.С., являются племянниками смертельно травмированного ФИО1, что подтверждается материалами дела.
Погибший ФИО1 на дату смерти проживал по адресу: <адрес>, с матерью Никитиной Н.К. (л.д. 116 т. 1).
В соответствии со статьей 12 ГК РФ одним из способов защиты нарушенных гражданских прав является компенсация морального вреда.
В соответствии с частью 1 статьи 55 ГПК РФ нравственные страдания, испытанные истцами, подтверждены их доводами, указанными в исковом заявлении, а также их представителем в ходе судебных заседаний. Кроме того, факт нравственных страданий, которые переносят истцы в связи с гибелью сына, брата, дяди, учитывая характер отношений, возникающих между близкими родственниками, является очевидным.
Компенсация морального вреда в силу статьи 1100 ГК РФ осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Согласно пунктам 1 - 2 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.
В соответствии со статьей 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.
В силу пункта 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Согласно разъяснениям, указанным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).
Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.
Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33«О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).
В ходе судебного разбирательства истец Кидяева С.М. пояснила, что, в связи со смертью брата ей и ее семье, а также матери причинены нравственные страдания, мать до настоящего времени не может прийти в себя, плачет, расстраивается.
Согласно представленным сведениям ГБУЗ Республики Мордовия «Торбеевская ЦРБ» от 17 июля 2026 г. с 10 февраля 2026 г. по настоящее время <...> (л.д. 57-65 т. 2).
Оценив представленные по делу доказательства в их совокупности в соответствии с требованиями статей 67, 69 ГПК РФ, при рассмотрении требований с учетом положений статей 1064, 151, 1100 ГК РФ, исходя из оснований и предмета иска и установленных обстоятельств, действий ответчика ОАО «РЖД», а также грубой неосторожности самого погибшего, суд принимает во внимание, что в связи со смертью ФИО1 его матери, сестре и племянникам были причинены нравственные страдания, связанные с преждевременной кончиной близкого человека, которая произошла при изложенных обстоятельствах. Сам факт смерти сына, брата, дяди истцов уже подтверждает наличие нравственных страданий, суд приходит к выводу, что требования истцов о компенсации морального вреда обоснованы.
Учитывая, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету, а соответственно является оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, такая компенсация производится с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, в связи с чем, должна отвечать признакам справедливости и разумности.
Компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные его физические или нравственные страдания. Определенная судом компенсация должна быть направлена на полное или частичное восстановление именно психического благополучия личности, компенсацию негативных эмоций позитивными, сглаживание переживаний и страданий.
Смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи. Факт причинения истцам нравственных страданий нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.
По указанным выше основаниям довод представителя ОАО «РЖД» о том, что факт родственных отношений не является основанием для компенсации морального вреда и то, что наиболее приемлемым способом заглаживания нравственных страданий является оказание психологической помощи в указанном выше размере отклоняется, поскольку гибель сына, брата и дяди не могла не причинить истцам нравственных страданий.
Суд отклоняет как несостоятельные доводы представителя ОАО «РЖД» о том, что правовые основания для удовлетворения исковых требований Кидяева В.С., и Кидяева А.С. отсутствуют, поскольку последние не являются близкими родственниками ФИО1 соответственно, и не вправе требовать компенсации морального вреда в связи со смертью дяди.
Действительно, в силу закона племянники и племянницы не являются членами одной семьи.
В абзаце 3 статьи 14 Семейного кодекса Российской Федерации (далее СК РФ) определен круг лиц, относящихся к близким родственникам (родственники по прямой восходящей и нисходящей линии (родители и дети, дедушки, бабушки и внуки), полнородные и неполнородные (имеющие общих отца или мать) братья и сестры.
При этом, руководствуясь также положениями статьи 38 Конституции Российской Федерации, статьи 1 СК РФ, суд отмечает, что законодательно не установлен круг лиц в зависимости от степени родства, которым моральный вред может быть компенсирован, в связи с чем значимыми для дела и подлежащими установлению являются обстоятельства, свидетельствующие о причинении Кидяеву В.С., и Кидяеву А.С. физических или нравственных страданий в результате смерти их дяди. Степень родства может влиять на размер компенсации.
Из пояснений представителя истцов, следует, что Кидяевы А.С. и В.С. были единственными племянниками погибшего, между ними были прочные семейные связи, погибший был им наставником. Племянники и дядя проживали в одном населенном пункте, поддерживали друг друга во всех семейных делах. Сведений о том, что Кидяева С.М. вместе с детьми проживали совместно с Никитиной Н.К. и ФИО1 не имеется.
Установив указанные выше обстоятельства, исходя из вышеизложенных положений закона, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения ответственности за причиненный истцам в результате гибели их родственника вред на ответчиков ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» в пределах лимита страховой выплаты.
В обоснование требований истцы указали на то, что в связи со смертью ФИО1 они переживают нравственные страдания, его смерть принесла им боль и горечь утраты родного и близкого человека.
Оценив в совокупности все исследованные фактические данные, объяснения в судебном заседании истца Кидяевой С.М. и представителя истцов принимая во внимание, что сам факт смерти сына, брата и дяди истцов уже подтверждает наличие нравственных страданий, суд приходит к выводу, что требования истцов о компенсации морального вреда обоснованы. При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, суд учитывает обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий.
Факт раздельного проживания погибшего ФИО1 и истцов Кидяевой С.М., Кидяева С.В., Кидяева А.В., а также не обращения последних за медицинской помощью после случившегося происшествия не влечет отказ в удовлетворении требовании о взыскании компенсации морального вреда, поскольку смерть близкого родственника является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие психическое благополучие родственников и членов семьи, влечет состояние эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи. Кроме того, факт причинения истцам нравственных страданий нашел подтверждение в ходе судебного разбирательства.
По указанным основаниям довод представителя ОАО «РЖД» в возражениях на иск о недоказанности причиненного морального вреда близким родственникам погибшего отклоняется.
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного истцам, с учетом фактических обстоятельств дела (обстоятельств гибели ФИО1, нарушившего правила безопасности при нахождении вблизи источника повышенной опасности железнодорожного транспорта, что свидетельствует о его грубой неосторожности, нахождения в состоянии алкогольного опьянения сильной степени тяжести (2,93 промилле), состояние железнодорожной платформы, характер нравственных страданий, степени родства, близости и длительности отношений, невосполнимость и горечь утраты сына для матери, кроме того, учитывая, что в материалы дела не представлены какие-либо доказательства эмоциональной привязанности истцов Кидяевой С.М. и Кидяевых В.С. и А.С., к погибшему, пояснения, данные в этой части, ничем не подкреплены, а также требований разумности и справедливости, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично и определяет размер подлежащей возмещению компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей в пользу матери погибшего Никитиной Н.К.; 100 000 рублей в пользу сестры погибшего Кидяевой С.М.; по 50 000 рублей в пользу племянников погибшего Кидяева В.С. и Кидяева А.С., с определением следующего порядка взыскания: со СПАО «Ингосстрах» в пользу матери Никитиной Н.К. в размере 25 000 рублей, с ОАО «РЖД» в пользу матери Никитиной Н.К. в размере 175 000 рублей; со СПАО «Ингосстрах» в пользу сестры погибшего Кидяевой С.М. в размере 75 000 рублей, с ОАО «РЖД» в пользу сестры погибшего Кидяевой С.М. в размере 25 000 рублей; со СПАО «Ингосстрах» в пользу племянника погибшего Кидяева В.С. в размере 25 000 рублей, с ОАО «РЖД» в пользу племянника погибшего Кидяева В.С. в размере 25 000 рублей; со СПАО «Ингосстрах» в пользу племянника погибшего Кидяева А.С. в размере 25 000 рублей, с ОАО «РЖД» в пользу племянника погибшего Кидяева А.С. в размере 25 000 рублей.
В удовлетворении исковых требований Никитиной Н.К., Кидяева А.С., Кидяева В.С., Кидяевой С.М. к ОАО «РЖД» о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.
Отказывая истцам в удовлетворении требований о взыскании с ответчика СПАО «Ингосстрах» страховой выплаты, суд исходит из следующего.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1088 ГК РФ вред возмещается: несовершеннолетним - до достижения восемнадцати лет; обучающимся старше восемнадцати лет - до получения образования по очной форме обучения, но не более чем до двадцати трех лет; женщинам старше пятидесяти пяти лет и мужчинам старше шестидесяти лет - пожизненно; одному из родителей, супругу либо другому члену семьи, занятому уходом за находившимися на иждивении умершего его детьми, внуками, братьями и сестрами, - до достижения ими четырнадцати лет либо изменения состояния здоровья.
Согласно пункту 1 статьи 1089 ГКУ РФ лицам, имеющим право на возмещение вреда в связи со смертью кормильца, вред возмещается в размере той доли заработка (дохода) умершего, определенного по правилам статьи 1086 настоящего Кодекса, которую они получали или имели право получать на свое содержание при его жизни. При определении возмещения вреда этим лицам в состав доходов умершего наряду с заработком (доходом) включаются получаемые им при жизни пенсия, пожизненное содержание и другие подобные выплаты.
Судом установлено, что истец Никитина Н.К. на день смерти ФИО1 достигла установленного пенсионного возраста, проживала совместно с погибшим, другие истцы имеют трудоспособный возраст, сведений о совместном проживании в материалах дела не имеется.
Как устанавливает действующее законодательство, под иждивением понимается нахождение лица на полном содержании кормильца или получения от него такой помощи, которая являлась бы для него постоянным и основным источником средств к существованию. Никитина Н.К., с у четом возраста имела самостоятельный источник дохода – пенсию, а, следовательно, не могла находиться на полном содержании своего сына и получать от него помощь, которая являлась бы основным источником средств к существованию, независимо от получения ею пенсии, сведения о том, получали ли истцы от погибшего ФИО1 помощь, которая бы для них (истцов) являлась постоянным и основным источником средств к существованию отсутствуют.
Согласно сообщению УФНС по Республике Мордовия по состоянию от 29 мая 2026 г. сведениями о ценных бумагах, паях принадлежащих Никитиной Н.К., Кидяевой С.М., Кидяеву А.С. и В.С. налоговый орган не располагает. В базах данных ЕГРЮЛ и ЕГРИП отсутствуют сведения о регистрации в качестве руководителей, либо учредителей юридических лиц, а также регистрации в качестве индивидуальных предпринимателей. С 30 мая 2023 г. Кидяев А.С. является плательщиком налога на профессиональный доход. Согласно сведениям о доходах по форме 2-НДФЛ доход Кидяева В.С. за 2023 г. составляет 378 197 рублей 63 копейки, за 2024 г. 1 018 607 рублей 64 копейки, за 2025 г. 1 549 008 рублей 86 копеек (т. 1 л.д. 109).
В соответствии с пунктом 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» право нетрудоспособных иждивенцев на возмещение вреда по случаю потери кормильца не ставится в зависимость от того, состоят ли они в какой-либо степени родства или свойства с умершим кормильцем. Основополагающими юридическими фактами в этом случае являются факт состояния на иждивении и факт нетрудоспособности.
В нарушение требований статьи 56 ГПК РФ истцами в материалы гражданского дела не представлено доказательств того, что они находились на иждивении у погибшего, то есть на полном содержании потерпевшего или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.
Нуждаемость членов семьи пострадавшего в получении от него помощи не является достаточным доказательством нахождения истца на иждивении умершего, поскольку значение имеет именно сам факт оказания пострадавшим при жизни постоянной помощи истцу.
Исходя из вышеизложенного, суд не находит оснований для удовлетворения требований истцов о взыскании с ответчика СПАО «Ингосстрах» страховой выплаты, в случае смети потерпевшего (кормильца).
Разрешая требования истцов о взыскании с ответчиков штрафа от суммы присужденной судом суд исходит из следующего.
Судом установлено, что ответственность ОАО «РЖД», как владельца источника повышенной опасности, застрахована в порядке добровольного страхования в СПАО «Ингосстрах». Согласно данному договору, истцы являются выгодоприобретателями.
Истцы Никитина Н.К., Кидяева С.М., действуя через своего представителя, обратились в СПАО «Ингосстрах», ОАО «РЖД» с заявлениями о выплате страхового возмещения, расходов на погребение, компенсации морального вреда, что подтверждается претензиями от 23 марта 2026 г., 19 марта 2026 г. Как указано в отзыве СПАО «Ингосстрах» на исковое заявление от 16 сентября 2026 г. данное заявление было получено отделом урегулирования убытков страхования транспортных операторов СПАО «Ингосстрах», поскольку не были предоставлены документы необходимые для выплаты страхового возмещения, признать либо не признать наступившее событие страховым случаем для СПАО «Ингосстрах» не представилось возможным.
Положениями Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее Закон «О защите прав потребителей») установлено, что потребитель - гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.
Исполнитель - организация независимо от ее организационно-правовой формы, а также индивидуальный предприниматель, выполняющие работы или оказывающие услуги потребителям по возмездному договору.
В ходе судебного разбирательства судом установлено, что истцы по договору страхования являются выгодоприобретателями и не являются стороной договора исходя из положений части 2 статьи 927 ГК РФ. В данном случае выгодоприобретатели не являются стороной по договору добровольного страхования, они не осуществляют возмездного предоставления услуги по договору, а являются лишь получателями страховой выплаты.
Законом «О защите прав потребителей» регулируются отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), тогда как спорные правоотношения вытекают из отношений, связанных с причинением вреда жизни и здоровью.
Согласно пункту 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение добровольного порядка удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
Таким образом, положения Закона «О защите прав потребителей» не распространяются на правоотношения, возникшие между СПАО «Ингосстрах», ОАО «РЖД» и истцами в связи с чем, требования истцов о взыскании в их пользу штрафа в соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» не подлежат удовлетворению.
Доводы представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что общество является ненадлежащим ответчиком, возмещение вреда подлежит со страховой компании СПАО «Ингосстрах» с которой заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 15 октября 2025 г. № 6281675 г. в пределах страхового страховой суммы, судом отклоняются.
Так, пунктом 2.4 договора страхования, заключенного 15 октября 2025 г. между ОАО «РЖД» и СПАО «Ингосстрах» предусмотрено, что обязанность страховщика по выплате страхового возмещения может возникнуть как на основании предъявленной страхователю претензии, признанной им добровольно, так и на основании решения суда, установившего обязанность страхователя возместить ущерб, причиненный им выгодоприобретателям, а также на основании иных документов, подтверждающих факт причинения выгодоприобретателям в результате наступления страхового случая, предусмотренного настоящим договором. Таким образом, из системного толкования условий договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности ОАО «РЖД» обязанность страховщика по возмещению морального вреда наступает не в результате самого события причинения вреда жизни, а только при добровольном признании предъявленной к ОАО «РЖД» претензии, либо по решению суда, установившего обязанность страхователя компенсировать моральный вред.
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что услуга по перевозке пассажира железнодорожным транспортом оказывалось истцу АО «ФПК», в связи с чем, последний является надлежащим ответчиком по делу, суд находит несостоятельными, в виду следующего.
Согласно пункту 3 статьи 1, пункту 2 статьи 20 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 17-ФЗ «О железнодорожном транспорте Российской Федерации», пункту 15 Правил оказания услуг по использованию инфраструктуры железнодорожного транспорта общего пользования, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 ноября 2003 г. № 703, владельцы инфраструктур, перевозчики и другие участники перевозочного процесса в пределах установленной законодательством Российской Федерации о железнодорожном транспорте компетенции должны обеспечивать безопасные для жизни и здоровья пассажиров условия проезда.
В соответствии со статьей 80 Федерального закона от 10 января 2003 г. № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта Российской Федерации» перевозчики и владельцы инфраструктур должны обеспечивать, в том числе безопасность перевозок пассажиров, качественное обслуживание пассажиров на железнодорожных вокзалах.
При этом часть 5 статьи 113 вышеназванного Закона определяет период перевозки пассажира, как период, в течение которого перевозчик несет ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью и (или) багажу, ручной клади пассажира, перевозка пассажира и включает в себя период, в течение которого пассажир находится в поезде, период посадки пассажира в вагон и период высадки пассажира из вагона.
Как следует из вышеизложенного, действующее законодательство ответственность за вред здоровью пассажира, причиненный в период, когда пассажир находится в поезде, при посадке в вагон и высадке из вагона возлагает на перевозчика.
Из материалов дела следует, что в период получения повреждения погибший не находился в поезде, вышел из вагона, находился на платформе. Ввиду вышеизложенного суд находит несостоятельными доводы стороны ответчика о возложении ответственности за причиненный истцам вред на АО «ФПК».
Ссылка представителя ответчика на то, что ОАО «РЖД» предпринимаются меры для снижения (исключения) на железнодорожных путях, не освобождает владельца источника повышенной опасности от возмещения причиненного вреда.
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о наличии в действиях погибшего суицида и отсутствии вины ответчика в произошедшем, являются несостоятельными, доказательств наличия в действиях погибшего умысла на причинение себе вреда, по делу не установлено.
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» об отсутствии вины ОАО «РЖД» в причинении смертельного травмирования ФИО1 судом не принимается во внимание, поскольку в силу положений статьи 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что взыскание больших сумм компенсации морального вреда, с учетом массовости предъявления искового возмещении вреда по случаям травмирования граждан на железнодорожном транспорте, может привести к незапланированным расходам компании, которые могут негативно повлиять на реализацию инвестиционной программы ОАО «РЖД» (компания со 100% государственным участием) не является основанием для снижения компенсации морального вреда.
Также суд полагает необходимым отметить, что доводы представителя ОАО «РЖД» о наличии судебной практики по аналогичным делам, не могут быть приняты во внимание, поскольку в каждом конкретном случае суд разрешает спор на основании конкретных обстоятельств дела и оснований исковых требований, представленных в дело доказательств, заявленных требований и норм права, и размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера компенсации, определенной иными судами при разрешении других дел.
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о взыскании компенсации морального вреда направлено не на защиту прав и законных интересов истцов, а на обогащение за счет ОАО «РЖД» их зачастую недобросовестных представителей, необоснованно, поскольку доказательств этому не представлено, равно как и доказательств, подтверждающих злоупотребление правом стороной истца.
Доводы представителя ответчика СПАО «Ингосстрах» о том, что обязанность по выплате денежной компенсации по возмещению вреда наступает не в результате как такового события причинения вреда, а на основании решения суда, правового значения не имеют.
Поскольку факт несообщения страхователя ОАО «РЖД» в страховую компанию о наступлении случая, имеющего признаки страхового, не может являться основанием для отказа истцам в судебной защите и восстановлении ее права. Кроме того, в ходе рассмотрения дела был установлен факт обращения истцов в СПАО «Ингосстрах», ОАО «РЖД» с претензией о компенсации морального вреда, возмещении страхового случая и расходов на погребение. Право выгодоприобретателя предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда предусмотрено пунктом 4 статьи 931 ГПК РФ, положениями пункта 8.2 Договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 15 октября 2025 г. При этом правила страхования не определяют, что решение суда, устанавливающее обязанность страхователя возместить вред, должно вступить в законную силу.
Истцом Кидяевой С.М. также заявлены требования о возмещении с ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» имущественного ущерба, заключающегося в несении расходов на погребение и проведение поминального обеда в размере 162347 рублей 26 копеек, расходы по проведению поминального обеда в сороковой день со дня кончины в размере 49636 рублей 56 копеек, расходы на приобретение стола, скамьи и ограды на могилу в размере 18640 рублей.
В подтверждение данных расходов Кидяевой С.М. представлены: -квитанция АО «Зубово-Полянское АТП» от 16 февраля 2026 г., кассовый чек № 36 от 16 февраля 2026 г. за услуги фрахтования на сумму 8200 рублей (л.д. 26, 27 т.1); -товарная накладная ИП ФИО4 от 17 февраля 2026 г., кассовый чек от 17 февраля 2026 г. ИП ФИО4 на поминальный обед на сумму 58000 рублей (л.д. 32, 33, 92 т. 1); -кассовый чек ИП ФИО5 от 12 февраля 2026 г. за услуги могильщиков на сумму 3000 рублей (л.д.34 т.1); -кассовый чек ИП ФИО5 от 11 февраля 2026 г. на приобретение гроба, креста металлического, одежды на сумму 23300 рублей (л.д.35 т.1); -товарный чек ИП ФИО6 от 11 февраля 2026 г. за услуги катафалка на сумму 5000 рублей, услуги носильщиков на сумму 5000 рублей, копка могилы на сумму 10000 рублей (л.д. 36, 37 т. 1); -кассовый чек ООО «Буин» от 6 мая 2026 г. за приобретение стола и скамьи на сумму 5600 рублей (л.д.42 т.1); -кассовый чек ООО «Буин» от 6 мая 2026 г. за приобретение ограды на сумму 13040 рублей (л.д.43 т.1).
В силу статьи 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.
Правоотношения, связанные с погребением, регламентированы Федеральным законом от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» (далее Федеральный закон «О погребении и похоронном деле», статья 3 которого определяет погребение, как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям. Погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, в склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).
Пунктом 6.1. Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованных протоколом НТС Госстроя России от 25 декабря 2001 г. № 01-НС-22/1, в церемонию похорон входят, как правило, обряды: омовения и подготовки к похоронам; траурного кортежа (похоронного поезда); прощания и панихиды (траурного митинга); переноса останков к месту погребения; захоронения останков (праха после кремации); поминовение. Подготовка к погребению включает в себя: получение медицинского свидетельства о смерти; получение государственного свидетельства о смерти в органах ЗАГС; перевозку умершего в патологоанатомическое отделение (если для этого есть основания); приобретение и доставка похоронных принадлежностей; оформление счета-заказа на проведение погребения; омовение, постижерные операции и облачение с последующим уложением умершего в гроб; приобретение продуктов для поминальной трапезы или заказ на нее.
Исходя из положений указанного закона, а также обычаев и традиций населения России, расходы на достойные похороны (погребение) включают как расходы на оплату ритуальных услуг (покупка гроба, покрывала, подушки, савана, иконы и креста в руку, венка, ленты, ограды, корзины, креста, таблички, оплата укладки в гроб, выкапывания могилы, выноса, захоронения, установки ограды, установки креста, предоставления оркестра, доставки из морга, предоставления автокатафалка, услуг священника, автобуса до кладбища) и оплату медицинских услуг морга (туалет трупа, реставрирование, бальзамирование, хранение), так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы, поскольку установка памятника на могиле умершего и благоустройство могилы общеприняты и соответствуют традициям населения России, в памятнике родственники умершего увековечивают сведения об усопшем, обращают к нему слова, в дни поминовения усопших родственники собираются у памятника и чтят память умершего; уход за памятником и могилой для людей, потерявших близкого человека, является символом почитания памяти усопшего, способом реализации потребности заботиться о безвозвратно ушедшем человеке.
В силу статьи 5 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», вопрос о размере необходимых расходов на погребение должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего и его памяти.
Установление мемориального надмогильного сооружения и обустройство места захоронения (т.е. установка памятника, ограды, скамьи, посадка цветов и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям, что в порядке части 1 статьи 61 ГПК РФ является общеизвестным обстоятельством и не нуждается в доказывании.
Затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, при этом размер возмещения не может ставиться в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного в субъекте Российской Федерации или в муниципальном образовании, предусмотренного статьей 9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле». Вместе с тем, возмещению подлежат необходимые расходы, отвечающие требованиям разумности.
Общеизвестно, что при погребении тела человека, русскими обычаями предусмотрено его поминание, на месте захоронения согласно сложившимся традициям и обычаям предусмотрена установка памятника, скамейки и оградки. Указанные обстоятельства, как общеизвестные, что отвечает понятию достойного отношения к памяти умершего.
Обустройство места захоронения (т.е. памятник, надгробие, ограда, скамья, цветы и др.) является одной из форм сохранения памяти об умершем, отвечает обычаям и традициям.
Из объяснений представителя истца следует, что захоронение погибшего производилось 13 февраля 2026 г., семья Никитиных по случаю захоронения понесла большие денежные затраты. Приобретение товаров на поминальные даты - 9 дней и 40 дней могла происходить в разные даты. Поминальный обед на 9 и 40 день проходил дома, на поминальный обед - 9 день заказывали блюда с доставкой из кафе ИП ФИО4 Товарная накладная ИП ФИО4 от 17 февраля 2026 г., кассовый чек от 17 февраля 2026 г. ИП ФИО4 на поминальный обед на сумму 58000 рублей связана с приобретением блюд на поминовение погибшего на 9 день. Для транспортировки родных и близких и осуществления ритуала прощания с покойным, погребения и поминовения (поминальный обед) истец Кидяева С.М. заказала специальный автобус (от дома истца - до кладбища).
Довод представителя ответчика ОАО «РЖД» о том, что представленные стороной истца чеки от разных дат и представлены в хаотичном порядке, заслуживает внимание.
Так в обоснование суммы иска истцами были приложены кассовые чеки ООО «Альфа-М» от 11 февраля 2026 г., ИП ФИО7 от 18 февраля 2026 г., ИП ФИО8 от 11 февраля 2026 г., ООО «Агроторг» от 11 февраля, 18, 19 марта 2026 г., ИП ФИО9 от 14 февраля, 10, 18, 23 марта 2026 г., ООО ТК ЛЕТО» от 11, 14 февраля, 10, 18 марта 2026 г., ИП ФИО10 от 11, 16, 25 февраля, 10, 12 марта 2026 г., ООО «Сервисплюс от 17 февраля, 18 марта 2026 г., ООО «БЭСТ ПРАЙС» от 17 февраля 2026 г., ИП ФИО11 от 27 февраля 2026 г., АО «Тандер» от 25 февраля, 10, 18, 19 марта 2026 г., ИП ФИО12 от 10, 19 марта 2026 г., товарные чеки от 18 марта 2026 г. за приобретенные конфеты, фрукты, продукты питания и алкоголь, шейных платков, посуды, чистящих средств и средств гигиены, а также кассовые чеки о приобретении на интернет-сайте «Wildberries» полотенец, подушек, салатников, комплект складных пластиковых скамеек для дачи и сада (л.д. 24-25, 28-31, 38-41 т. 1), однако из указанных документов невозможно достоверно определить принадлежность указанных расходов к рассматриваемому предмету спора.
Кроме того, поминальные обеды на 9, 40 дней не относятся к обрядовым действиям по непосредственному погребению тела, а потому расходы заявленные истцом на поминальный обед на 40 дней в сумме 49636 рублей 56 копеек, а также расходы на поминальный обед на 9 день на сумму 58000 рублей, не могут быть признаны необходимыми, поскольку выходят за пределы обрядовых действий по погребению и не включаются в предусмотренный законом гарантированный перечень услуг по погребению. В связи с этим суд исключает указанные расходы из состава необходимых расходов на погребение, подлежащих взысканию с ответчиков в пользу истца.
Отсутствие в товарном чеке от 11 февраля 2026 г., выданном ИП ФИО6 указания на покупателя, не является основанием для отказа в принятии данного документа, с учетом, что данный платежный документ, а также кассовый чек ИП ФИО5 от 11, 12 февраля 2026 г., находились в оригинале именно у Кидяевой С.М., которая является сестрой погибшего. Отсутствие указание на покупателя не свидетельствует о том, что соответствующие расходы не были понесены истцом на оплату похорон ФИО1 Кроме того, товарные и кассовые чеки не предусматривают указание в них информации о покупателе и подписание их покупателем.
Также суд считает возможным удовлетворить требования истца Кидяевой С.М. по заказу автобуса от дома истца до кладбища (<адрес>).
В силу положений части 4 статьи 9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», оплата стоимости услуг, предоставляемых сверх гарантированного перечня услуг по погребению, производится за счет средств супруга, близких родственников, иных родственников, законного представителя умершего или иного лица, взявшего на себя обязанность осуществить погребение умершего.
На запрос суда из Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Мордовия поступили сведения о получении Кидяевой С.М. в феврале 2026 г. социального пособия на погребение ФИО1, _._._ года рождения в размере 9678 рублей 63 копейки (л.д. 164 т. 1).
В связи с чем, денежные средства в размере 9678 рублей 63 копейки следует вычесть из понесенных Кидяевой С.М. расходов на организацию похорон – 73140 рублей (услуги могильщиков – 3000 рублей, крест-4500 рублей, гроб-6500 рублей, одежда 12300 рублей, копка могилы 10000 рублей, услуги катафалка 5000 рублей, услуги носильщиков – 5000 рублей, ограда - 13040 рублей, стол+скамья - 5600 рублей, услуги фрахтования -8200 рублей) - 9678 рублей 63 копейки =63461 рубль 37 копеек, поскольку указанные расходы являлись необходимыми для достойных похорон ФИО1 и разумными, соответствующими обычно совершаемым обрядовым действиям, и подтверждаются представленными доказательствами.
При этом учитывая положения пункта 8.1.1.2 Договора на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от 15 октября 2025 г. № 6281675, суд определяет следующий порядок взыскания с ответчиков расходов на погребение в размере 63461 рубль 37 копеек: со СПАО «Ингосстрах» в пользу Кидяевой С.М. 25000 рублей, с ОАО «РЖД» в пользу нее 38461 рубль 37 копеек.
В удовлетворении исковых требований Кидяевой С.М. о взыскании расходов на погребение в большем размере отказать.
В соответствии со статьей 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Согласно части 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (статья 88 ГПК РФ).
Учитывая, что истцы при подаче искового заявления были освобождены от уплаты государственной пошлины, то в соответствии со статьей 103 ГПК РФ госпошлина подлежит взысканию с ответчиков ОАО «РЖД», СПАО «Ингосстрах» в размере 7000 рублей в равных долях, из которых 3000 рублей по требованию о взыскании компенсации морального вреда и 4000 рублей по требованию о взыскании расходов на погребение, в бюджет Торбеевского муниципального района Республики Мордовия.
На основании изложенного, оценивая достаточность и взаимную связь представленных сторонами доказательств в их совокупности, разрешая дело по представленным доказательствам, в пределах заявленных истцом требований и по указанным им основаниям, руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд решил:
исковое заявление Никитиной Нины Константиновны, Кидяевой Светланы Михайловны, Кидяева Владимира Сергеевича, Кидяева Александра Сергеевича к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о компенсации морального вреда, расходов на погребение, страховой выплаты в случае смерти потерпевшего (кормильца), штрафа, удовлетворить частично.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295) в пользу Никитиной Нины Константиновны, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 175 000 (сто семьдесят пять тысяч) рублей.
Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 7705042179, ОГРН 1027739362474) в пользу Никитиной Нины Константиновны, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295) в пользу Кидяевой Светланы Михайловны, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 75 000 (семьдесят пять тысяч) рублей, а также расходы на погребение в размере 38461 (тридцать восемь тысяч четыреста шестьдесят один) рубль 37 копеек.
Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 7705042179, ОГРН 1027739362474) в пользу Кидяевой Светланы Михайловны, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, а также расходы на погребение в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295) в пользу Кидяева Владимира Сергеевича, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.
Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 7705042179, ОГРН 1027739362474) в пользу Кидяева Владимира Сергеевича, _._._ года рождения (паспорт <...>), компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295) в пользу Кидяева Александра Сергеевича, _._._ года рождения (паспорт <...>) компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей;
Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 7705042179, ОГРН 1027739362474) в пользу Кидяева Александра Сергеевича, _._._ года рождения (паспорт <...>), компенсацию морального вреда в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей.
В удовлетворении исковых требований Никитиной Н.К., Кидяева А.С., Кидяева В.С. к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда в большем размере отказать.
В удовлетворении исковых требований Кидяевой С.М. к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги» о взыскании компенсации морального вреда, расходов на погребение в большем размере отказать.
В удовлетворении исковых требований Кидяевой С.М., Никитиной Н.К., Кидяева А.С., Кидяева В.С. к открытому акционерному обществу «Российские железные дороги», страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании штрафа отказать.
В удовлетворении исковых требований Кидяевой С.М., Никитиной Н.К., Кидяева А.С., Кидяева В.С. к страховому публичному акционерному обществу «Ингосстрах» о взыскании страховой выплаты в случае смерти потерпевшего (кормильца) отказать.
Взыскать с открытого акционерного общества «Российские железные дороги» (ИНН 7708503727, ОГРН 1037739877295) государственную пошлину в размере 3500 (три тысячи пятьсот) рублей в бюджет Торбеевского муниципального района Республики Мордовия.
Взыскать со страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» (ИНН 7705042179, ОГРН 1027739362474) государственную пошлину в размере 3500 (три тысячи пятьсот) рублей в бюджет Торбеевского муниципального района Республики Мордовия.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Мордовия в течение месяца со дня его изготовления в окончательной форме путем подачи жалобы через Торбеевский районный суд Республики Мордовия.
Председательствующий судья М.С. Сыгрышева
Мотивированное решение составлено 28 сентября 2026 г.
Председательствующий судья М.С. Сыгрышева