РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
13 июля 2026 года г. Иркутск
Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Груздевой М.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-797/2024 по иску ФИО2 к войсковой части Министерства обороны Российской Федерации, Администрации города Иркутска об установлении места открытия наследства, восстановлении срока принятия наследства и признании права на денежные средства,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с иском, указав, что 23 ноября 2024 года погиб ее сын ФИО4, проходивший военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации. Смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы при выполнении задач специальной военной операции. Наследодатель постоянно проживал по адресу: г. Иркутск, <адрес>, регистрации по месту жительства не имел. Наследственное имущество состоит из денежных средств, причитавшихся наследодателю в связи с прохождением военной службы. 18 августа 2025 года истец, полагая себя единственным наследником по закону, обратилась к нотариусу Иркутского нотариального округа ФИО6 с заявлением о принятии наследства и о выдаче свидетельства о праве на наследство по закону, однако нотариус уведомила о невозможности принять заявление и открыть наследственное дело, поскольку место открытия наследства не может быть определено в бесспорном порядке ввиду отсутствия сведений о регистрации наследодателя по месту жительства, и рекомендовала обратиться в суд.
Ссылаясь на изложенное, истец просит установить место открытия наследства по фактическому месту жительства наследодателя по адресу: г. Иркутск, <адрес>, восстановить срок принятия наследства, признать за истцом право на денежные средства, причитавшиеся наследодателю в связи с участием в выполнении боевых задач в зоне специальной военной операции.
Истец ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела судом извещалась, участия в судебном заседании не принимала.
Представитель истца ФИО8 о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал, просил рассмотреть дело в его отсутствие, заявленные требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении.
Ответчик войсковая часть Министерства обороны Российской Федерации о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал, возражений по существу иска не представил.
Ответчик Администрация города Иркутска о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал. В письменных пояснениях указал, что жилое помещение по адресу: г. Иркутск, <адрес>, находится в муниципальной казне города Иркутска, возражений против удовлетворения иска не заявил.
Третьи лица нотариус Иркутского нотариального округа ФИО6, ПАО «Сбербанк России», Департамент полевых учреждений Центрального банка Российской Федерации, ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по Иркутской области», а также Военный комиссариат Ленинского и Свердловского административных округов города Иркутска Иркутской области о времени и месте рассмотрения дела судом извещены, участия в судебном заседании не принимали.
В соответствии с частями 3 и 5 ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.
Исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд приходит к следующему.
Судом установлено и подтверждается свидетельством о смерти серии III-СТ №, что ФИО4 умер 23 ноября 2024 года. Смерть наступила в период прохождения военной службы.
Обстоятельства гибели подтверждены также справкой военного комиссариата Ленинского и Свердловского административных округов города Иркутска Иркутской области, согласно которой наследодатель, проходивший военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, погиб 23 ноября 2024 года во время выполнения задач специальной военной операции на территориях Украины, Донецкой Народной Республики и Луганской Народной Республики, смерть наступила в период прохождения военной службы и связана с исполнением обязанностей военной службы.
Из дополнительных сведений военного комиссариата следует, что контракт о прохождении военной службы заключен наследодателем 18 октября 2024 года, а 20 февраля 2025 года он исключен из списков личного состава Вооруженных Сил Российской Федерации в связи со смертью.
В силу ст. 1113 ГК РФ наследство открывается со смертью гражданина. В соответствии с п. 1 ст. 1114 указанного Кодекса временем открытия наследства является момент смерти гражданина.
Наследство после смерти ФИО4 открылось 23 ноября 2024 года.
Разрешая вопрос о круге наследников, суд исходит из следующего.
Согласно п. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.
Запись акта о рождении № от 25 ноября 1992 года, сведения о которой представлены органом записи актов гражданского состояния, подтверждает, что родителями наследодателя являются ФИО3 и ФИО2. Таким образом, истец является матерью наследодателя и наследником первой очереди по закону.
Иных наследников первой очереди судом не установлено. По сведениям Единого государственного реестра записей актов гражданского состояния в отношении наследодателя отсутствуют записи актов о заключении брака, о расторжении брака, об установлении отцовства, об усыновлении (удочерении) и о перемене имени, иных записей, помимо записи о рождении и записи о смерти, не имеется.
Справкой военного комиссариата подтверждено, что супруги и детей наследодатель не имел, а его отец ФИО3 умер, о чем выдано свидетельство о смерти серии III-СТ №.
Иных лиц, претендующих на наследство, за все время рассмотрения дела не заявилось, требований к наследственному имуществу никем не предъявлено.
Сведений о наличии завещания или наследственного договора материалы дела не содержат. Наследственное дело к имуществу наследодателя не открывалось, что следует из сообщения нотариуса от 21 августа 2025 года.
Обстоятельств, предусмотренных ст. 1117 ГК РФ и исключающих призвание истца к наследованию, в том числе лишения родительских прав, судом не установлено и лицами, участвующими в деле, не заявлено. При таком положении суд признает установленным, что истец является единственным наследником по закону, призываемым к наследованию.
Обращаясь к составу наследственного имущества, суд учитывает следующее.
По сообщению войсковой части денежное довольствие наследодателю перечислялось на его личный счет №, открытый в публичном акционерном обществе «Банк ПСБ».
Согласно представленному финансовым органом Министерства обороны Российской Федерации расчетному листку за ноябрь 2024 года наследодателю за указанный месяц, в котором наступила смерть, начислено 467 504,72 руб., из которых 400 000 руб. перечислены на названный счет платежным документом от 26 ноября 2024 года и 67 504,72 руб. платежным документом от 29 октября 2025 года, всего выплат по данному расчетному листку – 467 504,72 руб.
Проверяя место нахождения указанных средств, суд принимает во внимание, что ПАО «Сбербанк России» и Банк ВТБ (ПАО) сообщили об отсутствии открытых на имя наследодателя счетов, вкладов и банковских карт, Банк России сообщил, что банковские счета на имя наследодателя в его полевых учреждениях отсутствуют.
Единственным подтвержденным материалами дела счетом наследодателя является счет в ПАО «Банк ПСБ».
Сведений о том, что перечисленные на этот счет денежные средства были кем-либо получены либо иным образом списаны, материалы дела не содержат.
При таких обстоятельствах суд считает установленным, что денежные средства в размере 467 504,72 руб. находятся на указанном счете.
В состав наследства в силу ст. 1112 ГК РФ входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Как разъяснено в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», в состав наследства входят, в частности, вещи, включая деньги, и имущественные права, в том числе права, вытекающие из заключенных наследодателем договоров. Право требования по договору банковского счета, заключенному наследодателем при жизни, а равно денежные средства, находящиеся на таком счете, входят в наследственную массу.
В соответствии с п. 1 ст. 1183 ГК РФ право на получение подлежавших выплате наследодателю, но не полученных им при жизни сумм заработной платы и приравненных к ней платежей и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средств к существованию, принадлежит проживавшим совместно с умершим членам его семьи, а также его нетрудоспособным иждивенцам. Такие требования должны быть предъявлены обязанным лицам в течение четырех месяцев со дня открытия наследства (п. 2 той же статьи).
Согласно п. 3 ст. 1183 названного Кодекса при отсутствии лиц, имеющих право на получение этих сумм, либо при непредъявлении ими требований в установленный срок соответствующие суммы включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях.
Пунктом 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9 разъяснено, что указанные суммы выплачиваются по правилам пунктов 1 и 2 ст. 1183 ГК РФ, за исключением случаев, когда федеральными законами и иными нормативными правовыми актами установлены специальные условия и правила их выплаты, к числу которых относится и порядок обеспечения денежным довольствием военнослужащих. При непредъявлении управомоченными лицами требований в соответствующий срок такие суммы включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях.
Специальный порядок, на который сослался в отзыве военный комиссариат, установлен пунктами 125 и 126 Порядка обеспечения денежным довольствием военнослужащих Вооруженных Сил Российской Федерации и предоставления им и членам их семей отдельных выплат, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от 6 декабря 2019 года № 727, согласно которому причитающиеся и не полученные военнослужащим ко дню гибели (смерти) оклад денежного содержания и ежемесячные дополнительные выплаты полностью за весь месяц, в котором военнослужащий погиб (умер), выплачиваются супруге (супругу), при ее (его) отсутствии – проживавшим совместно с ним совершеннолетним детям, законным представителям либо усыновителям несовершеннолетних детей и лицам, находившимся на иждивении военнослужащего, в равных долях или родителям в равных долях, если военнослужащий не состоял в браке и не имел детей.
Применяя приведенные положения, суд отмечает, что материалы дела не содержат сведений о том, что кто-либо обращался за получением спорных сумм в специальном порядке, и что такие суммы были выплачены членам семьи погибшего. Напротив, из расчетного листка следует, что начисленные суммы перечислены не управомоченным лицам, а на личный банковский счет самого наследодателя, вследствие чего специальный порядок выплаты фактически не применялся, а денежные средства поступили в имущественную массу умершего. Со дня открытия наследства прошло более четырех месяцев. Следовательно, в силу п. 3 ст. 1183 ГК РФ и разъяснений пункта 68 названного постановления Пленума спорные денежные средства включаются в состав наследства и наследуются на общих основаниях.
Суд принимает во внимание и то, что противоречия между специальным и наследственным порядком в настоящем деле не возникает, единственным лицом, которое имело бы право на получение сумм в специальном порядке, является мать погибшего, поскольку военнослужащий в браке не состоял и детей не имел, а его отец умер. Спора о принадлежности указанных сумм между кем-либо не имеется.
Разрешая требование об установлении места открытия наследства, суд руководствуется следующим.
Частью 1 ст. 1115 ГК РФ местом открытия наследства признается последнее место жительства наследодателя. Согласно п. 1 ст. 20 указанного Кодекса местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.
Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9, место жительства наследодателя может подтверждаться документами, удостоверяющими его регистрацию в органах регистрационного учета, в исключительных случаях факт места открытия наследства может быть установлен судом, при этом суд учитывает длительность проживания наследодателя в конкретном месте на момент открытия наследства, нахождение в этом месте наследственного имущества и другие обстоятельства, свидетельствующие о преимущественном проживании наследодателя в этом месте. Место открытия наследства отнесено законом к числу фактов, имеющих юридическое значение. Поскольку требование о его установлении заявлено наряду со спором о праве на наследственное имущество, оно разрешается в порядке искового производства.
Настоящий случай является тем исключительным случаем, когда место открытия наследства не может быть определено в бесспорном порядке. В записи акта о смерти прямо указано, что сведения о последнем месте жительства умершего отсутствуют, паспорт наследодателя не сдан. Документов о регистрации наследодателя по месту жительства материалы дела не содержат. Именно по этой причине нотариус Иркутского нотариального округа ФИО6 сообщением от 21 августа 2025 года отказалась принять заявление истца и открыть наследственное дело, разъяснив право обратиться в суд.
Оценивая совокупность имеющихся доказательств, суд находит доказанным, что местом преимущественного проживания наследодателя являлось жилое помещение по адресу: г. Иркутск, <адрес>. Наследодатель родился в городе Иркутске, его рождение зарегистрировано органом записи актов гражданского состояния Ленинского района города Иркутска, там же зарегистрирована его смерть. По указанному адресу проживает его мать – истец по настоящему делу, что подтверждается справкой военного комиссариата, где данный адрес указан как адрес места жительства матери погибшего. Из письменного отзыва военного комиссариата следует, что при установлении родственников погибшего именно этот адрес был определен как адрес семьи и именно по нему мать военнослужащего была официально уведомлена о его гибели. Этот же адрес неизменно указывался как фактическое место жительства наследодателя во всех обращениях истца – при подаче заявления нотариусу 18 августа 2025 года и при предъявлении настоящего иска. Иного места жительства наследодателя на территории Российской Федерации в ходе рассмотрения дела не установлено, и ни один из участников процесса на него не ссылался.
Не препятствует установлению места открытия наследства и то обстоятельство, что перед заключением контракта наследодатель находился в местах лишения свободы.
В силу статьи 2 Закона Российской Федерации от 25 июня 1993 года № 5242-1 «О праве граждан Российской Федерации на свободу передвижения, выбор места пребывания и жительства в пределах Российской Федерации» учреждение уголовно-исполнительной системы, исполняющее наказания в виде лишения свободы, относится к месту пребывания, а не к месту жительства гражданина. Равным образом не свидетельствует о перемене места жительства ни заключение контракта о прохождении военной службы за пределами Иркутской области, ни состояние на воинском учете в другом субъекте Российской Федерации, ни последующее убытие к месту прохождения службы, поскольку прохождение военной службы носит временный характер и само по себе не влечет утраты прежнего места жительства.
Не изменяет вывода суда и то, что жилое помещение по указанному адресу находится в муниципальной казне города Иркутска. Место жительства гражданина в смысле п. 1 ст. 20 ГК РФ определяется фактом постоянного или преимущественного проживания и не обусловлено принадлежностью жилого помещения проживающему на праве собственности. Администрация города Иркутска, будучи привлеченной к участию в деле в качестве ответчика, факта проживания наследодателя по данному адресу не оспаривала и возражений против иска не заявила.
При изложенных обстоятельствах требование об установлении места открытия наследства подлежит удовлетворению. Оснований для применения ч. 2 ст. 1115 ГК РФ, определяющей место открытия наследства по месту нахождения наследственного имущества, не имеется, поскольку последнее место жительства наследодателя судом установлено.
Разрешая требование о восстановлении срока принятия наследства, суд исходит из следующего.
В силу п. 1 ст. 1152 и п. 1 ст. 1153 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследства осуществляется подачей нотариусу по месту открытия наследства заявления о принятии наследства либо о выдаче свидетельства о праве на наследство.
Согласно п. 1 ст. 1154 названного Кодекса наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства. Этот срок истек 23 мая 2025 года.
Специальные правила определения даты открытия наследства, установленные для лиц, погибших в связи с участием в специальной военной операции, статьей 14 Федерального закона от 26 ноября 2001 года № 147-ФЗ «О введении в действие части третьей ГК РФ», к настоящему делу неприменимы. Согласно названной норме наследство таких лиц открывается с даты составления записи акта гражданского состояния о смерти лишь в том случае, если дата смерти неизвестна либо отличается от даты составления документа о смерти более чем на три месяца. В настоящем деле дата смерти наследодателя достоверно установлена – 23 ноября 2024 года, а медицинское свидетельство о смерти составлено 29 ноября 2024 года, то есть расхождение составляет шесть дней. Следовательно, срок принятия наследства подлежит исчислению по общему правилу п. 1 ст. 1154 ГК РФ, и он истцом пропущен.
В соответствии с п. 1 ст. 1155 ГК РФ по заявлению наследника, пропустившего срок, установленный для принятия наследства, суд может восстановить этот срок и признать наследника принявшим наследство, если наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства или пропустил этот срок по другим уважительным причинам и при условии, что наследник обратился в суд в течение шести месяцев после того, как причины пропуска этого срока отпали.
Как разъяснено в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9, такие требования могут быть удовлетворены при доказанности совокупности двух обстоятельств: наследник не знал и не должен был знать об открытии наследства либо пропустил срок по другим уважительным причинам, препятствовавшим принятию наследства в течение всего установленного срока, и обращение в суд последовало в течение шести месяцев после отпадения причин пропуска.
Приведенная норма формулирует два самостоятельных альтернативных основания восстановления срока, в связи с чем осведомленность наследника о смерти наследодателя сама по себе не исключает удовлетворения требования, если срок пропущен по иным уважительным причинам. В настоящем деле истец о смерти сына знала, однако суд признает причины пропуска ею срока уважительными по следующим основаниям.
Принятие наследства путем подачи заявления нотариусу производится, как прямо указано в п. 1 ст. 1153 ГК РФ, по месту открытия наследства. Место открытия наследства в настоящем деле объективно не могло быть определено в бесспорном порядке в течение всего шестимесячного срока и не определено до настоящего времени иначе как судебным актом, наследодатель регистрации по месту жительства не имел, сведения о его последнем месте жительства в Едином государственном реестре записей актов гражданского состояния отсутствуют, паспорт не сдан. Это препятствие существовало со дня открытия наследства, носило объективный характер и никак не зависело от воли и поведения истца. Именно оно, а не бездействие наследника, послужило причиной, по которой наследственное дело не было и не могло быть открыто. Нотариус, к которому истец обратилась, письменно отказала в принятии заявления, указав, что в отсутствие сведений о регистрации наследодателя по месту жительства место открытия наследства в бесспорном порядке не определяется, и что этот факт должен быть установлен судом. Такое препятствие не относится к обстоятельствам, которые пункт 40 названного постановления Пленума прямо исключает из числа уважительных (кратковременное расстройство здоровья, незнание гражданско-правовых норм о сроках и порядке принятия наследства, отсутствие сведений о составе наследственного имущества), поскольку оно состоит не в неосведомленности наследника, а в объективной юридической невозможности воспользоваться установленным законом способом принятия наследства.
Наследодатель погиб при выполнении задач специальной военной операции, тело было доставлено в город Иркутск лишь 23 декабря 2024 года, а свидетельство о смерти выдано 27 декабря 2024 года, то есть документ, без которого обращение к нотариусу невозможно, был получен истцом более чем через месяц после открытия наследства. Само установление личности погибшего и его родственников производилось военным комиссариатом, в котором, как следует из отзыва, сведения о военнослужащем на тот момент отсутствовали. Указанные обстоятельства объективно ограничивали возможности истца в первые месяцы течения срока.
Условие, предусмотренное подпунктом «б» пункта 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2012 года № 9, истцом соблюдено. Настоящий иск предъявлен 27 октября 2025 года, то есть в пределах шести месяцев как со дня истечения срока принятия наследства (23 мая 2025 года), так и со дня получения письменного отказа нотариуса, которым истцу было официально разъяснено, что место открытия наследства подлежит установлению судом (21 августа 2025 года).
Кроме того, суд принимает во внимание, что восстановление срока в настоящем деле не влечет нарушения чьих-либо прав, иных наследников, принявших наследство, не имеется, свидетельства о праве на наследство не выдавались, наследственное дело не открывалось, ответчики и третьи лица возражений против иска не заявили.
При таком положении требование о восстановлении срока принятия наследства подлежит удовлетворению с признанием истца принявшей наследство.
В силу пункта 41 названного постановления Пленума восстановление пропущенного срока принятия наследства и признание наследника принявшим наследство исключает для наследника необходимость совершения каких-либо иных дополнительных действий по принятию наследства; поскольку истец является единственным наследником, наследственное имущество переходит к ней полностью, в связи с чем определение долей иных наследников не требуется, а оснований для признания недействительными ранее выданных свидетельств о праве на наследство не имеется ввиду их отсутствия.
Разрешая требование о признании права на денежные средства, суд исходит из того, что в силу п. 4 ст. 1152 ГК РФ принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия.
Поскольку истец признана принявшей наследство, а денежные средства в размере 467 504,72 руб. входят в состав наследства, требование о признании за истцом права на эти денежные средства подлежит удовлетворению.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ,
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 удовлетворить.
Установить, что местом открытия наследства, открывшегося после смерти ФИО4, 9 ноября 1992 года рождения, умершего 23 ноября 2024 года, является последнее место его жительства по адресу: <адрес>.
Восстановить ФИО2 (ИНН №) срок для принятия наследства, открывшегося после смерти ФИО4, 9 ноября 1992 года рождения, умершего 23 ноября 2024 года, и признать ФИО2 принявшей это наследство.
Признать за ФИО2 (ИНН №) в порядке наследования по закону право на денежные средства в размере 467 504 (четырехсот шестидесяти семи тысяч пятисот четырех) руб. 72 коп., находящиеся на счете №, открытом на имя ФИО4, 9 ноября 1992 года рождения, в Публичном акционерном обществе «Банк ПСБ».
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд города Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.А. Глухова
Мотивированное решение составлено 23 июля 2026 года.