РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 июля 2026 года г. Иркутск
Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Груздевой М.А., с участием прокурора Калачёвой Ю.А., представителя истца (ответчика по встречному иску) ФИО6, ответчика (истца по встречному иску) ФИО2, представителя ФИО7, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-852/2026 по иску Администрации города Иркутска к ФИО2, ФИО3 о выселении из жилого помещения без предоставления другого жилого помещения и по встречному иску ФИО2, ФИО3 к Администрации города Иркутска о признании права пользования жилым помещением,
УСТАНОВИЛ:
Администрация города Иркутска обратилась в суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о выселении без предоставления другого жилого помещения из квартиры, расположенной по адресу: г. Иркутск, <адрес>. В обоснование требований указано, что спорное жилое помещение находится в муниципальной собственности города Иркутска. На регистрационном учете по месту жительства в квартире никто не состоит, при этом по состоянию на 1 марта 2025 года имеется задолженность по оплате жилого помещения и коммунальных услуг в размере 572 961,52 руб. Из акта отдела жилищного хозяйства управления жилищно-коммунального хозяйства комитета по управлению Ленинским округом администрации города Иркутска от 19 марта 2025 года следует, что с 2000 года в квартире фактически проживают ФИО2 и ФИО3 Вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 23 марта 2010 года по гражданскому делу № признаны недействительными договор найма спорного жилого помещения муниципального жилищного фонда города Иркутска от 10 октября 2006 года и договор передачи этого помещения в собственность граждан от 18 июля 2007 года, применены последствия недействительности сделки путем возврата помещения в распоряжение муниципального образования город Иркутск, а ФИО2 и ФИО3 признаны не приобретшими право пользования указанным жилым помещением и подлежащими выселению из него. Поскольку правовые основания для проживания у ответчиков отсутствуют, а направленное 30 октября 2025 года предупреждение о необходимости освободить помещение и передать ключи не исполнено, что подтверждается актом от 18 ноября 2025 года, истец просил выселить ответчиков из спорной квартиры без предоставления другого жилого помещения.
ФИО2 и ФИО3 предъявили встречное исковое заявление, в котором просили признать за каждым из них право пользования спорным жилым помещением на условиях социального найма. В обоснование встречного иска указано, что фактического выселения ответчиков из квартиры не производилось, служба судебных приставов требований о выселении не предъявляла, они непрерывно проживают в помещении с 2000 года и оплачивают электроэнергию. На основании распоряжения заместителя мэра от 13 августа 2014 года ФИО2 составом семьи два человека принята на учет граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма. ФИО2 является инвалидом второй группы бессрочно, ФИО3 с 5 июня 2025 года также признан инвалидом второй группы, ФИО3 страдает заболеванием, включенным в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире. Иного жилого помещения истцы по встречному иску не имеют, в связи с чем полагают возможным предоставить им спорную квартиру по договору социального найма.
Представитель истца Администрации города Иркутска ФИО6 в судебном заседании исковые требования поддержала по изложенным в иске основаниям, против удовлетворения встречного иска возражала.
Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 первоначальный иск не признала, встречные требования поддержала, ссылаясь на длительность проживания в квартире, отсутствие иного жилья, наличие у нее и у сына инвалидности второй группы, наличие у ФИО3 тяжелой формы хронического заболевания и нахождение семьи на учете нуждающихся в жилых помещениях.
Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 о времени и месте рассмотрения дела судом извещен, участия в судебном заседании не принимал. Ранее пояснил суду, что не согласен с иском Администрации города Иркутска, просил признать за ним и его матерью право пользования спорной квартирой.
Поскольку ФИО3 находится на принудительном лечении в психиатрическом стационаре общего типа в областном государственном казенном учреждении здравоохранения «Иркутская областная клиническая психиатрическая больница №» его интересы в деле представлял допущенный судом представитель.
Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО3 ФИО7 М.М. в судебном заседании просила суд отказать в удовлетворении иска Администрации города Иркутска, встречные исковые требования удовлетворить.
Третье лицо Комитет по градостроительной политике администрации города Иркутска и привлеченное для дачи заключения Межрайонное управление министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области № 1 о времени и месте рассмотрения дела извещены, участия в судебном заседании не принимали.
Прокурор Калачёва Ю.А. полагала исковые требования Администрации города Иркутска о выселении ответчиков без предоставления иного жилого помещения обоснованными и подлежащими удовлетворению, а ФИО3 с учетом его заболевания имеющим право на предоставление жилого помещения с правом на дополнительную площадь.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы дела, материалы гражданского дела №, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Судом установлено, что квартира по адресу: г. Иркутск, <адрес>, с кадастровым номером №, общей площадью 44,9 кв. м, находится в собственности муниципального образования город Иркутск, право которого зарегистрировано 19 февраля 2013 года. Помещение учтено в реестре муниципального имущества города Иркутска под реестровым номером №, балансодержателем является муниципальная казна города Иркутска. Указанные обстоятельства подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра недвижимости и выпиской из реестра муниципального имущества города Иркутска. Ограничения прав и обременения объекта не зарегистрированы.
Согласно поквартирной карточке нанимателями и зарегистрированными в квартире лицами ранее являлись ФИО8, снятый с регистрационного учета 10 октября 2001 года, и ФИО9, снятая с учета 8 января 2003 года, ФИО2 и ФИО3 были зарегистрированы в спорном помещении 11 февраля 2010 года и сняты с регистрационного учета 5 октября 2011 года.
По справке регистрационного отдела ООО «Северное управление жилищно-коммунальными системами» от 25 апреля 2025 года по данному адресу никто не зарегистрирован.
По сведениям, представленным по запросам суда 14 июля 2026 года, ФИО2 с 31 марта 2022 года и ФИО3 с 13 февраля 2024 года состоят на регистрационном учете по месту жительства по адресу: г. Иркутск, <адрес>.
Как установлено судом, решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 6 октября 2003 года ФИО2 со всеми зависящими от нее лицами была выселена из спорного жилого помещения. Названным решением установлено, что она занимала это помещение без наличия законных на то оснований, ФИО2 и ФИО3 права на спорное жилое помещение не приобрели.
Решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 23 марта 2010 года по гражданскому делу №, принятым по иску прокурора города Иркутска в интересах неопределенного круга лиц, признаны недействительными договор найма жилого помещения муниципального жилищного фонда города Иркутска от 10 октября 2006 года, заключенный между Администрацией города Иркутска в лице начальника отдела учета и распределения жилой площади ФИО10 и ФИО2, и договор передачи спорного жилого помещения в собственность граждан ФИО3 и ФИО2 от 18 июля 2007 года, применены последствия недействительности сделки путем возврата жилого помещения в распоряжение муниципального образования город Иркутск, ФИО2 и ФИО3 признаны не приобретшими право пользования этим жилым помещением и выселены из него.
Определением Ленинского районного суда г. Иркутска от 23 января 2013 года ФИО2, действовавшей в интересах несовершеннолетнего ФИО3, отказано в удовлетворении заявления об отсрочке исполнения решения суда от 23 марта 2010 года до совершеннолетия ребенка.
Из ответа Ленинского отделения судебных приставов г. Иркутска ГУФССП по Иркутской области от 22 июня 2026 года следует, что исполнительные производства № и № от 22 февраля 2011 года о выселении ФИО2 и ФИО3 окончены 24 февраля 2011 года, процессуальные документы уничтожены по истечении срока хранения.
Фактически спорное жилое помещение ответчиками освобождено не было.
Как следует из акта от 19 марта 2025 года, объяснений ФИО2, данных при обследовании квартиры, и объяснений проживающей в квартире № 21 ФИО11, ФИО2 вместе с сыном ФИО3 проживает в спорном помещении более двадцати лет, с 2000 года.
Решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 17 августа 2016 года по гражданскому делу № не приобретшей право пользования спорным жилым помещением признана и выселена из него ФИО12, зарегистрированная в квартире 19 апреля 2011 года по инициативе ФИО2
30 октября 2025 года Администрацией города Иркутска в адрес ответчиков направлено предупреждение о необходимости в семидневный срок с момента его получения освободить спорное жилое помещение и передать ключи в департамент жилищной политики комитета по градостроительной политике администрации города Иркутска, что подтверждается списком внутренних почтовых отправлений от 31 октября 2025 года.
Требование предупреждения ответчиками не исполнено.
Согласно акту от 18 ноября 2025 года доступ в жилое помещение представителям собственника не обеспечен, ключи не переданы, при этом соседка ФИО11 подтвердила продолжающееся проживание ответчиков в квартире.
По сведениям ООО «Северное управление жилищно-коммунальными системами» задолженность по лицевому счету № спорного жилого помещения по состоянию на 1 марта 2025 года составляет 572 961,52 руб., за период с 1 октября 2024 года по 31 марта 2025 года оплата не вносилась. По услуге электроснабжения по лицевому счету № №, открытому на имя ФИО2, задолженность на 31 мая 2026 года составляет 212,30 руб., договор электроснабжения № № заключен 28 мая 2026 года.
Согласно ответу ОГКУЗ «Иркутская областная клиническая психиатрическая больница №» ФИО3 находится в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях общего типа, имеющееся у него заболевание включено в Перечень тяжелых форм хронических заболеваний, при которых невозможно совместное проживание граждан в одной квартире, утвержденный приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 ноября 2012 года № 987н.
Нахождение ФИО2 и ФИО3 составом семьи два человека на учете граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях, предоставляемых по договорам социального найма, с 13 августа 2014 года подтверждается архивной выпиской из распоряжения заместителя мэра – председателя комитета по управлению Ленинским округом администрации города Иркутска от 13 августа 2014 года №, справкой комитета по управлению Ленинским округом администрации города Иркутска и информационной справкой департамента правовой работы аппарата администрации города Иркутска об очередности предоставления жилых помещений.
Решение о предоставлении ФИО2 и ФИО3 спорного либо иного жилого помещения по договору социального найма органом местного самоуправления не принималось.
Из письменных ответов Администрации города Иркутска от 2018 года и от 2026 года следует, что в предоставлении спорной квартиры по договору социального найма заявителям отказано со ссылкой на очередность.
Разрешая первоначальные исковые требования, суд исходит из следующего.
В силу ч. 4 ст. 3 ЖК РФ никто не может быть выселен из жилища или ограничен в праве пользования жилищем иначе как по основаниям и в порядке, которые предусмотрены названным кодексом, другими федеральными законами.
Согласно ст. 10 ЖК РФ жилищные права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных этим кодексом, другими федеральными законами и иными правовыми актами, в том числе из договоров и иных сделок, из актов государственных органов и актов органов местного самоуправления, которые предусмотрены жилищным законодательством в качестве основания возникновения жилищных прав и обязанностей, а также из судебных решений, установивших жилищные права и обязанности.
Применительно к жилым помещениям муниципального жилищного фонда, предоставляемым по договорам социального найма, такими основаниями закон называет решение органа местного самоуправления о предоставлении жилого помещения и заключенный на его основе договор социального найма.
Так, в соответствии с частями 3 и 4 ст. 57 ЖК РФ гражданам, состоящим на учете в качестве нуждающихся в жилых помещениях, жилые помещения по договорам социального найма предоставляются на основании решений органа местного самоуправления, и такое решение, принятое с соблюдением требований кодекса, является основанием заключения соответствующего договора социального найма.
Согласно ст. 60 ЖК РФ по договору социального найма собственник жилого помещения муниципального жилищного фонда в лице уполномоченного органа местного самоуправления обязуется передать гражданину жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных кодексом, а в силу ч. 1 ст. 63 ЖК РФ договор социального найма заключается в письменной форме на основании решения о предоставлении жилого помещения.
Иных оснований возникновения права пользования жилым помещением муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, в том числе в силу одного лишь факта длительного фактического проживания, жилищное законодательство не предусматривает.
Единственная сделка, на основании которой ответчики занимали спорное помещение, договор найма жилого помещения муниципального жилищного фонда города Иркутска от 10 октября 2006 года признана недействительной вступившим в законную силу решением суда от 23 марта 2010 года.
В силу п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Следовательно, права пользования спорной квартирой на основании данного договора у ответчиков не возникло, что прямо констатировано в самом решении суда от 23 марта 2010 года, которым ФИО2 и ФИО3 признаны не приобретшими право пользования жилым помещением.
В соответствии с ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.
Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.
Установленный вступившими в законную силу решениями Ленинского районного суда г. Иркутска от 6 октября 2003 года и от 23 марта 2010 года факт того, что ФИО2 и ФИО3 права пользования спорным жилым помещением не приобрели, обязателен для суда при рассмотрении настоящего дела и повторному доказыванию либо оспариванию не подлежит.
Собственником спорного жилого помещения является муниципальное образование город Иркутск.
В силу п. 2 ст. 125 ГК РФ от имени муниципальных образований своими действиями могут приобретать и осуществлять права и обязанности, в том числе выступать в суде, органы местного самоуправления в рамках их компетенции, в связи с чем Администрация города Иркутска является надлежащим истцом по требованию о защите права муниципальной собственности на спорную квартиру.
Собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (ст. 209 ГК РФ). Собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (ст. 301 ГК РФ) и может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения (ст. 304 ГК РФ). Защита жилищных прав осуществляется в том числе путем восстановления положения, существовавшего до нарушения жилищного права, и пресечения действий, нарушающих это право (п. 2 ч. 3 ст. 11 ЖК РФ).
Поскольку ФИО2 и ФИО3 занимают жилое помещение, находящееся в муниципальной собственности, при отсутствии решения органа местного самоуправления о его предоставлении и при отсутствии договора социального найма, то есть без законных оснований, чем нарушают правомочия собственника по владению, пользованию и распоряжению принадлежащим ему имуществом, они подлежат выселению из спорного жилого помещения по требованию собственника.
Гарантии предоставления другого жилого помещения при выселении установлены жилищным законодательством для нанимателей жилых помещений по договорам социального найма и проживающих совместно с ними членов их семей (ст. 85-89 ЖК РФ). На лиц, не приобретших права пользования жилым помещением и занимающих его в отсутствие предусмотренных законом оснований, эти гарантии не распространяются, в связи с чем выселение производится без предоставления другого жилого помещения.
Возражения ответчиков против первоначального иска судом проверены и отклоняются по следующим основаниям.
Относительно доводов о том, что требование о выселении ответчиков из спорной квартиры уже было разрешено решением суда от 23 марта 2010 года, суд отмечает следующее. Предусмотренное абз. 3 ст. 220 ГПК РФ основание прекращения производства по делу предполагает наличие вступившего в законную силу решения суда, принятого по спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям. Такой совокупности в настоящем деле не имеется. Требование о выселении по гражданскому делу № было заявлено прокурором города Иркутска в интересах неопределенного круга лиц, тогда как администрация города Иркутска участвовала в том деле в процессуальном положении ответчика и самостоятельного требования к ФИО2 и ФИО3 не предъявляла. Следовательно, спор между теми же сторонами отсутствует.
Кроме того, настоящий иск основан на иных обстоятельствах – продолжающемся после 2010 года занятии ответчиками муниципального жилого помещения, оставленном без исполнения предупреждении собственника от 30 октября 2025 года и зафиксированном актом от 18 ноября 2025 года отказе освободить помещение и передать ключи.
Требование собственника об устранении нарушения его права, носящего длящийся характер, может быть предъявлено в течение всего времени, пока нарушение продолжается.
Установленный ч. 1 ст. 21 Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» трехлетний срок предъявления к исполнению исполнительных листов, выданных на основании решения от 23 марта 2010 года, с учетом правил ч. 2 ст. 22 этого закона к настоящему времени истек, а исполнительные производства окончены 24 февраля 2011 года без фактического исполнения.
Иное толкование лишало бы собственника предусмотренного частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации права на судебную защиту его нарушенного и продолжающего нарушаться права.
Относительно довода о длительности проживания в спорной квартире суд отмечает, что сам по себе факт продолжительного фактического проживания, равно как и факт неисполнения ранее принятого решения о выселении, права пользования жилым помещением не порождает и не преобразует незаконное владение в законное.
Приведенные выше положения ст. 10, частей 3 и 4 ст. 57, ст. 60 и ч. 1 ст. 63 ЖК РФ связывают возникновение права пользования жилым помещением муниципального жилищного фонда с решением органа местного самоуправления и договором социального найма, которых в отношении ответчиков не имеется.
Положения ст. 234 ГК РФ о приобретательной давности к требованию о признании права пользования жилым помещением на условиях социального найма неприменимы. Помимо этого, владение ответчиков не может быть признано добросовестным, поскольку об отсутствии у них права на спорную квартиру им было достоверно известно из вступивших в законную силу решений суда от 6 октября 2003 года и от 23 марта 2010 года, а также из письменных ответов Администрации города Иркутска.
Внесение платы за фактически потребленную электрическую энергию и заключение 28 мая 2026 года договора электроснабжения также не создают у ответчиков права пользования жилым помещением, договор энергоснабжения заключается с лицом, фактически потребляющим коммунальный ресурс, регулирует отношения по оплате этого ресурса и к основаниям возникновения жилищных прав, перечисленным в ст. 10 ЖК РФ, не относится. При этом обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги ответчиками не исполняется, задолженность по лицевому счету спорной квартиры на 1 марта 2025 года составляет 572 961,52 руб.
Нахождение ФИО2 и ФИО3 на учете граждан в качестве нуждающихся в жилых помещениях с 13 августа 2014 года порождает у них право на обеспечение жилым помещением из муниципального жилищного фонда в порядке, установленном ст. 57 ЖК РФ, однако не является основанием возникновения права пользования конкретным, самовольно занимаемым жилым помещением.
В силу ч. 1 ст. 57 ЖК РФ жилые помещения предоставляются гражданам, состоящим на таком учете, в порядке очередности исходя из времени принятия их на учет, за исключением случаев, установленных частью 2 этой статьи, и на основании решения органа местного самоуправления. Выбор конкретного жилого помещения к компетенции суда не относится и не может быть подменен признанием права пользования помещением, занятым в отсутствие законных оснований.
Наличие у ФИО2 и ФИО3 инвалидности 2 группы также не влечет возникновения права пользования спорной квартирой. Согласно статье 17 Федерального закона от 24 ноября 1995 года № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» инвалиды, нуждающиеся в улучшении жилищных условий и вставшие на учет после 1 января 2005 года, обеспечиваются жилым помещением в соответствии с жилищным законодательством Российской Федерации, то есть в порядке ст. 57 ЖК РФ. Самостоятельным основанием для внеочередного предоставления жилого помещения инвалидность как таковая не является и права на сохранение за гражданином незаконно занимаемого помещения не создает.
Наличие у ФИО3 тяжелой формы хронического заболевания, включенного в Перечень, утвержденный приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 29 ноября 2012 года № 987н, судом установлено и учтено. Вместе с тем данное обстоятельство в силу п. 3 ч. 2 ст. 57 ЖК РФ является основанием для внеочередного предоставления жилого помещения по договору социального найма, то есть основанием для обеспечения гражданина другим жилым помещением по решению органа местного самоуправления, а не основанием возникновения права пользования тем помещением, которое занято без законных оснований. Право на обращение с самостоятельным исковым заявлением ФИО3 разъяснено, и настоящее решение реализации этого права не препятствует.
По изложенным причинам суд не оценивает и содержащееся в заключении прокурора суждение о наличии оснований для удовлетворения требования о предоставлении жилого помещения во внеочередном порядке с учетом права на дополнительную площадь, поскольку оно относится к требованию, не принятому к совместному рассмотрению и в настоящем деле не заявленному.
Довод об отсутствии у ответчиков иного жилого помещения на существо спора не влияет, закон не связывает возможность выселения лиц, не приобретших права пользования жилым помещением, с обеспеченностью их иным жильем. Кроме того, оба ответчика состоят на регистрационном учете по месту жительства по адресу: г. Иркутск, <адрес>.
При таких обстоятельствах исковые требования Администрации города Иркутска о выселении ФИО2 и ФИО3 из жилого помещения, расположенного по адресу: г. Иркутск, <адрес>, без предоставления другого жилого помещения подлежат удовлетворению.
Разрешая встречные исковые требования о признании за ФИО2 и ФИО3 права пользования спорным жилым помещением, суд с учетом приведенных выше выводов не находит оснований для их удовлетворения. Признание права пользования жилым помещением как способ защиты жилищных прав (п. 1 ч. 3 ст. 11 ЖК РФ) предполагает наличие у лица такого права, возникшего по основаниям, предусмотренным законом, и лишь оспариваемого либо не признаваемого другой стороной. Между тем право пользования спорной квартирой у истцов по встречному иску не возникало, решение органа местного самоуправления о предоставлении им этого помещения не принималось, договор социального найма не заключался, а единственная сделка, на основании которой они вселялись, признана недействительной. Обстоятельства, на которые истцы по встречному иску ссылаются в обоснование своих требований, длительность проживания, оплата электроэнергии, инвалидность, наличие тяжелой формы хронического заболевания, нахождение на учете нуждающихся и отсутствие иного жилья, основаниями возникновения права пользования жилым помещением муниципального жилищного фонда законом не признаны и могут иметь значение для обеспечения истцов по встречному иску жилым помещением в порядке ст. 57 ЖК РФ, а не для сохранения за ними спорной квартиры.
С учетом изложенного встречное исковое заявление ФИО2 и ФИО3 о признании права пользования жилым помещением подлежит оставлению без удовлетворения.
Определяя порядок исполнения решения, суд руководствуется ч. 2 ст. 206 ГПК РФ, согласно которой в случае, если действия, к совершению которых обязывается ответчик, могут быть совершены только им, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено.
Принимая во внимание, что освобождение жилого помещения может быть произведено только самими ответчиками, учитывая состояние их здоровья, наличие у обоих инвалидности 2 группы, нахождение ФИО3 на принудительном лечении в психиатрическом стационаре, а также необходимость предоставления ответчикам разумного времени для подыскания иного жилого помещения, суд считает необходимым установить срок исполнения решения суда в части выселения продолжительностью три календарных месяца со дня вступления решения суда в законную силу. Указанный срок отвечает требованиям разумности, обеспечивает баланс интересов сторон и не влечет несоразмерного ограничения права собственника муниципального жилищного фонда.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Администрации города Иркутска (ИНН №) удовлетворить.
Выселить ФИО2 (ИНН №) и ФИО3 (ИНН №) из жилого помещения, расположенного по адресу: г. Иркутск, <адрес>, без предоставления другого жилого помещения.
Встречное исковое заявление ФИО2 и ФИО3 к Администрации города Иркутска о признании права пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Иркутск, <адрес>, оставить без удовлетворения.
Установить срок исполнения решения суда в части выселения 3 (три) календарных месяца со дня вступления решения суда в законную силу.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.А. Глухова
Мотивированное решение изготовлено 24 июля 2026 года