РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
07 мая 2026 года с. Чугуевка
Чугуевский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Колесниковой Т.В., при секретаре судебного заседания Чабан И.А., рассмотрев в открытом судебном заседании исковое заявление Коминой Людмилы Николаевны к Ткачук Елене Николаевне о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности, установил:
Комина Л.Н. обратилась в суд с указанным иском. В обоснование заявленных требований указала, что в собственности ФИО2 находился жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 умерла. На основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ, собственником данного дома стала ФИО3. ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4, который являлся супругом истца, был заключен договор купли-продажи спорного жилого дома, по условиям данного договора, дом перешел в собственность ФИО8 Данный договор купли-продажи не регистрировался и сведения о смене собственника в БТИ не вносились. Истец Комина Л.Н. и ее супруг ФИО4, с момента покупки спорного дома, проживали в нем, а позже зарегистрировались в данном доме. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умерла, после ее смерти было заведено наследственное дело, наследником ФИО3 стала ответчик по данному делу. ДД.ММ.ГГГГ умер супруг истца - ФИО4. ДД.ММ.ГГГГ у нотариуса зарегистрировано заявление истца о вступлении в права наследования № после смерти супруга, иных наследников у ФИО8 нет. На основании изложенного, истец просит признать за ней право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.
В ходе подготовки к рассмотрению дела истец уточнила свои требования и ссылаясь на положения ст.234 ГК РФ, просит признать право собственности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, в силу приобретательной давности.
В судебное заседание истец Комина Л.Н. не явилась, извещена надлежащим образом о дате и времени судебного заседания.
Представитель истца Афанасьев А.А. в судебное заседание не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в его отсутствие и в отсутствие истца. Исковые требования поддержал.
Ответчик Ткачук Е.Н. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о дате и времени судебного заседания, просила о рассмотрении дела в ее отсутствие. В письменном отзыве не возражала против удовлетворения исковых требований, сообщила, что отказалась от наследства, отрывшегося после смерти ФИО3 в виде жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, на указанный жилой дом правопритязаний не имеет.
Выслушав участвующих лиц, допросив свидетелей и исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В силу ст. 234 ГК РФ лицо – гражданин или юридическое лицо, – не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом, если иные срок и условия приобретения не предусмотрены ст. 234 ГК РФ, в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации.
Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со ст.ст. 301-305 ГК РФ, начинается со дня поступления вещи в открытое владение добросовестного приобретателя, а в случае, если было зарегистрировано право собственности добросовестного приобретателя недвижимой вещи, которой он владеет открыто, – не позднее момента государственной регистрации права собственности такого приобретателя.
В соответствии с правовой позицией, сформулированной в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее: давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 ГК РФ не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).
Как указано в абз. 1 п. 16 приведенного выше постановления Пленума, по смыслу статей 225 и 234 ГК РФ, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.
Согласно п.19 этого же постановления Пленума, возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 ГК РФ, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности. Ответчиком по иску о признании права собственности в силу приобретательной давности является прежний собственник имущества.
Давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).
Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.
Для приобретения права собственности в силу приобретательной давности не является обязательным, чтобы собственник, в отличие от положений ст. 236 ГК РФ, совершил активные действия, свидетельствующие об отказе от собственности или объявил об этом. Достаточным является то, что титульный собственник в течение длительного времени устранился от владения вещью, не проявляет к ней интереса, не исполняет обязанностей по ее содержанию, вследствие чего вещь является фактически брошенной собственником.
Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения.
Таким образом, закон допускает признание права собственности в силу приобретательной давности не только на бесхозяйное имущество, но также и на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу.
Приобретение права собственности в порядке ст. 234 ГК РФ направлено на устранение неопределенности в правовом статусе имущества, владение которым как своим собственным длительное время осуществляется не собственником, а иным добросовестным владельцем в отсутствие для этого оснований, предусмотренных законом или договором.
В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 26.11.2020 N 48-П "По делу о проверке конституционности пункта 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина В.В. Волкова", в случае с приобретательной давностью добросовестность владельца выступает в качестве одного из условий, необходимых прежде всего для возвращения вещи в гражданский оборот, преодоления неопределенности ее принадлежности в силу владения вещью на протяжении длительного срока (определения Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 20.03.2018 N 5-КГ18-3, от 15.05.2018 N 117-КГ18-25 и от 17.09.2019 N 78-КГ19-29).
Добросовестность давностного приобретателя может быть признана судом и при понимании владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности. Понимание добросовестности давностного владения, подразумевающее, что лицо при получении владения должно полагать себя собственником имущества, лишает лицо, длительное время владеющее имуществом как своим, заботящееся об этом имуществе, несущее расходы на его содержание и не нарушающее при этом прав иных лиц, возможности легализовать такое владение, вступает в противоречие с целями, заложенными в ст. 234 ГК РФ.
Исключением является ситуация, когда владение является временным и производным, т.е. осуществляется на основании обязательства не вместо собственника, а наряду с собственником, не отказавшимся от своего права.
Конституционный Суд обращает внимание на значение института приобретательной давности, направленного на защиту частных интересов собственника и владельца имущества, и публично-правовых интересов, достижение правовой определенности, возвращение имущества в гражданский оборот, реализация фискальных целей.
Так, практика Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации не исключает приобретения права собственности в силу приобретательной давности и в тех случаях, когда давностный владелец должен был быть осведомлен об отсутствии оснований возникновения у него права собственности (определения от 27.01.2015 N 127-КГ14-9, от 20.03.2018 N 5-КГ18-3, от 17.09.2019 N 78-КГ19-29, от 22.10.2019 N 4-КГ19-55, от 02.06.2020 N 4-КГ20-16 и др.).
В приведенных определениях применительно к конкретным обстоятельствам соответствующих дел указано, что добросовестность предполагает, что вступление во владение не было противоправным, совершено внешне правомерными действиями. Добросовестное заблуждение давностного владельца о наличии у него права собственности на данное имущество положениями ст. 234 ГК РФ не предусмотрено в качестве обязательного условия для возникновения права собственности в силу приобретательной давности. Напротив, столь длительное владение вещью, право на которую отсутствует, предполагает, что давностный владелец способен знать об отсутствии у него такого права, особенно в отношении недвижимого имущества, возникновение права на которое, по общему правилу, требует формального основания и регистрации в публичном реестре; требование о добросовестном заблуждении в течение всего срока владения без какого-либо разумного объяснения препятствует возвращению вещи в гражданский оборот и лишает лицо, открыто и добросовестно владеющее чужой вещью как своей, заботящееся об этом имуществе и несущее расходы на его содержание, не нарушая при этом ничьих прав, права легализовать такое владение, оформив право собственности на основании данной нормы.
Таким образом, для признания владельца добросовестным при определенных обстоятельствах не требуется, чтобы он имел основания полагать себя собственником имущества. Добросовестность может быть признана судами и при наличии оснований для понимания владельцем отсутствия у него оснований приобретения права собственности.
В силу ст. 236 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.
Из содержания указанных норм и акта их толкования следует, что действующее законодательство, предусматривая возможность прекращения права собственности на то или иное имущество путем совершения собственником действий, свидетельствующих о его отказе от принадлежащего ему права собственности, допускает возможность приобретения права собственности на это же имущество иным лицом в силу приобретательной давности.
При этом к действиям, свидетельствующим об отказе собственника от права собственности, может быть отнесено, в том числе устранение собственника от владения и пользования принадлежащим ему имуществом, непринятие мер по содержанию данного имущества.
В этом случае для признания давностного владения добросовестным достаточно установить, что гражданин осуществлял вместо собственника его права и обязанности, связанные с владением и пользованием названным имуществом, что обусловливалось состоянием длительной неопределенности правового положения имущества.
Иное толкование понятия добросовестности владения приводило бы к нарушению баланса прав участников гражданского оборота и несоответствию судебных процедур целям эффективности.
Как установлено в судебном заседании, жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>, состоит на кадастровом учете с кадастровым номером №. Сведения о собственнике указанного жилого дома в ЕГРН отсутствуют, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Согласно уведомлению № 125/08 от 30.03.2026, указанный жилой дом в реестре муниципальной собственности Чугуевского муниципального округа не значится.
По информации КГКУ «УЗИ» в Приморском крае от 13.03.2026, осуществляющем хранение учетной документации на объекты недвижимости, дом, расположенный по адресу: <адрес>, зарегистрирован на праве собственности за ФИО3.
Согласно материалам дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4 заключен договор купли-продажи указанного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>.
Согласно положениям ст. 135 ГК РСФСР, которые действовали в период спорных правоотношений, право собственности (право оперативного управления) у приобретателя имущества по договору возникает с момента передачи вещи, если иное не предусмотрено законом или договором. Если договор об отчуждении вещи подлежит регистрации, право собственности возникает в момент регистрации.
В силу абз. 2 и 3 ст.239 ГК РСФСР, договор купли - продажи жилого дома (части дома), находящегося в сельском населенном пункте, должен быть совершен в письменной форме и зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов. Несоблюдение правил настоящей статьи влечет недействительность договора.
В нарушение данных норм законодательства, действующего на момент заключения договора, передача спорного жилого дома в собственность ФИО8 надлежащим образом не оформлена, указанный договор не был зарегистрирован в исполнительном комитете сельского Совета народных депутатов, в связи с чем в силу закона является недействительным.
ФИО3 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серии I-ВС № от ДД.ММ.ГГГГ. После ее смерти нотариусом Чугуевского нотариального округа <адрес> открыто наследственное дело №. Согласно материалам данного наследственного дела, при жизни ФИО3 завещала свое имущество дочери ФИО5, иные наследники не обращались, при этом спорный жилой дом в составе наследственного имущества отсутствовал.
Учитывая положения ч.2 ст.1152 ГК РФ, а также то, что ФИО5 после смерти наследодателя приняла часть наследства матери, что подтверждено соответствующими свидетельствами, суд приходит к выводу, что она приняла в наследство и спорный жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.
ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО5. Ответчик Ткачук Е.Н. является дочерью ФИО5, вместе с этим, материалы дела не содержат доказательств фактического принятия наследства после смерти матери, в установленный законом срок ответчик с заявлением о принятии наследства к нотариусу также не обратилась, согласно Реестру наследственных дел, после смерти ФИО5 наследственных дел не открывалось.
Таким образом, на момент рассмотрения дела в суде собственником спорного жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, являются ФИО5, как правопреемник, принявшая наследство после смерти ФИО3
Вместе с этим, из содержания иска и материалов дела судом установлено, что после заключения договора купли-продажи спорного жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 с супругой Коминой Л.Н. вселились в данный жилой дом, а позже зарегистрировались в нем.
Согласно выписок из похозяйственных книг за период с 1996 года по настоящее время, ФИО4 с ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован по месту жительства в спорном жилом доме по адресу: <адрес>. Истец Комина Людмила Николаевна, которая являлась супругой ФИО8 зарегистрирована в спорном жилом доме с ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ супруг истца ФИО4, умер, а Комина Л.Н. продолжила проживать в спорном жилом доме, нести бремя по его содержанию и ремонту.
Проанализировав приведенные доказательства, суд приходит к выводу об обоснованности требований Коминой Л.Н. Судом установлено, что истец добросовестно, открыто и непрерывно более 15 лет владеет жилым домом, расположенным по адресу: <адрес>. Из похозяйственных книг следует, что Комина Л.Н. зарегистрирована в спорном доме с 2004 года, вселилась в него в 1994 году, с момента вселения истец и ее супруг считали себя собственниками, никто с момента вселения в спорный жилой дом не предъявлял правопритязаний. Истец непрерывно и добросовестно исполняла обязательства собственника в отношении данного объекта, производил в нем ремонт, обрабатывал прилегающий земельный участок. Владение осуществлялось открыто, о фактическом проживании Коминой Л.Н. по указанному адресу иным лицам было известно. Получая во владение объект недвижимого имущества, ФИО4 и Комина Л.Н. не знали об отсутствии оснований для возникновения у них права собственности. Владение не носило договорного характера, так как между истцом и иными лицами не сложились договорные отношения, касающиеся использования занятого им жилого дома.
В свою очередь ответчик длительно бездействует, правового интереса к спорному имуществу не проявляет, о своих правах не заявляет, каких-либо действий в отношении имущества не предпринимает, свои права собственника в отношении указанного имущества не осуществляет. Доказательств обратного, равно как и доказательств правопритязаний иных лиц, в материалы сторонами не представлено.
Фактически имущество содержалось за счет истца Коминой Л.Н. и его супруга ФИО8 с 1994 года до настоящего времени. В спорном доме размещены вещи истца, она имеет доступ и ключи от спорного жилого дома, ответчик не владеет спорной недвижимостью, не имеет ключи от нее, не несет расходы на ее содержание.
Факт открытого и добросовестного владения имуществом как своим собственным, несение бремени содержания спорного недвижимого имущества истцом в течение более 31 года с 1994 года, подтверждается вышеприведенными доказательствами, в связи с чем имеются основания для удовлетворения исковых требований о признании права собственности в силу приобретательной давности на жилой дом, расположенный по адресу: <адрес>.
С учетом разъяснений, содержащихся в п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", данное решение является основанием для внесения сведений в ЕГРН.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 98, 194-198 ГПК РФ, решил:
исковые требования Коминой Людмилы Николаевны к Ткачук Елене Николаевне о признании права собственности на объект недвижимого имущества в силу приобретательной давности - удовлетворить.
Признать право собственности Коминой Людмилы Николаевны (ИНН №), на жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.
Настоящее решение является основанием для внесения в ЕГРН сведений о праве собственности на указанное жилое помещение за Коминой Людмилой Николаевной.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме через Чугуевский районный суд, то есть с 12 мая 2026 года.
Судья Т.В. Колесникова