РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
15 декабря 2025 года г. Уссурийск
Уссурийский районный суд Приморского края в составе председательствующего судьи Корсакова Д.И., при ведении протокола помощником судьи Мамедовой Т.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Пантелеевой Я. А. к индивидуальному предпринимателю Коробко С. А. о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, с участием: прокурора Туруло А.Ю., представителя истца Лавжель А.В., представителя ответчика Елисеевой Л.Ю.,
УСТАНОВИЛ:
истец обратилась в суд с настоящим иском, мотивировав свои требования следующим. Согласно приказу XXXX от ДД.ММ.ГГ истец была принята к ответчику на должность «продавец-кассир в ювелирный магазин». Трудовой договор истцу выдан не был, однако факт трудовой деятельности подтверждается записью в трудовой книжке. Приказом от ДД.ММ.ГГ XXXX истец была уволена за «совершение виновных действий работника, непосредственно обслуживающего денежные или товарные ценности» по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Сам приказ об увольнении истцу не выдавался, трудовая книжка была выдана работодателем ДД.ММ.ГГ, расчет произведен в этот же день. Между тем, каких-либо виновных действий со стороны истца, которые бы являлись основанием для увольнения, не имело место. В связи с чем, увольнение полагает незаконным. За период работы официальная зарплата истца составляла 531 366,68 руб. в год. – 69 078,00 руб. налога = 600 444,68 руб. за год. Таким образом, за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ (29 дней) истцу выплачивается заработок за время вынужденного прогула и лишения её возможности трудиться в размере 47 706,00 руб. действиями ответчика истцу причинен моральный вред, который оценивается последним в 20 000,00 руб. С учётом уточнений требований в порядке ст. 39 ГПК РФ в части расчётов суммы компенсации за время вынужденного прогула на дату восстановления на работе, просил суд признать приказ об увольнении от ДД.ММ.ГГ XXXX и увольнение истца за совершение виновных действий работника, непосредственно обслуживающего денежные или товарные ценности, п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконными; обязать ответчика восстановить истца на работе и внести в её трудовую книжку соответствующую запись об аннулировании увольнения; взыскать с ответчика в пользу истца неполученный истцом заработок за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в сумме 119 409,36 руб., компенсацию морального вреда в размере 20 000,00 руб.
Истец, уведомленная о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, в суд не явилась, обеспечила явку своего представителя.
Представитель истца в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить. Пояснил суду, что под неполученным истцом заработком, заявленным ко взысканию, понимают компенсацию за время вынужденного прогула, просят эту компенсацию взыскать по дату вынесения заочного решения по делу, согласно представленным расчетам. Пояснил, что при первоначальном рассмотрении дела в порядке заочного производства и вынесении заочного решения, ответчик указанное решение частично исполнил: отменил запись в трудовой книжке истца о его увольнении, а также выплатил компенсацию за время вынужденного прогула в сумме 129 844,96 руб. В оставшейся части заочное решение суда исполнено не было. В настоящее время заочное решение суда отменено, однако суммы, выплаченные ответчиком, истцом не возвращались, отметки в его трудовой книжке не изменялись. Истец, после отмены записи об её увольнении, самостоятельно уволилась от ответчика по собственному желанию. Истец полагает, что ответчик может обратиться за поворотом отмененного заочного решения, в связи с чем, полученные суммы будут подлежать возврату. Учитывая данные обстоятельства, просят суд дать оценку им, взыскать заявленные истцом при рассмотрении настоящего дела суммы и указать, что ранее выплаченные ответчиком суммы по заочному решению подлежат учёту при исполнении решения суда. Сообщил, что в отношении истца никакие служебные проверки по факту совершения ею дисциплинарного проступка не проводились, но от нее требовали объяснения по факту того, что она пользовалась бонусной картой и делала скидки на товары, приобретаемые у работодателя. Бонусные балы товаром не считаются, не имеют денежного эквивалента. С учётом возможности применения всех бонусов предприниматель уже определил стоимость реализуемого им товара, в связи с чем, какого-либо ущерба ему действиями истца не причинено. С результатами служебных проверок истец ознакомлена не была, нарушений трудовых отношений со своей стороны не допускала. Ни одного дисциплинарного взыскания за время работы истец не получала. Расчеты среднедневного заработка проводились в соответствии с постановлением Правительства РФ, учитывали отработанные истцом рабочие дни в периоде, а также сумму дохода, полученного истцом.
Ответчик Коробко С.А. в судебное заседание и в подготовку к судебному разбирательству не явился, извещался о времени и месте рассмотрения дела, как и о времени подготовки дела к судебному разбирательству, надлежащим образом отдельными заказными письмами с уведомлением по месту жительства, сведения о котором указаны в ЕГРИП, а также по месту нахождения, сообщенному истцом. Обеспечил явку своего представителя.
Представитель ответчика в судебном заседании с иском не согласился, просил в его удовлетворении отказать, поддержал доводы ранее представленного письменного отзыва. В отзыве подтвердили трудоустройство истца к ответчику на работу в ТД «Золото» с ДД.ММ.ГГ на должность продавец-кассир. Указали, что с истцом был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ истец уволена по п. 7 ч. 1 ст. 81 ТК РФ. Основанием для увольнения явились документально подтвержденные факты обмана истцом покупателей, нарушение прав покупателей на использование бонусов. Приказом от ДД.ММ.ГГ ИП Коробко С.А. назначил комиссию в составе коммерческого директора ФИО8, бухгалтера ФИО9, товароведа ФИО10 с целью выявления и проверки нарушения прав покупателей при начислении и списании бонусов. Согласно акту внутреннего расследования, проведенного комиссией, выявлено наличие двух бонусных карт, оформленных на мать истца. Бонусы, подлежащие начислению различным покупателям, в результате совершения ими покупок, начислялись не покупателям, а на бонусные карты матери истца. Затем начисленные бонусы были использованы истцом для приобретения себе ювелирных изделий. Подтверждением выводов комиссии являются сведения из программы начисления бонусов, а также из кассовых документов. Также ДД.ММ.ГГ было получено объяснение от продавцов ФИО11, ФИО12, ФИО13, подтверждающих покупку Пантелеевой Я.А. ювелирных изделий за счет бонусов, принадлежащих покупателю. От ознакомления с актом внутреннего расследования от ДД.ММ.ГГ Пантелеева Я.А. отказалась, о чем был составлен акт. Пантелеева Я.А. представила 2 объяснительные, в одной из которых указала, что не имеет бонусной карты и ею не пользуется. В другой отрицала свою причастность к неправомерному использованию бонусных карт, признавая факт оформления всех установленных операций. Таким образом, Пантелеева Я.А. совершила действия, сопряженные с обманом покупателей, и влекущие причинение работодателю и покупателям имущественного вреда. В связи с документальным подтверждением факта совершения виновных действий истца, к ней было применено дисциплинарной взыскание в виде увольнения, Полагают, что порядок применения дисциплинарного взыскания, предусмотренный ст. 193 ТК РФ, был соблюден. Несмотря на неоднократные запросы суда в рамках рассмотрения настоящего дела как в порядке заочного, так и очного производства, о предоставлении ответчиком данных о среднедневном заработке истца для целей расчета компенсации за время вынужденного прогула, в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.12.2007 № 922, ответы на данные запросы стороной ответчика представлены не были. В судебном заседании расчёты такого заработка, представленные истцом, не оспаривали. На вопросы суда представитель ответчика пояснила, что материальный ущерб ответчику заключается в том, что он, в случаен обращения к нему в будущем покупателей, которым полагались бонусы, будет вынужден начислить и списать их повторно. Считают, что бонусы – это встречное обязательство продавца. Устанавливая у себя бонусную программу ответчик знал, что в дальнейшем ему придется снижать стоимость товара. Письменных подтверждений, что истец ознакомлена с правилами бонусной программы ответчика, не имеется. Считают, что приказ о расторжении трудового договора с истцом от ДД.ММ.ГГ является заключением по результатам служебной проверки в отношении неё. Считают, что истец совершила мошенничество, однако, в полицию для привлечения истца к ответственности не обращались.
В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), дело рассмотрено в отсутствие истца и ответчика, извещение которых суд признал надлежащим.
Свидетель ФИО14 в судебном заседании пояснила, что работает у ответчика директором структурного подразделения в г. Уссурийске. Истец работала у нее в подразделении. ДД.ММ.ГГ поступил ей звонок с администрации предприятия о том, что истцу надо объяснить порядок работы с бонусными картами. Свидетель попросила истца дать объяснительную по вопросу того, что по результатам проверки было выявлено использование истцом бонусов по картам в своих целях. Истец сначала дала короткое и не содержательное объяснение. В структурном подразделении не поводилась служебная проверка в отношении истца. У свидетеля полномочий проводить проверки нет. Пантелеева Я.А. от ознакомления с актом о проведении внутреннего расследования отказалась. Взаимодействие администрации с работниками уссурийского подразделения осуществляется через свидетеля. Уведомление от администрации, что в отношении истца начата служебная проверка не поступало. Истца ознакомили с приказом об увольнении, но она отказалась его сначала подписывать, но потом поставила на нем какую-то запись. Документа об окончании служебной проверки в отношении истца не было. Пантелеева Я.А. была уволена ДД.ММ.ГГ-ДД.ММ.ГГ. В день увольнения истца в ее смене находились работники ФИО17, ФИО15 и Афанасьева. ФИО15 сейчас не работает и с ней свидетель не общается. Афанасьева сообщила свидетелю, что свидетельствовать в суде не собирается.
Свидетель ФИО15 в судебном заседании пояснила, что ранее работала с истцом у ответчика в период с 2017 по март 2025 года. Истец была уволена от ответчика за незаконное использование бонусных балов. Увольнение истца было одним днем. Свидетель в день увольнения также присутствовала на работе. Не знает проводилась ли служебная проверка в отношении истца. У ответчика работники осуществляют периодически приобретение товаров с использованием бонусных программ. Используются ли при этом бонусные карты, оформленные на других лиц, свидетель пояснить не может.
Суд, выслушав представителей истца и ответчика, показания свидетелей ФИО14 и ФИО15, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, заслушав мнение прокурора, полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, приходит к следующему.
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором. Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен (часть 3 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации).
Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (пункт 3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 г. N 597-О-О).
В статье 56 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя (часть 1 данной нормы).
Частью 1 статьи 68 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, изданным на основании заключенного трудового договора. Содержание приказа (распоряжения) работодателя должно соответствовать условиям заключенного трудового договора.
В соответствии со 66 Трудового кодекса Российской Федерации, трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности и трудовом стаже работника.
Как установлено в судебном заседании, ответчик Коробко С. А. зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и осуществляет предпринимательскую деятельность по основному виду «Торговля розничная ювелирными изделиями в специализированных магазинах» (ОКВЭД 47.77.2).
Согласно записям трудовой книжки ТК-III XXXX на имя истца, она была трудоустроена ДД.ММ.ГГ к ответчику на должность продавца-кассира в ювелирный магазин. Указанная запись в трудовую книжку внесена на основании Приказа XXXX от ДД.ММ.ГГ.
Согласно исковому заявлению, иные документы при трудоустройстве истца к ответчику, ей выданы не были.
По запросу суда ответчиком был предоставлен трудовой договор от ДД.ММ.ГГ, согласно которому Пантелеева Я.А. была принята на работу к ИП Коробко С.А. с ДД.ММ.ГГ в магазин по XXXX в г. Уссурийске бессрочно на должность продавца-кассира. Работодателем издан приказ о приеме на работу от ДД.ММ.ГГ XXXX.
Согласно п. 2.1 Трудового договора, истцу был установлен должностной оклад 23 000,00 руб. и надбавки: 30% - районный коэффициент и 30 % - процентная надбавка за стаж работы в районах Крайнего Севера и местностях, приравненных к ним.
Также с Пантелеевой Я.А. ДД.ММ.ГГ заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности, согласно которому истец приняла на себя обязательства возмещать работодателю причиненный ущерб в полном размере, без всяких ограничений, за недостатки или порчу имущества и иных материальных ценностей, а также ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам.
Согласно справкам 2-НДФЛ Пантелеевой Я.А. за 2023 – 2024 гг., ответчик предоставлял сведения в налоговый орган как работодатель истца. Доход Пантелеевой Я.А. по месту работы до налогообложения в 2023 году составил 360 800,00 руб. (период работы с марта по декабрь), в 2024 году – 531 366,68 руб. (период работы январь – декабрь).
Согласно записи XXXX трудовой книжки ТК-III XXXX, Пантелеева Я.А. приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ была уволена по п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности.
Ответчиком представлен приказ ИП Коробко С.А. об увольнении истца, датированный ДД.ММ.ГГ, без указания номера, а также приказ XXXX от ДД.ММ.ГГ по которому истец также уволена.
При этом в своем отзыве ответчик подтверждает, что истец была уволена с работы приказом XXXX от ДД.ММ.ГГ.
Таким образом, суд приходит к выводу, что верной датой увольнения Пантелеевой Я.А. является ДД.ММ.ГГ.
Из искового заявления следует, что с приказом об увольнении истец ознакомлена не была, трудовая книжка и окончательный расчет были произведены с ней ДД.ММ.ГГ. Данные доводы стороны истца ответчиком опровергнуты в части ознакомления Пантелеевой Я.А. с копией приказа, поскольку соответствующая подпись истца содержится в нем.
В соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае совершения виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, если эти действия дают основание для утраты доверия к нему со стороны работодателя.
Согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 расторжение трудового договора с работником по пункту 7 части первой статьи 81 ТК РФ в связи с утратой доверия возможно только в отношении работников, непосредственно обслуживающих денежные или товарные ценности (прием, хранение, транспортировка, распределение и т.п.), и при условии, что ими совершены такие виновные действия, которые давали работодателю основание для утраты доверия к ним.
Из приведенных положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 следует, что дисциплинарное взыскание в виде увольнения по пункту 7 части первой статьи 81 ТК РФ может быть применено только к работникам, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, и в случае установления их вины в действиях, дающих основание для утраты доверия к ним со стороны работодателя. Такими работниками, по общему правилу, являются те, которые относятся к категории лиц, несущих полную материальную ответственность за необеспечение сохранности вверенных им денежных или товарных ценностей на основании специальных законов или особых письменных договоров. Утрата доверия со стороны работодателя к этим работникам должна основываться на объективных доказательствах вины работников в причинении материального ущерба работодателю. Если вина работника в этом не установлена, то он не может быть уволен по мотивам утраты доверия. При этом обязанность доказать наличие законного основания увольнения работника и соблюдение установленного порядка его увольнения возлагается на работодателя.
Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 19 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 09.12.2020, работник, непосредственно обслуживающий денежные или товарные ценности, не может быть уволен по пункту 7 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с утратой доверия со стороны работодателя, если работодателем не представлены доказательства, свидетельствующие о совершении работником виновных действий, дающих основание для утраты доверия к работнику и подтверждающих его причастность к образованию недостачи указанных ценностей.
Таким образом, из вышеприведенных положений трудового законодательства и их разъяснений следует, что для увольнения по работника по основанию, предусмотренному п. 7 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации, необходимо одновременное наличие следующих условий: совершение виновных действий работником и образование у работодателя материального ущерба в результате таких действий.
Из позиции стороны ответчика, изложенной в представленном суду отзыве, следует, что основанием для увольнения истца стало совершение последней дисциплинарного поступка, выразившегося в открытии бонусных карт на имя своей матери, использования их для накопления бонусов, предназначавшихся с покупок другим покупателям, а также использовании этих бонусов для приобретения в свою собственность ювелирных изделий.
Вместе с тем, по указанным основаниям не следует каким именно образом такими действиями истца был причинен материальный ущерб работодателю.
Действие бонусных программ предполагает получение скидок при приобретении у продавца товаров и услуг, то есть предусматривает заранее установленную продавцом возможность приобретение у него реализуемого товара по более низкой цене, в связи с чем, использование таких бонусов истцом, даже при подтверждении дисциплинарного проступка с её стороны, по своей природе не влечет для работодателя (продавца) материального ущерба.
Предположения ответчика о том, что в дальнейшем такие убытки могут возникнуть в случае обращения покупателей в суд, не имеют под собой материального подтверждения.
Из материалов дела следует, что истец приобретала товар у ответчика по возмездным сделкам, оплата товара (с учётом использования бонусов) произведена ею в полном объеме, что подтверждается товарными чеками. Сведений о заявленном третьими лицами ущербе и его возмещении ответчиком, суду не представлено.
Кроме того, суд учитывает, что ответчиком не представлено доказательств нарушения истцом каких-либо внутренних локальных актов, регулирующих её трудовую деятельность и с которыми она была ознакомлена. Само по себе накопление бонусов от покупок иных лиц и использование этих бонусов для приобретения в свою собственность товаров у работодателя, не свидетельствует о совершении дисциплинарного проступка работником.
Согласно статье 192 Трудового кодекса Российской Федерации, за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:
1) замечание;
2) выговор;
3) увольнение по соответствующим основаниям.
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.
Из приведенной нормы следует, что наложение дисциплинарного взыскания в виде увольнения возможно только как крайняя мера дисциплинарной ответственности и только за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей.
Вместе с тем, ответчиком не представлено доказательств того, что действия истца, послужившие основанием для его увольнения, нарушают какие-либо конкретные положения о его трудовых обязанностях и являются неисполнением либо ненадлежащим их исполнением. В отсутствие подтверждения ответчиком ознакомления истца с правилами бонусной программы, запрещающей совершение указанных выше действий, сделать вывод о виновности истца не представляется возможным.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о незаконности увольнение истца от ответчика.
Согласно части 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
В соответствии с частью 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации приказ ИП Коробко С.А. об увольнении истца с занимаемой должности по пункту 7 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации и само увольнение истца следует признать незаконными, истец подлежит восстановлению на прежней работе в должности продавца-кассира с ДД.ММ.ГГ (день, следующий за днем увольнения), а внесенная запись об увольнении аннулированию.
Согласно части 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
Как следует из пункта 62 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном статьей 139 ТК РФ.
Поскольку Кодекс (статья 139) установил единый порядок исчисления средней заработной платы для всех случаев определения ее размера, в таком же порядке следует определять средний заработок при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, вызванного задержкой выдачи уволенному работнику трудовой книжки (статья 234 ТК РФ), при вынужденном прогуле в связи с неправильной формулировкой причины увольнения (часть восьмая статьи 394 ТК РФ), при задержке исполнения решения суда о восстановлении на работе (статья 396 ТК РФ).
При этом необходимо иметь в виду, что особенности порядка исчисления средней заработной платы, установленного статьей 139 Кодекса, определяются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (часть седьмая статьи 139 ТК РФ).
При взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету. Однако при определении размера оплаты времени вынужденного прогула средний заработок, взыскиваемый в пользу работника за это время, не подлежит уменьшению на суммы заработной платы, полученной у другого работодателя, независимо от того, работал у него работник на день увольнения или нет, пособия по временной нетрудоспособности, выплаченные истцу в пределах срока оплачиваемого прогула, а также пособия по безработице, которое он получал в период вынужденного прогула, поскольку указанные выплаты действующим законодательством не отнесены к числу выплат, подлежащих зачету при определении размера оплаты времени вынужденного прогула.
Пунктом 9 Положения об особенностях порядка исчисления средней заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 24 декабря 2007 года N 922, действовавшего в период возникновения спорных отношений, предусмотрено, что при определении среднего заработка используется средний дневной заработок. Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате. Средний дневной заработок исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (часть 3 статьи 9 Положения).
Средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.
Учитывая приведенные положения нормативного правового акта, проверив уточненные расчёты среднего заработка, представленные стороной истца, суд приходит к выводу об их верности в связи с чем принимает их за основу при вынесении решения.
Данные расчёты истца стороной ответчика не опровергнуты. По определению суда ответчиком представлен расчет среднего заработка для назначения пособия по безработице, исчисленный в соответствии с Приказом Министерства труда и социальной защиты населения Российской Федерации от 13.02.2024 № 57н. Вместе с тем, данный порядок расчёта среднего заработка истца к спорным отношениям неприменим, поскольку направлен на регулирование иных отношений. Несмотря на указание в определении суда от ДД.ММ.ГГ на нормативно-правовой акт, в соответствии с котором ответчику требовалось произвести расчеты, такие расчёты суду представлены не были.
Исходя из периода, подлежащего учёту для определения среднедневного заработка (12 месяцев, из которых рабочих дней у истца 249) и общего дохода за этот период, среднедневной заработок истца составляет 2 132,31 руб.
При первоначальном рассмотрении спора, после принятия заочного решения от ДД.ММ.ГГ, ответчиком осуществлено его частичное исполнение – истцу выплачена взысканная сумма среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 129 844,96 руб., а также в трудовой книжке Пантелеевой Я.А. составлена запись о недействительности записи XXXX об увольнении в связи с совершением виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности, пункт 7 часть 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. В остальной части подтверждения исполнения решения нет.
Вместе с тем, заочное решение суда от ДД.ММ.ГГ отменено. Истец уволилась от ответчика ДД.ММ.ГГ по иному основанию – расторжение трудового договора по инициативе работника, п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.
Установление судом того факта, что в процессе рассмотрения дела до вынесения судом решения ответчик перечислил истцу требуемую им денежную сумму, а также внес сведения о недействительности записи об увольнении истца, не свидетельствует о необоснованности иска и не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований в данной части.
Данное обстоятельство может служить основанием для указания суда о том, что решение суда в этой части не подлежит исполнению, или о том, что уплаченные суммы подлежат зачету в счет исполнения решения об удовлетворении иска.
Вопрос о зачете выплаченных ответчиком денежных средств может быть разрешен в исполнительном производстве.
Указанные выводы согласуются с позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 13 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 27.12.2017.
Таким образом, исполнение ответчиком заочного решения суда от ДД.ММ.ГГ в период до его отмены и вынесения настоящего решения по делу не является основанием для отказа в заявленных исковых требованиях, поскольку отказ в иске может иметь место лишь в случае признания исковых требований незаконными или необоснованными.
На дату вынесения заочного решения суда и восстановления истца на работе, за период с ДД.ММ.ГГ подлежат оплате исходя из среднего заработка истца 56 рабочих дня.
Таким образом, заработок Пантелеевой Я.А. за время вынужденного прогула с ДД.ММ.ГГ (следующий день после увольнения) по ДД.ММ.ГГ (дата принятия заочного решения суда и восстановления истца на работе) составляет 119 409,36? руб. (2 132,31 руб. * 56 дн.) и взыскивается с ответчика.
Принимая решение по заявленным истцом требованиям, суд не вправе в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ определять размер заработной платы, подлежащей взысканию с работодателя - налогового агента, - с учетом удержания НДФЛ и перечислять эту сумму налога в бюджетную систему Российской Федерации, поскольку ответчик является налоговым агентом в силу ст. 24 Налогового кодекса Российской Федерации, соответственно, обязан исполнять предписания п. 4 ст. 226 НК РФ, то есть обязанность по начислению и удержанию подоходного налога возложена на налогового агента, которым суд не является.
Вопрос об исчислении налога на доходы физических лиц подлежит разрешению в ходе исполнения решения, подоходный налог подлежит учету и отчислению в доход государства при исполнении решения суда.
Ответчик, осуществляя выплаты истцу, обязан произвести отчисления в фонд пенсионного, социального и обязательного медицинского страхования из начисленной и выплаченной истцу заработной платы.
Следуя разъяснениям, содержащимся в п. 13 Обзора по отдельным вопросам судебной практики, связанным с добровольным страхованием имущества граждан, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ ДД.ММ.ГГ, решение суда в части взысканной суммы среднего заработка за время вынужденного прогула не подлежит исполнению, как и в части восстановления Пантелеевой Я.А. на работе с ДД.ММ.ГГ, поскольку такие действия ответчиком на момент вынесения настоящего решения уже фактически совершены.
В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Согласно п. 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (при задержке выплаты заработной платы).
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
С учётом установленных обстоятельств нарушения прав истца, степени его нравственных страданий, в том числе характера спора, длительности нарушения прав истца, степени вины работодателя, справедливый размер компенсации морального вреда, по мнению суда составит 20 000 руб.
В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 7 582,00 руб.
Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования Пантелеевой Я. А. (паспорт XXXX, выдан ДД.ММ.ГГ) к индивидуальному предпринимателю Коробко С. А. (ИНН XXXX) о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании компенсации за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда – удовлетворить.
Признать незаконными приказ индивидуального предпринимателя Коробко С. А. XXXX от ДД.ММ.ГГ и увольнение Пантелеевой Я. А. по п. 1 ч. 1 ст. 81 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение виновных действий работником, непосредственно обслуживающим денежные или товарные ценности.
Восстановить Пантелееву Я. А. на работе у индивидуального предпринимателя Коробко С. А. в должности продавца-кассира с ДД.ММ.ГГ.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Коробко С. А. в пользу Пантелеевой Я. А. средний заработок за время вынужденного прогула в размере 119 409,36 руб., компенсацию морального вреда – 20 000,00 руб.
Решение суда в части восстановления на работе и взыскания среднего заработока за время вынужденного прогула исполнению не подлежит в связи с фактическим исполнением в данной части.
Взыскать с индивидуального предпринимателя Коробко С. А. государственную пошлину в доход бюджета в размере 7 582,00 руб.
Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Приморский краевой суд с подачей апелляционной жалобы через Уссурийский районный суд Приморского края.
Председательствующий Д.И. Корсаков
Мотивированное решение составлено 15 декабря 2025 года.