АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Гор. Улан-Удэ 25 марта 2026 года
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Бурятия в составе председательствующего судьи Васильевой С.Д., судей коллегии Ивановой В.А. и Богомазовой Е.А., с участием прокурора Денисовой Н.В., при секретаре Буяхаеве В.О., рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе истца Скачковой П.М. на решение Тункинского районного суда Республики Бурятия от 20 ноября 2025 г., которым Скачковой Полине Михайловне в удовлетворении исковых требований отказано.
Заслушав доклад судьи Васильевой С.Д., судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
Обращаясь в суд с иском к ответчику Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Иркутский национальный исследовательский технический университет» (далее по тексту Университет), истец Скачкова П.М. с учетом уточнений (л.д. 66) просила:
признать приказ от 11.07.2025 г. об увольнении по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ незаконным;
восставить ее на работе в прежней должности;
взыскать среднемесячный доход за период вынужденного прогула в размере 458 582,94 руб., включая заработок за время вынужденного прогула, доплат за совмещение должностей архивариуса и сотрудника отдела, находящегося в июне 2025 г. в очередном отпуске; доплату за выполнение обязанностей работника расчетного отдела по оформлению в 1С программе (доплаты, плановые начисления, материальная помощь, компенсация оплаты медицинского осмотра и т.д.), не входящих в ее должностные обязанности; доплату за оформление наградных документов, доплату за работу в выходной день – 28 июня 2025 г.;
взыскать проценты по статье 236 Трудового кодекса РФ ко всем положенным начислениям;
взыскать компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб.;
взыскать почтовые расходы в размере 104 руб.;
обязать ответчика завести дубликат вкладыша в трудовую книжку с внесением исправленных записей без записи о незаконном увольнении, обязать направить исправленные сведения в орган пенсионного и социального страхования, обязать восстановить и предоставить доступ к онлайн-обучению на платформе «Актион», обязать не лишать истца годовой премии в соответствие с трудовым договором № 345 от 16.09.2024 г.
Требования мотивированы тем, что 16.09.2024 г. истец принята на работу в Университет на должность <...>. Приказом № ... от 02.07.2025 г. Скачкова П.М. уволена с 11.07.2025 г. по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, с чем она не согласна, так как заявление об увольнении по собственному желанию она написала вынужденно в связи с созданием работодателем невыносимых условий труда, высокой загруженностью, множеством поручений со стороны руководства, возложении на нее обязанностей архивного делопроизводителя без доплаты, что свидетельствует о дискриминации. Так, истцу в отличие от другого сотрудника, трудоустроенного с ней в один день, не была установлена доплата, несмотря на одинаковый функционал и идентичную должностную инструкцию; в марте, июне 2025 г. она выполняла дополнительную работу по оформлению наградных документов сотрудников в честь юбилея Университета, однако всем специалистам, кроме истца была установлена доплата за подготовку наградных документов; в период с 02.06.2025 г. по 11.06.2025 г. истец временно исполняла обязанности отсутствующего сотрудника, однако заявление на доплату начальник Управления по работе с персоналом не подписала. Доплата за совмещение должностей архивариуса и сотрудника отдела, находящегося в июне 2025 г. очередном отпуске в нарушение ст. 151 ТК РФ не произведена. 28.06.2025 г. истец, находясь на рабочем месте была вынужденно написать заявление об увольнении по собственному желанию, с 30.06.2025 г. по 04.07.2025 г. и с 07.07.2025 г. по 11.07.2025 г. находилась в отпуске. Считает, что работодатель, получив от нее заявление об увольнении по собственному желанию, должен был письменно разъяснить, что она имеет право в течение двух недель отозвать свое заявление. По причине болезни истец пропустила месячный срок для подачи иска в суд.
Истец Скачкова П.М. в судебном заседании исковые требования поддержала, полагала, что имеются уважительные причины для восстановления срока для подачи иска в суд: работодатель не разъяснил ей право на отзыв заявления об увольнении по собственному желанию, имеет несовершеннолетнего ребенка и болела.
Представитель ответчика по доверенности Калинина А.К. в суд не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, просила отказать в удовлетворении иска, в том числе по мотиву пропуска срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Прокурор Цыбенова С.Б. дала заключение об отсутствии оснований для удовлетворения требований Скачковой П.М.
Суд постановил вышеуказанное решение, с которым не согласилась истец Скачкова П.М., подала апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить, принять новое решение об удовлетворении иска, указывая на то, что истец не знала о своем праве отозвать свое заявление об увольнении; копии сертификатов об обучении истца по повышению квалификации, предоставленные ответчиком, не имеют отношения к предмету спора; обучение на курсах проф.переподготовки в количестве 260 часов не свидетельствует, что она освоила программу высшего юридического образования, тем более, что на курсах проф.переподготовки она не изучала трудовое право. Не согласна с выводами суда, что она пропустила срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, так как она не знала о своем праве отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию, и кроме того у истца имелись уважительные причины для восстановления такого срока, так как после незаконного увольнения у нее ухудшилось состояние здоровья, находилась на больничном и у нее на иждивении имеется несовершеннолетний ребенок. Считает, что она должна была быть уволена 14 июля 2025 г., однако приказ об увольнении был издан 02 июля 2025 г. В период с 02 по 11 июня 2025 г. она выполняла обязанности сотрудника ФИО26, находившейся в отпуске, однако доплату работодатель ей не произвел. Суд не истребовал график отпусков за 2025 г. и табели учета рабочего времени, должностную инструкцию, трудовой договор, расчетные ведомости специалиста по управлению персоналом 2 категории. Истец обращает внимание суда апелляционной инстанции на то, что ФИО27, занимавшая такую же должность как у истца, дополнительную работу по оформлению наградных документов по поводу юбилея Университета в феврале, марте, мае, июне 2025 г. не производила, обязанности архивного делопроизводителя (архивариуса), в отличие от истца, не выполняла, но получала заработную плату больше, чем истец. Эти обстоятельства свидетельствуют о дискриминационном отношении руководства к истцу, что и подтолкнуло ее к увольнению. Считает, что ООО «Белый тигр» (бывший ее работодатель) не имело право предоставлять суду определение Свердловского районного суда г. Иркутска. По ее мнению ответчик и ООО «Белый тигр» без ее согласия вступили в сговор с целью обвинить ее в злоупотреблении правом, тем самым избежать ответственности за нарушение трудового законодательства. Подтверждением тому является то, что ответчик предоставил по запросу ООО «Белый тигр» «отрицательную» характеристику на Скачкову П.М. уже после незаконного увольнения истца из ООО «Белый тигр» для приобщения к гражданскому делу в Свердловском районном суде г. Иркутска, хотя ответчик не имел право передавать конфиденциальные данные на истца в ООО «Белый тигр».
В заседание судебной коллегии стороны не явились, о месте и времени слушания дела были извещены.
Судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие сторон, поскольку до начала судебного заседания не поступило какого-либо ходатайства об отложении рассмотрения дела с указанием причин.
Выслушав заключение прокурора Денисовой Н.В., полагавшей решение суда оставить без изменения, проверив материалы дела, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.
Судом установлено и из материалов дела следует, что 16 сентября 2024 г. между Университетом и Скачковой П.М. был заключен трудовой договор № ..., в соответствии с условиями которого, последняя принята на работу в должности <...> на период отсутствия основного работника ФИО28
Приказом № ... от 17.01.2025 г. Скачкова П.М. переведена на постоянное место работы на должность <...>, о чем между сторонами 17 января 2024 г. составлено дополнительное соглашение.
16 января 2025 г. Скачкова П.М. аттестована на должность <...> 2 категории.
Согласно аттестационному листу, Скачкова П.М. имеет высшее образование, окончила Иркутский госуниверситет по специальности «<...>», прошла повышение квалификации «<...>», соответствует профессиональному стандарту.
28 июня 2025 г. на имя ректора Университета Скачковой П.М. подано заявление об увольнении по собственному желанию с 11 июля 2025 г.
Приказом № ... от 02.07.2025 г. Скачкова П.М. уволена 11.07.2025 г. по п. 3 ч. 1 ст.77 ТК РФ (по инициативе работника), с приказом об увольнении Скачкова П.М. ознакомлена 11.07.2025 г.
11 июля 2025 г. Скачкова П.М. подписала обходной лист и получила трудовую книжку (л.д. 58, 59).
14 июля 2025 г. Скачкова П.М. принята на федеральную государственную гражданскую службу на должность <...> Межрегионального управления Росприроднадзора по Иркутской области и Байкальской природной территории.
08 августа 2025 г. служебный контракт расторгнут по инициативе гражданского служащего по п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27.07.2001 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ».
19 августа 2025 г. Скачкова П.М. принята на должность <...> в ООО «Белый Тигр».
11 сентября 2025 г. Скачкова П.М. уволена с данной должности по п/п. «в» ч. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ.
Обращаясь в суд с вышеуказанным иском к ответчику – Университету, истец Скачкова П.М. полагала, что при увольнении нарушены ее права, так как работодатель не разъяснил ей право отозвать заявление об увольнении, кроме того полагала, что работодатель за совмещение должностей архивариуса и сотрудника отдела, находящегося в июне 2025 г. очередном отпуске, за выполнение обязанностей работника расчетного отдела по оформлению в 1С программе, за оформление наградных документов, за работу в выходной день – 28 июня 2025 г., не произвел соответствующие доплаты.
Разрешая спор и отказывая истцу в удовлетворении исковых требований, суд первой инстанции пришел к выводу, что истцом без уважительных причин пропущен срок для предъявления требований о признании приказа об увольнении незаконным и восстановления ее на работе в прежней должности, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в связи с увольнением. Кроме того, суд первой инстанции сделал вывод, что трудовой договор расторгнут вследствие добровольного волеизъявления Скачковой П.М., каких-либо доказательств, свидетельствующих о том, что Скачкова П.М. подвергалась дискриминации в сфере труда, истцом не предоставлены. Доводы Скачковой М.П. о высокой нагрузке, о выполнении работы, не предусмотренной должностной инструкцией, о дополнительной нагрузке в связи с юбилейной датой Университета, суд первой инстанции отклонил ввиду их несостоятельности, придя к выводу, что участие в работе комиссии по уничтожению документов в связи с истечение срока хранения, о подготовке сотрудникам справок о трудовой деятельности, архивирование личных дел сотрудников для передачи в архив университета, предусмотрены должностной инструкцией <...> 2 категории в отделе кадров, работа по совместительству в апреле, мае и июне 2025 г. была оплачена, за дополнительную нагрузку истцу были назначены стимулирующие надбавки за высокую интенсивность труда.
Судебная коллегия по существу соглашается с такими выводами районного суда по следующим основаниям.
В ходе рассмотрения дела представителем ответчика по доверенности Пенизовой О.Л. подано письменное возражение (л.д. 14-19), в котором просила отказать истцу Скачковой П.М. в удовлетворении иска, в том числе по мотиву пропуска истцом срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Сроки обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены статьей 392 Трудового кодекса РФ.
Частью первой статьи 392 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы.
При пропуске по уважительным причинам названных сроков они могут быть восстановлены судом (часть четвертая статьи 392 ТК РФ).
В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 разъяснено, что в качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость осуществления ухода за тяжелобольными членами семьи).
Таким образом, перечень уважительных причин, при наличии которых пропущенный срок для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора может быть восстановлен судом, законом не установлен. Указанный же в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 перечень уважительных причин пропуска срока обращения в суд исчерпывающим не является.
С учетом положений статьи 392 ТК РФ суд, оценивая, является ли то или иное обстоятельство достаточным для принятия решения о восстановлении пропущенного срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, не должен действовать произвольно, а обязан проверять и учитывать всю совокупность обстоятельств конкретного дела, не позволивших лицу своевременно обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Таким образом, по спорам об увольнении работник вправе обратиться в суд в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности у работодателя по последнему месту работы.
По настоящему делу Скачкова П.М. с приказом об увольнении от 02.07.2025 г. ознакомлена 11 июля 2025 г. и в день ознакомления с приказом об увольнении получила трудовую книжку.
Следовательно, срок для обращения в суд об оспаривании увольнения, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в связи с увольнением начал течь с 11 июля 2025 г. и истек в 24 часа 11 августа 2025 г.
Между тем, исковое заявление, в том числе об оспаривании увольнения, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда в связи с увольнением, направлено истцом в Тункинский районный суд РБ по почтовой связи 25 ноября 2025 г., то есть по истечении более трех месяцев (25.11.2025 г. - 13.08.2025 г.).
Доводы истца Скачковой о наличии уважительных причин для восстановления процессуального срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора (не знала о своем праве отозвать свое заявление об увольнении до 14 июля 2025 г., после увольнения находилась на листке нетрудоспособности, имеет на иждивении дочь) судом первой инстанции проверены.
В этой части районным судом установлено, что Скачкова П.М. 14 июля 2025 г. (через три дня после расторжения трудового договора с Университетом) заключила служебный контракт с Межрегиональным управлением Росприроднадзора по Иркутской области и Байкальской природной территории на федеральную государственную гражданскую службу в должности <...>, 08 августа 2025 г. служебный контракт расторгнут по инициативе гражданского служащего по п. 3 ч. 1 ст. 33 Федерального закона от 27.07.2001 № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе РФ». 19 августа 2025 г. Скачкова П.М. была принята на должность <...> в ООО «Белый Тигр», откуда была уволена по инициативе работодателя.
Кроме того, суд первой инстанции установил, что на листке трудоспособности Скачкова находилась с 28 июля по 05 августа 2025 г. в количестве 9 дней, и 05 сентября по 10 сентября 2025 г. в количестве 6 дней.
В названной части суд первой инстанции пришел к выводу, что Скачкова П.М. в силу своих должностных обязанностей, должна была знать о праве работника отозвать заявление об увольнении: заключив 14.07.2025 г. служебный контракт с Росприроднадзором по Иркутской области и Байкальской природной территории, не имела намерений отозвать заявление об увольнении по собственному желанию; нахождение на листке нетрудоспособности с 28.07.2025 г. по 05.08.2025 г. и с 05.09.2025 г. по 10.09.2025 г. охватывает незначительный период, и то обстоятельство не препятствовала истцу обратиться в предусмотренный срок с иском в суд.
Эти выводы районного суда являются правильными.
Если даже исходить, что в период течения срока обращения в суд (с 11.07.2025 г. до 24 час. 11.08.2025 г.) истец находилась на больничном с 28 июля по 05 августа 2025 г., то истец имела возможность подать исковое заявление об оспаривании увольнения после 05 августа 2025 г., поскольку до дня истечения срока для обращения в суд оставалось 7 календарных дней. Нахождение на больничном в сентябре 2025 г. имело место после истечения срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора. Если даже исходить, что 10 сентября 2025 г. был закрыт листок временной нетрудоспособности, то истец имела право подать исковое заявление после 10 сентября 2025 г. до 10 октября 2025 г. Однако истец обратилась с иском 25.11.2025 г., то есть с пропуском срока для подачи иска в суд.
Как справедливо отметил суд первой инстанции, нахождение истца на больничном в течение незначительного периода, с учетом того, что истец после увольнения 11.07.2025 г. до момента подачи иска в суд была дважды трудоустроена к другим работодателям, не является уважительной причиной для восстановления срока.
Суду апелляционной инстанции истец не предоставила доказательств о наличии иных уважительных причин для восстановления процессуального срока для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора.
Доводы истца о том, что она пропустила срок для подачи иска в суд в связи с незнанием трудового законодательства, не состоятельны. С учетом занимаемой должности истцом у ответчика - <...> 2 категории Отдела кадров, и обязанности знать трудовое законодательство, о чем прямо предусмотрено п. 1.5 должностной инструкции (л.д. 27), указанная причина не является уважительной для восстановления срока, предусмотренного ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ.
Наличие на иждивении несовершеннолетнего ребенка при том, что истец 14.07.2025 г. заключила служебный контракт с Росприроднадзором по Иркутской области и Байкальской природной территории, также не относится к уважительной причине для восстановления срока для обращения в суд.
А значит, Скачкова П.М. пропустила месячный срок, предусмотренный ч. 1 ст. 392 Трудового кодекса РФ без уважительной причины, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении иска по требованиям о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении истца на работе в прежней должности и взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением.
Кроме того, суд разрешил спор по требованиям истца о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении истца на работе в прежней должности и взыскании компенсации морального вреда в связи с незаконным увольнением и по существу.
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В подпункте "а" пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает, в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).
Как следует из материалов дела, Скачкова П.М., находясь на рабочем месте в отсутствие других сотрудников отдела, а также представителей работодателя, в выходной день в субботу – 28 июня 2025 г. составила заявление, в котором просила уволить ее по собственному желанию с 11 июля 2025 г., что свидетельствует о наличии у истца добровольного волеизъявления на прекращение трудовых отношений с ответчиком.
Каких-либо доказательств того, что истец написала вынужденно заявление об увольнении под психологическим давлением работодателя, что работодатель создал невыносимые условия труда, загружал ее работой и поручал задания, которые не предусмотрены должностными обязанностями, истцом не предоставлены.
Суд первой инстанции также правильно разрешил спор по требованиям истца о взыскании денежных сумм с ответчика.
Так, пунктами 2.18, 2.19 и 2.20 должностной инструкции <...> 2 категории Отдела кадров предусмотрена обязанность работника принимать участие в работе комиссии по уничтожению документов в связи с истечением срока хранения; готовить справки о трудовой деятельности сотрудников, дела которых находится в архиве; производить архивирование личных дел сотрудников для передачи в архив.
А значит, работа в архиве, с архивными документами и их передача в архив, на которую ссылается Скачкова как на работу, подлежащей оплате, входила в ее должностные обязанности.
О том, какие обязанности возложены на <...> 2 категории в отделе кадров, Скачкова П.М. знала, так как с должностными обязанностями она была ознакомлена 16 января 2025 г. (л.д. 34).
По запросу суда апелляционной инстанции ответчик направил документы, из которых следует, что ведущий специалист по управлению персоналом Отдела кадров ФИО29 с 09 января 2025 г. по день увольнения истца находилась на листке нетрудоспособности.
Согласно штатного расписания Университета в Отделе кадров предусмотрен штат в количестве 9 единиц, из них 2 единицы – ведущих специалистов по управлению персоналом с тарифной ставкой 35 100 руб., 7 единиц - специалистов по управлению персоналом 2 категории с тарифной ставкой 31 590 руб., кроме того в Отделе кадров (УРПиО) предусмотрена 1 единица начальника Отдела и 1 единица заместителя начальника отдела, всего 11 единиц.
Согласно служебной записки начальника УРПиО от 20.01.2025 г. в январе 2025 г. обязанности отсутствующего работника ФИО30 исполняли специалист по управлению персоналом 2 категории ФИО31 и менеджер по персоналу 1 категории ФИО32
Приказом № ... от 30.01.2025 г. ФИО33 и ФИО34 выплачена единовременная стимулирующая надбавка по 17 550 руб. (35 100/2).
Согласно служебной записке начальника УРПиО от 28.02.2025 г. в феврале 2025 г. обязанности отсутствующего работника ФИО35 исполняли специалист по управлению персоналом 2 категории ФИО36 и менеджер по персоналу 1 категории ФИО37
Приказом № ... от 28.02.2025 г. ФИО38 и ФИО39 выплачена единовременная стимулирующая надбавка по 17 550 руб. (35 100/2).
Согласно служебной записки начальника УРПиО в марте 2025 г. обязанности отсутствующего работника ФИО40 исполняли специалист по управлению персоналом 2 категории ФИО41 и менеджер по персоналу 1 категории ФИО42
Приказом № ... от 31.03.2025 г. ФИО43 и ФИО44 выплачена единовременная стимулирующая надбавка по 17 550 руб. (35 100/2).
Согласно служебной записки начальника УРПиО в апреле 2025 г. обязанности отсутствующего работника ФИО45 исполняли специалисты по управлению персоналом 2 категории ФИО46 и Скачкова П.М., специалист по управлению персоналом 1 категории ФИО47, зам.начальника УРПиО ФИО48 и менеджер по персоналу 1 категории ФИО49
Приказом № ... от 22.04.2025 г. ФИО50, Скачковой П.М., ФИО51, ФИО52 и ФИО53 выплачена единовременная стимулирующая надбавка по 7 020 руб. (35 100/5).
Единовременная стимулирующая надбавка по 7 020 руб. выплачена ФИО54., Скачковой П.М., ФИО55, ФИО56 и ФИО57 за исполнение обязанностей отсутствующего работника ФИО58 и в мае 2025 г. (приказ № ... от 28.05.2025 г.).
Согласно служебной записке начальника УРПиО в июне 2025 г. обязанности отсутствующего работника ФИО59 исполняли специалисты по управлению персоналом 2 категории ФИО60 и Скачкова П.М., специалист по управлению персоналом 1 категории ФИО61, зам.начальника УРПиО ФИО62 и менеджер по персоналу 1 категории ФИО63
Приказом № ... от 24.06.2025 г. ФИО64 выплачена единовременная стимулирующая надбавка в размере 4 064 руб., Скачковой П.М. – 9 976 руб., ФИО65 – 4064 руб., ФИО66 – 7 020 руб., ФИО67 – 9 976 руб., что в сумме составляет размер тарифной ставки ведущего специалиста по управлению персоналом 35 100 руб. (4 064 + 9 976 +4 064 + 7 020 + 9 976).
Согласно расчетных листков Скачковой П.М. единовременные стимулирующие надбавки за выполнение работы отсутствующего работника ФИО68 начислены: в апреле 2025 г. в размере 7 020 руб., в мае 2025 г. - 7 020 руб., в июне 2025 г. – 9976 руб.
Каких-либо доказательств, что Скачкова П.М. в марте 2025 г. выполняла обязанности отсутствующего работника ФИО69 истцом суду не предоставлены
А значит доводы истца о том, что он не получала доплату за выполнение объема работы отсутствующего работника в связи с нахождением ФИО70 на больничном, опровергаются материалами дела.
Также истцом не предоставлены доказательства, что в июне 2025 г. выполняла обязанности находившейся в отпуске специалиста по управлению персоналом 1 категории ФИО71
То обстоятельство, что ФИО72 в июне 2025 г. находилась в отпуске, не дает оснований полагать, что Скачкова П.М., при том, что в отделе кадров оставались работать 10 человек, выполняла весь объем работы специалиста по управлению персоналом 1 категории ФИО73 и не дает оснований для начисления доплаты к заработной плате за работника, находящегося в отпуске.
А значит оснований для взыскания денежных средств с ответчика в пользу истца в связи с тем, что сотрудник отдела кадров ФИО74 находилась в июне 2025 г. в отпуске, у районного суда не имелись.
Из материалов дела следует, что с января по август 2025 г. работниками отдела кадров к юбилейной дате Университета в ноябре 2025 г. подготовлено 717 наград сотрудникам Университета.
В этой части представителем ответчика дано пояснение, что из 717 наградных дел, Скачкова П.М. подготовила 5 наградных дел, которые были оформлены ею неправильно, что пришлось другому сотруднику отдела кадров переделывать всю работу Скачковой П.М.
Всем работникам отдела кадров, включая начальника ФИО75 и ее заместителя ФИО76 (всего 11 чел.) за подготовку 717 наград в сентябре 2025 г. произведены соответствующие доплаты.
Каких-либо доказательств того, что Скачкова П.М. к юбилею Университета оформляла наряду со всеми работниками отдела кадров наградные дела в количестве 717 дел, истцом не предоставлены и не доказаны.
При таких обстоятельствах, оснований для взыскания в пользу истца денежных сумм за подготовку наградных дел у суда первой инстанции не имелось.
Не имелось также оснований для взыскания с ответчика в пользу истца денежных сумм за работу в 1С программе за то, что в данной программе производила доплату, плановые начисления, материальную помощь, компенсации оплаты медицинского осмотра и т.д.).
Так, пунктом 10 должностной иснтрукции специалиста по управлению персоналом 2 категории Отдела кадров предусмотрено, что Скачкова П.М. ведет график отпусков сотрудников в бумажном и электронном вариантах, вносит соответствующие изменения по отпускам, разносит график отпусков в программу 1-С. Кроме того, должна знать порядок расчета стажа, компенсаций, оформления пенсий работникам (п. 1.5 должностной инструкции).
Каких-либо доказательств, что Скачкова П.М. в программе 1-С производила доплаты, плановые начисления, материальную помощь, компенсацию оплаты медицинского осмотра и т.д.), то есть фактически выполняла обязанности бухгалтера Университета, суду не предоставила.
Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали основания для удовлетворения иска и в этой части.
Действительно, из материалов дела следует, что истец в выходной день 28 июня 2025 г. выходила на работу.
В соответствии со ст. 153 Трудового кодекса РФ работа в выходной или нерабочий праздничный день оплачивается не менее чем в двойном размере, в том числе работникам, получающим оклад (должностной оклад), - в размере не менее одинарной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.
Конкретные размеры оплаты за работу в выходной или нерабочий праздничный день могут устанавливаться коллективным договором, локальным нормативным актом, принимаемым с учетом мнения представительного органа работников, трудовым договором (часть 2 ст. 153 ТК РФ).
Из отзыва представителя ответчика следует, что работодатель 25.06.2025 г. (последний день перед отпуском Скачковой П.М.) отпустил истца с работы на полдня, так как Скачкова П.М. пообещала доделать свои дела в выходной день - в субботу 28.06.2025 г.
Истец Скачкова П.М. письменно пояснила, что 25 июня 2025 г. она ушла с работы в 12 часов (л.д. 102 обр. сторона).
Как следует из расчетного листка Скачкова П.М. в июне 2025 г. отработала полных 16 дней, за отработанные дни ей начислена заработная плата в полном объеме.
Материалы дела также не содержат сведений, что в отношении Скачковой П.М. был издан приказ о привлечении ее к работе в выходной день в связи с загруженностью.
Из указанного следует, что Скачкова П.М. находилась на работе в выходной день и выполняла объем той работы, который она должна была сделать в рабочий день – 25 июня 2025 г., следовательно, полагать, что Скачкова П.М. по инициативе работодателя была привлечена к работе в выходной день, не имеется.
Доводы истца Скачковой П.М. о том, что она подверглась со стороны работодателя дискриминации, проверены судом апелляционной инстанции.
В обоснование данных доводов Скачкова П.М. ссылается на то, что ей работодатель создал невыносимые условия труда, загружал работой, давал множество поручений, возложила на ее обязанности архивного делопроизводителя без доплаты, установил заработную плату ниже, чем у других работников.
Действительно ст. 3 Трудового кодекса РФ установлен запрет дискриминации в сфере труда.
Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (часть 1 статьи 3 Трудового кодекса РФ).
Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (часть 2 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).
Не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены названным Кодексом или в случаях и в порядке, которые им предусмотрены, в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан Российской Федерации и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства (часть 3 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).
Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда (часть 4 статьи 3 Трудового кодекса РФ).
Нормам статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондируют требования статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющие гарантии при заключении трудового договора и устанавливающие запрет на какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ, не связанных с деловыми качествами работника.
Между тем приведенные доводы, тем более в отсутствие подтверждающих доказательств, не относится к дискриминации, как об этом указывает истец Скачкова П.М.
Работодателем установлен график отпусков на 2025 г., в соответствии с которым Скачковой П.М. должен был быть предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск с 03.03.2025 г. в количестве 16 дней, с 23.06.2025 г. в количестве 8 дней, с 17.11.2025 г. в количестве 12 дней.
По заявлениям Скачковой П.М. работодателем предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск:
24 января 2025 г. в количестве 1 дня, с 03 по 04 февраля 2025 г. в количестве 2 дней, с 03 по 07 марта 2025 г. в количестве 5 календарных дней, с 10 марта по 11 марта 2025 г. в количестве 2 календарных дней, с 05 по 07 мая 2025 г. в количестве 3 календарных дней, с 30 июня 2025 г. по 04 июля 2025 г. в количестве 5 календарных дней, с 07 по 11 июля в количестве 5 календарных дней.
Указанное свидетельствует, что работодатель предоставлял Скачковой П.М. дни ежегодного основного оплачиваемого отпуска по желанию работника.
По заявлению Скачковой П.М. работодатель оказал материальную помощь в размере 3 000 руб. в декабре 2024 г., в размере 3 000 руб. в июле 2025 г.
Более того, несмотря на то, что Скачкова П.М. изначально 16 сентября 2024 г. была принята на работу в должности <...> на период отсутствия основного работника ФИО77, 17 января 2025 г., то есть по истечении трех месяцев с момента трудоустройства истца на временную работу, работодатель, исходя из деловых качеств работника, счел возможным перевести Скачкову П.М. на постоянное место работы, что в совокупности с обстоятельствами, указанными выше, свидетельствует о доброжелательном отношении работодателя к истцу и исключает проявление какой-либо дискриминации к истцу, равно как и злоупотребление правом со стороны работодателя.
Доводы жалобы, касающиеся действий ООО «Белый тигр» по предоставлению определения Свердловского районного суда г. Иркутска, действий ответчика по предоставлению отрицательной характеристики, о сговоре должностных лиц ответчика и ООО «Белый тигр» не являлись предметом спора, в связи с чем у суда апелляционной инстанции отсутствует право давать правовую оценку данным доводам.
Иные доводы при установленных выше обстоятельствах, не имеют правового значения.
А значит оснований для отмены судебного решения, вынесенного по существу правильно, у коллегии не имеется.
Руководствуясь статьями 328 и 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Тункинского районного суда Республики Бурятия от 20 ноября 2025 г. оставить без изменения, доводы апелляционной жалобы – без удовлетворения.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в г.Кемерово, в течение трех месяцев со дня изготовления апелляционного определения путем подачи кассационной жалобы через суд, рассмотревший дело в качестве суда первой инстанции.
Председательствующий С.Д.Васильева
Судьи В.А. Иванова
Е.А. Богомазова
Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 08 апреля 2026г.