РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
16 апреля 2026 года г. Иркутск
Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Груздевой М.А., с участием истцов: прокурора ФИО13, ФИО8 Л.Н., представителей: ФИО14, ФИО6 и ФИО16, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1494/2026 по исковому заявлению Прокурора Ленинского района г. Иркутска в интересах несовершеннолетней ФИО2, ФИО7 к несовершеннолетним ФИО3 и ФИО4 в лице законного представителя ФИО6 о признании права пользования жилым помещением, возложении обязанности перераспределить размеры долей на жилое помещение,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Ленинского района г. Иркутска обратился в суд с иском в защиту жилищных прав ФИО22. и несовершеннолетней ФИО2, ссылаясь на то, что матери названных лиц – ФИО5 8 мая 2014 года был выдан государственный сертификат на материнский (семейный) капитал. За счет средств материнского (семейного) капитала в размере 408 000 руб. ФИО5 приобрела жилое помещение, расположенное по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9. В связи с направлением средств материнского (семейного) капитала ФИО5 2 октября 2017 года приняла нотариальное обязательство оформить приобретенное жилое помещение в общую собственность свою, супруга и детей с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев после снятия обременения. Обязательство исполнено не было, 21 декабря 2017 года ФИО5 по договору дарения безвозмездно передала указанное жилое помещение в общую долевую собственность несовершеннолетних ФИО3 и ФИО24., не выделив при этом долей своим детям – ФИО23. и ФИО2 1 июня 2021 года ФИО5 умерла.
С учетом уточнения предмета исковых требований, прокурор Ленинского района г. Иркутска просил признать за ФИО25. и несовершеннолетней ФИО2 право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9, возложить на законного представителя несовершеннолетних ФИО3 и ФИО9 А.М. – ФИО6 обязанность перераспределить размеры долей в праве собственности на указанное жилое помещение, выделив ФИО26. и несовершеннолетней ФИО2 по 1/3 доли каждой, оставшуюся 1/3 доли распределить по соглашению.
Заочным решением Ленинского районного суда г. Иркутска от 30 августа 2023 года исковые требования прокурора Ленинского района г. Иркутска (в первоначальной редакции) были удовлетворены.
Определением Ленинского районного суда г. Иркутска от 24 февраля 2026 года указанное заочное решение по заявлению стороны ответчика отменено, производство по делу возобновлено.
В судебном заседании прокурор ФИО13 уточненные исковые требования поддержала, просила удовлетворить по основаниям, изложенным в исковом заявлении.
Истец ФИО27 и ее представитель ФИО14 иск прокурора поддержали в полном объеме, просили удовлетворить.
Несовершеннолетняя ФИО2 в лице законного представителя ФИО15, о времени и месте рассмотрения дела судом извещались, участия в судебном заседании не принимали, о причинах неявки суд не уведомили. В соответствии с ч. 3, 4 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в их отсутствие.
Законный представитель несовершеннолетних ответчиков ФИО3 и ФИО28., а также представитель ФИО19 – ФИО6 в судебном заседании пояснила, что совершение ФИО5 сделки дарения было взаимосвязано со сделкой купли-продажи от 8 сентября 2017 года, по которой ФИО19, действуя в том числе как законный представитель несовершеннолетних ФИО3 и ФИО29., продала семье Дергачёвых жилой дом и земельный участок по адресу: <адрес>, приобретенные ранее с использованием средств материнского (семейного) капитала ФИО19, При совершении обеих сделок были нарушены жилищные права несовершеннолетних с обеих сторон. При этом согласилась с тем, что права ФИО30. и несовершеннолетней ФИО2 на долю в спорном жилом помещении также были нарушены, и указала, что не будет препятствовать перераспределению долей. Дополнительно пояснила, что имеет намерение в самостоятельном порядке оспорить сделку купли-продажи от 8 сентября 2017 года как нарушающую интересы опекаемых ею несовершеннолетних, однако на дату рассмотрения настоящего дела такая сделка не оспорена.
Представитель Межрайонного управления министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области № 1 – ФИО16 с заявленными исковыми требованиями согласилась, указав на необходимость восстановления нарушенных жилищных прав несовершеннолетних.
Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.
В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.
Материнский (семейный) капитал, согласно ч. 2 ст. 2 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей», представляет собой средства федерального бюджета, передаваемые в бюджет Пенсионного фонда Российской Федерации (в настоящее время – Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации) на реализацию дополнительных мер государственной поддержки. В силу п. 1 ч. 3 ст. 7 того же Федерального закона лица, получившие сертификат, могут направить средства материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий.
В соответствии с ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ жилое помещение, приобретенное (построенное, реконструированное) с использованием средств (части средств) материнского (семейного) капитала, оформляется в общую собственность родителей, детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению.
Согласно подп. «ж» п. 13 Правил направления средств (части средств) материнского (семейного) капитала на улучшение жилищных условий, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 12 декабря 2007 года № 862 (в редакции, действовавшей на дату совершения ФИО5 распорядительных действий), в случае направления средств материнского (семейного) капитала на погашение основного долга и уплату процентов по кредиту (займу) на приобретение жилья лицо, получившее сертификат, представляет, в частности, засвидетельствованное в установленном законодательством Российской Федерации порядке письменное обязательство лица, в чью собственность оформлено жилое помещение, оформить указанное жилое помещение в общую собственность лица, получившего сертификат, его супруга и детей (в том числе первого, второго, третьего ребенка и последующих детей) с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев после снятия обременения с жилого помещения.
Как разъяснено в пунктах 13 и 14 Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией права на материнский (семейный) капитал, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 июня 2016 года, определение долей в праве собственности на жилое помещение, приобретенное с использованием средств материнского (семейного) капитала, должно производиться исходя из равенства долей родителей и детей на средства материнского (семейного) капитала, а не на все средства, за счет которых было приобретено жилое помещение. В случае, когда жилое помещение приобретено исключительно за счет средств материнского (семейного) капитала, доли родителей и детей в праве собственности на это помещение являются равными.
На основании решения Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области ФИО5, являющейся матерью ФИО7, 29 октября 2003 года рождения, и ФИО2, 17 декабря 2013 года рождения (свидетельства о рождении – л.д. 60, 61), 8 мая 2014 года был выдан государственный сертификат на материнский (семейный) капитал серии МК-6 № на сумму 429 408,50 руб. (л.д. 21-22). Наличие у ФИО5 супруга материалами дела не подтверждается.
15 сентября 2017 года между Обществом с ограниченной ответственностью «Эксперт» (займодавец) и ФИО5 (заемщик) заключен договор целевого беспроцентного займа № МК-15/09/2017 на сумму 408 000 руб., предоставленный для приобретения в собственность ФИО5 жилого помещения, расположенного по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9 (л.д. 43-45).
Предоставление займа подтверждается справкой ПАО Сбербанк о поступлении денежных средств от ООО «Эксперт» на счет ФИО5 29 сентября 2017 года в размере 408 000 руб. (л.д. 46) и справкой ООО «Эксперт» от 2 октября 2017 года № (л.д. 47).
2 октября 2017 года ФИО5 обратилась в Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области с заявлением о распоряжении средствами (частью средств) материнского (семейного) капитала (л.д. 35–39) и в тот же день удостоверила у нотариуса Иркутского нотариального округа Иркутской области ФИО17 обязательство, согласно которому приняла на себя обязанность оформить приобретаемое жилое помещение, расположенное по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9, в общую собственность – свою, супруга и детей – с определением размера долей по соглашению в течение 6 месяцев после снятия обременения с жилого помещения (л.д. 59).
Решением Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области от 2 ноября 2017 года № заявление ФИО5 удовлетворено, 16 ноября 2017 года денежные средства в размере 408 000 руб. перечислены ООО «Эксперт» в счет погашения задолженности ФИО5 по договору целевого беспроцентного займа от 15 сентября 2017 года (л.д. 23, 33-34, 62-63).
Материалами дела достоверно установлено, что жилое помещение по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9, приобретено ФИО5, в том числе, за счет средств материнского (семейного) капитала в размере 408 000 руб.
С 20 сентября 2017 года собственником жилого помещения по указанному адресу согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости являлась ФИО5 (л.д. 52-54).
Однако 21 декабря 2017 года ФИО5 (даритель) и ФИО19, действующая в качестве законного представителя своих несовершеннолетних детей – ФИО31. и ФИО3 (одаряемые), – заключили договор дарения, по условиям которого дарителем была произведена безвозмездная передача комнат 8, 9 в <адрес> в г. Иркутске в общую долевую собственность одаряемых (л.д. 135).
Согласно сведениям, содержащимся в Едином государственном реестре недвижимости (л.д. 15, 52-54), по указанному договору дарения произведена государственная регистрация перехода права собственности, и собственниками спорного жилого помещения являются несовершеннолетние ФИО3 и ФИО32
Доли своим детям ФИО33 и ФИО2 – ФИО5 в нарушение принятого на себя нотариального обязательства от 2 октября 2017 года не выделила; 1 июня 2021 года ФИО5 умерла (запись акта о смерти № от 4 июня 2021 года).
Оценив совокупность установленных обстоятельств, суд находит следующее.
Направив средства материнского (семейного) капитала в размере 408 000 руб. на приобретение жилого помещения по адресу: г. Иркутск, <адрес>, комнаты 8, 9, ФИО5 в силу ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ была обязана оформить данное жилое помещение в общую собственность – свою и своих детей ФИО34 и ФИО2 (сведений о наличии супруга и иных детей материалы дела не содержат) – с определением размера долей по соглашению. Обязанность дополнительно подтверждена нотариальным обязательством от 2 октября 2017 года. Поскольку жилое помещение приобретено за счет средств материнского (семейного) капитала, доли всех членов семьи – получателя сертификата и ее детей – в праве общей долевой собственности на спорное жилое помещение признаются равными, и составляют по 1/3 за ФИО5, ФИО35. и ФИО2 каждой.
Обязанность оформить жилое помещение в общую долевую собственность с детьми, возникшая у ФИО5 в силу закона и нотариального обязательства, ею не исполнена. В нарушение установленного порядка ФИО5 распорядилась всем жилым помещением – включая 2/3 доли, на которые имели безусловное право ее несовершеннолетние дети ФИО36. и ФИО2, – в пользу третьих лиц (несовершеннолетних ФИО3 и ФИО37.) по договору дарения от 21 декабря 2017 года.
Обязанность, предусмотренная ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ, носит характер публично-правовой гарантии, обусловленной целевым использованием средств материнского (семейного) капитала, и не прекращается распорядительными действиями лица, получившего сертификат, совершенными в нарушение такой обязанности. Права детей, возникшие в силу прямого указания закона, подлежат судебной защите независимо от последующего отчуждения получателем сертификата имущества в пользу третьих лиц.
Оценивая надлежащий способ защиты нарушенных прав, суд исходит из следующего.
Согласно пункту 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество; в частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, такое решение является основанием для внесения записи в Единый государственный реестр недвижимости. Согласно пункту 58 того же постановления лицо, считающее себя собственником имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности.
Иск о признании права общей долевой собственности на часть жилого помещения, приобретенного за счет средств материнского (семейного) капитала, является самостоятельным вещно-правовым способом защиты, при котором вопрос о действительности промежуточных сделок отчуждения (в настоящем деле – договора дарения от 21 декабря 2017 года) не подлежит разрешению в качестве необходимого условия восстановления нарушенных прав истцов. Таким образом, права детей на обязательную долю в жилом помещении, приобретенном с использованием средств материнского (семейного) капитала, подлежат защите путем признания соответствующего права и за счет долей текущих собственников – без предварительного оспаривания сделок, совершенных с нарушением ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 256-ФЗ.
Суд связан пределами заявленных требований по предмету и основанию (ч. 3 ст. 196 ГПК РФ). Вместе с тем уточненное требование прокурора о возложении на законного представителя обязанности перераспределить размеры долей, выделив ФИО38 и ФИО2 по 1/3 доли каждой, по существу представляет собой требование о признании за ФИО39 и ФИО2 права общей долевой собственности на соответствующие доли и прекращении (уменьшении) права собственности текущих сособственников.
Согласно ч. 1 ст. 20 Федерального закона от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» недвижимое имущество, принадлежащее подопечному, не подлежит отчуждению, за исключением исчерпывающего перечня случаев (обращение взыскания; отчуждение по договору ренты или мены к выгоде подопечного; отчуждение жилого помещения при перемене места жительства подопечного; исключительные случаи, если того требуют интересы подопечного), к которым безвозмездная передача долей в пользу третьих лиц не относится. В силу ч. 1 ст. 21 того же Федерального закона опекун не вправе без предварительного разрешения органа опеки и попечительства совершать сделки по отчуждению имущества подопечного (в том числе по дарению), сделки, влекущие раздел его имущества или выдел из него долей, и любые другие сделки, влекущие за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Соответственно, исполнимая защита нарушенных прав истцов возможна путем непосредственного признания за ними права общей долевой собственности на соответствующие доли (ст. 12 ГК РФ), что по необходимому правовому следствию влечет уменьшение совокупного объема долей несовершеннолетних текущих сособственников (ст. 235 ГК РФ).
Расчет причитающихся долей производится следующим образом.
За ФИО40 и несовершеннолетней ФИО2 – по 1/3 доли за каждой.
Оставшаяся 1/3 доли (которая при надлежащем оформлении ФИО5 нотариального обязательства подлежала закреплению за самой ФИО5 и которой ФИО5 распорядилась по договору дарения от 21 декабря 2017 года в пользу несовершеннолетних ФИО3 и ФИО41) остается в общей долевой собственности ФИО3 и ФИО42.; конкретный размер принадлежащих им долей и порядок их распределения определяются по соглашению между сторонами – в лице законного представителя (опекуна) несовершеннолетних ФИО6 Такое решение сохраняет у указанных несовершеннолетних право общей долевой собственности в совокупной части 1/3 и не предрешает спора о соотношении их долей между собой.
Заявленное прокурором Ленинского района г. Иркутска требование о признании за ФИО43. и несовершеннолетней ФИО2 права пользования спорным жилым помещением также подлежит удовлетворению.
В силу ч. 2 ст. 8.1 и ст. 131 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.
Признание за ФИО44. и несовершеннолетней ФИО2 права пользования жилым помещением имеет самостоятельное правовое значение, обеспечивая защиту их жилищных прав непосредственно с момента вступления настоящего решения в законную силу – на период, предшествующий внесению соответствующих изменений в Единый государственный реестр недвижимости.
Оценивая доводы законного представителя ответчиков ФИО6 о взаимосвязи договора дарения от 21 декабря 2017 года со сделкой купли-продажи от 8 сентября 2017 года, суд учитывает, что сделка купли-продажи от 8 сентября 2017 года в установленном законом порядке не оспорена, ее правовые последствия не пересмотрены. Возможность самостоятельного оспаривания указанной сделки ФИО6 как законным представителем несовершеннолетних ФИО3 и ФИО45. предметом настоящего дела не является и не лишает суд обязанности защитить нарушенные права ФИО47. и ФИО2 в настоящем деле. При самостоятельном оспаривании сделки купли-продажи от 8 сентября 2017 года вопрос о восстановлении имущественных прав несовершеннолетних ФИО3 и ФИО46. может быть разрешен в ином судопроизводстве, настоящее решение не предрешает результата такого спора.
Более того, законный представитель несовершеннолетних ответчиков ФИО6 в судебном заседании выразила согласие с фактом нарушения жилищных прав ФИО48. и ФИО2 и указала, что не будет препятствовать перераспределению долей в праве собственности на спорное жилое помещение.
При таких обстоятельствах уточненные исковые требования прокурора Ленинского района г. Иркутска подлежат удовлетворению в полном объеме – в части признания за ФИО50. и несовершеннолетней ФИО2 права пользования спорным жилым помещением, а также в части признания за ними права общей долевой собственности на указанное жилое помещение по 1/3 доли за каждой; оставшаяся 1/3 доли подлежит оставлению в общей долевой собственности несовершеннолетних ФИО3 и ФИО49. с распределением между ними по соглашению.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Прокурора Ленинского района г. Иркутска в интересах несовершеннолетней ФИО2, ФИО7 удовлетворить.
Признать за ФИО7 (ИНН №) и несовершеннолетней ФИО2 (ИНН №) право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: г. Иркутск, <адрес>, ком. 8, 9.
Возложить на ФИО6 (ИНН №) – законного представителя несовершеннолетних ФИО3 (СНИЛС №) и ФИО4 (СНИЛС №) обязанность перераспределить размеры долей на жилое помещение, расположенное по адресу: г. Иркутск, <адрес>, ком. 8, 9, выделив ФИО7 1/3 доли, несовершеннолетней ФИО2 1/3 доли в праве общей долевой собственности на указанное жилое помещение, оставшуюся 1/3 доли распределить по соглашению.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ленинский районный суд г. Иркутска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Мотивированное решение составлено 20 апреля 2026 года.
Судья М.А. Глухова