РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
4 мая 2026 года г.Уссурийск
Уссурийский районный суд Приморского края в составе:
председательствующего судьи Денисовой Ю.С., при секретаре судебного заседания Бормотко Ю.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Тхор Н. В. к Александровой В. В., Тхор Т. М. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, предоставлении права пользования жилым домом до момента выплаты денежной компенсации, выслушав истца, её представителя по устному ходатайству Стыцюк О.В., представителя ответчика Александровой В.В. по доверенности и представителя ответчика Тхор Т.М. по ордеру Роголеву И.В.,
УСТАНОВИЛ:
Истец обратилась в суд с иском к Александровой В.В., ссылаясь на то, что в 1995 году её отцу ФИО9 был предоставлен земельный участок по адресу примерно в 20 м по направлению на север от ориентира Приморский край, XXXXА, площадью 600 кв.м. На указанном земельном участке ФИО9 выстроил дачный дом, выделил место истцу для строительства собственного дома. По договоренности с ФИО9 в период с 1999 по 2001 истцом осуществлено строительство дома, произведено благоустройство территории в виде отсыпки подъезда во двор, бурении скважины для воды, ремонта ворот. ДД.ММ.ГГ ФИО9 оформил в собственность указанный земельный участок с кадастровым номером XXXX, а также расположенный на нем жилой дом. Дом истца надлежащим образом оформлен не был. ДД.ММ.ГГ ФИО9 умер, его дочери Тхор Н.В. и Александрова В.В. отказались от принятия наследства в пользу матери Тхор Т.М., с ДД.ММ.ГГ собственником земельного участка, а также расположенного на нем жилого дома стала Тхор Т.М. Истец пользовалась своим домом с момента его строительства с 2001 года и до ДД.ММ.ГГ, содержала, производила капитальный и текущий ремонт. В августе 2023 года истцу стало известно о договоре дарения указанного земельного участка и жилого дома, заключенном между Тхор Т.М. и Александровой В.В., в связи с чем истец лишилась своего имущества в виде построенного жилого дома. Согласно отчету об оценке ООО «Оценка-Сервис», рыночная стоимость жилого дома, площадью 49,6 кв.м., расположенного на земельном участке с кадастровым номером XXXX, по состоянию на ДД.ММ.ГГ соответствует 4 892 000 руб. На претензию истца о выплате указанной компенсации за дом ответчик не ответила. Истец считает, что построенный на её средства дом, и переданный в дар ответчику, является неосновательным обогащением ответчика, приобретенным за счет истца. На основании изложенного, истец просила взыскать с ответчика неосновательное обогащение в размере 4 892 000 руб.
ДД.ММ.ГГ истец увеличила исковые требования, дополнительно просила взыскать с ответчика проценты за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 214 309,80 руб., с ДД.ММ.ГГ по дату фактического исполнения решения суда.
ДД.ММ.ГГ истец увеличила исковые требования, дополнительно просила обязать ответчика предоставить истцу возможность пользования домом, площадью 49,6 кв.м., расположенным на земельном участке с кадастровым номером XXXX до момента выплаты неосновательного обогащения; представила расчет процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ по ДД.ММ.ГГ. По ходатайству истца в качестве соответчика привлечена Тхор Т.М.
В судебном заседании истец и её представитель по устному ходатайству на уточненных исковых требованиях к ответчикам настаивали, просили взыскать неосновательное обогащение в солидарном порядке. Представили уточненное исковое заявление с расчетом процентов по ст. 395 ГК РФ на дату ДД.ММ.ГГ. В обоснование иска привели доводы, аналогичные изложенным в иске и уточнениям к нему. Ссылались на то, что строительство жилого дома производилось самостоятельно истцом, без участия ответчиков либо отца ФИО9, равно как и последующий капитальный ремонт. До возникновения конфликта ни ФИО10, ни Тхор Т.М. не препятствовали истцу находиться в доме, пользоваться им. Полагали, что к возникшим отношениям подлежат применению положения ст. 623 Гражданского кодекса РФ, предусматривающие обязанность ответчиков компенсировать истцу стоимость неотделимых улучшений земельного участка в виде стоимости построенного истцом жилого дома.
Представитель ответчиков в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, истец собственником земельного участка не являлась, право собственности на спорный жилой дом не приобретала, от прав наследования земельного участка отказалась. Строительство жилого дома производилось, в том числе ФИО9, из железного контейнера, им приобретенного, списанных с работы материалов. Впоследствии ФИО9 предоставил истцу и её предыдущему супругу в собственность смежный земельный участок в качестве компенсации того, что истцом было сделано на его участке. Поскольку истец стала полностью пользоваться земельным участком, сдавать в аренду и заселять в дом посторонних лиц, в доме гремела музыка, Тхор Т.М. не смогла пользоваться участком, в адрес истца была направлена претензия. Между истцом и ответчиком какие-либо соглашения не заключались, ответчики согласие истцу на строительство жилого дома не давали. Ремонт дома ответчик Тхор Т.М. воспринимала как помощь от дочери матери.
Суд, выслушав участников процесса, изучив материалы дела, оценив доказательства, приходит к следующим выводам.
В соответствии со ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса (пункт 1).
Правила, предусмотренные главой 60 данного кодекса, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).
Согласно п. 1 ст. 1105 ГК РФ в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения.
Чтобы квалифицировать отношения как возникшие из неосновательного обогащения, они должны обладать признаками, определенными ст. 1102 ГК РФ.
По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату.
Как установлено в судебном заседании, объекты недвижимости: земельный участок, площадью 600 кв.м., с кадастровым номером XXXX, местоположение установлено относительно ориентира, расположенного за пределами участка, ориентир дома, участок находится примерно в 20 м по направлению на север от ориентира, почтовый адрес ориентира: Приморский край, XXXXа; жилой дом, площадью 24 кв.м., с кадастровым номером XXXX, расположенный по адресу: Приморский край, XXXX, принадлежат на праве собственности Александровой В.В. на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГ, что подтверждается выписками из ЕГРН.
Ранее указанные объекты недвижимости принадлежали ФИО9, который умер ДД.ММ.ГГ. После смерти ФИО9 открылось наследственное дело XXXX, из материалов которого следует, что наследником его имущества являлась жена - Тхор Т.М., дочери Александрова В.В., Тхор (Старовойтова) Н.В. отказались от причитающейся им доли наследственного имущества в пользу Тхор Т.М., которой было выдано свидетельство о праве на наследство по закону.
ДД.ММ.ГГ между Тхор Т.М. (даритель) и Александровой В.В. (одаряемая) заключен договор дарения, согласно которому даритель подарил в собственность объекты недвижимости: земельный участок с кадастровым номером XXXX и жилой дом с кадастровым номером XXXX, а одаряемая приняла в дар в порядке и на условиях, установленных в данном договоре.
Обращаясь в суд с указанным иском, истец ссылалась на факт того, что при жизни ФИО9 выразил согласие на строительство истцом дома на земельном участке с кадастровым номером XXXX. В 2001 году истцом был возведен жилой дом, который не поставлен на кадастровый учет. Ответчик Александрова В.В. препятствует истцу в пользовании спорным домом, который был ею построен.
Согласно заключению кадастрового инженера ФИО11, объект недвижимости – одноэтажный жилой дом с каркасно-обшивными наружными стенами, общей площадью 49,6 кв.м., расположен на земельном участке с кадастровым номером XXXX, местоположение здания установлено примерно в 20 м по направлению на север от ориентира (ориентир дом), почтовый адрес ориентира: Приморский край, XXXX (л.д. 21-39).
Согласно отчету об оценке рыночной стоимости XXXX от ДД.ММ.ГГ, выполненному на инициативе истца, рыночная стоимость жилого дома, площадью 49,6 кв.м., расположенного на земельном участке площадью 200 кв.м., по адресу: Приморский край, XXXX (ориентир) по состоянию на ДД.ММ.ГГ составляет 5 225 000 руб., в том числе: стоимость жилого дома – 4 892 000 руб., стоимость земельного участка – 333 000 руб. (л.д. 40-82).
Из представленных в материалы дела договоров подряда XXXX от ДД.ММ.ГГ, XXXX от ДД.ММ.ГГ, XXXX от ДД.ММ.ГГ, а также соответствующих актов приема-сдачи выполненных строительных работ к указанным договорам следует, что по заказу Тхор Н.В. выполнялись строительные работы в жилом доме, площадью 49,6 кв.м., расположенном на земельном участке площадью 200 кв.м., по адресу: Приморский край, XXXX (ориентир) (л.д. 139-150).
ДД.ММ.ГГ Александровой В.В. в адрес Тхор Н.В. была направлена претензия об освобождении земельного участка, в которой ответчик просила убрать с земельного участка, который принадлежит ей на праве собственности, строение – дачный дом, которое никак не оформлено, возведено без разрешения. Данное требование истцом выполнено не было.
Допрошенная в судебном заседании ДД.ММ.ГГ в качестве свидетеля ФИО12 суду пояснила, что являлась соседкой семьи Тхор, на участке ответчиков три постройки. Умерший ФИО9 стоил свой дом, а семья истца свой. Истец производила ремонтные работы в доме в 2021 году. Также рядом со спорным земельным участок расположен второй земельный участок, на котором возведен дом и баня бывшим супругом истицы.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО13, супруг истицы, указанные истцом доводы, подтвердил.
Учитывая текст претензии от ДД.ММ.ГГ, показания истца, свидетельские показания, представленные договоры, суд полагает доказанным факт того, что строительство жилого дома, площадью 49,6 кв.м., не поставленного на кадастровый учет, расположенного на земельном участке с кадастровым № XXXX, осуществлялось истцом, а не ответчиками либо ФИО9
Вместе с тем, оснований для взыскания с ответчиков в качестве неосновательного обогащения рыночной стоимости указанного жилого дома, суд не усматривает.
Согласно п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
С учетом названной нормы денежные средства и иное имущество не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения, если будет установлено, что воля передавшего их лица осуществлена в отсутствие обязательств, то есть безвозмездно и без встречного предоставления - в дар либо в целях благотворительности.
Истец несла расходы по строительству и капитальному ремонту жилого дома добровольно, без встречного предоставления, в собственных интересах, каких-либо соглашений с собственниками земельного участка не заключала.
Факт безвозмездного характера вложений в улучшение земельного участка, возведения на нём еще одного дома, истец должна была осознавать, как и осознавать отсутствие каких-либо обязательств между сторонами, в связи с чем на основании п. 4 ст. 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) оснований для взыскания денежных средств не имеется.
В силу пп. 1 и 2 ст. 689 Гражданского кодекса РФ по договору безвозмездного пользования (договору ссуды) одна сторона (ссудодатель) обязуется передать или передает вещь в безвозмездное временное пользование другой стороне (ссудополучателю), а последняя обязуется вернуть ту же вещь в том состоянии, в каком она ее получила, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором.
К договору безвозмездного пользования соответственно применяются правила, предусмотренные ст. 607, п. 1 и абз. 1 п. 2 ст. 610, п. п. 1 и 3 ст. 615, п. 2 ст. 621, п. п. 1 и 3 ст. 623 данного кодекса.
Как предусмотрено п. п. 1 и 3 ст. 623 Гражданского кодекса РФ, произведенные арендатором отделимые улучшения арендованного имущества являются его собственностью, если иное не предусмотрено договором аренды.
Стоимость неотделимых улучшений арендованного имущества, произведенных арендатором без согласия арендодателя, возмещению не подлежит, если иное не предусмотрено законом.
В соответствии с пунктом 2 статьи 623 ГК РФ в случае, когда арендатор произвел за счет собственных средств и с согласия арендодателя улучшения арендованного имущества, неотделимые без вреда для имущества, арендатор имеет право после прекращения договора на возмещение стоимости этих улучшений, если иное не предусмотрено договором аренды.
Из анализа статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под улучшениями понимаются работы капитального характера, которые повышают (изменяют) качественные характеристики объекта, то есть улучшения связаны с модернизацией, реконструкцией, достройкой, дооборудованием основного средства. В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.07.2011 N 2856/11 указано, что под улучшением понимается такое изменение объекта, которое повышает или изменяет в положительную сторону его технические и (или) функциональные характеристики.
Таким образом, в предмет доказывания по рассматриваемому спору входят: факт осуществления арендатором работ по производству неотделимых улучшений спорного имущества за счет собственных средств, факт возвращения имущества арендодателю с неотделимыми улучшениями, действительная стоимость произведенных улучшений на момент возврата имущества арендодателю, наличие согласия арендодателя на производство неотделимых улучшений, факт неотделимости произведенных улучшений.
При этом по смыслу статьи 623 Гражданского кодекса необходимое согласие собственника предполагает согласование с ним не только проведение строительных работ по улучшению арендованного имущества, но также объема и стоимости этих работ.
Поскольку истец безвозмездно проживала в построенном ею жилом доме и безвозмездно пользовалась земельным участком с кадастровым № XXXX, неотделимые улучшения земельного участка в виде возведения на нём жилого дома, произведенные за свой счет истцом, были произведены без согласия ответчиков Александровой В.В. и Тхор Т.М. на их последующее возмещение, то к данным правоотношениям не применимы положения ст. 623 Гражданского кодекса РФ.
Поскольку в удовлетворении основного требования о взыскании неосновательного обогащения истцу было отказано, суд отказывает в удовлетворении производных от основного требований о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, предоставлении права пользования жилым домом до момента выплаты денежной компенсации.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ:
Исковые требования Тхор Н. В. к Александровой В. В., Тхор Т. М. о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, предоставлении права пользования жилым домом до момента выплаты денежной компенсации, – оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Приморский краевой суд через Уссурийский районный суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.
Председательствующий Ю.С. Денисова
Мотивированное решение изготовлено 15 мая 2026 года.