ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
13 августа 2026 года г. Иркутск
Ленинский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Глуховой М.А., при секретаре судебного заседания Алексеевой Н.М., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-2461/2026 (38RS0034-01-2026-002910-29) по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Ника» о расторжении договора подряда, взыскании уплаченной по договору денежной суммы, неустойки, компенсации морального вреда, штрафа и судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО «Ника», указав, что 5 ноября 2025 года между сторонами заключен договор № 008, по условиям которого ответчик принял на себя обязательство изготовить, доставить и установить кухонный гарнитур, а истец – оплатить и принять результат работы. Общая стоимость работ определена в 315 000 руб., дополнительно по смете согласованы работы по доставке, подъему, сборке, монтажу и подключению встраиваемой техники на сумму 48 090 руб. Обязательство по оплате истец исполнила в общем размере 361 090 руб. В установленный срок работа выполнена не была, 30 декабря 2025 года ответчик доставил гарнитур без фасадной части, монтаж не производился, недостающие комплектующие не поставлены. 1 апреля 2026 года истец направила ответчику претензию с требованием возвратить уплаченную сумму, уплатить неустойку и компенсировать моральный вред, которая оставлена без удовлетворения.
С учетом изложенного истец просит расторгнуть заключенный с ответчиком договор от 5 ноября 2025 года, взыскать с ООО «Ника» уплаченную по договору сумму 361 090 руб., неустойку за нарушение срока за период с 27 февраля 2026 года по 15 апреля 2026 года в размере 13 360,33 руб., неустойку начиная с 16 апреля 2026 года по день фактического возврата уплаченной суммы из расчета 0,5% от 361 090 руб. за каждый день просрочки, компенсацию морального вреда 30 000 руб., расходы на оплату услуг представителя 40 000 руб., а также штраф в размере пятидесяти процентов от присужденной судом суммы.
Истец ФИО2 о времени и месте рассмотрения дела судом извещена, участия в судебном заседании не принимала.
Ответчик ООО «Ника» о времени и месте рассмотрения дела судом извещался, участия в судебном заседании не принимал, сведений об уважительности причин неявки не представил, возражений относительно иска и доказательств в их обоснование не направил.
В соответствии со ст. 167, 233 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие сторон в порядке заочного производства.
Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Судом установлено, что 5 ноября 2025 года между ООО «Ника» и ФИО2 заключен договор подряда № 008. По пункту 1.1 договора подрядчик обязался выполнить по заданию заказчика работу по изготовлению, доставке и установке мебели, а заказчик – оплатить и принять результат работ. Качественные характеристики мебели, комплектующие, вид, количество и размеры изделия, пожелания заказчика к дизайну согласуются сторонами в приложении № 1 (эскиз), являющемся неотъемлемой частью договора (пункты 1.2, 7.5). Установка мебели производится по адресу: <адрес> (пункт 1.3). Общая стоимость работ составляет 315 000 руб., из которых 70% стоимость материалов и 30% – стоимость работ по изготовлению мебели; доставка, подъем и монтаж оплачиваются дополнительно по отдельно составляемой смете (пункты 2.1, 2.1.1 - 2.1.3).
Оценивая правовую природу возникших между сторонами отношений, суд исходит из того, что квалификация договора определяется его содержанием, а не наименованием, которое ему дали стороны или которое использовано в исковом заявлении. Предметом заключенного сторонами договора является выполнение работы по заданию гражданина – изготовление индивидуально определенного изделия по согласованному эскизу, его доставка и монтаж по месту жительства заказчика с последующей сдачей результата по акту приема-передачи (пункты 4.1, 4.2 договора).
Такие отношения регулируются нормами о подряде. В соответствии с п. 1 ст. 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона обязуется выполнить по заданию другой стороны определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
Согласно п. 1 ст. 730 ГК РФ по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика.
К отношениям по договору бытового подряда, не урегулированным Гражданским кодексом Российской Федерации, применяются законы о защите прав потребителей и иные правовые акты, принятые в соответствии с ними (п. 3 ст. 730 ГК РФ). Аналогичная квалификация отношений по заказу гражданином изготовления, доставки и сборки мебели дана Судебной коллегией по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации в определении от 22 июня 2021 года № 45-КГ21-8-К7, а изложенная в этом определении правовая позиция включена в пункт 9 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 октября 2021 года.
Истец приобретала работу исключительно для личных, семейных, домашних нужд, ответчик является коммерческой организацией, выполняющей такие работы в качестве предпринимательской деятельности, в связи с чем к спорным правоотношениям подлежит применению Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 года № 2300-1 «О защите прав потребителей», а именно нормы главы III названного Закона о выполнении работ.
Обязанность по оплате истец исполнила. Внесение денежных средств в кассу ответчика подтверждается квитанциями к приходным кассовым ордерам, содержащими оттиск печати ООО «Ника»: № 0511 от 05 ноября 2025 года на 218 000 руб. с основанием «оплата по договору № 008 от 05.11.2025», № 1312 от 13 декабря 2025 года на 95 000 руб. с основанием «оплата по договору № 008 от 05.11.2025, второй взнос по договору подряда» и № 2112 от 21 декабря 2025 года на 48 090 руб. с основанием «оплата дополнительных работ по договору № 008 от 05.11.2025 года», а всего на 361 090 руб.
Пунктом 2.3 договора прямо предусмотрено, что факт надлежащего исполнения обязательства заказчиком подтверждается в том числе приходными кассовыми ордерами. Сумма 48 090 руб. соответствует подписанному сторонами списку дополнительных работ, в котором отдельными позициями поименованы доставка кухонного гарнитура с подъемом – 5 100 руб., сборка и монтаж гарнитура – 31 500 руб., а также установка и подключение варочной панели, духового шкафа, вытяжки, воздуховода, микроволновой печи, посудомоечной машины, врезной подсветки, мойки и смесителя. Доказательств возврата истцу каких-либо денежных средств ответчиком не представлено.
Разрешая вопрос о сроке выполнения работы, суд исходит из следующего. Пунктом 3.1.1 договора предусмотрено производство контрольных замеров в течение 14 рабочих дней с момента внесения предоплаты и подписания договора; пунктом 3.1.2 – изготовление мебели не позднее 40 рабочих дней с даты контрольных замеров и внесения оплаты не менее 70% от общей стоимости договора с увеличением этого срока на 30 рабочих дней при применении в том числе столешниц из искусственного камня; пунктом 3.1.7 – производство установки в течение 14 рабочих дней с момента приемки заказчиком результатов работы по изготовлению мебели. Конкретную дату окончания работ назвал сам ответчик. В информационном письме от 30 января 2026 года за подписью директора, скрепленном печатью общества, ООО «Ника» сообщило истцу, что договор подряда № 008 от 05 ноября 2025 года «изначально заключен сроком 70 рабочих дней, то есть до 20.02.2026 года», что контрольный замер произведен 10 ноября 2025 года и это увеличивает срок исполнения на 5 рабочих дней, и что «в срок до 26.02.2026 года будет осуществлена доставка недостающих комплектующих и после этого в течение 14 рабочих дней произведен монтаж кухонного гарнитура». Указанная дата принята и истцом, которая в переписке 25 февраля 2026 года прямо ссылалась на ее наступление. При таких обстоятельствах суд признает установленным, что срок исполнения ответчиком обязательства по договору истек 26 февраля 2026 года.
Работа в этот срок выполнена не была. Как следует из тех же информационных писем ответчика от 30 января, 3 марта и 6 марта 2026 года, 30 декабря 2025 года истцу доставлена лишь основная часть кухонного гарнитура без фасадной части. Доставка фасадов и иных комплектующих переносилась ответчиком последовательно на 26 февраля, затем на 6 марта и затем на 10 марта 2026 года, а начало монтажа – на 17 марта 2026 года. Доказательств того, что комплектующие поставлены, монтаж выполнен и результат работы сдан заказчику по акту приема-передачи и акту выполненных работ, как это предусмотрено пунктами 4.1 и 4.2 договора, ответчиком не представлено. Частичная доставка изделия сама по себе выполнением работы не является. По условиям договора обязательство подрядчика охватывает изготовление, доставку и установку мебели и считается исполненным с момента сдачи результата заказчику. Таким образом, факт нарушения ответчиком срока выполнения работы нашел свое подтверждение.
Суд отдельно оценивает доводы, которые ответчик привел в своих письменных обращениях к истцу, поскольку иных возражений в дело не поступило. Довод о том, что срок мог исчисляться заново с 13 декабря 2025 года в связи с внесением истцом изменений в приложение № 1 (замена столешницы), отклоняется. В том же письме от 30 января 2026 года ответчик прямо указал, что пункт 3.2.1 договора к данному договору не применяет, тем самым отказавшись от этого возражения и подтвердив исчисление срока по первоначальным условиям. Кроме того, ответчик, зная о заявлении истца от 13 декабря 2025 года, никаким документом срок выполнения работ не изменял, тогда как по пункту 8.2 и пункту 7.3 договора любые изменения действительны лишь при их совершении в письменной форме и подписании сторонами. Довод о том, что нарушений со стороны организации нет, поскольку основная часть изделия доставлена 30 декабря 2025 года, отклоняется по изложенным выше основаниям. Названные ответчиком в переписке причины задержки – занятость сборщиков на других заказах, необходимость присадки под петли на специальном оборудовании и отсутствие начальника склада на рабочем месте – к обстоятельствам, освобождающим от ответственности, не относятся. Согласно п. 6 ст. 28 Закона о защите прав потребителей требования потребителя не подлежат удовлетворению лишь в случае, если исполнитель докажет, что нарушение сроков произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя. В силу п. 3 ст. 401 ГК РФ лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств, при этом к таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств. Внутренняя организация производственного процесса относится к сфере собственного предпринимательского риска ответчика. Бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение обязательства, лежит на исполнителе, что прямо разъяснено в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей». Таких доказательств ответчиком не представлено.
Не свидетельствует о вине потребителя и то обстоятельство, что внесенные истцом по основному обязательству 313 000 руб. на 2 000 руб. меньше указанной в пункте 2.1 договора цены работ. Право отказаться от исполнения договора пункт 5.5 договора связывает с получением подрядчиком платежей, не превышающих 70% общей стоимости заказа. Этот порог был превышен уже 13 декабря 2025 года, своим правом ответчик не воспользовался, работу продолжал, изделие частично доставил, а в письме от 30 января 2026 года подтвердил отсутствие нарушений со своей стороны и назвал новый срок исполнения. Кроме того, полученные ответчиком 48 090 руб. за дополнительные работы также относятся к цене заказа, а общая сумма поступивших от истца средств превышает стоимость работ по изготовлению мебели.
В соответствии с п. 1 ст. 27 Закона о защите прав потребителей исполнитель обязан осуществить выполнение работы в срок, установленный договором. Согласно абзацам первому и пятому п. 1 ст. 28 названного Закона, если исполнитель нарушил сроки выполнения работы, потребитель по своему выбору вправе, в частности, отказаться от исполнения договора о выполнении работы. При отказе от исполнения договора исполнитель не вправе требовать возмещения своих затрат, произведенных в процессе выполнения работы, а также платы за выполненную работу, за исключением случая, если потребитель принял выполненную работу (п. 4 ст. 28 Закона). Право потребителя на отказ от договора при нарушении срока работы является безусловным и не поставлено законом в зависимость от предварительного предъявления каких-либо иных требований.
Своим правом истец воспользовалась, направив 1 апреля 2026 года ответчику письменное требование об отказе от исполнения договора и возврате уплаченной суммы. В силу п. 1 ст. 450.1 ГК РФ договор прекращается с момента получения уведомления об отказе от него. Требование истца о расторжении договора подлежит удовлетворению, поскольку по существу направлено на констатацию прекращения договорных отношений сторон вследствие допущенного ответчиком нарушения, которое суд признает существенным по смыслу п. 2 ст. 450 ГК РФ. Истец в значительной степени лишилась того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора, поскольку полностью оплаченный кухонный гарнитур не изготовлен, не укомплектован и не смонтирован в течение более чем полугода после истечения согласованного срока.
Поскольку результат работы истцу не сдан и ею не принят, уплаченные по договору 361 090 руб. подлежат возврату в полном объеме на основании п. 4 ст. 28 Закона о защите прав потребителей. При этом суд отмечает, что ответчик не лишен возможности в самостоятельном порядке заявить требование о возврате переданной истцу 30 декабря 2025 года части кухонного гарнитура. В настоящем деле такое требование не заявлялось, а выйти за пределы заявленных требований суд не вправе в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.
Разрешая требования о взыскании неустойки, суд руководствуется п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей, согласно которому в случае нарушения установленных сроков выполнения работы исполнитель уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку в размере трех процентов цены выполнения работы, а если цена выполнения работы договором не определена – общей цены заказа, сумма взысканной неустойки при этом не может превышать цену отдельного вида выполнения работы или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы договором не определена. Цена работы по изготовлению мебели как отдельного вида работы договором не определена, пункт 2.1 устанавливает лишь общую стоимость работ 315 000 руб. с распределением ее на доли стоимости материалов и стоимости работ, но самостоятельной цены этого вида работы не выделяет. Следовательно, и размер неустойки, и предел ее взыскания определяются исходя из общей цены заказа, которая составляет 363 090 руб. (315 000 руб. по договору и 48 090 руб. по смете дополнительных работ).
По правилам абзаца третьего п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей и подпункта «б» пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 неустойка за нарушение срока окончания выполнения работы взыскивается за каждый день просрочки вплоть до окончания выполнения работы либо до предъявления потребителем иных требований, перечисленных в п. 1 ст. 28 Закона. Такое требование – об отказе от исполнения договора и возврате уплаченной суммы – истец предъявила 1 апреля 2026 года. За период с 27 февраля 2026 года, то есть со дня, следующего за днем истечения срока выполнения работы, по 1 апреля 2026 года начисление производится по п. 5 ст. 28 Закона. С предъявлением требования о возврате уплаченной суммы у ответчика возникла обязанность удовлетворить его в десятидневный срок (п. 1 ст. 31 Закона), а за нарушение этого срока исполнитель уплачивает неустойку, размер и порядок исчисления которой определяются в соответствии с п. 5 ст. 28 Закона (п. 3 ст. 31). Заявленные истцом периоды – по 15 апреля 2026 года и начиная с 16 апреля 2026 года – с этой конструкцией согласуются.
Исчисленная по установленной законом ставке неустойка за период с 27 февраля по 15 апреля 2026 года составила бы 522 849,60 руб. (363 090 руб. х 3% х 48 дней) и подлежала бы ограничению общей ценой заказа – 363 090 руб. Истец заявила ко взысканию за тот же период существенно меньшую сумму - 13 360,33 руб. Поскольку суд в силу ч. 3 ст. 196 ГПК РФ принимает решение по заявленным истцом требованиям и не вправе выйти за их пределы, а заявленный размер законному не противоречит и прав ответчика не нарушает, неустойка за период с 27 февраля 2026 года по 15 апреля 2026 года подлежит взысканию в заявленном размере 13 360,33 руб.
Подлежит удовлетворению и требование о взыскании неустойки на будущее время. Согласно пункту 65 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений ГК РФ об ответственности за нарушение обязательств» истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства. Законом или договором при этом может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки либо ее сумма может быть ограничена. Присуждая неустойку, суд указывает в резолютивной части решения на то, что взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства, а расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем. Истец просит начислять неустойку с 16 апреля 2026 года по день фактического возврата уплаченной суммы из расчета 0,5% от 361 090 руб. за каждый день просрочки, то есть по ставке и от базы, которые ниже установленных законом. Такое требование заявленным пределам соответствует и удовлетворяется в заявленном виде. Вместе с тем взыскание не может производиться без ограничения, в силу абзаца четвертого п. 5 ст. 28 Закона о защите прав потребителей общая сумма взысканной неустойки не может превышать общую цену заказа – 363 090 руб. С учетом присуждаемых за предшествующий период 13 360,33 руб. размер неустойки, подлежащей взысканию начиная с 16 апреля 2026 года, ограничивается суммой 349 729,67 руб., о чем указывается в резолютивной части решения.
Условие пункта 5.4 договора, которым ответственность подрядчика за нарушение сроков выполнения работ ограничена неустойкой в размере 0,1% от стоимости работ, судом не применяется. В силу пункта 1 и подпунктов 4 и 9 п. 2 ст. 16 Закона о защите прав потребителей недопустимыми условиями договора, ущемляющими права потребителя, являются в том числе условия, которые исключают или ограничивают ответственность исполнителя по основаниям, не предусмотренным законом, и условия, которые уменьшают размер законной неустойки, такие условия ничтожны. Приведенное условие договора уменьшает установленный п. 5 ст. 28 Закона размер неустойки в тридцать раз и по этому основанию ничтожно.
Оснований для уменьшения неустойки суд не усматривает. В соответствии с пунктом 71 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7, если должником является коммерческая организация, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника. Бремя доказывания несоразмерности неустойки возлагается на ответчика (пункт 73 того же постановления). Ответчик является коммерческой организацией, в судебное заседание не явился, заявления о применении ст. 333 ГК РФ не делал и доказательств несоразмерности не представлял, в связи с чем правовых оснований для снижения неустойки не имеется. Кроме того, взыскиваемый размер неустойки многократно ниже установленного законом и о явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства не свидетельствует.
Разрешая требование о компенсации морального вреда, суд руководствуется ст. 15 Закона о защите прав потребителей, в силу которой моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения его прав, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины, а размер компенсации определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Согласно пункту 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 достаточным условием для удовлетворения такого иска является установленный факт нарушения прав потребителя. Факт нарушения судом установлен. Определяя размер компенсации с учетом требований статей 151 и 1101 ГК РФ и разъяснений пунктов 25, 27 и 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд принимает во внимание характер и длительность нарушения – просрочка на день рассмотрения дела превышает шесть месяцев, а с момента заключения договора прошло более десяти месяцев. Значимость нарушенного блага для истца, лишенной возможности пользоваться кухонным помещением в жилом доме по прямому назначению, при том что часть гарнитура находится в жилище в несобранном виде; поведение ответчика, который неоднократно переносил сроки, заверял истца о готовности изделия и о планируемой доставке, чем поддерживал ее ожидания, и одновременно удерживал полностью полученную оплату; отсутствие с его стороны каких-либо действий по добровольному урегулированию спора. С учетом изложенного, а также требований разумности и справедливости суд определяет компенсацию морального вреда в заявленном размере 5 000 руб., признавая ее соразмерной перенесенным истцом нравственным страданиям. В остальной части данное требование удовлетворению не подлежит.
Пунктом 6 ст. 13 Закона о защите прав потребителей предусмотрено, что при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с исполнителя за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя. Требования истца, изложенные в претензии от 1 апреля 2026 года, ответчиком в добровольном порядке удовлетворены не были ни в установленный законом десятидневный срок, ни до вынесения решения.
Оснований для отказа во взыскании штрафа, предусмотренных п. 7 ст. 13 Закона о защите прав потребителей в редакции Федерального закона от 28 декабря 2025 года № 500-ФЗ, действующей с 1 февраля 2026 года, по настоящему делу не имеется, и суд оценивает каждое из них. Данных о том, что требования не были удовлетворены добровольно по вине самого потребителя либо вследствие уклонения потребителя от предусмотренных Законом действий, материалы дела не содержат: истец оплату внесла, доступ в помещение обеспечивала, замер был произведен, а из переписки следует, что именно истец настаивала на исполнении и предлагала в том числе самостоятельно вывезти изготовленные комплектующие. Не установлено и того, что неисполнение обязательства вызвано нарушением контрагентом ответчика обязанностей по поставке товаров, работ или услуг, необходимых для исполнения обязательства перед потребителем: причины задержки, названные самим ответчиком, связаны с организацией его собственного производства и занятостью его работников на других заказах, а доказательств срыва поставок со стороны контрагентов не представлено. Медиативное соглашение сторонами не заключалось. При таких обстоятельствах штраф подлежит взысканию.
Сумма, присужденная в пользу потребителя, составляет 379 450,33 руб. (361 090 руб. уплаченной по договору суммы, 13 360,33 руб. неустойки за период с 27 февраля по 15 апреля 2026 года и 5 000 руб. компенсации морального вреда). Неустойка, подлежащая начислению на будущее время, в базу штрафа не включается, поскольку ее размер на день вынесения решения не определен. Размер штрафа составляет 189 725,16 руб. Оснований для его снижения не имеется по мотивам, изложенным выше применительно к неустойке.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 и ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны понесенные по делу судебные расходы, а расходы на оплату услуг представителя – в разумных пределах. В подтверждение несения расходов истцом представлен договор на оказание юридических услуг от 13 апреля 2026 года, заключенный с ФИО4, по условиям которого исполнитель обязалась консультировать заказчика по правовым вопросам, разрабатывать по его поручению правовую документацию и участвовать в судебных заседаниях до вынесения решения судом, а стоимость услуг определена в 40 000 руб.. Учитывая разъяснения пунктов 11-13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», характер и категорию спора, объем фактически оказанных представителем услуг, включая подготовку претензии и искового заявления с приложениями, а также то, что ответчик о чрезмерности взыскиваемых расходов не заявлял и доказательств их чрезмерности не представил, суд признает заявленную сумму отвечающей критерию разумности и взыскивает ее в полном объеме.
От уплаты государственной пошлины истец освобождена. В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Исходя из размера удовлетворенных имущественных требований 374 450,33 руб. государственная пошлина составляет 11 861,26 руб., по требованию неимущественного характера о компенсации морального вреда – 3 000 руб., а всего 14 861,26 руб., которые подлежат взысканию с ответчика в доход бюджета муниципального образования город Иркутск.
Руководствуясь статьями 194-199, 233 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.
Расторгнуть договор № 008 от 5 ноября 2025 года, заключенный между Обществом с ограниченной ответственностью «Ника» и ФИО2.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ника» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО2 (ИНН №) уплаченную по договору № 008 от 5 ноября 2025 года денежную сумму в размере 361 090 руб., неустойку за период с 27 февраля 2026 года по 15 апреля 2026 года в размере 13 360,33 руб., компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя в размере 189 725,16 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб., а всего 609 175,49? руб.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ника» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО2 (ИНН №) неустойку начиная с 16 апреля 2026 года по день фактического возврата уплаченной по договору денежной суммы, из расчета 0,5% от суммы 361 090 руб. за каждый день просрочки, но не более 349 729,67 руб.
В удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда в большем размере, – отказать.
Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Ника» (ИНН №, ОГРН №) в доход бюджета муниципального образования город Иркутск государственную пошлину в размере 14 861,26 руб.
Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.
Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.
Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, – в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.
Судья М.А. Глухова
Мотивированное решение составлено 21 августа 2026 года.